Номер 7

Глава 1

Я всё ещё не могу поверить, что это случилось со мной.

Ещё вчера я была Лейлой Фахим — студенткой из Аммана, которая получила шанс пройти стажировку в университете Аль‑Харима. Я так гордилась собой! Рассказала маме, что буду изучать современную архитектуру в стране, где небоскрёбы растут как деревья. Она плакала от радости и гордости, а папа, обычно скупой на похвалу, обнял меня и сказал: «Ты — наша гордость, Лейла».

Сегодня я — просто № 7.

Всё началось так безобидно.

Мне пришло электронное письмо от координатора программы стажировок. В нём говорилось, что для финалистов организуют личную встречу с попечителем университета — самим шейхом Каримом аль‑Махди. «Эксклюзивная возможность, — гласило письмо, — шанс произвести впечатление на человека, который определяет будущее образования в нашем регионе».

В письме прилагался отсканированный пропуск с моей фотографией и QR‑кодом — всё выглядело официально. Даже логотип университета был тот самый, знакомый. Я показала письмо маме, и она только ахнула: «Доченька, это же невероятная удача!»

Я надела свой лучший костюм — бежевый жакет и юбку до колена. Взяла папку с портфолио, побрызгалась мамиными духами с жасмином. В такси повторяла про себя фразы на арабском: «Я благодарна за эту возможность», «Я готова учиться и работать усердно».

Водитель, улыбчивый мужчина с седыми висками, спросил:
— На стажировку, мисс?
— Да, — я улыбнулась в ответ. — В университет Аль‑Харима.
— О, это большая честь, — он кивнул с уважением. — Сам шейх аль‑Махди покровительствует университету. Говорят, он меняет судьбы людей одним словом.

Его слова прозвучали как предупреждение, но я отмахнулась от тревоги. Это просто восточный колорит, подумала я.

Дом стоял в глубине сада, за высокой стеной. У ворот меня встретил мужчина в строгом костюме. Он улыбнулся и сказал:
— Добро пожаловать, мисс Фахим. Шейх ждёт вас.

Внутри было красиво: мраморные полы, ковры с витиеватыми узорами, на стенах — цитаты из Корана золотыми буквами. Меня провели в гостиную с низкими диванами и столиками из тёмного дерева.

— Шейх задерживается на пять минут, — сказал мужчина. — Выпейте чаю, пока ждёте.

Чай пах мятой и чем‑то сладким. Я сделала глоток — он был удивительно вкусным, с привкусом миндаля. Сделала ещё один… Третий…

Дальше — провал.

Очнулась я от холода. Лежала на чём‑то твёрдом, в полной темноте. Голова раскалывалась, во рту — вкус металла. Я попыталась сесть и ударилась головой о какую‑то поверхность.

— Очнулась? — раздался голос рядом. Женский.

Вспыхнул свет — такой яркий, что я зажмурилась. Когда открыла глаза, увидела женщину в длинном шёлковом платье. Её волосы были собраны в тугой узел, на запястье — тяжёлые золотые браслеты.

— Вставай, — сказала она. — И запомни первое правило: когда с тобой говорят, ты отвечаешь сразу.

Я попыталась подняться, но ноги не слушались. Женщина вздохнула, схватила меня за руку и рывком поставила на ноги.

— Меня зовут Надия. Я здесь, чтобы научить тебя, как выжить. Ты больше не студентка, не дочь, не гражданка. Ты — собственность шейха Карима аль‑Махди. Твоё имя теперь — № 7. Запомни это.

Она подтолкнула меня к зеркалу.

В отражении я увидела себя — но другую. Волосы растрёпаны, макияж размазался, костюм измят. А глаза… В них был чистый ужас.

— Сними это, — приказала Надия, указывая на мой костюм. — Всё до последней нитки.
— Но… — начала я.
— Снимай. Или я позову Саида, и он сделает это за тебя.

Дрожащими руками я расстегнула жакет, сняла юбку…

Надия бросила мне что‑то шёлковое.
— Надевай. Это твоя новая одежда.

Халат был лёгким, почти прозрачным. Он едва прикрывал колени. Я поспешно запахнула его, но Надия резко дёрнула края в стороны.
— Не прячься. Здесь нет стыда. Есть только воля шейха.

Она обошла вокруг меня, оценивающе разглядывая.
— Ты молода, здорова, у тебя хорошая фигура. Шейх будет доволен. Но ты дикая, необученная. Придётся поработать.

Дверь открылась, вошёл тот самый мужчина, что встречал меня у ворот.
— Саид, — представила его Надия. — Он отвечает за дисциплину. Если будешь плохо себя вести, он объяснит правила. Поняла?
Я кивнула.

— Хорошо. Первое испытание. Встань на колени у двери. Руки на затылке. Не шевелиться. Не говорить. Не моргать слишком часто. Будешь стоять так, пока я не вернусь.

Саид встал рядом, скрестив руки на груди. Его взгляд был холодным, безразличным.

Минуты тянулись, как часы. Ноги затекли, спина болела, слёзы катились по щекам. Я пыталась вспомнить, какой сегодня день, сколько времени я здесь, есть ли шанс, что кто‑то ищет меня…

Но в голове билась только одна мысль: я в ловушке.

Когда Надия вернулась, прошло, наверное, больше часа.
— Отлично, — сказала она, будто проверяла работу ученика. — Ты выдержала. Это значит, что в тебе есть потенциал. Завтра начнём обучение.

Она махнула рукой Саиду, и тот открыл дверь в другую комнату.
— Твоя спальня. Там душ, туалет, кровать. Всё, что нужно рабу.

Я шагнула внутрь. Дверь захлопнулась. Щёлкнул замок.

Комната была роскошной — слишком роскошной для тюрьмы. Кровать с балдахином, шёлковые подушки, низкий столик с вазой фруктов. На стене — зеркало в позолоченной раме. Рядом — дверь в ванную, отделанную мрамором.

Я подошла к окну — оно было забрано решёткой. Сквозь узорчатые прутья виднелся кусочек сада: пальмы, фонтан, дорожка, ведущая к воротам.
Меня здесь никто не найдёт, — подумала я. — Никто даже не знает, что я здесь.

Но потом сжала кулаки и прошептала вслух — тихо, но твёрдо:
— Я выживу. Я вернусь домой.

Из ванной донёсся шум воды. Я обернулась и увидела, что дверь приоткрыта, а внутри горит свет. На бортике ванны лежала стопка одежды — не мой костюм, а что‑то другое.

— Прими душ, — раздался голос Надии из‑за двери. — И надень это. Завтра в шесть утра я приду за тобой. Опоздание будет наказано.