Нормальные-2. Страсть

1

Когда я была совсем юной и неиспорченной, интернет был не настолько в ходу, а я смотрела только незапрещённые сайты и всегда слушалась родителей. Но как всегда в таких случаях что-то идет наперекосяк. Например, ты сидишь себе, читаешь информацию для доклада по биологии, и тут… одно неосторожное движение и на весь экран распахивается то, на что и смотреть-то неприлично. А я тогда таких слов-то не знала, не то, чтобы смотрела это. Если кто-то шутил нескромно, я становилась похожа на Госпожу Помидорку и не могла вымолвить ни слова. Однажды кто-то сказал мне, что это ужасно, что такой взрослый человек стесняется говорить о таких обыденных вещах, как секс или что-то подобное. И это вдруг задело меня. В тот день я вернулась в пустую квартиру и решительно открыла браузер.

Так случилось моё первое короткое знакомство с подобной информацией. Короткое, оттого что тогда мне это показалось таким грязным и отвратительным, что я не смогла этим насладиться от слова совсем и сразу закрыла. Но, как и любой порок, оно имеет своё обаяние, так что короткие подобные встречи стали случатся чаще, я все пыталась понять, почему моим сверстникам так это нравится. В чем соль? Конечно, я не стала экспертом и тем более не спешила говорить с кем-либо на подобные темы, скорее даже наоборот. Я всё также краснела, также признавалась, что меня это смущает или я что-то не понимаю. Хлопать глазами мне было удобнее, чем признаться, что история моего браузера не чиста. Только теперь это была правда лишь на половину, чуть позже на четверть или что-то около того.

Просто однажды я вдруг поняла, что в этом нет ничего плохого, это же тоже развитие, верно? А развиваться – это суть человека. Тем более, если у меня возник к этому интерес. Врождённое любопытство делало меня жадной до любого рода знаний, так что постепенно я узнавала все больше. Задумчиво разглядывала девайсы в магазинах и потом читала инструкции к ним, долго и нудно перемещалась от категории к категории на «особых» сайтах, смотрела, прислушивалась к себе, отсеивая то, что не вызывало во мне ничего или скорее волновало даже слишком, читала рассказы и смотрела фильмы.

Но самое главное, я вдруг обнаружила на н-ном году собственной жизни, что у меня есть тело. Не просто ведро крови с суповым набором из мышц и костей и двумя прекрасными глазами. А Тело. И это тело было безумия интересно изучать: гладить, щипать, прислушиваться, как затаенное предвкушение выливается в смерч чувств и наконец, оргазм. Это было путешествие без конца… самое сладкое путешествие, до этого встречавшееся мне на пути. Однако у него были и препятствия: отсутствие денег и отдельного, желательно личного помещения, где я могла бы скрыть собственные грешки.

Вскоре я получила все, что хотела и смогла оторваться на полную. Впрочем, как и любой порок, чревоугодие, быстро насыщает и тебе хочется большего. Вкуснее, ярче, сложнее. Уж я-то познала это на полную катушку, да и кошку всем известно, что сгубило… вот оно самое. И меня тоже.

Когда я получила доступ не только свободно смотреть и покупать то, что мне нравится, без угрозы быть раскрытой и раскритикованной, мне захотелось большего. Мне захотелось общения. Я открыла интернет и погрузилась в переговоры на сайтах мне подобных, а потом даже поробовала выставлять там на всеобщее обозрение рассказы собственного сочинения на подобные темы. И вот тут началось самое интересное. Не то, чтобы я никогда не задумывалась над тем, что у меня странные вкусы, но метка «БДСМ», выставленное модератором к одному из моих рассказов, заставила меня пересмотреть все. Как вдруг, совершенно неожиданно, полностью выбив меня из колеи, выяснилось, что связывать себе руки или ноги, завязывать глаза или рот прежде, чем удовлетворить себя, является тревожным, так сказать, сигналом. Так что мое «развитие» двинулось дальше по кривой дорожке…

Наверное, как и тысячи других «новичков», я просто загуглила это дело. И долго сидела, с отвращением на лице пролистывая женщин с плётками и на каблуках, ошейники и прочее, а потом просто закрыла вкладку, признавая, что это не моё. Ни в коем разе. Как это может нравиться?

