Одна причина остаться

Глава 1.

Утренний поезд «Фречча росса»  Рим - Милан был полупустым. И это было неудивительно: сколько их проходило за день! Можно было купить билет на любой и приехать в пункт назначения тогда, когда душа пожелает. Кроме того, в это время чаще всего ездили те, кто никуда не торопился: не каждый мог себе позволить потерять пол дня и оказаться в Милане только к обеду. Поэтому в это время сложно было встретить студентов или туристов. Зато в удобных креслах сидели и читали книги люди почтенного возраста, деловые мужчины и женщины корпели над своими бумагами, вольготно разложив их на столиках.
Когда Мия вошла в вагон, ее намерением было сесть на свое место и не вставать с него до самого Милана. У нее была вода, книга и заряженный телефон с наушниками – все необходимое для того, чтобы провести три с половиной часа не скучая. Но пройдя пару рядов, она увидела, что ее место должно было быть  центральным, где две пары кресел стояли друг против друга, а между ними стоял стол, занятый вещами смуглого мужчины с копной темных кудрявых волос. Он сидел спиной к ходу поезда и смотрел то в свой ноутбук, то в лист бумаги, который держал перед глазами. Его брови сползлись к переносице, губы то сжимались в тонкую недовольную линию, то снова становились пухлыми. Казалось, что он выполнял ужасно нудную и неприятную работу. На соседнем с ним месте лежал черный рюкзак и пальто.
В тот момент, как Мия остановилась, чтобы мысленно просчитать, где она должна сесть, мужчина бегло провел пятерней по волосам, слегка примяв крупные кудри. Бесспорно его вещи лежали на ее кресле. Нечего было даже и думать, чтобы сесть именно туда. Во-первых, во всем вагоне вразброс сидело еще от силы четыре-пять пассажиров,  а во-вторых, она бы серьезно потеснила занятого мужчину. Мия, наконец, приземлилась на кресло, на ряд раньше от ее собственного по диагонали от потенциального попутчика. Она поежилась и оставила куртку, даже не расстегнув ее -  так сильно замерзла под мартовским ветром, пока ехала на вокзал. Положив свой маленький чемодан на колесах на полку сверху, она села и достала из сумочки книгу. Только в тот момент мужчина с ноутбуком оторвал глаза от экрана и посмотрел на нового пассажира. Со стороны могло показаться, что едва ли он заметил что-то в ее внешности или одежде. Но ему хватило и мимолетного взгляда, чтобы отметить миловидность ее лица и светлые прямые волосы, стянутые в низкий объемный «хвост». Опустив глаза к бумагам, он на мгновение задумался, гадая, сколько ей могло быть лет. При этом его правая рука застыла над клавиатурой. Чтобы приблизиться к разгадке, мужчина снова посмотрел на девушку и пришел к выводу, что ей должно быть около двадцати.
Он задержал на ней непозволительно долгий для незнакомых людей взгляд, так что Мия даже оторвалась от чтения книги и подняла глаза. Трудоголик смотрел на нее бесстрастным невидящим взглядом. Ей даже показалось, что он просто задумался. Но всего пару секунд спустя, как она заметила, что на нее смотрят, он вернулся к своей работе.
Мие было ужасно любопытно: привлекательный мужчина путешествовал один, на безымянном пальце не было кольца, а телефон не разрывался от несносных трелей ревнивой подружки. Но она не знала ни одного способа, чтобы познакомиться, тем более сейчас, когда сидела так далеко. Ей оставалось только изредка смотреть на него, делая вид, что она интересуется, на какой станции остановился поезд. И так до конца пути они ни разу не встретились взглядом.
Как только каждый из них вышел из вагона на Центральном вокзале, то город поглотил их и заставил переключить свое внимание на другие объекты.
- О, Мия, вот и ты!
Мия услышала частый стук каблуков по перрону и повернулась на звук. К ней, словно торпеда, вырвавшаяся с подводной лодки, летела ее моложавая тетя Мария Пия. С их последней встречи в ее облике ничего не изменилось: короткие волосы все еще чернели, губы алели, а одежда пестрела. В движениях чувствовалась энергия, а в глазах – суетливость. Наверное, именно поэтому, вряд ли кому-то могло прийти в голову, что Мирии Пие скоро должно было исполниться шестьдесят пять.
- Тетя, привет. Как поживаешь? – Мия охотно подставила обе щеки для бархатных поцелуев родственницы.
- У меня все прекрасно. А ты могла бы встать и пораньше, а не приезжать тогда, когда уважающий себя миланец уже давно пообедал, - пробурчала она с ярко выраженным романским акцентом.
- Сейчас только половина второго, недалеко отсюда я нашла интересное местечко для обеда, а ты не коренная жительница Милана, - ответила Мия и покатила свой чемодан к зданию вокзала. 
Мария Пия засеменила за ней, стараясь удержать равновесие на неудобных каблуках. На ходу она пыталась спрашивать о погоде в ее родном городе, но уже к началу перрона была вынуждена сдаться и попросить племянницу замедлить шаг.
- Моя сестра не изменила своего решения?
Мия резко остановилась на тротуаре перед вокзалом. Ее лицо помрачнело и подернулось пеленой усталости: эта тема уже успела ей надоесть, но все еще терзала и мозг, и душу. 
- Нет, - мрачно ответила она и снова пошла вперед. – Ее желание бросить все осталось неизменным. Она ждет подходящего момента, чтобы продать кондитерскую, а затем рвануть в неизвестном направлении.
- Она точно здорова? – с сомнением спросила Мария Пия.
- О, если ты о физическом здоровье, то точно. А вот в психическом – я совсем не уверена. В последний наш разговор она твердила мне про здоровый эгоизм, но я, хоть убей, не понимаю, как можно загубить семейное дело нескольких поколений!
Мия выдохлась. От быстрой ходьбы и переполняющего ее возмущения, ей трудно было дышать.
- А я могу ее понять… - тихо заметила Мария Пия, и зеленые глаза племянницы в недоумении устремились на нее.
Мия в этом даже не сомневалась. Ведь тетя отказалась от участия в семейном деле очень давно, за что получила денежную компенсацию. Так одна из самых старых кондитерских города стала принадлежать только младшей сестре, которая трудилась там не покладая рук. «Это просто рабство!» повторяла она. Несмотря на то, что наемных работников было четверо, все же ежедневно мать Мии, Агата, лично открывала кондитерскую.
- Я тоже могу ее понять, - раздраженно возобновила разговор племянница, когда они сели в машину. – Но дай хотя бы шанс другим решить, что делать!
- Ты хочешь заняться этим? Или Мариса? – скептически спросила тетя.
Мия думала об этом уже сотню раз. Наверное, это была единственная мысль за последнее время, которая занимала ее так сильно и не оставляла в покое. Начать управлять, хотя и маленькой, но именитой кондитерской, - это не такое уж простое дело. Верно, что клиенты и персонал останутся, а, значит, на продажи и качество это повлиять не должно. Но ведь придется работать день и ночь. Это станет ее новой жизнью. Мия не была уверена, что хочет этого. И это не говоря про материальную часть вопроса. Где взять столько денег, чтобы стать единственной владелицей? А потом как разрулить вопрос с сестрой, ведь теоретически кондитерская – это наследство от бабушки и родителей.
- Марисе это не интересно. А у меня нет таких денег! – отмахнулась Мия.
Ей хотелось поскорее закончить этот разговор, но тетя была настроена иначе.
- У тебя же экономическое образование, - настаивала она. – Попробуй взять кредит…
- Я только что закончила университет и, слава Богу, устроилась на работу. Но у меня даже контракта постоянного нет. Кто даст мне кредит?!
Мария Пия еще некоторое время пыталась строить планы для племянницы, но вскоре сдалась. Ситуация казалась ей неразрешимой да и забивать себе голову чужими проблемами было ей не свойственно. После обеда она спросила Мию, куда ее отвезти, и получила неожиданный ответ:
- Я еду на выставку оборудования для приготовления мороженого…
Выражение лица тети с расширенными до предела глазами позабавило Мию. Однако вместо того  чтобы, развить эту тему, они просто заговорили о фильме, который недавно вышел на экран,  тем самым решив проблему кондитерской. Мия считала, что для тети это была лишняя информация. Не говорить же ей еще, в самом деле, что она записалась на серьезные кондитерские курсы и теперь совсем не знает, как быть с работой, куда она устроилась только пару месяцев назад. Все это приводило ее мозг в такое смятение, что она просто не могла перестать думать, просчитывать и искать пути решения с максимальным выигрышем. Ситуация казалась слишком сложной: что бы ни выбрала Мия, сначала ей придется потерять то, что она уже имеет. Это ее пугало. Будь у нее нужная сумма, чтобы выкупить бизнес у матери, она не раздумывая бы оставила работу и с головой окунулась в сладостный мир тортов, булочек и десертов. Но нужной суммы не было. И мать не хотела даже слышать о том, чтобы остаться хозяйкой кондитерской, которую основал ее дед, и лишь передать дела и управление младшей дочери.
