Обратная сторона луны.

Ночь уже вступила в свои права.

Лунный свет скользил по крышам и стенам небоскрёбов, делая город таинственным и притягательным издалека.

Анна сидела на скамейке, укутавшись в лёгкий плащ, и смотрела на облака, подсвеченные огромным фонарём, светившим везде и всем — независимо от электричества.

В этом городе всё стало одинаковым.

Работа — как дорога по кругу. Личная жизнь — как остановка, где никто не выходит. И все это ей казалось странно одиноким.

В руках она сжимала перчатки. Сняла их и положила на колени — просто чтобы что-то держать. Когда в ладонях есть вес, пустота внутри звучит тише.

Огромный мегаполис не замечал её. Особенно ночью.

Она чувствовала себя той самой луной — далёкой и холодной.

— Вам нравится дождь?

Анна вздрогнула и обернулась. Неподалёку стояла высокая фигура и смотрела вверх, не отрывая взгляда от неба, словно зачарованная.

— Простите… вы это мне?

— На Луне не идут дожди.

Она несколько секунд молчала.

— Похоже, сегодня дождя не будет.

Фигура ещё немного посмотрела наверх, затем перевела взгляд на пруд и засунула руки в карманы куртки.

— Извините, если мешаю. Просто вы показались мне одинокой.

Не знаю, как это вышло… но я оказался здесь — в чужом теле. И кажется, у меня немного времени, чтобы понять, кем я хочу остаться.

Анна напряглась. «Наверное, сумасшедший», — подумала она и решила уйти. Но не сразу — через пару минут, чтобы это не выглядело бегством.

Он подошёл к пруду и сел прямо на землю.

— Странное чувство… ты человек, а внутри — всё то же самое.

Он на мгновение замолчал.

— Я не думал, что отсюда это так красиво.

— Как у астронавта? — осторожно спросила Анна.

— Нет. Я про одиночество.

Она смотрела на город — на окна, свет, движение.

Он — только наверх.

— Здесь так много жизни… — сказала Анна, не отводя взгляд от города.

— А мне здесь не хватает неба, — тихо ответил он.

От его дыхания не поднимался пар, хотя воздух был холоден.

Он провёл ладонью по воде. Отражение дрогнуло, и луна распалась на серебряные осколки.

— Я весь день ходил среди людей. И только под вечер вдруг увидел себя — как в отражении, и удивился.

Разговор становился всё страннее, но страха не было — только ощущение чего-то необычного, почти сна.

Анне вдруг вспомнилось: сегодня Землю должен был пролететь Фаэтон.

Мысль мелькнула — и исчезла.

— Быть одиноким и не замечать этого, — тихо сказала Анна. — Привыкнуть: крутиться рядом — и не сходиться друг с другом.

Он помолчал, подбирая слова.

— Иногда просто смотришь наверх, когда внутри становится тихо.

И кажется, что ты один.

А на самом деле — это чувство обманчиво.

Иногда там, наверху, смотрят в ответ.

Анна невольно улыбнулась.

— Я никогда об этом не думала…

— Это редкое чувство, — ответил он. — Берегите его.

Она помолчала.

— Вы… инопланетянин?

Он тихо усмехнулся:

— Скорее сосед. Временно.

Он снова посмотрел наверх. Его силуэт на миг показался размытым.

— Она красивая? — спросила Анна.

— Да…

— Она вам сердце разбила?

— Можно и так сказать.

Когда-то мы светили вместе. Теперь — по разные стороны неба. Она захотела стать другой. Стать человеком. И ушла.

— Вы хотите сказать, что она была для вас как свет?

— Она была всем… Днём я бы не смог сказать ей об этом. Там всё звучит не так. Но сейчас могу. Пока ещё есть время.

Анна помедлила.

— Почему бы вам не воссоединиться с ней?

Он покачал головой.

— Кто-то должен был остаться там. Похоже, этим кем-то оказался я.

— Я пробовал стать таким, как она. Спустился сюда всего на один день.

Но к вечеру посмотрел наверх — и вспомнил, кто я.

— Но я всегда буду её помнить. Это всё, что я хотел сказать.

Он поднялся.

— А теперь мне пора, Анна.

Она вздрогнула.

Её имя словно вернулось к ней эхом.

Анна встала с ощущением, что этот странный разговор подошёл к концу и ей больше не стоит здесь оставаться.

— Верно, — ответила она. — Мне уже пора домой.

Он кивнул.

— Мне тоже…

Анна поправила плащ и медленно пошла по аллее, оставляя за спиной пруд и странного собеседника.

Сделала несколько шагов — и остановилась: она не помнила, называла ли ему своё имя.

Она обернулась.

Его уже не было.

Там, где он сидел, ещё секунду держалась лёгкая дымка — словно силуэт, который не успел раствориться до конца.

Потом и она исчезла, смешавшись со светом фонаря и тенью от деревьев.

Анну вдруг пробрал холод — странный, знакомый, как будто не от ночного воздуха, а изнутри. Она перевела взгляд наверх. И в памяти всплыло что-то неуловимое — ощущение знакомого света. Как будто когда-то она уже смотрела на это — только другими глазами, долго, молча, издалека.

В небе что-то едва заметно вспыхнуло на долю секунды — тонкая дуга. Фонарь дрогнул, и отражённая в воде луна стала цельной. Город продолжил жить.