Огненная няня для дочери генерала

Глава 1. Мужчина, не надо стесняться

Пробуждение было тяжелым, как будто мне на голову надели кастрюлю и стучали по ней ложкой со всей дури. Пытаясь разлепить веки, я простонала:

— Воды…

В ответ понеслись голоса:

— Она приходит в себя, господин Райол. Она жива!

Конечно, балбес, я жива.

Звук приближающихся шагов отдавался боем в висках, хотелось заткнуть уши. Но никто не собирался щадить мою многострадальную голову.

— Надо же, и правда. Жива. Даже шевелится.

Если первый голос принадлежал старику, то второй — мужчине в самом расцвете лет. Глубокий, низкий, бархатный. Но что это за люди? Где я и что со мной случилось? Ничего не понимаю.

Вопросы сыпались один за другим. Ясно было одно — этих людей никак нельзя назвать добрыми.

— Воды, изверги, — взмолилась я снова.

— Одно мгновение, госпожа! — раздался голос старика.

Что еще за госпожа? Обычно ко мне обращались по имени и отчеству. Ведь я — учитель младших классов, Марьяна Андреевна.

Веки наконец-то открылись. Сквозь туманную пелену я различила мутный силуэт, а потом кто-то коснулся моей руки теплыми пальцами. От этого места стайкой брызнули мурашки, поднимаясь по руке и постепенно охватывая все тело. Мир обретал четкость, наполнялся красками. И чем дальше, тем сильнее округлялись мои глаза.

Какой-то мужчина, нависая надо мной скалой, держал мое запястье и давил на артерию.

Считал пульс? Он что, доктор?

Но врачи не носят одежд, напоминающих генеральскую форму времен… каких-то старых времен. И явно не наших. Темно-синий камзол сидел на широких плечах как влитой. От золотых эполет вниз спускался тонкий узор в виде сплетенных драконов.

Я просто сплю. Этот беспредел не может твориться наяву!

Но беспредельщик не спешил таять с утренней дымкой. Не выпуская моей руки, начал медленно наклоняться. Холодные серо-голубые глаза внимательно меня изучали.

У него было мужественное лицо с волевым подбородком и дерзким разлетом бровей, густые темно-каштановые волосы, сурово поджатые губы и высокие скулы. А светлый шрам на подбородке совсем не портил картину, лишь придавал брутальности.

Это был редкий экземпляр настоящего самца. На дороге они не валяются, они могут только сниться.

Он все наклонялся, между нами оставалось сантиметров тридцать.

Неужели он хочет… меня поцеловать?

Дыхание перехватило. Недолго думая, ведь это лишь сон, я протянула руку и коснулась его щеки кончиками пальцев. Кожа была сухой и горячей, чуть шершавой от наметившейся щетины.

Я погладила ее и прошептала:

— Какой ты хорошенький, как раз в моем вкусе. И я не против поцелуя.

Незнакомец вмиг окаменел, а потом отшатнулся. На его лице калейдоскопом сменялись эмоции: потрясение, недоумение, гнев.

Послышался звон битой посуды. Кажется, это уронили стеклянный графин с водой.

— Что вы себе позволяете? — выдохнул мужчина пораженно.

В одно мгновение он превратился в грозовую тучу с яростным взглядом и трепещущими ноздрями. Я даже струхнула слегка.

Хотела сказать: «Мужчина, не надо стесняться», — но что-то меня удержало.

Все было слишком реальным: мягкая перина, скользкое одеяло, луч солнца, крадущийся по полу. Арочное окно с клочком голубого неба, тюль в цветочек.

А если это не сон?

— Мэтр Орион! — пророкотал незнакомец. — Кого вы выписали в няни для моей дочери? Вы уверены, что она воспитывалась в Обители Огнедевы? — он отправил в мою сторону подозрительный взгляд. — Что-то не похоже.

Только сейчас я обнаружила, что в угол комнаты забился сухонький старичок в синей мантии под горло. Подол был забрызган водой, глаза за стеклами круглых очков смотрели испуганно. Под ногами у него валялись осколки стеклянного кувшина.

Вот он перевел взгляд на меня, шумно сглотнул и попытался взять себя в руки.

— Мать-настоятельница отзывалась о ней очень лестно. Айне Элени — лучшая ее воспитанница.

— Если эта лучшая, то, боюсь представить, каковы остальные, — проворчал безымянный недотрога.

Подумаешь! Я же без злого умысла его пощупала.

— Просто она еще не оправилась от болезни! — быстро нашелся старик и закивал. — Точно-точно! У нее в голове явно что-то повредилось.

— Вообще-то я еще здесь.

Покряхтывая, я села на кровати, скрестила руки на груди и строго оглядела обоих.

— Невежливо говорить в третьем лице о человеке, который находится с вами в одной комнате. И вообще, господа нехорошие, пора заканчивать этот цирк. Кто вы такие и где я нахожусь?

Лица обоих мужчин вытянулись, будто я сказала что-то очень глупое.

Только сейчас я по-настоящему задумалась о том, куда угодила. Обстановка была совершенно незнакома. И говорили эти двое о чем-то непонятном. Какая госпожа Айне Элени? Какая мать-настоятельница?

По рукам скользнул холодок, кожа покрылась мурашками. Стараясь не выдать волнения, я качнула пальцем и продолжила:

— Мои дорогие, я уже не в том возрасте, чтобы играть в похищение и принуждение. Выкуп платить за меня некому, поэтому верните меня обратно подобру-поздорову. Мне к понедельнику надо еще семьдесят тетрадей проверить.

Говоря про возраст, я немного погорячилась. Мне чуть за двадцать.

Ну ладно, тридцать девять. Но за двадцать же?

— О чем она толкует, мэтр Орион? — генерал из сна перевел озадаченный взор на старика.

Господи! Ну почему красивые мужики такие глупые? У него мозги тестостерон расплавил?

— Как я могу к вам обращаться? — спросила я, откашлявшись.

Пора брать все в свои руки. Они сами не спешат делиться информацией. Но если это преступники, нужно сохранять хотя бы тень вежливости и не злить их.

— Я огненный герцог Адриан Эл’Райол, защитник южного берега. Генерал-дракон, — ответил он с каменным выражением лица, а потом добавил ехидно: — Если вы и это забыли.

Я с сожалением покачала головой. Да-а, здесь все серьезно. Не удивлюсь, если по соседству прописался Наполеон.

Глава 2. Айне Элени

Я крепко зажмурилась и сжала пальцы в кулаки, чтобы ненароком не прибить этого старичка-ромашку. Его вина, значит, есть. Прелестно, просто прелестно!

Что я знаю о других мирах? Ровным счетом ничегошеньки, если не брать в расчет сказки и любовно-фантастические романы.

— Понимаю, это звучит как небылица, но чем быстрее вы мне поверите, тем лучше для всех, — затараторил мэтр.

Я метнула на старика раздраженный и беспомощный взгляд.

— Каким образом я сюда попала? Открыла шкаф и провалилась в Малгон? Вы точно меня не разыгрываете?

Хотя какой розыгрыш? Я своими глазами видела, как он колдует!

Мой собеседник покачал головой.

— Это долгая история, но мы ведь никуда не спешим?

Я усмехнулась. Проверка тетрадей откладывается на неопределенный срок. Мозг, затянутый пеленой тревоги и непонимания, снова заработал, как часы. Раскисать — это не мое. Надо собирать и анализировать каждую крупицу информации.

— Вы говорите, я внимательно слушаю, — поджав губы, я скрестила руки на груди.

— Чтобы у вас было полное понимание ситуации, начну издалека, — мэтр откашлялся в кулак. — Настоящие маги в последнее время рождаются редко, ведь магия, увы, покидает наш мир. Большинство магически одаренных воспитывается в обителях стихий. Айне Элени, в чьем теле вы оказались, прибыла сюда из Обители Огнедевы — это крепость на острове в Южном море. Она должна была стать няней для дочери генерала, малышки Лиэлль. Оберегать и обучать ее магии огня, ведь девочке повезло родиться с даром!

— Так-так, — я сдавила пальцами виски. — Тут еще и ребенок замешан? А что же сам папочка? Он ведь назвался драконом, а они, по идее, должны дружить с огнем. И где ее мать?

Мэтр Орион смутился от такого количества вопросов, но быстро взял себя в руки.

— Матушка малышки Лиэлль отошла в лучший мир, едва произведя ее на свет. Госпожа была человеком из старого магического рода, который давно утратил силу. А ее тело оказалось слишком слабым для того, чтобы выносить ребенка-мага. К тому же Лиэлль — дочь дракона. Будучи в утробе, они вытягивают из матери много жизненной энергии.

