О том, как я попала в тело суккуба

Глава 1

В груди горит от недостатка воздуха. Сознание затапливает паника. Инстинктивно делаю вдох, но рот заливает вода. Едва не наглоталась! Вокруг ни черта не видно из-за мути и пузырей воздуха, но откуда-то сверху пробивается свет солнца. Пытаюсь выбраться, но все усилия сводят на нет руки сумасшедшей суки. Брыкаюсь, царапаюсь, но она вцепилась как клещ. Никогда не считала себя слабой, однако адреналин, алкоголь или бог знает что еще, похоже, превратили эту ненормальную в сверхчеловека!

В ушах гулко стучит сердце. Как сквозь вату доносятся негодующие мужские крики. Перед глаза пляшут пятна, превращая воду в расплавленное золото. Сил остается все меньше. Неужели так я и умру? Захлебнусь из-за какой-то полоумной мрази? В сознании ослепительно вспыхивает несогласие.

Чужие голоса смешиваются с женским воплем — я умудрилась извернуться и наугад вцепилась в ее лицо ногтями. Чужая хватка ослабла, но недостаточно, чтобы выбраться. Да пусти же! Я здесь не сдохну!

“Глаза”.

Сил на сомнения уже не осталось. Смещаю ладони и, нащупав характерные впадины, нажимаю изо всех сил. Удивительно, но выдавить чужие глаза оказалось не так-то просто: пальцы встречают упругое сопротивление. Или это так кажется из-за слабости и недостатка воздуха?

Тем не менее, чужое давление наконец исчезает. Теперь она пытается оторвать мои руки, но я в каком-то мстительном исступлении продолжаю давить. Хруст. Я скорее ощущаю его пальцами, чем слышу. Дикий женский крик.

Какая-то сила буквально выдергивает меня из воды и помогает принять вертикальное положение. Тело скручивает мучительный спазм. Вода всюду: течет по лицу, волосам, из горла, из носа, из ушей. Жесткий приступ кашля: легкие тоже избавляются от жидкости. Воздух! Он пьянит лучше, чем даже самый изысканный алкоголь! Наслаждаюсь каждым вдохом.

Наконец получается увидеть тварь, которая пыталась меня утопить — визжащая на одной ноте женщина держалась двумя руками за лицо. Между ее пальцев текли ручейки крови и какой-то слизи. С легкой дрожью осознаю, что она пытается закрыть провалы на месте глазниц, но у не получается: замечаю часть дыры с каким-то ошметками.

В этот момент руки, которые помогали подняться и поддерживали, задвинули меня за огромный мускулистый обнаженный торс, покрытый татуировками и золотыми украшениями.

Вокруг кричали и суетились какие-то люди. Кажется, мне что-то накинули на плечи, после чего заботливо обняли со спины. В голове все еще царил какой-то туман. Я пыталась сориентироваться в происходящем, но его смысл ускользал от меня. Окружающие громко выясняли отношения, но их голоса перекрывал вой женщины с выколотыми глазами.

Это я сделала? Своими руками? Украдкой опускаю взгляд и понимаю: не своими. В смысле, эти руки определенно принадлежали не мне: очень смуглая, чуть ли не эбонитового цвета, кожа; тёмные, с серебром, ногти — узкие и острые, как у кошки. Инстинктивно появилось понимание: это не руки человека.

В ушах появился назойливый звон, а чужие голоса отдалились. Ощущение нереальности происходящего накрыло сознание, как пуховое одеяло, и, под оханье женщины, которая меня обнимала, я упала в обморок.

Но даже там не нашла покоя.

Мне снилась жизнь девушки по имени Фатхимирзис Алм Нкоси. День за днем, час за часом. Я злилась с ней и радовалась, боялась, металась в тревоге. Воспоминания проходили сквозь меня и укладывались на полочку, навсегда становясь частью личности. Больше я не Таня Ромашкина. Но и не принцесса Фатхимирзис Алм Нкоси. Что-то среднее, возможно? Или какая-то часть все-таки превалирует? Не могу разобрать.