С этими мыслями Мия входила в вагон вечернего поезда до Рима. Целый день она слонялась по Милану, чтобы только как можно меньше оставаться со своей тетей. В глубине души, планируя поездку, Мия надеялась, что Мария Пия предложит ей свою помощь в любом ее проявлении, но тетя самоустранилась. И теперь надо было как можно скорее принимать решение.
Место Мии оказалось занято одним из членов семьи, состоящей из четырех человек. Отец семейства извинился и попросил ее пересесть на другую сторону к окну. Не согласиться было глупо, ведь в противном случае можно было оказаться в опасной близости от двух маленьких мальчиков-близнецов. Мия уточнила, какое именно место ей занять, и шумно выдохнув, села. Она отвернулась к окну и стала смотреть на последних торопящихся пассажиров. Впереди было больше трех часов пути, назойливые мысли в голове, почти полный вагон и шумные дети по соседству.
От звука свистка, Мия поморщилась как будто от внезапной головной боли. Она услышала стук закрывающихся дверей и посмотрела в проход между креслами. В тот момент автоматические внутренние двери распахнулись и  вошел кудрявый мужчина, с которым вчера они вместе ехали в Милан.
Он уверенно шел к своему месту, которое, у Мии не было сомнения, должно было оказаться одним из трех вокруг столиков, где сидела она сама.
- Добрый вечер, - поздоровался он с окружающими и услышал в ответ несколько приветствий, в том числе и от Мии, которая почему-то вжалась в свое кресло и боялась поднять глаза. – Вы позволите?
На этот раз мужчина обращался непосредственно к ней, указывая рукой на ее чемодан, который все еще стоял на полу рядом с ней.
- О, простите, - совсем стушевалась она. – Сейчас я уберу его.
- Сидите, я сам сделаю это, - ответил он тем предупредительным голосом, которым разговаривают с тобой банковские служащие, когда ты становишься их новым «золотым» клиентом.
Мия поблагодарила и стала усиленно копаться в сумочке, чтобы как-то скрыть свое волнение. Ее радовала возможность познакомиться с попутчиком хотя бы для того, чтобы скоротать дорогу домой, но начинать разговор с незнакомыми людьми, особенно привлекательным мужчиной, она не решалась. Но видимо, ее желания сегодня совпадали с намерениями попутчика, потому что он дождался, пока она поднимет голову от сумки и, протянув ей руку через стол, представился, ослепляя ее притягательной улыбкой:
- Джордано. Вчера мы тоже ехали с вами в одном вагоне.
Мия еще соображала, что бы все это могло значить, но уже протягивала руку в ответ, называя свое имя. Она редко кого удостаивала энергичным рукопожатием  при знакомстве, чаще просто вкладывала пальцы в ладонь собеседника, чтобы затем поспешно их убрать. Но сегодня так не получилось. Как только ее рука приблизилась к его руке, Джордано поглотил ее целиком и не выпускал несколько секунд, за которые Мия могла беззастенчиво рассматривать его лицо. Ему было меньше сорока, точнее сказать было сложно. Светлые глубоко посаженные под широкими бровями глаза не скрывали озорные огоньки и страсть к приключениям. Казалось, их обладатель уже начал изучать находящийся перед ним объект. Губы изогнутые, хорошо очерченные едва улыбались, вероятно от того, что с удовольствием отметили для себя, что попутчица была привлекательная, хотя и выглядела более уставшей, чем вчера.
- Вы уже второй день хмуритесь, Мия. Или сердитесь? – у Джордано было насмешливое выражение лица.
- Мне необходимо решить одну сложную экономическую задачу, - отозвалась она, снова засовывая руки в сумку, откуда сразу же послышался звон ключей.
- Могу помочь, - предложил Джордано, бросив беглый взгляд в сторону звука. – Думаю, моего опыта в финансовой сфере должно хватить.
Это походило на неприкрытое хвастовство, но Мия решила пропустить смысл этого замечания мимо ушей.
- В задаче, к сожалению, не хватает данных, - ответила она.
- Их всегда можно добавить.
- Пока нельзя, - отрезала девушка и резко повернула голову к окну, а затем добавила, - А вы занимаетесь спонсорством или меценатством?
- Скорее, я – спонсор, - без тени улыбки на лице ответил Джордано.
- Понятно…
Наступила короткая неловкая пауза, которую нарушил мужчина, воскликнув чересчур живо:
- Вот незадача! До меня только сейчас дошел подтекст вашего вопроса!
Мия всего лишь передернула плечами и достала из сумки книгу. Она нехотя стала искать нужную страницу. Книга не особо ей нравилась. Она читала ее только потому, что старшая сестра расхваливала ее и практически всунула в руки.
- Нравится? Рекомендуете? – поинтересовался Джордано.
- Скорее нет, чем да. Язык интересный, но сюжет – так себе.
После этих слов Мия отложила книгу в сторону. Разве можно было и дальше продолжать делать вид, что читаешь, когда только что призналась, что ты не в восторге от книги?!
- А вы читаете? – спросила Мия и впервые надолго задержала взгляд на лице попутчика, ожидая ответа.
- Да, но чаще что-то по работе. Хотя, только что перечитал всего Гарри Поттера, - Джордано широко улыбнулся, отчего его лицо сделалось по-мальчишески озорным.
- Я читала, лет в пятнадцать…
- А, ну, это совсем недавно, - подковырнул он, вероятно, ожидая от Мии реакции, но она снова решила не обращать внимание на провокации. - Сегодня я что-то настроен поболтать, вы не против? Совсем не хочется больше работать.
- Сегодня воскресенье, можно и отдохнуть. Если вы мне надоедите, я сообщу, - едва заметная улыбка тронула губы девушки, мужчина же рассмеялся.
- Люблю прямолинейных людей с хорошим чувством юмора.
- А мне нравятся люди, которые мой юмор понимают и считают хорошим.
- Значит, мы отлично проведем время, Мия. Предлагаю перейти на «ты». И пойти поужинать. Я видел вагон-ресторан, и хотя еще нет и семи, но по миланским меркам можно уже начинать есть. К тому же я сегодня без обеда.
- Хорошо. Счет делим по-романски…
Джордано слегка насупил брови.
- Еще ни одна женщина, которую я приглашал, не платила за себя сама. А нет, вру, было один раз в школьном кафетерии. Но с тех пор – ни разу. Так что, Мия, мне очень жаль.
Ей же не было жаль. По большому счету ей было все равно, главное, что они решили этот вопрос в самом начале. И больше об этом не стоило беспокоиться.
В вагоне-ресторане почти никого не было. Они сели за центральный столик и стали выбирать. Джордано думал не долго. Когда подошел официант, он быстро ткнул пальцем в меню от шефа и вопросительно посмотрел на спутницу. Она тут же попросила удвоить заказ.
- Любишь сэндвичи? – спросила Мия.
- О, да. И чем сложнее, тем лучше. Хотя ем их редко, поэтому в подобных случаях, - Джордано кивнул на вагон, - я всегда пользуюсь моментом.
- Carpe diem …
- В моей профессии – это одно из правил.
- Кем ты работаешь? – Мия поддалась соблазну спросить.
- Я работаю в финансовой сфере. Ты?
- В этом году я закончила экономический факультет в Луиссе. Мне предложили работу стажером, и я согласилась. Но мне не нравится.
- А что нравится? – Джордано откинулся на спинку мягкого кресла, давая официанту возможность поставить заказ на стол.
Мия  не отвечала, пока они не остались одни. Она открыла коробку, где лежала небольшая кростата , развернула ее к Джордано и сказала:
- Это мне нравится!
- Кростата?! – удивился он и выглядел при этом довольно глупо.
- Я выросла в кондитерской…
- Ни за что бы не подумал, - заметил Джордано и весьма недвусмысленно оглядел Мию.
- Если ты о фигуре, то я люблю печь, а не есть – отрезала девушка, а затем, смягчившись, добавила, - Я питаю слабость только одному десерту.
- И это явно не кростата, - хмыкнул Джордано.
Мия закрыла коробку с десертом и подняла глаза к собеседнику. Он внимательно смотрел на нее и ждал продолжения.
- Нет, не кростата. Это то, что я мечтаю начать делать.
Джордано отметил, как мечтательно она при этом улыбнулась и осторожно предположил, что, вероятнее всего, экономическая задачка была как раз про это. Он тут же получил от Мии утвердительный ответ. Но по тому, как резко она рванула коробку с сэндвичем, было ясно, что над задачей она корпела уже очень давно.
- Там, где замешана семья, к сожалению, все становится в несколько раз сложнее, - подытожила девушка и оба, наконец, занялись едой.
Они просидели в вагоне-ресторане около часа, а когда вернулись на свои места, то продолжили болтать. Разговор прерывался всего пару раз из-за телефонных звонков Джордано, но быстро принимал прежнее течение. 
Когда объявили о том, что поезд прибывает на станцию Тибуртина, Мия поспешно встала и стала одеваться. Джордано поднялся вслед за ней и опередил с чемоданом. Теперь она стояли в проходе друг напротив друга.
- Ты на машине? – спросил он.
Она отрицательно покачала головой.
- Я могу подвезти тебя. Моя машина стоит на Термини .
Мия посмотрела в окно, на Джордано, затем проверила время на телефоне. Было, почти десять.
- Не уверена, что нам по пути, - это было ее согласие.
- Это не имеет никакого значения, - ответил он, и они прошли вместе к автоматическим дверям.

