Обнуляй

Глава 1

Шок был сильным. Неверие еще сильнее, хотя против фактом трудно было переть.

«Этого же быть не может»

Попаданцы. В другой мир. В другое тело. Да во что угодно и когда угодно. Столько книг написано, фильмов снято. А фанфиков и того не сосчитать. Тем еще сложнее было поверить.

«Ну почему именно я?!»
«Ладно, хорошо, то что я не умерла меня вполне устраивает, меня не устраивает тело, мир и его устройство. Это же пиздец!»

Катерина Волкова, девушка 19-ти лет сидела на кровати и пустым взглядом уставилась в пространство. Точнее, теперь она Изуку Мидория, омега, учиться на героя, ну или будет учиться, или не будет.

«Ладно, попаданка в другое тело, ладно. Ладно, мир аниме, черт с ним. Но почему сука омега?! Как такое вообще возможно тут?! В аниме такого не было!»

Зеленые волосы копной лежали на голове, не забывая лезть в лицо, чем начинали раздражать.

«Хотя, омега это же тоже самое, что девушка, так? Только хуй между ног теперь есть. Господи боже, член! Когда я говорила, что хочу быть мужиком, я не это имела ввиду!»

***

Ранее утро. Катя или Изуку, она сама еще не определилась, стояла на входе в академию.

Волкова была рада, что попала в тело парня на выходных, у нее было время придти в себя и решить, что делать. Еще почему-то у нее остались воспоминания Мидории, обрывочные, вызывающее головную боль, но воспоминания, что было очень кстати. Вот только последние несколько дней Катя как не пыталась, а найти их в памяти Изуку не смогла. Странно.

Изуку встретил Всемогущего, получил силу, поступил в академию, проучился немного и в него влетела Катя. Еще даже Спортивного фестиваля не было. Что ж с временным промежутком определились.

Катя прекрасно говорила и читала на японском. Это было прекрасной новостью и за это, кажется, опять можно сказать спасибо воспоминаниям Изуку.

Что делать дальше Волкова не знала. Становиться героем много желания не было, точнее его вообще не было, но пока было решено плыть по течении, а там можно будет свалить и пойти на переводчика. Она ж русский знает в совершенстве.

Да и с силой надо что-то делать. Основная проблема. Надо бы попробовать её использовать, но при этом страшно. Катя не мазохистка, ломать кости не хочется. Но что-то делать с этим надо.

Поведение Изуку, да и он сам отличался от Кати, или она от него, не суть. Мало того, что Кате самой придется врать, так еще придерживаться лжи самого Мидории. Этот недогерой притворяется в академии альфой. Пьет таблетки, пользуется духами, которые отвратно пахнут и врет. Правду знают Всемогущий, директор, Айзава и Бакуго.

А все дело в том, что омега не может быть героем номер один, а Один за всех передается только омеге. Такой вот парадокс.

Волкова материлась на упрямого козла с его мечтой стать героем, но таблетки пила исправно, ведь в понедельник топать в школу.

И понедельник настал.

Поведение. Если Катерина будет собой, это вызовет много вопросом, но полностью скопировать Мидорию она не может. Поэтому потихоньку приучаем одноклассником, которые уже знают Изуку, к новшествам. Осталось надеяться, что много проблем не возникнет.

«Обновление, сука»

В академию Катя пришла пораньше на свякий случай. Настроение было паршивое. Отдохнуть нормально не получилось, поэтому она была зла и хотела спать. А еще был страх.

Рассказать историю о переселении душ? И привет, психушка, в лучшем случае. Обладатель самой сильный причуды псих, это же постоянная угроза. Поэтому однозначно надо молчать и врать. Врать Катя могла, а вот актриса из нее не очень, учитывая, что играть ей надо Мидорию, на постоянной основе.

В академии было пустынно, видимо Волкова-Мидория пришла слишком рано.

«Не говори о себе в женском лице»

Она впервые вышла в мир в этом мире. И пока все шло нормально. Она не заблудилась, её не сбила машина, вообще без приключений дошло, что не могло не радовать.