Не верилось, что я сижу, киваю и слушаю старика с серьезной миной на лице. Маги, драконы… Ужас какой-то. Еще и маленькая девочка. Конечно, детей я люблю, но что на самом деле хочет от меня этот странный дед?

— Странно и печально, — я задумчиво поскребла подбородок.

— Да, — согласился мэтр Орион. — Герцог Райол так и не женился повторно, вдовцом почти семь лет ходит. Адриан очень переживал, винил себя в гибели жены. Но он дракон, а тут свои нюансы.

— Хорошо, с ним разберемся позже. Лучше скажите, как я оказалась в чужом теле? И что мне делать с этим подарком судьбы? — я внимательно глядела на старика и не могла не заметить тени вины в его взгляде.

Нехорошее предчувствие сдавило грудь.

— Понимаете, — начал он неуверенно, взгляд забегал. Сейчас он походил на кота, застигнутого посреди ночи над сковородкой с котлетами.

— Только не говорите, что… — я сдвинула брови и уперла руки в бока.

В своем прошлом теле я выглядела грозно, но как выгляжу сейчас, не имела понятия.

Одинокая капля пота скользнула по виску мэтра Ориона. Он судорожно сглотнул и признался:

— Вы все верно поняли. Ваше прошлое тело погибло, а ваша душа заняла место души покойной Айне Элени. Теперь вам нет дороги назад.

Сердце ухнуло с высоты в холодную бездну. Желудок сжался до размеров игольного ушка, а руки бессильно упали.

Так я… умерла?

— Во всем надо искать свои плюсы! — нашелся старый хитрец. — Вы будете жить в почете и уважении. Сможете принести нашему миру пользу, ведь он ждал именно… Айне Элени? Что вы делаете? Все равно вы не сможете задушить меня подушкой!

— Меня зовут Марьяна Андреевна! — прорычала я.

Негодяй! А чего еще можно ожидать от магов?!

Плюсы искать, ага! Большие и жирные! Я этот плюс мэтру на лбу сейчас нарисую!

Слабость во всем теле помешала мне отомстить деду с душой. Я беспомощно растянулась на кровати, медово-рыжие локоны веером рассыпались по одеялу.

Я еще и рыжая. Потрясающе. Прощай, пепельный блонд, на который я угрохала кучу денег. Всегда ненавидела свой натуральный цвет!

— Ну зачем же так радикально? — ласково, как с ребенком, заговорил мэтр Орион. — Вы ведь меня даже не дослушали. Сейчас я все объясню…

Я обреченно скосила глаза. Давай, дед, попробуй. Даю тебе последний шанс.

— Ритуал, который я провел, является запрещенным, — признался он и развел руками. — Его не применяли уже несколько столетий, но однажды мне удалось проникнуть в тайные архивы королевской библиотеки и выведать секрет.

— Очень мило, — съязвила я. — И что будет, если об этом кто-нибудь узнает?

Мэтр Орион почесал черепушку. Мне кажется, в детстве и юности он был из тех учеников-обалдуев, которые вечно прогуливали занятия. Были умными, но мозги их занимали совсем другие вещи.

— Ну… теоретически нас могут казнить.

— Нас?! Вы издеваетесь? Я-то здесь при чем?

Старик покачал головой и произнес терпеливо:

— Опять вы меня не дослушали. Такая вспыльчивая, торопливая — явный признак сильного огненного мага!

Нет, это форменное издевательство. Вытащили из привычного мира, оторвали от моих учеников, засунули в чужое тело, какую-то магию приплетают. Единственная моя магия — это способность делать лицо кирпичом перед нашим завучем, склочной дамой и родственницей местного депутата. Если других она могла играючи довести до слез, то об меня сломала зубы.

— Главная проблема нашего мира в том, что магия из него уходит и он медленно умирает. Чахнет, как пораженный болезнью человек, — заложив руки за спину, старик принялся вышагивать туда-сюда. — Каждое поколение магов все слабее и слабее, волшебная искра в человеке просыпается все реже. Но и драконы не избежали сей печальной участи. Они больше не чувствуют свои истинные пары, свои божественные половинки.

Глава 3. Новая я

— Дожили, Марьяна Андреевна, — приговаривала я себе под нос, осторожно ступая по бежевому ковру.

Комната была просторной и светлой, кровать с балдахином пряталась в нише, у окна стоял письменный стол и кресло с резной спинкой и синей атласной подушечкой. Помещение на две части делила стена из золотистого кирпича с широким арочным проемом. Пройдя под аркой, я увидела книжный шкаф, массивный сундук, обитый железом, ширму в цветочек и гардероб. Легкие шторки на окне парусил ветер, пушистый ковер закрывал прохладный пол почти целиком.

Довольно уютно и мило. Очень женские покои… Ой! А вот и долгожданное зеркало.

Сердце заполошно стучало. Сейчас я увижу… новую себя?

Тьфу ты, как быстро я поверила словам престарелого проходимца Ориона. А что делать? Чтобы выживать, нужно быстренько адаптироваться даже под самые невероятные обстоятельства. А попадание в другой мир в чужое тело — уж точно не рядовое событие.

Опустив взгляд к полу, я на цыпочках приблизилась к зеркалу. Совру, если скажу, что не страшно. Страшно еще как! Увидеть свой новый облик, принять его — это смириться с тем, что привычная жизнь осталась в прошлом и теперь я не я. Другая.

Ну же, Марьяна. Ты никогда не была трусишкой.

Медленно я поднимала взгляд от босых ног вверх. Вот и длинная рубашка молочно-белого цвета, под которой угадываются довольно стройные ноги и округлые бедра. Длинные и густые медово-рыжие волосы, которые укрывали меня до поясницы, аккуратная грудь. Навскидку — сорок четвертый размер одежды, не более.

Самое волнительное — лицо.

Я поймала собственный взгляд в отражении.

— Ах! — вырвалось, и я закрыла рот ладонью. Отражение повторило жест — значит, точно я.

Прошлая владелица тела была симпатичной молодой женщиной или даже девушкой. На вид чуть за двадцать, быть может, двадцать пять лет. Хорошая ровная кожа, светлая, как у всех рыжих. Небольшой нос, высокий лоб, розовые пухлые губки…

Да, симпатичная, хорошенькая, такие все мы по молодости были. А вот то, что на самом деле меня поразило — это взгляд.

Светлые, зелено-карего оттенка глаза были большими и выразительными, взгляд — глубоким. Казалось, эти глаза смотрят прямо в душу. Магия? Наверное. Ведь покойная Айне Элени была волшебницей. Магом огня, если верить мэтру Ориону.

Интересно, что чувствовала эта девушка в последние минуты жизни? Понимала ли, что умирает и что ее тело должна занять другая душа? А что стало со мной в моем мире?

Вот дед! Шифровальщик, блин. Увиливает, не давая полных ответов на мои вопросы. Но экскурс в новый мир и так спутал в голове все. Память у меня не резиновая, дома вон, мельдоний пила для улучшения работы мозга. Это детишки все на лету схватывают, а я человек в какой-то степени консервативный, плохо воспринимаю перемены. И нервировать меня нельзя!

Я положила ладонь на область сердца. Пульс успокоился, дыхание выровнялось, я приближалась к стадии осознания и смирения. Ладно, что поделаешь. Зато жива! Остальное поправимо.

Как там дед говорил? Буду жить в уважении и почете? Если нам со старым фокусником секир-башку не сделают из-за запретного ритуала.

Интересно, почему он запрещен?

Я покосилась на дверь. Откуда-то появилось желание выйти навстречу неизведанному, но здравый смысл победил. Нечего лазить, вдруг тут монстры какие обитают? Как бы то ни было, здесь у меня контакт налажен только со стариком, а вот генерал-недотрога пока фигура темная. Он явно ждал увидеть скромную выпускницу Обители, нянечку, а тут я до него домогаться стала.

У меня вырвался нервный смешок, стоило вспомнить выражение его лица. Ладно, при встрече заглажу оплошность. На самом деле я никогда на мужчин не вешалась, они сами за мной бегали, но сердце я подарила лишь одному…

А он разбил его.

Нет, не буду вспоминать. Я сжала ткань сорочки и нахмурилась. Элени даже с недовольным выражением лица выглядела симпатичной, с телом мне, по крайней мере, повезло. Только магия внушала беспокойство. Что я буду с ней делать?

Желудок вновь напомнил, что в нем давно не было ни крошки, пора перекусить. Но вместо того чтобы идти к столу, я шагнула вплотную к зеркалу. В глазах заплясали рыжие сполохи.

Показалось?

Пространство сузилось, меня будто куда-то потащили, пол под ногами исчез…

Мамочки! Что происходит?!

