Охота на наследника.

Глава 1

Алексей.

Две чёрные машины с тонированными стеклами двигались по дороге. В одной сидел телохранитель , а в другой- является владельцем крупной ювелирной компании ‘Gold style’,- Алексей Соколовский. Местным жителям было не привыкать к подобной картине ― они точно знали, что Алексей едет к своей маме, хорошо известной жителям как деревушки Александровское, так и окрестных сел. Знали они и о том, что сын всегда навещал маму на Пасху.
Алексей смотрел на дорогу, которую сам когда-то превратил из грязного проселочного тракта в широкое шоссе. Так он решил проблему с кирпичным заводом, который же здесь и построил, тем самым обеспечив рабочими местами жителей этой глуши. Помнится, каждую осень, когда он еще жил здесь, дорогу после дождей развозило так, что она становилась непроходимой, а зимой ее заваливало снегом, и деревня оказывалась отрезанной на долгие недели. Сейчас Алексею трудно было поверить, что когда-то подростком он прожил в деревне Александровское несколько лет. Лихое было время...
Алексей знал, что всем, чего с тех пор достиг, вырвавшись отсюда, обязан неослабным попыткам матери воспитать его.
Своеобразный кортеж остановился перед простым домиком, обитым потемневшей вагонкой, приютившимся под высокими березами. Телохранитель, здоровый и крепкий парень, носивший солнцезащитные очки, первым выпрыгнул из машины, чтобы проверить местность. Наконец из своего автомобиля вышел Алексей ― верх ухоженности и элегантности, в сером костюме, который был идеально подогнан по его мускулистой фигуре. Его бывшая невеста Алёна называла это «ежегодным смиренным паломничеством».
Именно эти приезды были подарком для его матери, которая так и не позволила сыну построить ей новый дом. Мама ― единственная из всех известных Алексею женщин, не стремившаяся вытянуть из него побольше денег. Он уже давно пришел к выводу, что беспредельная алчность и неистребимая потребность доминировать над другими ― исключительно женские недостатки.
Когда Алексей прошагал по дорожке к крыльцу, деревенские жители, собравшиеся у дверей дома, расступились, и воцарилась благоговейная тишина.
Таисии Владимировне было уже за пятьдесят, но она выглядела довольно молодо для своего возраста. Она приветствовала сына без суеты, лишь севший голос и ласковое «Лешенка» указывало на то, как много он для нее значит.
— Ты, как всегда, один, — сокрушенно проговорила мать, ведя его к столу, который был накрыт по-праздничному — впервые после строгого сорокадневного поста.
Ну давай, разговейся, поешь.
Алексей нахмурился:
— Я и не...
Мама начала наполнять для него большую тарелку.
— Не соблюдал пост? Думаешь, я этого не знаю?
Бородатый священник, сидящий за столом, украшенным цветами и крашеными яйцами, поощрительно улыбнулся молодому человеку, отреставрировавшему разрушавшуюся деревенскую церковь:
— Ешь, ешь!
Алексей не завтракал в предвкушении этого пасхального пиршества и сейчас ел с аппетитом, пробуя домашний хлеб и куличи. Таисия Владимировна( мать героя) стояла рядом, не скрывая своей гордости. Она прекрасно знала, что ее сын является центром внимания не только для просителей, но и для всех молодых женщин, набившихся в дом. А как же иначе ― красивый, высоченный, с прекрасной фигурой атлета! Она мимолетно вспомнила, сколько влюбленных девочек ходили за ним по пятам, когда он еще был мальчишкой.
Алексей же, слегка раздраженный этим повышенным женским вниманием, гадал, имеет ли мама отношение к большому числу привлекательных, ухоженных девушек, толпящихся вокруг. Он перевел взгляд на маму и погрустнел ― в каждую их встречу он замечал, как она год от года слабеет. К тому же она опять разочарована, что сын и на этот раз не привез с собой девушку. Алексей знал, что она ждет не дождется, когда он женится и обзаведется детишками.
