Одиночество на двоих

Пролог

Обложка (здесь есть картинка крупным планом) 

Аннотация

Воспоминания - все, что осталось от первой любви.
Жизнь развела Дана и Дженни по разным полюсам, чтобы спустя несколько лет снова столкнуть лицом к лицу. Неизвестность. Страх. Страсть.
Что ждет их теперь?

Теги:

# первая любовь;

# разлука и новая встреча через несколько лет;

# сложные отношения;

# противостояние героев;

# любовь вопреки;

# любовный треугольник. 

Пролог

Дан ловко взбирался вверх по лестнице иногда перескакивая через ступени. Красивая дорогая бронированная дверь с заветными цифрами уже через считанные секунды маячила перед глазами, хотя казалось что прошла вечность.

Здесь уже месяц как никто не жил. Данька это знал не понаслышке, но все равно решительно шагнул на выцвевший коврик, хотя ноги выворачивало шагать в другую сторону. Парень занёс руку и хотел было забарабанить, но на удивление дверь при первом же ударе сама медленно, даже как-то с неохотой, поддалась, и он безпрепятственно проскользнул во внутрь.

-- Женя. -- позвал он в пустоту все ещё сомневаясь, и где-то в глубине души даже не особо надеясь на отклик, но вдруг в тишине четырехкомнатной богато обставленной квартиры звон разбитого стекла эхом прошелся по всему помещению, отдался вибрацией во всем теле парня, и замкнулся колоколом в его голове.

Дан пошел на звук.

Девушка сгорбившись стояла посреди кухни и растеряно смотрела на него, прижимая окровавленную руку к разукрашенному цветущими маками пышному низу белоснежного платья. У ее ног валялся разбитый стакан в луже воды.

Дан долго смотрел на нее, будто вспоминая, или же, наоборот, пытаясь запомнить, а потом грустно улыбнулся и произнес:

--  Привет, хорошая моя. Давно не виделись…

ЧАСТЬ 1. Немного печали. ГЛАВА 1. Когда хочется плакать.

ЧАСТЬ 1.   Немного печали. 

Поговорил по душам с немым.

​Доказал свою правоту глухому.

Со слепым любовался закатом.

( Мудрость. Народная, обычная.)

ГЛАВА 1.    Когда хочется плакать.

Играй, моя гитара, играй!

Когда хочется плакать...

Когда не хочется верить и нету сил подняться.

Играй, моя гитара, играй!

Когда слезы из глаз...

Слезы из глаз, скажи мне, это ложь

Или просто кажется?..
 

Парень, слишком грустный для своих ветреных двадцати лет, сидел в кругу сверстников, парней и девчонок, и неотрывно смотрел на окно пятого этажа с открытой форточкой, из которого лился искусственный тусклый свет, и слышалась отборная ругань на не совсем печатном, великом и могучем русском языке. Пальцы ловко перебирали струны, светлая челка лезла в глаза, и он, небрежно мотнув головой, отбрасывал ее назад, продолжая играть.

Красивым, слегка хрипловатым голосом гитарист тихо напевал под незатейливую грустную мелодию. Песня любимой рок-группы помогала отрешиться от мира сего, расслабиться, и просто любоваться самой красивой и недоступной для него.

На окне, за которым так пристально наблюдал парень, сидела хорошенькая девушка с длинными светлыми вьющимися волосами, и с тоской смотрела на их развеселую дворовую компанию. Народу собралось немало. Двор был битком набит молодёжью как никогда. Хорошая погода, окрашивая чудесный вечер пастельными алыми розчерками уходящего солнца, способствовала романтичному настрою, а гитара, звучащая в славной компании, настраивала на душевный лад. 

Девушка видела смеющиеся лица сверстников, слышала игру симпатичного гитариста, даже его голос, правда самих слов, того, о чем он пел, не могла разобрать из-за очередной вспыхнувшей ссоры между родителями.

Почему хочется плакать, почему слезы из глаз

Не поднять рук своих, не найти нужных фраз

По-прежнему ветер разбивает стекла

За собою зовет, сбивает с толку

Почему одиночество во мне так глубоко

​​Ножом душу режет, мне вздохнуть тяжело

​​​Икона на стене со мной уже не говорит

Я задаю вопрос, в ответ она молчит

Играй, моя гитара, играй!