Я не успела даже испугаться — меня вышвырнуло на каменистый берег. Точнее, я влетела с разбегу в яркую картинку, чуть размытую по краям. Впереди шумело и пенилось море, весело играли барашки волн, куда-то ковыляла жирная белая чайка.

В лицо ударил свежий морской бриз. Куда меня занесло на этот раз? Я еще не отошла от прошлого путешествия.

— Элени, детка, ты не должна отвлекаться, — раздался мелодичный голос, и я повернула голову.

Точнее, это случилось против моей воли.

— Хорошо, Айне Лорисс, — ответили мои губы детским голоском.

Я попала в тело ребенка! А моей собеседницей была взрослая женщина с темными, собранными в пучок волосами и добрыми глазами. И смотрела я на нее снизу вверх. Она улыбнулась, и от внешних уголков глаз разбежались мелкие морщинки.

— Лучше всего практиковаться возле источника воды, чтобы не сжечь ничего по неопытности. Вот, дорогая, смотри и повторяй за мной фигуры.

Кажется, я поняла. Это подсознание владелицы тела, ее воспоминания. А эта женщина, кажется, учитель Элени.

Наставница была красива и обладала той особенной статью, которая присуща настоящим аристократам пусть не по рождению, но по духу, — с ровной, как у танцовщицы, спиной и развернутыми плечами. Она медленно начертила в воздухе перечеркнутый треугольник, и тот засиял ярким оранжевым светом. Я восхищенно и звонко рассмеялась.

— Как красиво!

— Попробуй, у тебя должно получиться. — Айне Лорисс сцепила руки на животе и, чуть склонив голову, мягко посмотрела на меня. — У тебя сильный дар, Элени. Когда-нибудь ты станешь великой волшебницей.

Глава 4. Что естественно, то не безобразно

Адриан

— О чем ты думаешь, папочка? — голос Лиэлль зазвенел колокольчиком, вырывая из размышлений.

— Думаю о том, что скоро тебе исполнится семь и ты уже почти взрослая, — я улыбнулся.

С ней я всегда был приветлив, старался не показывать переживаний, потому что для девочки отец должен быть надежнее самой крепкой каменной стены. Дочка побросала на пол кукол, с которыми еще минуту назад увлеченно играла, и влезла мне на колени.

— Что ты, егоза? Соскучилась? — я усмехнулся и потянул выскочившую из прически кудряшку, распрямляя ее.

Волосами и лицом она пошла в род матери.

— Конечно, соскучилась! — Лиэлль обняла меня за шею и затихла, как маленький котенок. — Ты редко бываешь дома.

— У меня служба, милая. Но теперь я намерен исправиться.

В последний год в королевстве спокойно. Мы укрепили западную границу, усилили флот, который защищал Малгон с моря, прогнали диких кочевников. Король шутил, что пора мне отправляться в отставку, снова жениться и растить маленьких драконов, ведь мне даже сорока нет. Но я не находил его шутки веселыми и о свадьбе не думал.

Поглаживая худенькую спину дочери, я размышлял о том, что случилось в Золотом Клене в последние дни. Волшебница из Обители Огнедевы, выпускница по имени Айне Элени прибыла в наш фамильный замок в очень плохом состоянии.

Это было неожиданно. И мэтр Орион, старый друг моего покойного отца, и я были удручены и сбиты с толку. Неужели еще одна стихийница должна покинуть наш мир вместе с магией? Она ведь так молода, а настоятельница описывала ее как сильную и талантливую огневичку.

Силы девушки таяли с каждым часом, над ней хлопотали лекари и сам мэтр Орион, а я метался из угла в угол, не зная, чем помочь. Ведь я не целитель, я дракон!

Дракон, который так и не обрел крыльев, не познал счастье полета, не почуял истинную пару, зато потерял жену — надежного друга. Но она оставила мне Лиэлль — чудесную малышку с огненным даром. У драконов рождались и девочки, и мальчики, но лишь истинная могла подарить сына-дракона.

У моего отца и деда еще были истинные пары, они владели второй ипостасью, а моему поколению не повезло. Что же останется после нас?

Эти мысли часто крутились в голове, только искренняя улыбка и смех дочери отвлекали на время. Но я не мог не думать о том, что однажды мою девочку может сразить болезнь, которая одолела Айне Элени и десятки других магов. Невозможно было предсказать, кого она зацепит. Те, кто выживал, навсегда теряли дар.

Я уже не надеялся, что будущая няня Лиэлль выкарабкается. Но недаром мэтр Орион слыл сильным и умным магом, настоящим лекарем. Он ее выходил. Вот только она оказалась очень странной, эта волшебница из Обители Огнедевы.

Да, наверное, Орион прав. Госпожа Элени еще не оправилась от недуга и не могла контролировать свои поступки. А мне в последнее время настолько приелись настырные аристократки, которые жирно намекали на то, что готовы стать «мамочкой для малышки Лиэлль», что я невольно принял ее за такую же.

Подумать только, она погладила меня по щеке и заявила, что не против, чтобы я ее поцеловал. Вот это наглость!

И все-таки я повел себя слишком резко. Она ведь едва пришла в себя и не понимала, кто такая и где оказалась. Нас с мэтром Орионом она не помнила. Надеюсь, недуг не погасил ее магическую искру, она быстро придет в форму и сможет приступить к своим обязанностям. И не будет употреблять при моей дочери все эти странные слова и выражения.

— Папочка, а моя няня уже поправилась? Я могу ее увидеть?

Лиэлль доверчиво смотрела на меня широко распахнутыми голубыми глазами. Она умела прикидываться наивной, чтобы вить из меня веревки.

Что ей ответить? Сомневаюсь, что ее будущая наставница хорошо себя чувствует. Лучше сам проведаю госпожу Элени. Один. Справлюсь о здоровье и узнаю, не нужно ли ей чего-нибудь. В Золотом Клене она почетная гостья, какой бы странной и эксцентричной ни показалась на первый взгляд. А я хозяин, надо держать ситуацию под контролем.

— Ты пока не можешь пойти к ней, Лиэлль.

— Но почему? Ты говорил, она уже пришла в себя!

Я усмехнулся и надавил ей на кончик носа указательным пальцем. Дочка сморщилась и пискнула.

— Папа, прекрати так делать, я же не малявка!

— Ладно-ладно, не злись, — я кашлянул в кулак. — И имей терпение. Госпожа Элени еще слишком слаба. Подожди немного, мэтр скажет, когда ты сможешь познакомиться с ней.

Уголки губ поехали вниз, и Лиэлль начала капризничать:

— А я хочу-у-у… И колдовать хочу тоже!

Я строго покачал пальцем.

— Рано тебе еще, ты пока мелочь.

— Я не мелочь!

С семилетнего возраста следовало развивать дар. Требовался деликатный и бережный подход, выпускников стихийных обителей этому как раз обучали. Надеюсь, госпожа Элени окажется в состоянии справиться с поставленной задачей и моя дочь не пострадает.

Хоть я и не владею даром огня, как драконы прошлых поколений, кое-какие преимущества драконья кровь дает. Ускоренную регенерацию, физическую силу, острое зрение и обоняние, скорость и невероятную выносливость.

Эти качества часто пригождались, ведь я не на пирах брюхо отращивал, а сражался, защищая Малгон. Мой двоюродный брат король высоко ценил мои умения, но чему я могу научить малышку? Махать мечом? Боги упасите!

Я погладил дочь по голове и произнес серьезно:

— Мне надо отойти по одному важному делу, но я скоро вернусь, и мы отправимся кататься на лошади.

Лошадей Лиэлль обожала, у нее даже пони был, поэтому на мое заявление она ответила радостным визгом. Надо с ней больше времени проводить, вкладывать в маленькую головку правильные мысли, чтобы не росла, как сорная трава.

Я чувствовал, что ей не хватает женской руки, материнской заботы, а многочисленные служанки, горничные и няньки, которые были у нее в раннем детстве, не могут дать родительского тепла. Я слишком часто пропадал в дальних походах и упустил многое из детства моей дочери.

Глава 5. Пламенный зверь

Мы с генерал-драконом переглянулись и во все глаза уставились на мэтра Ориона. Кошачье мяуканье точно исходило из-под его мантии! Оно повторилось, на этот раз громче и настойчивей.

— Вам не стыдно мучить животное? — напустилась я на старика. — Немедленно достаньте котенка, он же задохнется!

Маг пристыженно кхекнул и с обреченным видом откинул полу широкой мантии. На предплечье у него лежал…

Нет. Того, кого я увидела, нельзя было назвать котом.

— Вы притащили сюда пламенного ягуара? — удивился дракон.

