Обычная жизнь полтергейста

Глава 1

*
*
*
Сегодня я опять начала день не с кофе.  Забавное выражение,  ведь день,  как таковой,  всегда начинается с пробуждения и длинного ряда бытовых дел вроде умываний,  зарядок и прочих маленьких личных нужд. Уже десятки лет наблюдая за разными людьми,  живущими в этом доме,  могу клятвенно заверить вас всех,  что это выражение,  как и многие другие,  не имеет под собой серьёзной этимологической основы. Ну да я снова ушла от темы. Видите ли,  когда живёшь слишком долго,  уже не зацикливаешься на одних и тех же мелочах,  стараясь каждую секунду размышлять о чем то новом,  о чем ещё не успел подумать,  что ещё не успел разобрать в своей голове по мельчайшим деталям.
Так вот,  сейчас,  наблюдая за людьми,  все время так спешащими куда то по утрам,  я понимаю одну смешную вещь. Эти люди,  которые в отличие от меня ходят на своих ногах и состоят из скелета,  мяса и крови,  на самом деле ещё более мертвы чем я. Хотя,  казалось бы,  мертвее уже некуда.
Сегодня Сьюзи,  девочка, что живёт со мной уже почти пять лет,  снова убежала с утра после чашки кофе,  чтобы найти себе очередного парня или девушку.  Вот уж не понимаю я,  что в ней так притягивает этих живых людей.  Она   совсем совсем не вкусная, хоть и обладает невероятной внешностью.  Как будто ешь хлеб,  что уже начал покрываться плесенью,  но все же ещё не пропал окончательно.  Зато образ жизни этой малышки очень хорошо подходит мне.  Даже не приходится тратить сил,  гоняясь за реальными людьми и убивая их.  Она все время тащит домой кучу надоедливых торчков и задротов. Постоянно устраивает эти ненормальные тусовки, где куча ребят чуть ли не сами отправляют себя в мир иной, развлекаясь и получая безграничное удовольствие от приближения себя к смерти. Эти ребята на вкус тоже не самые приятные,  но за то от них легко можно откусывать энергию. Никто даже не зачюмнчает этого. Они ведь и сами стремятся довести себя до могилы, принимая разные вещества и совершая безумные поступки вроде алкогольной игры в лесенку. Если вдруг кто то не знает, это когда каждый следующий игрок делает на глоток больше предыдущего и так дальше. Такие и сами не хотят долгой и унылой жизни. Они как будто специально приходят ко мне в ручки на обед.
Помнится вот даже на днях Сьюзи устраивала небольшую вечеринку, как она сама всем говорила 'только для близких', человек на пятьдесят. И один из ребят, перепив водки чуть не отправился в мир иной, хоть и не без моей помощи, конечно, но все же он сам был в этом виноват.
Помню реакцию нашей малышки как сейчас.  Посмотрела пару секунд на этот живой почти труп и, безразлично кинула кому то из ребят, чтобы вызвали ему скорую, побежала наверх, в свою комнату, чтобы записать в свой блокнот ещё одно имя. На её вечеринках принято пить до последнего. И тот, кто сможет первым напиться до потери сознания, автоматически попадает в её список первых. Видимо, это что то вроде хобби, или даже можно сказать коллекционирования. По моему немного глупо, но все же это её дело. В этом вопросе мне сложно её судить.  Моим хобби при жизни было отрезать младенцам уши,  пока родители оставляли их сидеть одних перед телевизорами,  правда со временем я переросла подобную неоправданную жестокость,  но все же у каждого есть свой маленький секрет.  Хотя и не буду скрывать,  про младенцев я пошутила.  Всегда любила детей.  Особенно начала их любить уже после своей смерти. Дети слабей взрослых.  В их головы можно легко залезть,  даже иногда занятт их тело.  Обычно это служит большим развлечением для таких как я.
Если честно,  когда ты умираешь,  ты понимаешь как глуп ты был,  пытаясь посидеть лишнюю минуту без дела или схалтурить в исполнении своей работы.  Как я поняла это,  так и вы сможете понять лишь после того,  как будете год за годом чувствовать невозможности заняться какими либо делами.
  Но время идёт и уже приближается момент моего первого завтрака, а значит,  добро пожаловать в Изнанку!  О,  простите,  вы же все равно не сможете этого увидеть.  Ну тогда я попытаюсь объяснить, о чем говорю.  Закройте глаза и представьте свою комнату.  В самых мельчайших подробностях.  Пылинки на шкафах,  след от лизуна на потолке, опавший листок цветка на подоконнике.  Представили?  А теперь представьте,   что на этот три Д снимок вашей комнаты наложили немного тусклый эффект черно белого кино.  Вот вы и попали в Изнанку,  мои дорогие.  Когда я только оказалась здесь,  подумала что  просто лишилась части зрения,  поэтому вижу мир в подобных тусклых тонах.  Но, к сожалению,  довольно быстро поняла,  что все гораздо страшнее.  В обычной жизни мы часто слышим  что мир людей самый жестокий,  уничтожающий все вокруг себя.  Так вот, Изнанка намного страшнее. Что бы жить,  надо все время забирать чужие души.  Каждый день,  каждую минуту.  Не могу сказать, что это вызывает какое то отторжение или неприязнь. Как бы смешно это не звучало, только после смерти я действительно захотела жить. В конце концов я живу в Изнанке уже не один десяток лет. Но каждый раз,   вновь приходя сюда,  я чувствую этот холодок по спине,  будто кто то под одеялом погладил тебе ногу,  хотя в комнате ты один. 