В классе сидел один ученик. Шото Тодороки.

«Ох, ябать, какой красавчик. Что ж тебе дома не сидиться?»

— Доброе утро! — выдала Катя слишком громко от нервов, при этом пытаясь приветливо улыбаясь.

«Чертов Мидория, почему ты не интроверт?!»

Тодороки посмотрел на Мидорию, который застыл на пороге и равнодушно произнес:

— Здравствуй.

Низкий, спокойный голос.

«Бля вот это голос, не то что у меня»

Катя направила тело парня к нужной парте. Пока что они с Тодороки не дружат, так что можно забить на него, а вот дальше. Иида, Урарака и Изуку уже успели сдружиться, так что с ними будет труднее. Еще остается Бакуго.

«Не хочу я терпеть его издевательства, но и ответить ему нечем. Я причудой ни разу не пользовалась. Его убью или себя неизвестно. Блять»

Раздражение, усталость и страх сплетались в клубок, не давая покоя.

— Все хорошо, Мидория? — раздался спокойный голос. Катя вздрогнула от неожиданности и мысленно проматерилась. Натянула улыбку на лицо и повернулась к Шото. Тодороки, кстати, был альфой, как и Бакуго.

— Да, все отлично, — ответила Волкова, смотря на парня.

Волосы двух цветов, гетерохромия, шрам на лице. Все это ему шло удивительным образом. Да и мускулатуру хорошо видно сквозь костюм. И сильный. Неудивительно, что на него заглядываются все омеги и беты класса.

Кажется, внимание Тодороки привлекло то, что Катя не могла найти место рукам и постоянно ерзала.

«Успокойся, живо!»

Тенья Иида, Эйджиро Киришима, Мезо Шоджи, Фумигаке Токоями, Шото Тодороки, Кацуки Бакуго, Рикидо Сато — альфы.

Юга Аояма, Очака Урарака, Денки Каминари, Ханта Серо, Момо Яойорозу — омеги.

Тсуи Асуи, Маширао Оджиро, Мина Ашидо, Кьеко Джиро, Минору Минета, Коджи Кода, Тору Хагаруке — беты.

«Воспоминания Мидории — сокровища»

К тому времени, когда повалил народ Волкова успела немного успокоиться и вела себя более естественно. Каждый считал своим долгом поздороваться с Изуку и спросить, как прошли выходные. Катя улыбалась, говорила, что все хорошо, задавала встречные и вопросы и каждый раз материла общительность Мидории. К Тодороки не приставали, из-за чего Катерина несколько раз на него оглядывалась, завидуя. Человек-крепость.

Глава 2

Катя в теле Мидории бежала по полупустым коридорам школы, мысленно проклиная Бакуго. Блондина на утро в доме не оказалась, а Волкова проспала из-за чего собиралась она в спешке, не поела, да еще и на автобусе пришлось ехать в час пик. Правда, за несколько остановок до конечной терпение закончилось и зеленоволосый пробежал оставшееся расстояние.

«Мог бы хотя бы будильник включить, козел!»

Завернув в нужный коридор Катя увидела в другом конце Айзаву, который направлялся как раз в класс. Брюнет увидев ученика, чуть притормозил и кивнул головой в сторону кабинета. Дважды повторять не пришлось. Мидория прибавил газу и влетел в класс через задние двери, опережая классного руководителя.

В кабинете были уже все ученики, кроме самого Мидории, которые обернулись на него и вернулись к своим делам, некоторые.

Быстрым шагом проходя в класс, Катя заметила самодовольный взгляд Бакуго, который он на нее… точнее на него бросил и продолжил что-то писать в тетради.

«Мудак»

— Изуку! Ты опоздал! — возмущенно воскликнула Урарака.

«Правда что ли?!»

Катерина проигнорировала девушку, чувствуя, что может нагрубить. Очако невиновата, что у нее отвратительно начался день и она уже готова на кого-нибудь сорваться.

— Мидория! Нельзя так безответственно относиться к учебе, — возмутился Иида. Его Волкова тоже проигнорировала, едва не падая на свое место, пытаясь отдышаться и параллельно вытаскивая учебные принадлежности. — Мидория!

