Одичавшая луна

Глава 1

– Да не туда!

В ответ на вопль Дина я только рыкнула. Если это кретин протянет свои клешни к штурвалу – укушу. И почти плевать, что руки у него не очень чистые. Потом правда, придется уколы делать, против широкого спектра, но это мелочи. Главное выбраться из этого потока.

– Левее давай! – Орал бывший, не подозревая, какая именно над ним нависла угроза, но все же, не пытаясь отобрать у меня управление.

– Сама знаю,– огромные камни летели почти в лоб, рискуя нанести серьезный урон кораблю. А если я потеряю видимость после столкновения, если нас снесет с траектории, что случиться при ударе обязательно… Нет, я не согласна умереть в этой консервной банке. И в этой компании.

Так и чувствовала, что не стоит браться за этот заказ, но счета больше ждать не могли. После ремонта корабля, который встал нам в приличную сумму, почти ничего не осталось. Так что выбора особенно и не было.

Заложив крутой вираж, я каким-то чудом выскользнула из плотного астероидного потока, сумев не поймать ни единой крупной глыбы. Еще немного попетляв, удалось окончательно вывернуть в сторону, почти в чистое пространство. По левому боту, в полнейшей тишине неслось астероидное море.

Несколько лет полетов должны были меня приучить к этому беззвучию, что царило за пределами корабля, но нет. Я не привыкла. Мне все еще казалось, что такая масса должна производить невероятный грохот, как гул камнепада в горах. Противоречие ощущений вызывало мощный внутренний протест, и желание протереть уши. Только это не могло помочь.

– Фух, едва выбрались,– Дин с облегчением откинулся на спинку кресла, в котором до этого напряженно сидел, вцепившись в подлокотники и крича невпопад.

Улыбается, зараза.

Скривившись, давая себе самой невидимы подзатыльник, я уставилась в пространство впереди, сравнивая сигналы приборов.

Не смей даже смотреть на его белозубую идеальную улыбку. Ты исходила эти грабли вдоль и поперек, не найдя ничего, кроме болезненной привязчивости. Дин тот еще гад и нарцисс. И это общеизвестно.

Но как красив!

– Если мы свернем вот по этой траектории, то попадем на базу быстрее, – явно не заботясь о моих внутренних переживаниях, бывший муж, а ныне вынужденный напарник, ткнул в трехмерное изображение. – По прямой не выйдет. Слишком уж нас далеко занесло из-за этого потока.

– Давай честно,– фыркнула я, отстегивая ремни и вставая. Тело заныло, напоминая, что и ему требуется внимание,– мы оказались в потоке не из-за того, что выбрали неверную траекторию, а из-за того, что стило тщательнее выбирать связного. Этого мелкого дарийца я еще с прошлого раза невзлюбила. О чем говорила и тебе и Шефу. Но нет. Что вы сказали? Это все твои женские истерики, Уна.

– Я не согласен. Наш связной – надежный партнер. Все остальное просто совпадение.

– Знаешь, – внимательно глядя на бывшего, я скрипнула зубами, – я с трудом сдерживаюсь, чтоб не съездить тебе по физиономии. Нас едва не раскатали при первом же прыжке, а ты тут поешь оды этому предателю.

– Уна, это все от долгого воздержания, детка. Я тебе говорил,– Дин чуть повернул кресло и дернул липучки комбинезона у шеи, обнажая верх мускулистой груди,– не будь такой зажатой и жизнь заиграет новыми касками.

– Пф, – отвернувшись к капсуле, в которой спала Витирия, я только передернула плечами. Не поддамся. – В отличие от тебя, я не могу спать со всем, что движется.

– Я этого и не предлагаю. Только себя, Уна. Только себя. И напомню, что нам было ой как хорошо вместе.

– Напомню, что из-за тебя мы едва не попали в лапы патруля,– больше говоря с собой, чем с бывшим, резко ответила, не глядя на Дина.– Так что уймись и берись за управление, пока я отдыхаю.