Глава 2.

Глава 2.

Едва проснувшись под звуки будильника, Мия схватила телефон с прикроватной тумбочки и посмотрела сохраненный номер Джордано. Он сам предложил ей его записать. Сказал, что так у нее будет выбор, встречаться ли с ним еще раз или нет. И добавил, что давно он так приятно не проводил время.
Это ощущение было взаимным: у Мии тоже осталось приятное впечатление от поездки. В Джордано было все то, что ее привлекало в мужчинах: ум и эрудиция, адекватное чувство юмора, которое позволяло ему понимать ее шутки, над его ей тоже хотелось смеяться.
Она отложила телефон и закрыла глаза, снова откинувшись на подушку. Спать больше не хотелось, но эти несколько минут в тепле постели хотелось подумать о чем-то приятном. Мия сама не заметила, как снова потянулась к смартфону и снова проверила номер Джордано. Затем, как будто рассердившись сама на себя, откинула одеяло и пошла в ванную.
Весь день в офисе она бегала как заведенная. Уже примерно через месяц, как ее приняли на работу, Мия перестала чувствовать себя удачливой. Она помнила, что у нее есть зарплата, но у нее была еще и малооплачиваемая работа, требующая больших энергетических затрат и большой выдержки. Поручения сыпались со всех сторон и надо было ублажить каждого. А в конце маячил конец контракта, который мог быть не продлен без объяснения причины.
Покидая вечером офис, Мия начинала дышать полной грудью. Она как будто возвращалась к жизни, где можно было встретить нормальных людей. Оставаться сверхурочно было для нее пыткой, потому что она не понимала в принципе, зачем нужно оставаться после работы. Что было такого срочного в цифрах?!
По дороге к метро Мия впервые заметила, что в природе началась весна. Уже появилась нежное облако зелени вокруг деревьев, совсем еще мимолетное и едва различимое. Где-то высоко над головой сидел дрозд и насвистывал свою песню. Для Мии это всегда был самый верный признак, что скоро наступит тепло. Странно, что она до сих пор ничего не замечала. Хотя, наверное, ничего странного в этом не было. Сначала экзамены, потом защита, работа и в завершении новость о продаже кондитерской. Мия постоянно выходила с работы с головой набекрень и чувством временной свободы, которая длилась всего лишь до утра. Ей хотелось умыться и переодеться, как будто так можно было сбросить с себя остатки чужой роли.
 Из раскрытого окна звучала музыка. Мия хорошо ее знала, хотя очень давно не слышала. Бабушка обожала этот фильм, наверное потому, что как и главный герой, провела свое детство в богом забытом городке на Сицилии. Она вообще любила слушать Эннио Морриконе, но к любовной теме из фильма «Кинотеатр «Парадизо»» относилась с особым трепетом.
По рукам Мии побежали мурашки – такое случалось часто, если музыка пробуждала воспоминания или очень сильно нравилась. Но вместо образа бабушки и дедушки, апельсиновых и лимонных садов и кристального моря перед глазами родился образ Джордано. Его по-мальчишески озорные глаза, когда он смотрел на нее, прощаясь у дома, его теплое рукопожатие, немного затянутое, но всего-то самую малость, так что никто ничего бы не заподозрил. И рука сама потянулась к телефону, нашла его имя в длинном списке, но тут же убрала назад в карман куртки.
Когда можно было ему написать? Сегодня еще рано. В среду или четверг? В выходные или уже после? Мысль о том, чтобы не писать вообще Мие в голову не приходила. Она мысленно сочиняла текст сообщения, но каждый раз останавливалась после «привет», так как не знала, как представиться.
- Так и напиши, что Мия, с которой познакомился в поезде, - советовала вечером Роберта, отрывая от пиццы большой кусок.
Она зашла забрать последнюю коробку с вещами. Пять лет они прожили вместе с Мией в ее квартире, а теперь Роберта съезжалась со своим парнем.
- Может, вообще не писать… - переживала Мия. – Ну, дал телефон, ну, хорошо поболтали в поезде. Ведь мой номер не попросил!
- Дал право выбора тебе, - настаивала Роберта. – Ты ничего не теряешь. Скажет занят, тем хуже для него. Зато ты сделала это и не будешь сожалеть о том, что не попробовала.
Мия снова взяла телефон в руки и вошла в программу, откуда собиралась отправить сообщение. Вместо фотографии Джордано у него стояла фраза «Carpe diem», написанная от руки белым по черному. Этого было достаточно, чтобы принять окончательное решение.
- А когда?
- Если хочешь с ним увидеться в пятницу или на выходные, то завтра утром можно уже писать.
Мия не была с этим согласна. Писать во вторник, когда познакомились в воскресенье с ее точки зрения было весьма неудачным решением. Конечно, чем дольше ждешь, тем меньше шансов, что к выходным Джордано будет все еще свободен от разного рода дел, но Мия была готова рискнуть. Она сообщила об этом Роберте.
- Никогда не понимала твоей философии про тише едешь – дальше будешь, но уважаю ее. Может, ты и права. Стоит немного подождать. Парой дней больше или меньше – это ничего не изменит. Ты уже больше года одна с тех пор как Дарио оставил тебя. 
Мия никак не отреагировала на когда-то дорогое имя. Когда он сообщил ей, что им надо расстаться после шести лет вместе и объяснил это тем, что у него другие жизненные планы, Мия сначала впала в отчаяние, но потом поняла его. Как можно было удерживать рядом с собой человека, если в ней он видел только преграду на пути к успеху. Поэтому она отступила сразу, избавив его от своих слез и истерик. Но Дарио это показалось странным и он, испугавшись подвоха, повел себя с Мией не самым лучшим образом. Она ему это простила, хотя едва ли он нуждался в ее прощении, но не забыла. И в течение следующего года сконцентрировалась на сдаче экзаменов и одновременном обучении в кондитерской школе.
- Будешь искать новую соседку? – спросила Роберта, когда уже стояла в дверях, почти исчезнув за огромной коробкой с вещами.
- Нет, сейчас, пока есть работа, думаю, справлюсь. Не хочу посторонних людей в доме. С тобой мне было весело, но теперь я должна подумать о своем финансовом будущем.
- И любовном тоже… - добавила Роберта, отпирая входную дверь. – Не пропадай, помни, что я живу на соседней улице.
Они попрощались, и Мия сразу занялась комнатой, которую занимала подруга. Если убрать оттуда кровать, то можно сделать себе кабинет. Сожалений о том, что теперь она будет жить одна, Мия не испытывала. Мысли об этом давно посещали ее, но попросить Роберту съехать не представлялось ей правильным. К счастью, ситуация разрешилась сама собой.
Мия металась, когда написать Джордано, до среды. Она бы еще долго брала телефон в руки, смотрела на его номер и клала его обратно, если бы не случившееся на работе. По большому счёту не произошло ничего из ряда вон выходящего. Кто-то, наверное, даже не придал бы значения, но только не Мия. Ее обостренное чувство справедливости не позволяло ей принять рабочую реальность такой, какая она есть.
Как обычно все утро она бегала по этажам, разнося документы по отделам. К профессиональному росту этот род занятий не имел никакого отношения, но всех стажеров так гоняли, поэтому приходилось терпеть. К обеду, когда все папки оказались на своих рабочих столах, начальник Мии, которого она изначально решила уважать, не смотря на панибратское «тыканье», попросил ее заняться отчетом. Он снабдил ее необходимыми данными, а сам ушел на обед. Мия ответственно принялась за дело. Однако почти сразу стало ясно, что расчёты не соответствуют исходным данным. Мия обратилась в другие отделы, чтобы уточнить некоторые цифры и получила подтверждение своей догадке.  Так как она совсем не была наивной, то стала думать плохо о своем начальнике, подозревая его в намеренном сокрытии реального положения дел. Сделав все в лучшем виде с настоящими цифрами, Мия положила отчет перед синьором Росси. Он довольно улыбнулся и поблагодарил ее за столь оперативную работу. Мия вышла к себе, ожидая, когда же над ее головой разверзнутся небеса. В тот вечер этого не произошло, потому что синьор Росси, вероятнее всего, даже не удосужился перечитать отчет, а сразу же передал его выше.
Зато в четверг уже к полудню в фирме началось движение: сначала наверху,  а потом стало спускаться все ниже и ниже, пока не увлекло в свой водоворот и Мию.
- Я же дал тебе все данные, - угрожающе шипел на нее начальник при этом его левый глаз нервно подрагивал. – Не нужно много ума, чтобы подставить их туда, куда надо!
Мия молчала – внутренне она была готова к этому разговору. Наивно было полагать, что для нее все пройдет гладко. Но оправдываться она не хотела, а строить из себя дуру не могла. Поэтому начальник явно читал на ее лице, что она в курсе и сделала все сознательно.
- Палоцци, я не понимаю, ты не хочешь тут работать?
На этот раз вопрос нельзя было оставить без ответа. Мия поправила подол платья и ответила:
- Я хотела…
- Но больше не хочешь… - Росси встал и навис над столом, опираясь на свои некрасивые пальцы-сардельки с короткими круглыми ногтями.
- Если мне и дальше придется быть пешкой в чьей-то игре, то не хочу, - она гордо вздернула подбородок, но в глазах застрял необъяснимый страх.
- Но ты и есть пешка. Глупо не принимать это.
- Вы думаете, я этого не понимаю?! У меня не сходились цифры, и я обратилась к коллегам другого отдела. Если бы вы мне сказали умять именно эти данные, я бы так и сделала. В конечном итоге мне все равно, я - пешка и выполняю требования вышестоящего руководства, но вы ничего не уточнили.
Мия уверяла сама себя, что не оправдывается, но со стороны казалось обратное. И Росси, услышав нотки мольбы в ее голосе сказал, что на первый раз закроет на промах глаза.
С гадливым чувством не то унижения, не то отвращения, Мия выходила в тот вечер из офиса. Первым порывом было завтра же уволиться. У нее было такое состояние, когда думаешь, что хуже уже быть не может и терять нечего, поэтому она в порыве взяла телефон и, не долго думая, написала Джордано короткое сообщение: «Привет, это Мия из поезда. Как дела?»
Она поспешно вышла из программы и убрала телефон в сумку. Глубокий вздох  не смог успокоить биение сердца и унять волнение. Мия на мгновение  даже успела пожалеть о сделанном, пока из сумки не раздалась мелодия звонка. Мия остановилась, прислушалась, ее ли это телефон и стала медленно открывать «молнию» сумки. Казалось, там лежала бомба, настолько осторожно она вынимала сотовый двумя пальцами. А когда увидела, кто звонил, поторопилась ответить.