Когда хочется плакать...
 

Когда песня закончилась, парень автоматически перебирал струны слагая аккорды в незамысловатую грустную мелодию. Друзья продолжали веселиться, обмениваясь анекдотами, и  подшучивая друг над другом, а гитарист пытался разглядеть лицо девушки в окне, но свет бьющий ей в спину давал возможность лишь любоваться слишком четким силуэтом, делая девушку почти голой хоть она и была в свободном домашнем платье.

От общего веселья отделился парнишка лет одиннадцати и подошел вплотную к гитаристу. Внешнего сходства между ними было бы трудно не заметить.

--  Чё опять на нее пялишься, а? Лучше бы перестал трусить и подошел к ней, поговорил. Рассказал. Огорошил так сказать своими чувствами, что ли...

Парень вздохнул, будто настраиваясь, на самый серьезный шаг в своей жизни.

--  Я с ней сегодня разговаривал.

--  Сказал? --  перебил его парнишка весь подобравшись и превратившись в слух.

--  Сказал.

--  Ну?... Что она сказала? Эй!?. Не зависай опять... А-у-у! Данька! Дан! Прием. Земля вызывает планету-лидер по продаже тормозной жидкости!

И видя что его обидные словечки не имеют никакого влияния на него, толкнул парня в плечо... Потом еще раз... И ещё, пока тот с шипением " Мужаешь по чуть-чуть, братишка" не начал плечо тереть.

--  Что ... она ... тебе ... сказала?!

Когда брат поднял на него грустный взгляд, на паренька такая злость накатила!

--  Да она же сама на тебя слюни пускает как только увидит где-нибудь! Чем ты ей не хорош, а? Денег нет? Да! У нас мама простой человек без высоких связей и престижной должности и мы нищие по сравнению с ними, но!..

--  Денис, -- перебил он брата, и тот моментально заткнулся, -- да причем тут это!

--  А что тогда? -- спросил Ден. 

Вместо ответа парень резко встал, и, закинув гитару на плечо, зашагал в сторону маленького сквера между высотками.

--  Поделись со мной...

Данила остановился. Сжал кулаки и все-таки решил оглянуться. Брат стоял в нескольких шагах от него и смотрелся слишком взрослым из-за взгляда что не по годам светился мудростью для своих почти двенадцати лет.

--  Пожалуйста...

Дан опустил глаза и тихо сказал:

--  Она с матерью в понедельник улетают в Америку к "новому папе"... навсегда.

Денис промолчал на этот раз. И даже обошлось без его едких комментариев. Лишь потом спросил, когда тот разворачивался чтобы продолжить путь:

ГЛАВА 2. Недо-Ромео ... и такая же Джульетта.

Глава 2.   Недо-Ромео... и такая же Джульетта.

Жара. Лето мягкой поступью заявляло свои права, и чудесный месяц май заканчивался совсем солнечными днями. Погода шептала на ухо хорошее настроение и грустить, глядя на то как все будто воскресая цветет, совсем не хотелось. И конечно же особенно радовало, что меньше чем плюс двадцать, уже не будет. Но жара... Мозги плавились под веселым майским солнышком, а тело за долгую зиму успело отвыкнуть от плюсовой температуры.

​​​​​Девушка, внимательно посмотрев по сторонам, начала очень быстро переходить дорогу. "Зебра" немного стерлась посередине, и редко кто из зарвавшихся водил притормаживали возле нее, потому обычно здесь если и переходили дорогу, то с такой скоростью, что даже милые бабульки с тяжелыми авоськами в руках, могли бы побить рекорд профессионального бегуна на короткой стометровой дистанции.

Перебежав на другую сторону, девушка привычно свернула в маленький парк и, наслаждалась спасительной тенью деревьев, неспешно прогуливалась по аллее. Сегодня ей хотелось растянуть дорогу домой из десяти минут до нескольких часов, ведь то, что ее ждало дома, порядком надоело за несколько последних месяцев.