– Напрасно ты рычишь, детка. Соглашайся. За полчаса ничего не случится и на автопилоте, а я еще не забыл, как тебя порадовать.

Рыкнув в бессилии, чувствуя, что еще немного и могу сорваться, я почти бегом бросилась в свою капсулу отдыха. Если бы Дин не был таким отменным кретином, что в день нашей свадьбы переспал с обеими подружками невесты, я бы, может, и согласилась. Но не теперь, когда все вскрылось. Пусть в постели он и правда редкий виртуоз.

Жаль, что мы были такой хорошей командой. Но в работе контрабандистом нужно было доверять партнеру, а в делах с ним никогда не возникало вопросов. Да и торговался он как бог. Плохо было только то, что я когда-то по глупости вышла за него замуж.

– Уна, поднимайся и тащи сюда свою круглую задницу! – я бы с удовольствием проигнорировала вопль по внутренней связи корабля, что вырвал меня из состояния сна, но в голосе слышалась неподдельная тревога, мгновенно вытиснившая остатки сна.

Прихватив комбез, распахнув дверцу капсулы, я в одном белье и носках, понеслась в сторону блока управления.

– Что? – еще пока не понимая, куда смотрю и отчего Дин так витиевато и цветасто ругается, вопросила, натягивая одежду. Свежий комбез тихо поскрипывал и казался жестким после чистки, но это было куда лучше запаха трехдневного пота.

– Сюда смотри, – мужчина ткнул в карту, развернутую в углу главного экрана, отчего схема тут же выскочила на весь монитор.

– И? – я никак не могла узнать звезды. Плюхнувшись в кресло, одной рукой застегивая липучки на груди, протянула ладонь к системе управления, то так, то эдак двигая карту, но не в состоянии найти ни единого ориенитира. – Где мы?

– Вот и у меня такой вопрос, – с шипением отозвался Дин. – Судя по координатам, как раз там, где должны быть. Но здесь нет ничего знакомого.

– Может, навигатор накрылся? – с надеждой уточнила. Но холодное неприятное ощущение где-то в желудке тут же подсказало, что нет. Аппаратура в порядке.

– Если бы. Только это еще не все,– Дин щелкнул по нескольким кнопкам, карта свернулась, и в боковом окне появилась запись. Судя по всему, сделанная не более двух часов назад.

Глава 2

Зелено-голубой шар так сильно напоминал Землю, что я даже немного растерялась. Во вселенной было много обитаемых планет, но все они имели разительные отличия от нашей родной колыбели, на котрой я родилась. А эта очень уж походила но копию, с несколько смещенными континентами и чуть более сплющенной формой.

– Угол не самый удачный. Нас заворачивает,– щелкая по кнопкам, пробормотал Дин.– Может вынести не очень аккуратно. Что тут с атмосферой?

– Плотность чуть больше стандартной.

– Нехорошо. Давно я не садился на такие планеты на честном слове и на одном двигателе.

Чувствуя, как зашкаливает сердцебиение, я позволила себе зажмуриться, оставляя все на усмотрение и ответственность Дина. Пилот я хороший, но только в открытом космосе, а не в приорбитальном пространстве. Большую часть времени мы проводили на станциях, где только слепой не мог бы припарковаться ко внешней части порта.

Посадка на планету была совсем иным делом. Межгалактический меморандум давно запретил судам такого типа садиться прямо на обитаемые планеты, радея за сохранения экологи и защиту озонового слоя. Для этого использовали облегченные и безопасные шаттлы. А тут мы. Решили пробить насквозь оболочку чистой и прекрасной планеты, если судить по отчету аналитической системы.

– Мы не сядем?

– Верно. Скорее плюхнемся. Прямо на брюхо. И надеюсь, в атмосфере сгорит не слишком большой слой, иначе…инчае…

– Мы потом не сумеем взлететь, даже если все починим,– убито прошептала, глядя на планету, закрывающую сейчас все пространство впереди.

