Новогодняя ловушка

1.

- Девчонки! Я выхожу замуж!

Тихое утро в бухгалтерском отделе взорвалось визгами и поздравлениями на ультразвуке.

Наша Ксюша-Опоздуша в кои-то веки явилась на работу вовремя. Скорее всего не смогла усидеть дома, спеша поделиться с коллегами радостной новостью.

Я присоединилась к поздравлениям, мазнула взглядом по колечку и под предлогом, что надо в туалет, выскочила в коридор.

Закрывшись в кабинке, присела на крышку унитаза, глубоко вздохнула и задумалась.

Нечестно!

Ксюша встречалась со своим женихом меньше года, а уже предложение. Та же Оля получила заветное кольцо на день рождения и только я, живя с Антоном уже целых два года, хожу до сих пор «в девках».

Ну все. Так больше не может продолжаться. Вот прямо сейчас, возьму и напишу ему. Сколько мне еще ждать? То мы копим на путешествие, то мы копим на машину, то мы копим на квартиру.

Само собой, я уже не раз подводила Антона к разговору о будущей свадьбе. Собственно, это происходило всякий раз после общения с мамой, которая уже давно мечтает о внуках. Мама давила на меня, а я в свою очередь пыталась давить на Антона. Ключевое тут слово «пыталась», потому что мой молодой человек оказался какой-то «непродавливаемый». Бывало, что мама сама порывалась завести с ним серьезный разговор, но я прикладывала все силы, чтобы этого не допустить. Мне не нужно, чтобы на мне заставляли жениться. Мне нужно добровольно. Неужели я такого не заслуживаю?

«Как добрался до работы? У нас Ксюша замуж выходит»

Да, намек получился жирным.

Ответ прилетел моментально.

«Все нормально. Но сегодня обещают метель, будь осторожна на дороге. Поздравляю Ксюшу»

И смайлик в конце. Похоже кто-то недопонял.

«Антон, а когда я замуж пойду?»

Вопрос в лоб. Теперь не отвертится. Наверное, это было слишком прямолинейно и тут надо бы действовать тоньше, чтобы не ранить мужскую психику, но я так устала ждать. А тут еще и Ксюша с кольцом.

Прождав с минуту, поняла, что и дальше находиться в туалете, уже как-то не очень прилично. По дороге в кабинет, рука с телефоном так и зудела. Я буквально ежесекундно проверяла экран.

Ничего. Ни строчки, ни буквы, ни смайла.

Сосредоточившись на работе, попыталась отвлечься от неприятных мыслей, что сегодня вечером нас похоже ждет непростой разговор о будущем.

Однако полностью уйти в сверку цифр мне не удалось из-за нескончаемых пересказов Ксюши «как это произошло».

- Анют, а ты когда под венец? – поинтересовалась Татьяна Владимировна, бухгалтер со стажем, мать двух дочерей и обладательница целого одного внука.

Некоторым совершенно не хватает такта. Есть такие люди, которые считают, что только им одним ведомо, что и когда делать остальным.

- Когда позовут, - кисло улыбнулась я.

- Так уж давно пора.

Я пожала плечами, мол такие дела, и повернулась обратно к компьютеру. Вот нельзя же так бить по больному.

Следом меня добило сообщение от Антона.

«Мы это уже обсуждали.»

«Я хочу замуж и спрашиваю, когда?»

На этот раз ответ не заставил себя долго ждать.

«Ты же знаешь, что мы копим на жилье. Тебе так важна свадьба? Так нужен штамп?»

«Да, важно. Когда? Или мне детей в 40 лет рожать?»

«Поговорим дома»

Знаю я этот сценарий. Дома Антон задобрит меня вкусняшкой и нальет воды в уши, что все будет, но потом. И вообще, что важнее отношения, а не бумажка. Но я так больше не могу.

«Антон, ты собираешься на мне жениться?»

Сердце стучало так, что кажется весь отдел слышал его удары. Сейчас все решится.

«Не сейчас»

В лицо хлынул жар, на ресницах собрались слезы. Аня, держись. Нельзя при коллегах.

