Оборотный Петербург. Счастье для вампира

Пролог

Антон отстраненно следил за суматохой в квартире. Гошка уже с собранной сумкой нервно переминался с ноги на ногу у двери, вертя на пальце ключи от взятой в училище машины. Алина спешно запихивала в чемодан то, что еще вчера казалось не нужным, а сегодня стало жизненно необходимым. Хотя уезжала не далеко – всего-то в училище в области. И отец мог в любой момент привезти все, что оказалось или забыто, или не поместилось в сумку. Или попросить его друга, Вадима, который не так давно устроился туда работать.

– Ладно, пап, ты без нас не скучай, – дочь, наконец, к радости брата выкатила чемодан. – Обещаю звонить каждый вечер.

– Гош, присмотри за сестрой, – привычно повторил Антон.

Сын только козырнул, после чего подхватил чемодан и направился вниз. Антон обнял дочь.

– Слушайся брата, – наставительно произнес мужчина. – Если будут вопросы или возникнут проблемы – обращайся к Вадиму.

– Хорошо пап, – было видно, что девушке все эти наставления уже надоели, но она не спешила прерывать отца. – Ты тоже звони, если что. И Танюшу свою сильно не распускай, а то она уже прикидывает, будешь ты ее кусать, или так жить станете.

– Что? – удивился Антон.

– То самое, – в двери снова замаячил вернувшийся сын. – Алин, опаздываем. Вадим сказал, что мы в три должны быть, а мне еще тачку сдавать в гараж.

– Хорошо, – девушка вздохнула, потом попыталась улыбнуться. В свете лампы блеснули удлинившиеся клыки – признак того, что она не могла сдержать эмоции. – Пока пап. Вечером позвоню.

Антон еще раз обнял дочь, потом сына. Постоял на лестнице, слушая, как спускается лифт, потом закрыл дверь и прошел к окну, успел увидеть, как машина детей вырулила со двора.

Почти сразу зазвонил телефон.

– Да. Ага. Подсматриваешь? Хорошо, спускаюсь.

Усмехнувшись, вампир закрыл дверь и пошел к соседу снизу.

Юрка накануне отвез жену к сестре за город и на ближайшие пару недель был предоставлен сам себе. Оксанка, порадовав своего мужа уже вторым ребенком, на этот раз дочерью, на сентябрь перебралась на дачу, пользуясь погожими деньками и соседством с братом Вадима. И, судя по всему, как минимум до морозов не планировала возвращаться обратно. Сережка души не чаял в младших брате и сестре, и до последнего не хотел уезжать от них, но мореходное училище, где он обучался, манило куда больше.

– Как там наш волк, – поинтересовался Антон, входя в квартиру приятеля.

– Который? – уточнил опер. – Морской или сухопутный?

Вампир засмеялся. Вот уж точно было подмечено разделение внутри семьи. Вадима руководство умудрилось в рамках повышения квалификации затолкать на переподготовку по педагогической части, и теперь волку ничего не оставалось, как преподавать в специально созданном учебном заведении для видовых меньшинств, которых, по идее, не существует. Создавалось оно на самом высоком уровне, знали о ней президент, премьер и ряд лиц в министерстве обороны. Проект был пилотным, позднее планировалось создание еще нескольких подобных академий по регионам. Специалистов подбирали тоже основательно, зато теперь у оборотней, вампиров и других нелюдей было свое образовательное учреждение. Раньше о таком можно было только мечтать, но теперь у Антона уже дочь туда поступила. Причем, как и брат, пошла по военной части. Гражданские специальности ее не заинтересовали.

– А оба.

– Морской с трудом отправился на учебу. И то потому, что брат его больше как большую лошадку воспринимает. И это мелкая еще не подросла. Она им обоим жару задаст. Сухопутный и вовсе от своих девочек с трудом уехал, – за разговорами опер быстро расставил чашки, достал чай, сахар, банку варенья, рядом на тарелке пристроил хлеб и булку. Пусть жена ругается, что есть вазочки, она ничего не понимает, из банки вкуснее. – Вот не ожидал, что наш волк после рождения дочки станет лабрадором.

– Это он с домашними лабрадор, – вампир взял кусок хлеба, положил на него варенья. – Ммм… Анжелика кудесница. Так вот, это рядом с твоей сестрой и детьми Вадим таким пушистым и безобидным становится. А если кто-то в их сторону хотя бы посмотреть косо рискнет – порвет на британский флаг и сделает вид, что так и было изначально. А начальство его отмажет.