Я просто решила остановиться на том, что у меня есть «странности», мне нравится о них писать, а дальше?... а дальше я не готова идти по разным причинам. И кому какая разница, по каким именно?

Так собственно я и жила. Жизнью обычной девушки, вырвавшейся из-под крыла родителей и налаживающей собственную жизнь. Мне нравилась моя жизнь. У меня была работа, у меня были друзья вроде, как и коллеги. И мои сказки. Пошлые сказки. Сказки, сочиненные для себя, а потом перенесенные на бумагу и подаренные кому-то еще.

Мне казалось, что просто пойти лечь в кровать и сделать себе приятное – это… безвкусно. А вот придумать историю, одеться, накраситься, разыграть театр одного актёра и только потом взорваться фонтаном наслаждения – это другое. Это вкусно. И так уж получилось, что некоторые истории были достаточно хороши, чтобы я стала их выкладывать. Да и народ на таких сайтах был куда менее притязательным, чем, если бы я пыталась нести в народ чистые и светлые истории про любовь. Удивительное чувство быть одиноким в своих фантазиях, когда ты о них думаешь, и понимать, что не один, когда ты делишься этим. Мой никнейм был совершенно отдалён от моего имени или информации, связанной со мной, также как и почта, через которую все это и происходило. Всё было строго конфиденциально. Я даже пароль не сохраняла в браузер. Параноик…

Конечно же, я никому об этом не рассказывала и не собиралась, скрывала это максимально сильно. В гости я кого-то редко приглашала, но скорее по причине того, что чувствовала себя некомфортно от наличия в доме чужих людей. И вот, я обычный офисный клерк, в меру дружелюбный и в меру трудолюбивый, вдруг не вовремя оказавшись на кухне, слышу разговор, непредназначенный для моих ушей. Две девушки, кажется, одна из них Марла или Магда, рассказывала второй про какой-то форум, где она часто читает истории.

2

Сказать, что я волновалась – это ничего не сказать. Утром я три раза передумала и даже начинала строчить извиняющие сообщения из серии «я заболела». Как девчонка на первом свидании. Пересилив себя, я все же пришла на работу, с опозданием, не без этого, и с чувством все нарастающей с течением времени тревоги.

Народа было не так чтобы много. Милая парочка, бабушка и дедушка, сидела в углу около окна, поедая порцию блинчиков с малиной и попивая чай с шишками. Он кормил ее с вилки и смеялся, а она смущалась. Прекрасная старость. Я бы не отказалась найти человека, с которым мне было бы хорошо на протяжении стольких лет. Вон студент в углу, заказывающий кофе и немного пирожных, судя по кипе бумаге и исчерканному блокноту, а также осунувшемуся лицу и кругам под глазами, пишет курсовую или диплом. Он у нас часто зависает. Было его немного жалко. Так что иногда я «забывала» пробить очередной подливание кофе ему. Бедняга.

Мама с двумя детьми, создававшими суету и шум на все кафе. Мальчишки-близнецы кричали, вопили и абсолютно не слушались собственную, похожую на бледную тень, мать. Изредка на них поворачивался и смотрел каким-то усталым тяжелым взглядом мрачноватый бизнесмен. У меня от него мурашки позли по коже, и обсуживать я его не хотела. Нам с Анникой даже пришлось тянуть жребий, кто пойдет. И конечно, я проиграла…

Он заказал обед и поедал уже как минимум третью порцию по объёму, поражая мою юную фантазию. Куда в это не слишком упитанное тело все это вмещается? Так я раздумывала, когда я дежурной улыбочкой замерла рядом со столом, глядя сквозь и в сторону. Молча выслушала и, откланявшись, ушла.

Странный тип.