Между тем, воспоминания подошли к концу: принцесса украла любовь жениха своей восьмой сестры и заставила его разорвать помолвку; Ндира в ярости явилась выяснять отношения, и все закончилось безобразной дракой в море. И что-то мне подсказывало: вряд ли оскорбленная родственница пыталась просто напугать принцессу.

Воспоминания пролили хоть какой-то свет на происходящее, ведь Таня тоже оказалась в удивительно похожей ситуации: подружка любовника попыталась ее утопить во время купания в море. Дальше — сплошной туман.

У нее получилось и Таня умерла? Это перерождение? Или неведомая сила поменяла двух девушек в похожей ситуации местами? Если последнее, то очень надеюсь, что принцесса все-таки спасла мое тело от этой полоумной сучки. Мысль о том, через какое горе родителям придется пройти, разрывала сердце.

К счастью, сон притупил эмоции. Все воспринималось легко и просто. Как должное. Я даже мимолетно порадовалось, что угодила не в тело какой-то рабыни, а в первую дочь султана Алм Нкоси.

Мир, в который я попала, назывался Эсфатос. Он делился на две стороны: светлую и темную. И конечно же, со своим везением я угодила на земли последних. Если говорить точнее, то в королевство Дэмайми, самый юг континента, где пустыня встречается с жаркими тропиками.

Название страны звучало подозрительно похоже на слово “демон”. Да и населяли его существа рогатые, а некоторые и вовсе — копытные и крылатые. Впрочем, местных это совершенно не смущало, напротив, они гордились своим видом: чем сильнее выражены атрибуты, тем выше социальный статус.

Дэмайми — многочисленная раса, которая населяла добрую половину континента. Они сильны, воинственны и горделивы. Статус — это их альфа и омега. Мужчины дэмайми на нем просто помешаны и демонстрируют всеми доступными способами. Не удивительно, что среди них распространена традиция многоженства, ведь женщины такой же показатель статуса, как и внешние атрибуты. Что лучше продемонстрирует превосходство мужчины, чем лучшие красавицы рядом?

Мой отец унаследовал трон в возрасте шестнадцати лет. Никто не верил, что он сможет удержать власть: в обществе, где правит сила, у подростка не так много шансов. Но отец справился, умом компенсировав недостаток мускулов: где хитростью, где шантажом, где щедрыми дарами, он сбалансирован придворные фракции и заставил считать со своей волей. До сих пор отец удерживал власть железной рукой в мягкой перчатке.

Глава 2

Одна из главных особенностей суккубов и инкубов — мы питаемся эмоциями окружающих. Не всеми, конечно. Как маги смерти впитывают эманации боли и остатки энергии, которые испускает человек в последние минуты жизни, так и суккубы насыщаются вожделением и похотью.

Побочный эффект от этой особенности — развитая эмпатия. Суккубы великолепно чувствуют чужие эмоции и желания. Например, я точно знала, что охранник очень удивился, когда зашел и увидел принцессу в одной простыне. Он хотел отвернуться, но замешкался. Фати — очень красивая девушка, и ее тело просто создано для того, чтобы им восхищались. Сладкий аромат возбуждения разнесся по комнате. Каким-то внутренним ощущением я потянула его к себе, и почувствовала прилив энергии: исчезли остатки тумана в голове, появилась легкость в теле. Хитрый лис все прекрасно рассчитал.

К сожалению, продлилось это не долго: рыцарь все-таки взял себя в руки и отвернулся. Судя по эмоциям, сосредоточился на своих прямых обязанностях. Еще и кисловатый аромат страха появился. Фу.

Так не пойдет.

— Подай платье, — приказала я.

