Охота на берегах Онтарио

Глава 1. Прибытие

В международном порту большого города вовсю бурлила жизнь. Туда-сюда сновали машины, грузовики, небольшие тягачи с багажными тележками, сцепленными паровозиком. То тут, то там раздавались корабельные гудки, звуки сирен заднего хода различной техники и крики рабочих. Во всю эту какофонию органично вплетались громкие крики чаек и шум волн — океан сегодня был неспокоен.

На одном из причалов готовились принять большой пассажирский теплоход, который уже входил в фарватер, корректируя свой путь с помощью нескольких буксиров, мощный рев двигателей которых был отчетливо слышен даже на берегу.

Работники порта стояли около кнехтов, готовые принимать швартовы и цеплять за них судно. Почти к самому краю причала небольшой тягач подтащил грязно-белый трап, возле которого суетились несколько человек, раскладывая его.

Через несколько минут со стороны воды послышался дикий скрежет, прерванный на секунду громким звуком чего-то большого, упавшего в воду, и сразу же продолжившийся с новой силой. Трансокеанский теплоход «Британия» бросил якорь в воды залива.

Громко заревели двигатели, и через пару мгновений винты теплохода, до того находящиеся в покое, начали быстро набирать обороты, натужно разрезая грязные портовые воды — для торможения корабля включили реверс.

Когда судно приблизилось к причалу вплотную, матросы, стоявшие на борту, сбросили на причал несколько выбросок — веревок, которые были привязаны к швартовым. Портовые работники споро их похватали и начали вытаскивать с палубы сами швартовы, накидывая их на кнехты и фиксируя дополнительно цепями — чтобы они не сорвались случайно от качки.

Вскоре швартовка была завершена. В борту судна поднялась широкая аппарель, и в открывшийся проем работники втащили трап. Связь корабля с берегом была налажена, и путь для пассажиров был открыт.

Вскоре первые из них уже начали ступать на твердую землю, осторожно проходя по трапу — неспокойные воды залива давали легкую качку, и мало кому из них это добавляло уверенности в надежности конструкции.

Среди очередной группы пассажиров несколько выделялся один мужчина, лет тридцати пяти-сорока на вид. Он был высок — никак не меньше шести с половиной футов в высоту — и довольно крепко сложен. Его живые серые, почти стальные глаза удивительно гармонировали с цветом океанских вод. Одет он был в классическом стиле — кожаный коричневый плащ-тренч чуть выше колен, коричневые брюки со стрелками. Внизу его костюм оканчивался черными лакированными туфлями, а сверху удачно дополнялся черной шляпой-хомбург. В правой руке он держал приличных размеров чемодан из крокодиловой кожи, с позолоченными замками, которые тут же сверкнули на солнце.

Сойдя на землю, мужчина отделился от группы людей, сошедших с корабля, и отошел чуть в сторону. Проходивший мимо работник порта сообщил ему, что перронный автобус, который должен отвезти пассажиров в терминал, слегка задерживается и его придется подождать минут десять или пятнадцать.

То же самое прозвучало несколько мгновений спустя и из мегафонов на фонарных столбах, стоящих на пирсе.

Люди недовольно загудели и начали расползаться по пирсу, слоняясь тут да там и разглядывая стоящие в порту корабли. Мужчина не стал исключением. Он отошел еще дальше и стал на противоположном от корабля краю пирса.

Дело шло уже к вечеру. Дувший с океана ветер немного разогнал висящие над портом тучи и открыл чуть красноватое закатное солнце, которое подсветило своими лучами все вокруг: и воду, и порт, и город. Оно раскрашивало белоснежные борта круизных лайнеров в теплый оранжевый цвет и отражалось от окон небоскребов, заставляя морщиться тех, чей взгляд случайно падал на них.

Океан был неспокойным. Дувший с него ветер поднимал волны — не штормовые, но все же довольно заметные. Они бились о причал, разбиваясь мириадами брызг, которые на мгновения зависали в воздухе и красиво подсвечивались солнечными лучами.

Над головами у людей кружили десятки чаек, которые перекрикивались резкими голосами, иногда перемежая свою болтовню громкими раскатами смеха, звучавшего несколько жутковато для человека, не знакомого с этими птицами.

Несмотря на теплые цвета заката, погода стояла совсем не летняя. Ветер, дувший со стороны залива, был холодным и пронизывающим. Но мужчину ветер, казалось, совсем не смущал. Он поплотнее запахнул плащ, сдвинул шляпу чуть дальше на затылок и подставил лицо соленому океанскому ветру, прикрыв глаза.

Тем временем буквально за пару минут направление ветра как-то достаточно резко поменялось в обратную сторону — он дул теперь с суши и еще быстрее разгонял тучи, делая небо практически чистым.

Мужчина стоял в нескольких футах от края причала и, казалось, то ли дремал, то ли медитировал. Из полудремы его вывел особенно резкий крик чайки, пролетевший почти над самой головой.

Он посмотрел ей вслед слегка заинтересованным взглядом и вдруг обомлел.

Открывшаяся его взгляду картина просто поражала воображение. На дальнем конце бухты стоял высокий маяк, указывающий путь входящим в нее кораблям. Ярко-алый диск закатного солнца опускался прямо на него. Маяк с солнцем на верхушке очень напоминал конфету «Чупа-чупс» на палочке, и мужчина пожалел, что не взял с собой фотоаппарат — такой вид, запечатленный на фото, занял бы достойное место на стене его рабочего кабинета в Лондоне.

Мужчина стоял, и дальше наслаждаясь видом на залив и город, соленым ветром, думая о предстоящих ему тут делах. Но из раздумий его вскоре вырвал звук подъезжающего перронного автобуса. Зычным голосом работник порта приглашал пассажиров корабля проследовать внутрь и уверял нескольких нетерпеливых молодых людей, что за теми, кто не влезет в транспорт, буквально через несколько минут приедет следующий.

Отошедший ранее от остальных пассажиров в сторону, мужчина сейчас оказался ближе всех к автобусу. Не теряя времени зря, он спокойным, но быстрым шагом направился к нему и вошел туда одним из первых.

Глава 2. Тайны спокойного городка

Утро следующего дня наступило внезапно. Еще, казалось, мгновение назад голова Макса соприкоснулась с подушкой, а сейчас через легкие занавески на окне спальни уже пробивалось яркое рассветное солнце. С точки зрения Макса, большого любителя поспать, место для кровати в номере отеля выбрали крайне неудачно. Большое окно спальни выходило аккурат на восток, и кровать стояла как раз напротив него — так, что солнце могло светить прямо ему в лицо изо всей своей утреней мо́чи. Лучи пробивались сквозь закрытые веки, и спать в таких условиях было решительно невозможно.

Макс попробовал было натянуть одеяло на лицо и пролежал так с минуту-другую. Но так лежать он тоже долго не смог — очень скоро ему стало слишком жарко.

Недовольно хмыкнув, он потянулся несколько раз, скинул с себя одеяло и рывком встал с кровати.

Постояв пару мгновений, Макс направился к окну. Он подошел к нему, раздвинул занавески в разные стороны, и ему открылся широкий панорамный вид на Нью-Йорк — город, который никогда не спит. Не спал он и этим утром: по дорогам тянулись вереницы машин, иногда собираясь в глухие пробки, по улицам десятками и сотнями сновали в разные стороны пешеходы, которые с высоты семнадцатого этажа казались маленькими разноцветными точками, где-то вдалеке над городом пролетел вертолет…

Вид за окном был интересным, и еще не до конца проснувшийся Макс простоял несколько минут, наблюдая за утренней жизнью большого города: разглядывая то интересный дизайн стоявшего в нескольких кварталах от отеля небоскреба, то усевшегося на подоконник голубя, то провожая взглядом несущуюся куда-то по встречной полосе полицейскую машину с мигалками. Но простоять целое утро, пялясь в окно, Максу не хотелось.

«Надо бы зарядку сделать, а то что-то я какой-то снулый с утра», — подумал он и открыл створку окна. В комнату сразу же залетел студеный осенний ветер, растрепав занавески и волосы Макса. Тот слегка поежился от холода и, отойдя на середину комнаты, принялся отжиматься.

Через несколько десятков приседаний, отжиманий и различных выпадов Макс решил, что он себя чувствует, в принципе, уже достаточно бодро. Закрыв окно, через которое из комнаты уже успело улетучиться все ночное тепло и жаркая нега, он направился в душ, дабы окончательно проснуться и освежиться перед новым днем.

Выйдя из душа и вытерев голову мягким банным полотенцем, он надел брюки, рубашку, и всунул ноги в туфли, после чего взял с тумбочки свои наручные часы, показывавшие восемь пятнадцать утра.

— Ого-о, вот это я рано встал, — протянул он, защелкивая браслет часов у себя на запястье. — Надо будет постараться доехать до Спринг-Харбор побыстрее и еще успеть обсудить с мэром мой начальный порядок действий.

«Не хотелось бы приехать туда поздним вечером и отрывать людей от ужина», — закончил Макс свою мысль уже про себя, энергично прокручивая рычажок завода часового механизма двумя пальцами.

На завтрак Макс решил спуститься в ресторан, предположив, что за то время, пока заказанную в номер еду будут готовить и доставлять, он уже успеет позавтракать там.

Выйдя из лифта на втором этаже, он сразу заметил висящую на противоположной стене позолоченную стрелочку с зеленой надписью, указывающей дорогу к ресторану. Искомое помещение оказалось сразу за углом в конце коридора. Оформлено оно было в общей стилистике отеля — зеленые обои с золотым рисунком, мебель из темного дерева, много позолоты и лепнины в качестве декора. Людей в ресторане было совсем немного, и к присевшему за свободный столик у окна Максу тут же подошел официант. Поприветствовав его, официант положил перед ним такое же меню, как и то, что Макс нашел вечером в номере — стильная деревянная обложка и прекрасная полиграфия: неброские, хорошо читаемые шрифты и очень красочные фотографии блюд, которые сразу же вызывали желание их попробовать.

Немного подумав и перелистнув пару-тройку страниц, Макс сделал свой выбор. Он позвонил в небольшой бронзовый колокольчик, стоявший на специальной подставке на столе, подзывая официанта, который уже успел отойти к вошедшей сразу за ним в зал пожилой паре.

Вскоре тот вернулся и спросил, готов ли Макс сделать заказ. Макс ответил на вопрос утвердительно и продиктовал официанту несколько позиций из меню.

Уже через пару минут перед ним стояла большая тарелка, в которой лежал сырный омлет с жареным беконом. Рядом с ней, на тарелке поменьше, были мягкие бельгийские вафли — одна из них была полита кленовым сиропом, другую украшал вишневый конфитюр с кусочками плодов. Довершал картину традиционного американского завтрака высокий стакан-хайбол, в который был налит несколько нехарактерный для него напиток — обыкновенное молоко.

Макс слегка удивился такому выбору посуды, но заказанная им двойная порция молока — двенадцать унций — очевидно, не влезала в обычный стакан, а для целого графина была явно недостаточна.

Еда, как и вчера, была выше всяких похвал. Особенно Максу пришлось по душе сочетание вафель с вишней — нежное тесто просто таяло во рту, а приятный, чуть кисловатый конфитюр прекрасно оттенял его сладкий вкус.

Стоил этот завтрак двадцать долларов, и выписавший чек официант сказал, что его можно будет оплатить на ресепшене в любое удобное время, в том числе и перед самым выселением.

После завтрака Макс спустился на первый этаж, в фойе. Он сообщил о том, что собирается уезжать, и попросил заказать такси, которое согласилось бы отвезти его в Спринг-Харбор, небольшой городок на берегу озера Онтарио. Расстояние до него было чуть больше трехсот миль, и Макс резонно предполагал, что с поиском машины могут возникнуть сложности — клиента на обратную дорогу таксисту найти было бы нелегко. Но сидевший за стойкой ресепшна невысокий коренастый мужчина с необычайно живыми голубыми глазами посоветовал Максу не беспокоиться, заверив его, что знает несколько таксомоторных компаний, которые без проблем берут подобные заказы.

Машину Макс попросил подать к десяти часам утра, и поэтому у него образовалось немного свободного времени. Вернувшись в номер, он довольно быстро собрал свои немногочисленные распакованные вещи и отправил их обратно в чемодан. Чтобы убить время, он решил немного посмотреть телевизор, висевший на стене в зале гостиничного номера.