Сегодня мне не придётся искать живую пищу,  а это как нельзя кстати,  потому что настроения совсем нет. Я предусмотрительно оставила кусочек энергии того паренька. Жизнь научила меня быть запасливой,  что сказать. 
Где там было это место?  Ну тот миниатюрный холодильный шкаф,  что так часто используют люди для хранения своей еды. Нашла. А вот и моя еда.  Смотри те ка,  ещё почти свежая часть души. Эх,  как жаль что души, даже небольшие их фрагменты, так и сохраняют за собой характеры владельцев.  Утренний приём пищи,  и он безнадёжно испорчен воплями этого человечески. Да даже всего то его кусочком. Спасите!  Прошу не надо!  Я же уже мёртв! Пощадите меня!  Всегда одно и то же.  И,  стоит только привыкнуть к одной слабой визжащей душонке,  как появляется другая.  И так раз за разом,  день за днем, год за годом. Ну, все равно спасибо за еду.  Чем богаты, тем и рады. 
Надо бы сходить проверить мою малышку.  Вы представляете,  ночью слышала,  как она говорила с родителями о переезде.  Переезде от меня!  Она то,  конечно, ещё не знает,  в какие неприятности попала,  решив вот так меня бросить после того,  как я не стала её убивать,  но и у неё впереди ещё весь день и вся ночь.  Почти двадцать четыре часа в доме с разозленным полтергейстом.  Она, конечно,  все равно умрёт.  Но что то мне подсказывает,  что эта ночь станет самой весёлой в её жизни.
Я совсем не удивилась, когда обнаружила абсолютно пустую квартиру. Видимо, Сьюзи решила прогуляться, но ничего, это её не спасёт. Уже ничего не спасёт.я все равно её дождусь, а там она уже никуда от меня не ускользает. А пока я пойду вздремну.  Души гораздо лучше перевариваются,  когда ты спишь.
Многие считают,  что призракам не требуется сон.  Так вот и в этом я вас разочарую,  мои дорогие.  Ещё как требуется.  Ведь зачастую,  душа сохраняет всего человека в себе.  Именно это крутится в моей голове каждый раз, когда я ложусь спать.  Раньше и сама не думала,  что призрак может испытывать вполне обеденные человеческие нужды,  но со временем  свыкаешься,  что в общем то ничего и не изменилось.  Забавно,  да? Привыкать к тому,  что все осталось по старому это немного странно,  но в этом и заключается вся изюминка загробной жизни.  Но рано или поздно вы и сами это поймёте,  а пока я все же посплю.

Глава 2

Дело к вечеру.  Да,  самое подходящее время для пробуждения.  До отъезда Сьюзи осталось  двенадцать часов.  Всего двенадцать. Вы спросите,  как я так точно определяю время? Это легко.  Любой из нас сам для себя как часы.  Мы уже не живы,  поэтому и мир воспринимаем совсем по другому. Это как работающие внутри часы.  Срок человеческой жизни секунда за секундой отмеряет человеческое сердце,  перегоняя по венам кровь. А у призраков как будто вместо мерного биения в груди стоят часы,  что постоянно напоминают нам о том,  что мы давно обречены на вечное скитание.  Секунда за секундой.  День за днем.  Столетие за столетием.
У Сьюзи,  как я погляжу,  уже поздний ужин.  Чтож,  это даже хорошо.  Зайдя на кухню, привычно смотрюсь в зеркало,  где вижу лишь отражение противоположной стены со старыми ящиками,  ещё вчера доверху забитыми этим новшеством,  фаст фудом,  что так нравился девчонке. А сейчас же полностью пустых и таких одиноких. Большого деревянного стола,  с сиротливой тарелкой лапши и забавно дребезжащим мобильником, на который то и дело приходят сообщения от её знакомых.  Серые грязноватые окна. 
Сьюзи слишком запустила этот дом.  Реелторам будет сложно снова продать его.  А это весьма и весьма печально для таких, как я. Без пищи мы чаще всего становимся агрессивным,  злобными.  И из-за этого большинство людей считает нас опасными и страшными,  хотя это вовсе не так.
А вот и хозяйка ужина.  Сиротливо перевожу взгляд на неё.  Я уже стала забывать,  как выгляжу.  К несчастью,  даже наша память не вечна. 