Время близилось, я спокойно обслуживала клиентов, оглядывая зал, людей было мало. Мама с детьми ушла, и туда присела бабушка с внучкой, они взяли грибной суп и выглядели так мило вдвоём. Студент, кажется, уже почти спал на собственных бумагах, бабушка и дедушка тоже ушли, оставив щедрые чаевые. На их место пришло трое мужчин-рабочих, заказавших огромную кучу еды. От них разило работой и выпивкой. Бизнесмен же что-то задумчиво писал у себя в ноутбуке, сверяясь с бумагами. Деловой трудоголик. Странно, что он тут заседает с самого открытия? Поработать ему что ли негде? Из офиса, сироту, выгнали? И да, он снова ел. Тонны еды. Я всерьёз начала задумываться, а нет ли у него дополнительного желудка? И сердца? Потому чашка кофе уже сменялась раз в шестой.

Правда я тоже бы не отказалась о кофе, вчера я так волновалась, что едва спала, так что сейчас пыталась с трудом собраться в кучу. Я подняла на него глаза и уточнила:

- Принести вам еще кофе?

- …сэр.

- Простите? – Он оторвался от бумаг и посмотрел на меня. Он улыбался и у него была мягкая и такая… успокаивающая улыбка, от которой меня пробирало сильнее, чем если бы он сидел с ножом. Жуткий. Его глаза не улыбались… они были холодными и… какими-то грустными что ли. Я вглядывалась в них, серо-голубые, пытаясь разглядеть радужку. Она всегда завораживала меня у людей.

- Эй. – Я отмерла. - Глаза в пол. - Я опустила глаза, сжимая блокнот. – Нужно говорить: «Принести вам еще кофе, сэр?».

- Да-да, конечно… - Я замялась, когда до меня начало доходить. Я подняла на него глаза, он внимательно смотрел на меня и не улыбался, соединив пальцы и будто бы ожидая от меня что-то. Я, сглотнув, выдавила. – Принести вам еще кофе… сэр?

- Умная девочка. Да, пожалуйста.

Он удовлетворённо улыбнулся и, тут же потеряв ко мне всякий интерес, начал что-то строчить у себя в ноутбуке. Я развернулась и со стучащим сердцем отправилась за нашу стойку. Пока делали кофе, я нервничала, теребя фартук и мучая себя судорогами вины по поводу такого дурацкого происшествия. Так что, когда я принесла ему кофе, смотрела только в поднос. У меня немного подрагивали руки, когда я ставила его чашку на стол, забирала грязную и вообще старалась не думать об этом странном типе. Он как раз оторвался от своего телефона, он что-то писал там, а потом потушил экран. И в этот момент ожил мой телефон, словно бы принимая эстафету. Знакомое «пум» заставило меня смущённо извиниться и, отойдя, запустить руку в передник.

От Мистера Критикана.

«Я на месте, где ты?»

Я оглядела зал, все было также, вон ещё парочка подходят. Интересно, кто он? Пффф, и он реально решил, что я соглашусь?

Я облокотилась на барную стойку, кусая губы. Поступаю ли я правильно?

«Стою в пробке, скоро буду. Как тебя узнать?»

Минута и…

«Ты все поймёшь сама.»

Ха… ну ладно. Какая самоуверенность. Я потушила телефон. Внутри была гадко. И зачем я на это согласилась? Динамо - это всегда некрасиво и неэтично. Я потерла глаза, голова уже гудела, да и в животе было пусто. Когда уже обед?.. Я снова вздохнула и оторвала взгляд от столешницы, он, тот бизнесмен, неотрывно на меня смотрел, а потом жестом подозвал к себе. Мне стало совсем нехорошо, и я ушла за занавеску, прижимая руку к груди. Черт, он пугает меня… и нужно звук убрать. Я перевела телефон в беззвучный режим и подошла к нему. Не смотреть на него, в блокнот, мимо, в окно. Куда угодно. Только не на него?

- Что-то еще, сэр? – Я выпалила это почти на одном дыхании и облизала губы.

- Ты милая.

- Простите? – Жалобно прошептала я и вздрогнула, растерянно сжав бумагу в руках, но глаз так и не подняла.