​​​Уже где-то пол года как она существует на пороховой бочке под названием "счастливая примерная семья". Да. Идеальный брак ее родителей оказался бракованным. Обычно говорят что "рыба гниет с головы", но в ее случае "голове" только в понедельник сунули в руки готовые бумаги о разводе, и мелодичным ласковым голосом сказали "Подпиши". И папа, ее гордый и суровый папа, как слизняк валялся в ногах, просил прощения и  умолял.

Но мама... Мама всегда всегда была собой.

​​​​--  Что же ты, святоша, не делал всего вот этого, когда тебе деньги на предвыборную кампанию нужны были, а? Почему ты не подлизал где положено ради того чтобы баллотироваться, чтобы Женечка училась не в гребанном обычном МГМУ, а за границей?

--  Зато смотрю ты где положено подлизала!

Мама его ударила и да, пороховая бочка наконец-то рванула. Как итог -- жизнь разлетелась на осколки, медленно собирая которые, Женя начала быстро резать пальцы и свою душу.

--  Женечка!.. Женя Малькова!

А вот и первый шрам...

​​​​​​Девушка узнала этот красивый, бархатистый голос с легкой хрипотцой. Улыбнулась, она всегда улыбалась когда его слышала, остановилась и развернулась всем корпусом, встречая подбежавшего парня своей улыбкой и радостными глазами. Они жили в одной высотке, правда на разных этажах, и ходили в одну школу. Парень был старше на два года но учился с ней в одном классе.

--  Привет.

--  Привет, Дань.

Ей наверное никогда не преодолеть эту неуверенность в голосе, а глаза как всегда опущены. Руками сминает ткань платья, так как теряется в его присутствии и никогда не знает куда их девать.

--   Евгения Юрьевна Малькова. Разрешите проводить вас домой, -- спросил он со всей серьезностью и отвесил шутовской поклон.

Девушка застеснялась, на щеках заиграл легкий румянец. Дан подцепил с ее плеча сумочку, и величественным широким жестом закинул себе на плечо, придержав новенькую гитару в поблескивающем на солнце чехле с эмблемой известной фирмы. На свою мечту он складывал заработанные деньги где-то уже с полгода.

Кем он только не работал! Грузчиком. Подсобником на стройке. Обувь чинил. Даже приходящей няней, о чем весь двор до сих пор похихикивал иногда с доброй завистью.

Девушка знала, что он не любил хвастаться и не воспринимал похвалу, потому просто сказала:

--  Накопил наконец-то, поздравляю, Дань.

Он просто кивнул с ветренной улыбкой на красивых губах.

Девушка с минуту любовалась, а потом спросила:

--  Сыграешь для меня?

Парень вмиг посерьезнел, правда глаза продолжали смеяться.

--  Жень, для тебя первой. Ты удостоена самой что ни на есть великой чести первой услышать ее звучание, -- с самым серьезным видом высокопарно начал он, но под конец улыбнулся, увидев в ее глазах смешинки. -- Моя госпожа, Вашу ручку.

Парень предложил ей свой локоть и она послушно положила на него свою руку.

--  С левой. Как на параде! Р-раз! Р-раз, р-раз, два, три. Левой! Левой! Тянем носок! Раз, два, три...

Легкое свободное длинное платье мешало, но она не обращала на это внимания слушая его голос и беспрекословно повинуясь ему. Когда до подъезда оставалось пара метров, он резко подхватил ее за талию и поставил на близ стоящую лавочку. Она даже пискнуть не успела.

--  Так!. Ты -- Джульетта на балконе. Я -- Супер-Ромео. Ночь. Луна таинственно светит. Романтика. Угу?

--  Угу!

--  Хо-ро-шо. Твои романтические слова: "О Боже! Кто же там так страшно и настырно воет под окнами хуже дворовой голодной собаки!.. Господи. Да это ты, Ромео... Какой у тебя прекрасный голос!" Давай, только самым романтическим голосом который у тебя есть в загашнике! Угу?

--  Угу, позер!

--  Зато весь твой, -- вдруг очень серьезно сказал он, и выдержав паузу в щемящей душу тишине, снова хитро улыбнулся. --  Ну, давай. Играем... Прикольно же!

ГЛАВА 3. "Злачное место"

Глава 3.   Злачное место. 

Дан в ударе как никогда. Грусть выплескивается на восторженную полутрезвую публику.