Точно, он ведь пламенный! И похож на нашего земного ягуара! Шкурка, усыпанная темными пятнами, как будто горела. Я шагнула, чтобы ближе рассмотреть хвостатого детеныша семейства кошачьих. У него была крупная голова с покатым лбом, широкий нос, растерянные янтарные глаза. Малыш уставился на меня и тоненько мяукнул. Как будто умолял: «Спаси меня от этого мучителя!»

Мое закаленное, бронированное сердце дрогнуло и потекло лужицей розового сиропа.

— Кис-кис-кис, — позвала я и протянула руку.

— Не советую, — строго оборвал меня вредный генерал-дракон. — Это хищник, а не дворовый котенок. Может откусить палец.

Я отправила ему разочарованный взгляд.

— Вы все испортили! Эх, мужчины… Что с вас взять? Кроме анализов…

— Простите, герцог Райол, — вмешался мэтр Орион. — Я не просто так принес сюда пламенного зверя. Я хотел поставить эксперимент.

Дракон с магом переглянулись, а потом, как по команде, уставились на меня.

Так-так-так… Похоже, главным объектом эксперимента должен стать не этот милый котик, а я!

Я сложила руки на груди и строго нахмурилась.

— Что-то не припомню, чтобы давала согласие на разного рода эксперименты.

— Верно, няня моей дочери пока дурно себя чувствует, — внезапно согласился генерал. — В моих интересах чтобы она оправилась до конца и после семилетия Лиэлль смогла приступить к своим обязанностям.

— А также сохранила руки целыми и невредимыми, — он сощурился и отправил котенку предупреждающий взгляд. Тот оскорбленно мяукнул и демонстративно отвернул ушастую голову. — Эксперименты могут и подождать.

— О, поверьте, здесь нет ничего страшного! — уверенно заявил старик.

Но я слишком хорошо знала, что значит такой уверенный тон. Каждый раз, когда я слышала подобное, все заканчивалось печально.

«Да это же не страшно!» — кричал сосед Витька, заставляя меня прыгать с крыши сарая в снег. В итоге шестилетняя я сломала ногу.

И таких случаев было очень, очень много. Но разве меня это когда-то останавливало? Вот и сейчас любопытство забурлило в крови, сжигая здравый смысл.

— Что вы от меня хотите? — я снова покосилась на котенка, который успокоился и теперь игриво покусывал мага за рукав.

Его шерсть причудливо переливалась, превращаясь из золотистой в темно-оранжевую и обратно. Но постепенно я стала замечать в огненной шкурке «проплешины» — бледные участки. Как будто он был покрыт пламенем неравномерно.

— Прошу меня извинить, герцог, но я должен переговорить с госпожой Элени наедине, — настойчиво произнес дедуля. — Это дело такое, щепетильное. А я все же немножко лекарь, поэтому она не станет меня стесняться.

Дракон раздраженно закатил глаза.

— Подумать только, в моем собственном доме! Ладно, исключительно из огромного доверия к вам и вашему опыту я покину эти комнаты, но буду ждать от вас подробного отчета, мэтр. Я хочу быть уверен, что госпожа Элени по всем параметрам подходит на должность наставницы моей дочери. В противном случае нам придется выписать из Обители новую. Делайте все, что нужно: проверяйте, ставьте эксперименты, но будьте осторожны.

Я едва дождалась, пока этот сноб Адриан Эл’Райол закончит свою речь. Так и хотелось поправить лопатой его ментальную корону, но я должна играть роль. Чужую роль. Возможно, Айне Элени при жизни была кроткой милашкой. Но натура Марьяны Андреевны, укротительницы самых злостных хулиганов и двоечников, рвалась наружу. И мне было все труднее ее сдерживать.

— Если я не соответствую вашим параметрам, — произнесла я чуть-чуть обиженно, но с прохладным достоинством, — с радостью покину ваш гостеприимный замок. Уверена, в этом мире найдется немало мест, где смогут достойно приветить огненного мага и лучшую выпускницу Обители Огнедевы.

Вот это я заговорила. Совсем с ума сошла! Вирус снобизма заразителен и передается воздушно-капельным путем!

Но мне хотелось поставить Адриана на место.

Моя прочувствованная речь произвела впечатление на дракона. У него поочередно дернулись веко и уголок рта. Генерал кашлянул в кулак и на ходу бросил:

— Будет видно.

И так как врожденная вредность и хвостатость не прошли даром, добавил саркастично:

— Только замок не сожгите со своими экспериментами.

Он гордо удалился, и в комнате сразу стало больше места — герцог Райол с широкими плечами и высоким ростом слишком много его занимал. Было в нем что-то такое, чего я почти не встречала у земных мужчин. Стать, манера держаться, странная аура и подавляющая властность. Сразу видно — генерал. И цену себе знает.

Волшебник заметил взгляд, которым я провожала герцога Райола. Заметил, но ничего не сказал. Я тоже не стала комментировать.

Ладно, вернемся к нашим котятам.

Малыш ягуара мяукнул, и мэтр Орион посадил его, пугливо смотрящего по сторонам, на пол. Мерцание шкурки завораживало, я не могла отвести взгляда от золотисто-рыжих переливов.

Котенок неотрывно смотрел мне в глаза и не шевелился. Только тельце мелко дрожало, как будто от холода. Присев на корточки, чтобы быть на уровне его взгляда, я протянула руку и поманила:

— Иди сюда, кис-кис.

— Ох, госпожа Марьяна, разве так подзы… — Мэтр изумленно заморгал, потому что ягуарчик уверенно зашагал на мой зов.

Остановился в полуметре и посмотрел так, будто спрашивал разрешения подойти ближе.

Я протянула руку, пока не касаясь. От шкурки исходил мягкий жар, мне мерещился даже легкий дымок. Раз говорят, что я маг огня, то шкура пламенного зверя не должна навредить, но мало ли. Все слишком невероятно! Еще недавно я была обыкновенным учителем, а сегодня…

Глава 6. Огненная душа

Огонь его был теплым и мягким, уютным даже. От доверия и нежности маленького существа на сердце потеплело, как если бы я вернулась из метели в натопленную избушку. Домой.

— Откуда знаю про Огненную Душу? — Я пожала плечами, думая, стоит ли раскрывать магу свой маленький секрет. Но все же решила, что стоит. Куда деваться с подводной лодки? — Знаете, мэтр, похоже, я могу видеть воспоминания хозяйки этого тела.

Несколько тягучих секунд длилось молчание. Орион глядел на меня во все глаза, как будто я не обычная попаданка, а чудо расчудесное.

— Тогда это облегчает нам дело! — выдохнул он. — Жду от вас подробного рассказа, госпожа.

Вот наглец! Ничего у него не треснет?

— Я просто поражаюсь. Неужели в этом мире все такие бесцеремонные?

Маг стушевался под моим обвиняющим взглядом и кхекнул в кулак.

— Дайте женщине, в конце концов, отдохнуть и пообедать, — с этими словами я подхватила на руки котенка. Тот был совсем не против. — У вас требований целый вагон. Разве я просила меня переносить сюда? Просила вываливать на голову целый воз проблем? Вот то-то же.

— Но… — неловко пробормотал волшебник. — Вам некуда было деваться, госпожа Элени. То есть Марьяна. Я же говорил, что ничего плохого не делал и не убивал вас.

— Может, мне на голову кирпич свалился? — буркнула я себе под нос и поскребла подбородок.

— Разве смерть лучше второго шанса? Шанса сделать что-то хорошее? — все разглагольствовал престарелый болтун. — Примите свою судьбу и не противьтесь. Мы с вами союзники. Кстати, мой эксперимент оказался удачным. Поглядите на шкурку этого зверя, она засияла.

Я опустила взгляд. Действительно, темные, подпаленные участки постепенно светлели и наливались золотом. Узоры становились ярче, цвета — насыщенней. Это было очень красиво.

И вдруг в голове что-то болезненно сжалось. Я задержала дыхание и зажмурилась, пережидая приступ.

— Этому существу суждено было прожить короткую жизнь, но ваша сила, ваша магия даст ему шанс. Я в вас не ошибся. Вы и есть Огненная Душа из пророчества. Вам суждено… — его слова долетали до меня, как сквозь слой ваты.

Когда немного отпустило, я покачала головой и почесала загривок маленького ягуара. Хоть он еще дитя, но весит прилично. Может, он тоже голодный?

— Вы меня с кем-то путаете, — я вздохнула и обернулась к мэтру. Он смешно развалился на стуле, выставив носки ботинок. — И вообще, если вы так во мне уверены, почему не расскажете герцогу правду о том, что настоящая Айне Элени погибла? Почему хотите, чтобы я скрывала свою личность и притворялась ею? Как я, спрашивается, буду учить его дочку, если сама ни черта не смыслю в магии?

Молчание мэтра стало лучшим ответом.