- Алло, - вместо беззаботного приветствия получилось вымученное.
- Привет, Мия, это Джордано. Я позвонил в неудачный момент? – спросил голос, звучание которого Мия уже успела забыть.
- Привет, нет, я просто не ожидала звонка, - созналась она и зажмурилась.
- Слышу, ты где-то на улице. Если мы находимся не слишком далеко друг от друга, предлагаю аперитив.
Мия открыла глаза и стала смотреть по сторонам на дома в поиске таблички с названием улицы.
- Я…
- Не знаешь, где находишься? – подковырнул ее Джордано.
Это смогло привести Мию в чувства – она сразу же вспомнила название улицы, по которой ходила каждый день. Джордано оказался всего в десяти минутах на машине и предложил заехать за ней. Мия, недолго думая, согласилась. Пока шла к условленному месту, заглянула в магазин и под предлогом померить платье, проскользнула в примерочную, чтобы взглянуть на себя перед встречей. Первым делом она проверила макияж и зубы, затем оправила платье и вытащила карандаш из пучка – волосы рассыпались по плечам и спине тяжелой волной. Она аккуратно провела по ним расческой несколько раз и поспешила выйти, положив новое платье на место. Затем она вернулась до угла, куда должен был подъехать Джордано, и стала ждать. Уже через несколько минут рядом с ней остановилась черная машина, а из опущенного стекла выглянул, наклонившись, ее недавний знакомый.
- Мия, - позвал он ее и толкнул изнутри дверь.
Она поспешила сесть в большой автомобиль и, пристегнув ремень, положила себе на колени сумку и спрятала под ней руки.
- Я рад, что ты позвонила, - Джордано бегло посмотрел на Мию, выруливая в поток машин. – У тебя как со временем?
Мия оторвала взгляд от дороги и посмотрела на него, как будто не понимая, что именно он ее спрашивает.
- Если ты куда-то торопишься, то заскочим в какой-нибудь бар недалеко от твоего дома, а если ты свободна, то поедем подальше. Выбирай.
- Слишком демократично! – прокомментировала Мия, лукаво улыбаясь. – Может, на самом деле ты скрытый деспот?
- Ты слишком поздно задалась этим вопросом, - парировал Джордано. – Уже второй раз садишься ко мне в машину и не думаешь о последствиях.
- Я подумала.
- И что решила?
- Что с тобой можно ехать. У тебя глаза добрые…
Джордано от души рассмеялся. При этом вокруг глаз образовались ниточки тонких морщинок.
- Такого обо мне еще никто не говорил, - заметил он. – Ну же, Мия, решайся!
Они стояли на перекрестке, ожидая зеленый, поэтому Джордано смотрел ей в глаза. Он ждал решения Мии, но она медлила, теребя ремешок от сумочки. Ему даже стало жалко, что она так переживала. Ее влажные розовые губы слегка двигались, как будто она репетировала речь перед тем, как что-то произнести. И тогда Джордано решил все за нее, сказав, чтобы она ни о чем не беспокоилась.
Они добрались быстро, потому что не поехали далеко, а вышли на одной из оживленных улиц в квартале, где жила Мия. Уже стемнело и воздух стал влажным, но холодным и легким. Они шли по тротуару, лавируя между прохожими, время от времени касаясь друг друга плечами или руками. Оба делали вид, что не замечали этого, хотя Мия после очередного столкновения сунула руку в карман. Она заметила, что Джордано посмотрел на нее: это явно не ускользнуло от его внимания.
В баре они прошли за дальний столик, заказали два бокала просекко, и на минуту между ними установилась тишина, когда ни один из них не начинал разговор. Она с легкой полуулыбкой, скорее несмелой, чем заинтересованной, он – совершенно серьезный с пристальным и пытливым взглядом. От нее не ускользнул тот факт, что он изучал ее, поэтому Мия тоже позволила себе разглядывать его.
Сегодня Джордано был не брит, скорее всего он не брился с воскресенья, потому что щетина была уже довольно длинная. В ней не просматривалось ни одного седого волоска. Вместе с кудрявой головой он совершенно не был похож на человека, занимающего высокий пост в финансовой компании. И хотя Джордано не упоминал о месте работы, его костюм, манера держаться и говорить указывали на то, что перед Мией сидел не просто банковский клерк.
Она невольно вспомнила Дарио. Он всегда казался ей надежным, естественно до того дня, как он сообщил ей о разрыве, но немного простоватым. В Рим он приехал из провинции и всего добивался сам. Но Мия временами чувствовала себя с ним неловко, потому что его простота, граничащая с неотесанностью, выдавала в нем неуверенного в себе человека определенной социальной прослойки. Сама Мия не принадлежала к элите, но прожив большую часть жизни в центральном районе города, имея возможность ходить в хорошую школу и будучи всегда на виду, она научилась хорошо себя держать. Поэтому даже перед Джордано, в ком она усмотрела определенный социальный статус, она не чувствовала неловкости как перед собеседником или мужчиной. Но она терялась перед ним как перед привлекательным мужчиной, который ей очень нравился и который так же внимательно ее разглядывал, как и она его.
- Ты снова хмуришься, - заметил Джордано и взял высокий бокал пальцами за тонкую ножку. – Не решила задачку?
- Нет, но на этот раз это не из-за нее. На работе попала в неприятную ситуацию, - Мия повторила движения собеседника с бокалом и предложила тост. – За приятный вечер.
Джордано улыбнулся только уголками губ. Он не сводил с нее глаз и не вертел головой по сторонам подобно многим.
- Хочешь рассказать про работу?
И Мия рассказала в общих чертах, не упоминая ни имен, ни подробностей.
- Я понимаю, на сколько это непростая ситуация для человека с контрактом как у тебя. Тем более ты работаешь там совсем недавно. Кроме того видно, что тебя это лично задело. Но, Мия, таковы правила игры. Мы все от кого-то зависим, поэтому нам приходится или прогнуться, или выйти из игры, если она нам не по вкусу.
Мия подозревала, что Джордано знал, о чем говорил: его выдавал усталый взгляд светлых глаз.
- Вот поэтому мне необходимо решить мою задачу, чтобы стать хотя бы немного свободнее, - с чувством выпалила Мия и стушевалась.
- Если однажды захочешь мне рассказать, я готов. Может,  смогу помочь тебе.
Мия согласно кивнула.
- А ты, я полагаю, относишься к тем, кто устанавливает правила игры, - проговорила она и поднесла бокал с золотистой жидкостью к губам.
- Так было не всегда, Мия, - ответил Джордано. – И даже над такими, как я есть кто-то, кто дергает за веревочки. И еще не известно, кто больше теряет: рядовой сотрудник или тот, кто стоит высоко в офисной иерархии.
- Ну, это все очень относительно. Я предлагаю не углубляться.
- Согласен, - коротко ответил Джордано.
Зал заведения постепенно заполнялся посетителями. Слышался смех и разговоры, а фоном пела Леди Гага «Миллион причин». Мия сидела молча, она слегка наклонила голову к динамику и слушала песню. Джордано наблюдал за ней.
- Ты – единственный ребенок в семье? – внезапно спросила она.
- Да. Всегда задавался вопросом, как это расти не одному.
- Весело, шумно, с ссорами и драками, а еще с обидами и ревностью. Зато во взрослой жизни родители уже не так концентрируются на тебе, потому что есть еще кто-то, и это помогает.
Мия вертела в руках крупную фисташку. Она то перекатывала ее между пальцами, то клала перед собой на стол и смотрела на полураскрывшиеся скорлупки, откуда выглядывал зеленовато-коричневый орех.
- Скажешь свой любимый десерт? – спросил Джордано с видом, как будто хотел выведать величайшую тайну мира.
Мия оторвалась от своего занятия и посмотрела ему в глаза.
- У тебя такое лицо, как будто этот вопрос давно тебя мучает, - хохотнула она.
- Это так, - с улыбкой сознался Джордано. – В первый раз встречаю девушку, которая ест только один вид сладкого. И тем интереснее мне узнать, что это. Не решаюсь даже сделать пару предположений.
- И не надо. Я ем только фисташковое мороженое. И то не всякое.
- Значит, тебе нравятся и фисташки. А к этим, - мужчина указал на блюдо перед ними, - даже не притронулась.
- Они пережарены и пересолены, - и увидев, что Джордано слушает ее, продолжила. - Моя бабушка родилась и до замужества жила на Сицилии. Она знала толк в фисташках. В саду около нашего дома растет несколько деревьев. Она оставила мне рецепт своего фисташкового мороженого.
Мия говорила с такой гордостью, что Джордано невольно улыбнулся.
- Угостишь как-нибудь?
Девушка изменилась в лице, как будто ей сделали крайне неприличное предложение. И это ужасно позабавило ее собеседника, хотя он и ничем не выдал себя.
- Да, как-нибудь, конечно… - неопределенно ответила Мия.
На второй бокал просекко она не согласилась, хотя ей показалось, что Джордано предложил его скорее из вежливости, чем действительно хотел еще. Так они и продолжили разговаривать до тех пор, пока сидеть за пустым столом стало неудобно. Стрелки часов уже подползали к восьми, и пора было прощаться.
- Мне надо идти, - засобиралась девушка и взяла пальто со спинки стула.
- И снова, Мия, было приятно поговорить.
Джордано встал вместе с ней. Она выходила на улицу с чувством, что теперь от нее не зависело, увидятся ли они снова. При всем желании она вряд ли позволит себе снова позвонить ему первой. Решение принять должен он. И от осознания этого ей еще больше хотелось задержаться.
Мия остановилась у входа в бар и развернулась к Джордано лицом.
- Мне тоже было приятно увидеться, Джордано, - тихо проговорила она.
А он слегка наклонил голову вправо и хотел что-то сказать, но тут же передумал, оставив Мие легкое разочарование.
- Хорошего вечера, - ответил он и подошел, чтобы поцеловать ее в обе щеки на прощание. 
Он даже не коснулся ее руками, но его колючая щека обожгла ее кожу. Мия успела почувствовать его запах и в голову ворвалась музыка, которая однажды уже напомнила ей о нем.
Она слушала ее до самого дома, переключая на самое начало снова и снова. А у подъезда остановилась как вкопанная – перед ней стоял Джордано.
- Что ты делаешь в воскресенье? У тебя есть планы?  – спросил он с горящими глазами.
- Нет, - растерянно ответила она, наматывая наушники на палец.
- Тогда увидимся в воскресенье в десять, я заеду. Спокойной ночи, Мия.
Джордано тут же пошел к машине. Будь он мальчишкой, непременно бы подпрыгнул от удовольствия.

