Однажды в горах

Глава 1

15 дней до.

Роми Брекстон

- Ты себе только представь, — Флоренс чуть наклоняется к столику, заговорщицки смотрит на меня, — Две недели в тиши швейцарских гор, в деревянном доме, со всеми удобствами! В отличной компании, катания на лыжах, сноуборде, барбекю, вино и полное отключение от этой суеты!

— Это не моё, я человек города, мне важна суета и бесперебойная связь с миром — устало произношу, отпивая эспрессо из маленькой чашечки. В кофейни практически нет посетителей, что и даёт ощущение уюта, к тому же здесь готовят отличный кофе и сладости, которые я готова поглощать килограммами. – А пункт, где упоминается отличная компания, меня ещё больше настораживает, прости.

- Роми, тебе нужно выбираться из твоей каморки на двадцатом этаже и учиться отдыхать, — твёрдо, но без упрёка говорит она, — Недавно прочитала исследования в каком-то журнале, что сорок процентов людей, умирающих от рака, страдали трудоголизмом и всячески избегали качественный отдых! – Флоренс продолжает наседать на меня, пытаясь склонить на свою сторону, но за пять лет нашей дружбы я научилась противостоять такому напору, даже когда подруга подкрепляет это какими-то сомнительными статистиками.

- Я отдыхаю, у меня в недели есть целые сутки, когда могу посветить только себе…

— Вот именно могу, но не хочу! Да и это не отдых, когда твой чёртов телефон не замолкает ни на секунду! Отдых предполагает смену обстановки, где нет дедлайнов и назойливых звонков, где на смену привычным четырём стенам твой мозг начнёт ощущать совершенно другие картинки, понимаешь? Когда ты в последний раз просто... дышала, расслаблялась, встречалась с кем-то, кроме коллег?

Мой взгляд невольно падает на заднюю панель телефона, за последние пятнадцать минут он несколько раз вибрировал, сообщая о входящих смс, но я держусь, хотя это даётся с трудом.

- И давно ты стала настолько погружена в медицину и заботу о моём самочувствии? – скептически спрашиваю, но Флоренс не пронять, она, лишь выпучив глаза, смотрит, ещё чуть-чуть и она, возможно, накинется на меня.

С Флоренс мы познакомились на вечеринки по случаю открытия редакции, в которой я работаю. Тогда я была студенткой филологического факультета, а Флоренс руководила рестораном, который был нанят в качестве кейтеринга на вечеринке. Перекинувшись парой предложений, мне стала ясно, что она мой человек. Добрая, весёлая, лёгкая в общение, всё то, чего мне так сильно не хватает. К тому же оказалась, что мы учимся в одном и том же университете.

- Нет, но думаю, сто́ит начинать с чего-то, тебе необходим горный воздух, который выбьет из тебя всю эту городскую копоть и редакторский перфекционизм! — с этими словами она поднимает руку, подзывая к себе официанта, скучающего у барной стойки, — Можно принести мне ещё порцию эклеров!

- Куршавель это дорого, там скопления людей, шумно да я с ума сойду в первый же день!

- Не больше людей, чем у тебя в редакции, напомни, сколько стоит столов на один квадратный метр? - Флоренс расплывается в широкой, заразительной улыбке, — Насчёт денег не переживай, снимем дом не в эпицентре веселья, скинемся всей компанией. Едет сестра, мой сосед Тим и, возможно, поедет ещё Нейтон...

- Боже, Барбара, — непроизвольно морщу нос, вспоминаю высокомерную сестрицу подруги, — Её перманентные шоу думаю не самый удачный пример, для того чтобы я согласилась. Тим с его неуместными подкатами, то ещё себе удовольствие!

- Не преувеличивай, — Флоренс вздыхает, её голос становится теплее.