— Что? — неожиданно резко рявкнул Деку, поднимая злой взгляд на Тенью, который разом потерял свой воинственный настрой. Кто-то от неожиданности вздрогнул, в кабинете наступила тишина. — Чертов будильник не зазвенел! Мне что теперь повеситься?!

— Оу, я не знал, — уже тише и более неуверенно проговорил Иида, но Волкову по привычке не думала останавливаться, перебивая брюнета, продолжая давить злым взглядом.

— Наверное, стоило спросить прежде чем обвинять в безответственности!

Староста, да и никто в классе не ожидал такого резкого отпора от Мидории Изуку. Иида растерялся, не зная как реагировать на такую открытую агрессию. Бакуго смотрел на злого зеленоволосого парня, который буквально давил на старосту, альфу и испытывал смешанные чувства.

— У Мидории сегодня неудачный день, — разрядил обстановку веселым комментарием Киришима. Катя перевела нечитаемый взгляд на красноволосого, призывая себя успокоиться и выдыхая воздух, который как оказалось задержала. Волкова заставила себя вернуться к учебным принадлежностям. Волосы лезли в глаза и она чуть дыхнула вверх, чтобы их убрать.

«Постричься что ли»

— Изуку? — осторожно позвал Минета, явно опасаясь получить люлей, как и староста.

«Ребенка напугала»

Мидория обернулся к низкому парню, спокойно и вопросительно приподнимая бровь, уголки губ были чуть вздернуты вверх, но это была не та широкая добрая улыбка Изуку. Минору подумал, что это связано с плохим настроением альфы, но приободрился от отсутствия агрессии в его адрес.

— Ты домашку сделал?

Зеленоволосый застыл на несколько секунд, а потом растеряно моргнул, опуская взгляд на тетрадь одноклассника:

— А?

«Домашка! Опять! Да бляя»

— Что этот бесполезный Деку может сделать? — презрительно хмыкнул Бакуго, с явными нотками самодовольства. Катя застыла и повернула голову к блондину. Тот даже не обернулся, а продолжал писать что-то. Глаза Мидории прищурились, он убрал портфель с колен, полностью сел за парту, приподнял правую ногу согнув и несильно, но ощутимо ударил по ножке стула Кач-чана.

Тело блондина дернулось вместе с стулом, как и рука. Наверняка осталась помарка. От этой мысли Катя довольно усмехнулась. Через секунду произошел взрыв и, кажется, Бакуго окончательно испортил тетрадь.

— Убью! — взревел Кач-чан, поднимаясь и явно намереваясь убить Мидорию. Эйджиро начал подниматься следом, надеясь предотвратить убийство, а потенциальный труп остался сидеть на месте, усмехаясь. Волкова знала, что улыбается до ужаса бесячей улыбкой. Смесь самодовольства, превосходства и презрения. Это не может не бесить, но не улыбаться было выше ее сил, она таки подгадила этой белобрысой сволочи.

— Бакуго, — раздался в классе уставший голос Айзавы, заставляя Кач-чана остановиться в повороте.

«Он нас снова спасает»

— Надеюсь, испорченная тетрадь у тебя на столе не по моему предмету, — продолжил классный руководитель и по совместительству учитель математики.

Киришима тихо опустился на место, укрываясь от наступающей грозы, потому что Айзава направился прямиком к Бакуго, который так и остался стоять, растерявшись.

Сотриголова остановился около парты блондина, кивков головы посадил его и осмотрел принадлежности. Взял целую тетрадь с его стола, закрыл, прочитал на обложке имя и бросил на парту Киришимы.

— После урока в учительскую, — вынес вердикт Айзава блондину, поворачиваясь, чтобы пройти к своему столу, когда Бакуго заговорил:

— А его проверить не хотите? — и указал пальцем на Мидорию. Волкова, которая только обрадовалась подставе, резко захотела убить блондина более изощренно, чем до этого. Изуку отбросил указывающею на него длань и отдал Айзаве свою тетрадь, которую тот потребовал, протянув руку.