Глава 3.

Не смотря на природное терпение, Мия с замиранием сердца ждала воскресенья. Каждый раз, думая об этом, как будто что-то слегка сжимало ей в груди и плавно отпускало. Это было очень приятное чувство, которое поэты описывали, как душевное томление. Она не знала, куда ее пригласили, но она снова и снова подчеркивала сама себе, что Джордано ничего не сказал ей, когда они вышли у бара, зато сразу же передумал и решил пригласить тем же вечером. Для Мии это было лучшим доказательством, что ее общество было ему приятно.
Но воскресенье никак не могло наступить раньше субботы, когда к себе на обед ее ждала мать и сестра. В сложившейся ситуации с кондитерской, это должен был быть не простой день. Мия готовилась к нему всю неделю: она просчитывала все возможности, искала различные варианты, заготавливала аргументы. Во что бы то ни стало, она хотела получить кондитерскую – дело ее семьи – себе. Она чувствовала в себе силы и возможности.
Почти всю свою жизнь Мия и ее сестра Мариса вместе с семьей прожили в одном из центральных районов города в квартире в том же самом доме, где была расположена кондитерская, основанная еще их прадедом.
Бесспорно, это было очень удобно, но практически всегда получалось, что Агата, их мама, уходила на работу рано утром и возвращалась домой поздно вечером. Ничего удивительного, что в какой-то момент она стала называть свою жизнь рабством. И Мариса, и Мия помогали, как могли. Первой это совершенно не было интересно, поэтому самое большее, на что она была способна, это принять заказ на торт или стоять за кассой. Второй же нравилось пропадать в лаборатории, смотреть, как бабушка и мама вместе творили сладкие произведения искусства. Но университет, кондитерские курсы и личная жизнь сделали свое дело, и Мия стала появляться там реже. Теперь же, когда учеба была позади, личная жизнь сошла на нет, а дело жизни трех поколений собирались продать, Мия очнулась.
Обо всем этом она рассказывала за обедом матери, стараясь убедить ее ничего не продавать.
- Я могу уволиться с работы и полностью сменить тебя, - говорила она. – Ты наймешь меня на работу, а сама останешься хозяйкой, как и прежде.
- Я ус-та-ла, - отчеканила Агата и положила себе еще шпината, который она терпеть не могла, но заставляла себя есть, чтобы уравновесить потребление сладкого. – Это просто рабство…
Мия хорошо знала песню, которую в очередной раз завела мать. Про усталость, отсутствие личной жизни и развлечений, про то, что не известно, сколько еще осталось жить, а она прозябала в кондитерской.
- Я поняла твою мысль, - Мия дослушала тираду до конца. – Но тогда хотя бы дай мне шанс выкупить ее. Я хочу там работать.
- Выкупай, ради Бога, - раздраженно всплеснула руками Агата и поморщилась, поднося вилку с зеленым месивом ко рту. – У меня есть на примете один покупатель. Поэтому не затягивай с решением. Я не хочу потерять отличную возможность освободиться.
Что здесь можно было сделать? Ее отношение к происходящему было настолько красноречиво, что Мия не сказала и половины из того, что планировала. Более того она увидела, что Мариса совсем не участвовала в разговоре, поэтому предлагать ей что-то было бы лишним. Где же теперь найти необходимую сумму на покупку мечты. Хорошо еще, что недвижимость Агата решила оставить себе, чтобы получать с нее прибыль. В противном случае нечего было даже рассчитывать на успех: сумма была бы неподъемной.
Ночь с субботы на воскресенье длилась бесконечно, Мия проворочалась почти без сна. Но предвкушение от встречи Джордано составляли лишь малую часть мыслей, терзавших ее голову. Самое большее через месяц у нее должно быть готово реальное предложение для матери, иначе все пропало. Под утро ей пришла мысль обратиться к отцу – это могло как-то помочь.
Рано утром, потеряв всякую надежду выспаться, Мия сходила в душ, позавтракала, а затем написала сообщение Джордано, в котором спрашивала, куда они поедут, чтобы знать, как одеться. Ответ пришел через полчаса «должно быть удобно и комфортно». И Мия начала выбирать удобную и комфортную одежду. Пришлось переодеваться три раза. Но не смотря на тщательную подготовку к встрече, она была готова задолго до нее.
Когда без пяти минут десять Джордано позвонил ей и сказал, что ждет ее внизу, она разволновалась и, подождав пять минут, вышла из дома. Увидев Мию, Джордано вышел из машины для приветственных поцелуев. На этот раз он положил свою правую ладонь ей на предплечье, когда касался гладковыбритой щекой ее щеки. А перед тем, как отойти, его рука скользнула до локтя Мии и только потом прикосновение закончилось.
- Сегодня чудесный день для поездки за город, - помпезно проговорил Джордано, открывая перед Мией дверцу машины. – Должен признаться, это еще и немного деловая поездка, но обещаю, ты не успеешь даже утомиться.
- Может, я утомлюсь еще по пути? - подковырнула его Мия.
- Ха, очень смешно! – наигранно нахмурился он. – Знай, что ты всегда сможешь вернуться домой пешком.
Они сели в машину. Мия повернулась и поставила свою сумку на заднее сидение. Как только они выехали на кольцевую, она спросила:
- Теперь ты можешь сказать, куда мы едем, а то я начинаю нервничать…
- Поздновато как-то, Мия. Я уже заблокировал двери, - Джордано позабавило неясное беспокойство проскользнувшее во взгляде Мии, когда действительно раздался щелчок. – Разве сегодня мои глаза не добрые?
- Нет, - отважно ответила Мия. – Сегодня в них полно авантюризма.
Джордано рассмеялся в голос.
- Мы едем в Монтепульчано .
- В Тоскану?! – неподдельно удивилась Мия. – Зачем? У тебя кончилось вино?
Джордано лишь растянул губы, но ничего не ответил. Он достал откуда-то стопку дисков и, сунув их Мие в руки, сказал:
- Выбирай. Я люблю петь в дороге. Надеюсь, у тебя приятный голос, - ехидничал он, - в противном случае будешь просто слушать меня.
Мия занялась просмотром дисков, попутно соображая и переживая о том, достаточно ли она хорошо поет. Просмотрев все коробки, она отмела Брюса Спрингстина, Пинк Флойд и другую тяжелую музыку, которую не слушала. С Куин у нее были связаны воспоминания о Дарио, а их она сейчас не хотела, поэтому методом исключения у нее выпал Стинг. Мия вытащила диск и по-хозяйски вставила его в проигрыватель. При первых аккордах Джордано забарабанил пальцами по рулю, отбивая ритм. А затем он начал подпевать. От его приятного низкого голоса Мия почувствовала, как по телу пробежали предательские мурашки, а к щекам прилила кровь. Она впервые оказалась в машине с практически незнакомым человеком, который вез ее куда-то и зачем-то, и при этом вел себя абсолютно непринужденно. Казалось, он ни капли не смущался. Несколько раз он поворачивал голову в сторону Мии, как бы предлагая ей присоединиться, но она не решалась, да и слов не знала. Но когда заиграла знаменитая «Shape of my heart», оставаться равнодушной было невозможно. И сначала мурлыкая себе под нос а затем и громче, Мия присоединилась к Джордано. При этом она отвернулась к окну, поэтому даже если он и бросал на нее взгляд время от времени, она этого видеть не могла.
Когда песня кончилась, Мия ожидала, что Джордано непременно заговорит о ее голосе, но он продолжал петь, пока они не выехали на автостраду.
- Предлагаю игру, - совсем осмелев сказала Мия, - Джордано молча приподнял обе брови. – Я включаю тебе композиции, а ты их угадываешь до того, как начинают петь.
- Ну что ж, интересно! – воскликнул он. – Давай, музыка только итальянская. Хорошо? Если угадаю все, загадываю желание. Согласна?
- Хорошо! – выпалила Мия, не думая о том, что бы это могло значить на самом деле.
И игра началась. Поставив телефон на зарядку, она стала искать в музыкальном приложении разные композиции и включать их одну за другой. Ее выбор не ограничивался только той музыкой, которую она слушала сама. Мия выбирала разное: от старого до ультра современного. И Джордано отгадывал одну за другой: большинство композиций уже с первых аккордов, у других дослушивал все вступление до конца. Когда осталась последняя песня, Мия ненадолго задумалась, затем нашла то, что искала и нажала кнопку воспроизведения. Джордано выкрикнул имена двух певиц, едва услышал гитару.
- Впечатляет! – воскликнула Мия. – Полагаю, можно было бы продолжать до бесконечности.
- Думаю, найдется музыка, которую я не знаю, но вряд ли она пришла бы тебе в голову, - ответил Джордано, сворачивая с автострады на зеленую двухполосную дорогу, которая вела наверх.