 Вдох-выдох.

Выдох получился чересчур шумным.

Хватит!

«Я больше не могу ждать. Все, расходимся.»

Дрожащими пальцами отправила сообщение и от греха выключила телефон. Снова убежала в туалет, чтобы выплакать несбывшиеся надежды в гордом одиночестве.

Что со мной не так? Неужели я хуже других девчонок? Я не страшила и не пустышка, так почему же я должна выпрашивать себе предложение? А выпрашивая, получать отказ. Много ли мне нужно в жизни? Никогда не просила ни дорогих телефонов, ни шуб, ни драгоценностей. Даже цветы дарить не просила. Мне всегда казалось, что когда любишь человека, ты естественным образом хочешь его радовать, делать его счастливым. Быть с ним до самого конца. Я только мечтаю, чтобы со мной хотели быть настолько сильно, чтобы выбрать меня своей женой и создать семью. Неужели я недостойна?

2.

Умом я понимала, что надо быстро хватать ноги в руки и на всех порах мчать к начальнику, но в голове вдруг образовался полнейший сумбур и ступор. Не вовремя пришли мысли, что после наших скоротечных отношений, мы больше ни разу не оставались один на один. Даже по работе. Бывало только, столкнувшись в коридоре и кивнув друг другу в знак приветствия, мы расходились в разные стороны, даже не оглянувшись назад.

Тряхнув головой и избавляя себя от странного наваждения, я заспешила к Виктору. Отдам бумаги, дождусь подписи и пожелаю ему хорошего полета. Исключительно из вежливости. Какое дело, что было между нами пару лет назад? Это все в прошлом и длилось не больше месяца, а то и меньше. Пусть даже это были самые страстные несколько недель в моей жизни. Пусть даже мой начальник знает в точности, где у меня родинка на груди. Глупое заблуждение. С моей стороны было слишком самоуверенно заявлять такое, ведь я даже не отважусь предположить сколько девушек прошло через его постель. Меня вдруг резко заинтересовал вопрос, а есть ли у него сейчас серьезные отношения?

Весь путь, что я бежала до Виктора, я смотрела куда угодно, лишь бы не на него. А добежав, выпалила на одном дыхании, глядя куда-то ему в плечо.

- Здравствуйте! Я очень спешила, но там такие жуткие пробки…

- Можно на «ты». Спешить уже было незачем. Почему телефон недоступен?

Уловив холодно-недовольные нотки в его голосе, я осторожно подняла голову выше, чтобы посмотреть Виктору в глаза. Серо-зеленые всегда были моим любимым цветом глаз. Да о чем я вообще думаю?

- Телефон сел, - сказала первое, что пришло в голову, - То есть как… самолет уже улетел?

- Да, - сухо отозвался он.

Неужели я так спешила и истратила месячный запас нервов впустую?

- Я очень извиняюсь, - начала говорить быстро и сбивчиво, - я выехала сразу же, как только отдали бумаги, но из-за снега везде пробки, я добиралась практически два часа…

- На метро ты не догадалась поехать?

- Не подумала, - ответила честно, виновато опустив плечи и голову.

- Заметно, - бросил Виктор пренебрежительным тоном, продолжая холодно на меня смотреть.

Под этим осуждающим взглядом мне хотелось сжаться в букашку и улететь куда подальше от своего злого начальника. Не зная, что еще сказать в свое оправдание, я осторожно предложила:

- Может улететь следующим рейсом?

- Все рейсы отменили из-за сильного снегопада, - устало ответил Виктор и потер довольно мощную на вид шею.

А ведь я уже успела забыть какой он на самом деле высокий. И широкоплечий. Особенно в бежевом тоненьком свитере, который практически не скрывал ни единой мышцы. Из V-образного выреза выглядывала ключица и несколько светлых волосков, и почему-то именно эта деталь показалась мне невообразимо сексуальной. Невольно сглотнув, я оторвала взгляд от выреза и попросила:

- Тогда подпишешь пожалуйста бумаги, и я поеду?