Глава 3. Самые интересные приключения обычно начинаются с фразы «Я знаю короткую дорогу»

Съехав с фривея, машина оказалась на двухполосной дороге, проходившей по довольно-таки живописным местам. Слева от нее росла не слишком густая лиственная рощица, за которой, если хорошенько присмотреться, можно было увидеть едущие по фривею машины. Справа, в неглубоком овраге, тянувшемся вдоль дороги, протекала речушка. Она была достаточно полноводной, а вода в ней — грязной и мутной на вид. Вероятно, где-то невдалеке недавно прошли дожди и взбаламутили грязь с речного дна. За рекой начинался густой лиственный лес, который подходил то почти к самому ее берегу, то отходил вдаль на пару десятков ярдов.
Дорога петляла по берегу реки, иногда углубляясь в лесную чащу, а иногда выезжая из нее на широкие поля. Местами поля были утыканы ярко-красными амбарами, а кое-где и фермерскими домиками. 
Примерно через десять минут на горизонте показался небольшой городок, стоящий на краю леса, раскрашенного во все возможные осенние краски. Молчавший до того таксист вполоборота повернулся к Максу и обратился к нему:
— Сэр, вы не будете возражать, если мы сейчас минут на десять заедем на заправку? Это последнее место по дороге до Спринг-Харбор, где принимают топливные карты нашей компании. А еще, если я верно помню, здесь варят просто восхитительный кофе.
— Без проблем. Не спешите, у нас достаточно времени, — ответил ему тот. — Я бы действительно не отказался сейчас от стакана хорошего кофе. 
Заправка «Petra’s Premium Gas» находилась на самой окраине города, справа от дороги. Таксист свернул на нее и остановился у бензоколонки. Макс выбрался из машины, потянулся, разминая затекшие мышцы, после чего достал и надел лежащие на заднем диване плащ и шляпу. 
Вместе с таксистом они вошли в здание заправки. В небольшом помещении размещались все услуги, которые предлагало это заведение. В левом дальнем углу от двери, возле большого панорамного окна располагалась касса, к которой сразу же направился таксист. Посередине зала стояло несколько стеллажей с разнообразными снеками, печатной продукцией и всякой автомобильной всячиной. Справа же расположился небольшой кафетерий: холодильная витрина с выложенными на ней разнообразными сендвичами, кофейный аппарат внушительных размеров. Рядом располагались два столика, возле каждого из которых стояло по два диванчика, обтянутых красной кожей, слегка истертой от времени. 
Макс направился в сторону стойки кафетерия, за которой стояла миловидная девушка восточной наружности, и остановился, чуть не доходя до нее. Над головой девушки висела большая вывеска с меню. Он простоял так с полминуты, задержав на ней взгляд и изучая ассортимент. 
— Здравствуйте. Сделайте мне, пожалуйста, один средний латте. 
— Добрый день, сэр. Да, конечно. Какие-нибудь добавки к кофе?
— У вас есть мед и корица?
— Разумеется. Сколько вам положить?
— Положите две ложки сахара, как следует размешайте, а сверху полейте ложкой меда и немного посыпьте корицей. 
— Конечно, сэр. С вас один доллар, — ответила девушка с теплой улыбкой.
Макс достал портмоне и вынул оттуда две долларовые монеты. 
— Вот, пожалуйста. Возьмите кофе и себе, — сказал он, послав ей ответную улыбку. 
— Благодарю, хорошего вам дня!
— Также и вам, — ответил Макс, взял со стойки уже готовый кофе и вышел с ним на улицу. 
Прислонившись к стене заправки, он стоял и наблюдал за проезжающими мимо по трассе машинами, изредка переводя взгляд на лес, самые ближние деревья которого начинали расти буквально в десяти футах от бензоколонок. 
Отвлекшись на проезжавший по трассе грузовик, везущий огромную лопасть от ветряка, Макс не заметил, что между деревьев кто-то мелькнул. Короткий миг, и черное, окутанное облаками пара тело в прыжке, потрясающем воображение своей длиной, бросилось на него. Увидев боковым зрением что-то большое, летевшее к нему слишком быстро, Макс изящным движением пригнулся, каким-то чудом умудрившись не расплескать свой кофе, и тело пролетело буквально в паре дюймов над ним. 
Не выходя из приседа, Макс поставил стакан с кофе на асфальт и поднял голову, чтобы посмотреть на атаковавшее его создание. Создание это отдаленно напоминало огромную собаку — если, конечно, можно представить существо, бывшее верным другом человека вот уже несколько тысячелетий, в таком ужасающем виде. 
Тварь была большой — размером с крупного мастиффа или даже больше. Ее черная как смоль кожа была лишена шерсти и покрыта струпьями, язвами и нарывами. От нее валил пар, как из распахнутой настежь двери сауны холодным зимним вечером. Короткая, чуть сплюснутая морда была похожа на бульдожью. Глаза у твари горели живым огнем ярко-желтого цвета, а из пасти тянулись струйки слюны, от которых периодически отрывались капли и испарялись, не долетая до земли. 
Тварь рыкнула. Стоявший возле колонки таксист как раз заканчивал заправлять машину: он уже вынул из бака пистолет и собирался повесить его обратно на колонку. Услышав рык, он поднял голову и заметил тварь. От страха мужчина выронил из рук пистолет, из которого вылилось на асфальт немного остававшегося в нем топлива, и попятился. Запнувшись за бетонное возвышение, на котором располагалась колонка, он упал на задницу и продолжил отползать назад.
Тварь рыкнула еще раз, мотнула головой и снова бросилась на Макса. Вставая из приседа, он вытянул вперед левую руку с раскрытой ладонью и выкрикнул «Ндальуа́р!», подгибая большой, средний и безымянный пальцы. Рука на мгновение засветилась мягким белым светом. Такое же свечение появилось и вокруг твари, движение которой заметно замедлилось. 
Отскочив в сторону, Макс пропустил мимо себя существо, сунул руку под плащ и выхватил оттуда кинжал с клинком довольно грубой работы, сделанным из какого-то серебристого металла. Клинок этот был странной треугольной формы, сильно расширяющийся к основанию. Бросившись за остановившейся неподалеку тварью, которая трясла башкой и выглядела оглушенной, он настиг ее в три широких шага и воткнул кинжал ей в загривок по самую рукоять. Клинок вошел в тело твари как в масло, разрубая ей позвоночник. «Вра́зин»! — выкрикнул Макс еще раз, после чего навершие рукояти кинжала на секунду засветилось тусклым бордовым цветом. Тварь обмякла, ее ноги подкосились, а идущий от всего тела пар куда-то резко исчез. Еще секунда, и она рухнула на землю, соскальзывая с клинка, который Макс вытащил из нее широким размашистым движением. 
— Вот черт, — выругался Макс, сжимая кинжал в руке и осматривая окрестности. — Надо бы проверить, нет ли тут рядом его стаи, — пробурчал он и побежал к таксисту. — Эй, парень, с тобой все в порядке? — спросил его Макс, подавая руку и помогая подняться с земли. 
— Д-да… Да, вроде в порядке, — ответил тот дрожащим голосом, держась другой рукой за задницу. — Ох, вот это я приложился…
— Открывай багажник, живо! У меня в чемодане лежит одна штука, которая поможет нам убедиться, что тут рядом еще с десяток таких же не рыщет. Баргесты — стайные твари, они редко охотятся поодиночке.
— А-а-ага, сейч-час открою, — пролепетал таксист и дрожащими руками попытался вставить ключ в замок багажника. 
После нескольких безуспешных попыток Максу надоело ждать — он отобрал у таксиста ключи, сам открыл багажник и откинул крышку своего чемодана. Сунув руку в одно из отделений, он покопался там несколько секунд и выудил небольшой прямоугольный футляр, сделанный из какого-то светлого дерева. Из футляра он достал довольно странно выглядящие очки — вместо обычных линз там были небольшие коробочки, покрытые то ли резьбой, то ли какими-то магическими символами. Нацепив их себе на нос, он прикоснулся указательным пальцем левой руки к каждой из коробочек по очереди, а потом к соединяющей их перемычке, где он палец и оставил. «Кё́рко пёрбиндё́шин!», — пробормотал он, отнял палец от лица, закрыл глаза и стал водить головой в разные стороны, судя по всему, сканируя окрестности прибором.
Из дверей заправки выскочил кассир с помповым ружьем наперевес. 
— Что тут случилось? На кого напали? — вскричал он и направился в сторону Макса. На полпути к стоящей у бензоколонки машине его взгляд наткнулся на лежащую возле нее тварь. 
— Это еще что такое, мать его дери? — кассир шарахнулся в сторону и вскинул ружье, целясь в сторону трупа.
— Стоять. Не стреляйте. Ждите, — осадил его короткими рублеными фразами Макс, продолжавший водить головой из стороны в сторону. 
— Все. Он был один, угрозы пока что больше нет, — наконец произнес он, два раза щелкнул пальцами возле своих очков и снял их. 
— Что это было, сэр? Что это за тварь? — взволнованный кассир не находил себе места. 
— Баргест. Про́клятый пес. Вам, можно сказать, повезло его увидеть — баргесты редко выходят к людям, разве что если совсем оголодают. Водятся они обычно там, где произошла какая-то беда: на старых полях битвы, местах массовых убийств или катастроф, в которых погибли люди. Их притягивает энергия таких мест, и они ею, в некотором понимании, питаются. Но не следует думать, что баргест питается одной лишь энергией. Он плотояден, как и любая другая собака. Охотится в основном на различных мелких животных, но человечиной тоже не побрезгует. И опустите вы наконец свое ружье! Свинец против баргестов бесполезен, оно вам не помогло бы, даже если бы они тут и были. 
— И как от них отбиться? Вдруг он тут не один? Что нам делать? — не унимался кассир. 
— Во-первых, успокоиться, — спокойным голосом заметил Макс. — От вашего мельтешения толку много не будет. Во-вторых, на баргеста обычно ходят с серебряным оружием. Если нет серебра — нужно хладное железо. Пуля это или копье — неважно. Раны, оставленные свинцом или сталью, затянутся на нем быстрее, чем вы успеете нанести новые. Еще баргест боится огня — если вы будете достаточно ловки, чтобы ткнуть ему горящим факелом в морду, то, вероятнее всего, сможете нанести ему довольно серьезные ожоги. Гораздо серьезнее, чем обычной собаке. На самый крайний случай сгодятся патроны с солью — эти твари ее также не переносят. Убить вы его так не сможете, но я гарантирую, что после заряда соли в морду любой баргест потеряет к вам интерес. 
Макс слегка прокашлялся, оперся на машину и продолжил: 
— Что вам делать? Вызывайте полицию. Они сообщат федералам или вызовут охотников на нечисть. Необходимо прочесать округу в радиусе хотя бы пяти миль от этого места. Баргесты — стайные животные и очень редко встречаются поодиночке. Я уже проверил, на полмили вокруг ни одного больше нет — этот, видать, от стаи отбился. Но если он отбился от стаи, то вполне вероятно, что та все еще может быть где-то рядом. Труп его сожгите дотла. Голыми руками трупа не касаться, низко к нему не наклоняться, дым от него не вдыхать. Место, где он лежит сейчас, засыпать известью, — махнул он рукой в ту сторону. — И не медлите с сожжением, если не хотите новых незваных гостей. У этих тварей отличный нюх, и мясом своего собрата они не побрезгуют, — добавил Макс, поливая кинжал какой-то жидкостью из небольшой бутылочки, извлеченной из чемодана, и протирая его ветошью. — Сожжете вместе с трупом, — сказал Макс, закончив вытирать оружие и бросив тряпки на труп баргеста. — Ну, а мы отсюда уезжаем, делать тут больше нечего, — добавил он, подошел к так и оставшемуся стоять на асфальте стаканчику с кофе, поднял его, допил двумя мощными глотками и выбросил в мусор.
— Так вы, сэр, оказывается, охотник? — спросил его таксист, когда они погрузились обратно в машину и продолжили свой путь. — Ну и ловко же вы его завалили!
— Да, есть такое дело.
— А там, куда вы путь держите, тоже какая-то тварь завелась? — с подозрением спросил таксист.
— Вот этого я, к сожалению, сказать не могу. Но останавливаться на ночлег в Спринг-Харбор я бы на вашем месте не стал. 
— Хорошо. Я, конечно, и не собирался — мне диспетчер уже нашел клиента на обратную дорогу, из Уотертауна обратно до Нью-Йорка, человеку нужно на ночной самолет успеть. Но за предупреждение спасибо, — сказал таксист, останавливаясь на светофоре. — А ведь знаете, — продолжил он, — я уже не первый раз в жизни с баргестами встречаюсь. Много лет уже с того случая прошло, мне тогда около двенадцати, наверное, было. Родился я недалеко от Чикаго, и мы с родителями каждый год ездили летом на недельку отдохнуть на озеро Мичиган. В том году все, в принципе, было как всегда — вода теплая, погода хорошая. Мы отлично отдохнули, накупались вдоволь. А в предпоследний день нашего отдыха в город откуда-то пришла стая баргестов. Как сейчас помню их желтые глазищи, которые, кажется, в самую душу тебе смотрят. Они успели подрать нескольких человек, которые не попрятались по домам достаточно быстро, и уже начинали вламываться в дома. В доме через дорогу один из них уже было выломал дверь, но его, кажется, подстрелили. Я смотрел на это из окна, но мне стало слишком страшно, когда тварь начала отрывать куски дерева от двери, и я спрятался под стол. После этого, примерно через минуту, я слышал несколько выстрелов. Не знаю, что стало с жильцами того дома, но надеюсь что они выжили... 
— И что же случилось дальше? Кто помог справиться с баргестами? Я никогда не слышал об этом случае, так что могу предположить, что большого количества жертв не было, — сказал Макс, пытаясь вспомнить все известные ему случаи нападения баргестов в те годы. 
— Скорее всего, так и есть — там было убито два или три человека, насколько я знаю. Буквально за десять минут после нападения приехала национальная гвардия на бронемашинах. Несколько штук они нашпиговали пулями из автопушек, остальные разбежались. 
Когда они уже выезжали из города, по трассе мимо них в обратном направлении пронеслись на большой скорости четыре полицейских машины, громко завывая сиренами. 
— Мертвого баргеста убивать спешат, не иначе, — хмыкнул Макс, поудобнее устраиваясь на сиденье.
* * *
Спустя десять минут неспешной езды по сельской глубинке штата Нью-Йорк они наконец вернулись обратно на фривей, выскочив на него почти у самого места окончания ремонтных работ, совсем недолго простояв в небольшой тянучке перед последним временным сужением полосы.
Сразу за тем местом, где заканчивались ремонтные работы, дорога поднималась на довольно высокий мост, с которого открывался живописный вид на долину, оставшуюся позади, и огромную пробку, тянущуюся за горизонт, насколько хватало взгляда. 
— Все-таки не зря мы в объезд поехали, — сказал Макс, вглядываясь вдаль через боковое стекло. — Пусть и пришлось немного размяться, но хотя бы на месте будем до темноты. По крайней мере, я на это надеюсь. 
— Еще полтора-два часа пути осталось, сэр. На фривее ремонта дальше нет, по крайней мере, до Сиракьюза. А там, чуть не доезжая города, мы свернем на местную дорогу, по которой много машин не ездит. Должны быть до темноты, вряд ли позже полпятого. 
* * *
Через пару часов и почти полторы сотни миль, намотанных на колеса «Краун Виктории», за очередным поворотом показались первые домики города Спринг-Харбор. Раскинувшийся на берегах одноименного залива на озере Онтарио городок был не слишком большой — что-то около пяти тысяч жителей. По обеим сторонам дороги то тут, то там виднелись аккуратные одно- и двухэтажные домики постройки ориентировочно начала двадцатого века. Большинство из них были выкрашены в белый и различные оттенки серого и бежевого цветов. Иногда среди них выделялись кирпичные дома, выглядевшие гораздо дороже других, располагавшихся по соседству. Пару раз в окне показывались даже небольшие комплексы апартаментов, состоящие из пары-тройки четырехэтажных домов, вытянутых в длину.  
Попетляв немного по городским улицам и повернув направо за фермерским рынком, такси выехало на маленькую площадь. Часть ее занимал уютный сквер с высокими лиственными деревьями, а на другой стороне расположилось административное здание. Стоявший около него знак содержал надпись «City Hall», красиво выведенную на камне золотыми буквами. 
Таксист припарковался у обочины и выключил передачу. 
— Приехали, сэр, — сообщил он, оборачиваясь к Максу. — Вы точно уверены, что вас не нужно куда-либо отвезти по городу?
— Спасибо. Не беспокойтесь, меня тут уже должны ждать. Можете спокойно ехать обратно. Только еще раз напомню — здесь лучше не останавливаться, даже чтобы перекусить где-нибудь в кафе. Доедете до этого Уотертауна, или как там называется город, из которого вы забираете клиента на обратный путь, и там уже пообедаете. А здесь… А здесь лучше бы мне сначала поработать, — сказал тот, доставая из внутреннего кармана плаща чековую книжку. 
К переплету чековой книжки была прикреплена небольшая золотистая ручка, которой Макс вывел на одном из листов несколько строк, оторвал корешок и передал таксисту. 
— И вот еще что, — добавил Макс, выбираясь из машины. — Постарайтесь об этом не распространяться. Меньше всего мне нужно, чтобы в город приперлись газетчики, пронюхавшие о том, что тут пахнет жареным. 
Таксист вытащил чемодан Макса из багажника и водрузил на стоявшую рядом скамейку, после чего мужчины обменялись рукопожатием. Когда таксист уже направился было обратно к машине, Макс хлопнул себя по лбу и попросил того немного подождать. Он открыл застежки на чемодане, откинул крышку и достал из него небольшую железную коробочку, напоминавшую портсигар. Но сигарет в коробочке не оказалось — это была визитница, из которой Макс достал черную железную пластинку прямоугольной формы с серебристыми надписями и передал таксисту.
— Вот, возьмите на всякий случай. Вдруг и вам когда-нибудь пригодится помощь охотника на тварей, — сказал он, пряча коробочку обратно. 
Таксист поблагодарил его, пошел обратно к машине, и уже через минуту красные огни его «Краун Виктории» скрылись за поворотом. Макс взял свой чемодан и направился к дверям сити-холла. 
Подойдя к высокой деревянной двери с круглыми латунными ручками, он перехватил чемодан левой рукой и распахнул ее.