Его Женя скоро уезжает. Навсегда.

Черт! Почему жизнь такая несправедливая штука?

Черт! Этот день должен был стать для него самым-самым... А стал худшим днем календаря!

А он ведь так старался! Дан все сделал для того чтобы быть рядом с Женечкой. Даже изменил мечте, и поступил в тот же институт что и она. Сколько сил и времени ушло на то чтобы окончить школу с золотой медалью и поступить на государственное обучение, ведь денег на то, чтобы платить за учебу у него нет... Да и не было никогда.

А теперь?

Лучше бы он потраченное впустую время провел с ней. Или вблизи, возле нее, тенью ступая рядом.

Черт!

Очередной пьяный клиент, еле ворочая заплетающимся языком, заказал одну из шикарных песен... Как будто прочувствовал его настроение.



Бесконечная пытка тишиной.

Тишина смеется надо мной.

Застывает время на стене.

У часов печали стрелок нет...

Дождь за окном надоел давным давно

​И увидеть блики солнца мне не суждено

​​​​​Ты словно тень растворилась в темноте

​​​​Алый шарф застыл на стуле как вчерашний день...

​Я выключаю в комнате свет.

Мне не хватает лишь сигарет.

Их нет...

​​​​Ночь за ночью, день за днем -- один.

Сам себе слуга и господин.

А года уходят в никуда.

Так течет в подземный мир вода...

​​​​​Боль, только боль до конца чесна со мной.

И она бывает сладкой. Но все чаще злой.

​​​А снег за окном скоро сменится дождем.

Это ангелы без крыльев плачут о былом...

​Я выключаю в комнате свет.

Мне не хватает лишь сигарет.

Их нет...

( Ария.   "Пытка тишиной" )



Допеть оказалось очень трудно -- ком встал в горле на последних словах. Женя. Случайно выхватил ее грустные глаза в зале... И пропал.

Просьба какого-то обиженного жизнью и бабами мужика вылилась в такой душевный крик! А душа кричала! Она рвалась вместе со словами на кусочки. Пальцы ныли от струн, но он не обращал внимания, попросту не чувствовал, ведь раненое сердце болело сильнее. Оно кровило и все равно тянулось к светловолосой миниатюрной девушке с огромными синими грустными глазами, что стояла в свободном, длинном светлом платье у входа в бар и куталась в большой палантин.

Как долго она здесь?

Почему она пришла? Как она вообще рискнула сюда прийти? Да еще ночью. Это место вообще не для правильных послушных домашних девочек. Куча пьяных и обдолбанных экземпляров мужского пола -- не компания, среди которой ей можно чувствовать себя уютно и в безопасности. Ей было страшно от посторонних скользящих оценивающих взглядов и ему до зубовного скрежета хотелось укрыть ее ото всех. И он обрадовался что это была последняя песня  --  на сегодня он уже отстрелялся с выступлением.

Спрятав гитару в чехол, он со сцены прямиком направился к ней, не обратив внимания на пьяного заказчика песни, который преградил ему дорогу и схватив за руку попытался что-то сказать, но Дан его бесцеремонно отодвинул, вдогонку получив непонятную фразу:

--  Позвони мне когда протрезвею.

Парень продолжил продвигаться сквозь приветствующую его толпу. Он машинально отвечал "спасибо" и "благодарю". Люди кричали и свистели, пожимали ему свободную руку, кто-то даже обнимал и дружески хлопал по плечу, но Дан видел только ее. И она была напугана.

Здесь играли только рок. Бар "Злачное Место" был на самом деле злачным - сюда собирались исключительно байкеры. Готы и неформалы заглядывали тоже, но в основном обходили это заведение стороной - местный люд их не сильно жаловал. Каким макаром тут затесался Дан - не знал никто, но скорее всего, это "З/М" выбрало его музыку. Сам парень вряд ли бы решил искать здесь заработок и достойного слушателя, хотя очень даже колоритно смотрелся на фоне местных декораций. Он не любил шум и потасовки, старался сглаживать конфликты и заслуженно звался "хорошим мальчиком, отличником, медалистом и гордостью школы".

