Обратный отсчет

Дисклеймер

Данная книга является художественным произведением, ничего не пропагандирует и ни к чему не призывает. Все совпадения с реальными людьми и ситуациями в жизни случайны. Автор не несет цели кого-то оскорбить или задеть в своем произведении и не поощряет аморальные поступки.

• Плейлист:

* XOLIDAYBOY | Мания

* ANNA ASTI | Царица

* Леша Свик, 5УТРА | Без тебя я тону в этом море

* Nikos Band | GEORGIAN DISCO

* Everybody Loves An Outlaw | I See Red

* David Bisbal | Cuidar Nuestro Amor

* Mario Reyes | Laily Lail

* Доминик Джокер | Если ты со мной

* JONY, ANNA ASTI | Как любовь твою понять?

* Эллаи | Я не перестану

* Elena feat. Giance | Mamma mia (He's Italiano)

* Celine Dion | Ashes

* Toygar Isikli | Hold My Hand

* Yemin | 2 Ensrtumantal fon muzik (Gurur)

* Toygar Isikli | Flames Of Fate Main Title

* JONY, HammAli | Наверно, ты меня не помнишь

* Idris & Leos | Компас

* JONY | Не смогу забыть

* Anitta | Envolver

* AHS: 1984 | Main Titles

Глава первая

Три года спустя после последних событий в первой книге.

Сиана

Во дворе, вовсю, правит март месяц. Семнадцатое число. Рано утром, впопыхах, мы приехали в больницу. Ради этого события стоило прервать мой размеренный сон, а мне снилось кое-что очень и очень горячее, и я не про еду.

— Держись, Элла. Скоро все закончится! — я пытаюсь подбодрить сестру, корчащуюся от волны боли.

Под «скоро» я имела ввиду несколько часов семи кругов ада, но не будем раскрывать скобочки. Ее везут на коляске в родильную, все плетутся за ней и тормозят перед закрытыми дверьми, куда только что врачи занесли сестру.

— Все будет хорошо. Правда, Салим? — беспокойным голосом спрашивает Сара. Салим обнимает сестру, поглаживая ее плечо.

Зачем спрашивать у психолога насчёт гинекологии? Это непредусмотрительно, нужно было обратиться ко мне. С момента, когда Элла объявила о своей беременности, краем глаза, я изучала статьи про роды и скажу вам, что это далеко не кайфовое путешествие к вратам рая, зато итог оправдывает муки. Я не против родить одного в будущем, не умирать же без наследника, но пусть, это событие наступит, как-нибудь, после тридцати.

— Я не в порядке. Дай коньяк. — Акиф передает Алефу металлическую фляжку, тот делает пару глотков и выдыхает.

— Сильно не налегай на это. Тебе еще идти к жене с ребенком.

— И это говоришь ты, Амирхан? Во время рождения Алефа, ты так сильно напился от волнения, что очнулся только на следующий день. Еще меня с сыном не сразу узнал. — Последовали улыбки и смешки после слов Севинч.

Она знатно подобрела, как только ее сын воскрес, прости Господи. Севинч даже попросила у Эллы прощения, сказав ей, что она не смела мечтать о лучшей невестке, а та, мягкотелая, сразу же простила, ответив, что ее свекровь ни в чем не виновата, никто не предугадает своего поведения в случае потери бэйбика. Ну, бэйбик - это в моем лексиконе, сестра сказала слово «ребенок».

— И сколько нам тут торчать? — Амирхан прошелся неодобрительным взглядом по Сейран и та, скрестив руки на груди, сразу прижалась к больничной стене. У них отношения попортились.

В особняке Асхабовых, каждый день, идет война между Сейран и остальными членами семьи, так как она не собирается прекращать отношения с Адамом Аслановым и продолжает тайные встречи. Что только не сделали Амирхан с сыновьями, и запирали ее, и отправляли в другую страну, и разбирались с отпрыском Алана. Все бестолку. Не знаю, продолжала бы я бороться в том случае, если бы мой любимый человек был бы замешан в бедах Юсуфа? Я еще не сталкивалась с той чертой, пересекая которую, перестала бы бороться за желаемое, поэтому ответа нет.