3

Он не писал мне, хотя я думала, что у меня появится свой личный сталкер в виде Мистера Критикана. Однако я больше не видела его. Правда каждый день моей смены превратился в пытку. Меня раскрыли, я была как на ладони. Так что я выдержала буквально две недели и уволилась, сославшись на сложности дома. И буквально через день я получаю от него сообщение:

«Ты уволилась из-за меня?»

«Нет, просто мне там надоело.»

«Вот как…»

«Вы следили за мной?» - Я заерзала в кресле. Неужто я была права?

«Нет. Просто иногда любовался, проходя мимо.»

«Одно и тоже.»

«Значит все-таки из-за меня.»

«Просто поймите, - пальцы замерли над клавиатурой, - я просто пишу свои фантазии и все. Я не желаю сессий или чего-то такого. Не надо мной любоваться, интересоваться и прочее. Я просто обычная девушка, не впутывайте меня в это.»

«Хорошо.»

Он просто перестал мне писать. Я ждала весь вечер, но нет, потом просто попыталась абстрагироваться и даже почти забыла про него. Прошло еще две недели и вот Мистер Критикан снова пишет мне:

«Ты нашла работу?»

«Нет.»

«Черт… - Молчание. – Я виноват, что ты уволилась оттуда. Так что это в качестве моих извинений.»

Дальше он сбросил мне несколько файлов, бегло проглядев их, я обнаружила несколько объявлений о приеме на работу. Я заметила похожую залихватскую подпись, похожу на ту, что была на чеке. Хм…

«Распечатай и возьми с собой. Я договорился.»

Вот это поворот, конечно. Какой… джентльмен.

У меня уже было назначено несколько собеседований, так что эти я оставила напоследок. Однако к сожалению, то, что мне предлагали меня не устраивало, а я вдруг стала ужасно придирчивой. Так что мне в итоге пришлось воспользоваться его вариантами. В одном меня не устроило все, во втором я не устроила их. На должность то секретаря, ну-ну. И даже подпись Мистера Критикана не сыграла большой роли. Осталось последнее, где милая девушка по телефону согласилась записать меня на собеседование на должность секретаря-референта.

Пока я ехала на место собеседования, я испытывала смешанные чувства. Стыд, что приходится пользоваться Его помощью, страх, что снова не получится и придётся начинать все заново, надежда, что все может получится, и тогда… Тогда работа в столь прекрасном стеклянном здании будет моей.

Я сглотнула и крепче сжала сумку, поднимаясь сначала по ступеням, а потом в огромном металлическом лифте на 34 этаж. Три плюс четыре – семь, а семь счастливое число. Может мне повезет?.. правда у меня такое ощущение, что я не особо подхожу на подобную роль, тем более в таком месте.

Когда я вышла из лифта, мне предстал огромный холл и коридор, уходящий вправо. Впереди виднелся стол и дверь за ним. За столом сидела миловидная девушка с голубым шарфом на шее и одетая как стюардесса. Даже пучок такой же. И улыбка.

- Добрый день, я на собеседование, - я покосилась на часы над ее головой, опоздала всего-то на семь минут, - на двенадцать часов.

- Конечно, - девушка встала и начала что-то набирать в компьютере, и я залипла на ее аккуратные короткие красные ногти, сочетающиеся по цвету с ее помадой, – сейчас заполним форму. Ваше резюме.

Я достала из сумки папку и протянула ей сначала объявление, подписанное мистером Критиканом, из-за чего девушка несколько сменилась в лице, а потом и резюме.

- Отлично. Еще пара вопросов. – Девушка замерла с ручкой над одной из бумаг у себя, я кивнула. – Владение языками?

- Родной в совершенстве, английский - разговариваю свободно, французский и итальянский перевожу со словарем.

- Неплохо, - я удивленно приподняла брови. Всего лишь неплохо? – Что еще умеете?

Что еще должен уметь секретарь? Кроме того, чтобы задавать глупые вопросы и так улыбаться? Как у нее еще щеки не отвалились? И кстати, мне, что придется работать вместе нее? Тут? В таком виде?

- Кофе умею варить…

- Ну это не понадобится, он только зелёный чай на работе пьёт.

- Умею делать чайную церемонию, - вдруг сказала я. Не то, чтобы это весьма полезный навык, но что-то же нужно было сказать, верно?