— Вот видите, — я покачала головой. — Вы сами пока ни в чем не уверены, а меня убедить пытаетесь.

— Главное — правильная мотивация, — он поднял указательный палец.

Вы посмотрите-ка, у него есть ответы на все случаи жизни! Мотивация… И где таких модных слов-то нахватался?

Я уселась за стол и посадила малыша к себе на колени. Мы поймали общую волну и достигли взаимопонимания. Чтобы закрепить результат, я решила накормить его. Раз вредный дракон не захотел разделить со мной трапезу, котик точно не откажется!

Любопытный зверь привстал, упираясь передними лапами в стол, и потянул носом. Во-от, все правильно делает! Мужчина должен хорошо питаться. В том, что это мальчик, я не сомневалась.

— Почему он не сжигает все на своем пути? Ведь у него шерсть огненная, — задала я резонный вопрос.

— Потому что здесь пламенный зверь чувствует себя в безопасности, — терпеливо пояснил мэтр. — Он считает вас своей мамой.

Я усмехнулась.

Пока скармливала себе и маленькому, но голодному ягуару обед, волшебник занимался моим просвещением. Наконец-то поведал о ритуале.

Оказывается, он должен был вернуть душу в тело Элени, но что-то пошло не так. Вернее так, потому что мы с этой девушкой оказались зеркальными двойниками. Душами, обитающими в разных мирах, но крайне похожими друг на друга. И вот, погибая в своем мире, я перенеслась в это тело.

Ритуал сработал.

Но подобные опыты уже несколько столетий были под запретом, а попаданцев, мягко говоря, не жаловали.

Все началось с того, что много лет назад сюда ворвались гости из другого, погибающего мира, чтобы качать из него магию. Была какая-то жуткая магическая война с незваными гостями, с тех пор бреши так и не восстановились, и некогда цветущий мир начал медленно загибаться.

— Вот видите, все происходит не просто так! — во взгляде волшебника плескался лихорадочный энтузиазм. — Вы хорошо повлияли на малыша, и это только начало.

Он продолжил лить мне мед в уши, рассказывая, какие передо мной открываются перспективы. В их мире проблемы с погодой, так как магия огня нестабильна. За теплой зимой может грянуть ужасная засуха и погубить урожай. За засухой приходят наводнения, лето бывает дождливым и холодным, когда солнце почти не показывается из-за туч. Но может изводить и страшной жарой.

— А еще проснулись спавшие много столетий вулканы, на севере королевства остыли горячие источники. Маги пытаются наладить природные процессы, но не хватает сил.

Ягуар сыто сопел у меня на коленях, и я боялась потревожить его сон. Шкурка его переливалась мягким светом, я запустила в нее пальцы и спросила вполголоса:

— Что еще вы можете рассказать о герцоге Райоле и о его дочери? Мне нужно больше информации.

Раз уж я тут застряла, нужно выяснить, с кем предстоит иметь дело.

— Мне нравится, что вы начинаете проявлять интерес, это хороший знак. Не сомневайтесь, дорогая Марьяна, вы точно их полюбите! — пожилой волшебник тут же запустил рекламную кампанию. — Малышка Лиэлль — чудесный ребенок…

И начал он с того, как, отучившись в Магическом университете, поступил на службу к отцу Адриана. Мэтр Орион не был стихийником, он называл себя бытовиком и немножечко целителем.

Глава 7. Знакомство

Прошла пара секунд, и передо мной предстала миловидная девочка с кудрявыми золотыми волосами, аккуратным носиком и большими голубыми глазами. Они смотрели с любопытством и настороженностью.

— Здравствуйте, — гостья потупила очи, а потом приподняла подол длинного розового платья и сделала книксен.

Какая воспитанная! Малышка как с картинки. Наверное, это и есть дочь дракона.

— Здравствуй, — я улыбнулась. — Тебя зовут Лиэлль, верно?

Но девочка уже отвлеклась на спящего на моих коленях ягуара. Потом спохватилась и ойкнула.

— Да, госпожа. Я Лиэлль. А вы моя наставница — госпожа Элени? Папа говорил, что вы пошли на поправку, и я, — она смутилась и сжала пальчиками ткань платья, — решила вас проведать. Как вы себя чувствуете? Ничего не болит?

«Ты ж моя хорошая!» — хотелось воскликнуть.

Милый и добрый ребенок. Сразу видно, что не испорчен богатством и положением отца. Может, ее визит и слова и не соответствуют местному этикету, но мне все равно. Некую дистанцию с детьми надо держать, конечно, чтобы знали, кто тут главный, но я всегда старалась подружиться со своими учениками.

— Я чувствую себя вполне здоровой, спасибо.

Поднявшись, я поудобней перехватила ягуара. Тот как младенец обнял меня лапами за шею и уткнулся в нее сонной мордой. Лиэлль хихикнула, а потом пробежала смущенным взглядом по моему одеянию.

Ну да, сегодня я выгляжу по-домашнему. Халат, тапочки… А вы чего хотели?

— Я знаю, кто это, — сообщила девочка. — Он пришел из леса, и мэтр Орион пытался его выходить, — Лиэлль сделала осторожный шаг вперед и всхлипнула. — Но папа сказал, что ничего не выйдет, и ему не надо давать даже имени, потому что он все равно скоро умрет. Ой, кажется, он ярче стал!

Котенок действительно больным не выглядел. Напитавшись огнем и курятиной, сиял и переливался, как медный таз.

— Почему же не надо давать ему имя? Я не позволю ему погибнуть.

Боже мой, этот толстяк оттягивает руки, как будто я держу маленького слоненка. Или у моего нового тела ручонки просто хилые?

— Давай назовем его прямо сейчас!

Верный путь к сердцу ребенка лежит через домашнего питомца. Ну кто из нас не уговаривал в детстве маму завести кота или собаку? Мне вот разрешали только рыбок. И хомячка, но со скрипом.

Лиэлль просияла, даже кудряшки подпрыгнули от избытка эмоций.

— Как тебе имя Тотошка?

Это было первым, что пришло на ум.

— То-то-шка? — забавно повторила девочка, приподняв брови. — Пусть будет Тотошка! Мне нравится, — и улыбнулась.

Котенок ягуара наконец-то подал признаки жизни — сжал сильнее шею и выпустил маленькие, но острые коготки.

— Это что такое было? Знак одобрения или негодования?

— Мяу!

Девочка с восторженной улыбкой наблюдала за моими переговорами со зверем, а потом попросила:

— Можно погладить?

Ягуар уже проснулся, потянулся, и я с чистой совестью ссадила его на пол. Ух, ну он и тяжелый! Так, стойте…

Я сощурилась, внимательно оглядывая Тотошку. Мне кажется, или полчаса назад он был меньше?

Тем временем зверь с опаской обнюхал руку Лиэлль. Шерсть на загривке вспыхнула.

— Ты не чувствуешь жар? — спросила я обеспокоенно.

Еще не хватало, чтобы из-за моего попустительства ребенок получил ожог!

Она помотала головой.

— Просто тепло, я же маг огня, — и хитро сощурилась. — Ну, почти маг. Скоро мне исполнится семь лет, и тогда магический источник откроется. Все говорят, что мне повезло, но папа почему-то волнуется. А правда, что вы чуть не умерли?

Она внимательно на меня посмотрела, и я ответила осторожно:

— У меня был магический недуг, но мэтр Орион меня вылечил. Твой папа правильно переживает, ты ведь его дочка.

Лиэлль закатила глаза и вздохнула.

— Он мне все запрещает.

Детские пальчики осторожно касались мягкой и сияющей шерсти зверя.

— Лиэлль, а он вообще знает, что ты пришла ко мне?

Девочка сделала такое лицо, будто ее поймали с поличным.

— Нет… то есть да!

Видимо, ей так не терпелось познакомиться с наставницей, что она нарушила указания отца и прибежала сюда. Это было приятно, даже если учесть, что увидеть она хотела не Марьяну Андреевну, а огненную волшебницу Элени.

Девочка была мне симпатична. Живая, непосредственная, любознательная, а еще кого-то мне напоминала. Но сколько я ни пыталась вспомнить, память не подбросила ничего определенного.

— Госпожа Элени, а можно завтра к вам прийти? Я могу принести что-нибудь вкусненького для Тотошки.

— Только если разрешит отец, — я с улыбкой погрозила пальцем, но она быстро сползла с лица, когда Лиэлль вдруг широко распахнула глаза и указала на окно.

— Ох! Скорее, смотрите!

С мыслью, что сейчас увижу в небесах как минимум парящего дракона или птерозавра, я обернулась.

— Что ты там…

Рот непроизвольно распахнулся. Я заморгала.

На подоконнике, глядя на меня черными глазами-бусинками, восседала птица. Именно восседала с королевским величием, не просто сидела.