Спустя часа четыре, когда волнение ожидания заметно затихло и изредка потрескивает внутри, подобно горящей древесине в камине, мы все уселись в ряд, в коридоре. Оживленность заметно понизилась, кто-то даже успел уснуть. Дядя попивает кофе с пластикового стаканчика, Юсуф играет в тетрис в телефоне, я просто пялюсь в потолок, а близнецы встают с сиденья и снова снуют туда-сюда, туда-сюда.

— Достали. Вы не можете сесть? — не выдерживаю я всплеска раздражения.

— У нас не каждый день рождается племянник.

— Акиф прав, красавица. Да, и задница болит. Надо размяться.

— Хотелось бы мне сменить кадр, как в фильме, — бубнит Мари, поддев подбородок ладонью.

— Мне тоже.

Тут, до нас с Мари доходят слова Акифа и вспышка энергии начинает доводить до бурления кровь в моих венах.

— Что ты сказал?

— Что? — недоумевает Акиф. — Ты про племянника? Да, я жду его.

— С чего это, племянник? — Мари наступает, поднявшись с места.

— А кто еще? Девочка, что-ли? Не смеши меня.

— А ты посмейся. Потому что это племянница, — я выделяю окончание последнего слова.

— Ага, размечталась, дорогая. У Асхабовых первенцы всегда сыновья. Даже вторые, третьи и до шестых!

— А у Магомедовых, первенцы могут быть девочками, по себе знаю.

Мари поднимает уголки губ, близнецы хитро переглядываются, потом один из них выдает:

— Ну, это твоему отцу не повезло иметь троих дочерей и одного пацана, но наш брат другой.

Я не узнаю Амира. Вроде, был спокойным, не рыпался до этого момента. Это как с Салимом, в тихом омуте! Я до сих пор не верю, что очкастый не имеет за пазухой что-то темно-магнетическое. Например, какие-нибудь необычные предпочтения в сексе. По его виду скажешь, что ему подавай миссионерскую позу, но, на деле, челюсть может отвиснуть от его приоритетов в этом вопросе. Ой, куда это меня занесло? Моя удивительная голова. Но, справедливости ради, признаюсь себе, Салим чертовски привлекательный мужчина, только слишком правильный для меня. Но, привлекательный.

— Это вашему отцу не повезло, будь у меня такие сыновья, я бы обменяла их на бутылку молока, больше бы пользы было!

— Ах, вы посмотрите на ее острый язычок. Так и хочется укусить!

Зарычав, Мари набрасывается на Амира, Акиф пытается оттянуть Мари, а я бью Акифа по плечу. Все, кроме Алефа, который распластался от волнения дохлой крысой на стуле, как-будто, ждет конца света, и его родителей, вновь восполняются энергией от нашей перепалки и толпятся вокруг нас, чтобы разнять.

Двери родильной открываются. Мы замираем, как только замечаем врача.

— Поздравляю. У вас родился мальчик!

Коридор наполнился нашими восторженными возгласами счастья, бьющего во все края. Я визжу как вне себя от счастья. Мой мальчик родился! Моя Элла стала матерью! Подрыгивая на месте, я обнимаюсь с каждым, получаю поздравления и поздравляю в ответ. Братья Асхабовы подхватывают Алефа на руки и подбрасывают до потолка, тот еще не успел отойти от шока.

— Я стала тетей! — восклицаю Силасу, растянув искреннюю улыбку до ушей, когда тот поставил Алефа на ноги. Кстати, Алеф прослезился и теперь остальные его успокаивают.

— А я дядей! — отвечает мне с той же улыбкой Силас и мы притягиваем друг друга в крепкие объятия. Что-то кольнуло в груди, перекрыв дыхание.