- А вот это здорово.

Серьезно? Могут попросить на работе секретарем внезапно устроить чайную церемонию? По-моему, что-то из серии фантастики.

- Что-то еще? – Я покачала головой. – Тогда ожидайте, я сейчас.

Девушка чуть склонилась в поклоне передо мной, вызвав меня очередной приступ поднятия бровей и, немного оттянув юбку вниз, скрылась за дверью. Я оглянулась. Только стены и пара минималистичных картин. Даже никаких диванчиков нет.

 - Проходите, - девушка приветственно распахнула передо мной дверь. Я вошла внутрь, оказавшись в небольшом предбаннике, так же со столом и стулом, но пустом. А вот видимо и место секретаря. Тогда кто же она? Девушка с шарфиком? Декорация?

4

Но он был хорош, - все же пришлось признать мне уже дома, когда мой гнев, вымещенный на тарелку и расчёску для волос, утих, оставив угли вины и раздражения. Он ведь даже не заставлял меня, я сама пришла, и сама принесла все данные о себе и вообще. Эээ... Я села на кровать и растрепала волосы. Это получается, что? Я ему нравлюсь что ли? Это флирт блин такой? Он пытается так меня заполучить?

Зеркало отразило мне всю гамму недоверия на лице, но внизу стало жарко. Я сглотнула.

Неожиданно.

Отправлять его в ЧС я передумала, решив, что дам ему повод мне написать. А что он мне напишет, я даже не сомневалась. Если он замутил такую авантюру с резюме и собеседованиями, то по крайней мере точно оставит последнее слово за собой. В итоге, вечер прошел в ожидании такого знакомого «Пум». И когда он сработал, я тут же открыла его сообщения и прочитала:

«Прости за сегодняшнее. Я должен был предупредить тебя. Но ты ведь даже не пришла бы, да?»

Почему мне кажется, что он улыбается?

«Не пришла бы.»

«Значит, я снова прав. Я надеялся, что хорошая оплата и непыльная работа прельстят тебя, и я этому не буду помехой.»

Черт, вот и что мне ему ответить? Пока я стучала ногтем по клавиатуре, имитируя мозговую деятельность, он что-то продолжал мне строчить. Поэму что ли пишет?

«Мне нужна твоя помощь. – И следом. – Пожалуйста. Выслушай меня. Завтра мне срочно нужен секретарь, без него я просто не справлюсь. Один день. Я правда думал, что ты согласишься.»

«Что же случилось с твоим прошлым?»

«Вчера она уехала рожать, и насколько я понимаю в ближайшие полтора года она вряд ли вернётся к работе.»

Я закашлялась.

«От тебя?»

«К счастью, от своего мужа, иначе рождение ее детей было бы моей проблемой.»

Я задумчиво продолжала стучать по ноутбуку ногтем. Я хотела этого. Это игра. Она манит меня. Его ход был великолепным, с моей точки зрения. Хитроумным, продуманным и элегантным. Это лучше, чем резюме. Да и узнать его получше не мешало бы. Чтобы знать, с кем имею дело.

Да к черту, - я скрыла улыбку в ладонях, прижатых к лицу. Я просто хочу поиграть. После такого отказаться будет неразумно. Возможно, так я смогу узнать его лучше, а может и он повторит свое предложение. И может быть мой ответ будет иным. Ну а еще я смогу написать историю из серии фильма «Секретарша», босс и его секретарь. И наручники. Ага, прямо как у нее. Еще бы фигуру и лицо как Джиленхолл, и я можно было бы попробовать.

«Только завтра.»

«Ты меня спасешь.»

Кто же после этого спасет меня?..