– Скажи лучше, зять, – хмыкнул Юрка, прикидывая, можно ли уместить на куске булки еще одну ягодку или оставить для другого бутерброда. После мучительного размышления просто отправил ее в рот. – Сам-то чем заняться думаешь, пока спиногрызов нет.

– Сам, – Антон дожевал свой бутерброд и задумался. – Сначала Татьяне разгон устрою, а потом, надо полагать, буду искать новую секретаршу.

– Ну, наконец-то решился. Я тебе сколько лет говорю, гони ты эту фанатку «Сумерек». Ты для нее второй Эдвард или как там его звали, только на наш, российский, манер. Типа укусишь, обратишь, и будет она бессмертной и прекрасной вампиршей. С учетом того, что никто никого не кусает, и вообще все сложно, ей большой облом будет.

– Синицын, ты что, ее на полиграфе проверял, что ей надо?

– И проверять не надо. Это она от тебя книги прячет, а я, как ни приду, – то «Сумерки», то еще какая-то ерунда в том же духе. Начиталась книжек и живет в каком-то своем мире. Вон, у меня знакомому хорошему нужна девушка на телефон, чтобы от вампиров не шарахалась, при виде домовых в обморок не падала, при этом и в дела сильно не вникала.

Глава 1

Антон успел съездить на место, осмотреться снаружи, заглянуть в аптеку при фабрике и приобрести там упаковку анальгина, пару бинтов и лейкопластырь, построить глаза скучающей девушке, сетовавшей, что место у них не самое ходовое, редко кто заходит. Потом, якобы вспомнив, поинтересовался, если что от кашля, выложил энную сумму за упаковку таблеток, которые производились на самой фабрике. Распрощался с девушкой и покинул заведение. Отъехав на расстояние, изучил покупки. На первый взгляд, все в порядке. Но таблетки стоит отдать знакомым химикам. Правда, вампир не сомневался, что с ними все будет в порядке. Дело было в чем-то другом. Но в чем?

Запиликал на свободном сидении телефон – дочь выполняла обещание. Антон выслушал все ее новости, пообещал поливать кактус, обязался привезти все по списку, который Алина скинула ему на почту, привычно проигнорировал жалобы на брата. Все как всегда, с той лишь разницей, что дочь не на дачу к Вадиму и Оксане отправлял, а учиться.

После общения с дочерью мужчина понял, что проголодался. В последний раз он ел бутерброды у Юрки. И какое бы шикарное варенье не готовила его жена, это было давно. Значит, надо поискать приличную забегаловку. То, что вампирам на самом деле кровь нужна не каждый день, не означало, что они вообще обходятся без пищи. Еще как не обходятся. Энергия нужна. Другое дело, что обоняние позволяло на подходе определять, стоит заходить в тот или иной пункт общественного питания, или лучше купить батон в ближайшем магазине.

Приличное заведение нашлось достаточно близко, другое дело, что потом придется делать крюк – улочка оказалась с односторонним движением, другая сторона была закрыта на ремонт. Разумеется, всегда можно позвонить Юрке, тот отмажет, но злоупотреблять дружбой не хотелось. И так опер помогает с делами, когда это в его силах. Поэтому Антон запарковался рядом со входом и отправился ужинать.

За это время ему успел позвонить сын, нажаловаться на сестру, попросить подкинуть денег на телефон, потому что стипендия послезавтра, а он умудрился все потратить непостижимым образом, передать привет от Вадима и сообщить последние новости. Пообщавшись с сыном, мужчина поел. Потом снова ответил на звонок – Татьяна приглашала на ужин. Отвязаться от секретарши оказалось не просто. Узнав, что он уже поел, она стала зазывать начальника на чай, кофе, что-нибудь еще, все равно детей у него дома нет. А если Антон Евгеньевич по каким-то причинам не может подъехать к ней, то она сама вызовет такси и будет у него через час. Пришлось рыкнуть на секретаршу и пригрозить уволить, если она не угомониться. Подействовало, но детектив понял, что это ненадолго. Значит, придется искать новую девушку на ее место, а Татьяну как можно скорее передавать Юркиному знакомцу.

Пока Антон общался с сыном и секретаршей, незаметно стемнело. Бросив взгляд на часы, он заметил, что припозднился. Ведь собирался еще раз осмотреть местность вокруг фабрики, а заодно снять на камеру, благо в темноте не заметят, а ему хоть какая-то помощь будет. Мужчина быстро вырулил на дорогу, и, пользуясь тем, что в эти переулки редко заглядывают сотрудники ДПС, погнал по объездным улочкам в сторону фабрики. Но довольно скоро пришлось притормозить – дорога быстро испортилась, пришлось сбрасывать скорость, понимая, почему тут никогда не стоят товарищи с радарами. Помянув незлым емким словом дорожных работников, и тех, кто ими руководит, убедившись, что ни на дороге, ни на тротуаре никого нет, сыщик потянулся за камерой, а когда вновь бросил взгляд на дорогу – тут же ударил по тормозам. И все равно машина задела человека.