– Именно,– невесело фыркнул Дин.– А теперь взбодрись, моя нежная, и найди нам место для самоубиения о землю. Лучше все же на воду, вдоль чистой береговой линии. Попробуем смягчить боль единения с природой.

– Ты хочешь, чтобы я учла прибрежные скалы, тип покрытия побережья и ширину приливно-отливной линии?!

– Я еще хороши бы силу ветра и высоту волны,– все еще смеясь, несмотря на то, что нас начинало уже ощутимо крутить при приближении к планете, добавил мужчина.– А если серьезно, от сноси все задачи, кроме аналитики. Потом спасибо скажешь. Что у тебя по максимуму сейчас тянет?

– Фильтрации. В кислороде примеси из-за поломок.

– Сколько до критичных показателей?

– Полтора часа.
**

Нас развернуло в момент вхождения в атмосферу. Дернуло с такой силой, словно мы пробивали углеродно-полимерную пленку, чудом от нее не отскочив. От носа корабля, не предназначенного для таких игр, во все стороны летели искры, пока в итоге не вспыхнул, нагревая корпус, устойчивый огонь.

Я видела, что Дин почти не управляет полетом, который теперь больше походил на падение, стараясь удержать хотя бы нужное нам направление, но и это было непросто. Перегрузки зашкаливали, путая сознание. Дыхательная маска пусть и подавала кислород исправно, сильно давила на переносицу, не давая сделать глубокий вдох, а глаза просто отказывались видеть.

– Нужно было надеть полный скафандр, – запоздало буркнула я, не расслышав собственных слов. Мы никогда не оказывались в ситуации, когда внутри корабля мог бы понадобиться скафандр, и эта мысль, пусть и казалась здравой, все же была немного запоздалой.

Уши заложило, оставив в голове только громкое гудение. Будет совсем нерадостно, если этот звук – последнее, что мне доведется услышать в жизни. А было же еще столько планов...

– Вырубай к чертям общую систему! Подавай воздух только через маски. Куда лететь, детка?
**

Боль была тупой и постоянной. Дернувшись, ничего не видя перед собой, я в перовые минуты едва не задохнулась от ужаса, что теперь, до самой скорой смерти, останусь в таком незавидном положении, в темноте и неподвижности, но сбоку раздался тихий хрип, заставивший замереть.

– Дин? – говорить получалось с трудом. Маска чуть сместилась, и крепления врезались в скулу с правой стороны, но я дышала, а это уже что-то. Мозгу нужно было зацепиться хоть за какие-то положительные моменты, пока я еще могу это контролировать.

Вдох-выдох. Паника сгубила больше людей, чем сами катастрофы. Это я помнила еще со школьного курса. Поговаривали, что те же валоры, эти бледные и хвостатые красавцы, не склонны впадать в истерию в стрессовых ситуациях, потому и пережилаи долгую войну и справились с чрезмерной агрессией своей звезды. Везет же некоторым. Но я всего-только упряма, и придется использовать, что есть.

– ДИН! – вывернувшись, я кое-как поправила маску, уперев ее край в изголовье кресла. Для этого, правда, пришлось изрядно выкрутиться, шипя от боли в ребрах, зажатых ремнями, но главное, что все получилось.

– Я тут, злюка. Не кричи,– сипло и ворчливо отозвался напарник. С его стороны раздался надсадный кашель, а через несколько мгновений, куда более бодро прозвучали уже конкретные приказы: – Включить аварийное освещение, запустить анализ пространства вокруг корабля. Отстегнуть рем..

– Стой! – я дернулась всем телом, когда поняла, какой приказ сейчас последует. Огни на панели загорались очень медленно, с перемигиванием и затыками, но почти сразу стало ясно, что в креслах нам сейчас удобнее.

– Почему? – тряся головой в слабом, рассеянном освещении, спросил Дин. Кажется, ориентация в пространстве к нему все еще не вернулась полностью.