Глава вторая

Сиана

Через пару дней, сестру с малышом выписали. Мой племянник такой милый, и от него исходит запах рая. Я полюбила этого маленького человека с первых секунд, как увидела его четкие черты лица: большие глазки, кнопочный носик, сладкие щечки. А когда он хмурится и начинает плакать, я хочу съесть его. Он вошел в мое сердце с первых секунд, как еще один самый дорогой человек в моей жизни, которого я не отпущу, и ради которого готова погибнуть. После долгих споров, малыша назвали Данияр, что в переводе с арабского означает «близкий». Сначала, зять хотел назвать сына в честь отца, но Амирхан не позволил, потом, много раз, я предлагала имя Сиан, но никто не поддержал эту идею и я искренне не понимаю причину, после я упомянула имя нашего отца, на что Юсуф ответил, что он назовет Умаром своего сына и Элла поддержала его слова, но хорошо, что, вскоре, череда споров прекратилась и наш Дани получил свое имя. А я бы хотела внести для его имени итальянские корни в память о матери, но ничего, в будущем, когда Всевышний позволит, брат назовет свою дочь в честь нее, поэтому не страшно.

Спустя еще две недели, мы получили приглашение на праздничный ужин. Асхабовы устраивают пир на весь мир в честь рождения наследника. Вот и наступил этот день, когда у нас дома творится суета сборов и все находятся на нервах, но, с нежными чувствами в сердце, готовятся к очередной встрече с нашим малышом. Я не вижу его час и уже скучаю, этот маленький проказник очень сильно привязал меня к себе.

— Сколько можно ждать? Мы опаздываем! — поторапливает нас дядя, чем сильнее нервирует.

Они с Юсуфом ждут нас у входа около часа, не меньше, но что нам, женщинам, поделать, если красота требует времени? Мы итак делаем все впопыхах!

— Боже, если мои будущие жена с дочками будут также долго собираться, я запасусь спальным мешком, чтобы таскать его всегда с собой и, при необходимости, вздремнуть на пару часов.

— Да, парень, женский пол прекрасен, но заставляет томиться в ожидании. — Дядя хлопает брата по плечу и они понимающе посмотрели друг на друга.

— Я не могу найти любимую серьгу! — завопила Мари, поднявшись с колен. — Что за жизнь? Когда не надо, лежит на видном месте, а когда надо - исчезает!

— Потому что украшения нужно вовремя класть в шкатулку!

— Ну, мам!

— Не ной, надень другие серьги. У тебя их полно.

— Нет, я хочу эти! — Мари складывает руки на груди и топает ногой, как капризный ребенок.

— Ладно, заедем по дороге в ювелирный бутик и купим тебе новые, такие же.

Латифа всегда идет на уступки младшей дочери, а Мари прекрасно знает, какой режим хитрости включить и в какой момент. Она неисправима, точно так же, как и я. В наших жилах течет одна кровь и нас объединяет общая черта характера - мы добиваемся своего любой ценой, а вот, Элла не такая, она, где-то, мягкотелая, живущая по философским мудростям.

Наконец, мы выходим из дома. По дороге к Асхабовым, мы, вправду, заезжаем в бутик Tiffany, но любимых сережек сестры не оказывается в наличии и она впадает в истерику, потом быстро успокаивается стоит дяде заткнуть свою дочь изделием в виде изумрудного кольца. Мы с Юсуфом заранее подарили подарки сестре с племянником, поэтому особо не заглядывали на витрину.

Доехав до места назначения, мы приветствуем хозяев дома и подходим к Элле, которая удобно расположилась в кресле, держа в руках нашего Данияра. Она тепло улыбается нам, стоит ей заметить, как мы вошли в гостиную. Мой малыш одет в костюмчик, сшитый на заказ. Боже, какой он крохотный. Ну да, ему, всего, месяц.

— Мой сладкий, — протягиваю я, опустившись перед сестрой на корточки, пока Юсуф целует Эллу в щечку и ставит огромный букет красных роз на кофейный столик.