Что со мной творится? Еще утром я была девушкой Антона и вообще-то хотела выйти за него замуж, а встретившись с Виктором, разум заполонили непрошенные мысли. Видимо нехило стрессанула. Надо скорее делать отсюда ноги.

- Давай сюда, - Виктор протянул руку, проверил данные и размашисто расписался в самом низу.

Слава Богу, моя задача выполнена. За опоздание начальника на рейс, меня конечно по головке не погладят, но и Виктор уже не выглядел таким раздраженным, как в начале, а значит никакой катастрофы не предвидится.

- Извини еще раз. Пока, - я с облегчением развернулась и поспешила скорее на выход.

Правда уже через несколько метров грудь подозрительно стиснуло. Как-то все неловко вышло. Из-за меня Виктор не успел на рейс, хотя и откровенно говоря не я виновата, что ему не передали бумаги вовремя. Оглянулась назад, но его уже и след простыл. Наверное, пошел в зал ожидания. Может стоило предложить выпить по кофе? Что за глупости. О чем бы мы разговаривали? И потом, надо быстрее вернуться к машине, чтобы достать и включить телефон.

Перед выходом образовалось самое настоящее столпотворение. Что случилось?

- Пропустите, можно пройти, - проложив себе локтями путь к дверям, я замерла, не веря своим глазам.

За те десять минут, что я провела внутри, снег на улице превратился в самые настоящие сугробы. Машины на парковке были похожи на снежные холмы, и даже с сигналкой я бы ни за что не отыскала свой автомобиль. Движение встало.

- Что произошло?

- Снегопад же, - хмыкнул рядом стоящий усатый мужчина в шапке «привет из девяностых», - дорогу замело, снегоуборщики не справляются.

- И что, совсем не уехать? – в замешательстве спросила я.

- Совсем, - покачал головой мужчина и добавил, - Там небось и ДТП на ДТП.

В растерянности отошла от выхода. Съездила, называется, по работе. Телефона нет, когда попаду домой – неизвестно. Поискать Виктора? С другой стороны, не хотелось бы навязывать ему свою компанию. Да и в его присутствии мне отчего-то становилось не по себе.

Приняла решение, что пока не закончится метель, посижу в каком-нибудь кафе, скоротаю время за сэндвичем с латте. Я бы не прочь съесть что посущественнее, но это же аэропорт – тут цены сами тебя слопают. Придется довольствоваться скромным ужином.

3.

- Ты так из-за парня переживаешь? – спросил Виктор, пока мы шли до нужной стойки.

- Нет, - замотала головой, - А откуда ты…?

- Пару раз видел, как тебя встречали.

Это было новостью. Я то полагала, что после всего Виктор и думать обо мне забыл, он же сам признался, что встречался «для удовольствия», какое ему было дело до того, кто меня встречал?

Неожиданно захотелось признаться в том, что похоже нет у меня уже никакого парня, но я вовремя прикусила язык. Чего я собственно хочу этим добиться? Намекнуть, мол, валяй, я сейчас одна и путь свободен? Вместо этого спросила:

- А твоя девушка не будет против?

- У меня нет девушки.

- Ну да, у тебя же вагон девушек, - ляпнула и замолчала, опасливо взглянув на Виктора.

Но он только улыбнулся, пожав плечами:

- Они все равно не мои.

Не знаю почему, но от его слов я почувствовала некий укол разочарования. Глупо, но я надеялась он скажет что-то наподобие «у меня сейчас вообще никого нет». Хотя, какая мне разница? Такие, как Виктор, не меняются, им и так хорошо живется. И мне следует почаще себе об этом напоминать.

Уже у стойки регистрации гостиничных номеров, он всучил мне в руки свой телефон со словами:

- Позвони или напиши ему, чтобы не волновался, - а сам развернулся к администратору.