– Потому, что в случае отключения ремней ты окажешься насаженным вон на ту ветку,– тихо произнесла я, с трудом поднимая ладонь. Стекло выдержало почти все, но видно в том месте, где в него угодил один из камней потока, все же была трещина. Мы рухнули на большое дерево, повалив его плашмя, но одна из толстых веток острым обломком прошила переднюю укрепленную панель, внушителььным колом торча сейчас в полуметре от Дина.

Сбоку раздалось громкое сглатывание. Свет стал чуть ярче, огни уже горели весьма равномерно, давая надежду на рабочее состояние аварийных систем. Но это все было не очень важно, на фоне ветки в корпусе. Изумитель ная инстоляция. Впечатляющая.

Глава 3

Мы почти закончили рейд, когда небо прочертила темная полоса падающего корабля. На светлом, почти белом фоне этот шлейф был настолько четким, что не заметить его было бы просто невозможно.

Отряд остановился, рассматривая как плавно, словно бы паря, я не падая, комета с черным хвостом несется к океану.

– М-да. Не повезло им,– от Очи повеяло сожалением, которого я не разделял.

– Если это кто-то адекватный. А если это очередная пакость, типа толонских тварей, то не повезло нам,– я покачал головой, всматриваясь в корабль.

Но с такого расстояния определить, что это за тип судна и кому может принадлежать, было почти невозможно. Даже то, что мы определили в нем корабль, не спутав с метеоритом, можно было бы считать чудом.

– И что ты предлагаешь? – решать предстояло мне, как старшему, но такие вещи без согласования не делаются. Хотя, полномочия позволяли.

– В любом случае, мы должны убедиться, что угрозы нет. Или спасти тех, кого еще можно спасти.

– Когда отправляемся? – моя команда прислушалась к разговору. Это было хорошо видно по чуть изменившемуся положению голов, хотя никто не произнес лишнего слова.

– Как только я переговорю с Советом. Они ждут нас через четыре дня, а с дорогой через лес мы вернемся не раньше чем через десять. Пока наметьте точное направление и отдыхайте.

– Слушаюсь, оджаро.

Я кивнул, отходя в сторону. Сняв с шеи обруч, водрузил приспособление на голову, готовясь к неприятным ощущениям. В ушах чуть загудело, а потом я почувствовал, как сознание сместилось, словно уступая часть места кому-то другому.

«Оджаро Джей-Кеху взывает к Слышащим Совета»

«Внимаю тебе, оджаро Джей-Кеху. Слышащая Алион рядом. Что у тебя?» – этот голос, что раздался в голове, я знал отлично и мне было довольно просто говорить с Алион, после стольких лет совместной работы.

«Алион, передай Старейшинам, что мы идем за упавшим кораблем в сторону побережья. Нужно проверить степень угрозы. Будем с задержкой»

«Это передам. Что с толонскими тварями?»

«Вырезали всю колонию с этой стороны. Второй отряд остался на зачистку тоннелей. Будут через дней восемь. На этом все»

«Удачи, Джей-Кеху»

Кривясь от легкой боли, я стянул обруч, тряхнув головой. Перед глазами все плыло, но это пройдет буквально через минуту. Сосредоточившись на внутренних ощущениях, я заставил кровь бежать в теле быстрее, ускоряя выжигание неприятных ощущений. Гребень на спине встал дыбом до самого кончика хвоста, когти выдвинулись.

Со стороны остальной команды, что отдыхала шагах в десяти, послышалось глухое рычание в ответ на мои действия. Мужчины стали озираться по сторонам, выискивая угрозу и хватаясь за оружие.

– Планы изменились, – поделился я уже для всех точными новостями, массируя висок, чтобы быстрее избавиться от неприятных ощущений. – Отправляемся смотреть, кто порадовал нас своим присутствием.

– Думаешь, они выдержат падение? – один из моих офицеров с сомнением посмотрел на темную полосу на небе.