Мия смотрела на пологие зеленые холмы и еще голые виноградники. То справа, то слева стояли одинокие типичные тосканские дома из камня с пологими черепичными крышами и колоннами у входа, окруженные тонкими высокими кипарисами, которые в Лацио являлись непременным атрибутом кладбища, а здесь, в Тоскане, украшали пейзаж.
- И все же, что ты будешь делать в Монтепульчано?
- Я привожу в порядок дом, мне нужно решить кое-какие дела с семьей, которая за ним смотрит. И надо еще посмотреть, в каком состоянии виноградники после зимы. Но сначала мы пообедаем!
Скоро они въехали в Монтепульчано. На улочках было людно – солнце и тепло привлекли туристов и охотников за хорошим вином и вкусной тосканской едой. Погуляв по городу, они вышли на одну из узких улиц на окраине и нырнули в низкую дверь траттории. Внутри после яркого дня был полумрак. Пройдя через весь зал, Мия и Джордано вышли на просторную террасу, с которой открывался потрясающий вид на долину. Она замерла, пытаясь запечатлеть в памяти все сразу: и свет, и звук, и ощущения. Ее эйфорию прервал сиплый мужской голос:
- А, синьор Торри, как вам удалось проскользнуть мимо меня?!
Мия развернулась и увидела, как пожилой сутулый мужчина крепко пожимал руку Джордано.
- Антонио, сколько раз я говорил вам, называйте меня по имени. Познакомьтесь, это Мия.
Антонио сразу же подал ей руку для крепкого рукопожатия. Его взгляд быстро передвигался от нее к Джордано и обратно.
- Очень приятно, Мия, - сдержано ответил он.
- Взаимно…
- Как идут дела? – Джордано стал отходить в сторону, и Мия переместилась на другой край полупустой террасы.
- Все в полном порядке… - услышала она.
Без сомнения, Джордано был здесь своим, скорее всего даже владельцем или совладельцем. Поэтому Мия оставила мужчин поговорить о делах. Она же задумалась о том, кто такой был Джордано Торри. Высокий пост, дорогая машина, дом и виноградник, ресторан. По крайней мере, он не маньяк. Тот не стал бы водить ее в публичные места, где его прекрасно знали.
- Прости меня, Мия, надо было решить один вопрос, - голос Джордано вывел ее из задумчивости.
Он подошел и остановился за ее плечом так близко, что до нее дошел звук его дыхания. Прежде чем развернуться к нему, Мия сделала шаг вперед и только потом повернулась к Джордано лицом.
До того, как Мия оказалась к нему лицом, Джордано смотрел на тонкую полоску оголенной шеи которая выглядывала между шарфом и линией волос, забранных в высокий «хвост». Он был уверен, что духи с утра она нанесла именно на это место. И желание прикоснуться там губами было велико. Но вот она почувствовала его присутствие и качнулась вперед от Джордано мгновением раньше, чем он заговорил.
- Ничего страшного, - тихо отозвалась она на его извинения. – Вид потрясающий.
Пообедали они быстро: Мия взяла только первое, Джордано – только второе. От десерта оба отказались.
Было около трех часов, когда они выехали из городка и свернули на узкую дорогу, которая шла сначала через редкую каштановую рощу, а потом запетляла среди холмов. За одним из поворотов начались виноградники, еще голые после зимнего отдыха. Свернув на проселочную дорогу, машина сбавила ход, но уже через пару минут выехала на лужайку перед небольшим двухэтажным домом из камня.
Джордано первый вышел из машины, Мия - следом за ним. Она залюбовалась открывшимся видом с пологого холма и чудным одноэтажным домом с портиком, так живописно вписавшимся в пейзаж. Стены из камня всех оттенков от охристого до терракотового были массивными, их прорезали высокие закругленные окна с открытыми ставнями. Всюду были цветы, розовый куст оплел одну из рубленых колонн.
- Приехали!
Мия стояла, оторопев. Увиденное настолько поразило ее, что она бы и хотела что-то сказать, но не находила слов.
- Синьор Торри!
Откуда-то из-за дома вышел светловолосый мужчина лет пятидесяти. Он спешно подошел к Джордано и горячо пожал ему руку, затем поприветствовал Мию. Вслед за ним показалась светловолосая невысокая женщина с широкой улыбкой на лице.
- Синьо-ор То-орри, - пропела она, радушно пожимая ему руку. – Как мы ра-а-ады! Синьори-ина, добро пожаловать.
Мия смотрела во все глаза, сначала не понимая, кто это такие. Но прислушиваясь к разговору, стало ясно, что эта семейная пара ухаживала за домом, садом и виноградниками. Они несколько лет назад приехали из Польши, но у Джордано поселились лишь год назад.
- Хелена, не могли бы вы показать Мие дом, пока мы с Матеушем обсудим дела.
- Конечно-конечно, пойдемте, синьорина.
Она пригласила рукой следовать Мию за ней. На большой связке ключей Хелена нашла нужный и открыла дверь. Внутри было достаточно тепло, чтобы понять, что дом немного отапливали, чтобы не дать ему отсыреть. Стены были грубыми из камня без отделки. Над головой – массивные деревянные балки, а на полу большая терракотовая плитка. Мебели стояло немного, она вся была покрыта тканью и пленкой, чтобы не запылиться. Работы здесь еще не завершились, но уже сейчас можно было догадаться, что хозяин вкладывал не только средства, но и душу.
После осмотра дома Мия попросила передать Джордано, что она пошла вниз по холму за домом во фруктовый сад. Черешневые и абрикосовые деревья стояли в цвету. Солнце уже клонилось к горизонту, над землей плыла звенящая тишина.
Мия шла по мягкой зеленой траве и думала о сегодняшнем дне. Ей было и радостно, и тревожно. И если первое чувство она понимала, то второе нет.
Вскоре за спиной послышались шаги, Мия вздрогнула и повернулась. К ней спускался Джордано. От ходьбы и легкого вечернего ветра его волосы развевались.
- Мия, снова прошу прощения. На сегодня все!
При этих словах Мия метнула на него недоверчивый взгляд, приподняв брови.
- Ничего страшного. Я решила прогуляться. Было бы здорово увидеть этот сад, - она махнула рукой в сторону, - уже с плодами.
- Это только к концу мая… - задумчиво проговорил Джордано и окинул взглядом фруктовые деревья слева направо. – Давай прогуляемся…
Джордано сразу пошел вглубь сада, не дожидаясь Мию. Но пройдя шагов десять, резко остановился и развернулся. Она смотрела на него с любопытством, но ничего не говорила. А он подошел к ней и занял место рядом. Так они и пошли вниз по холму все ниже и ниже, оставляя цветущие деревья позади и входя в виноградник.
- Это дом твоих родителей?
Мие не настолько было любопытно, чтобы спрашивать, но ее тяготило молчание, которое наступило между ними.
- Здесь жили мои бабушка и дедушка, а после их смерти дом использовался для отдыха летом и на выходных.
- Очень красивое место, - подытожила Мия и замолчала, так как и ее спутник, по всей видимости, не собирался продолжать эту тему.
- У твоей семьи тоже есть летний дом, верно?
- Да, на Сицилии. Но, к сожалению, я бываю там только летом.
- Расстояние делает свое дело. Я тоже не бываю тут часто. Слишком много дел в городе. Поэтому и нашел эту пару, чтобы следили за домом, выполняли необходимую работу и ухаживали за садом.
- Мне показалось, они были тебе очень благодарны, - заметила Мия.
- У них более чем удачные условия жизни и труда, - сухо пояснил Джордано.
Мия подозрительно на него взглянула. Совсем не понятно было такое изменение в поведении. Но менять свое собственное она не собиралась. Это точно не из-за нее. Хотя и идти молча рядом с сердитым Джордано было неловко.
- Давай вернёмся, - предложила Мия. – Скоро стемнеет. Я замерзла.
Джордано остановился и удивленно посмотрел на нее. Его куртка была полностью распахнута, она же растирала бледные пальцы.
- О, - как будто очнулся он, - возьми мою куртку, мне и так жарко.
Джордано сразу же разделся и, накинув на плечи Мии свой пуховик так и остался стоять напротив нее, не убирая рук с лацканов. Он медлил всего мгновение, всматриваясь в зеленые глаза, а затем поправил выбившуюся прядь у виска и отступил назад.
Мия могла бы поклясться, что он хотел поцеловать ее, но что-то его остановило. Легкое разочарование спустилось ей на плечи, но сразу же сменилось раздражением на саму себя, и она, тряхнув головой, пошла по направлению к дому. Джордано последовал за ней.
Когда они дошли до машины, Мия отдала ему куртку.
- Согрелась… - проговорил он, заметив румянец на ее щеках.
- Куртка теплая, - ответила Мия и села в машину.
- Без сомнения, - наигранно рассмеялся Джордано.
Когда они возвращались назад, солнце уже село. В салоне было темно и лишь свет фар, едущих навстречу машин освещал их лица.
- Это был чудесный день. Спасибо! - Мия натянула очаровательную беззаботную улыбку.
- Тебе спасибо, - задумчиво отозвался Джордано.