Хозяин бара -- Завалов Роман Станиславович -- был вспыльчивым человеком, но с хорошей деловой хваткой и шикарной фантазией. Он жил баром "Злачное Место". Именно он примерно где-то года полтора назад предложил устроить здесь "кружок самодеятельности" по выходным. Местным контингентом инициатива поддержалась вплоть до того, что "дарования" иногда дрались за место в "прямом эфире". Но. Каждая суббота была зарезервирована для одного единственного исполнителя -- молодого среднестатистического парня из бедной среднестатистической семьи со скромным среднестатистическим именем Дан.

Женя нетерпеливо ожидала когда парень следуя через завал поклонников наконец-то доберется до нее и вспоминала прошлое.

ГЛАВА 4. Знакомство.

Глава 4.  Знакомство. 

Тяжелая музыка давила на сознание и вызывала чувство опасности. Женя сжалась под любопытными пьяными взглядами. Она видела что Дан направился к ней и немного расслабилась  --  с ним она будет в безопасности.

Незнакомец стоял почти вплотную, она даже ощущала его дыхание. Хриплый голос. Сорванный, сломанный какой-то... Но молодой.

--  Разве примерные и благовоспитанные Принцессы не знают, что в Такое,  -- он по особенному выделил это слово,  --  время им надлежит крепко спать в своей постели, а не искушать судьбу в Таком месте, нарываясь на неприятное знакомство с отнюдь не Принцем? Ну? Неужели Принцессу мамочка не учила, что шляться по ночам опасно для душевного и телесного здоровья?

Женя молчала. Ей было страшно до ужаса. Она хотела бы во всю глотку позвать на помощь, но голос почему-то не слушался. Ей оставалось только в панике искать глазами Дана, который шел к ней очень и очень долго, и надеяться на то, что парень как всегда не даст ее в обиду и сможет защитить.

Девушка вздрогнула когда мозолистые, большие ладони стальным захватом грубо вдавили ее в очень накачанное и нетрезво покачивающееся большое тело. От этого мужчины ужасно воняло пивом и сигаретами, хотя, что странно, когда он строгим, точно как ее мать, официально-поучительным тоном делал ей выговор, то даже не запинался на сложных, длинных словах.

Женя стиснула зубы до скрежета чтобы подавить рвотный рефлекс. Отвращение и брезгливость боролись с чувством самосохранения и доводами разума, ведь от таких особей так просто не вырваться и сбежать.

Грубая кожаная, с металлическими острыми звеньями, куртка была на распашку.  Женя спиной чувствовала мокрый голый рельефный торс. Тот кто стоял сзади, прижимался к ней так плотно, что она кожей ощущала даже мелкие швы на косухе. Жесткий щетинистый подбородок. Незнакомец втянул запах ее волос и кончиком языка слегка задел ее шею. Женя вздрогнула, -- ей было мерзко и страшно. А незнакомец довольно хихикнул. Мужчину наверное забавляла эта ситуация. Женя его не могла видеть. Лишь ощущала. Он недвусмысленно потерся о ее спину. Его запах... Кожа...  Пиво... Алкоголь... Сигареты... Машинное масло... Бензин...

От случайно навязавшегося общества пьяного нахала, ее спас подошедший вовремя злой как черт Данила.

--  Крен... Лапы убери, будь любезен!

--  Холод, так девочка твоя...

Секунда, и незнакомец так быстро и грубо ее от себя оторвал, что Женя еле удержалась на ногах. Она наконец-то смогла увидеть своего обидчика. "Шкаф с антресолями" выглядел на лет двадцать пять - тридцать, левая скула исполосованная уродливым шрамом. Женю тоже окинули придирчивым оценивающим взглядом колючих черных глаз на когда-то красивом лице, и оставшись довольны осмотром, судя по кривой усмешке красивых слегка пухлых губ, просто грубо толкнули в руки Дана.

--  Эй! Поаккуратней с девушкой, а!

--  Извини, Холод, --  подняв вверх руки, Крен сделал пару шагов в сторону и выдал кривую улыбку в виде оскала,  --  А девочка так ничего...  Хороший выбор, завидую.

--  Завидуй молча. Не заметил что ты ее пугаешь?

--  На это и расчет, чтобы в следующий раз думала своей хорошенькой головой.