Какую благодарность получила мама за то, что когда-то рискнула взять к себе сквернословящего, непокорного подростка? Все его огромное богатство и успех не значат для нее ровным счетом ничего, однако он ее единственная родная душа. Родителей ее давно нет в живых. Братьев и сестёр тоже нет. А муж ушёл от не, после того, как она привезла домой подростка тринадцати лет... У него умерли недавно родители и позаботится о нём было некому... Но мужчина поставил условие, если ребёнок останется в доме, то он уйдёт. Она выбрала меня. Для меня она стала настоящей матерью. Именно от неё я получи всё , что так и не получил от биологических родителей.
— Ты беспокоишься о Таисии, — проницательно заметил священник. — Приведи ей жену и внука, и она будет счастлива.
— Если б в жизни это было так легко, как на словах. — Алексей отвел взгляд от низкого выреза грудастой девицы, подающей ему кофе.
— С правильной женщиной это легко! — засмеялся поп с гордостью и добродушием семейного человека, имеющего шестерых здоровых ребятишек.
Но Алексей питал глубокое отвращение к супружеству. Брак его родителей был ужасной ошибкой. Отец все время изменял матери, а та в свою очередь глушила горе алкоголем. Брак Таисии Владимировны(тети по матери), женщины ставшей ему настоящей матерью тоже образцовым не назвать. Ее муж ей изменял и выпивал. И в конце концов сам ушёл. Его отношения с бывшей невестой оказались ошибкой. И что гораздо важнее, даже через три года после расставания он не мог забыть так и не родившегося ребенка, от которого избавилась его невеста, чтобы не испортить свою идеальную фигуру. Алексей никогда не рассказывал об этом матери, поскольку знал, что это разобьет ей сердце. Глядя на на ее усталое лицо, он как никогда ясно представил, что жизнь ее стремительно клонится к закату и что времени осталось не так уж много... Скоро придет день, когда некому будет сказать ему, что шум его вертолета, приземляющегося неподалеку, травмирует ее козочку и так пугает кур, что они перестают нестись. Это была печальная мысль, и она не давала ему покоя. Кто сделал для него больше всех и кого он вознаградил меньше всех? Если какая женщина и заслуживает того, чтобы подбрасывать малыша на своих коленях, так это его мать, Соколовская Таисия Владимировна .
Алексей все еще грустно размышлял на эту тему, когда мать поинтересовалась, не встречается ли он с Алёной. Алексей с трудом удержался, чтобы не поморщиться. Он одиночка, всегда был им и воспринимает личные отношения как вызов. Он любит словесные баталии в бизнесе, возбуждение от новой сделки или слияния, вызов и риск в отсечении старого и увеличение прибыли за счет нововведений. Чистейшее удовольствие, когда срываешь огромный куш... Если бы брак был больше похож на бизнес с его ясно очерченными правилами и контрактами, которые не оставляют места для недопонимания и ошибок!
И в ту же секунду он подумал: «А почему бы и нет? Почему, черт побери, мне не выбрать себе жену и получить ребенка при помощи тех же средств, что и в бизнесе?»
— У тебя хоть есть кто-нибудь? ― спросила бабушка слегка виноватым тоном.
— Может быть... ― неожиданно для себя ответил Алексей. В его мозгу всплыл образ женщины.
Он был уверен, что Алиса идеально подойдет ему в качестве жены и матери его ребенка.
Он не сомневался, что они придут к разумному соглашению, выгодному для обеих сторон. Алиса не была похожа на других женщин, которых он знавал немало,— женщин, стремящихся женить его на себе из-за того, кем и чем он был. Лисе же от него ничего не нужно, впрочем, как и от других мужчин.
Но она должна хотеть ребенка.

