Одержимость

Кровавый след

Солнце ласково касалось щек маленькой Элизабет, когда она просыпалась. Ей едва исполнилось пять лет, но в ее глазах уже читалась целая вселенная. Ее мир был невелик – маленькая деревушка, примостившаяся у подножия древних гор, пахнущая свежим хлебом и дымом из печей. Элизабет жила в окружении любви и заботы. Мать, с руками, вечно испачканными мукой, рассказывала истории о волшебных существах, а отец, крепкий и молчаливый, учил ее различать следы животных в лесу и названия звезд на ночном небе.

Деревня жила своей тихой, размеренной жизнью. Она располагалась на самом краю их королевства, там где границы подходят к концу и начинается свободная ничейная дорога.

Элизабет любила бегать босиком по траве, гоняться за бабочками и строить замки из песка на берегу небольшого озера, расположенного неподалеку. Ей нравилось плескаться в прохладной воде, представляя себя отважной воительницей, защищающей свои земли от демонов и нечисти. Мама всегда твердила: "Лучший мир тот, где тебе никогда нет нужды становится воителем для защиты ближнего своего, поэтому если хочешь прожить счастливую жизнь – желай скуки"

В тот день, когда солнце клонилось к закату, Элизабет, уставшая от игр, решила вернуться домой. В руках она держала букет полевых цветов, сплетенный в неровный венок. Подходя к дому, она заметила что-то странное. На тропинке, ведущей к двери, виднелись багровые пятна. Сначала Элизабет подумала, что это кто-то пролил вино, но чем ближе она подходила, тем отчетливее понимала – это кровь. Сердце бешено заколотилось в груди. Не отрывая взгляда от зловещего следа, тянущегося прямо к ее дому, Элизабет застыла в немом ужасе.

Осторожно ступая, Элизабет приблизилась к двери. Тишина, обычно наполнявшая дом голосами родителей, теперь давила на нее своей зловещей пустотой. Дрожащей рукой она толкнула дверь. Петли жалобно скрипнули, словно предчувствуя беду.

Картина, представшая перед ее глазами, навсегда врезалась в память. Перевернутая мебель, разбитая посуда, клочья ткани, разбросанные по полу. И кровь. Кровь повсюду. На стенах, на полу, на осколках зеркал. Элизабет закричала, но крик утонул в тишине дома.

Она медленно вошла в дом, боясь сделать лишний шаг. Сердце билось так сильно, что казалось, вот-вот вырвется из груди. В углу комнаты она увидела мать. Та лежала неподвижно, раскинув руки, словно пытаясь кого-то обнять. Глаза ее были широко открыты и смотрели в никуда. Элизабет подползла к ней и коснулась ее руки. Она была холодной и твердой.

Сжимая в руках свой венок из полевых цветов, Элизабет покинула дом, оставив позади свое счастливое детство. Она не знала, куда ей идти и что делать, но знала одно – она никогда не забудет этот день. День, когда прежний мир стал пеплом.

Слезы градом катились по ее щекам, смешиваясь с грязью и пылью, осевшими на лице. Венок из полевых цветов, символ ее невинности и беззаботности, теперь казался ей насмешкой над ее горем. Каждый лепесток, когда-то такой яркий и живой, теперь казался тусклым и безжизненным, словно отражал трагедию, развернувшуюся в ее доме.

Брела она, не разбирая дороги, ноги сами несли ее прочь от ужаса, который она только что пережила. В голове пульсировала одна мысль: "Почему? За что?". Но ответа не было. Лишь звенящая тишина, прерываемая ее собственными всхлипами. Мир вокруг казался чужим и враждебным. Деревья, когда-то укрывавшие ее в своих тенистых объятиях, теперь казались мрачными стражами, наблюдающими за ее горем.

Внезапно, споткнувшись о корень дерева, она упала на землю. Венок выскользнул из ее рук и рассыпался, словно ее разбитая жизнь. Обессиленная, она лежала на земле, не в силах пошевелиться. Впервые за долгое время она позволила себе закричать. Крик, полный отчаяния и боли, эхом разнесся по лесу, но никто не услышал его. Никто не пришел ей на помощь.

Когда солнце начало клониться к закату, она поднялась на ноги. В глазах больше не было слез. Осталась лишь пустота и холодная решимость. Она не знала, что ее ждет впереди, но знала, что должна выжить. Должна найти тех, кто совершил это, и заставить их заплатить. Сжимая в кулак горсть земли, она поклялась, что отомстит за смерть своих родителей.

Ипрежний мир должен воспарить к небесам, словно феникс, отринуть смерть и вознестись!

Дитя и старец

Холод пробирал до костей, но Элизабет давно перестала обращать на него внимание. С тех пор, как пламя поглотило ее дом, ее мир сузился до улиц Руйвена. Ей было пять, когда багряный отблеск пожара отражался в ее полных ужаса глазах. Деревня, ее колыбель, превратилась в пепел, унося с собой воспоминания о материнской колыбельной и отцовских наставлениях.