Если бы взглядом можно было убивать, точнее, если бы Мидория имел такую причуду, то Бакуго был бы уже мертв. Тот явно был рад, что влетит не ему одному.

— Стукач, — неожиданно спокойно сказал зеленоволосый, и лицо Кач-чана от удивления вытянулось. Так его еще не оскорбляли, точнее его вообще не рисковали оскорблять, тем более чертов задрот. Изуку смотрел спокойно, с неприязнью. Будто не он вчера стонал под ним и выгибался. Не он дрожал в его руках после оргазма. Не он заснул в его объятиях.

Катя понимала, что если быть объективной, то Бакуго не стукач. Он знает, что Мидория омега и молчит, но его чувство превосходства бесило и хотелось поставить на место. Давно пора это сделать, но разве зашуганный и с комплексом неполноценности Мидория мог это сделать? А Волкова привыкла отвечать на такое поведение.

Глава 3

Катя сидела на кухне, держа в руках остывающую кружку с чаем. Пустой взгляд направлен в пространство. Тишину в доме ничего не нарушало.

Прошло несколько часов с того момента, как Волкова экстренно вернулась из Академии. Солнце садилось и в доме становилось сумрачно, но Катя даже не дернулась включить свет. Сил не было. Последние часы она прочесывала память Мидории, теперь она была полная, что позволяло составить полную картинку.

«Жизнь у Изуку была не сладкая. Аниме не раскрыло всего, если его вообще можно считать достоверным источником.

Началось все с причуды. Точнее её полного отсутствия. Хотя, если еще точнее, с Бакуго, который заострил свое внимание на этом моменте. Остальным, кажется, было все равно, зачинщиком был чертов Кач-чан. Какое ему вообще дело было до этого?

Тем не менее побои, оскорбления сыпались из него как из рога изобилия. А Мидория все равно бежал за ним. Восхищался, боготворил, при чем делал это вслух. Бакуго принимал лесть и продолжал травить. Хотя, так открыто никто не превозносил Кацуки, кроме Изуку.

Один боготворил.
Другой травил.

«Идеальные» отношения.

Изуку бежал за ним, как за последней надеждой. Хотя, наверное так оно и было. Бакуго, как бы не хотелось замечать, был выдающимся. Сильным. Умным. Стойким. И рядом с собой держал таких же. Наверное, поэтому Изуку, бежал за ним, пытаясь доказать, что он чего-то стоит, что он не бесполезный.

Бакуго достоин уважения. Эта умная тварь, была поистине сильна. Он развил свою причуду. Управление силой взрывов. Он блять летает с их помощью. Сколько раз он падал, прежде чем научился этому?

Вестибулярный аппарат тоже хорош. Все помнят тот чертов артиллерийский залп на Спортивном фестивале в сражении с Тодороки? Как он его придумал? Как он его реализовал?

У него есть принципы. Опять-таки стоит вспомнить его победу над Тодороки и непринятие этой победы. Он держит свое слово. Не лжет, прямо говорит свое мнение и плевать хотел на мнение остальных.

Его есть за что уважать. Но.

«Пойди спрыгни с крыши, может в следующей жизни родишься с причудой, бесполезный Деку.»

И шестилетний Изуку пошел прыгать с крыши. Итог. Перелом ноги и множественные ушибы, но живой. Инко много плакала. Изуку тоже. От боли, физический и психологической. Урок он усвоил. Кончать с собой надо менее болезненным способом, и более эффективным. Но останавливала любовь к маме. Как и всех нас, если честно.

Кач-чан этого не знает. Все думали, что Мидория просто сильно заболел.

«Слабый.»

А потом да здравствует определение. Омега.

«Течный.»

Отношения с Бакуго испортились окончательно. Кацуки не позволял себе поднимать руку на омег, но всегда есть исключение. Этим чертовым исключением был Мидория, который упрямо бежал за ним. Падал, разбивался, но поднимался и бежал. А блондин только сильнее злился. В принципе понять можно, омега дышит в затылок альфе. Омега, даже не бета. Хорошая мотивация развиваться дальше.