Глава 2

Алиса.

— В нем совсем нет ничего твоего, Лисенок, — проворчал ее отец, с недовольным выражением лица разглядывая двухмесячного внука.
Нет ничего его — вот что имел в виду Александр Дмитриевич. Алиса знала, что была любимицей еще и потому, что в ней явно угадывались его гены — рыжие волосы, бледная кожа и голубые глаза. Александр Фадеев рано женился на яркой и известной женщине — блондинке с карими глазами, звезде театра и ТВ Виктории Кожевниковой. Этот брак продлился два года, и при разводе опека над дочерью была передана отцу. К большому облегчению Виктории. Алиса никогда не сомневалась в том, что любима отцом. Даже после его третьего брака и рождения сына и дочери, которыми он очень гордился. Но дочь была его слабостью, несмотря на то, что третья жена всячески пыталась ослабить их связь, внушая Александру, что дочерью должна заниматься мать. Виктория же, запрещавшая называть себя мамой, не проявляла никакого интереса к воспитанию дочери. Исходя из собственного опыта, она твердо решила для себя — никаких браков, чтобы не было никаких разводов. А главное, ее сын должен быть уверен, что мама очень любит его. И неважно, кто его отец. Она дала жизнь этому ребенку, и он только ее.
— У него будут вьющиеся волосы, — заметила Алиса, хотя ее собственные локоны были унаследованы от Виктории, а не от отца.
У Александра Фадеева волосы были прямыми, когда-то рыжие, сейчас они были абсолютно белыми. Но голубые глаза не утратили своей яркости, и, судя по взгляду, отец собирался задать ей вопрос, от ответа на который она до сих пор успешно уходила.
Они сидели в залитом солнцем внутреннем дворике сельского дома, принадлежавшего семейству Фадеевых. Лиса хотела сохранить в секрете рождение ребенка, и отец без лишних вопросов предоставил дом в ее распоряжение на несколько месяцев, пока они с женой курсировали между Москвой и Лондоном, выполняя свои светские обязанности.
Ты так и не скажешь мне, кто отец ребёнка? Это неважно, папа. — Алиса с любовью посмотрела на своего черноволосого, зеленоглазого сына. — Он — мой.
Лисенок, я понимаю, ты не хочешь выходить замуж за парня...
Он тоже не хочет жениться на мне, — сорвалось с ее языка прежде, чем она успела подумать о последствиях.
Почему нет? — Отец выглядел оскорбленным, как будто любой мужчина должен быть на седьмом небе от счастья, получи он шанс стать мужем его дочери. В конце концов, она была Фадеевой— дочерью миллиардера, наследницей пусть и части, но огромной строительной империи, кроме того, была привлекательна внешне, особенно когда брала на себя труд подчеркнуть это.
Он знает о ребенке?
Нет. Я не говорила ему. Это только внесет путаницу и создаст множество проблем.
Он что, женат?
Нет. — Взгляд голубых глаз Алисы встретился с взглядом точно таких же глаз. — Это случилось только однажды, отец. Непростительная непредусмотрительность и ошибка для нас обоих. Особенно для Алексея. Он ясно дал это понять, когда после всего не смог скрыть смятение оттого, что поддался страсти и занимался сексом с единокровной сестрой своей бывшей невесты.
—Ты не думаешь, что он обо все догадается, когда увидит тебя с ребенком? — ворчливо спросил Александр.
Вряд ли, — ответила я, подумав, что случившееся между мной и Алексеем наверняка накрепко заперто в самых дальних тайниках его памяти. — Мы практически не пересекаемся в свете, — пояснила я. — А к тому моменту, как все узнают о том, что у меня есть ребенок, дата его рождения уже не будет иметь значения. Судя по всему, ты не хочешь, чтобы он вообще когда-нибудь узнал о ребенке, — резко заметил отец.
Все это так сложно, подумала я. она была не того типа женщиной, который привлекал Алексея. А, зная его характер, я не сомневалась, как он отнесется к навязанному ему отцовству. Особенно если мать ребенка — я! Алексей был категорически настроен против брака и цинично относился к любым любовным историям. Кроме того, отцовство было для него болезненной темой, и если он узнает о ребенке... Я даже вздрогнула, представив его реакцию.
Для него же лучше ничего не знать о сыне. Впрочем, для меня это тоже лучше. Алексей Соколовский — это запретный плод, который я не могла перестать желать, даже понимая прекрасно, что это не принесет мне ни счастья, ни радости. Прервать с ним деловые отношения, когда я уже не могла скрывать свою беременность, было так же трудно, как наркоману отказаться от наркотика. Связать же себя с ним навсегда узами совместной заботы о ребенке значило бы обречь себя на постоянные муки — Я это прекрасно понимала.
—Хранить подобный секрет... Понимаешь, рано или поздно мальчик захочет узнать о своем отце. — Александр нахмурил седые брови, в его голосе была неподдельная тревога. — Ты намерена лгать ему всю жизнь? Говорить, что его отец умер? Не знаю, папа. Я не заглядывала так далеко вперед.
В таком случае пора подумать об этом. Лучше сейчас решить все вопросы с его отцом, потому-что твой сын имеет право знать правду, которая не должна стать для него потрясением... —Я не хотел бы, чтобы твой сын — мой внук — пережил нечто подобное. Меня не волнует его отец, но не делай этого с мальчиком. Он имеет право знать правду. Знать с самого начала.
Это был разумный совет, я понимала это, хотя мысли об Алексее всегда порождали в моей душе эмоциональный хаос. Она не могла забыть, каким смятенным он был после их близости, как старательно избегал впоследствии любых напоминаний об этом.Алексей часто прибегал к услугам ее рекламного агентства для телевизионной рекламы, его ювелирного бренда. В течение первых месяцев беременности, когда я продолжала работать рядом с Алексеем, я очень ждала какого-нибудь знака с его стороны, свидетельствовавшего, о том, что между ними есть нечто большее, чем просто деловые отношения. Тщетно. Более того, очень скоро он завел роман с очередной моделью, как две капли воды похожей на всех остальных, чередой прошедших через его жизнь. И постель.