Когда королевские войска прибыли, по приказу короны, уведомленные о демонической атаке на северные земли, они нашли лишь ее, маленькую, испуганную девочку, дрожащую в лесу, словно перепуганный воробей. Элизабет привезли в город, но маленький ребенок простолюдинов не был нужен никому.

Каменные улицы стали ее новым домом. Элизабет выживала, собирая объедки, прячась в тенях, словно дикий зверек. Голод и холод были ее постоянными спутниками, но самым страшным был страх. Страх, что те демонические создания вернутся. Страх что она снова проснется в немом крике, пока перед глазами еще проносятся отрывки кровавого сна, а после приходит осознание что это все реальность.

Иногда, в свете луны, ей казалось, что она видит их отражения в темных переулках, слышит шепот в завывании ветра. Тогда Элизабет сжималась в комок, закрывала глаза и шептала забытые молитвы, надеясь, что высшие силы проявят милосердие. Она была лишь тенью самой себя, потерянной девочкой, обреченной на вечное скитание в лабиринте улиц.

Но однажды ночью, когда особенно лютый мороз сковал город, Элизабет наткнулась на странную лавку, затерявшуюся среди грязных переулков. Тусклый свет лился из-под полуприкрытой двери, и любопытство, словно искра в потухшем костре, вспыхнуло в её душе. Она несмело заглянула внутрь.

В лавке пахло старыми книгами, сушеными травами и чем-то неуловимо магическим. За прилавком сидел старик с длинной седой бородой и пронзительными голубыми глазами. Он поднял голову и посмотрел на Элизабет так, словно ждал её. "Здравствуй, дитя," - проскрипел он. "Скажи мне свое имя моя маленькая гостья."

Элизабет опешила. "Кто вы?" - прошептала она, прячась в тени двери. "Я - хранитель забытых знаний," - ответил старик. "И я вижу, что ты несешь в себе тьму. Но и свет тоже." По грязной щеке скатилась горькая слеза: "Мое имя Элизабет".

Целый год она не чувствовала сытости, побираясь на улицах в поисках объедков. Не могла согреть руки около камина, после улицы. Но вот она стоит в центре комнаты странной лавки, видит перед собой седого морщинистого старика, протягивающего ей кусок хлеба. "Дитя, если что уж точно я могу сказать прожив не один десяток лет, так это то что тебе необходимо срочно сменить одежду и отогреть руки стаканом горячего молока с медом".

Не дождавшись ответа, он закрыл дверь на замок, взял девочку за руку и повел в соседнюю комнату с умывальником. А она просто пошла за ним следом. У нее не было сил чтобы задаваться лишними вопросами. Ее организм требовал отдыха.

***

Старика звали Серафим. Он же предложил Элизабет приют и знания о мире. Он рассказал о том что именно произошло год назад на северной границе. Это была спланированная заранее атака на их государство нечистой силой. И именно ее деревня была первой на их пути. Таких чудовищных трагедий люди не видели уже много лет. Своей миролюбивой и неконфликтной политикой, король старался защищать свой народ от вражды соседей, но беда пришла откуда не ждали.

Были введены новые законы и порядки. Теперь каждый год из каждого поселения будет призыв людей на военную подготовку. Скоро близится второй набор в армию, но народ опасался как бы этого не было мало: у них никогда не было хорошо организованной системы обороны, да и не нужно им было это.

Серафим, некогда был одним из королевских телохранителей, но теперь доживает последние годы в небольшом, отдаленном от столицы городе. Тринадцать лет назад он потерял свою единственную дочь, оставшуюся от покойной супруги. Хворь забрала юную девушку так быстро, словно бабочку однодневку. Когда Элизабет спрашивала почему он так быстро не принял, он отвечал: "У тебя ее глаза. Она была точной копией своей матери. Да и не мог же я выгнать ребенка на мороз – совесть не позволяет мне таких проступков".

Спустя пол года, когда Элизабет отдохнула, тело окрепло, а на щеках вновь появился нежный румянец, Серафим объявил что собирается научить ее базовой грамоте, поскольку навыки выращивания зерна в городских стенах уже не так сильно необходимы. "Скоро мое время подойдёт к концу, я обязан тебя подготовить к выживанию без взрослого человека рядом" – сказал старик, после чего поставил стопку книг на стол в ее комнате. На ее удручённые вздохи при виде объема предстоящей работы, он говорил: "Чем быстрее ты освоишь чтение, тем быстрее мы перейдем к более практическим наукам. Надеюсь ты будешь способной ученицей".

Первый бой

С момента начала тренировок он больше не утешал, не гладил по голове, не рассказывал сказки на ночь. Он учил ее основам жизни. С рассветом и до заката, десять лет подряд, Элизабет тренировалась. Он заставлял ее бегать по горным тропам до изнеможения, учил владеть мечом и кинжалом так, словно они были продолжением ее руки, а не куском стали. Он рассказывал о тактике, о стратегии, о слабых местах противника. Он превращал ее в оружие.