- А ещё и этот хмурый памятник Нейтон, который два слова не может связать без гримасы недовольства. Угрюмый и нелюдимый тип! – в моей памяти всплывает одна-единственная встреча с двухметровым, небритым неандертальцем, у которого напрочь отсутствует чувство юмора, а собственное эго готова затмить солнце в зените. - Фло, это не отдых, это испытание на прочность! Я лучше здесь с дедлайнами и пробками побуду!

- Я не уверена, что он поедет, так как вроде у него планируется командировка в Италию, у них какой-то сбор айтишников, но вот Тим точно в деле, так как взялся за аренду дома! – воодушевлённо тараторит Флоренс, запихивая в рот очередной эклер, — А ты чего не ешь?

- Не хочу, — не выдержав, переворачиваю смартфон, пробежав по экрану взглядом. Ассистент прислал список вопросов по планированию следующего выпуска журнала, который мы публикуем в интернете вот уже третий год. И именно с него началась мой рост по карьерной лестнице, это моё детище и стимул работать усерднее, и как теперь объяснить подруге, что не так просто оставить дело, в котором я уверена больше, чем в завтрашнем дне, – Как мне ехать на отдых, пока не завершена коллегия по выпуску? В новой должности я совсем недавно, ну и как будет выглядеть с моей стороны, что вот возьму и возьму отпуск на две недели?

- Роми, мы с тобой дружим уже лет сто, и мне ты не уделяла и трёх полноценных дней, плюс в этом году ты пропустила мой день рождения…

- Он бы на Маврикии, Флоренс, это не законно с твоей стороны этим попрекать! Мне очень сложно вот так взять и выехать из страны, — меня начинает раздражать такая самоуверенность подруги в том, что всё решается по одному её желанию. Я очень долго шла к должности редактора в журнале, это была моя мечта последние пару лет, и сейчас так просто слить все усилия в унитаз не очень-то и хотелось.

- Хочу, чтобы ты не превратилась в ту самую тётку за тридцать, у которой нет личной жизни, а работа сожрала всю её молодость без остатка. – теперь в её голосе нет той лёгкости, Флоренс хоть и выглядеть порой, беспечна и легкомысленно, но в действительности она часто бывает вдумчивой и озадаченной, — Помнишь, когда мы учились в универе, смеялись над такими женщинами, считая их загнанными в угол из-за своей неосмотрительности, сейчас ты словно выбрала такой курс, работать, пытаясь заменить настоящую жизнь пресловутыми амбициями!

Глава 2

14 дней до.

Роми

Утро начинается с тревожного звона будильника в шесть тридцать утра, но я уже не сплю — мои пальцы лихорадочно листают рабочий чат в телефоне, пока за окном ещё копошится предрассветная серая мгла.

В голове мелькает мысль выпить кофе и сделать небольшой перерыв перед выходом из дома, но времени остаётся совсем мало, а мысли роются в голове не прекращая. Сегодня дедлайн для следующего номера, а автор колонки о «токсичной продуктивности» прислал текст, больше напоминающий поток сознания уставшего менеджера.

Стискиваю зубы, набрасывая в блокноте пометки красной ручкой: «Переписать вступление. Убрать воду. Источники?!!»

Откинувшись на спинку стула, упираюсь взглядом на одинокую пустую кружку со смешным изображением лягушки. Подарок Флоренс.

Возможно, подруга отчасти права, и я слишком увлеклась своей карьерой. Последнее отношение у меня были три года назад, последнее свидание полгода, а флирт по переписке месяца три с парнем, который был мил, но после десятка пропущенных от него сообщений он перестал мне отвечать.

Не могу сказать, что это расстроило, я просто отправила его анкету в архив, решив, что не так он мне и понравился. У моря бываю раз в год, зато стабильно хожу на йогу и спа. У меня всё под контролем, и это меня вполне устраивает.

Через два часа я уже на работе.