5

Утром я, трясясь как осиновый листочек, явилась к нему в офис, он держался вежливо и политкорректно, и даже подальше от меня. Сначала я никак не могла расслабиться, постоянно оглядывалась, мне казалось, что он набросится на меня словно дикий зверь. Ага. Разорвет одежду как в порнофильмах и разложит на столе. Угумс. Прямо посредине рабочего дня. Все нормальные люди так и делают. А начальники и подавно. Однако уже через пару часов я вообще про него забыла. Работы было и правда валом: сделать, распечатать, установить, принести, подать, снова печатать, набирать текст, встретить гостей. К счастью, большую часть работы делала Девушка с шарфиком, а я была ее верным помощником, сам Мистер Критикан до встречи скрывался кабинете. Когда приехала делегация, и мое знание языков несколько помогало разрядить обстановку, несмотря на идущего в комплекте переводчика. Я старалась вести себя мило и обходительно, предлагая напитки, подавая упавшие вещи и прочее. Неудивительно, что в конце, прощаясь, некоторые из данной делегации благодарили меня и уверенно желали «держать» такого секретаря Мистеру Критикану. Я отшучивалась, и тем более была потрясена, когда один из ни, чуть отведя меня в сторону, наполовину шутя, предложил мне работу у него, если «мистер Атерс будет к вам суров».

И что он имел в виду?

Я неловко рассмеялась, забирая визитку и убедив его, что все в порядке, и я подумаю над его предложением обязательно. Завтра. Как только снова останусь без работы.

Когда они ушли, и в конференц-зале мы остались с Мистером Критиканом вдвоем, я собирала бумаги и старательно игнорировала его и то, как он посматривал на меня. Наконец, он подошел ближе, окутывая запахом своего парфюма. Он навис надо мной, требовательно заглядывая в мое лицо. В один момент он вдруг схватил меня за руки и прижал их к стене своими рядом на уровне моего лица. Не больно, но властно, а его губы оказались в опасной близости от моих шеи и уха. Через секунду я услышала тихий голос:

- Даже не думай об этом, девочка. Посмеешь уйти хоть к одному из них…

Я зажмурилась, он не говорил, что со мной будет, но внутри сладко ёкало в предвкушении. Сердце стучало как гигантский бубен, разрывая мою грудную клетку. В голове все мутилось от его запаха, от горячего дыхания на шее и обжигающей судороги между ног. И даже вина за то, что эти дурацкие слова, сказанные в такой грубой форме, не вызывают во мне ни капли возмущения, была слабым подспорьем моей воли.

- Глаза. – Я распахнула их, смотря на него. Огромные зрачки, затопившие потемневшую радужку, приоткрытые губы. Внимательный долгий взгляд. – Ты меня поняла?

- Да… - прошептала я, падая в пропасть.

- Что «да»? – Он улыбнулся, одна из его рук отпустила меня и провела пальцами по щеке. – Мм?..

Его пальцы медленно двигались вниз и замерли на шее, поглаживая кожу и будто бы прислушиваясь к моему зашкаливающему пульсу. Боже, я не вынесу ни секунду здесь более… это пытка.

- Да, сэр…

В тот момент, когда мой еле ворочавшийся язык выдавил это из себя, его пальцы обхватили мою шею, чуть сдавливая, но не опасно. И этот жест стал моей последней каплей, заставляя мои ноги подкоситься и буквально обмякнуть в его руках.

Он удержал меня.

- Ты такая… - у него был хриплый голос. Он склонился надо мной, касаясь мои губ своими. Горячие, но нежные. Жаркая волна прошла по телу, вырываясь тихим стоном сквозь приоткрытые губы. И развеивая ту атмосферу, что была там. Отрезвляя нас одновременно. Я вздрогнула, распахивая глаза.

До меня доходило.

До него видимо тоже.

Мистер Критикан отступил от меня, и на его лице проступило раскаянье, он потер шею и тихо извинившись, вышел из зала. Я осталась стоять на слабеющих ногах, поглаживая собственную шею. Мне все еще казалось, что уверенные пальцы там, гладят мою кожу и сводят меня с ума. А еще с ярко пылающим желанием между ног…

Когда я нашла в себе силы выбраться оттуда, Девушка с шарфиком отдала мне оплату и с улыбкой попрощалась. На мой вопрос, она лишь склонила голову и ответила, что мой Мистер Критикан уехал домой.