— Это что, феникс? — с придыханием спросила Лиэлль. — Настоящий феникс?! Скажите, госпожа Элени, что это он!

От восторга девочка даже подпрыгнула и прижала ладони к груди.

Предполагается, что я должна знать ответ на этот вопрос, как настоящая Элени. Но я видела таких существ только на картинках.

Птица казалась крупной, но изящной. Тело ее покрывали мерцающие перья. Как и у Тотошки, участками сияние совсем поблекло. У нее был крупный клюв и хохолок на голове, длинный хвост спускался с подоконника, роняя на пол редкие искры. Вокруг шеи перья были более темного оттенка и напоминали ожерелье.

Антрацитовые глаза блестели, и я могла поклясться, что смотрит это создание именно на меня! Пристально, осмысленно, совсем как человек.

— Я не знаю точно. Я видела их только в книге…

— Разве на вашем острове не живут фениксы? — Лиэлль подозрительно подняла бровь. — Я слышала, что в Обители Огнедевы их можно встретить на каждом шагу.

Глава 8. Первые опыты

Этот безумный день подходил к концу. Лиэлль побыла в гостях еще немного и убежала, оставив меня в компании Тотошки и с мечтательной улыбкой на лице. Да, я поймала себя на том, что улыбаюсь, глядя ей вслед.

Благодаря этой девочке получилось наконец смириться с попаданием в другой мир. Нервозность и страх отпустили, внутри разлилось теплое, уютное спокойствие. Лиэлль казалась «своей», ничем не отличающейся от земных детей. Так же смеялась, задавала каверзные вопросы, любила котят и была донельзя любознательной.

Не к месту вспомнила, что у меня когда-то должна была родиться девочка. Но лучше не думать об этом, не вспоминать. Я пережила и пошла дальше.

Пока я изучала предоставленные покои, неугомонный Тотошка ходил за мной хвостом и преданно заглядывал в глаза. А чуть позже на меня налетела толпа служанок, и я, не привычная к такому, слегка опешила.

Эти дамочки явно получили генеральский приказ: отмыть, отчистить и сделать из гостьи белого человека. Иначе как объяснить их маниакальное рвение содрать с меня кожу мочалками?

Да меня в последний раз так мама в детстве купала! И то, что мои телеса увидят шесть чужих женщин, напрягало. Тело, конечно, не мое, но все же…

Мои попытки возразить пресекли на корню.

— Госпожа Элени, генерал Райол выгонит нас, если мы будем плохо делать свою работу, — отчеканила сурового вида тетушка с глубоко посаженными черными глазами, похожая на Мойдодыра из мультика.

Она убрала волосы под чепец, закатала рукава и, схватив мочалку, стала неумолимо приближаться.

Я съежилась и опустилась в горячую воду до самого подбородка.

Наверное, у них так принято, поэтому лучше не выпендриваться и делать, что сказали. Кстати, ванная комната, смежная со спальней, была роскошной. Пол и стены облицованы перламутровой плиткой, посередине круглая купель. В воде плавали лепестки роз и длинные тонкие листья какого-то растения. За ширмой в дальнем углу находилось приспособление, выполняющее функцию унитаза. Впервые его увидев, я испытала небывалое облегчение. А то было опасение, что придется довольствоваться ночной вазой.

В какой-то момент в ванную прискакал Тотошка. Поднялся на задние лапы и заглянул в купель, намочив любопытные усищи.

— Брысь отсюда! — рявкнула мойдодырша.

Молоденькие помощницы загомонили, а я спокойно произнесла:

— Не нужно шуметь на моего питомца, за его реакцию я не ручаюсь, Долла, — так звали суровую тетю.

Та лишь хмыкнула и посмотрела на ягуара из-под насупленных бровей.

— Будешь подглядывать, и тебя искупаю. Понял?

Тотошка обиженно заурчал и просочился под шкафчик с местной косметикой.

Интересно, кто-то успел заметить феникса? Лиэлль обещала пока ничего не говорить отцу, ведь она пришла ко мне без его ведома. Я вспомнила лицо генерала-дракона в тот момент, когда мои пальцы коснулись его щеки, и усмехнулась.

Все-таки красивый, зараза. Немудрено, что я приняла его за ночную грезу. Попал бы в наш мир, отбоя бы не было от поклонниц. Впрочем, уверена, он пользуется популярностью и тут.

***

На столике у кровати горел светильник. Не было ни проводов, ни батареи — значит, работает при помощи магии. И как ко всему этому привыкнуть?

Я присела, опираясь спиной на подушки, и взяла в руки зеркальце. Небольшое, овальной формы, в латунной причудливой рамке и на длинной ручке, оно лежало в одном из ящиков. Я уже знала, к чему может привести попытка заглянуть себе в глаза, и решила подстраховаться. Если снова упаду, то голова моя не пострадает.

Ладони вспотели от волнения, я облизала губы.

Тотошка с нахальным видом запрыгнул на кровать и улегся в ногах.

— Дружище, к утру от матраса не останутся одни угольки?

Тот протяжно мяукнул, словно говорил: «Обижаешь, хозяйка. Я что, совсем дурак?»

— Ладно, тогда спи.

Я поднесла зеркало к лицу. Светлая кожа после помывочных процедур сияла еще ослепительней и сделалась нежной от крема. Им меня намазала все та же Долла. Косметика здесь имела более слабый запах, чем привычная земная. Она тонко-тонко пахла мятой и была более жидкой, а хранилась меньше — всего несколько дней.

Долла даже провела экскурс в местные бьюти-процедуры, она вообще любила поболтать. А еще сказала, что завтра мне дадут личную горничную. И когда я окончательно поправлюсь, смогу переехать в смежные с Лиэлль покои.

У девочки скоро день рождения — семь лет. От меня ждут определенных вещей, значит, не помешает глубже окунуться в жизнь моей предшественницы. Времени очень мало, а сплоховать я не хочу. Тем более, последний час меня преследовали странные ощущения.

За грудиной появилось жжение, будто внутри запалили маленький костер. Прислушиваясь к себе, я могла поклясться, что слышу пока еще далекий гул пламени.

Никогда в жизни я не испытывала подобного! На пневмонию не похоже. Знаю, о чем говорю. Может, это магия, перешедшая по наследству? Скорее всего.

Тревожно как-то.

Мэтр Орион, восторженный старик в мантии и старомодных ботинках, не такой уж помощник. Придется полагаться на себя. Как обычно. Подруги шутили, что при ходьбе у меня звенят стальные бубенчики. А что поделать? Все сама да сама…

Ладно, не время предаваться воспоминаниям. Если судьба решила подарить мне второй шанс, пусть и таким нетривиальным способом, надо использовать его грамотно!

Я расслабилась и снова заглянула в зеркало. От волнения даже дыхание остановилось, а сердце, наоборот, понеслось вскачь.

Раз… Два…

Зрачки расширились и меня, будто в воронку, потянуло в чернильную мглу. Я перестала ощущать свое тело, рассыпалась на атомы, а потом в глаза ударил яркий свет.

Вокруг меня бушевало пламя. Огненные языки поднимались высоко над головой и сплетались в причудливом танце.

— Ты не должна бояться его, Элени. Это твоя стихия, — послышался голос.

Рядом со мной, сцепив за спиной руки, невозмутимо стояла госпожа Лорисс. Как будто мы в парке на лебедей любовались, а не рисковали поджариться в жерле гигантской печи.

Глава 9. Завтрак и новые неожиданности

Только когда явилась горничная, я поняла свою ошибку: натянула платье на голое тело, потому что привычного нижнего белья тут не наблюдалось. Вместо бюстгальтера было что-то типа плотного топа с металлическими вставками, который поддерживал грудь.

Далее шла тонкая нижняя рубашка под горло. Кружевная драпировка закрывала зону декольте, а рукава заканчивались пышными воланами. Следом — нижняя юбка. И только после этого надевалось платье. В общем, век живи — век учись.

Молчаливая горничная сделала вид, что не заметила моей оплошности. Терпеливо помогла справиться с этим безобразием и принялась за волосы.

— Чистый шелк, — прокомментировала она, перебирая пряди.

Звали ее Юнис, она была ровесницей меня прошлой. Невысокого роста, худенькая и строгая, с острым носом и проворными пальцами, она напоминала птицу. И так же деловито копошилась в моей голове, словно гнездо свивала.

Я уговаривала себя молчать и покорно принимать странности местной моды. Под конец пучок, собранный из кос, украсила шпилька с бутоном настоящей розы.

— Благодарю, Юнис.