Бросив камеру, Антон поспешил на помощь пешеходу.

– Как вы? Все в порядке? – он помог пострадавшему подняться. – Вызвать скорую?

– Все хорошо, – прошелестел голос, а потом человек откинул капюшон, и мужчина смог разглядеть бледное усталое личико. – Это я виновата. Я не сильно вашу машину повредила?

– Нет, вообще ничего нет, – детектив только бросил взгляд на бампер, отмечая, что если там что и появилось, так пара царапин, которые он закрасит без всякого сервиса. Тем более, они с Владом все равно планировали на следующих выходных поваляться под его деткой, а то что-то тихо, но неприятно стучало.

– Это хорошо, – выдохнула девушка. – Не знаю, как бы я с вами расплачивалась.

Она пошатнулась, и Антон вновь поспешил поддержать ее.

– Может, все-таки показаться врачу?

– Нет, не могу. Я и так два дня пропустила на работе. Если не приду и сегодня, то меня уволят, – она закашлялась, и тонкое обоняние вампира уловило кровь.

– Да вам не работать, вам лечиться надо, – сорвалось у него.

– Лечиться? – грустно произнесла девушка. – На что? Я живу за городом, дом разваливается, мать… болеет. Вот и думай, на что деньги тратить: на еду, на жилье, на лекарства…

С этими словами незнакомка вырвала руку и побежала в сторону фабрики, которая так интересовала Антона. Но, не пройдя нескольких шагов, остановилась, согнулась в приступе кашля, потом и вовсе упала на асфальт.

Мужчина достал из машины воду, аптечку и подошел к ней. Девушка попыталась оттолкнуть его, но сил не хватало. Вампир заставил ее сделать несколько глотков, потом помог стереть кровь с лица.

– Сомневаюсь, что ты сможешь сегодня работать, – тихо произнес он.

Она промолчала, пытаясь отдышаться, рукавом стирая лившиеся из глаз слезы. Через какое-то время тихо прошептала:

Глава 2

Дни пролетали незаметно. Антон то появлялся, притаскивал фрукты, сладости, то исчезал без предупреждения. Пару раз приезжала мать, проведать. Девушка выговаривала, что она себя не бережет, но было приятно видеть родного человека, и, что много важнее, видеть его в адекватном состоянии.

– Доченька, – каждый раз начинала разговор мать, – это ж сколько твое лечение стоить будет? Мы ж потом в жизни не расплатимся, даже если квартиру продадим.

– Разберемся, мам, – привычно отмахивалась Татьяна. Она уже попыталась заговорить об оплате и с Антоном, и с врачом, и даже со старшей сестрой, и каждый раз слышала в ответ, что это не ее дело. Ей надо думать о выздоровлении.

– Да когда же уже, – вздыхала каждый раз женщина.

– Ничего, отработаю, – отмахивалась ее дочь. – Не так, так этак.

Мать хмурилась, но молчала. Да и что можно было сказать, если внешний вид ребенка говорил сам за себя. Румяная, немного поправилась за те дни, что в больнице находится, кашля нет. Совесть тихо нашептывала, что женщина сама виновата в болезни дочери. И теперь не ей возмущаться, что ребенок нашел выход, пусть и не такой, на который она рассчитывала. От этого тихого шепотка хотелось спрятаться привычным методом, но она в очередной раз говорила себе, что должна держаться ради дочери. Ведь у нее получается. Самой, без всяких кодировок, гипнозов и прочих методов, которые тоже стоили немыслимых денег. Денег, которые зарабатывала дочь.

– Я тут на работу устроилась, – прервала женщина повисшую тишину. – Склад убираю. Трудно, конечно, но они платят. И обещали по трудовой оформить, если буду стараться.

Татьяна улыбнулась, но промолчала. Сколько уже таких работ было? И газеты мать разносила, и рекламу раздавала, и полы мыла, и улицы убирала. Хватало ее на месяц-два. Потом появлялись старые знакомые, предлагали отметить удачное трудоустройство, и отмечание затягивалось на неделю. В результате к тому моменту, как загулявшая сотрудница добиралась до места работы, на ее месте уже обнаруживался другой человек.

– Не веришь в меня, – вздохнула мать.

– Хочу, но ты же сама все прекрасно знаешь.