Я отошла в сторону, вертя телефон и не зная, стоит ли вообще писать что-то Антону, к тому же с чужого номера. Понимала, что надо бы дать ему знать, что со мной все в порядке. Мы ведь близкие люди и живем вместе. И тем не менее во мне поселилось необъяснимое нежелание выходить с ним на связь. Но если быть честной самой с собой, ситуация, в которой я оказалась вне зоны доступа, меня даже радовала. Раз Антон не хочет на мне жениться, пусть привыкает к тому, что меня в его жизни больше не будет. Да, отчасти во мне говорила женская обида. Ему полезно будет помучиться, гадая, куда же я пропала. Может это и было жестоко, но не менее жестоко, чем пудрить мне мозги все эти годы.

Взгляд упал на спину Виктора и мое настроение в миг ухудшилось еще больше. Почему мне так не везет в личной жизни?

- Почему хмурая? Что-то с парнем? – Виктор стоял с ключом от комнаты и заглядывал мне в лицо.

- Нет, я номера его не помню, - отвернулась, чтобы скрыть подступившие не вовремя слезы.

До самой комнаты мы шли молча, а зайдя внутрь, Виктор первым делом помог мне снять пуховик. Всего лишь пуховик, а чувство, как будто бы он раздевал меня полностью – настолько остро я ощущала спиной его присутствие.

- Ты же раньше не любила эти «дутики».

Поглощенная своими мыслями, я непонимающе уставилась на начальника, и только спустя секунду дошло, что он говорил о моем пуховике. А ведь и правда, не любила. Раньше я носила шубки, а когда начала жить с Антоном, переключилась на одежду попроще. Джинсы, свитера, футболки. Помню однажды, мы вместе собирались на день рождения к одному из его друзей, и Антон попросил меня «сильно не наряжаться», намекая на то, что в праздничном платье я буду выглядеть неуместно. Я и сама это понимала, его окружение одевалось так же как он – простые футболки, бесформенные свитера, сплошной унисекс. И постепенно мой гардероб стал соответствовать.

- Поменялись предпочтения, - пожала плечами и направилась к окну, чтобы оценить последствия бури.

- Как будто в ловушке, - произнес Виктор совсем рядом.

Я вздрогнула от того, как он склонился над моим плечом, пытаясь разглядеть, что творится на улице. Слишком близко. Он почти касался грудью моей спины. Закусив нижнюю губу, я с силой вцепилась в подоконник, сопротивляясь желанию прислониться к нему. Аромат дорогого мужского парфюма обволакивал и дурманил голову. Господи я просто мечтала развернуться и уткнуться в ямку между ключицами Виктора и как следует вдохнуть его запах.

Это уже что-то ненормальное. Отчего он так действует на меня?

Пока не случилось непоправимое, я быстро отошла от окна и плюхнулась на кровать, готовая лечь спать вот прямо сейчас.

- Может снимешь одежду.

- Что? – от предложения Виктора у меня глаза полезли на лоб.

- В джинсах спать неудобно, - пояснил он с видом ни на что не претендующего монаха.

Как? Как за один день я, целовавшая Антона утром на прощание, уже сегодня ночью оказалась в одном номере с Виктором, который предлагал мне снять джинсы, потому что в них видите ли «неудобно спать»?

- Подсматривать не буду, обещаю, - ухмыльнулся он.

- Мне удобно, - снизошла я наконец до ответа, все еще пораженная тем, где я сегодня свернула не туда.

Виктор уселся на соседнюю кровать и продолжил работать на компьютере. Понаблюдав за ним какое-то время, я перевернулась на другой бок и еще раз задумалась о сегодняшнем дне. Может все-таки не стоило так обрубать концы, да еще и по переписке. Представив свою дальнейшую жизнь, где не будет Антона с нашими прогулками, просмотрами смешных американских мультиков, походами в музеи, мне стало грустно. Как будто я лично вырвала кусок себя. Но вместе с тем я представила свою жизнь с этим человеком через несколько лет. И почему-то во мне не было ни капли сомнения, что она ничем, абсолютно ничем не будет отличаться от нынешней. Все же, наверное, так будет лучше для нас обоих. И все равно было грустно.