Я с силой врезала ладонью по кнопке лифта. Какой еще «мой»? Какой еще к черту «мой»? Он не мой, он вообще… ничей. И… я зажмурилась. Эти губы, наверное, будут мне снится. И зато теперь я знаю две вещи. Первая: я ему нравлюсь. Нет, не так. Я его интересую. Нет, снова не так. Он меня хочет. Уже лучше. И вторая: если бы я когда-нибудь хотела представить, как выглядел тот самый Змей-искуситель и его яблоко, то он выглядел бы именно так.

И черт возьми, это было прекрасно…

Чувства распирали меня. Я вернулась домой и долго отмокала в ванне, глядя в потолок. Он такой… такой… и еще его слова. «Ты такая…». Что он имел в виду, когда говорил это? Неужели я и вправду ему нравлюсь? Из-за историй? Или он имеет какую-то фантазию обо мне? Из-за этого? Как много вопросов.

Пару дней я просто караулила его сообщения в сети, но он не писал. И даже не комментировал мою новую историю. Я ждала. Это было похоже на манию. Я хотела, чтобы он написал. И хотела, чтобы он сделал это первым. От всех предложений я естественно отказалась, ведь меня так настойчиво «попросили», и даже работу искала, но моя голова была занята совсем другим… Моя жизнь осталась прежней, помимо эротических снов с чьими-то прекрасными голубыми глазами, но… хотя нет.

6

«Привет.» - Долгая пауза, от которой я пытаюсь не сойти с ума, глядя на то, как он что-то пишет. Потом значок карандаша пропадает, снова появляется, и снова пропадает. – «Мне снова нужна твоя помощь. Могу взять с собой своего водителя, чтобы у меня не было соблазна, и я… Прости, я потерял контроль. Это было абсолютно недопустимо.»

Он признает ошибку. Как мило…

«Но тебе ведь понравилось, да?»

«Вот только не начинайте.» – Тут же отозвалась я.

«Прости. Просто хотел убедиться.»

Нахал. Я прям чувствую его усмешку.

«Какие у вас проблемы то с секретарями. Неужели никто не хочет работать на непыльной работенке с хорошей оплатой?»

«Это было персональное предложение. Для всех остальных это просто работа.»

Я написала: «Что во мне особенного?», но так и не смогла отправить. Я тогда даже смотреть на него смогу, когда… Стоп. Так. Я еще не согласилась же, верно? Я ведь могу и отказаться. Внутри сладко заныло в предвкушении новой встречи. Я самоубийца. Ей богу.

Я стерла то, что писала и, вдруг обалдев от собственной наглости, напечатала:

«Двойная оплата.»

«Согласен.»

Хм… я ожидала, что он будет ломаться, и мне удастся насладиться его метаниями. А тут…

«Когда, где и во сколько?»

7

Эта встреча была… как бы так выразиться. Холоднее.

Ладно, она была похожа на заигрывания мальчишек в средней школе. Когда ты им нравишься, но они не могут это выразить никак по-другому, кроме как дергая за косички и тыкая под ребра. Вот тут также. На меня посыпались придирки, хоть и по делу, недовольство, и скверное настроение, выливавшееся на сотрудников аэропорта. Хоть и в старательно вежливой форме. Но от такой «вежливости» хотелось закопаться где-то тихонько.

И да, нам пришлось лететь в другой город. Оплата была за его счет, это меня не беспокоило, летать я не боялась, а вот самого перелета с Мистером Критиканом – да. Тем более, когда он метал грозные хмурые взгляды, просил трижды переделать кофе и цыкал на меня как на провинившегося ребенка. Его недовольство мною было не понято. Это действительно он злится, что не может меня ммм… коснуться, поцеловать или что-то в таком духе? Или я просто надумываю и у кого-то дурацкий характер?

В самолете я не могла заснуть, так что затеяла с ним беседу, которая получилась весьма занятной. Как-то мы даже невзначай перешли к теме моей работы до кафе, где произошла знаменательная встреча.

- И почему ты ушла? – Мистер Критикан без устали натирал собственную переносицу, и мне всерьез казалось, что там от кожи у него ничего не останется. Он оторвался от этого действа, лишь услышав вкратце истинную причину моего ухода. Его голубые глаза оглядели меня удивленно, а темные брови приподнялись. Он сидел весь такой красивый, как с обложки какого-нибудь Forbes, в этом темно-синем костюме и белой рубашке с расстёгнутым воротом, распространял вокруг себя флюиды недовольства и элегантности.