– Знаю, – не стала спорить та. – Но на этот раз все будет иначе. Ладно, поехала я. Как раз успею еще сериал посмотреть и на работу.

Таня проводила мать до проходной, а потом с тоской смотрела ей вслед. Было неприятно, что она не верит самому близкому человеку, вот только не получалось больше. Все закончилось так давно и глупо, дурацкой ссорой с отцом, который то ли не хотел, то ли не мог купить жене шубу. Таня была слишком мала тогда, чтобы что-то в этом понимать. Просто слышала, как мама кричит на папу, потом хлопнула дверью и ушла утешаться к подруге. Вернулась под утро, с трудом держась на ногах. Способ утешения так понравился, что она стала прибегать к нему при малейшей проблеме. Отец не выдержал и развелся. Суд почему-то оставил ребенка с матерью. Потом отца и вовсе не стало. Как сказали врачи – сердце не выдержало.

Татьяна с трудом закончила школу. Не потому, что не любила учиться, просто в той атмосфере, что творилась дома, это было практически невозможно. Тем не менее, аттестат ее был приличным. Вот только о дальнейшей учебе пришлось забыть. Уже тогда начинались проблемы со здоровьем, потому что от загулов родительницы приходилось спасаться, гуляя по улице. Несколько раз она попадалась милиции, ночевала в теплом отделении, поскольку ее уже хорошо знали. Утром участковый наведывался в квартиру, проводил очередную воспитательную беседу, но через какое-то время все начиналось заново. Сейчас девушка просто наслаждалась временем в клинике. Даже необходимые процедуры не воспринимались ею как что-то неприятное.

– О чем задумался, воробей, – окликнул ее довольный голос. – Если о мире во всем мире, то сразу тебя разочарую, гиблое это дело.

– Антон? – девушка с трудом узнала мужчину. Растрепанный, одежда в таком виде, словно он от стаи голодных собак убегал, только глаза светятся довольством.

– Ага! – он подхватил девушку и закружил ее в воздухе. – А я все-таки сделал их, воробей! Нереально было, но удалось!

– Что ты сделал? – не поняла Таня, когда ее поставили на землю. Голова немного кружилась, поэтому она крепко ухватилась за руку мужчины.

– Накрыл я ту лавочку, что мне приятель заказал, – Антон кратко ввел девушку в курс работы. – Ну и вчера поехал я к той фабрике, это рядом с местом нашей встречи, и тут вижу, грузовик въезжает. Какой может быть грузовик в два ночи? Решил я поближе подобраться. Смотрю – коробки грузят. В общем, сегодня фотографии отправил заказчику. Ну и своему другу. Думаю, этой ночью там уже ОМОН работать будет. Так что всех повяжут и отправят кого куда. Как я полагаю, мигрантов на родину, наших – за решетку, а дальше будет суд разбираться.

– А что за фабрика-то? – не поняла девушка.

– Да по производству лекарств.

– Что? – Татьяна почувствовала, что ей действительно плохо. Вот так поворот судьбы. Ведь еще недавно она и сама работала на этой фабрике.

– Таня, – встревожился Антон, заметив, как резко побледнела девушка. Он подвел ее к скамейке и заставил сесть. – Танюш, что случилось?

– Я на той фабрике работала, – выдохнула девушка. – В ночную смену как раз. Этикетки на бутылочки клеила или коробочки собирала. Больше ничего мне не доверяли, все-таки здоровье… – она махнула рукой. – Только у нас никто и не думал, что это незаконно. Подписывали контракты о трудоустройстве на бланках фирмы. Просто считалось, что у нас вторая смена.

Глава 3

К дому Антона приехали поздно. Вампир настоял, чтобы они заехали перекусить, а после завернули в магазин за продуктами.

– Только не пугайся, – пока они поднимались, предупредил ее сыщик. – Мои спиногрызы недавно заглядывали, искали какие-то книги, так половину квартиры перерыли, кучу какого-то барахла выгребли. До сих пор порядок навести толком не могу. Я тебе свою комнату приготовил, а сам поживу в их.

– Погоди, какие спиногрызы? – не поняла Таня.

– Я о детях. Но они тут почти не бывают. Примчатся, нашумят, и снова в свою академию. Или у друга на даче околачиваются, когда его сын приезжает в увольнение. Пусть мои и старше, да только у Вадима парнишка умный, так что им не скучно.

– Ты не говорил, что женат, – девушка замерла рядом с лифтом.

– А я и не женат, – немного грустно произнес Антон. – Вдовец. Дети выросли, сейчас учатся, живут в общежитии. У них там все условия. Гошка уже сказал, что в обозримом будущем хочет квартирку снять где-нибудь, если от работы ничего не будет.