А Изуку просто хотел был рядом. Он сам-то понимал, что любит Кач-чана? Неправильной, нездоровой любовью. Вряд ли. В этом Мидория полный профан.

Ублюдский характер Бакуго это наверное его единственный минус. Но все идеально не бывает.

И тем не менее, не все так плохо.

Когда в средней школе у Мидория началась течка прямо в школе, Кацуки закрыл его в шкафу. И вроде бы тварь, но если бы он этого не сделал, чтобы сделали неуправляемые альфы с Изуку? Бакуго разогнал альф и свалил сам, сообщим медсестре, что у Мидории проблемы.

Но все это ерунда по сравнению с тем, во что вляпался Мидория, пытаясь не упустить Бакуго.

Чертов Всемогущий. Встреча с ним, словно сорванный куш. Шанс получить причуду, тем более такую сильную, Изуку не мог его упустить. Не упустил.

Плевать на сломанные кости. Мидория был мазохистом с комплексом неполноценности.

И все бы хорошо, насколько возможно. Изуку бы освоил причуду, если бы было время. Из-за раны Всемогущего сила уходила не только Мидории, но и в некуда. Герой номер один не хотел допускать этого и решил ускорить передачу причуды. Волосы постоянно жрать не дело, зато ДНК, которое в сперме вполне подойдут. Предвещая отказ Изуку, Тошинори объяснил, что если Мидория хочет отказаться от причуду его нужно убить, только тогда Яги сможет передать силу кому-то другому.

У Мидории был выбор: ускорить передачу причуды, позволив себя поиметь или отказаться от нее и умереть.

У Мидории не было выбора.

А Кач-чана как назло не оказалось дома в этом вечер и он не слышал крик помощи.

Зато Изуку понимал, что это не последний раз. Одного раза мало, чтобы передать причуду полностью.

Боль, отчаяние, отвращение к себе, стыд. Изуку решил повторить попытку десятилетней давности.

На этот раз удачно»

До Катерины быстро дошло, что она в теле мертвеца. Чужом. Мертвом.

Если долго об этом думать, можно сойти с ума.

Волкова пошла в душ, обжигающе холодный, чтобы чувствовать тело, чтобы укрепить в своих мозгах, что теперь это её тело. Её жизнь. Её проблемы. Выжечь это на подкорке. И никогда больше не забывать. Теперь это она и ей надо выжить.

Понимание одиночества сильно ударило по и так расшатанной психике. О прошлой жизни Катя старалась не думать, но одна мысль проскочила.

Если она здесь, в теле Мидории, то возможно ли, что Изуку в теле самой Кати в её мире?

Теперь Волкова сидела на кухне, грея руки о кружку и думала, что ей теперь делать. Понимание, что надо выбираться из Академии и желательно живой пришло быстро. Но как это сделать?

Прервать передачу силу можно только убив Мидорию. Катя помирать опять не собирается.

Сумасшедшая идея пришедшая в голову заставила Катю застыть.

От силы надо избавиться. И Катерина имела ввиду не передачу сил кому-то после того, как все получить, а полное уничтожение силы. Если она не ошибается у злодеев была вакцина, которая лишает сил. Идеально. Но есть одна проблема.

Даже несколько.

Глава 4

Ночь была тяжелой.

Не смотря на то, что день выжал почти все соки из Кати, уснуть получилось не скоро. Сил двигаться не было от слова «совсем», в голове мысли носились с такой скоростью, что за всеми и уследить было невозможно, в груди давило от чувств омеги, которая страдала, отчего Катя тяжело вздыхала, пытаясь отключиться от её переживаний.

В итоге измученный организм отключился. Наступила пора кошмаров. Самой Кате давно уже не снились кошмары, да и эти не были похожи на её детский сны. Ей снилось изнасилование Мидории. Тяжесть чужого тела, из-за чего дышать было невозможно, Мидория задыхался и это трансформировалось в смерть Волковой. Она лежит на асфальте, после того, как её сбила машина. Секундное затишье, словно передышка от предыдущего кошмара и резкая боль во всем теле и снова недостаток кислорода. Катя умирала захлебываясь собственной кровью без возможности сделать движение. Лежала на спине и не могла сделать вдох. Она умирала.