Бедный парень ушам не поверил, когда услышал мои слова, и окончательно растерялся. Во дворце все знали, что старшая принцесса — не простая девушка, но ее консервативное поведение напрочь стерло из сознания окружающих представление о том, как ведут себя настоящие суккубы. Впрочем, я и сама мало что о них знала: только по книгам, которые читала. Однако, впервые ощутив сладкий аромат желания, его вкус, искристую легкость во всем теле, поняла, что не хочу от этого отказываться.

— Ну же, не заставляй меня ждать, — поторопила стражника, смешав в голосе строгость, игривость и капризность.

Поразительно, но достаточно сложная игра интонаций и полутонов далась мне на удивление просто. Голосовые связки с готовность реагировали на любое желание, словно идеально настроенный инструмент.

Не зная куда деть глаза, стражник повернулся и направился к шкафу, который находился в противоположном от него конце комнаты. Я свесила ножки с кровати и потянулась. Простынь медленно заскользила по телу, на секунду задержалась на груди и упала на пол.

“Что ты творишь?” — испуганно заметалось в голове. Захотелось схватить белую ткань и натянуть до самого горла, спрятаться, выгнать рыцаря прочь.

В следующий миг все ушло. Сомнения исчезли. Краски стали ярче, мысли — легче, окружение — объемней. Даже воздух изменился: приобрел сладкий и терпкий вкус, словно изысканное вино.

Мне не требовалось поворачивать головы, чтобы почувствовать, как стражник пожирает мое тело глазами. Похоть потоком растекалась по комнате, а вместе с ней каждую клеточку заполняла энергия.

“Мало. Хочу еще!”

Инстинктивно поворачиваюсь, позволяя чужому взгляду больше свободы.

— Госпожа, — охрипшим голосом произнес охранник, протягивая воздушное платье розового цвета с широкими вырезами по бокам: постоянная жара диктовала свои правила.

— Теперь помоги одеться. — Плавным, тягучим движением поднимаюсь на ноги, поворачиваюсь к нему и смотрю прямо в глаза.

А вот его взгляда упорно пытается соскользнуть ниже. На губах сама собой возникает самодовольная улыбка. Пусть смотрит: мне стесняться нечего.

— Простите, госпожа, я не умею. Сейчас позову служанку, — выдает этот дурашка.

— Спорить вздумал? — Делаю вид, что рассердилась, но в противоположность этому мягко провожу пальцем по его подбородку. Приказ вырывается, как удар хлыста: — Подними его.

Похоть достигает нового уровня, плотным киселем разливаясь вокруг. Похоже, этому парню нравится подобное обращение. А ведь я ему едва до груди достаю. Шалунишка. Трясущимися руками выполняет указание.

Поднимаю руки и позволяю ткани скользить по своей коже. Бедняга, несмотря на перчатки, изо всех сил старается не прикоснуться к телу любимой дочери султана: знает, что за любую вольность тот же час лишиться головы. И это в лучшем случае.

Разглаживаю складки на тончайшей ткани.

— Хороший мальчик, — произношу, поворачиваюсь к нему спиной, собираю свои длинные волосы и перекидываю их вперед, открывая чужому взгляду тонкую шею. Вновь приказываю строгим тоном: — Теперь застегни.

Чувствую, как он дрожащими пальцами пытается попасть пуговицами в петельки, и при этом не слишком сильно таращиться. Издаю легкий смешок. Вожделения настолько много, что его можно ножом резать.

“Все! Больше не могу!”

Одним усилием втягиваю всю энергию в себя. В голове словно вспыхивает сверхновая, волны наслаждения пронзают каждую клеточку тела. Из груди невольно вырывается сладкий стон.

Рыцарь, напротив, застыл, как статуя. Мне даже немного жаль его: пожар, который буквально бушевал в его штанах, в один момент испарился, а на тело навалилась слабость. Вообще, наставник говорил, что лучше никогда не забирать все, но я просто не смогла удержаться. Как Фати вообще могла отказаться от чего-то подобного? Удивительно. Это же лучше, чем оргазм! Это как нужно воспитывать суккубу, чтобы превратить ее практически в монашку?