– Понятно, извини, – девушка незаметно выдохнула. Почему-то ей казалось обидным обнаружить, что у этого мужчины кто-то есть.

– Прошу, – Антон распахнул дверь и посторонился, пропуская девушку в квартиру. – Сильно не пугайся. Обещаю, я скоро все разберу.

Таня только улыбнулась, после чего вошла в квартиру. Детектив последовал за ней. Вспыхнул свет, освещая царящий в коридоре обещанный бардак. Какие-то коробки, пакеты, непонятные свертки. Все сдвинуто в сторону, чтобы можно было пройти по квартире. Дверь в одну комнату распахнута, и там тоже видно, что кто-то что-то старательно искал. Если бы хозяин не предупредил, что это дети, могло возникнуть впечатление, что в квартире побывали воры и перевернули все вверх дном.

Мужчина помог своей квартирантке снять верхнюю одежду, потом достал тапки.

– Пойдем, покажу тебе твою комнату, – он приглашающее распахнул закрытую до этого дверь и включил свет.

Помещение, предоставленное Тане, было небольшим, но достаточно уютным. У окна стоял большой диван, сейчас разложенный. Напротив него – кресло, рядом с ним небольшой компьютерный стол, призванный заодно исполнять роль тумбочки. За ним – большой шкаф. На полу и над диваном – ковры. Все было выдержанно в спокойных тонах. Бежевые обои, светлая мебель, контраст составляли ковры и обивка дивана с креслом – ближе к цвету какао. Немного выбивался из обстановки кактус на подоконнике.

– Можешь располагаться, – улыбнулся мужчина. – Сейчас выдам тебе полотенца и постельное белье, а раскладываться будешь уже завтра. Если что-то будет нужно – я у дочки посмотрю или докупим. Если Колючка мешаться будет, скажи. Я его переселю. Просто иначе поливать забываю.

И он вышел из комнаты. Таня присела на диван. Только сейчас она задумалась, сколько же лет ее начальнику. Судя по его фразам, дети уже взрослые. Но сам он выглядит лет на тридцать, самое большее тридцать пять. Пластика? Не похоже. Разве что на работе досталось так, что пришлось прибегать к услугам хирургов. Дальнейшие размышления оборвало появление Антона со стопкой белья.

– Спасибо, – девушка приняла чистые вещи и уловила цветочный запах кондиционера. – Буду спать на лугу.

– В оранжерее, – поправил он и улыбнулся.

Мужчина помог своей гостье застелить постель, после чего она подхватила вещи и скрылась в ванной комнате. Сам же хозяин отправился на кухню. Он никогда не признается Тане, но перед тем, как забирать ее из больницы, наведался к ней домой. Сыщик он, все-таки, или так, играется. Так что знал заранее, что их ждет. После чего со спокойной совестью поехал в магазин за новыми постельными принадлежностями. Татьяне он предпочел ничего не говорить – лучше пусть сама увидит. И не потому, что так хотел заманить ее к себе. Просто чувствовал, как девушка может отреагировать на вторжение в ее личную жизнь. Понятно, что она догадывалась о возможности подобного развития событий, но лучше увидеть своими глазами.

Наверное, если бы не очередной звонок от Лики, он все-таки настоял бы на своем и забрал Таню сразу к себе. Но ведьма приказала ему везти девушку сначала домой, и только потом в свою квартиру. Она своими глазами должна была увидеть все, что происходит там, чтобы потом не казниться до конца жизни. Что должно произойти, Анжелика не открыла, но и так было ясно – ничего хорошего.

Свист чайника прервал размышления. Антон достал с полки коробку чайных пакетиков, сахар, поставил две кружки. Себе налил сразу и подошел с кружкой к окну. В воздухе медленно кружились мелкие снежинки.

– Вот и зима пришли, – тихо произнес мужчина, грея руки о кружку.

– Уже? – раздался голос Тани. Детектив вздрогнул и чуть не расплескал чай.

Девушка прошла на кухню и остановилась рядом с мужчиной. Хлопья медленно кружились в воздухе, падали на землю и таяли.

– Зима, – в голосе Тани чувствовалось напряжение. – Еще весной мне говорили, что я не доживу до нее.

– Не всему надо верить, – Антон повернулся и внимательно посмотрел на нее. – Иногда происходят чудеса.

– Я разучилась в них верить, – она покачала головой. – Ребенком еще надеялась, что все станет как раньше. Но становилось только хуже.

– Но ты же еще жива, и даже достаточно здорова. Во всяком случае, у меня нет поводов не доверять Крестовоздвиженскому.