Дан было двинулся на него сжимая кулаки, всё что касалось Жени напроч вышибало мозги, но быстро взял себя в руки и вовремя остановился.

--  Да ладно тебе... Я же пошутил.

Мужчина опять улыбнулся и примирительно протянул для рукопожатия полностью татуированную правую руку. Парню ничего не оставалось как ее пожать.

--  Крен, а вообще, чего это от тебя несет как от бомжа-алконавта?

Мужчина загадочно ухмыльнулся и с нескрываемым восторгом протянул:

--  Наина на вшивость и терпение к ее выкрутасам проверяла.

--  И как?

--  А вот как-то так!

Он с наглой ухмылкой отвесил вполне профессионально реверанс, потом на одной ноге развернулся и послал воздушный поцелуй куда-то в сторону барной стойки, а вот кому именно... Женя не успела заметить, хотя очень хотелось посмотреть на ту женскую особь что рискнула с этим жутким типом поближе познакомиться.

Дан на это шутовство просто покачал головой.

--  Конь.

--  Педальный, -- с фирменной кривой усмешкой спросил Крен, вспоминая старый анекдот. 

На что Дан весело улыбнулся и мотнул головой.

--  Нет. Обычный. И Крен... Без обид. Шутка реально тупая.

Но тот просто махнул незаметно неправильной какой-то рукой, и увидев Женино пристальное разглядывание, криво улыбнулся.

--  Я опять сегодня гоняю. Ты с нами?  --  спросил Крен приподняв перечеркнутую шрамом бровь.

Дан взглянул на Женю и замялся на секунду с ответом, открыл было рот чтобы скорее всего отказаться, -- девушку вряд ли впечатлит такое шоу, но Крен его перебил:

--  Возьми девочку с собой... Я думаю что она оценит развлечение по достоинству.

Кривая улыбка. Взгляд в упор, пристальный, тяжелый...  Причем смотрел он исключительно на Женю... Нехорошо так смотрел... Взглядом голодной собаки на сочный кусок мяса... Дан опять начал закипать.

ГЛАВА 5. Город ночных дорог.

Глава 5.  Город ночных дорог.  

Под свист и улюлюканье толпы на старте показалась Наина на своем Harley-Davidson CVO Breakout FXSBЕ. Гибкая как пантера, девушка эффектно прогнулась в спине полулежа на нем и ласково провела ладонями вдоль сидения. Это было настолько сэксуально, что половина находящихся рядышком мужиков через стиснутые зубы втянула воздух, а Крен грязно выматерился.

--  Она реально решила поиздеваться, -- прошипел он, и начал проталкиваться к ней через визжащую толпу.

Дан с Женей остались стоять на месте. Девушка хоть и сгорала от любопытства, но боялась ближе подойти чтобы открыто все разглядывать, а парень, неотрывно наблюдая за ней, просто впитывал в себя, в свою память ее образ, ее запах, ощущения ее бархатной кожи под пальцами и ее такого желанного податливого тела. Максимально близко пытался прижаться, чтобы насладиться этими минутами близости, запомнить какого это полностью, всей своей сущностью ощущать ее.

​​​​Голос в динамике громко прокричал:

--  Кто же рискнет померяться скоростью с нашей пантерой?

​​​​​​Толпа бесновалась сквозь рев моторов скандируя “Наина!” Сама девушка принимала эту любовь с гордо поднятой головой и холодным взглядом, как будто этого шума не было вокруг, а она осталась один на один с асфальтом и предчувствием скорости, которая уже покалывала на кончиках пальцев и красной лавой адреналина растекалась по напряженному, затянутому в черную кожу гибкому телу.

Дан начал​​​​​ объяснять:

--  Гоняют парами. Двое или четверо, чтобы не сильно привлекать внимание полиции.

Женя сразу же спохватилась:

--  Крен пойдет? Он же выпил!

--  Он пил безалкогольное,  --  пояснил Данила,  --  Ты просто не замечала.

--  Но все равно пил. И много.

Дан пожал плечами.

--  Наина не оставляет ему выбора -- с ним она точно не попадет в неприятности из-за своей горячей головы.

--  А он? -- хоть мужчина и не был ей сильно приятен, но он был другом ее Даньки. 

--  У них Любовь.  -- ответил Данила. 

