Одобрена, утверждаю.

Глава 1

Марго

—Ползешь? Шустрее давай, а то ночевать здесь придется.–Макса за поворотом тропинки я не вижу, зато отлично слышу, чтоб его.

—Не ползу, а гордо взбираюсь на непокоренную высоту,–вяло огрызаюсь. Верьте своей интуиции и гоните все благородные позывы организма начать новую здоровую жизнь. Потому как, в ходе ее начинания, этот самый неразумный организм и пострадает.

Сейчас я уже не могу не вспомнить, не понять, чем руководствовалась, когда согласилась в свой честно заработанный отпуск попереться дикарями с Максом в горный Алтай. Купилась на «здесь настоящая жизнь, настоящие люди, да и отдохнешь от своих упырей». Ну дура же…без вариантов. Могла бы сейчас, в самом худшем случае, лежать с детективом в гамаке на родительской даче. А в лучшем…отдыхать на курортах Краснодарского края с мужчиной моей мечты…ну, почти мечты, и почти моей. Ведь с детства знаю, что все идеи Макса крайне губительно сказываются на моей нервной системе. Ну нет, убедил же…и опять же «разлука проверяет чувства», психолог фигов. И ведь востребованный и хорошо оплачиваемый фигов психолог.

—Под ноги не забывай смотреть, горюшко мое городское, неприспособленное,–поддерживающе звучит из кустов впереди.

—Слышь, ты, любимое дитя природы…чтоб тебя…

От праведного возмущения советом, как раз, и не воспользовалась, высматривала впереди этого…и зацепилась за какую–то каменюку. Хорошо, не растянулась во весь рост, а всего лишь шлепнулась на колени. Еще и рукой на что–то напоролась.

—Макс, притормози, наупала я, дай хоть отряхнуться…и нашла что–то…

—Хорошая попытка, но я не твои гаврики, дважды на одно и тоже не ловлюсь, и что за сленг от надежды российского сыска и педагога, фу. Было уже, догоняй,–и даже, гад, посвистывает весело. Вот говорили мне, мало, мало давала ему по шее с первого класса, распоясался, мочить таких…если не в сортире, то пеналом, а там и чем потяжелее.

—Вот уйдешь, осознаешь, вернешься, а меня здесь уже медведи дохарчивают,–бурчу обиженно.

—Сейчас лето, они не дюже голодные, чтобы такой язвой питаться, несварения потом, опять же. А звери, они умные, не всякую гадость в рот тащат…и не всегда,–ржет…за кустом, в недосягаемости.

—Ну все, сейчас встану, отряхнусь, догоню и пинков надаю…пусть тебя потом умные твои медведи жалеют и больное место зализывают.

—Фиии…давай, догоняй, симулянтка,-и идет дальше себе, насвистывает, только камешки уверенно шуршат.

—Ну все, ты попал!

Поднимаюсь, как пролетариат, с колен, прихватывая еще и камень, на который напоролась, как вещественное доказательство, ну и как будущее орудие пролетариата…а он и не камень вовсе, брошь. Большая, пошарпанная, на новодел не похожа...латунь не латунь…хотя похоже…и сделано так, реалистично…На меня с собственной ладони смотрит морда волка…Прямо сейчас его морда заляпана каплей моей крови, даже не вся морда, только пасть... жутковато выглядит. Тянусь за телефоном, чтобы сфоткать, буду своих «гавриков» на факультативе интриговать…

—Я ушел, совсем ушел,–раздается уже совсем издалека.

—Догоню и убью, за отсутствие сочувствия и неоказание помощи пострадавшему,–огрызаюсь и припускаю за Максом. Брошь тащу в карман, потом рассмотрю…

Киш

—Ползешь? Ночевать здесь, что ли, собрался?–Сейчас могу позволить Грею некоторую фамильярность.

—Не ползу, а приостановился в размышлениях…Напомни, чем тебя так привлекла эта забытая всеми богами и мною реальность?

—Напоминаю, делая скидку на твою старческую забывчивость и общую изношенность организма…Тебе же нужен помощник? Чтобы представлял тебя, и чтобы люди и нелюди от него не шарахались? Чтобы имел нейтральные взгляды …или не имел их вообще? Чтобы без своего клана? Ну так эта реальность идеальна, она на таких задворках, что о ней почти никто не слышал, а они и подавно пребывают в уверенности, что разумной жизни в пределах досягаемости не наблюдается. Здесь горный массив, пропажа людей обычное дело, никто и ничего даже приближенного к правде не заподозрит. –Проговаривает все это, озирая окрестности с небольшого уступа.