— Спасибо за угощение. — Я обернулась и ласково погладила рыцаря по щеке. — Ты можешь идти. Дальше я сама справлюсь.

Он следил за мной тусклым взглядом. Ничего, скоро отойдет — у молодых парней с этим быстро. Дворец вообще мог стать для меня идеальной кормушкой. Здесь я в безопасности: любима отцом, защищена многочисленной стражей. И при этом вокруг много сильных и амбициозных мужчин.

— Слушаюсь, принцесса. — Парень поклонился и направился к двери.

Насыщение благотворно повлияло на мои способности, и я почувствовала отголоски эмоций наставника, доносящиеся из коридора. Похоже, он до последнего контролировал ситуацию и наблюдал, как я справлюсь. Теперь от него веяло довольством.

Негромко фыркнув, я присела за туалетный столик и принялась приводить себя в порядок. Одела серьги, бусы, кольца на все пальцы. Принцессе показаться во дворце без украшений — все равно, что советнику явиться к султану в рваной дерюге. Волосы оставила распущенными — они падали на плечи тяжелым черным потоком и не нуждались даже в расческе. Учитывая темную кожу, отражение в зеркале выглядело воплощением самой ночи. В нем присутствовало особое очарование, но если Фати не любила выделяться, то мне, наоборот, не хватало яркости.

Глава 3

Весь обратный путь до комнаты я проделала словно в тумане, больше пораженная открытием, чем самим фактом замужества… Осознание попадания в роман потрясло меня настолько, что я всерьез задумалась: а не сплю ли до сих. Да, драка в море, потеря сознания, прогулка по экзотическому дворцу — явно перебор для обычного сна, но вдруг это какой-то обман. Контролируемые сновидения? Гипноз? Кома?

Незаметно ущипнула себя — боль вполне натуральная. Взяла фрукт с вазы в одном из коридоров, откусила, во рту брызнул приятный кисло-сладкий сок. Задумчиво похрустываю плотной текстурой.

“Все очень детализировано, — выношу вердикт. — В таком случае, есть ли какая-то разница — сон вокруг или реальность? Возможно, получиться очнуться, если умереть, но проверять как-то не хочется”.

Наставник шёл следом и молчал. Предатель… Судя по эмоциям, он почувствовал какое у меня о нем мнение, и теперь старался вести себя тихо и незаметно.

“Нет уж, ты мне здесь сейчас не нужен”.

Достигнув двери в свои покои, оборачиваюсь и надменно говорю:

— Прошу оставить меня одну.

— Как пожелаете, — подлецу остается только согласиться.

С мстительным удовольствием захлопываю дверь прямо перед его носом. Чувствую его досаду и улыбаюсь. Взяв себя в руки, инкуб удаляется.

“Правильно, катись колбаской”, — провожаю его с помощью эмпатии, пока он окончательно не размывается где-то в глубинах дворца.

Оставшись одна, сажусь за туалетный столик. Когда одевала украшения, заметила в нем записную книжку, чернила и перо. Достаю все перечисленное. Примеряюсь к перу, но понимаю, что лежит оно неудобно. из-за слияния памяти с навыками творилась сущая чертовщина: где-то преобладали умения Татьяны, где-то брали верх рефлексы Фати.

“И что же делать?” — Задумчиво кручу перо в руке. Что-то не лежит у меня к нему душа. Взгляд падает на кусочек угля, которым подводила глаза — вот это уже гораздо лучше. Беру его в руку и наношу на бумагу пару черточек.

“Подойдет, — выношу вердикт. — Осталось вспомнить саму книгу”.

Сосредоточившись на памяти Тани, начинаю записывать все, что относится к теме.