— Сынок, смотри, кто пришел? — мягким голосом говорит Элла. — Дядя с тетями пришли.

Юсуф проводит костяшками пальцев по бархатной щеке ребенка, стараясь не потревожить его сон, а мы с Мари молча восхищаемся этим крохотным чудом.

С каждым часом, гости прибавлялись в помещении, одаривая молодую семью подарками, поздравлениями, значимыми пожеланиями, а главное, восхищенными вздохами в сторону моего Дани. Лишь бы не сглазили! И это, я уже ревную моего малыша, нечего каждому смотреть на него. Благо, после грандиозного ужина, большинство гостей вспомнили про приличие и покинули особняк, и, к позднему вечеру, здесь остались самые близкие, и Селина. Элла унесла малыша наверх, пока оставшиеся гости, разделенные на группы, пьют напитки и ведут беседы. Я косо поглядываю в сторону Силаса, который без стыда прижимает свою невесту к себе за талию, а другой рукой держит стакан с виски, о чем-то оживленно беседуя в компании Ареса и родителей Селины. Какая же эта девушка глупая. Лишенная самоуважения, она кормится его завтраками о будущей свадьбе. Пойми ты, прошло целых шесть лет, если бы он захотел, то давно женился бы на тебе, но, нет, надо притворяться великой слепой, и здесь речь не идет про терпеливость, а именно про самообман.

Спустя еще немного времени, кирпичная кладка, вместе со своими родителями, очищает воздух своим уходом и мое раздражение мигом улетучивается. Я ревную его, каждые их касания, поцелуи, влюбленные взгляды, направленные друг на друга, действуют губительно для меня. Я разрушаюсь, подобно песочному замку, и не знаю, как долго смогу молча переносить эту муку.

Попросив прощения, я отделяюсь от компании Мари с близнецами, встаю с дивана и направляюсь в уборную. Освежив макияж на губах и пройдясь влажными, от ледяной воды из-под крана, пальцами по шее и плечам, я перевожу дух и выхожу из ванной, но, пройдя пару шагов, останавливаюсь, увидев перед собой Силаса, который тоже куда-то шел.

— Привет.

— Привет, — отвечаю я и ощущаю волнение, точечно поднимающееся к горлу, у меня сразу пересыхает во рту и, от неловкости, я опускаю глаза, притворяясь, что поправляю юбку в пол своего облегающего черного платья, расшитого стразами.

Силас делает два шага навстречу мне и протяжно изучает меня своими глазами небесного оттенка, я задержала дыхание. Он пьян?

Глава третья

Сиана

Последующие пару дней, я неистово ждала звонка или сообщения от Силаса, но ничего не получила. Я ехала в гости к сестре с малышом, во-первых, чтобы повидаться с ними, во-вторых, чтобы встретиться со вторым, но ничего не вышло. Несмотря на то, что я, отложив любой стыд, засиживалась в особняке Асхабовых до ночи, мы ни разу с ним не пересеклись. Мои мысли, рутина, каждый шаг теперь полностью стали посвящены Силасу. Если раньше он частично возникал у меня в голове, то, после поцелуя, занял там постоянное местожительство. Я разучилась сосредотачиваться на учебе, проводить время с Мари и Сарой, посещая разные интересные места в городе, заниматься любимыми увлечениями, рисованием, просмотром роликов. Я отложила себя на фоновый режим, отдавшись ожиданию дальнейшего шага Силаса. Даже крася губы или заваривая себе кофе я размышляла о том, чем он сейчас занят. Мое тело присутствовало рядом с близкими людьми, а душа давно пребывала в стратосфере мечт, построенных вокруг нашего с Силасом будущего.