– Взрыва не было, так что есть вероятность. Но в любом случае, мы должна проверить насколько реальной является угроза. Вы знаете это не хуже меня.

Немного помолчав, я мысленно представил карту. Где-то был вариант проекции, но мне совершенно не хотелось лишний раз ее использовать. Заряд почти закончился а кто знает, сколько мы проведем времени в дороге и когда нам еще она может понадобиться.

Вспоминая дорогу к побережью, я тихо выругался. Планы придется немного подкорректировать.

– Ставьте аппаратуру на зарядку и попробуйте выспаться. Мы здесь немного задержимся.

– Пойдем через болота? – Очи сощурился ожидая ответа и треснув хвостом по земле, выражая досаду.

– Так быстрее всего. Но переходить топи днем – самоубийство. Так что пока отдыхайте, а там полдня будет на дорогу через лес к болотам. Надеюсь, никто не забыл, как именно там себя вести? Ели есть пробелы, рекомендую все же поставить меня в известность заранее, чтобы потом мы не потратили время на вытягивание неразумных за хвосты из той жижи.

Не дожидаясь ответа, я кивнул офицерам. На возвышении уже развернули тонкие панели для накопления энергии. Тихо защелкали, набираясь заряда, комбинезоны и оружие. Последние разработки давали нам куда больше возможностей, чем мы думали изначально, но и ими стоило пользоваться с умом.
**

Глыба корабля темным пятном выделялся на светлом песке широкой прибрежной полосы. Шлюз был открыт, позволяя чистому и влажному воздуха проникать в отсеки, выдувая оттуда фильтрованный десяток раз и совершенно «невкусный» кислород, вытесняя его через дополнительные дыры в корпусе.

Я сидела на стволе поваленного дерева, разглядывая судно. Ни единого шанса. С теми поломками, что у нас были, все что я могла – это перенестись на другую стону планеты, не поднимаясь выше несчастных четырех тысяч. Но был ли смысл так расходовать топливо и прочие ресурсы ради призрачной надежды найти более пригодное для выживания место? Для двоих людей, совершенно к этому выживанию не приспособленных.

Если бы вопрос стоял в поисках какой-то редкой детали на уделенной станции на окраине вселенной, или покупке чего-то , что на рынках не выставляют на прилавки... о да, при должной мотивации мы бы и живого толонца нашли. Но все что касается единения с природой... это было близко не про нас.

– И даже не попробуем? – Дин, с примотанной к телу рукой, недовольно смотрел на бескрайнюю водную поверхность впереди.

– Я близко не представляю, как это делать,– в который раз огрызнулась, даже не собираясь вставать. – Рыбалка, а тем более приготовление живых существ – вне моих талантов. А уж, как ты говоришь, заходить по пояс в эту холодную темную воду. Еще неизвестно кто водится и сидит на дне... Нет уж.

– Либо мы адаптируемся, пока ждем помощь, либо умираем с голоду, как только запас продуктов подойдет к концу,– флегматично пожал здоровы плечом бывший. С первого взгляда казалось, что его-то ситуация совсем не угнетает, но я не верила в такое безразличие. – О, какая интересная тварь. Не двигайся только.

Глава 4

**

Над поверхностью темной жижи, что здесь заменяла воду, стелился ядовитый туман, зеленовато подсвеченный местными грибами. В этом месте не было ни единого растения, которое не могло бы убить случайного путника. Первые попытки исследовать болота стали весьма дорого моему народу. Но мы научись жить по соседству. И сейчас отряд, выступая на высоких гибких ходулях, не меньше двух метров высотой, медленно проходил через опасные территории.

– Внимательно смотреть, куда ставите высокие ноги,– напомнил тихо, не желая нарушать наступившее здесь затишье. Пока все местные твари в большинстве своем спят, пользуясь опустившимся покрывалом ядовитых испарений, мы могли проскользнуть по их земле. Никому не нужны незапланированные встречи.