- Что?

- Много же у тебя поклонников для такой безвкусицы.

Я нахмурилась и обиженно поджала губы. Ну вот теперь я узнаю тон Мистера Критикана.

- Вообще-то эта безвкусица вам даже нравится. Она... – Я сделала паузу с придыханием и, кривляясь, продолжила, – Вас… зацепила.

Если бы я могла умереть от пронзительных глаз, метавших молний, то я была уже мертва. Раз десять. Но не в этот раз, юноша. Не в этот раз. Я победоносно улыбнулась ему.

- А еще, насколько я знаю, одна из моих историй у вас в понравившихся.

Я была великолепна. Шах и мат.

- Это так. – Вдруг признал Мистер Критикан, внимательно глядя на меня, а потом облизнул губы, из-за чего меня пробило ознобом. – Ты вроде бы тоже в долгу не осталась. И прочитала их все. И даже сохранила.

Я потеряла дар речи на секунду:

- Что? Откуда вы знаете?

Он отвернулся и сделал вид, что решил почитать выданный нам журнал.

- У меня платный аккаунт. Я знаю все.

До конца полета он больше не проронил ни слова, я тоже старалась молчать и даже не смотреть на него. Встреча прошла удачно, и мы заключили контракт. Мистер Критикан даже сдержанно похвалил меня после нее. Эта похвала по тону было что-то среднее между «Ну могло быть и хуже» и «Лажала не так что бы слишком», а после добавил:

- Я заказал нам два номера в отеле неподалеку. Утром самолет. – Он выглядел уставшим и как будто бы уже не таким уверенным, хотя я сама была не лучше. В такси я ехала, сняв неудобные туфли и молясь богу, чтобы мои ноги пахли прилично. Но терпеть больше эту адскую боль было невозможно. Они не созданы для такой работы. Одевая их, я не ожидала, что мне придётся ТАК много ходить, бегать, носить, подавать и все такое…

- Зачем ты их одела?

- Потому что… - пробубнила я, закрывая глаза. Потому что хотела, чтобы моя задница была великолепной. Так и было, только некоторым Мистерам Критиканам похоже было все равно. И я была расстроена, да. Столько страданий и даже ни одного жадного взгляда на меня. Только недовольство и раздражение, все усиливающееся к концу вечера. Я печально вздыхала и думала, что все неприятности закончены, но не тут-то было.

Бронь на второй номер оказалась недействительной. Других номеров свободных нет.

Тыдыщь.

Мы с Мистером Критиканом встречаемся глазами. Он мрачнеет, и над ним словно бы сгущаются тучи. Я едва стою на ногах, попеременно зевая в ожидании развязки. Только я чувствую, что она будет недружественной, так что я, чуть покачиваясь, беру его ладонь в свои руки.

- Давайте так, можно? Я так устала… прошу вас, пожалуйста…

Сначала его глаза становятся удивленными, а потом он выдирает мою руку, словно я ядовитая. Меня это задевает, и я отвожу глаза. Его логика абсолютно не просматривается. Что с ним не так? Сначала нравлюсь и весь такой вежливый, а сегодня… что за собака его покусала?

Мистер Критикан уступил и даже не стал ругаться, но… он был зол. Пока мы ехали в лифте, он него волнами расходился гнев. Он был просто вне себя. И в том, как он с грохотом приземлил свой чемодан в коридоре и начал дергать двери, пытаясь их открыть. Я не заходила, слушая, как он что-то бормочет и снова кидает чемодан уже внутри. И лишь, когда он затих, прошмыгнула следом.

Номер оказался двухкомнатным. Сначала гостиная, из которой был выход в ванну и туалет, и спальня. Диван нам разложили и застелили, так как от раскладушки он отказался. Мне же выделили спальню как даме. По лицу «джентльмена» я видела, как он «безумно рад» нашему соседству на одну ночь.