За секунду до конца Катя вырывалась из кошмара, делая желанный вдох, кашляя. Отдышится, снова засыпает и опять кошмар. Изнасилование и смерть.

И так всю ночь. До рассвета. Рассвет принес покой.

Встала Катя абсолютно разбитая. Во рту чудился привкус крови, который не исчез даже после того, как Волкова два раза почистила зубы. Из-за него поесть нормально не получилось. Она кое-как засунула в себя один бутерброд и полкружки чая, понимая, что голодать не дело.

Заторможенность, слабость и апатия. Даже омега скулила тихо где-то далеко, давая насладиться безразличием.

Идти в Академию не хотелось. Хотелось остаться в доме, закрыться в нем и никогда не выходить. Дом казался крепостью, за стенами которой можно спрятаться ото всех. Ошибочное ощущение.

Катя была почти готова забить на учебу, просчитывая минусы и плюсы, когда омега внутри заворочалась, явно против того, чтобы оставаться дома. Волкова сразу поняла, что та хочет увидеть Бакуго.

Сжав зубы от накатывающего раздражения Катерина поняла, что не готова сегодня терпеть стенания омеги и лучше пойти в академию. Может сегодня пройдет все спокойно?

Хотя учитывая, что она творила там надежды было мало. Сначала улыбчивый, добродушный Мидория, потом бешенная Катя и как финальная сцена депрессивно-мрачная уже и Катя, и омега. Наконец сошлись.

Класс вряд ли это забудет или не заметит.

На отражение в зеркале смотреть не хотелось, но выходить из дома Катя привыкла в приличном виде.

Форма выглядела сносно. Вот только Катю знобило с того момента, как она вылезла из-под одеяла. Поэтому поверх белой рубашки Катя надела легкую серую кофту с капюшонам, а сверху пиджак формы. Красный галстук Волкова забросила подальше, слишком часто возникала мысль повеситься на нем.

Бледный словно поганка, с темными кругами под глазами и неуправляемой шевелюрой Мидория выглядел жалко. И Кате это не нравилось. Вызывало отвращением. Слабак. Но она не слабая. Нет.

Поэтому поджав губы и отвернувшись от зеркала, Катя заставила себя нацепить на лицо маску спокойствия и отправиться в академию.

Закрывая дверь на замок Катя заметила Бакуго, который стоял подпирая забор, по всей видимости поджидая Мидорию.

Омега внутри радостно закопошилась, а Волкова досадливо фыркнула. Она не готова выяснять с ним отношения, точнее нет сил и желания, вчера она все ему высказала. Так что может катиться. У Катерины и без него проблем хватает. Поэтому раздраженно цыкнув на воодушевленную омегу, Катя молча прошла мимо Кач-чан, который смотрел на нее.

На это демонстративное поведение он ничего не сказал, а молча пошел следом, даже не рыкнул. Катя отметила это краем сознания, неосознанно напрягаясь, все-таки Бакуго не тот, кому она готова доверить свою спину.

До остановки дошли молча. Так как Катя вышла поздно из-за кошмарной ночи, придется ехать в час пик на автобусе, но это лучше, чем опоздать. Тогда она вовсе вернеться домой.

Автобус вскоре приехал, забитый людьми. Мысленно пожелав себе удачи, Катя вошла и на секунду затормозив, чтобы найти место в этой толчее. Но Кач-чан за рукав потянул в сторону и Волкова подчинилась. В итоге они оказались у окна лицом друг к другу.

Катя подняла голову, взглянуть на Бакуго и замерла. Лицо Кацуки выражало спокойствие. Ни оскала, ни нахмуренных бровей, даже глаза были безмятежными, и оттого цвет стал словно насыщенней. Это делало Кач-чана красивым. И Катя рассматривало его, пока альфа смотрел в ответ.