И вот, спустя еще месяц, судьба вновь столкнула нас друг с другом. Мы встретились на общем, семейном собрании, когда старшие, Амирхан и Омар, решили выбраться на природу, на барбекю. Делая вид, что я увлечена процессом приготовления вместе с Эллой и Севинч, я беру в охапку коробку с баночками специй и тащусь к мангалу, где Силас разводит огонь. Он снял футболку, закинув ее себе на плечо, тем самым, открыв мне вид на свои сексуальные мускулы. Я вся теку, и это не шутки. Жар моего тела приливает к чувствительной точке и я держусь из последних сил, чтобы пасть в его объятия. У него такие сильные руки, что дыхание замирает, стоит представить, как он вожделено блуждает ими по изгибам моей обнаженной талии, оставляя невидимые палящие метки своих касаний на мне.

— Я принесла специи для мяса, — ведаю я, оказавшись напротив.

— Отлично. Положи на табуретку.

Серьезно? Это все, что ты скажешь? Даже не посмотрел на меня.

Я повинуюсь, потому что сама устала держать это, и оставляю коробку на указанном месте.

— Ты ничего не хочешь мне сказать? — я должна прояснить случившееся. Я не люблю нечестные игры. Хотя, может, стоило не опускаться и самой сделать вид, будто ничего не произошло, но мне нужен ответ, иначе я изгрызу себя изнутри.

— Сиана, — он переводит дух и поднимает на меня глаза, — произошедшее было ошибкой. Извини. Ты дорога мне как родственница и на этом всё.

Ощущение, что меня только что ударили под дых, растоптали мое самолюбие, обесценили как личность, назвав взаимоотношение со мной ошибкой. Что он сказал? Как он посмел сделать такой бездумный шаг, отнестись несерьезно ко мне, как к секундному вожделению? Я хочу взять этот шампур и проткнуть его живот, провернуть три раза, вынуть и снова воткнуть. Придурок!

— Значит, ошибка, да? — он виновато смотрит, чем бесит меня сильнее. Преодолев гладкое чувство во рту, я фирменно скалюсь и выдаю ему, — хорошо, что ты это понял, а то я ломала голову, как донести до тебя, придурка, что мы несовместимы.

— Узнаю Саванну, — ухмыляется второй, явно расслабившись от моего ответа. Вот идиот.

— Я Сиана, тупица.

Силас снова входит в азарт, потому что началась наша обычная игра пререканий. Он подходит, разворачивает меня и подталкивает в спину. Я замираю, но, как только, злость мгновенно прикипает во мне, я поворачиваюсь и нападаю на него, нанося серию ударов по его оголенной груди. Силас забавляется от этого, ему ничего не стоит сразу увернуться и остановить меня, но он поддается и позволяет мне выпустить пар.

Вокруг ни души, только, подальше, красуется загородный домик Асхабовых. Второй громко хохочет, отходя назад, пока я пускаю в ход размахивание ногами. Наконец, он решает остановить меня, резко наступает и хватает меня за талию. Закричав, я начинаю вырываться. Силас теряет равновесие и мы оказываемся на мокрой траве, но и тут я не собираюсь сдаваться. Он назвал наш поцелуй ошибкой! Он бесцеремонно украл мой первый поцелуй, и повел себя как скотина!

— Потише, куколка. — Он сжимает мои запястья и прижимает их к земле. Мы оба рвано дышим.

— Называй так свою кирпичную кладку, конченный!

— Какие мы злые и, по-прежнему, невоспитанные.

— Какие есть. По крайней мере, я не притворяюсь тихоней!

— Ты и не сможешь, даже если очень постараешься.

Силас навис надо мной и я отчетливо ощущаю напор его тела на нижнюю часть своего. Он идиот или притворяется? Я же ему как родственница. Разве, родственниц прижимают к земле, пытаются облапать, целуют? Я не его Селина, к которой он может прикоснуться без обязательств. Я - уважающая себя девушка! Боже, мне и блаженно и гадко. Я возбуждаюсь, окутанная в кольце его парфюма, ощущая его дыхание на себе, давление его тела, и мне тревожно, потому что, для него, наши взаимодействия не имеют значения в романтическом русле.

