Однажды октябрьским вечером

Однажды октябрьским вечером

Лили возмущенно уставилась на Джеймса:

- Я! Уже! Устала! Сидеть! В четырех! Стенах! - чётко выговаривая каждое слово, сообщила она мужу. - Мне! Нужно! Отдохнуть! И развеяться!

- Но, солнышко, - растерянно возразил Джим, - Мы не покидаем дом исключительно ради безопасности... И потом, Гарри...

- Гарри уже достаточно большой, чтобы обойтись без нас хотя бы один вечер. А что до безопасности... Если я посижу взаперти еще немного, я сойду с ума! Ваш Темный Лорд вам всем сказкой покажется, это я тебе обещаю!

- Но Гарри...

- Попроси Сириуса, в конце концов! Он его крестный, или мимо пробегал?!

- Но, солнышко, у него дежурства, патрули... Ни минуты свободной, ты же знаешь...

- Ах так! Ну что ж, я сама найду, с кем оставить Гарри. Но если ты и после этого вздумаешь увиливать!...

Джеймс, от греха подальше, притянул к себе жену и поцеловал. Да, разъяренная Лили была проблемой пострашнее Волдеморта, и с этим нужно было срочно что-то делать.

Улучив минутку, Сохатый связался с Бродягой по сквозному зеркалу:

- Выручай друг! Вопрос жизни и смерти!

- Пожиратели напали? - резко подобрался Сириус.

- Да если бы! Лили лютует. Ей срочно нужен выход в свет, ну и на обычное свидание она вроде тоже согласна. Вот только Гарри не с кем оставить...

- Понял, сделаю.

Джеймс едва не прослезился:

- Ты... ты настоящий друг! Завтра сможешь?

- Ну... так, поменяюсь с Дорри... смогу.

- Жду! Ты мне буквально жизнь спасаешь! - обрадовался Джеймс и оборвал связь.

Сириус почесал в затылке и напряг память: как надо развлекать годовалых малышей он приблизительно представлял, но в глубине души надеялся, что свидание не слишком затянется. Всё-таки крестника ему не оставляли ни разу: рядом всегда был кто-то из родителей.

Вечером 31 октября Сириус постучал в двери дома в Годриковой Лощине, и не успел даже тявкнуть, как створки распахнулись, и его буквально втащили внутрь.

- Ты пришел, спаситель наш! - восторженно прошептал Джеймс. - Сейчас, я только скажу Лили...

- Так ты ей не говорил? - пораженно замер Сириус. - Да ты с ума сбрендил, дружище! Женщины начинают готовиться к выходу в свет минимум за неделю. Даже в самых экстренных случаях им нужно несколько часов на сборы. Лили тебя убьет!

- Ну хоть ты не начинай...

Разговор прервался внезапно: в дверь снова постучали. Парадоксальным образом в этих нескольких ударах чувствовались строгость и некоторая чопорность.

- Ты ждешь еще кого-нибудь? - округлив глаза, шепотом спросил Бродяга.

- Нет, - так же шепотом ответил Джим, и друзья, не сговариваясь, нацелили на дверь свои палочки.

- Джеймс! - раздался со второго этажа голос Лили. - открой дверь. Это ко мне.

- Кто мог придти к Лилс? - глаза Сириуса стали еще больше.

- Тоже интересно, - пробормотал Джим, некстати вспомнив, что у его аниформы — шикарнейшие рога.

Тем временем посетителю надоело ждать на пороге, и дверь распахнулась сама.

- Профессор МакГонагал! - потрясенно выдохнула парочка Мародеров.

- Добрый вечер, мистер Поттер, мистер Блэк, - спокойно произнесла Минерва. - Могу я увидеть Лили?

Вчерашние шалопаи синхронно расступились, пропуская своего декана. Им даже в голову не пришло, что это может быть кто-то из Пожирателей под оборотным — профессора трансфигурации они узнали бы в любом виде.

В гостиной всех троих встретила Лили, уже накрывшая чайный столик, и — внезапно — при полном параде.

- Благодарю Вас, профессор, что согласились присмотреть за Гарри, - Лили была само очарование.

- Только женщина может понять женщину, - степенно кивнула Минерва и добавила: - Отдохни как следует, деточка, о малыше не переживай.

Лили, схватив Джеймса под руку, буквально вылетела из гостиной, оставив Сириуса глупо хлопать глазами: если за Гарри будет присматривать Маккошка, то на кой Сохатый выдернул его с дежурств?

Но уйти по-тихому теперь было бы некрасиво. Нянька так нянька.

Мелкий оказался парнем с громким голосом и отлично развитыми легкими. Две добровольные няни убедились в этом буквально сразу, едва за четой Поттеров захлопнулась дверь. Ребенок требовал сначала маму, потом папу, потом обоих сразу.

Сириус решил не мелочиться и зашел с козырей, обратившись в огромного черного пса. Гарри, вспомнив, как уже катался на собачке, реветь перестал. Правда, уже через полчаса несчастный Сириус оглох на оба уха от счастливого детского визга, ребра болели от тычков ножками, а в шкуре появились заметные проплешины, выдранные детскими ручками.

МакГонагал смотрела на этот цирк со смесью жалости и ужаса. Она безусловно, сочувствовала юному Блэку, который самоотверженно развлекал крестника ценой физических страданий, но еще больше сочувствовала себе, понимая, что через каких-нибудь десять лет это черноволосое исчадие ада вырастет и переступит порог Хогвартса. И что-то подсказывало Минерве, что это будет очередной гриффиндорец.

Ездовая собака в конце концов, просто рухнула на пол, оборотившись обратно в человека. Гарри, впрочем, было без разницы, он продолжил увлеченно прыгать на «Сили», пока крестный изображал из себя труп недельной давности.

Пожалев своего бывшего ученика, МакГонагал решила немного развлечь ребенка с помощью магии. Но трансфигурированные движущиеся животные энтузиазма у Гарри не вызывали. Он приготовился снова исполнить арию Очень Расстроенного Младенца, но Сириус, из последних сил взмахнув палочкой, прошептал:

- Ассио, метла Гарри...

Игрушечная метла была подарком крестного, за что крестный этой метлой от Лили в своё время и получил. Но сейчас это был шанс на спасение. Мелкий влез на метлу и с визгом принялся носиться по гостиной. МакГонагал, сидя в уголочке, контролировала лишь, чтобы мальчик не убился обо что-нибудь. Бродяга предусмотрительно продолжал изображать коврик у дивана и считал минуты до возвращения друзей.