"Хм. -- подумала она, -- Как будто этим все сказано, как будто это объясняет любой глупый поступок."

Но Дан посчитал что в одно это слово вложил все что можно было сказать, но все равно этого было недостаточно для того чтобы описать поведение и поступки мужчины. Но одного Женя вот совсем понять не могла -- если мужчина влюблен в Наину, то почему он... Обнимал ее, да еще так некрасиво?! На глазах у любимой девушки уж точно не следовало этого делать.

“Странный он. Непонятный. Сумасшедший какой-то.”

А на старте тем временем переругивались Крен с Наиной и те двое громил, что ранее возле нее ошивались. Женя не слышала их словесной перепалки, да и не хотелось бы, но результатом стало увеличение байков на дороге. Наина плюс Крен. И те двое мужчин во второй паре.

Мужчина на своем Revolution смотрелся очень эффектно.  

Дан торопливо заговорил, буквально пожирая глазами железного коня.

--  Зверь! Два верхних распределительных вала, новейший электронный впрыск, четыре клапана на цилиндр и жидкостное охлаждение. Мечта на двух колесах!

Харлей и вправду был великтлепен своей какой-то простоватой красотой, что сквозила в классических линиях дизайна. Девушке будто по воздуху передалась эта гремучая смесь из предвкушения и восторга. Она прямо задрожала от желания почувствовать под собой эту мощь. Крен заметил ее горящий взгляд, и криво ухмыльнувшись, порочно ей подмигнул, отчего девушка залилась краской стыда и опустила голову, пряча заалевшее лицо.

Девушка мотнула головой в сторону второй пары соревнующихся:

--  Кто эти двое?

--  Это Головастики  --  Мишка и Ванька Головины. Серебро. Медь. Золота им не видать сегодня.

--  Почему?

--  Первыми они не приходят, а сегодня и подавно не придут.

--  Почему?

--  Крен на старте.  --  легко ответил он, а девушка придирчиво посмотрела сначала на уверенных в себе парней, их байки, а потом на Крена. 

--  Дань, а он что настолько хорош?

--  По разному конечно бывает, но Наина его здорово вдохновляет.

​​​​​--  Он ей уступит?

Дан на минуту задумался. 

--  Сомневаюсь. Хотя...

Рев моторов заложил уши и начал разгонять в венах кровь в ожидании зрелища.

​--  Дорогие мои, замена на старте: Холод за Крена,  --  вдруг снова послышался голос из динамика.

Руки Дана​​​​ вздрогнули крепче сжимая девушку.

--  Ты со мной?

И Женя поняла что не в силах отказаться.

Крен как-будто вырос из-под земли, и, легонько стукнув парня ободряюще кулаком в плечо, бросил ему связку ключей. В воздухе сверкнула серебряная маленькая иконка на брелке. Дан ловко поймал ключи на лету, и, стиснув в руке металлическое кольцо, приложился губами к образу Богоматери с младенцем на руках.

ГЛАВА 6. Полноценное свидание.

Глава 6.  Полноценное свидание. 

Девушка вздрогнула от внезапно нахлынувшей широкой гаммы криков, голосов, свиста, громкой музыки и оглушающего звука фанфар, стоило им стремительно выскочить из-за угла огромного недостроенного какого-то комплекса. С громогласным ревом мотора они помчались прямо в гущу разношерстного скопления народа, который при их приближении моментально слажено расступился, являя натянутую между двумя столбами широкую ленту с английским “Champion” и визжащих, прыгающих, орущих “Холод!” молоденьких ярко разодетых в одинаковое нечто девчонок в первых рядах. Девченки-попугаи профессионально исполнили ритмичный танец с таким набором трюков что Женя от удивления открыла рот.

“Вот бы и я так.”  Но начавшуюся было мысль напрочь снесло шквалом следующих эмоций.

Неровная толпа, состоящая из взрывающего мозг визга, восторженных криков, улюлюканья и прочих не сильно членораздельных гортанных звуков, дружно подхватила Дана на руки, едва тот заглушил мотор и перекинул ногу с байка. Пару раз подбросив в воздухе, судя по раскладу не сильно заботясь о целости и сохранности победителя, парня просто выбросили на ноги, и веселым строем принялись за Женю.