—Только вот маленькая промашка вышла, предусмотрительный мой, мы с тобой здесь бродим в гордом одиночестве. Ну еще зверье мелкое от нас шарахается. И не мелкое тоже.

—Поправочка, не от нас, от тебя. Хищника чуют.

—Это не меняет того…-завожусь, надоело мне уже по этим тропкам взбираться.

—Меняет, вон смотри, чуть ниже по тропе.

Всматриваюсь…и правда, внизу движутся две фигурки, одна покрупнее, другая помельче, с другими очертаниями и рыжем гнездом на голове. Ветер доносит незнакомый цветочный аромат. Беззастенчиво считываю ауры, молодые, здоровые. То, что надо. Фигурки останавливаются и судорожно оглядываются по сторонам. Знаю, мое вмешательство неприятно, но ничего, перетерпят.

—Просто замечательно. Только вдвоем...Там и тебе помощник и мне девушка…за труды.–Грей спрыгивает со своего насеста и спускается по тропинке. Они вверх, мы по ней вниз. Прямо навстречу друг другу, не разминуться.

—Пожалуй, за труды, тебе придется выбрать любую другую из моего цветника.–Не могу понять, почему меня так взбесило это, в принципе, вполне ожидаемое предложение.

—О, как…Да, пожалуйста, развлекайся, может, подобреешь. Если потом от нее что останется, заберу…Смешная такая…

Девчонка спотыкается, падает на колени. Переговариваются, но слов не слышно, далеко. Рассматривает что–то на ладошке, в карман и припускает за своим спутником. И, правда, шустрая…

Марго

—Какое–то странное поганое чувство…

Мы останавливаемся на небольшой полянке. У меня это поганое чувство тоже имеется. Прямо ощутимо чувствую, как по моему тельцу гуляет взгляд. Что он там «нагулял», не ясно. Тельце упаковано соответственно месту, практично и неброско. Сейчас по нему с интересом может гулять только взгляд консультанта из спортивного магазина. А взгляд чувствую…такой…голодный.

—Да кому мы тут сдались? Если только какое зверье прикидывает нашу гастрономическую ценность,–и мне уже прямо хочется, чтобы где кусты затрещали.

Глава 2

Грей

Обстановка в приемной Киша не сказать, чтобы нервная, но ожидание и недоумение буквально летает в воздухе. С утра меня «накрыло» зовом от Киша, еле на ногах устоял. Он вполне себе представляет, как действует на окружающих его безмолвная беседа и использует ее обычно как не очевидное наказание. Не очевидное, но эффективное. Еле успевают до санитарной комнаты добежать…особо устойчивые. И еще сутки ходят как мешком пришибленные. Я–то чем успел провиниться?

—Собери быстренько начальников подразделений в моем кабинете. Буду с нашей недавней находкой знакомить.

—Не рано ли? Находка небось еще в тихом шоке…а может и не тихом. А ты хочешь еще усугубить.–Пытаюсь незаметно сглотнуть. Чтоб его…

—В самый раз, чтобы как раз долго к себе не прислушивалась, а сразу к делу. Пусть еще краткие сводки подготовят по своим направлением, для наглядности, так сказать. И донеси до них сразу, что…эта игрушка моя. Чтобы без лишних телодвижений. Эмоциональное сближение тоже на фиг.–Ничего себе…а работать ей как? Крутиться мышью на кошачьей свадьбе?

—Сам донеси для крепкого закрепления материала так сказать. А то девушка живая симпатичная…и не дура, похоже.

—Донесу, раз так.–Это мне сейчас послышалось или, и правда, слышу ревнивые нотки? Удивил…даже тошнить перестает.

—Все, отбой.–Ну наконец–то.

И сейчас все наше разношерстное собрание с интересом и в нетерпении поглядывает на дверь. Ждем-с столь необычного явления.

—Проходи давай, не съедят тебя здесь…вот прямо сразу, точно не съедят,–слышно насмешливый голос Киша в щель открываемой двери.

—Мне постепенно тоже бы, знаете ли, не хотелось,–знакомый девичий голосок. Что удивительно, не испуганный, что было бы объяснимо и ожидалось, а недовольный и уверенный. Я за целый год так не удивлялся как за один сегодняшний день.

—Проходи, говорю. Через дверь знакомство не зайдет.

—Да пусть не заходит. Я глубоко «за».