Мой кабинет — моя святыня. Стеклянная клетка с видом на городской парк, релакс для глаз. Когда уже глаза горят от монитора и букв смотрю на зеленную листву, на солнечный свет и считаю это достаточным в моей жизни. На столе: три монитора, гигантская кружка с надписью «Работай», и стопка статей, принесённых несколько дней назад. Они испещрённые моими жёсткими пометками: «клише», «поверхностно», «где факты?».

Авторы порой на меня обижаются за слишком резкие комментарии, но это не мешает мне продолжать искать идеальные словосочетания и острые предложения.

Открыв окно браузера, кликаю на почту, половина из того, что приходить отслеживается аналитиками, далее всё, что может заинтересовать наш портал, попадает мне и ещё трём редактором. Здесь уже работают принцип, кто успел, тот молодец.

Мои коллеги не успели ещё увидеть это письмо, поэтому воодушевлено, откинув посторонние мысли, начинаю мониторить предложения и темы. Парочка достойных попадает в мою папку, ещё несколько, без сомнений, отправляю в сброс, ну а всё остальное достаётся другим редактором. Наш журнал базируется на трёх китах: бизнес, фэшн индустрия и новостная лента.

Отдел, в котором, я редактор отвечает за новости, но также в мои обязанности входит контроль всех процессов, выходящих из нашего отдела. Моя главная цель — главный редактор, а на текущей должности я выполняю все обязанности, что даёт напрямую хороший трамплин на дальнейшее повышение. В офисе уже пошли слухи, что именно моя кандидатура утверждается у больших боссов.

Отложив разбор почты, собираюсь заняться проверкой мудбордов, как мне на личную почту приходит письмо от Флоренс. Щёлкнув мышкой, меня встречает вереница фотографий снежного леса, горных склонов, огромного деревянного дома, в окружении сосен.

Подруга решила идти в наступление, видимо, она действительно считает, что меня вот так легко перетянуть на сторону красивых картинок. Усмехнувшись в ответ, посылаю смайл с высунутым языком.

Напоминание на телефоне оповещает, что планёрка состоятся через десять минут. Сгребаю со стола все тексты, спешу в кабинет к главному редактору.

- Доброе утро! – произношу громко и строго. Так, меня научила мама, которая всегда твердила одно- дисциплина, уверенность и высокая планка даёт человеку шанс добиться чего-то, женщина в мире мужчин должна всё это умножать на два. Ненавистная, но настолько же работающая привычка.

- Начнём! – дав отмашку, главред внимательно слушает в начале руководителей отделов, после редакторов, писателей и копирайтеров, последние заканчивают стажёры.

- Колонка на пятой странице можно озаглавить как любовь к себе, — девушка – стажёр, не помню, как её зовут, робко предлагает тему, от которой меня уже тошнит. Каждое издательство словно прописывает в своей работе именно этот кейс. Изъезжено. Скучно.

- Будто это уже пошло, не думаешь? — холодно режу, отчего испуганный взгляд девушки – стажёра опускается на её планшет, надеюсь, она не заплачет, — Это уже было в каждом блоге с котиками! Нужен ракурс: почему мы ненавидим себя, чтобы нас любили другие? — комната затихает. Главный редактор кивает, одобряя мою резкость.

Между совещаниями выкраиваю минуты для правок. Отправив файлы автором, а на мне их трое, беру стаканчик с кофе, который остыл, жадно отпиваю. Не проходит и пяти минут, как в дверь кто-то аккуратно стучит.

- Заходи! - Лиззи, автор, работающий в журнале год врывается в мой кабинет с горящими глазами.

- Ты вырезала практически всё, а я всю душу отдала этой статье!

- Твоя душа не оплатит штраф за плагиат. Вот три источника, подтверждающих твои гениальные выводы, Лиззи! — парирует ледяным тоном. Лиззи округляет глаза, словно впервые видит меня.

- Вдохновляться не запрещено законом! – чуть придя в себя, она пытается прожечь меня взглядом, но как же плевать. Если бы я, каждый раз велась на такого рода действия, вряд ли смогла заполучить своё место.