«Теперь становиться понятней чем понравился. Сильный, умный, а еще оказывается все-таки красивый»

Светлые волосы топорщились в разные стороны, делая из парня подобие ежика. Ворот рубашки расстегнут и открывает вид на сильную шею. В одном ухе черный наушник, второй свисает с шеи.

Все также ни сказав не слова Катя поворачивает голову к окну, держась за поручни и стараясь твердо стоять на ногах. Волкова ненавидела общественные транспорты в час пик, это смахивало на натуральный ад, поэтому отчетливо позавидовала Бакуго, к нему не прижимались, не напирали, не толкали, вообще старались не прикасаться, чего нельзя сказать о самой Катерине. Подобное заставляло хмуриться от неудобства, но молча терпеть.

На очередной остановке автобус резко остановился и Катя не удержавшись на ногах, полетела назад, но Кач-чан сделав рывок, за талию притянул Мидорию обратно, на несколько секунд прижав к себе.

Небольшой выброс адреналина разбудил, заставляя сердце биться чаще. Изуку поднял голову, посмотрев на блондина, который больше не прижимал омегу к себе, но руку с талии не убрал, а Мидория не отстранился, смотря на альфу.

Людей в автобусе стало больше, а Бакуго все также придерживая талию Деку, развернул его вместе собой и спиной прислонил к окну, закрывая собой от остальных людей в автобусе, не убирая руку от тела омеги, аккуратно придерживая его, на случай, если снова улетит.

Зеленые глаза смотрели спокойно с ожиданием, но Кацуки не реагировал, убедившись, что задрот больше найдет себе приключений, блондин перевел взгляд в окно.

Глава 5

Зеркало в туалете не радовало отражением. К бледности и темным кругам добавились красные глаза и дрожащие губы, руки тоже теперь тряслись. Последствия недавней истерики. Теперь Мидория выглядел еще хуже. Еще более жалким. Это бесило. Омега внутри скулила, что-то смутно похожее на «Кач-чан».

«Да чем тебе поможет твой Кач-чан? Сам из-за нас оказался в дерьме»

«Слабый.»

«Я не слабая! Нет!»

— Блять! — зло рявкнула Катя и кулак врезался в зеркало. Оно пошло трещинами и осыпалось, вынуждая Волкову отойти. Костяшки поцарапались, но теперь она не видела отражения и стало легче. Звон битого стекла успокоил, точнее вызвал другую эмоцию, чувство.

Злость. Желание все разбить. Хотелось пойти в класс и прямо при всех избить Ииду, чтобы наглядно объяснить, что такое «неконтролируемая агрессия», но нельзя.

Изобьет, возможно станет легче и тогда её точно выкинут из академии и что тогда делать? Куда идти? Где искать спасения?

«Злодеи»

Катя вцепилась руками в кабинку, спиной опираясь на неё и стараясь не опуститься на пол. Зажмурилась и попыталась выровнять дыхание.

Да, останется только бежать к злодеям и просить помощи. Вот Шигараки обрадуется подарку. Нет, это не дело всю жизнь прятаться, хотя в этом случае её жизнь не будет долгой.

«И что теперь? Еще и Кач-чан попал, хотя даже не знает этого»

Дверь в туалет открылась и Мидория открыв глаза, посмотрел на выход. В проходе удивленно застыл знакомый ученик. Один из Большой тройки, брюнет, стеснительный. Катя даже его имени не помнит.

«Прекрасно»

— Думаю, лучше найти другой туалет, этот… немного не прибран, — устало усмехнувшись сказал Изуку и сам осмотрелся.

Осколки стекла лежали в раковине, на полу. А зеркало было большое, метра два в длину и один метр шириной.

Брюнет внимательно осмотрел Мидорию, который поднял к лицу правую руку, осматривая разбитые костяшки. Рука немного тряслась, отчего Изуку сжал её в кулак.

Старшекурсник развернулся, чтобы уйти, но замешкался и в итоге развернулся обратно.

— В этой школе нельзя показывать свою слабость, — тихо произнес мягкий голос, заставляя Изуку поднять взгляд на брюнета, удивленно рассматривая, отчего тот смутился и опустил глаза.