— Слезь с меня! — я начинаю пыхтеть и пытаться выползти из-под него, но не получается.

— Попроси как следует.

Силас приближает лицо и кончики наших носов почти соприкасаются, а дыхание сливается в унисон, распаляя атмосферу вокруг нас сильнее. Я тоже иду ему навстречу, подняв голову. Затаив дыхание, Силас ждет моего следующего шага. Мое милое выражение лица сменяется на ехидное, а в глазах играет хитрая улыбка. Выдержав секундную паузу, я резко цепляюсь зубами ему за подбородок, даря волну боли от укуса. Завопив, он моментально отпрянул от меня, держась за подбородок, где остались следы моих зубов. Воспользовавшись моментом, я поднимаюсь с земли и уношу ноги в сторону особняка.

— Сумасшедшая стерва! — слышу у себя за спиной. Так ему и надо, я хоть немного успокоила душу, после принесенной им бури.

***

Я дохожу до дома, осознавая, что, все это время, моя злость не стихала ни на секунду. Какой же он придурок! Тормоз! Я то наивная в глубине души, думала, что это знак, что Силас реально моя судьба. Ну, почему? Почему из всех парней, когда-либо окружавших меня, мое сердце прилепилось к нему, выбрав самого сложного? Не умею я жить спокойно, не зря моя стихия огонь.

Глава четвертая

Сиана

Через пару дней после дачных выходных, я переехала в особняк Асхабовых. Уговаривать дядю — было самым сложным, ибо ему важно сохранить свою репутацию, могут пойти разговоры и слухи после моего переезда. Но, слово Эллы было решающим, чтобы убедить Омара не мешать моим планам, о которых известно лишь моему сердцу. Я ничего плохого не совершаю, приехала помогать сестре с новорожденным. Это байка для общественности.

Я сильно люблю своего малыша, но приехала ради его дяди-тормоза, который вынуждает меня включить режим охоты. Мда, у нас необычная история любви со вторым в идиотском смысле слова, и об этом придется рассказать нашей дочери, когда она спросит, как ее папа добился меня. Избегая меня, он притянул к себе мое внимание — вот, как!

Первые два дня я оценивала обстановку. Семейные завтраки по утрам, потом все разъезжаются по своим делам, а я на учебу, возвращаюсь после обеда и помогаю Элле до приезда Силаса. Я успела узнать, в какой части дома находится его комната, и она подальше от моей, что является преградой.

— Говоришь, кондиционер не работает? — подозрительно меряет меня взглядом Арес, залезая на стремянку.

Как он ворчал, когда Севинч попросила помочь мне и проверить исправность устройства в комнате. Четвертый прав, что нужно было позвать мастера, ведь, Арес не очень разбирается в починках всякого оборудования, тяжелее бокала шампанского он ничего не держал в руке, ну гантели, ладно, он же посещает спортзал, но его нежелание помочь играет на руку. Я просто облила стаканом воды кондиционер и испортила его, а Аресу настолько лень, что он быстро вынесет мне тот вердикт, который нужен. Я специально выждала момент, когда на кухне останемся мы втроем, чтобы нажаловаться и Севинч вынудила сына решить мою проблему. Не нужно быть стратегом, чтобы понимать, что Арес не силен в починке техники, ему это и не нужно.

— Думала, я не замечу влажные обои и не пойму, в чем дело? Фурия, чего ты хочешь? — говорит Арес, оказавшись снова внизу и воинственно сложив руки на груди.

Я предполагала, что план «А» сможет провалиться, поэтому скалюсь и приступаю к плану «Б». У меня на каждого найдется управа, не зря я анализирую происходящее и собираю сведения о том или другом человеке, ну, знаете, роюсь в социальных сетях, вслушиваюсь в ответы и концентрирую внимание на реакции человека, играющего в «правду или выпей».

— Ты прав. Я сделала это не просто так. — Я складываю руки на поясе, входя в азарт, чтобы быть на равных в противостоянии с кучерявым. — Мне нужно, чтобы ты сообщил всем, что кондиционер неисправен и в такую жару не стоит оставаться в этой комнате.