Закинув ружье за спину, надеясь, что воспользоваться им мне не придется, покрепче ухватил хлыст. Между сегментами виднелся слабый голубоватый свет, но его было не достаточно, тчтобы спровоцировать ненужное внимание.

«Длинные ноги» чуть поскрипывали, немного пружиня и гася нагрузку. Приходилось наклоняться, чтобы стабилизировать центр тяжести, но это было сложно только первые пару шагов. Дальше тело все вспоминало само, да и хвост работал неплохим балансиром.

Мы медленно двигались по перешейку, стараясь не ступать в темную густую жидкость под ногами, не предполагая, насколько глубоко может быть неразличимое дно. Да и вязкая масса, что стелилась здесь на дне, вполне могла охватить ходулю так, что потом не вытянешь.

Я шел замыкающим, внимательно следя за своей командой и тенями за деревьями, будучи самым опытным в этом отряде. Несколько циклов назад пришлось перефомировать отряды, чтобы сдлелать их хоть относительно равнозначными, обеспечив выживание боьшему числу воинов.

Впереди раздался тихий свист хлыста, а затем ругань сквозь сжатые зубы. Солдаты, идущие впереди замерли неподвижно. Любая оплошность или необдуманный шаг могли плохо кончится.

– Что там?

– У разводящего длинная нога попала в нору,– передали с головы отряда, которая мне была не видна.

– Упал?

– Нет, среагировл вовремя. Почти стабилизировался,

– Пусть оставит метку,– не хватало, чтобы кто-то менее опытный угодил ходулей в нору и окунулся в туман. И время потеряем пока быдем поднимать, и потом лекарств не хватит, придется половину отряда отправлять обратно. А это совсем не к месту, кто знает, чо там ждет, на месте падения корабля.

– Да, командир.

Отряд медленно двинулся дальше, растянувшись длинной вереницей бледных огней. Через два десятка шагов в темноте под ногами появился небольшой сигнальный огонек, сброшенный разводящим в том месте, где произошла заминка. Осмотревшись кругом, заметил на ближайшем стволе дерева глубокие борозды, оставленные хлыстом. Не слишком умело. По стволу, пока плохо различимая, уже стекала смола. Через несколько часов, после того, как встанет солнце и плотное покрыавало ядовитых газов рассеится, став не таким плотным, аромат смолы определенно привлечет какого-нибудь из местных не самых приятных обитателей. Но дерево росло из воды, и подойти ближе, чтобы замазать царапину, я не мог, не рискуя сам свалиться в это густое облако.

Медленно, практически не делая остановок, мы прошли болото за четрые часа, с облегчением отметив, как резко, словно по линии, поменялась растительность, став привычной и понятной.

Но сразу на привал никто не решился даже без моих понуканий. Мы прошли еще не менее тысячи шагов, прежде чем разводящему был дан сигнал остановиться. Согласно картам и внутренним ощущения, мы были достаточно высоко и далеко, чтобы и с восходом солнца нас не достали болотные насекомые.

Найдя подходящее дерево, я зацепил веревку за подходящую ветку, и держась за ствол, отстегнул «высокие ноги», что крепились на уровне бедра и под коленом. Получив команду, с тихим шерохом ходули сложились сегментами вовнутрь, увлекая меня вниз. На высоте чуть больше метра, я спокойно соступил с платформы, сдергивая с ветки веревку. Сложившееся в три раза оборудование теперь было достаточно компактным,чтобы поместиться в походный рюкзак. Но у меня были другие планы.

– Очи, соберите «длинные ноги» и упакуйте. Сделайте схрон. Мы их собой не потащим.

– Слушаюсь,– самый прыткий из моих офицеров тут же раздал команды, и через каких-то полчаса, на высоте в десяток метров над землей, укрытый щитом, уже висел один из мешков, наполненный «высокими ногами». На крепление второго потребовалось еще меньше времени.
**

– Проверить уровень токсинов в крови. Полчаса на короткий отдых и отправляемся дальше. До предполагаемого места падение не так далеко. Если только корабль не угодил в океан.