Глава 4. Спринг-Харбор

За дверью Макса встретил небольшой холл, оформленный в довольно строгом и лаконичном стиле, характерном для большинства административных зданий в Соединенных Штатах. Выложенный белым кафелем пол, светлые, кремового цвета стены, с деревянными планками, прибитыми на всем их протяжении примерно на уровне половины человеческого роста. Возле стен стояли довольно удобные на вид черные кожаные диванчики. Посередине помещения располагалась круглая информационная стойка, занимавшая добрую треть всего свободного места. За ней было несколько рабочих мест по кругу, но сейчас занято было только одно. Пожилой мужчина в форме охранника сидел в кресле, которое располагалось ближе всего ко входу, и читал газету. Заметив вошедшего Макса, он отложил ее в сторону и снял с носа очки.
— Добрый вечер, сэр. Вы пришли по какому-то официальному делу? Если да, то вам лучше зайти завтра с утра — большинство офисов городских служб уже не работают, — сказал ему он.
— Добрый вечер. Да, дело у меня официальное, но я надеюсь, что пришел не слишком поздно. Меня зовут Макс Вербери, и я приехал сюда по просьбе вашего мэра, Рэндалла Нортона. Свяжитесь с ним, пожалуйста, и сообщите о моем прибытии, он должен меня ждать.
— Одну минуту, сэр. Ожидайте, пожалуйста, — ответил охранник и открыл лежащий у него на столе журнал.
Перелистнув несколько страниц и изучив записи, он довольно крякнул, взял трубку радиотелефона и набрал на нем номер. Через десяток-другой секунд ожидания на другой стороне провода, по всей видимости наконец подняли трубку, и он произнес: «Здравствуйте, мистер Нортон. Это Джек, с респепшена. Вы еще в офисе? Да, к вам тут посетитель. Зовут Макс Вербери. Что? Да-да, конечно. Я ему передам. Спасибо», — он завершил разговор и поставил трубку обратно на базу.                                                                                                                                                             
— Подождите, пожалуйста, здесь. У мистера Нортона есть еще некоторые дела в офисе. Он завершит их в течение десяти-пятнадцати минут и спустится сюда, — сообщил ему охранник. — Можете присесть вон там, на диванчике. Если захотите пить — в коридоре направо, за углом, есть кулер с питьевой водой.
— Спасибо, сэр. Приятного вам вечера, — поблагодарил его Макс и отправился к указанному диванчику.
Минут через десять из дальнего коридора вышел невысокий мужчина, одетый в белую рубашку и ярко-синие джинсы. Его короткие волосы, бывшие когда-то черными, нынче были тронуты сединой и издалека выглядели скорее серыми. Гладко выбритое овальное лицо украшали карие глаза, смотревшие на окружающий мир с теплотой, а высокий лоб был испещрен морщинами.
Мужчина дошел до стойки информации, поприветствовал сидевшего за ней охранника и оглядел помещение. Увидев Макса, он встретился с ним взглядом и вопросительно поднял бровь. Макс слегка кивнул, вставая с места, и тот направился к нему. Пока он шел к диванчику, Макс уже успел подняться на ноги, и мужчины обменялись рукопожатием.
— Здравствуйте. Очень рад вас видеть, мистер Вербери! Как вы уже, верно, догадались, это я вас пригласил сюда. Рэндалл Нортон, мэр этого прекрасного городка, к вашим услугам.
— Макс Вербери. Охотник. Я тоже рад вас видеть, мистер Нортон.
— Вы позволите называть вас просто по имени?
— Да. Думаю, это будет достаточно удобно. Ну, так что, Рэндалл, каков наш план действий на сегодня?
— Предлагаю для начала пообедать. У нас здесь есть одно заведение, в котором делают просто восхитительный стейк. Вы просто обязаны его попробовать — вряд ли вы встретите такой же где-либо еще. А там, за стейком и кружкой пива, мы пообщаемся и обсудим наши текущие дела. Непосредственно к работе вам лучше всего будет приступить уже завтра. В первую очередь, вам нужно будет пообщаться с Дэном Вилсоном — это шеф полиции нашего городка. Он знает о расследовании гораздо больше меня, и работать вы будете по большей части с ним и его ребятами. Но сегодня он к нам присоединиться не сможет — он уехал в Уотертаун по личным делам, и вернется, скорее всего, уже после полуночи.
— Хорошо, тогда ведите, — ответил ему Макс, подхватывая свой чемодан.
— Прошу за мной, — сказал Рэндалл и направился в сторону того же коридора, из которого недавно вышел.
Пройдя по коридору, они вышли в зал размером поменьше, в котором стояли два таких же диванчика, как и в холле, а стены были увешаны бумагами и постерами с различной официальной и административной информацией. Извинившись и попросив подождать его пару минут, мэр вошел в одну из дверей, которая, как гласила надпись на табличке рядом с ней, вела в его кабинет.
Макс подошел к стене и начал изучать один из висевших на ней постеров. Но не успел он дочитать до конца то, что на нем было написано, как мэр вышел из кабинета, закрывая за собой дверь на ключ. Теперь к его одежде добавились черная куртка-бомбер и кепка из джинсовой ткани, а в руках был небольшой дипломат, обшитый коричневой кожей. 
Поплутав немного по полупустым коридорам административного здания и встретив по пути только одну спешащую куда-то с большой папкой бумаг сотрудницу, с которой Рэндалл перекинулся парой слов, они вышли на улицу к служебной парковке.
Рэндалл щелкнул кнопкой на извлеченном из кармана брелке, и стоящий справа бирюзовый Cadillac Fleetwood ответил коротким гудком и моргнул два раза аварийкой, разблокируя двери. Рэндалл помог Максу загрузить его чемодан в багажник, и мужчины сели в машину.
Выезжая с парковки, мэр махнул рукой открывшему им шлагбаум охраннику, и машина влилась в слегка замедлившийся перед светофором транспортный поток.
Город находился на берегах глубоко заходившего вглубь суши залива Спринг-Харбор, и кафе, в которое они направлялись, располагалось на другой его стороне. Машина двигалась по дороге, проходящей почти по самому берегу, на небольшой возвышенности. С этой дороги открывался прекрасный вид на залив, а отражающееся на гладких водах озера закатное солнце и уже зажегшиеся городские огни на противоположном берегу особенно радовали глаз.
Где-то через пять минут они добрались до места, переехав на другую сторону залива по старому арочному мосту с красивыми каменными перилами и попетляв немного по узким городским улочкам. Кафе располагалось в небольшом блекло-синем деревянном здании, построенном в стиле вестерн. На столбах возле входа, поддерживающих балкон второго этажа, висели два колеса от телеги, а внизу к каждому из них было подвешено по нескольку горшков с какими-то вечнозелеными растениями.
К еще одному колесу, висевшему прямо над входной дверью, была прибита табличка, чуть облупившаяся надпись на которой, выполненная красной краской, гласила: «Пятое колесо — стейкхаус и бар».
Оставив машину на полупустой парковке перед зданием, Макс с мэром вошли внутрь. Интерьер стейкхауса ожидаемо был оформлен в стиле старого американского салуна: темное дерево почти везде, включая пол и потолочные балки, грубая деревянная мебель и обязательный фирменный атрибут — колеса от телеги, развешанные на стенах. Мужчины уселись за один из столиков в дальнем углу зала, и к ним сразу же подошла официантка.
— Здравствуйте, мистер Нортон. Вам как обычно?
— Добрый вечер, Мэнди. Да, как обычно. А моему спутнику принесите, пожалуйста, меню — он здесь впервые и с местным ассортиментом еще не знаком.
— Конечно, сэр. Одну минуту, — ответила она и удалилась, лавируя между столиками.
Через пару минут она вернулась, опустила на стол перед Максом меню и отошла в другой конец зала к сидевшей там компании людей в рабочей одежде, по всей видимости, пришедших расслабиться и пропустить по бокалу пива после трудового дня.
Макс тем временем изучил все меню, которое располагалось всего на двух страницах, и сделал выбор. Заметивший это Рэндалл поднял руку и помахал ею официантке на другом конце зала.
— Мэнди! Подойдите сюда, пожалуйста!
Та заметила машущего рукой Рэндалла и подошла к ним.
— Я буду стрпилойн-стейк с прованскими травами. И одну пинту Спринг-Харбор стаута. Как я понимаю, его варят на местной пивоварне? — поинтересовался Макс, разглядывая вкладыш из меню, содержащий пивную карту заведения.
— Да, его варит мистер Хоффнер, мой дядя. Он держит небольшую домашнюю пивоварню здесь, в городе. Объемы производства у него небольшие, но зато все пиво варится с душой. Отличный выбор, сэр! Если вы любите сладкие стауты, то этот вам обязательно должен понравиться, — прорекламировала пиво официантка.
— Хорошо, давайте. Если понравится — возможно, возьму еще пару пинт с собой. Вы ведь отпускаете пиво навынос?
— Конечно, я налью вам бутылочку с собой. Какую степень прожарки стейка предпочитаете?
— Медиум-рэйр, пожалуйста. Гарнира не нужно.
— Хорошо. Подождите минут двадцать, господа. Ваши стейки скоро будут готовы, — ответила она и отошла, слегка покачивая бедрами.
Проводив ее взглядом, Макс немного поерзал на стуле и повернулся к мэру.
— Итак, Рэндалл, давайте перейдем к нашему плану действий. Как я понимаю, город предоставит мне жилье на время моего пребывания здесь? Я не бронировал никакой гостиницы.
— Совершенно верно, Макс. После того, как мы с вами насладимся местной кухней, я отвезу вас в отель. Он здесь недалеко, на этой же стороне залива. Это достаточно новое здание, его построили в позапрошлом году. Мы уже забронировали для вас номер на месяц с прекрасным видом на озеро. До «Плазы» отель, конечно, немного не дотягивает, но я очень надеюсь, что вам там все же понравится — улыбнулся мэр.
— Также у нас есть вопрос с передвижением, — продолжил он. — Скажите, Макс, вы умеете водить? Мы можем предоставить вам машину с водителем — или без него, если вы предпочитаете водить сами.
— Знаете, наверное, лучше будет остановиться на первом варианте. Я неплохой водитель, но вашего городка я совсем не знаю. Так что мне в любом случае потребуется помощь кого-нибудь из местных для того, чтобы здесь ориентироваться. А там, в принципе, могу и за сам руль сесть — мне не принципиально.
— Отлично. Завтра с утра к вам приедет мой помощник на Pontiac Bonneville. Это служебная машина, которая принадлежит администрации города, так что можете пользоваться ею на протяжении всего времени пребывания у нас. О топливе тоже не беспокойтесь — завтра заглянете ко мне с утра на работу, и я выдам вам топливную карту. А в качестве водителя и помощника вам лучше подойдет один из подчиненных мистера Вилсона. Полицейский все же более предпочтителен в вашей работе, чем офисный работник, верно? — хмыкнул мэр.
— Несомненно.
— Отлично. Договоритесь завтра с ним об этом лично. Этим делом уже занимаются несколько его ребят, и я думаю, что любой из них будет рад помочь вам в охоте.
— Хорошо, мы это обсудим. О, а вот, кажется, несут наше пиво, — увидел Макс направляющуюся к ним официантку.
Подошедшая к ним Мэнди поставила на стол два пивных бокала, в каждом из которых плескалось по пинте хмельного напитка. В одном из них был налит сладкий стаут для Макса, а в другом простой светлый лагер — Рэндалл в своих пивных предпочтениях был не слишком избирателен.
За пивом, которое, кстати, по мнению Макса, оказалось просто превосходным — полнотелым, ароматным, в меру сладким и не слишком резким, — разговор утратил немного своего формализма и плавно перешел на менее официальные вопросы.
— Как давно вы здесь живете, Рэндалл? — спросил мэра Макс, отхлебывая из своего бокала.