Глава 3

Роми

- Алло, мам, — мой голос нейтральный.

- Роми, наконец-то! Я тебе звонила два раза, что, чёрт побери с твоим телефоном? — голос звонкий, деловитый, без тепла, как, впрочем, и всегда.

- Что-то случилось? — устало спрашиваю, стягивая очки.

- Нет. Я просто хотела тебе сказать, что вчера на пилатесе встретила давнюю знакомую с её сыном, Тревором, он, знаешь, такой симпатичный парень. И я тут подумала, было бы отлично, если вы, например, поужинали как-нибудь!

- Нет, это не самая лучшая идея. У меня на работе завал! – перебиваю её, мой голос напрягся, так как периодически она пытается меня, с кем-то свести, хотя я об этом её не прошу.

- Роми, не будь эгоисткой! Я стараюсь для тебя! Тревор – замечательный молодой человек! У него прекрасная работа в банке, квартира в центре, машина... Он надёжный, а это важно в наше время, понимаешь? Родители – сплошь интеллигентные люди, мои хорошие знакомые. – её тон резко меняется, становится назидательным, с металлическим оттенком, как в детстве, когда я отлынивала от домашки, либо домашних дел.

- Мам, это не эгоизм. Это моя жизнь. Мне неинтересно. Я не хочу. Пожалуйста, перестань. — сжимая телефон, пытаясь сохранить спокойствие.

- Не хочешь? А чего ты хочешь, позволь спросить? Работать до седьмого пота в этом своём журнальчике? Стать старой девой? Смотреть, как у других семьи, дети? Ты думаешь, такие шансы каждый день выпадают? Тревор – золото! Интеллигентный, внимательный, он то, что нужно тебе! – мамин голос повышается, звучит обиженно и властно одновременно, я же делаю глубокий вдох, после выдох лишь для того, чтобы не послать её куда подальше вместе с её ненаглядным Тревором, или как там его.

- Я не хочу тебя обижать и ругаться, но поверь, сейчас меня это не интересует, правда!

- Ты драматизируешь, можно хотя бы попробовать, дочь! – мать с раздражением продолжает давить на меня. - Что тебе сто́ит выпить кофе? Полчаса! Я уже пообещала ему…

Чувствуя, как знакомый ком обиды и бессилия подкатывает к горлу. Мне физически не хватает воздуха. Смотрю на мигающий монитор, стараясь фокусироваться на чём-то безопасном.

- Мама, пожалуйста. Не сейчас. Не заставляй меня... — ловлю себя на том, что чуть не сказала ненавидеть тебя ещё больше. – Меня Флоренс пригласила на отдых! – не знаю, почему я решаю это сказать ей, так как ещё не решила, но это единственное, что возможно позволить мне отделаться от неё.

- Я не заставляю, я советую, как мать! Подумай о будущем! Одиночество – это ужасно! Ты уже не девочка! Тебе нужна стабильность, опора! Тревор – идеальный вариант! Не упрямься из вредности! – она не слышит или не хочет слышать мои мольбы. – А насчёт поездки, так ты не переживай, я Тревору передам твой номер, хорошо?

- Я не буду встречаться с Тревором, прости, и перестать меня пытаться, с кем-то свести, я в состоянии сама этим заняться! — закрываю глаза. Внутри всё кричит, но голос становится тихим, плоским, как стёртый карандаш, — Это моё окончательное решение. Передай своей подруге, что её сын замечательный, но я не в его вкусе.

- Ты всегда была упрямой и неблагодарной. Я пытаюсь тебе помочь устроить жизнь, а ты... Только не удивляйся потом, когда окажешься одна у разбитого корыта. И не звони мне с жалобами. – она произносит это ледяным тоном, но я чувствую, что это не конец.

- Хорошо, мам. Пока.

- До свидания, Роми.

Щелчок в трубке. Гул разъединения повис в воздухе, гуще, чем тишина до звонка. Медленно опускаю руку с телефоном.