Девушка сглотнула ком в горле. На ее разочарование, к ней просто огромной кучей подошли и один из толпы галантно предложил ей руку в помощь чтобы слезть с байка.

И вот зря повелась.

Галантный кавалер как только почувствовал ее пальчики в своей ладони, сноровисто, с грацией портового грузчика, хватанул девушку за руку, потянул на себя, и перевалив через плечо как мешок с картошкой, занес в гущу орущей толпы, где Женю из рук в руки усадили прямо на заливисто ржущего Дана. Парень с легкостью принял ее вес, и прижав к себе, закружил на руках.

Бархатный шепот в самое ухо погнал эскадроны мурашек по шее, разнося волнение от его близости по всему телу.

--  Ты такая красивая когда трусишь.

Она уткнулась носом в его шею, нежась в тепле крепкого тела, втягивая, запоминая его запах. Сердце с замиранием билось в груди. Она наслаждалась исходящей от парня нежностью, уверенностью,  надежностью. В его руках ей было так спокойно и хорошо.

“Так бы всегда. "  --  подумалось ей, и он сжал ее еще крепче. Прикоснувшись губами к ее щеке, прошептал:

--  Так бы вечность.

Ой! Она что это вслух сказала?

​​​​Женя резко дернулась в кольце его рук и его губы прошлись по ее губам.

Парень сглотнул, и осторожно, словно крадучись, прикоснулся легким, мимолетным поцелуем. Девушка неуверенно потянулась сама за ускользающими губами и неумело ответила на поцелуй.

Но Дан вдруг разорвал контакт опуская ее на ноги.

--  Убью!

Злющий как демон, сзади стоял Крен и красное как помидор ухо Дана, зажатое в громадной разрисованной лапище, судя по цвету грозило уже само отвалиться.

--  Ай!.. Ну оторвешь же, а!

--  Оторву. Вместе с яйц...

Тут мужчина посмотрел на рядом стоящую Женю, кашлянул и продолжил:

--  Вместе с головой. Мозгов нет  --  котелок не нужен.

Дан обречённо вздохнув, спросил:

--  Пилить будешь?

Но тот лишь раздраженно фыркнул.

--  А что, есть смысл? Надо было тебя сразу высечь хорошенько, а потом уже ключи давать. А так... Жду в гараже. С пирожками от твоей мамы в качестве моральной компенсации.

--  Понял.

Крен ухо все же отпустил. Подмигнул Жене и отвесил Дану звучный подзатыльник.

​--  Понял он. Рас-с-с-тяпа.

Наина подошла к ним. Обняла Крена сзади и, еле дотянувшись, поцеловала в щеку. Потом подмигнула Дану. 

--  Молодец.

​​​--  Слышь, а я не понял... За что конкретно ты его сейчас похвалила?

Наина заливисто расхохоталась​ и потянула мужчину за собой вглубь толпы.

​​​​​Дан опустил голову и растрепал и так спутанные ветром волосы. Шаркнул ногой несколько камешков, и притянул Женю к себе согревая её ладони.

--  Что ты хочешь на выигрыш?

Девушка удивленно вскинула брови.

--  А у нас есть выбор,  --  спросила она. 

Парень улыбнулся.

--  Ну, как-бы да... Здесь всегда так. Народ любит адреналин и зрелища, а Завалов старается. 

--  М-м-м... Интересно. И какой у нас выбор?

Ответ был коротким, в стиле Дана. 

--  Деньги или сюрприз.

Женя задумчиво протянула:

--  Деньги бы тебе не помешали.

Дан моментально напрягся.

--  Жень. Ты же знаешь!

Девушка только крепче прижалась и обхватила руками за шею, приближая его лицо. Глядя то в глаза то на губы парня, прошептала:

--  Тогда… Может... Сюрприз?!

Через длиннющих двадцать минут поздравлений, шампанского и фото для общака на стену в “Злачное Место”, они красиво катили на гидроподъемнике, в корзине, держась за руки и рассматривая ночной город. В кармане джинс мирно покоились ключи от поцарапанного Харлея, который потом надо будет откатить в гараж, и  скрученный трубочкой выигрыш, за который парень еще промоет мозги Крену с Заваловым.