— С самого рождения. В декабре мне уже пятьдесят шесть будет, так что выходит, что больше, чем полвека. На третьем десятке, правда, попробовал я пожить в Нью-Йорке — но уже через полгода понял, что жизнь в мегаполисе не для меня, — ответил Рэндалл, тоже сделав пару глотков пива. — А вы, Макс? Вы ведь из Лондона, я правильно помню? — продолжил он.
— Родился я во Франции, в небольшом городке Шен-ан-Прованс, под Марселем. А когда мне исполнилось три года, наша семья перебралась на родину моей матери, в Лондон. Мне там, в принципе, нравится, и о переезде куда-либо еще я не думал.
— Эх, когда все это закончится, нужно будет сделать себе отпуск и выбраться к вам на экскурсию. Я давно уже хотел посетить Британские острова, но до сих пор все как-то не складывалось…
Через несколько минут их разговор был прерван вновь подошедшей к ним официанткой, которая на сей раз несла в руках внушительных размеров поднос. С подноса она сгрузила на стол два блюда, поставив по одному перед каждым из мужчин.
— Прошу, ваши стейки, — с легкой улыбкой произнесла она, отходя от столика. — Если еще что-нибудь понадобится — зовите.
На тарелке у Рэндалла оказался тибоун-стейк с вареным картофелем и беконом в качестве гарнира
После того, как они, взяв в руки приборы, приступили к еде, Макс заметил, что стейк Рэндалла был изнутри коричневым, без малейших признаков красного или розового цвета.
— Предпочитаете прожарку вэлл-дан? — с легким удивлением в голосе поинтересовался он у мэра.
— Да. Знали бы вы, сколько людей меня об этом уже спросили, — рассмеялся тот в ответ. — Стэнли, местный повар, много раз уговаривал меня попробовать его стейки хотя бы в прожарке медиум, говорил, что я многое теряю, не чувствую настоящего вкуса мяса. Но такие уж у меня вкусы, совершенно не гурманские, — ответил он, делая очередной глоток из своего бокала.
Когда их бокалы и тарелки ополовинились, разговор плавно перешел чуть ближе к делам.
— А как тут у вас вообще обстоят дела с чудовищами? Много в вашем округе водится живности? Насколько я помню из федеральных отчетов о безопасности, которые изучал перед поездкой, Нью-Йорк — штат в целом спокойный. Но по дороге сюда, примерно в двух часах пути, на заправке в каком-то маленьком городке на меня посреди белого дня напал баргест.
— Ого! Он вас не ранил? — обеспокоенным голосом спросил Рэндалл.
— Нет, все обошлось. Я вовремя на него среагировал, да и магия неплохо помогла. Но нападение действительно было крайне неожиданным. Этот наглец посмел помешать мне выпить стаканчик кофе, можете себе представить? — делано возмутился Макс.
— О, так вы еще и маг. Это просто замечательно! — обрадовался Рэндалл. — Немногие из ваших коллег по дару идут в охотники.
— Верно. Человек с даром легко может найти себе гораздо более спокойное и безопасное занятие. Но я открыл его в себе уже после того, как начал карьеру охотника, и не захотел бросать ремесло. Я люблю эту работу и весь тот адреналин, драйв и риск, которые она предоставляет сполна, — сказал Макс, допивая последнюю пару глотков пива, оставшихся в его кружке, и отодвигая свой стул чуть назад, чтобы усесться посвободнее.
— Что касается чудовищ, у нас действительно на удивление спокойные места, — ответил Рэндалл. — На моей памяти ни с чем серьезным мы до сих пор еще тут не сталкивались. Пару раз залетали гарпии из окрестных гор, но им, как вы, верно, и сами знаете, многого не надо: один выстрел из ружья, и гарпия летит вниз не хуже любой утки. Один раз, не пойми откуда, вылез гуль. Мы вызвали федералов, но он куда-то удрал еще до их приезда, и больше его никто не видел. Какого-либо урона нанести он не успел, кроме того, что напугал до полусмерти несколько десятков горожан. Так, что там еще было… — пробормотал он, отрезая очередной кусок от своего стейка и отправляя его в рот. — Ах, да, однажды, лет десять назад, у нас завелась озерная карга. Она подрала нескольких рыбаков и любителей романтических ночных прогулок по берегу озера, но, по какой-то счастливой случайности, никого не убила. На нее нам пришлось вызывать охотников — прятаться эта скотина умела просто превосходно, а военных водолазов, которые могли бы найти ее логово и выкурить ее оттуда, федералы предоставить не могли, пока не было подтвержденных смертельных случаев. Правила у них, видите ли, такие, — недовольно фыркнул Рэндалл.
— И как они с ней справились? Карга — грозный противник, даже для охотника, — заметил Макс заинтересованным голосом, придвигаясь на стуле поближе.
— На удивление, довольно быстро. С утра приехали пятеро молодых охотников из Торонто, облазили весь берег в тех местах, где она нападала. Потом, ближе к ночи, поставили на пляже какую-то приманку на нее. Не знаю, что они за дряни туда положили, но падалью она разила жутко — вонь на несколько окрестных кварталов разнесло. А сами в засаду легли неподалеку. Очень скоро эта скотина на запах вылезла и сожрала приманку. Как я понимаю, ребята туда чего-то подмешали, так как каргу они брали чуть ли не голыми руками. Наши полицейские сидели в машинах неподалеку, в качестве прикрытия, и наблюдали за всем этим действом. Они рассказывали потом, что те ее просто ножами резали, а она почти не сопротивлялась.
— Вот как. О-о-очень интересно, — удивленно протянул Макс. — Значит, кто-то нашел все-таки, чем каргу можно отравить. А я и не знал. Все виды карги, как правило, практически неуязвимы для большинства легальных ядов, а также для многих нелегальных, — пояснил он свое удивление мэру, накалывая на вилку последний кусок стейка, оставшийся на его тарелке.
Через пару минут со своим обедом разделался и Рэндалл, отложив приборы в сторону. Поймав его вопросительный взгляд, официантка, стоящая возле стойки, облокотившись на нее, подошла к ним снова.
— Благодарю, Мэнди, еда была великолепна, как всегда. Выпишите, пожалуйста, счет за наш визит на реквизиты администрации города. Все данные у вас должны быть. А в графе для комментариев укажите «Представительские расходы». Завтра, в течение дня, за счетом приедет наш работник, и до конца недели город его оплатит.
— И налейте мне с собой, пожалуйста, две пинты Спринг-Харбор стаута. Он мне действительно очень понравился, как вы и предполагали. Его я оплачу сам.
— Нет, Мэнди, впишите это в тот же счет, — парировал Рэндалл, и, дождавшись, пока та отойдет от столика, обратился уже к Максу. — Мистер Вербери, хочу вам напомнить, что пока вы находитесь в этом городе по моему приглашению, ваше пребывание мы оплачиваем полностью, до последнего цента. Вы здесь можете есть и пить что угодно и в каких угодно количествах. Это наши расходы, а не ваши. Завтра я вам выдам специальную чековую книжку, и вы сможете оплачивать с ее помощью все, что вам потребуется. Единственное, что мы, пожалуй, не сможем оплатить, — это девочек. Слишком сложно будет вписать это в отчетные документы, — усмехнулся он, вставая из-за стола.
— Хорошо, Рэндалл, я вас понял. Благодарю.
— И не следует думать, что вы злоупотребляете нашим гостеприимством. Ваша помощь жизненно необходима нашему городу, и мы готовы потратить на нее столько денег, сколько потребуется, и даже немного больше.
Макс также встал из-за стола, и они вместе с мэром направились к стойке. На ней уже стоял бумажный пакет, в который Мэнди как раз ставила две небольшие пластиковые бутылочки с темным пивом, слегка запотевшие от холодного напитка внутри.
— Вот, прошу, сэр. Ваш стаут, — произнесла она, передавая ему пакет.
— Спасибо, приятного вам вечера.
— Приятного вечера, господа. Будем рада вас видеть у нас снова, — улыбнулась она в ответ.
Когда мужчины вышли на улицу, на город уже опустился вечер — лишь небольшие проблески фиолетового и ультрамаринового цветов виднелись на востоке на иссиня-черном небе, на котором то тут, то там уже начинали загораться звезды.
Fleetwood мэра живо отреагировал на нажатие кнопки на брелке — коротко, но басовито поприветствовал их гудком и двукратным морганием аварийки, а потом зажег фары, освещая им путь от самых дверей. Фары его тут оказались очень кстати — парковка перед стейкхаусом не была асфальтирована и имела немало довольно неприятных неровностей и выбоин, зацепиться за которые в темноте совсем не хотелось.  
Еще одна короткая поездка, буквально через три-четыре квартала, и вот машина снова ехала по берегу залива. После поворота на прибережную дорогу, почти сразу, справа, на небольшом пригорочке показалось длинное здание отеля, выделяющееся своими размерами на фоне окружающих его частных домиков. Стильное, асфальтного цвета, здание имело два этажа и плоскую крышу. Со стороны залива на втором этаже к нему была пристроена открытая деревянная терраса по всей длине здания, огражденная невысокими перилами.
Немного не доезжая здания отеля, Рэндалл свернул в незаметный проулок и, сделав несколько поворотов по узковатой дороге с небольшим подъемом, они выехали на парковку отеля, располагающуюся с обратной его стороны.
Припарковавшись почти у самого входа, мужчины выгрузились из машины; Макс вытащил из багажника свой чемодан, и они пошли внутрь.
Внутри их взглядам открылся небольшой холл с необычной, ярко-оранжевого цвета стойкой ресепшна. За ней сидел, откинувшись в кресле, высокий, немного нескладный на вид мужчина средних лет, с коротко стриженым ежиком рыжих волос. Из ушей у него торчали наушники, провода от которых шли куда-то вглубь стола. Его расслабленное лицо, закрытые глаза и пальцы, отбивающие на столешнице какой-то незамысловатый ритм, явно показывали, что ему в данный момент нет совершенно никакого дела до клиентов.
Мэра такой расклад не устраивал. Он зашел за стойку, пощелкал пальцами перед лицом у мужчины и вынул у него из уха наушник.
— Доброе утро, соня! У тебя тут клиент, если ты еще не заметил! — рявкнул он тоном, которому позавидовал бы любой армейский сержант.
— Какого хрена!? Вот я тебе сейчас… — начал было подниматься с кресла тот, с явным намерением объяснить потревожившему его наглецу всю глубину его неправоты. Но спустя мгновение он увидел перед собой знакомое лицо и сразу же успокоился. — А, это ты, Рэнди, — выдохнул он, вставая во весь рост и вынимая из уха второй наушник. — Шел бы ты к черту, шутник недоделанный! Такой отменный гитарный рифф прямо на середине прервал, — недовольно пробурчал он, но потом не выдержал и рассмеялся слегка грубоватым, но беззлобным смехом.  — Здравствуй, дядюшка. Что привело тебя сюда? — поздоровался он, протягивая Рэндаллу руку для пожатия.
— Здравствуй, Джош. Я тебе клиента привез, о котором мы с тобой тогда говорили, — ответил Рэндалл. — Ты ведь чек уже получил?
— Да, конечно. Ко мне еще на прошлой неделе твой помощник с ним заезжал. Чек этот я уже пустил в обработку, так что можешь не беспокоиться.
— А с вами мы, кажется, уже знакомы, — заметил Макс, снимая шляпу и опуская чемодан на пол.
— О, мистер Вербери, это вы! Здравствуйте. Вы не представляете, как я рад вас видеть! — воскликнул Джошуа, выскакивая из-за стойки и крепко пожимая руку Максу. — Хорошо, что именно вы приехали нас защищать. Я до сих пор помню как сейчас, как вы спасли меня от того вендиго в Фоссхельме. Уверен, что и с нашей местной тварью у вас не возникнет проблем. 
— Я тоже надеюсь, что не возникнет. Очень приятно, что вы меня помните, Джошуа — даже через столько лет.
— Для вас уже приготовлен самый лучший номер в гостинице. Две комнаты, ванна с джакузи, большая терраса с раскладным навесом и восхитительный вид на озеро и залив, — воодушевленным тоном сказал Джошуа, и повернулся к ключнице. — Та-ак, где там у нас был ключ… Ага, вот он. Вот, держите. Пойдемте, я покажу вам номер.