Я встала перед зеркалом, дабы оценить образ. На меня смотрела принцесса из сказки или фарфоровая кукла с витрины магазина. Нежное платье вкупе с прической делали меня еще моложе, выставляли наивной хрупкой ланью, которая не совсем понимает, что творится вокруг. А еще эти огромные глаза с длинными ресницами…

Мило, красиво, но слишком приторно. Аж зубы ноют.

Я вернула свое обычное выражение лица, и девочка-ромашка тут же превратилась в укротительницу двоечников и хулиганов. Все-таки мимика и внутреннее содержание играют огромную роль.

Впервые я покидала стены покоев. Конечно, волновалась, но долго отсиживаться не получится. Пора знакомиться с новым миром.

Тотошка увязался следом. По широкой лестнице мы спустились на этаж ниже. Я подмечала убранство замка. Он не походил на серые и мрачные средневековые громады. Благодаря широким окнам и многочисленным зеркалам коридоры и залы заливал свет. В больших кадках росли цветы и миниатюрные деревья. У растения с красными ажурными листьями я даже постояла несколько секунд, любуясь.

Это место называли Золотым Кленом, и название отражало суть. Рамы картин и детали мебели украшала янтарная крошка и светлый камень, похожий на яшму. Стены были сложены из желтого кирпича, узоры на полу напоминали языки пламени. Повсюду я видела фигуры драконов: на полотнах, спинках кресел, на полу. Из стен торчали держатели в виде лап с длинными когтями, в которых покоились шары из матового стекла.

Меня привели на площадку, откуда открывался вид на горы. Налетел ветер, и я рефлекторно прикрыла лицо рукой. За столом ожидал герцог Райол. Вальяжно развалившись в кресле и не сводя с меня напряженного взгляда, он покачивал в руке золотой кубок.

— Еще раз доброе утро, — произнесла я, подойдя ближе.

Молоденький прислужник отодвинул передо мной кресло, и я опустилась в него настолько изящно, насколько позволяла пышная юбка. Нет, такая одежда мне решительно не нравится! Она создана, чтобы радовать мужские взоры, а вот удобство никого не заботит.

Дракон царственно кивнул.

— Надеюсь, у вас оно действительно было добрым.

В его словах почудился намек. Подкалывать меня вздумал? Ничего, хорошо смеется тот, кто смеется последним!

Слуге пришлось сбегать и принести миску для моего питомца. Тотошка набросился на еду с жадностью, утробно рыча и намекая, что готов откусить руку любому, кто притронется к его добыче. Мы начали трапезу в тишине, и только утолив первый голод и промокнув губы салфеткой, герцог Райол произнес:

— Госпожа Элени, нам с вами нужно обсудить некоторые вопросы. Если, конечно, ваше самочувствие это позволяет.

— Хотя мое физическое состояние не предусматривает серьезные нагрузки, разум мой ясен и чист, — ответила я высокопарно и потянулась к кубку.

Надеюсь, там не алкоголь? Не привыкла пить с утра, да и вообще со спиртным не дружила. К счастью, это был кисловатый вишневый сок.

— Мэтр Орион заверил меня, что вы быстро идете на поправку.

Вот старый хитрец! Нет бы сказал, что мне нужно больше времени для восстановления. Я бы успела просмотреть все воспоминания Элени.

— Через неделю моей дочери исполняется семь лет. Как вы знаете, это тот возраст, когда открывается магический источник.

Он говорил, а я с умным видом кивала. Интересно, этот человек умеет улыбаться? Слишком строгий, собранный, как будто готов в любую секунду вскочить и выхватить меч. В глазах сталь. Он и со своей дочерью такой? Не удивительно, что малышке стало одиноко и она пошла знакомиться со мной.

Внезапно выражение его лица изменилось: суровые складки в углах рта разгладились, глаза удивленно распахнулись. Он разом скинул лет десять!

Что его так поразило?

Я задрала голову и увидела огненную птицу, она парила прямо над нами.

— Феникс, — негромко произнес герцог и перевел взгляд на меня. Теперь в нем мне виделось что-то сродни уважению.

— Феникс, — повторила я.

— Это вы его призвали?

— Что? Нет, не я!

Мы зачарованно наблюдали за тем, как волшебное создание делает широкий круг и медленно спускается. Места лучшего, чем спинка моего кресла, феникс не нашел. Острые когти впились в дерево, и я наклонилась к столу, чтобы птиц не задел меня пылающими крыльями или длинным хвостом.

— Сидеть, — одернула я Тотошку, который оживился при виде пернатого.

А тот, словно ничего особенного не случилось, покрутил головой и замер у меня за спиной, как верный страж.

Так, и что мне с ним делать?

— Может, он хочет есть? — спросила с сомнением.

Не буду же я кормить его, как курицу.

Если Тотошку мне сразу захотелось погладить и приласкать, то присутствие феникса настораживало. Слишком воинственно он выглядел, а хохолок на голове топорщился, как гребень на шлеме римского полководца.

Но дракон не выказывал беспокойства, просто наблюдал.

Глава 10. Феникс

Я начала приживаться в этом мире как цветок, который пересадили с одного места на другое. Сначала он не понимает, что происходит: опускает листья, клонится к земле. Но постепенно оживает под лучами солнца, набирается сил и готовится расцвести.

В моем случае роль светила играла малышка Лиэлль, забегавшая ко мне в гости тайком от строгого отца. А еще мой новый питомец — большой проказник и любитель обнимашек. Они радовали меня и заставляли улыбаться, и мне хотелось отвечать им тем же.

За эти дни я успела все обдумать и окончательно смириться с тем, что я в другом мире и путь назад заказан. Все, хватит, теперь вперед и только вперед. В будущее!

Магия, которую я поначалу воспринимала как нечто пугающее и чужеродное, становилась все ближе. Я привыкла к чувству, что время от времени заявляло о себе теплом в груди. Будто кто-то зажигал свечу, и пламя грело меня изнутри. Но управлять им я по-прежнему не могла.

Это тревожило, ведь день рождения Лиэлль неумолимо приближался. От меня ждут определенных вещей! И мне бы отбросить предрассудки, начать тренироваться, но страх спалить кого-нибудь, как ту злополучную шторку, связывал по рукам и ногам.

Мэтр Орион верил в меня сильнее, чем я сама. Мягко говоря, стариком он был странным. Если бы не он, давно бы созналась герцогу Райолу в том, что никакая я не Айне Элени и вообще отстаньте от меня. Но настойчивость пожилого мага укрепляла мою пока еще шаткую веру в себя.

Я все так же путешествовала по воспоминаниям Элени, но теория, не подкрепленная практикой, была бесполезна.

«Вы должны перешагнуть внутренний барьер, Марьяна», — твердил Орион, покачивая головой и улыбаясь.

Шутник, тоже мне. Легко ему говорить.

Но произошла еще одна странная вещь — я стала понимать Тотошку. Котенок называл меня мамой. Сначала я не поверила самой себе, думала, что у меня окончательно поехала крыша. Но нет, я четко слышала в голове голос ягуара.

Это была не привычная уху человеческая речь. Он общался со мной мыслями, образами, обрывками фраз. Как ребенок, который только учится говорить. Он вел себя то капризно, то игриво, то порыкивал на слуг, мэтра Ориона и герцога, готовый защитить меня в любой момент. Это было удивительно и забавно. Но почему эта способность проснулась не сразу?

Тоже вопрос. Как и то, зачем противный феникс меня клюнул. Хотя мэтр Орион, как и герцог Райол, удивился и даже чему-то обрадовался!

Порой, поднимая взгляд к небу, я опасалась увидеть силуэт огненной птицы.

Этой ночью я попросила горничную, Юнис, оставить меня в одиночестве. Заканчивался шестой день моего пребывания в новом теле и в новом мире. Я окрепла, головокружение и приступы слабости перестали беспокоить. Поднимаясь по лестницам замка, теперь я не хотела присесть, отдышаться и повздыхать, будто старушка какая.

Тотошка видел десятый сон. Наглый ягуар снова развалился поперек кровати. Он ел за троих и рос как на дрожжах, и так же ярко пылал.

Я поставила на подоконник восковую свечу и расположила ладони с обеих сторон от нее. Губы упрямо сжались, брови сошлись на переносице от усердия.

— Ну же, давай, — бормотала я, вспоминая подсмотренные уроки Элени и ее наставницы.

По идее, фитиль должен вспыхнуть. Это самое простое, одно из начальных упражнений. Для огненного мага это как дважды два!

Эх, Марьяночка Андреевна. Двоечница ты.

А если я все делаю неправильно? Мэтр Орион все время говорит, что я должна переступить внутренний барьер. И да, он есть. В глубине души я не верила, что у меня получится.