Между нами сложилось некоторое подобие платонической дружбы, но однажды ночью внезапно вспыхнувшая страсть... Это было безумие, и Алексе, похоже, был решительно настроен, не допустить повторения.
Но я не могла не признать, что мой отец прав. Ни мои чувства, ни чувства Алексея не важны, когда дело касается ребенка. Мой сын не виноват в том, что он стал последствием. Но ребенок есть, и он имеет право знать своих биологических родителей.
Неожиданно зазвонил мой мобильный. Я. встала и улыбнулась отцу.
—Присмотри за Кириллом, пока я поговорю, ладно? Александр кивнул.
—Алиса, это Алексей. Алексей Соколовский. От шока яне нашлась, что ответить. Я резко остановилась, пытаясь взять себя в руки.
Где ты сейчас? — нетерпеливо спросил Алексей. Я сделала глубокий вдох и спросила:
В чем дело, Алексей? Какие-то проблемы?
Наверняка что-то, связанное с агентством. Неужели мой личный помощник не справился с работой?
Никаких проблем, — быстро заверил он меня.
Тогда зачем ты мне звонишь?
Я хочу с тобой встретиться.
Зачем? Молчание.
Электрическим разрядом пронзил меня страх. Неужели он как-то узнал о ребенке? Решил, что может быть его отцом?
Могли бы мы встретиться за ужином. Ты ведь в Москве раз Вики здесь?
Нет, я не в Москве.
Разве ты не говорила, что твоя мать настаивает на том, чтобы ты была все время рядом и занималась подбором актеров для ее первого фильма в качестве режиссера? Разве не по этой причине я вот уже шесть месяцев имею дело исключительно с твоим помощником, а не с тобой лично?
Все именно так.
Что ж, Вики вчера прилетела в Москву из Америки, — продолжал Алексей. — И поскольку ты ответила на звонок, ты где-то в Москве. Где именно?
Я в Санкт-Петербурге, у отца. — По крайней мере, в этом я не солгала.
Алексей подавил разочарованный вздох.
—Алиса, мне действительно нужно встретиться с тобой.
Его настойчивость насторожила меня еще больше.
— Зачем, Алексей?
Он проигнорировал вопрос, ухватившись за предлог, только что пришедший ему в голову.
— В четверг вечером я буду там... Давай встретимся и поужинаем. Я планировала вернуться в Москву, к себе домой , завтра, встретиться с матерью, пройтись по магазинам. Донельзя удивленная поведением Алексея, я не удержалась от вопроса:
В чем дело, Лекс?
Ни в чем. Просто хотел увидеться с тобой. К чему все это?
Поговорим при встрече, Алиса. Куда и когда заехать за тобой?
Разговор с отцом камнем лежал у меня на сердце. Я понимала, что вот он — реальный шанс поговорить с Лексом о сыне. Значит, я должна согласиться. —Завтра я Буду в Москве. Встретимся в среду, в ресторане отеля ‘Зевс’. —Во сколько за тобой заехать?. —Не нужно заезжать, встретимся в холле отеля в шесть.
—Хорошо, в шесть. Спасибо, Алиса.
Мне показалось или в его голосе на самом деле прозвучало облегчение?
—Знаешь, я скучал по тебе все эти месяцы, — услышала я в трубке и почувствовала, что Алексей улыбается. — Жду встречи, Лиса.
Из трубки уже давно неслись короткие гудки отбоя, а я все никак не могла сдвинуться с места. Нет, этот звонок никак не мог быть связан с ребенком, его ребенком, — Алексей не сомневался в моей выдумке про Лондон. Но больше всего меня потрясли слова о том, что он скучал по мне, нарушившие им же самим установленное правило — не иметь с ней никаких личных дел. Что могло потребоваться от меня Алексею Соколовскому, да ещё так срочно.

Глава 3

Алексей

Входя в отель ‘’ЗЕВС’’, я улыбался.

В холле отеля стоял тихий гул голосов. Я занял позицию у стойки регистратора, чтобы видеть лифты и сразу заметить Алису, когда та придёт. А это должно было произойти с минуты на минуту, поскольку в отличие от большинства женщин Алиса была очень пунктуальна.