— Макс, Джош, я думаю, что дальше вы справитесь и без меня. Я поеду домой — мне нужно еще немного поработать с бумагами. Макс, во сколько за вами завтра прислать человека? В девять часов утра будет нормально?
— Да, в самый раз.
— Замечательно. Тогда сперва вы заедете за мной в ратушу — я выдам вам топливную карту и чековую книжку, — а потом поедем позавтракать в еще одно неплохое местечко. К нам за завтраком присоединится Дэн Вилсон — шеф полиции нашего городка. В этом ресторане есть отдельные кабинеты, так что мы сможем там спокойно обсудить наши дела, и нам никто не помешает. А дальше вы с Дэном приступите к работе. Идет?
— Да, неплохой план. Спасибо за приятный вечер, Рэндалл. До завтра, — произнес Макс и обменялся с мэром рукопожатием.
— Увидимся, Макс. Бывай, Джош, — попрощался Рэндалл и направился обратно ко входной двери.
— Ну что же, пойдемте смотреть номер, — сказал Макс, подхватывая свой чемодан.
— Помочь вам с чемоданом, мистер Вербери? — спросил Джошуа.
— Нет, спасибо. Я понесу его сам.
— Хорошо. Здесь налево, а потом направо по лестнице, — шедший позади Макса Джошуа указывал путь.
Поднявшись на второй этаж и пройдя немного по коридору, они добрались до двери в номер, на которой красовалось число «24». Макс открыл замок двумя поворотами ключа, и они вошли внутрь.
За дверью оказалась приличных размеров комната, выполняющая роль зала. Светло-бежевые обои и ковролин цвета берлинской лазури создавали ощущение немного холодноватой атмосферы, но, тем не менее, комната была довольно уютной. По левую руку стоял небольшой мягкий диван приятного оливкового цвета, а также два кресла из того же набора. Возле дивана расположился невысокий и продолговатый журнальный стол, а возле каждого из кресел — по небольшому кофейному столику. Дальше по левую сторону, ближе к окну, стоял большой письменный стол с очень удобным на вид креслом, с бежевой обивкой и резными ножками из красного дерева.
Почти всю наружную стену занимало высокое пластиковое окно, сейчас прикрытое темно-синими шторами. Немного правее располагалась панорамная стеклянная дверь, ведущая на террасу. Возле правой стены, напротив дивана, стоял на подставке телевизор с большим, чуть выпуклым экраном. Слева от телевизора располагалась темная деревянная дверь, ведущая, по всей видимости, в спальню, а с другой стороны, ближе ко входу, — небольшой обеденный стол и два стула с высокими сплошными спинками. 
Войдя в комнату первым, Макс поставил свой чемодан на обувной шкафчик слева, а шедший за ним Джошуа щелкнул выключателем на стене, после чего комнату залило теплым, немного желтоватым светом.
— Добро пожаловать, мистер Вербери, — сказал он. — Давайте я проведу вам небольшую экскурсию. Вот это — зал. Здесь, в принципе, есть все, что нужно для комфортного пребывания. Ваши требования мы учли — в ящике письменного стола есть несколько пачек бумаги и писчие принадлежности. Если вам потребуется больше — можете всегда обращаться ко мне. Это моя гостиница, так что я тут бываю практически каждый день. Телефон мы вам установим завтра — до полудня приедет мастер и поставит аппарат. Телефонная линия здесь проложена, но аппараты мы еще не установили. Сможете звонить по всей Северной Америке, сколько пожелаете. Если же потребуется позвонить куда-нибудь за границу — обратитесь ко мне, у меня внизу есть телефон с доступом к международной линии. Так, что еще?.. Давайте выйдем на террасу, — продолжил он, открывая стеклянную дверь. — Неплохой вид, не правда ли? — осведомился он, пропуская Макса вперед.
Вид действительно был замечательным. От озера отель отделяли буквально каких-то шестьдесят-семьдесят футов земли, на которых расположился газон под стенами здания, не слишком широкая двухполосная дорога и крутой склон, сразу за которым плескались темные воды залива Спринг-Харбор. Немного правее на склоне была заметна каменная лестница с хлипкими на вид перилами, по которой можно было спуститься к воде, а еще дальше виднелся немного загнутый каменистый мыс, выступающий в озеро футов на сто. На другой же стороне залива ярко горели мягким оранжевым светом городские огни, что делало вид с террасы еще живописнее.
— Действительно, очень приятное место, — ответил Макс, опершись на перила и оглядывая окрестности.
— Рад, что вам нравится, сэр. Вы сможете сидеть тут, даже если пойдет дождь, — сказал Джошуа. — Вот, посмотрите-ка, — продолжил он, привлекая внимание Макса и указывая ему на странного вида конструкцию, прикрепленную к стене. — Это навес. Если погода стоит не слишком подходящая для пребывания на улице, а подышать свежим воздухом все же хочется, то поверните вот эти два рычага, возьмите эту жердь, зацепите за проушину и разложите навес. Закрепить его можно с помощью тех креплений в углах перил. Также можно опустить экраны от дождя со всех трех сторон. Складывается он точно так же, в обратной последовательности. Думаю, разберетесь — это не сложно, — завершил  Джошуа свой рассказ и повесил жердь, которую использовал до того в качестве указки, обратно на штырь.
— Да, думаю, что разберусь, — ответил Макс. — В эту пору года навес явно лишним не будет.
— Однозначно. Также вы просили установить оружейный и обычный сейфы. Пройдемте в спальню — они расположены там.
Спальня оказалась, как и предполагалось, за дверью, расположенной слева от телевизора. Это была комната, размером примерно на треть меньше, чем зал, оформленная в похожих тонах. Широкое окно занимало почти всю ее наружную стену, но выхода на террасу в ней не было.
Большую часть комнаты занимала огромная кровать со спинкой из какого-то темного дерева с очень вычурными древесными узорами, на которой, по ощущениям, могло легко поместиться три человека. Накрыта она была шелковым покрывалом палевого цвета, того же цвета были и несколько подушек-думок, лежащих на ней в некотором беспорядке.
Возле кровати стояли два очень удобных на вид кресла — классическое и кресло-качалка, оба с бежево-серой обивкой и мягкими подлокотниками. Также возле кровати находилась еще одна дверь, которая, по всей видимости, вела в ванную. А вдоль дальней стены, ближе к окну, стояли два одинаковых высоких шкафа для одежды. Джошуа подошел к шкафу, который стоял дальше от окна, распахнул дверцы и посторонился.
— Вот, пожалуйста. Ваши сейфы — оружейный и обычный. Оба с высокой степенью защиты. Ключи лежат внутри, также внутри обычного сейфа к стенке приклеена карточка с паролем от замка. Второй комплект ключей находится только у меня, так что за сохранность ваших вещей можете не беспокоиться. 
Уже выходя из номера, Джошуа вдруг обернулся, и добавил: «Вот еще что, совсем забыл. Завтраки у нас в отеле с семи до одиннадцати утра, в кафетерии на первом этаже. В другое время кухня обычно закрыта, но если вы вдруг захотите что-нибудь приготовить, я без проблем вас туда пущу. Ну, а еще у нас тут, буквально за углом, есть бургерная — просто пройдите вдоль берега в сторону озера один квартал, а потом поверните направо. Но мне кажется, что вы не большой любитель подобной кухни».
— Вам не кажется, — улыбнулся Макс. — Я действительно не слишком люблю фастфуд. Слушайте, а в местных ресторанах есть доставка еды?
— Да, в некоторых есть. Знаете что? Если я верно помню, то в городской газете, в рекламном разделе было несколько карточек с рекламой доставки и номерами телефонов. Я завтра ее принесу, и вы сможете заказывать еду прямо в номер.
— Замечательно. Спасибо, Джошуа. Приятного вам вечера.
— Приятного вечера и вам, Макс, — ответил тот, закрывая за собой дверь.
Попрощавшись с хозяином отеля, Макс приступил к разбору вещей, и уже через полчаса его временное обиталище приобрело вид, относительно привычный его глазу. Над входной дверью и над окнами висело по амулету в виде небольшого металлического кругляшка на веревочке. Находившиеся в центре кругляшков камешки светились тусклым зеленым светом. Также рядом с амулетами Макс повесил по пучку каких-то трав с едва различимым острым, пряным запахом, в которые были вплетены еще и перья какой-то хищной птицы.
В оружейном сейфе свое место занял дробовик Remington 870, слегка поблескивавший своими серебристыми боками, а также какое-то другое ружье с тонким длинным стволом и оптическим прицелом. Туда же отправились и два Glock-19, а также несколько коробок боеприпасов с серебряными пулями, судя по надписям на них.
Несколько кинжалов были распределены в номере по разным местам — на тумбочке возле кровати, в ящике письменного стола, в кобуре с внутренней стороны плаща, висевшего теперь в шкафу… В обычный же сейф были помещены несколько коробочек достаточно необычного вида — сделанные из какого-то темного, почти черного дерева, они были обиты со всех сторон матовым серебристым металлом, на котором горели тусклым оранжевым светом непонятные символы, даже близко не напоминавшие ни одну известную в мире письменность.
На письменном столе свое почетное место заняла трубка на подставке, рядом с небольшой круглой баночкой табака и коробочкой для аксессуаров. Рядом Макс бросил свой блокнот, а сверху положил пресс-папье в виде вороньего черепа несколько грубоватой работы, вырезанного из какого-то непрозрачного камня, чуть отдающего синевой. 
«Мброй!» — прошептал он, проведя левой рукой над черепом. 
Тот согласно моргнул загоревшимися на мгновение ярко-красным светом пустыми глазницами и тотчас же погас.
После разбора вещей Макс решил немного отдохнуть. Он вытащил на террасу из комнаты кресло и кофейный столик, уселся поудобнее и раскурил трубку. Пару минут он просидел так, просто наблюдая за видом на вечерний город и редкими машинами, проезжающими по дороге внизу, попыхивая трубкой и пуская колечки дыма. Но вскоре он почувствовал, что начинает понемногу замерзать — погода в апстейте Нью-Йорка посреди осени стояла совсем не тропическая.
Отложив трубку на подставку, он встал с кресла, он энергично потер ладони и обхватил себя руками, пробурчав «Нгрохтёси́шт». Визуальных эффектов это не вызвало, но Максу сразу же стало гораздо теплее. А еще, когда он обхватывал себя руками, он ощутил, что в кармане его плаща что-то зашуршало. Он сел обратно в кресло, сунул руку в карман и выудил оттуда сложенную газету. «О, так это ведь та газета, которую мне всучил газетчик в Нью-Йорке, на выходе из порта. Надо бы глянуть, что там интересного у них творится. Может еще одну работу в Штатах подыскать удастся», — подумал Макс, открывая первый ее разворот.
После десяти минут изучения газетных страниц он не нашел там ничего, достойного его внимания, и уже собирался отложить издание в сторону, как его взгляд зацепился за знакомое название.
«Раскопки в Спринг-Харбор. Странные находки в округе Джефферсон» — гласил заголовок заметки на одной из последних страниц. Сама же заметка повествовала о найденных несколько месяцев назад в ходе раскопок археологами-любителями на месте древнего индейского городища артефактах неизвестного происхождения, которые были вывезены для изучения в антропологический музей города Уотертаун — столицы округа.
«Хм. А это интересно», — подумал Макс. «Возможно, эти находки имеют какую-то связь с тварью, которая тут завелась. Надо будет съездить на место раскопок, посмотреть, что к чему. Да и на сами находки посмотреть не мешало бы — если конечно у Рэндалла хватит влияния для того, чтобы обеспечить мне к ним доступ. Ученые обычно крайне неохотно подпускают к своей работе посторонних», — продолжил он мысль, делая очередную затяжку из трубки, и провожая взглядом проехавший по дороге внизу в сторону города полицейский автомобиль.