— Сигареты случайно нет? — спокойно выдохнул зеленоволосый. Старшекурсник удивленно вытаращился на него, забывая про стеснение.

Катя почувствовала усталость. Отчаяние и злость исчезли, благодарить за это стеснительно брюнета или у Кати просто закончился запал неизвестно. Но теперь ей хотелось курить, старая вредная привычка, которая позволяет успокоиться.

Старшекурсник обратив внимание на поврежденную руку, протянул Мидории платок. Молча, стараясь не смотреть в глаза.

«Совсем зашуганный»

— Спасибо, — тихо и спокойно, чтобы не спугнуть произнес Изуку. В нос ударил цветочный аромат и Катя шестым чувством поняла, что брюнет омега.

— У меня нет сигарет, но я знаю, где можно найти, — наконец ответил на вопрос парень.

— У меня нет денег, — сразу предупредил Мидория, на что брюнет кивнул и развернувшись, вышел из туалете. Катя в недоумение пошла за ним, оборачивая костяшки в белый платок.

— Мидория Изуку, первый курс, — представился зеленоволосый, следуя по коридорам за брюнетам.

— Амаджики Тамаки, третий курс, — тихо представился старшекурсник, сжимаясь.

«Ладно, пожалуй, с него хватит, а то еще сбежит»

Дальше они шли молча. Катя держалась позади Тамаки на некотором расстоянии, чтобы не давить и думала, что делать.

Избивать Ииду не дело, хоть и очень хотелось. Злость бурлила внутри при мысли об этом, но здравый смысл побеждал. Старосту надо поставить на место, но не при помощи физической силы, иначе проблем будет еще больше. Конечно, можно поймать Ииду за пределами академии, но Катя кривилась при мысли об этом. Не то. Хотелось зрелищности, хотелось, чтобы все знали. Хотелось уничтожить прилюдно, тогда восстанавливаться сложней.

«Кто бы мог подумать, что Иида крыса»

Амаджики вывел Мидорию через черный выход, сразу же останавливаясь. Изуку с интересом наблюдал, как брюнет спокойно убирает одну из облицовочных плит в стене, в которой оказывается дыра и достает оттуда две пачки сигарет.

«Охренеть»

Тамаки открыл обе пачки и протянул Деку. В одной было несколько сигарет и зажигалка, а в другой окурки.

«Умно»

Мидория взял обе пачки, предварительно спросив, будет ли курить Тамаки, тот только покачал головой.

Изуку присел на корточки, спиной опираясь на стену, не обращая внимание на брюнета, которому явно не нравилось какое-либо внимание к себе.

Затягиваясь Катя прикрыла глаза от наслаждения. Обе пачки лежали на коленях и Волкову даже не интересовало кого она обокрала, ведь это явно не Тамаки, хотя тот и знает про заначку.

«Надо купить себе»
«Ага, только для начала деньги найти»

Амаджики аккуратно встал рядом с Мидорией, прислонившись к стене. Изуку сделал вид, что ничего не заметил, продолжая курить.

Все внутри успокаивалось, позволяя трезво размышлять.

«Тамаки прав, нельзя показывать свою слабость, но и пускаться во все тяжкие не вариант. Надо действовать аккуратней, хотя бы без грубой силы»

Сигарета быстро закончилась, но Катя не стала брать еще одну. Прибрав за собой все по местам, она протянула Тамаки обе пачки, и он убрал их на место. Плитка тоже вернулась на свое место. Пора возвращаться в класс.

— Спасибо, Тама-чан, — напоследок сказал Изуку, заворачивая в сторону своего класса и чувствуя удивленный взгляд Тамаки спиной.

«Еще один нелюдимый на нашу голову»

Перед дверью в класс Катерина встала собираясь с силами. Пропустила почти половину урока, разбитые костяшки, завернутые в белый платок, на котором появились небольшие красные пятна и наверняка от нее несет сигаретами, поэтому она решила зайти через задние двери. С Сущего Мика станется унюхать и сообщить Айзаве, вот тот обрадуется. Катя зло усмехнулась.

«И это не учитывая убитого вида. Господи, мы произведем фурор»