«Идеальная партия».

«Золото».

Как будто я сломанный прибор, которому нужно надёжное крепление. А не человек. Резко провожу рукой по лицу, смахивая несуществующую слезу. Слёз не было. Была знакомая пустота и ледяная тяжесть в груди. Мать снова сумела дотянуться до самого больного: до ощущения, что я – вечный «запасной вариант», недостойный настоящей любви, лишь «партия» для кого-то.

________________________

На кухне ресторана Флоренс, запах чеснока и базилика смешивается с грохотом посуды. Подруга суетится возле огромных плит, пытаясь сотворить очередной шедевр. Я уютно устроилась на барном стуле, ковыряя вилкой в пасте «карбонара», которую Флоренс на скорую руку приготовила. Сейчас она занимается шоколадным фонданом, это её коронный десерт.

Вообще, Флоренс большой начальник в этом ресторане, но изредка, поздно вечерами она приглашает меня к себе и готовит излюбленные блюда. Сегодня была та самая ночь, когда я с наслаждением наблюдала за ней и поглощала наивкуснейшие кулинарные творения самого прекрасного человека в моей жизни.

- Ты меня сегодня порадуешь? – Флоренс, вытирая руки о фартук, тычет в меня шумовкой, — Билеты на брони, но я не могу за тебя заполнить их!

- Не дави! – шиплю, запихивая сливочные макароны в рот. Последний раз с таким удовольствием я ела неделю назад, как раз когда ко мне домой подруга привезла кучу ланч-боксов со свежей едой. – Ты богиня кулинарии, Флоренс!

- Не подлизывайся! – строго говорит она, заглядывая в духовку, — То, что я офигенно готовлю и без тебя знаю, а ещё я пытаюсь сохранить нашу дружбу, если ты не заметила.

- Ну прекрати, ты же понимаешь, что все твои секреты у меня — вот здесь, — актерски тычу пальцем в висок и загадочно улыбаюсь. А если серьёзно иногда задумываюсь над этим вопросом, почему такая жизнерадостная, энергичная и невероятно добрая Флоренс дружит с такой, как я – занудной, холодной и супернекоммуникабельной.

Глава 4

Роми

Как только фольгированные прямоугольники скрылись в мусорке, Флоренс достаёт из кармана смятый буклет «Куршевель: рай для тех, кто смеет».

- Как это мило! – протягиваю, но на самом деле меня тошнит от вида такой нелепой рекламы.

- Роми почему бы не позволить себе... — она делает паузу, подбирая слово, — не контролировать всё пять минут?

Смотрит на фото: окна шале отражают горы, такие же холодные и неприступные, как мои аргументы. Вспоминает, как неделю назад забыла о встрече с Флоренс, застряв на работе. Как та принесла молча мне еду, без упрёка и обид. Флоренс просто ангел.

- Там будут люди, которых я не перевариваю, — мои последние аргументы даже для меня кажутся нелепыми, — Ну, естественно, кроме тебя, ты исключения.

— Кто? Барби? Не переживай, я тебя не дам ей в обиду. У неё планы на съёмки, контент и куча рекламных интеграций. Тима беру на себя, буду поворачивать весь огонь пошлых шуток от тебя, правда – правда! Ну а с Нейтоном проблем вроде не должно быть, — бросает Флоренс невинно, проверяя соус.

— Тот угрюмый тип, который считает улыбку признаком слабоумия? Ты уверена, что именно с ним не будет проблем? — фыркаю, вспоминая те минуты, проведённые с ним в одном помещении. Натяжные, слишком долгие, отталкивающие.

— Он как раз твой уровень: ненавидит людей, обожает споры. Идеальный кандидат для напарника, — Флоренс подмигивает.

- Серьёзно? — закатываю глаза, но уголок рта дёргается, — Ты невыносима!

- Ты уже определись, либо я само совершенство, или же невыносима. А вообще, тебе нужен мужик, такой, чтобы смог тебе рот заткнуть.