Найдя место поуютнее среди корней, я первым делом проверил ружье. В болотах даже ночью, было более сыро, чем предпочитало наше оружие. Если отсыреет – потом можно и не запустить. Но кажется и пластина проводника, и сама колба с зарядом, были в порядке.

После того как мы оказались здесь, пришлось многое переработать и переосмыслить, но я все еще верил, что это к лучшему. Путь Валоры, насколько сохранилось в записях предков, уж тогда был неверным, а признавать собственные ошибки без острой необходимости не любит никто. Тем более, из облеченных властью. Как Совет Валоры мог принимать такие решения?

Впрочем, это уже было неважно. Наша группа должна была открыть новую колонию, но угодила сюда. Все вышло, как планировалось. За исключением полной невозможности связаться с материнской планетой. Или любой другой. Стерильно-чистое пространство космоса вокруг только изредка присылало нам подарки из другой вселенной, наподобие той, что мы пытались найти сейчас. Но и они не всегда были приятными, это сюрпризы мироздания.

Поставив оружие так, чтобы случайные капли росы, если такие там есть, вытекали на землю, вытянул из кармана аптечку. Совсем небольшая, исключительно для экстренных случаев, она не раз спасала мою жизнь.

Из всего изобилия в основном природного содержания, я достал только завернутые в герметичную ткань, небольшие белесые листья местного растения. У основания каждого листа рос шип, который открывался только если правильно изогнуть растение. Вытянув один листок, стараясь даже не касаться стальных, я бережно завернул их обратно, тут же спрятав в аптечку.

Глава 5

Ни боли, ни спазма в теле, хотя после такого падения я ожидала чего-то подобного. Но голова напротив почти парила, словно я опять попробовала ту дурь, что как-то приносил Дин. А ведь обещала себе, что никогда больше. Мало того что эта дрянь со страшной силой вызывает всплеск либидо, так от нее соображаешь так, словно мозг заменили на старый процессор, что скрипит и хрипит от простейших задач. И вот, однако, опять.

Хотя, мне помнится, нечто похожее я чувствовала и после наркоза. Может, я все же сломалась и сейчас нахожусь в блаженном чреве медицинской капсулы? Где-нибудь на небольшой такой уютной станции в дальнем секторе. Меня сейчас починят и радостно отправят домой, вместе с Витой. А еще для нее, наконец, найдется лекарство и мы заживем долго и счастливо. Пока не встретим каждая свою очередную любовь всей жизни, которая будет планомерно эту жизнь нам портить…

– Фе,– у меня даже во рту стало горьки и вязко от таких мыслей.

Никаких любовей. Спасибушки.

В ближайших планах новое жилье, желательно в чуть более приличном районе, новый кактус на подоконник и можно рыбок. Голографических. С ними у меня получается вполне себе неплохо.

– Тьера? – я не узнавала голос. Тихий какой-то кошачье-урчащий, он звучал над головой, еще больше убеждая меня, что все произошедшее либо мне привиделось, либо просто благополучно закончилось.

– Меня зовут Уна,– голос слушался неплохо, а вот глаза пока не открывались, словно бы веки склеились между собой,– мы с другом попали в аварию. Нас вынесло из гиперпрыжка в астероидный поток….

Пришлось на миг замолкнуть, так как часть с черной дырой даже в голове звучала нелепо, не говоря уже о том, чтобы такое произносить вслух.

– Часть аппаратуры сломалось и мы совершили вынужденную посадку на планету углеродного типа. Дальше... Я затрудняюсь сказать. Не могу вспомнить деталей. Вы мне подскажете, на какой мы станции и каковы мои повреждения?

– Тьера…– в голосе появилась какая-то грусть, словно мои слова или само присутствие могли доставить кому-то неприятности. Но это не могло быть правдой. Сделка сорвалась, так что ничего компрометирующего на борту корабля найти не могли. А что касается Виты, то и там все документы в полном порядке. Я сама их оформляла через международные центры, вывалив немалую сумму.