Глава 5. Встреча в «Магнолии»

На следующий день Макс проснулся около восьми часов утра не в самом бодром настроении. Он неохотно вылез из кровати, отчаянно зевая и потягиваясь, прошелся по комнате, после чего открыл занавески и распахнул окно. Погода на улице стояла хмурая — было пасмурно и сыро, а со стороны озера на город медленно наползала сизая дымка тумана. Макс зевнул еще раз, особенно широко, отошел от окна и принялся делать свою обычную утреннюю зарядку. 
Через полчаса уже успевший как следует размяться и даже сходить в душ Макс начал готовиться к первому рабочему дню на новом месте. К внутренней стороне его плаща были пристегнуты ножны с серебряным кинжалом; рядом с ними расположилась кобура с пистолетом, для которого Макс снарядил серебряными пулями два магазина. 
Из чемодана был извлечен небольшой пластиковый дипломат, в который он сложил с полдесятка коробочек различных размеров, три бутылочки, в которых плескались какие-то жидкости, а также несколько приборов странной конструкции и непонятного с виду назначения. 
Солидный кожаный блокнот, лежавший на письменном столе под пресс-папье в виде вороньего черепа, отправился во внутренний карман плаща. Череп, подмигнувший Максу красными огоньками из своих пустых глазниц, когда тот коснулся его рукой, остался лежать там же, где и был — прямо посередине стола. 
Водрузив на голову черную фетровую шляпу и прихватив «дипломат», Макс вышел из номера в коридор, закрыв за собой дверь на ключ и начертив на ней пальцем какой-то символ, линии которого загорелись на мгновение мягким голубым цветом и сразу же погасли. 
До ожидаемого времени приезда помощника Рэндалла оставалось еще около десяти минут, и Макс решил пройтись до гостиничного кафетерия. 
Кафетерий этот располагался в небольшом помещении на первом этаже, за двойными дверьми с матовым стеклом, которые вели в него прямо из холла. В помещении стояло около десятка небольших столиков и длинная стойка под дальней стеной, на которой стояли два кофейных аппарата, вафельница, тесто в которую предполагалось наливать самому из стоящей рядом емкости, а также с полтора десятка различных контейнеров с холодными закусками. 
Макс направился к стойке, посмотрел на часы, висевшие у него на руке, негромко вздохнул и потянулся к стопке с кофейными стаканчиками. 
Поставив один из них под сопла кофемашины, он нажал на ней несколько кнопок и отступил на полшага. Из одной из четырех прикрученных сверху к ней емкостей с кофейными зернами небольшая порция их высыпалась в машину. Где-то внутри нее застучала кофемолка, перемалывая ароматные зерна. Спустя еще некоторое время кофемолка затихла, после чего загудела кофеварка, и коричневый, почти черный напиток двумя тонкими струйками полился в подставленный стаканчик. 
«Да уж… Это вам не итальянский эспрессо, — мысленно хмыкнул Макс, делая небольшой глоток. — Ну да ладно — для того, чтобы проснуться с утра, хватит и такого», — сказал он себе, направляясь в сторону выхода, взяв по дороге шоколадный батончик из стоявшей на столе конфетницы. 
В холл он вышел, открыв дверь легким толчком ноги, с «дипломатом» под мышкой, шоколадным батончиком в правой руке и стаканчиком кофе в левой.
Открылась входная дверь, и внутрь вошли уже знакомый Максу Джошуа и еще один человек —  высокий крупный мужчина лет тридцати, с совершенно лысой головой и короткой козлиной бородкой. 
— Доброе утро, господа, — поприветствовал их Макс. — Извините, что не могу сейчас пожать вам руки, но смею вас заверить, что это затруднение временное, — произнес он нарочито официальным голосом, слегка поднимая занятые руки, после чего негромко рассмеялся. Через мгновение к его смеху присоединились и остальные мужчины. 
Через минуту, после того как Макс расправился с кофе и батончиком, они обменялись рукопожатиями, а спутник Джошуа представился: 
— Мэттью Пеши, личный помощник мистера Нортона. Приятно с вами познакомиться, мистер Вербери. 
— Мне тоже приятно с вами познакомиться, мистер Пеши. 
— Вы готовы отправляться? Мистер Нортон вас уже ждет. 
— Да, конечно. Пойдемте, — ответил Макс, после чего попрощался с хозяином гостиницы и направился в сторону выхода. 
Уже подходя к двери, он на миг задержался, обернулся и обратился к тому: 
— Чуть не забыл, Джошуа. Предупредите, пожалуйста, всех работников, которые будут заходить в мой номер — для уборки или для установки телефона, как тот мастер, который должен сегодня прийти, неважно. Они ни при каких обстоятельствах не должны трогать мои вещи, а в особенности вороний череп на письменном столе и любые другие амулеты, где бы они ни находились. Среди моих вещей много магических предметов, и посторонним их лучше не касаться, так как последствия такого взаимодействия могут быть, кхм, непредсказуемыми. 
— Конечно, Макс, я всех проинструктирую. Спасибо за предупреждение, — ответил тот, записывая что-то на листке бумаги, лежавшем на стойке ресепшена. 
На улице, тем временем, туман уже окончательно окутал своей сизой дымкой все вокруг. Вышедший из дверей отеля Макс слегка поежился от сырости холодного осеннего утра и чуть ниже опустил шляпу. Идущий сразу за ним Мэттью сразу же после выхода повернул куда-то направо, и Макс направился за ним. 
Мужчины подошли к черному Pontiac Bonneville, который стоял между небольшим грузовичком GMC Savana, принадлежащим, судя по надписи на борту, местной телефонной компании, и небольшой спортивной машинкой веселого кислотно-салатового цвета, ярко выделяющейся на фоне общей серости и уныния. Мэттью пикнул брелком, который висел у него на поясе, и машина разблокировала двери, подмигнув им два раза фарами. 
— Сядете за руль, мистер Вербери? — спросил он Макса, протягивая ему ключи. 
— Нет, спасибо. Давайте лучше вы. Я пока совсем не знаю города — не хотелось бы в таком тумане пропустить какой-нибудь поворот и потом петлять по улицам, чтобы добраться до места. 
— Окей, без проблем, — ответил Мэттью и занял водительское место. Макс сел рядом, положив свою шляпу на «торпеду». Мэттью повернул ключ в замке, и машина завелась с пол-оборота, басовито заурчав своим четырехлитровым мотором.
Несколько минут поездки по туманным улицам утреннего Спринг-Харбора, и вот машина уже приближалась к въезду на служебную парковку городской ратуши. Коротким сигналом водитель привлек внимание охранника, который тотчас же выскочил из своей будки и с видимым усилием двумя руками потянул за рычаг, открывая шлагбаум. 
— Так, мистер Вербери, вот вам ключи от машины, — произнес Мэттью, передавая Максу брелок, когда они припарковались и вышли на улицу. — Тут стоит сигнализация, но с ней, думаю, вы и сами разберетесь. Документы на машину лежат в бардачке, туда же я положил атлас дорог штата и отдельно подробную карту нашего города — может пригодиться. Вроде ничего не забыл. Мистер Нортон ждет вас в своем кабинете. На случай, если вдруг не помните, куда идти — входите в эту дверь, идете по коридору до конца, потом налево, второй поворот направо и снова до конца. Там вы выйдете в небольшой зал и кабинет уже найдете без труда. 
— Спасибо, мистер Пеши. Думаю, разберусь, — сказал Макс, протягивая руку для рукопожатия. — Хорошего вам дня. 
— Благодарю, хорошего дня и вам, — ответил ему тот и пошел куда-то прочь, завернув за угол здания. 
Макс поставил с брелка машину на сигнализацию и направился к задней двери ратуши. Пройдя по озвученному помощником мэра маршруту, он вышел в уже знакомый ему зал и постучал в дверь, табличка возле которой гласила: «Мистер Рэндалл Нортон, мэр города Спринг-Харбор».
Из-за двери тут же голосом мэра донеслось громкое: «Входите»!
Открыв дверь, Макс застал того сидящим за рабочим столом в удобном кожаном кресле, разговаривавшим по телефону на слегка повышенных тонах и оживленно жестикулирующим. 
Махнув Максу рукой в сторону еще одного кресла, располагавшегося чуть поодаль у стены, мэр продолжил свой разговор. 
— Да-да, я знаю. Нет, это меня не волнует. Все бумаги завтра с утра должны лежать у меня на столе. С подписями, согласованиями и всей остальной чепухой. Все согласно срокам, как предписывает регламент. Нет, регламент придумываю не я, не мне его и менять. Вы меня услышали. Хорошего вам дня! 
— Доброе утро, Рэндалл. Что-то случилось?
— Доброе утро, Макс. Рад вас видеть. Я сегодня час всего на работе, но уже успел устать от этого бардака. Подчиненные косячат, подрядчики почему-то думают, что регламенты и правила написаны не для них… Эх, и ведь ничего особенного вроде бы, а иногда так раздражает, — пожаловался тот, вставая с кресла, чтобы обменяться с Максом рукопожатием. — Ну ничего, нашим делам это не помешает. Подождите минутку, пожалуйста, — сказал он и вновь потянулся за трубкой телефона. 
— Доброе утро, Дэн. Ты уже на работе? Да, к нам вчера приехал Макс Вербери. Да, тот самый охотник из Британии, которого мы приглашали. Предлагаю, как и договаривались, собраться сейчас в «Магнолии» и все обсудить. Подъедешь? Вот и замечательно. Да, и прихвати с собой кого-нибудь из ребят из той команды, которая занимается этими случаями. Мистеру Вербери пригодится помощник, хорошо знающий город и округу. И не из пугливых — кто знает, с кем они там могут столкнуться. 
— И, желательно, одинокий — без детей и семьи. Вы ведь понимаете, что мы тут не на зайца охотиться собираемся. Всякое может случиться, — прервал Рэндалла Макс, вслушивавшийся в их разговор. 
— Ты слышал, Дэн. Не хочется, конечно, о таком думать, но мистер Вербери прав. Подбери кого-нибудь, у кого нет семьи. И вот еще, не забудь сказать ребятам, что помощнику охотника город дополнительно выплатит три оклада за эту работу. И по три оклада за каждый следующий месяц, если дело затянется надолго. Мы ведь не можем заставлять людей рисковать за просто так. Все, давай. Встретимся в «Магнолии». Мы будем тебя ждать. 
— Как я вижу, с шефом полиции вы уже договорились, — заметил Макс. 
— Да, договорились. Он скоро приедет в ресторан, о котором я говорил. А пока давайте решим наши вопросы с бумагами, — сказал Рэндалл и открыл ящик рабочего стола, выуживая оттуда белый конверт. Разорвав его, он достал оттуда небольшую пластиковую карту ярко-желтого цвета с логотипом сети заправочных станций «Bulls» с изображенным на нем разъяренным быком и магнитной полосой на обороте. 