"Сила без цели – пустая трата времени," - говорил Серафим, его голос хрипел, словно шелест осенних листьев. "Твоя цель – выжить. Твоя цель – обратить всех врагов в пепел."

Отомстить… это слово пульсировало в ее венах, как яд. Отомстить за родителей, за сгоревшие дома, за себя . Отомстить монстрам, хлынувшим из проклятых земель, как саранча, и уничтожившим её родную деревню.

Теперь, в пятнадцать лет, Элизабет была стройной, гибкой, но сильной, как горная кошка. Ее волосы, цвета алой зари, были всегда собраны в тугой хвост, а янтарные глаза горели решимостью. Она знала, что день мести близок.

"Я готова," - однажды сказала она Серафиму, стоя перед ним.

Он молча смотрел на нее, его старые глаза, казалось, проникали в самую душу. "Тогда тебе пора. Через месяц будет очередной призыв. Заслужи право убивать демонов и оправдай годы тренировок".

Месяц спустя...

Ее приняли холодно. Солдаты смотрели на нее свысока. "Мелкая девчонка, возомнившая себя воином," – слышала она за спиной. Но Элизабет не обращала внимания. "Не женское это дело, вернулась бы домой". И снова это чувство что ты лишняя, но ей уже не пять лет, да и теперь она не одна. Когда в очередной раз она услышала нелестный комментарий, рука потянулась к кинжалу, висящему за поясом, но вовремя убрала руку. Она сказала себе, что будет проливать кровь только монстров, приходящих с севера.

"Если все что вы можете это шушукаться за моей спиной, то смысл приходить в армию – обсуждать женщин можете и дома. А если так хочется высказаться, то говорили бы в лицо" – сквозь зубы процедила она, когда услышала очередное обсуждение своей персоны. Услышав, что голоса утихли, Элизабет ушла в свою палатку.

***

Больше всего наличие девушки в рядах добровольцев не пришлось по душе генералу Говарду. Молодой, сильный, уже в двадцать три отбивший не один десяток атак демонов. Под его командованием число жертв удалось свести к минимуму. В свои шестнадцать он смог уничтожить больше тридцати чудовищ, что пришли в его город. Благодаря ему, армия короны выиграла время и успела прийти на защиту граждан. "Твой долг защищать женщин, детей и стариков. Я прошу тебя, не допусти до линии фронта слабого, чья кровь будет пролита зря. Будь гордостью своей семьи" – первое что услышал он от матери, вступив на новую должность. Обняв женщину, юноша поцеловал ее в лоб и произнес: "Обещаю".

Увидев среди новобранцев красноволосая девушку, он решил что ему показалось. Но когда на знакомства с прибывшими "зелёными" юнцами, она гордо произнесла свое имя – "Элизабет", он понял что зрение его не подводило, а обещание данное им четыре года назад скоро придется нарушить.

"Мы выступим на север через неделю," - сказал он ей однажды. "Ты увидишь их. Ты получишь свой шанс."

И вот, в день выступления, Элизабет стояла в рядах новобранцев, ее сердце бешено колотилось. Она была готова. Она ждала этого дня десять лет.

Когда они добрались до проклятых земель, что были за границей королевства, картина предстала перед ними ужасающая. Выжженная земля, искореженные деревья, кости… повсюду кости. И вдали, в дымке, двигались они – демонические монстры. Уродливые, злобные, жаждущие крови. Для опытных воинов они – не соперники, но для юных и неопытных солдат – серьезная угроза.

Элизабет не дрогнула. Она крепко сжала рукоять меча. Она ждала этого: двигалась, как смертоносный вихрь, разрубая врагов на куски. Кинжал сверкал в лучах солнца, словно предвестник возмездия. Она помнила все, чему ее учил Серафим: уязвимые места – спина и шея; если тебя повалили на землю – режь сухожилия и ныряй в ноги.

Она убивала одного за другим, пока руки не стали по локоть в крови. Оглянувшись по сторонам, в момент к ней пришло осознание – он был последним. Напротив нее стоял двухметровый монстр: из пасти шел пар, глаза горели огнем, а на когтях кровь нескольких павших новобранцев.

Элизабет бросилась на него. Монстр был силен, но она была быстрее, ловчее. Уклонялась от его ударов, наносила свои. Наконец, улучив момент, девушка вонзила свой кинжал в сердце монстра. Он зарычал, зашатался и рухнул на землю.

Она стояла посреди поля боя, вся в крови и грязи, задыхаясь от усталости. Но в ее глазах был триумф. Но это была только первая битва. Война с демонами только начиналась. И Элизабет знала, что она будет сражаться до конца.

*****

Когда пришла весь с поля боя, о полном уничтожении отряда "приманка", Небирос довольно ухмыльнулся и приказал: "Переводим войска на юг".