Книгу определенно писали в жанре любовного фэнтези с элементами эротики. Главные герои: милая, правильная девочка-попаданка из моего мира (и даже страны) в светлую драку и брутальный темный дракан. Несмотря на созвучность, это были две разные расы. Ну, или если точнее, то драки — это смешение крови эльфов и драканов.

“Боже, как я сразу не сообразила, где нахожусь?!” — думаю с досадой. Все ведь очевидно: «дэмайми» — это же немного переделанное слова «демоны», а «дарканы» — “драконы”. Единственное, что меня немного оправдывало — в романе действие происходило только на светлой стороне мира и нейтральных землях дарканов.

Зато теперь я точно знаю, что замуж за Яна не выйду, ведь он должен жениться на главной героине. В романе вскользь озвучивалось, что глава клана Керо выбрал светлую драку как самый очевидный вариант для процветания своих земель, но у него имелся и запасной план. Похоже, им-то и была договоренность с султаном.

Если верить тому, что написано в книге, то Себиан переживает, что ресурсы драгоценных металлов истощаются, а скалистая земля не в состоянии приносить хороший урожай. И выбирал он из двух вариантов: завладеть сильным магом земли (главной героиней) или, как я полагаю, наладить прочные торговые отношения. Скорее всего, он рассчитывал на поставки продовольствия. Но что планировал предложить взамен?

Дарканы, конечно, сильные воины, но дэмайми им почти не уступают, зато гораздо многочисленнее. Какой выкуп Себиан хотел предложить за одну из дочерей султана? По всем статьям его государство уступало родине Фати. Или я все-таки про что-то забыла?

Задумавшись, мазнула испачканными в угле пальцами по лицу. Подходящей ткани под рукой не оказалось, зато в наличии имелся очищающий артефакт.

“Точно!” — осенило меня.

Хоть я и попала в фэнтези мир, но магия в нем по какой-то причине ослабла и практически исчезла. Те же дэмайми утратили большую часть особых сил, свойственных их расе. Это касалось всех обитателей Эсфаноса в равной степени. Кстати, забавный факт: у дарканов женщины полностью не способны к магии, а у драков, наоборот, талантливее мужчин.

По этой причине угасания магии любую артефакты представляли огромную ценность, а способы их зарядки считались таким секретом, за который легко убивали.

В романе об этом не упоминалось, но логично предположить: если шахты Керо исчерпали себя, а клан до сих пор считается одним из богатейших, значит, источник его благосостояния заключался в чем-то другом. Я видела только одно объяснение: им каким-то образом удалось поставить на поток производство магических предметов или элементов питания для них.

Отложив очищающий артефакт, я взяла в руки относительно новую лампу, огонь в которой зажигался и гас от движения руки над особой руной. Для уроженки техногенного мира такой функционал выглядел вполне обыденно, но здесь нет электричества. Значит, даже такую ерунду питает магия. Я повертела артефакт в поисках клейма, но нашла только небольшую дощечку на основании. Отодвинув ее, обнаружила тусклый фиолетовый кристалл.

Если мои догадки верны, то это и есть основа благосостояния клана Керо. Если их не покупать, то большая часть королевства погрузится если и не в античность, то куда-то довольно близко. Интересно. Чтобы защищать такую ценность нужна впечатляющая сила.

Жаль, что Фати никогда не выходила за пределами дворца и не знала, как выглядит жизнь обычных людей. Что-то мне подсказывает, что доступ к благам, как и в любом средневековье, имеет совсем узкая прослойка населения.

“Это все, конечно, очень интересно, но что же мне со всем этим делать?” — мысли сворачивают в более прикладное русло.

Варианты появляются один за другим. Например, можно бежать, и тогда отец отправит на мое место другую принцессу. К сожалению, я не знаю на каком моменте сюжета нахожусь и не знаю женат Керо или еще нет. Но, скорее всего, очередная проволочка поставит на договоре крест: у драканов появится сильный природный маг и отпадет необходимость в поставках продовольствия.