— Так, вот ваша топливная карта. У нас в городе всего три заправки, и эту карту примут на любой из них. Заправляйтесь сколько нужно — в конце месяца компания выставит счет городу, и мы его оплатим. В столице округа, Уотертауне, тоже есть несколько заправок «Bulls», но также представлены и другие сети. Если вам вдруг придется заправиться на других заправках — просто выписывайте чек из чековой книжки, которую я вам сейчас тоже дам, и ни о чем не беспокойтесь. У вас ведь нет проблем с чековыми книжками? Умеете ими пользоваться? — спросил Макса мэр, доставая упомянутый документ из другого ящика. 
— Естественно. У меня и своя есть, — ответил Макс, вынимая из кармана плаща книжку в кожаной обложке и демонстрируя ее мэру.
— Вот и хорошо. А сейчас предлагаю поскорее отправиться в ресторан, пока никто не пришел и не занял меня на полдня «безумно важным и срочным делом», которое ждало уже месяц, и с тем же успехом может подождать еще два. 
Рэндалл быстро накинул куртку, взял из шкафа свой «дипломат», в который бросил несколько бумаг со стола, и они направились к выходу. 
Тем временем на улице туман уже почти рассеялся, но небо все еще оставалось хмурым и неприветливым. Мужчины вышли на парковку и подошли к черному Pontiac Макса. 
— Ну, что, Макс, как вам машина? — поинтересовался Рэндалл, поправляя свою неизменную кепку. 
— Вполне себе неплохо. За рулем я еще не сидел, но как пассажиру она мне уже нравится. 
— Что скажете насчет того, чтобы оценить ее и в качестве водителя? Сядете за руль?
— Пожалуй, можно. Только попрошу вас заранее указывать маршрут. Я…
— Вы не знаете города и не хотите повернуть не туда. Без проблем, я не дам вам заблудиться, — усмехнулся Рэндалл. — За шлагбаумом налево, потом на первом светофоре направо. Дальше я вам покажу. И не забывайте, что у нас тут можно поворачивать направо на красный — только сначала пропустите другие машины, которые едут на зеленый, — продолжил он, когда они уже сели в машину и Макс повернул ключ зажигания. 
Поездка по утреннему Спринг-Харбору не заняла много времени, и уже через десять минут Pontiac подъехал к ресторану «Магнолия», занимавшему часть невзрачного двухэтажного коммерческого здания, в котором, помимо него, размещался также рыболовный магазин и офис адвокатской конторы. 
— А Дэн, кажется, уже здесь, — заметил мэр, после того, как Макс припарковался у обочины, кивая на стоящий перед ними полицейский Ford «Crown Victoria» в классической черно-белой раскраске.
Они вошли в ресторан, и к ним тут же подошел немолодой официант в белой рубашке и классической жилетке. 
— Доброе утро, мистер Нортон, сэр. Мистер Вилсон со своим коллегой ждут вас в пятом кабинете. Прошу за мной, я вас проведу, — сказал он, направляясь к лестнице, ведущей на второй этаж. 
На втором этаже их взглядам открылся длинный коридор, по обеим сторонам которого располагались на некотором отдалении друг от друга двустворчатые двери из красного дерева, с золотистыми ручками. Возле каждой из них висело по небольшому, около фута в высоту, светильнику в виде неоновой лампы-цифры, обозначавшей номер кабинета. Некоторые из них горели ярким, насыщенным красным цветом, что, по всей видимости, означало то, что кабинет занят. Цифра «5» тоже горела, и официант, подойдя к двери, нажал на неприметную кнопку звонка, спрятавшуюся под небольшой деревянной полкой, на которой стоял светильник с цифрой. 
Несколько мгновений спустя цифра на секунду погасла, а потом зажглась вновь. Удовлетворенно кивнувший официант открыл дверь и посторонился, впуская внутрь новоприбывших. За дверью оказалось небольшое, но довольно уютное помещение. Стены его были выложены фактурным камнем терракотового цвета и обшиты темным деревом, с потолка свисала ажурная хрустальная люстра. Посередине стоял массивный прямоугольный стол, а вокруг него — несколько стульев с высокими спинками, обшитых красным бархатом. 
За столом сидело двое мужчин в полицейской форме. Один из них был постарше — лет сорока-сорока пяти на вид. Его тело, представлявшее собой гору тренированных мышц, которые надетая на нем рубашка нисколько не скрывала, а даже подчеркивала, венчала гладкая, как яйцо, голова, слегка блестевшая в свете ламп. Единственной же растительностью на его лице были густые черные брови и аккуратная, не слишком длинная эспаньолка. 
Слева на груди, над значком полицейского департамента у него располагался серебристый орел, увидев которого, Макс сразу же определил в нем Дэна Вилсона, шефа полиции. 
Спутник его был несколько моложе — около тридцати лет. У него были короткие, черные как смоль волосы, смуглое лицо с немного грубоватыми чертами, недельная щетина на подбородке и ярко-зеленые глаза, взиравшие на мир с легкой ноткой подозрения. 
Когда Макс и Рэндалл вошли в кабинет, а официант закрыл за ними двери, полицейские встали со своих мест. 
— Доброе утро, Рэндалл, дружище! Рад тебя видеть, — радостным голосом произнес Дэн, пожимая ему руку обеими руками. 
— Здравствуй, Дэн! Мне тоже приятно с тобой увидеться. Давно мы что-то с тобой уже не встречались. Надо это исправлять. Позвони мне сегодня вечером — может быть, где-нибудь ближе к выходным устроим барбекю.
— А это наш гость, я правильно понимаю? — заметивший Макса Дэн повернулся к нему.
— Макс Вербери, охотник на чудовищ, — отрекомендовался тот. 
— Дэн Вилсон, шеф полиции Спринг-Харбора, — ответил полицейский. А это мой коллега, детектив Марко Мендоза, — продолжив он, кивнув на своего коллегу. 
После того как все мужчины обменялись рукопожатиями, а Макс с Рэндаллом повесили свою верхнюю одежду на стоящую в углу вешалку, они расположились за столом.
На столе перед Дэном и Марко стояло по большому стакану с кофе, а на их тарелках лежали различные пончики — с шоколадом, изюмом, кремовой глазурью, корицей и орехами.
— А как здесь позвать официанта? — осведомился Макс, уже успевший взять в руки меню и пролистать пару страниц. 
— Просто нажмите вот сюда, — ответил ему Рэндалл, отодвигая салфетницу, закрывающую от взора Макса небольшой латунный звонок, который располагался прямо посередине стола. 
Буквально через минуту после нажатия кнопки звонка в комнате раздалась негромкая мелодичная трель, оповещающая о приходе официанта. Дэн с некоторым трудом дотянулся до замигавшей красной кнопки возле звонка и нажал на нее. Через мгновение дверь открылась, и в нее вошел уже знакомый им официант, который провожал Макса с Рэндаллом до кабинета. 
— Чего изволите, господа? — спросил он красивым, хорошо поставленным баритоном. 
— Яйца Бенедикта и стакан кофе с медом, — произнес Рэндалл, переворачивая страницу меню. 
— А мне, пожалуйста, овсяную кашу с яблоками и буррито с говядиной. С двойным сыром, но без сладкого перца, — озвучил свой выбор Макс. 
— Что будете пить, сэр? 
— Можете сделать мне чашку черного чая покрепче? 
— Разумеется. Есть какие-нибудь особые пожелания по поводу чая?
— Хм. Я бы предпочел цейлонский, лист стандарта «Флауэри Орандж Пеко», если вам это, конечно, о чем-то говорит. Две чайных ложки молока, без сахара. 
— Сделаем все, как вы пожелали. 
Макс посмотрел слегка удивленным взглядом на официанта, но ничего не сказал. Тот, подождав пару секунд и убедившись, что никто пока не собирается больше ничего заказывать, развернулся на каблуках и удалился из кабинета. 
— Итак, господа, давайте перейдем к нашим баранам, — сказал Макс, устраиваясь поудобнее на своем стуле. — Рэндалл меня кратко ввел в курс дела во время нашего телефонного разговора, но я бы хотел еще раз услышать, что известно о происшедших событиях от тех, кто непосредственно занимается их расследованием.
— Пожалуй, говорить буду я, — отозвался Дэн, отхлебывая глоток кофе из своего стакана. — Этими убийствами у нас занимается пять человек, но все они отчитываются лично мне. Итак, для начала озвучу актуальную информацию. На сегодняшний день у нас есть две подтвержденные жертвы и одна неподтвержденная, но с вероятностью до восьмидесяти пяти процентов относящаяся туда же. Первая — мистер Дженсон Снаут. Пятьдесят два года, не женат, детей нет. Работал в небольшой пекарне пекарем. Она здесь недалеко расположена, так что если нужно — можно будет потом заглянуть. 
— Не думаю, что это потребуется, — задумчиво произнес Макс, записывая что-то в свой блокнот, который он до того достал из кармана плаща. — Его кто-нибудь видел после того, как он вышел из пекарни?
— Насколько я понимаю, нет, — ответил Дэн. — Я более чем уверен, что Рэндалл вам все уши уже прожужжал о конфиденциальности. Из-за нее же мы не смогли полноценно опросить работников близлежащих предприятий, которые могли бы его видеть. Но мои ребята ненавязчиво, в личных беседах, спрашивали некоторых своих знакомых, которые работают примерно в той области. Никто из них его не видел. У меня даже есть подозрение, что убившее его существо так или иначе вступило с ним в контакт прямо там, недалеко от его работы. 
— Хм. Откуда такой вывод? — заинтересованно спросил Макс, черкнув в блокнот еще пару слов. 
— Мы полностью восстановили его обычный маршрут до дома. По счастливой случайности оказалось, что буквально за углом от пекарни работает подруга одного из наших полицейских. Как раз в то время, когда он ушел с работы, она решила сделать себе небольшой перерыв и вышла посидеть на лавочке, стоящей прямо возле двери ее магазина. Погибший был неплохо знаком с этой женщиной, и они не преминули бы перекинуться парой слов. Так что если бы он там проходил, она его бы точно не пропустила. 
— Ну, не зна-аю, — протянул Макс. — Может, он решил в магазин на соседней улице зайти, молока купить. Или к друзьям, которые живут на другом конце города, в гости сходить. Возможно, я выделю время и съезжу на место, прогуляюсь по его маршруту. Но особого смысла в этом занятии я не вижу. Если вы сами не нашли там нигде крови, растерзанного тела или следов от когтей чудовища на асфальте — то и мне там делать нечего. Я считаю, что начать расследование следует с осмотра места, на котором обнаружили труп. Это ведь где-то в лесу было? 
— Именно. Почти на самой границе с городом — расстояние до ближайших построек там около четырехсот футов. Там располагается автомастерская, которая занимается ремонтом седельных тягачей, если я правильно помню, — немного задумавшись, ответил Дэн. 