И все же, ощущение. Что что-то не в порядке, не проходило.

– Тьера,– глаз коснулась влажная ткань, осторожно протерев и вызвав волну облегчения. Я и сама не понимала, до чего напрягает это ощущение закрытых глаз, которые не можешь открыть.

Влажную салфетку убрали, и я медленно, с усилием подняла веки.

В первый миг все казалось несколько мутным, так что пришлось промаргаться, прежде чем резкость вернулась. И все же от этого легче не стало. Я видела над собой деревья. Высокие, просто бесконечно уходящие вверх. И невероятно чистое небо, какое бывает только в заповедниках. Но там не бывает меня. А еще все это странное великолепие словно прикрывала какая-то переливчатая полупрозрачная пелена. И если сперва я пыталась это спихнуть на обман глаз, то после десяти минут разглядывание, пришлось смириться с очевидным: глаза у меня в порядке. Просто купол у этого помещения тканевый и радужный.

– Куда-то я не совсем туда попала,– руки все еще не слушались, но я чувствовала пальцы на ногах, что радовало безмерно. Наверное. Или нет. Даже эмоции казались какими-то приглушенными. – Эй! Где я?

– Тьера, халес,– я уловила движение по контуру существа. Словно в границах мужского тела воздух вдруг начинал рябить, но видела как бы сквозь него. Все то же небо, те же деревья. Но знание. Что рядом кто-то есть, этот мужчина, с хрипловатым и спокойным голосом, все же оставалось.

Ожидая, когда на меня накатит паника, подгоняющая истерику, я с немалым интересом наблюдала на эту игру света. Все же, двигался не воздух, а сам световой луч, кажется, чуть преломлялся, создавая такой эффект. Как на военных крейсерах. Я о таком слышала. Одно время среди богатой молодежи камуфляжные одежды были популярны, но быстро вышли из трендов. Наследники решили что в этом слишком мало индивидуальности. Ни то были плащи и куртки, а здесь я не могла разглядеть человека полностью.

– Знаете, а ведь я вас не вижу. Совсем,– решила сообщить, так и не дождавшись паники. Запаздывает. При моей нервной системе без истерики никак, так что это только вопрос времени. А пока можно попробовать поговорить с этим невидимкой.

И тут мой прозрачный визави что-то сделал, появившись на фоне неба и деревьев. Я сперва даже не поняла, что смотрю в глаза гуманоида, гнастолько даже в таком виде он сливался с окружением. Одежда, зелено-бурая, идеально повторяла узор на видиных мной деревьях, а лицо было измазано какой-то глиной или пастой, в тон листве. Или это он сам по себе такой? Бедняжечка.

Все же нет. Прищурившись, я рассмотрела, как кое-где краска проникала в поры или начала немного скатываться. Но это все было не важно. Мужчина был похож на человека или смеска, что вконец успокоило и без того мою практически безмятежную психику. Я даже улыбнулась, не смотря на то, что мой вероятный спаситель выглядел редким уродцем.

– Уна,– повторила, представляясь и надеясь, что меня поймут. Прежде чем я упала, кивер работал и должен был бы автоматически переводить все сказанное мужчиной на мой язык, но кто знает, что с ним стало, когда я отключилась.

– Джей-Кеху,– прижав ладонь к почти неразличимой груди, кивнула эта жертва эволюции, а затем, через паузу, мужчина добавил.– Валора

– О, я знаю! – мне почему-то стало весело, хотя разум не находил в ситуации ничего забавного.– Но мы не можем быть на Валоре, она закрыта, и выжжена местным солнцем, а на новой Валоре идут такие исследования, что нам не дали бы даже подлететь к ней, не говоря уже про падения… А! Я поняла! Колония! Вы одна из тех колоний, что отдались от Валоры раньше. Но вы совсем не похожи на них. Не обижайтесь, но хвостатики прекрасны и вообще… а вы, мягко говоря, не мечта. М-да.