Глава 4.

Мия стояла у входа в подъезд и ждала, пока ей ответят в домофон. В руке у нее была бутылка красного вина, которую она купила вчера в Монтепульчано и которая напоминала ей о неслучившемся поцелуе. Она все перебирала в памяти те минуты в винограднике, когда Джордано хотел поцеловать ее, но не сделал этого. Что могло заставить его передумать?!

- Кто? – спросил расслабленный голос из динамика домофона.

- Мия.

Она стала подниматься пешком по ступенькам, еще раз обдумывая доводы, которые смогли бы убедить отца помочь ей с кондитерской. Их было не много.

- Пап, привет! – Мия чмокнула отца и протянула бутылку вина.

- Привет, как ты угадала, что надо было принести красное?

- Все просто – ты никогда не готовишь рыбу, - раскрыла она свой секрет. – Как дела? Не скучаешь на пенсии?

- О, нет, - рассмеялся отец, округлив глаза, как будто Мия спросила самую глупую вещь в мире, - наконец-то у меня есть время на все то, на что не было раньше.

- Прошу заметить, что дети уже выросли…

- И слава Богу! – отшутился он, - ты ведь не будешь начинать, что тебе не хватало отца и прочее?

- Нет, конечно, я пришла по другому делу.

Мия знала, что отцу можно вот так с порога заявить о том, зачем пришла. Всякого рода увиливания и притворство были ему противны.

- Тогда садись, - он пододвинул высокий барный стул поближе и начал открывать вино, а когда дал Мие в руку бокал, добавил, - теперь я готов тебя слушать!

- Я хочу купить у мамы кондитерскую, - начала она с главного.

Сильвано слушал Мию очень внимательно, не перебивал. Ее идеи были продуманы и точны – сказывалось экономическое образование. Она не нацепляла себе розовые очки, рисуя радужное будущее. Наоборот, разложив перед ним бумаги с расчетами и планами, говорила о возможных рисках, хотя они и были минимальны, учитывая репутацию кондитерской.

- Какую цену выставила твоя мать?

Мия назвала цену – на лице отца не дрогнул ни один мускул.

- Это большие деньги, Мия! При всем желании у меня нет этой суммы.

Мия поставила перед собой бокал и смотрела перед собой, подперев голову руками. Брови сползлись домиком к переносице, губы плотно сжаты.

- Я понимаю, я и не надеялась, вернее надеялась, - горько усмехнулась она, - но я ни в коем случае не могу никого ни к чему принудить. И твой отказ я пойму, как понимаю и мамин. Я не понимаю только одного почему она не хочет сохранить кондитерскую в семье.

- Может быть, она не видит возможности, как это сделать, освободившись самой.

С лица Мии исчезло миролюбивое выражение лица.

- О, я знаю, она всегда не особо верила в меня…

- Почему ты воспринимаешь это именно так? – Сильвано поторопился вмешаться. – Может быть она не хочет тебе той же участи, что и себе?!

- Тогда она могла бы просто напросто передать часть дел мне, а не пропадать днями и ночами в лаборатории, потом за кассой. Вдвоем мы могли бы разделить обязанности, со временем она могла бы совсем отойти от дел. А не продавать дело трех поколений только потому, что ты не в состоянии заполнить пустоту ничем, кроме работы! У меня бы было свое дело, я хочу заниматься тем, что мне нравится и что я умею. А не бегать по этажам фирмы, разнося папки и выполняя отчеты с цифрами, которых там быть не должно!

Мия выдохлась. Пока она говорила, отец застыл и молча слушал ее, ловя каждую эмоцию на ее раскрасневшемся лице. А она так рьяно защищала свою точку зрения, что неосознанно перешла к обвинениям.

- Мия, успокойся, - отец поставил перед ней тарелку с мясом и овощами. – Я понимаю твою точку зрения. И во многом согласен с тобой. У меня, к сожалению, нет всей суммы в свободном доступе, но есть половина. Если тебе удастся найти вторую половину, то деньги твои.