— Работников опросили? 
— Естественно. Но безрезультатно. Никто ничего не видел, никто ничего не слышал. Подозрительные личности не шастали, только сверчки стрекотали как-то особенно громко всю ночь. Сплошная идиллия, мать ее! — в сердцах рявкнул шеф, стукнув по столу кулаком. — А труп туда, наверное, на крыльях ночи прилетел и под деревом лег прикорнуть. 
— Успокойтесь, Дэн. Не истерите, — поднял руку Макс, прерывая полицейского. — Сверчки, говорите, стрекотали? 
— Вот только не говорите мне, что это что-нибудь может значить, — с сарказмом хмыкнул тот, недоверчиво глядя на охотника. 
— Не забывайте, что мы охотимся не на члена банды, и даже не на маньяка, а на чудовище. Чудовище, которое, вероятнее всего, обладает сильным магическим фоном. А животные могут ощущать магические поля гораздо лучше многих человеческих магов. Поэтому я советовал бы вам засунуть свои стереотипы куда-нибудь подальше на полку и не отбрасывать никакой информации, несмотря на то, что она вам может показаться незначительной или глупой. Иногда даже какой-нибудь пустяк может переломить весь ход расследования.
— Все-все, я вас понял, Макс. Извините. Постараюсь впредь к таким вещам относиться внимательнее, — поднял руки в примирительном жесте Дэн. 
Раздавшаяся в комнате трель звонка и замигавшая на столе красная кнопка прервали дискуссию. Рэндалл нажал на нее, и в комнату вошел официант с большим серебристым подносом в руках. Поставив его на край стола, он выставил перед Максом и Рэндаллом заказанные ими блюда и напитки: яйца Бенедикта и стакан кофе для мэра, овсянку с яблоками, буррито и чашку чая для охотника. Макс тут же взял красивую фарфоровую чашечку с синим орнаментом и пригубил напиток. 
— Ого, вот уж не думал, что и за океаном смогу выпить настоящего английского чаю, — удивленно сказал он, вполоборота поворачиваясь к официанту. 
— В нашей стране чай действительно не очень популярен, — ответил тот. — Но хозяин ресторана, мистер Макалистер, родом с Британских островов. Он очень уважает этот напиток и считает, что если кто-то из наших клиентов вдруг захочет его выпить, то он должен насладиться вкусом настоящего чая, а не какой-нибудь бурдой из пакетика. 
— Очень приятно. Передайте мистеру Макалистеру от меня благодарность. 
— Рад, что вам понравилось. Непременно передам, — ответил официант, и, подождав несколько секунд, вышел из кабинета, закрыв за собой дверь. 
— Итак, давайте продолжим, — сказал Макс через полминуты, отрезая кусок от своего буррито. — Не сохранилось ли у вас образцов тканей или хотя бы личных вещей погибшего?
— Вроде бы нет, — задумавшись на пару мгновений, произнес Дэн. — Насколько я знаю, его похоронили в той же одежде, в которой и нашли. А образцы тканей никто даже и не подумал сохранить. 
— Мне кажется, что кое-что все-таки осталось, — впервые за время разговора подал голос детектив Марко Мендоза. — Я заезжал на днях к коронеру по рабочим вопросам и случайно заметил у него на полке советские часы. Если я верно помню, точно такие же были в тот день на погибшем. Они, кажется, были подарком мистеру Снауту от коронера, и тот, видать, решил их сохранить. 
— А вот это уже хорошо, — отозвался Макс. — Мне необходимо будет исследовать эти часы — возможно, это сможет пролить хоть немного ясности на существо, с которым мы имеем дело. 
— Можете съездить к коронеру прямо сегодня, — сказал Дэн. — Он начинает работу в городском морге в будние дни с десяти утра, так что найти его будет несложно
— Хорошо. Пожалуй, этим мы займемся в первую очередь. После того, как я разберусь с часами, имеет смысл съездить на то место, где вы нашли труп. Конечно же, за два с лишним месяца, которые прошли с момента его смерти, следов там уже никаких не осталось, но вдруг мне повезет и я смогу уловить там какой-нибудь остаточный магический фон, — задумчиво сказал Макс, черкая что-то в своем блокноте. 
— Может быть, эксгумируем тело? — предположил Марко. — Оформить бумаги на эксгумацию будет непросто, но, я думаю, что мы сможем это сделать самое большее за неделю. 
— Не имеет смысла, — ответил Макс. — Никакого. После погребения тело буквально за пару дней становится непригодным практически для любого магического исследования. Земля высасывает всю энергетику, — пояснил он в ответ на вопросительные взгляды полицейских. — Копаться же в начавшем уже гнить трупе мне не слишком интересно. Если бы на нем были какие-либо специфические раны или повреждения, позволяющие определить напавшее на него существо — коронер бы их не пропустил. А если в материалах дела об этом ничего не сказано — то и я там вряд ли что-то найду. Ладно, с первой жертвой, в принципе, пока понятно. Что там со второй?
— Элис Пратт, двадцать лет. Не замужем, детей нет, — отозвался Дэн. — Работала продавцом в магазинчике своего отца. В тот злополучный вечер пошла на прогулку к озеру. Их дом находится в нескольких кварталах от берега, поэтому она любила там бывать почти каждый день. Ушла она около семи часов вечера, а в девять ее спохватились родители. Прогулка у нее занимала обычно около часа, и она никогда не задерживалась. Поэтому они забеспокоились и пошли ее искать. Нашли в камышах, футах в трехстах от старого пирса, с которого горожане любят ловить рыбу. Полицию вызвали сразу же, с ближайшего таксофона, но сделать мы уже ничего не могли. 
— Кто осматривал место происшествия? — спросил Макс. 
— Я, — ответил Марко. — Я и Дженасса Фарли, одна из самых молодых наших офицеров. Бедная девочка — увидеть такое в первые же дни службы, — вздохнул он, немного поерзав на стуле. Спрашивайте, сэр. Постараюсь рассказать все, что знаю
— Хорошо. Я рад, что все подробности можно будет узнать из первых уст, — довольным голосом произнес Макс. — В таких условиях наиболее ценны показания непосредственных очевидцев. Итак, для начала о следах. Не заметили ли вы каких-нибудь следов возле того места, где нашли тело?
— Сложный вопрос, — задумчиво сказал полицейский, отпивая глоток кофе из своего стакана. — Родители погибшей позвали на помощь целую ватагу родственников, и те, естественно, затоптали все, что только можно было затоптать, пока прочесывали окрестности. 
— И что, совсем ничего не удалось обнаружить?  
— Единственным, что привлекло мое внимание, были необычные следы босых ног. Человек с такими ногами должен носить обувь не меньше, чем четырнадцатого размера. Вот, взгляните-ка, — произнес Марко, доставая из лежащей на столе папки пару фотографий и передавая их Максу. 
— О, а вот и первые материальные свидетельства существования нашего чудовища, — сказал Макс, чуть взглянув на фотографии. — Обратите внимание на необычно вдавленные следы от пальцев. Или этот неряха не стриг ногтей на ногах уже как минимум несколько лет, или это не совсем человек. Еще следует отметить неестественный угол поворота стопы. Человек так не ходит. 
— Действительно… А я как-то не обратил на это внимания, — сказал слегка удивленным голосом Марко, внимательно разглядывая возвращенные ему Максом фотографии. 
— Вы знаете, кто может иметь такие ноги? — присоединился к разговору Дэн, который уже разделался со своими пончиками и теперь просто сидел и слушал, что говорит его подчиненный. 
— Знаю, — ответил Макс. — Но это знание нам ничем не поможет, — вздохнул он, приложился к своей чашке и продолжил: — Человеческую стопу — ну, или похожую на человеческую, могут иметь десятки различных видов существ. Во-первых, самое банальное, — гули. Гули и производные от них. Стопы у них, правда, обычно вывернуты в другую сторону — но именно что обычно. Эти существа никогда не были образцом здорового телосложения, и неправильный угол поворота стопы у них, в принципе, встречается. Сюда же можно отнести и большинство видов карги. Хотя, наверное, я бы даже сказал, что все виды — кроме озерной, морской и болотной: у этих на ногах есть перепонки. Также этот след может принадлежать чуть ли не любому из видов высших вампиров,  а еще топляку, неккухе, молодому вендиго и еще множеству других чудовищ. 
— Ого! Сколько, оказывается, всякой пакости на земле живет, — удивленным голосом воскликнул Марко. — А мы тут из чудовищ только гуля видели один раз да еще озерную каргу. Ах да, ну и гарпии еще залетают, но мы их даже за дичь не считаем — мясо жутко падалью смердит, а перья обработать нужно уметь, если хочешь что-то из них смастерить. 
— Ну, теперь знаете, к кому обратиться, если вдруг еще что вылезет, — усмехнулся Макс. — Насколько далеко от воды лежало тело? — спросил он, принявшись что-то чертить в блокноте. 
— Футов десять-пятнадцать, — слегка задумавшись, ответил Марко. — Озеро тогда было неспокойным, точно замерить не получилось. 
— Место, на котором лежал труп, подтапливается водой?
— Да, постоянно. В тот день вода до него не доставала, но когда на озере шторм, волны заливают то место полностью. 
— Очень жаль, — сказал Макс. — Мы могли бы кое-что узнать, осмотрев место, где нашли тело. Но, к сожалению, не в этот раз. Вода смывает все следы — и физические, и магические. Там мы ничего не найдем, — вздохнул он, отправляя в рот очередной кусок буррито. 
Через несколько минут в комнате раздался громкий писк. Извинившись, Дэн встал из-за стола и вытащил из кармана своей куртки довольно массивную черную рацию с длинной антенной. Он нажал пару кнопок, и оттуда донесся хриплый мужской голос, перемежаемый радиопомехами.  
— Кондор-четыре вызывает Орлана. Орлан, ответьте. Как слышно?
— Орлан на связи. Слушаю вас, Кондор-четыре, — ответил Дэн, зажав кнопку на рации. 
— Код сто восемьдесят семь-девятнадцать-три. Повторяю: код сто восемьдесят семь-девятнадцать-три. 
— Десять-четыре, код принят. Десять-двадцать, назовите ваше местоположение.  
— Сто пятнадцать, Грант-драйв. Заброшенная промзона. Ориентир — старая водонапорная башня. Дженасса вас встретит прямо под ней.
— Десять-четыре. Скоро будем на месте. Отбой. 
— Проблемы? — спросил Макс, накалывая на вилку последний кусок буррито. 
— Нашли труп пропавшего ребенка. Его тоже убило чудовище, — слегка изменившись в голосе, ответил Дэн. 
— Тогда не будем терять времени, — произнес Макс, вставая из-за стола и накидывая плащ на плечи.