Подхожу к столу и присаживаюсь на стул.  Да,  в комнате его нет,  но вот интересный факт.  В Изнанке есть все,  чего только не пожелает призрак.  Сьюзи медленно ест порядком остывшую лапшу, проглядывая переписку с кем то из ребят.  Даже немного жаль такую милую девочку,  но она очень разочаровала меня.  Протянуть руку,  чтобы на пару секунд увидеть тонкое запястье с идеальным маникюром,  в точности как я и любила при жизни,  и слегка коснуться волос.  Мягкие и шелковые. Прям как и на вид.  Прекрасные золотистые локоны не оставляют и шанса остаться равнодушной. Через секунду рука уже снова лежит на толстой столешнице и совсем не интересует меня.  Я наблюдаю за девушкой.  Лёгкое непонимание.  Пока не испуг,  но он ещё не нужен.  Слишком рано. Надо поиграть подольше. 
Смотрите,  как она поправила волосы и как ломано огляделась по сторонам.  Сладкая реакция.  Не проверяй, малышка,  это не сквозняк и не лёгкий ветерок, что мог подуть из открытого окна или двери.  Все закрыто.  Ты сама всегда все закрываешь.  Но ты и так знаешь это.
Подойти и встать совсем рядом в паре миллиметров.  Так,  чтобы она чувствовала моё дыхание на шее.  Ох уж эти сладкие мурашки.  Да,  передерни плечами. Постарайся укрыться в своей не совсем скромной кофе.  От смерти ты не спрячешься.  Не сбежишь. Не пущу.
Ох,  даже не доела.  Это не хорошо.  Пойду ка я закрою дверь.  Мне совсем не хочется,  чтобы добыча ушла раньше времени. 
Щелчок.  О да,  детка.  Как быстро ты умеешь бегать.  Так быстро оказаться в коридоре.  Мне нравится твоё опасение, но пока твои мысли не верны.  Здесь никого.  По крайней мере никто не открывал твоей двери, не пробрался к тебе в квартиру.  Я просто закрыла её с Изнанки.  Теперь ты и сама отсюда не выйдешь. Как мило.  Ты успокоилась,  проверив что дверь заперта.  Но как же это зря.  Пока ты ещё не знаешь,  что это часть моей ловушки, но боюсь когда все поймёшь,  будет уже поздно что то менять.  Я жду этого момента с замиранием сердца,  хотя его уже давно у меня нет. 
Пока ты немного успокоилась и это хорошо.  Чем  быстрее к тебе будет приходить отчаяние, тем слаще для меня будет твой конец.  А теперь иди пакуй вещи,  а я закончу свои приготовления.
Тук-тук,  тук-тук-тук,
Я весёлый древоруб.
Щас я досок нарублю,
Ими я тебя запру.
Если честно,  я и при жизни не особо умела писать стишки,  но все же эти не складные рифмы доставляли мне какое то особое, внутреннее удовольствие.  Прошло почти пол часа.  Пару минут назад видела Сьюзи,  нервно расхаживающую по коридору. Да детка,  я бы тоже нервничала, если бы в моём доме все время раздавались звуки молотка.  Но пока ещё рано слишком сильно пугаться, иначе я не успею насладиться всей гаммой твоих эмоций,  когда ты полностью попадешь в мою ловушку,  как мошка,  что залетела в паутину и застряла в клейкой нити,  что так мала на вид,  но так прочна и неприклонна.
Тук, тук, тук.
Снова этот странный звук.
Тук, тук, тук.
Оглядись скорей вокруг.
Надо же, как удивительно. Ты не смогла выглянуть в окно.  Оно не открывается и ты,  кажется,  начинаешь всерьёз волноваться о происходящем.  Да,  да,  малышка.  Ты мой зверёк,  которого я искусно загоняю в клетку твоего же страха и отчаяния.
Дергаешь створки,  бежишь к следующему окну и все по новой.  Комната,  вторая,  третья.  Да,  чуть пухлые губы уже дрожат от нарастающей тревоги,  на широком лбу,  который,  казалось, никогда раньше не трогали морщинки, уже пролегла глубокая складок между аккуратно выщипаных тонких бровей.  Мне нравится это выражение твоего лица.  Пытайся открыть окна сколько хочешь,  это уже не важно ничего не выйдет.  Ты в ловушке. В ловушке,  которую я так старалась сделать для своего любимого зверька. Миг,  и мы с тобой уже бежим в коридор.  О да,  детка.  Дверь тебе тоже не открыть.  Уж я постаралась на славу.
Смотрите ка,  ты уже сползаешь по двери, прислонившись к ней спиной.  Твои плечи опущены и тяжелы. Ты наконец начала понимать,  что никуда не выберешься. Но мы то знаем,  что ты не можешь сдаться так просто,  а значит, наша игра только началась.  Первый час,  первый испуг, первый ход.  Пришло время переходить дальше,  а значит занавес должен закрыться,  а свет погаснуть, нагнетая обстановку к следующему действию нашего спектакля двух актёров. Длинный коридор,  озаренный внреницей настенных ламп мигнул неровным светом затухающих ламп и погрузился во тьму.  Игра началась.