Мия не верила своим ушам. Неужели дело сдвинулось с мертвой точки?! Но так и было, потому что остаток вечера они провели за обсуждением деталей и идей Мии. На прощание Сильвано сказал, что она может рассчитывать на него во всем.

- У меня есть свободное время, так что обращайся!

Это предложение окрыляло Мию до тех пор, пока на нее не стали сыпаться отказы в кредите. Она обошла несколько банков: по одному каждый день, начиная со вторника и заканчивая в пятницу. Но ей везде отказали из-за временного контракта. Это значительно подорвало ее веру в успешный исход дела. Не смотря на то, что впереди были еще три недели, вариантов, где взять нужную сумму, не осталось.

- Проклятье! – прошипела Мия, выходя из дверей банка и аккуратно, чтобы не смазать потерла уголки глаз.

Нужен был запасной план, которого, собственно говоря, у нее как раз и не было. Мия гневно сжала увесистую папку с документами. Она лишь на мгновение задержалась у дверей банка, как будто решая, вернуться ли назад, чтобы попытаться снова, хотя это было совершенно бесполезно, или же уйти прочь. Спускаясь по лестнице, она раздумывала над каждым шагом, вытягивая носок ступни, прежде чем поставить ногу на очередную ступеньку. При этом она смотрела вниз себе под ноги. Но подумав, как это могло выглядеть со стороны, она подняла голову, устремляя взгляд вперед поверх голов прохожих.

Мия быстро пробежала глазами по полукругу площади и остановилась на знакомой фигуре мужчины, который стоял на другой стороне дороги. Это был Джордано, и он совершенно точно смотрел на нее. Как долго он так стоял, она не знала, но по его пристальному взгляду можно было подумать, что уже некоторое время он наблюдал за ней.

Сначала на ее губах заиграла милая кокетливая улыбка, но, вспомнив, как они расстались, Мия нарочно ее стерла с лица и стала серьезной. Она не двигалась с места еще мгновение, решая, стоит ли ей самой подойти к нему, но Джордано уже шел навстречу.

У него была уверенная, но легкая походка. Мия могла бы сравнить его с крупным хищником из семейства кошачьих. Не смотря на свой рост он все равно казался грациозным. Он казался ей очень привлекательным. И она, словно его будущая жертва инстинктивно захотела бежать, но глаза его уже пригвоздили ее к месту – оставалось только ждать.

Глава 5.

Когда Джордано скрылся за поворотом, Мия вошла в кондитерскую и пошла в лабораторию. Она беззвучно переоделась и вымыла руки, а затем начала наполнять сицилийские трубочки кремом из рикотты. Пару раз ее что-то спрашивал Даниэле, но она его не слышала, погруженная в свои мысли. И он оставлял ее в покое. Но когда она облизала испачканный в сладкой рикотте палец, возмущенный кондитер не сдержался и стукнул кулаком по столу, грозно выкрикивая ее имя.

- Мия, - пробасил он.

Мия вздрогнула и уронила кондитерский мешочек с кремом на пол.

- В чем дело, Дани?! – разозлилась она, но быстро взяла себя в руки.

- Я уже два раза звал тебя, а ты меня не слышишь! – взвизгнул он, сменив бас на фальцет. – Что происходит?! Посмотри!

Он ткнул венчиком в трубочки, которые лежали на подносе.

- Заказывали без вишен, а ты уже в половину их натыкала! – сердился он.

- Черт! Черт!! Черт!!!

Мия подняла мешок с пола и бросила его в мойку. Надо было срочно выковыривать вишни, пока они не окрасили рикотту с краю в розовый цвет.

- Оставь, эти отнесем на продажу, - смягчился Даниэле. – Начинай делать новые. Там достаточно трубочек. Но ты мне расскажешь, что с тобой происходит!

Мия подняла на него глаза.

- Ничего не происходит! – раздраженно ответила она. – Просто думала, по какой причине мужчина не делает никаких попыток сближения с женщиной.

- Что значит по какой, милая моя, - назидательно отвечал Даниэле, - по той, что женщина ему может быть просто не интересна!

Это не приходило Мие в голову потому, что она была уверена, что в случае с Джордано, это не так.

- В конкретном случае я с тобой категорически не согласна! – воскликнула она. – Еще причины?

- Да сколько твоя душа пожелает! – Даниэле оторвался от дела – видно было, что к вопросу он собирался подойти с энтузиазмом и креативностью. – У него другой интерес к этой женщине, деловой, например. Он – гей. Она его отталкивает. Он женат, у него есть девушка, он состоит в сложных отношениях. Он – импотент. У него увечья, и он стыдится этого. Психические растройства… Еще?

- О нет, достаточно! Ты просто убил меня, Дани!

Мия начала яростно обмакивать края трубочек в мелко порубленные фисташки. Ни одна из версий ей не нравилась, и чем больше она обдумывала каждую из них, тем больше фисташек налипало на сладкую блестящую рикотту.

Когда в одиннадцать Мия выходила в зал к клиентке, она уже успела немного успокоиться и переварить многочисленные варианты Даниэле. На ее лице играла располагающая улыбка. Она представляла себя хозяйкой этой кондитерской и хотела сыграть эту роль на отлично.

Невеста появилась с опозданием в десять минут. Она ловко выскочила из внедорожника, который оставила во втором ряду, перегородив выезд как минимум трем другим машинам, и, нажав на пульт, засеменила к двери на высоких каблуках лакированых сапожек. Войдя внутрь кондитерской, она сняла солнечные очки, неторопливо убрала их в чехол, а затем в сумку и только потом огляделась. Именно в тот момент Мия встала из-за дальнего столика и прошла к ней.

- Марилена, доброе утро, - первой поздоровалась Мия.

- О, Мия, привет, прошу прощение за опоздание. Ужасная пробка на Корсо Триесте. Можно мне чашечку кофе? Мой диетолог мне запретил, но черт с ним! Я должна выбрать свадебный торт, а мой жених как всегда занят. Мне нужен допинг, иначе я сойду с ума от всех этих забот!

Она так тараторила и размахивала маленькой холеной рукой, что Мия невольно улыбалась: ее забавляла эта молодая женщина.

- Присаживайтесь, переведите дух и расслабтесь. Сейчас мы все устроим!

- О, давай лучше на “ты”. Выбирать торт на свадьбу – это такое важное событие, что не терпит холодности и формальности, - снова быстро заговорила Марилена, усаживаясь на стул и отставляя от себя сумку за соседний столик.

Когда Мия ушла за кофе, она бегло огляделась по сторонам и взяла в руки телефон. Еще до того, как на стол перед ней поставили чашку, она успела отправить два голосовых сообщения. Казалось, что вся ее фигура была в постоянном движении. Энергии ей было не занимать. Если она не разговаривала, то что-то набирала на смартфоне. И делала это очень быстро, перебирая пальцами обеих рук, поднимая телефон высоко перед глазами. Ее спина и шея при этом оставались прямыми и натянутыми, как струна, не давая коротким пышным волосам упасть на глаза.

Пока Марилена пила кофе, Мия начала рассказывать о кондитерской, людях, которые тут работали и о продуктах, с которыми они имели дело. Но невеста перебила ее и сказала, что навела справки и ознакомилась с сайтом.

- Все, кто заказывал у вас торты, остались ужасно довольны, - подытожила она. – Но проблема в том, что я не знаю, какой торт заказать…

- Обычно выбирают из собственных предпочтений или что-то, что нравится всем.

Марилена тряхнула головой, отправляя на место выбившиеся темные пряди.

- Лично я бы заказала лимонный или шоколадный. Но на свадьбу, мне кажется, это не подходит.

- Лимонный нравится далеко не всем, - аккуратно начала Мия пододвигая ближе к себе папку с работами Дани. – Но вкус, на мой взгляд выбрать гораздо проще. Сначала надо определиться с внешним видом.

Тут Мие пришлось прочитать целую лекцию на тему типов тортов по внешнему виду. Какие-то из них Марилена отмела сразу, над некоторыми задумалась. Она так увлеченно и восторженно отзывалась о работах Даниэле, так весело хохотала и шутила, что Мия чудесно провела время. В итоге было решено провести небольшую дегустацию в среду в половине седьмого.

- Мия, - Марилена протянула свою нежную руку для рукопожатия, - большое спасибо. Это было увлекательно. С нетерпением жду среды! Если мне что-то еще придет в голову, я сообщу.

- Обговорите идеи с женихом. Это только так кажется, что им все равно…

Марилена только закивала на последние слова и с довольной улыбкой вышла из кондитерской. Но не успела Мия выдохнуть, как она вернулась снова, хохоча сообщая, что оставила свою сумку. А когда выруливала на дорогу, то, сдавая назад, тихо стукнула чужую машину.