— Они не поверят.

— Поверят.

— Черта с два.

— В любом случае, устройство не работает, и, даже, если они решат сменить его, то я давно буду чилить в другой, нужной мне, комнате и мой обратный переезд будет бессмысленным. Салим и близнецы догадаются, что неисправность кондиционера - не случайность, но они промолчат.

— А с чего это я должен помочь тебе? — Арес ослепительно улыбается, обнажая ровный ряд своих зубов. — Фурия, ты мне симпатична как человек, и красота твоя сияет в моих глазах, но играть без вознаграждения - не моя стихия. И предупреждаю сразу, я не предам никого из членов своей семьи.

Я протяжно молчу, испытывая его тяжестью своего взгляда, он выходит из себя, ухмыляется и разворачивается к выходу, заранее сделав вывод о моем проигрыше, о том, что я не смогу ничего предложить ему, но тут, я выдаю:

— Афина. Помнится, так зовут девушку из твоих сожалений о прошлом?

Арес замирает, начав учащенно дышать. Сжав руки в кулаки, он смотрит на меня вполоборота.

— Не смей.

— Когда ты отвечал на вопрос, в одном из очередных общих игр, ты предпочел выпить гадкое содержимое стакана, но не раскрывать свой бесчестный поступок в адрес человека из прошлого. Я отчетливо услышала, какое имя прошептал тебе Акиф на ухо после и это имя пронеслось громом боли в твоей груди.

Арес весь сжался и побледнел в лице, после, его слабость заменяет нарастающая ярость, выдавая раздражение на его желваках на лице.

— Я помогу тебе найти эту девушку, а ты не будешь мешать мне осчастливить твоего брата.

— А мой брат просит у тебя этого счастья? — парень выгнул бровь, насмешливо задав вопрос.

— Да. Поверь, он дал мне повод действовать, и я не буду рассказывать о произошедшем. Это наше сокровенное с ним.

— Хотя, Силас говорил мне о... — он замирает, прикусив язык. Рассказывал о чем?! Или о ком?! Обо мне, да?! Немного поразмыслив, Арес томно выдыхает и говорит, — согласен. Я не буду мешать тебе, а взамен, ты найдешь Афину, которую я безрезультатно ищу столько лет, с выпускного класса.

Я киваю Аресу, мы улыбаемся друг другу уголками рта и он идет выполнять свою часть уговора. Арес ни за что не предал бы брата, значит, проанализировав все «за» и «против», он твердо пришел к выводу, что, наоборот, поможет Силасу, если не будет мешать мне и посодействует моему переезду в спальную рядом со спальной моего дымохода. Значит, Силас сказал брату, что у него есть чувства ко мне, иначе Арес не дал бы свое согласие на договоренность, даже ради Афины. По болезненной реакции четвертого на нее, я осознаю, какое влияет имеет на него эта девушка. Но, раз она скрылась, значит Арес причинил огромную пустоту ее душе, не сделаю ли я плохо ей, раскрыв ее местонахождение Аресу? Сложно, но цель оправдывает средства. Я должна спасать свою любовь, а четвертый точно не причинит этой девушке вреда.

***

Ближе к ужину, хозяева позволили мне «временно» переехать в любую другую комнату, пока не заменят кондиционер «в моей». Сначала, Севинч предложила занять комнату рядом с Сариной, но я придумала миллион отмазок и ловко провернула выбор в ту спальную, что так необходима мне. От мысли, что, каждую ночь, мой дымоход будет находиться за стеной от меня, мое сердце готово взорваться и заполнить помещение миллионами летающих бабочек с крыльями, переливающимися оттенком любви, в моем случае, нежно-голубым. Правда, это мой любимый цвет и, с детства, он ассоциируется у меня с любовью и чем-то сокровенным, нерушимым. Для большинства, цвет амурных дел это розовый, но не для меня.