- Увы такие только в книжках! – тяжело вздохнув, пытаюсь это сделать как можно драматичнее. Нехотя поднимает глаза. Во взгляде Флоренс – столько тепла, беспокойства и.… грусти.

- Ты исчезаешь, прямо на моих глазах. – Флоренс наклоняется через стол, её глаза, полные надежды и мольбы, словно моё решение ей важнее всего на свете, — Ты самый живой, яркий, самый острый человек, которого я знаю. Но ты хоронишь себя за работой и стенами. Как замираешь, когда звонит твоя мама, или же мужчина проявляет к тебе интерес, будто боишься. Роми, так нельзя! Поездка — это не просто лыжи, снег и аперитив. Это шанс, шанс выдохнуть. Увидеть, что-то кроме экрана и потолка своей спальни…

Я молчу. Мой защитный сарказм куда-то подевался. Во мне зарождается, что-то неуловимое – тоска, жажда, страх перед этой самой жаждой?

- А если…если станет только хуже? Если я не смогу? – тихо произношу, мой голос дрогнул, будто всё моё естество противится этому, — Не смогу расслабиться?

- Тогда будешь ненавидеть меня, Куршавель, Альпы и горячее вино. Но будешь ненавидеть там, не здесь. Не в этих четырёх стенах. И это уже прогресс. А я буду рядом. Всегда. Даже если ты будешь колоться и шипеть как разъярённая кошка. Я твоя подруга, а не социальный работник. Я тебя люблю, дурочка. И хочу, чтобы ты вспомнила, что значит чувствовать солнце на лице, а не только свет монитора.

- Двенадцать дней? И... и ты обещаешь, если я захочу уехать раньше, — сдавленно произношу, словно моё сознание и тело физически протестует с моим решением.

- Первый же рейс! Без упрёков! Я лично упакую чемодан и отвезу в аэропорт. Но... – подруга подмигивает, — Я знаю, ты не захочешь. Там чертовски красиво. И воздух, он другой. Он лечит. – Флоренс протягивает руку, на ладони – конфета в золотой обёртке.

Беру конфету, обёртка шелестит как обещание.

— Только если там есть вай-фай, так как работу онлайн никто не отменял!

— Ты как всегда! — Флоренс закатывает глаза, но обнимает меня так крепко, что хрустит позвоночник.

Позволяю себя обнять, но мой взгляд снова устремляется в окно, в ночь. В нём всё ещё живёт тревога и сомнение, но где-то глубоко, под слоем льда, шевельнулось крошечное, почти забытое чувство – слабая искра надежды или просто любопытство к тому, что же такое этот «другой» воздух. Первый шаг сделан.

_________

За сутки до отъезда

На кровати открыт полупустой чемодан. Вокруг – хаос: стопки одежды, преимущественно практичные тёмные вещи для гор, термобельё, шарфы, пара книг. Стою посреди этого, держа в руках два свитера, с выражением лёгкой растерянности на лице.

Я пытаюсь успокоит себя тем, что нет ничего страшного в том, что человеку современному нужен этот насильственный отдых, а смена привычной деятельности. Устало потираю переносицу и чувствую, что ещё много раз пожалею о своём не обдуманном решение.

После моего, так сказать, добровольного согласия Флоренс атакует мою почту ссылками на разные активности, фотогалереей модного и дорогущего отдыха и голосовыми — о том, как же мы отдохнём в компании гор. Сомнительно, но ладно.

Альпы во Франции, Куршавель, что может быть примитивней и попсовей. Не могу понять, что именно изменило во мне решение, то ли нежелание в очередной раз обижать подругу, либо её слова по поводу отложенной жизни близки к реальности, или живописные картинки с лесом и деревянным домом, но факт остаётся неизменным, я еду на отдых! Бросаю один свитер обратно в шкаф, оставив в руках тёмно-синий.

Практично. Немаркий.