Всю жизнь я считала магию детской сказкой. Даже сейчас, оказавшись в магическом мире, упрямый разум не желал поверить в нее до конца,несмотря на то, что я видела каждый день. Несмотря на голос Тотошки у меня в голове и на огненную птицу, рассекающую небеса. Несмотря на сам факт моего попаданства.

Я всегда была реалисткой, хотя под настроение могла почитать сладкие любовные романы, мистику и фэнтези.

По виску скатилась крупная капля пота. Я искусала себе все губы.

Эта чертова свеча никогда не загорится!

Фитиль подрагивал от ночного ветра. Я держала ладони, представляя, как зажигается крохотный огонек.

Неправильно… Я все делаю неправильно…

Вдохнула-выдохнула и дала себе команду очистить мысли. Выкинуть весь мусор, всю неуверенность. Если меня притащило в этот мир, значит, на то есть весомая причина. Не просто так дар достался именно мне. Я должна показать всем, кто тут мамочка! То есть огненная няня.

Пламя в груди отозвалось, одобрительно загудело в унисон моим мыслям. В солнечное сплетение разом как будто сотня раскаленных игл вонзилась, а потом огненный ручей потек по плечам, рукам, запястьям — прямо в ладони и пальцы.

Ярко полыхнуло. Я рефлекторно зажмурилась, а когда открыла глаза, обнаружила, что свеча превратилась в унылую лужицу воска. Сначала были шок, неверие, трепетная радость... А потом внутри все поникло.

— Перестаралась, — заключила я, почесав макушку.

Все же это какой-никакой успех. Могу ведь, когда захочу. А значит, надо хотеть и стараться еще больше.

Может, заодно и погадаю? На что похожа фигурка?

В пятнышке воска мне померещился силуэт дракона. Герцог Райол собственной персоной?

В этот миг внимание привлекло мягкое свечение над головой. Я выглянула из окна и заметила пернатого гада. Феникс медленно спускался, роняя из хвоста искры. У меня даже сомнений не оставалось насчет того, кто ему нужен и куда он летит.

Отойдя от окна, я скрестила руки на груди и нахмурилась. Как только птиц приземлился на подоконник, проворчала:

— Признавайся, басурманин, зачем пожаловал? Снова хочешь меня клюнуть? Ты смотри, я ведь и перья могу повыдергивать.

Конечно, последнее было преувеличением. Я все еще не знаю, насколько опасны могут быть эти существа. Рисковать не стоит.

И каково же было удивление, когда он, уставившись на меня по-человечески умными черными глазками, ответил:

Глава 11. День Рождения Лиэлль

С самого утра замок стоял на ушах — не каждый день случаются события такого масштаба! Дочери герцога Райола сегодня исполнялось семь лет, на праздник дракон пригласил не только именитых гостей, но и толпу развеселых артистов.

Люди в цветных костюмах показывали цирковые номера во дворе замка. Развлекали народ шутками и танцами, ловко жонглировали мячами и ходили по канату, натянутому между двумя башенками. Акробаты поражали гибкостью тел, складываясь пополам под восхищенные вздохи. Были тут и факир, и шпагоглотатель, и даже дрессированная обезьянка, которая заставляла Лиэлль хохотать без умолку.

Малышка, сияя, принимала поздравления. Румяная, веселая, одетая в ярко-голубое кружевное платье, она походила на маленькую фею. Я же всюду следовала за ней, пока ее отец уделял внимание гостям. Не скажу, что его радовало общество баронов, графов и прочих господ с труднопроизносимыми именами. Иногда я ловила полный тоски и скуки взгляд Адриана.

Внезапно в толпе началось шевеление, люди хлынули в стороны, освобождая проход. Лиэлль оживилась, улыбнулась и бросилась к пожилой чете, шедшей нам навстречу с горделивым видом. Церемониймейстер объявил имена новых гостей, и некоторые глубоко поклонились, другие же просто кивнули.

— Бабушка! Дедушка! — раздался звонкий голосок Лиэлль.

Я удивленно вскинула брови. Бабуля с дедулей опоздали на праздник к внучке? Как невежливо.

А если они прибыли издалека? Может, я рано ворчу на них?

Опомнившись, я нацепила на лицо милую улыбку и собиралась последовать за своей подопечной, как вдруг ко мне бесшумно приблизился сам Адриан Эл’Райол.

— Вы не замечаете ничего странного в ее состоянии? — спросил он, хмуря темные брови.

— Нет, — я покачала головой, а сверху спланировал феникс и уселся на каменный парапет.

Он кружил неподалеку весь день, и его присутствие не осталось для гостей незамеченным. Если поначалу меня разглядывали с плохо скрываемым любопытством, с настороженностью, то с появлением огненной птицы уважения на лицах знатных господ прибавилось.

Ивари, как и обещал, не бросил меня. Легендарное существо добавило моей персоне веса и в глазах обитателей замка. Слуги глубоко кланялись при встрече, мэтр Орион подобостраство заглядывал в глаза. Только дракон был холоден и задумчив. Хотя время от времени я ловила на себе слишком уж внимательные взгляды Адриана и не знала, как реагировать.

Сейчас он стоял у меня за плечом, сложив руки на груди и изображая античную статую.

От мэтра Ориона удалось немного узнать о родственниках Лиэлль. Со стороны дракона не осталось близких кроме кузена-короля, зато его тесть и теща были живы и здравствовали. Вот только они не смогли простить Адриану смерть своей дочери, давали понять, что винят его в ее преждевременной гибели. Они бывали в Золотом Клене нечасто.

Их обида на дракона казалась мне несправедливой, ведь они сами отдали за него дочь, зная о рисках. Но человеку всегда легче сделать кого-то виноватым, это защитная реакция.

— Вы увидели изменения в ее магическом источнике, госпожа Элени? Я слышал, что иногда процесс открытия проходит тяжело. Не хотелось бы, чтобы у моей дочери возникли проблемы, — произнес дракон, не спуская с Лиэлль глаз.

Я подавила зевок — после бессонной ночи страшно хотелось спать, но я держалась. Я до рассвета беседовала с Ивари, а перед этим бродила по воспоминаниям своей предшественницы.

От новых открытий пухла голова, но я впитывала знания, как губка, хваталась за все подряд. Я снова чувствовала себя юной, когда мозг работает на полную катушку, а не скрипит ржавыми шестеренками.

Мэтр Орион решил, что мне будет полезно прочесть специальную литературу и притащил стопку пыльных фолиантов. Я успела просмотреть совсем немного, на освоение магической науки могут уйти годы!

Но под лежачий камень вода не течет. Я сделаю все, что от меня зависит, чтобы помочь маленькой девочке. Мы знакомы недолго, но я вижу, как одиноко Лиэлль в огромном замке. Герцог любит ее, но, к сожалению, плохо разбирается в детях. Адриан считает, что игры с отпрысками слуг роняют ее высокий статус. Более того, могут стать причиной травм и болезней.

Этот дракон полагал, что дорогие игрушки заменят его дочери живое общение со сверстниками. А мне так и хотелось настучать ему по черепушке, но я решила, что буду действовать медленно и аккуратно. И постепенно мы с Лиэлль вылепим из него самого лучшего папочку. А пока терпение и только терпение.

К этому ответственному дню я подготовилась как могла. Узнала, что процесс открытия магического источника обычно проходит легко и магия без труда заполняет особые каналы внутри тела. Они напоминают сосуды, по которым течет кровь и лимфа.

Но иногда переход может быть болезненным. Все зависит от того, сколько магии заложено в ребенке. Мне нужно контролировать ситуацию, не дай бог что-то пойдет не так.

Увы, магов огня кроме меня тут больше не наблюдалось. Ни дед с бабушкой, ни дракон ею не владели. Хотя у обоих семей в предках были прославленные маги-стихийники. То, что Лиэлль родилась одаренной, само по себе чудо. И проблема тоже.

— Лучше бы в ней не было магии, — негромко произнес Адриан. — Я хотел для своей дочери спокойной жизни.

Я обернулась и раздраженно выпалила:

— Прекратите каркать, герцог.

— Что вы сказали? — дракон выпучил глаза от возмущения, но оно меня не тронуло.

— Своей кислой миной вы портите дочери праздник. Плохие мысли притягивают негатив.

Он поджал губы и нахмурился.

— Лиэлль моя единственная дочь. Неудивительно, что я волнуюсь за своего ребенка. А вот вам стоит быть повежливее. Я, как-никак, ваш наниматель.

Я закатила глаза.

— Этому меня в Обители не учили.

И пока дракон не успел ничего ответить, я уверенно зашагала к Лиэлль. Она тут же подскочила ко мне и ухватилась за руку. Тонкие пальчики сжали мою ладонь неожиданно сильно.

Дед с бабушкой тут же смерили меня внимательными взглядами, будто решали, достойна ли я чести находиться рядом с их внучкой.