На этом дверь все–таки открывается шире и в нее входит Маго…скорее, влетает после направляющего тычка Киша, коей и появляется вслед за ней.

—Совсем ошалели!?! Я и ответить могу!!!–Раздается ее абсолютно невозможное.

Все, занавес, немая сцена…под необъяснимо довольный вид Киша.

Маго

Это невозможное наглое иномирное чудовище впихивает меня в комнату…судя по всему полную таких же. Будущие коллеги, как понимаю. Находящиеся в таком же недоумении, как и я. Быстро пробегаю взглядом. Несмотря на все многообразия «проглоченной» мною в свое время фантастики, к такому меня жизнь не готовила. Разнообразие хвостов, ушей, шерсти... и вообще. Даже какая-то геометрическая фигура с глазом имеется. Не то иллюстрация к рассказу Брэдбери, не то местная инсталляция…не то мой будущий коллега.

—Господа, прямо вот минуточку внимания. Это ошарашенное создание с нынешнего момента мой секретарь, мой помощник, правая и левая рука…Маго. Прошу жаловать,–и по хозяйски опускает свою лапу на мою пятую точку, ясно намекая, кто девушку «гулять будет».

—Как же Вы так, девушка, не осторожно?–Первым отмирает как раз «треугольник».–Это Вы, милая, не подумавши на такое согласились.

Если он был …более похож на человека…то точно был бы вихрастым рыжиком. «Тонким, звонким», язвительным, оптимистичным балаболом на публике…и надежным, как скала, другом…понятия не имею, откуда в моей голове взялся этот образ. Появился как фото.

—А я и не соглашалась. Ваш…энергичный руководитель и не спрашивал вовсе. Просто озвучил свое извращенное желание. И приступил к его реализации.

–Это да, это он может. У него таких желаний через одного. Я-Триш. Готов предложить вам ребро помощи во…всех начинаниях.

—Принимаю. И ребро, и вершину.–Настроение начинает улучшаться.

—Но–но, ты ведь даже не знаешь, как эта обаяшка там, в своем измерении, выглядит. Может, он склизкий и зеленый и с зубами в самых неожиданных местах. А ты сразу на все согласная,–лапа демонстративно поглаживает меня пониже спины.

—Это у Вас…все в неожиданных, для этого не предназначенных, местах. А Триш…рыжий и обаятельный.–После моего выступление наступает тишина, полная и звенящая. Чего я сказала–то? Может у них здесь быть рыжим считается чем–то неприличным, о чем даже говорить нельзя? Так я не в курсе.

—Тааак,–даже мою многострадальную задницу оставил в покое. Обошел меня, как дети елку в хороводе. Не спеша и радостно.–А откуда ты это знаешь, сладкая моя и неожиданная?

— Не знаю откуда, знаю и все,–огрызаюсь.–А что у Вас это страшная тайна, которую и озвучивать–то нельзя?

—Да, нет,–«треугольник» перемигивает разноцветными огоньками по всей поверхности.–Мне очень приятно, что ты видишь мой истинный облик в моем измерении …можно же на «ты»? Меня таким, если только Киш один и видит. И то, не видит, а знает, что я именно такой, поскольку по измерениям ходить может.

—Ну вот, расчувствовался, и пошел выдавать государственный тайны одну за другой.–Киш задумчиво меня изучает. Даже голову крутит из стороны в сторону.

—Нечего меня руками трогать…все настройки на чудеса от возмущения слетят.

—А вот пока не слетели…и насчет «трогать» мы уже договорились…ты меня, давече, ящером обзывала не для усиления взаимной симпатии? Ты меня так видела?–И опять мою голову крутит.

—Я думала, что это более, чем очевидно. Такую зверюгу поди и не заметь.

—А вот и нет,–развеселился.–Повезло, однако, в помощницы Зеркало получить. Даже не рассчитывал на такое везение.

—Только ты, Маго, больше никому не говори про это, не надо. И все остальные…думаю всем понятно.–Грей становится рядом с Кишем. Скользит взглядом, буквально по сантиметру, тщательно, даже в жар бросает от такого пристального внимания.

—Да, ясно, не маленькие. Кто же про то, что Зеркало нашел, трепать будет? Я-Кат, внешняя разведка.

И, правда, кот котом. Гибкий, хвост с кисточкой нервно колотит по полу, уши вытянутые подрагивают в такт ударам. Он почему-то меня очень жалеет. Нечего такого не сказал, но я это точно знаю. И защитить хочет. Думает, как это лучше организовать.