Я пока никак не мог увидеть себя в роли отца, примериться к этой сложной и долговременной ответственности, которую предполагал уложить в рамки контракта. Мои личные детские впечатления были сплошь отрицательными, и я твердо знал, что ни один ребенок не заслуживает этого. А это значит, что в том, что касается ребенка, все условия должны быть продуманы с особой тщательностью.

Да уж, болезнь матери бросила мне коварный вызов—чтобы она согласилась на лечение я должен стать отцом.

Пять дней тому назад мама пережила сильный сердечный приступ и чудом осталась жива. У них состоялся серьёзный разговор:

– Никто из нас не знает, когда его призовет Всевышний. Сердце мое уже не так выносливо, как прежде Лешенка. Неужели я требую от тебя многого? Тебе ведь уже за тридцать. Так? Тебе нужны жена, дети, дом. – Женщина смотрел на Алексея нежным, любящим и в то же время жёстким и упрямым взглядом, говорившим, что она намерен стоять на своем до конца. Никто не должен проживать свой век один. Нам всем нужна семья. Если у меня и у твоих роди не получилось создать счастливой семьи, это ещё не значит, что у тебя будет также.

Мама медленно закрыла глаза и часто задышала, словно её короткая речь потребовала куда большего физического напряжения, чем могло позволить её слабое тело. Алексей испугался, но помочь маме был не в состоянии. Врачи настаивали на хирургическом вмешательстве и срочной операции на сердце, считая это единственным способом продлить жизнь его матери. Но она отказалась даже обсуждать эту возможность.

– Почему ты не прислушиваешься к рекомендациям врачей? Шунтирование давно стало обычной операцией.

– Почему ты не хочешь жениться? – гнула свое мама. – Возможно, если бы я могла надеяться на скорое появление внуков, то пошла бы на риск. Он бы того стоил.

Алексей чувствовал, как кровь отливает от лица.

– Ты хочешь сказать, что, если я женюсь ты ляжешь в клинику и займешься своим здоровьем?

Веки дрогнули, разомкнулись, и зеленые глаза, в точности такие унаследовал и Алексей, взглянули на него с таким упрямством, какое могла выказать только его мама.

– Да.

Спустя время успокоившись и все обдумав, я задумался почему бы и нет. Ещё в пасху мне и самому в голову пришла идея жениться. Я даже думал о ребёнке. Мать права я очень боюсь стать таким как мой отец, поэтому надо обезопасить ребёнка по всем пунктам.
Что в прошлый раз, что в этот в голову приходит только одна девушка.

-Алиса Фадеева.

Вынырнув из воспоминаний уловил, что шум голосов в лобби изменил тональность — в нем появились удивленные и восторженные нотки. Я посмотрел в ту сторону, куда были повернуты все головы, а именно ко входной двери. Уверенный, что это кто-нибудь из звезд ( они часто останавливаются в этом отеле), Алексей замер, увидев знакомое лицо. Несколько мгновений он не мог совладать с собой. К нему с видом королевы направлялась.... Алиса. Она выглядела настолько потрясающе, настолько изысканно, что затмила и свою мать, и свою сестру, признанных красавиц, даже в их лучшие дни.

Рыжие волосы Алисы были распущены и струились по обнаженным бледно-перламутровым плечам. Черты ее прелестного от природы лица были подчеркнуты умелым макияжем, благодаря которому голубые глаза казались еще больше и ярче, а улыбка — еще более ослепительной.
На Алисе было платье, способное сорвать шоу, стоит ей ступить на красную дорожку. Расшитое бисером, глубоко декольтированное, розовато-лилового цвета, оно струилось до самого пола, подчеркивая высокую грудь, тонкую талию и длинные ноги, обутые в сексуальные серебристые босоножки на высоком каблуке.
Под стать платью были и украшения — серьги, колье и браслет с крупными бриллиантами. Алексей почувствовал, что при виде этой новой Алисы, выступавшей сегодня во всем блеске, у него в животе стали происходить странные вещи. И не только в животе, а, и в паху... Что решительно не способствовало мыслительному процессу.

Алиса

Я замерла на середине пути. Я увидела Алексея как только вошла в двери отеля — его взгляд поначалу где-то блуждал, но теперь был прикован ко мне. Он смотрел, но не двигался, не сделал ни одного шага по направлению ко мне.
Я испытывала прямо-таки злорадное удовлетворение при виде его потрясенного выражения лица. Общаясь с ним на профессиональном уровне, я всегда старалась не привлекать внимания к своему внешнему виду, но это не означало, что я не была способна очаровать его, если бы взяла на себя труд сделать это. А сегодня взяла — побывала у стилиста, косметолога, прошлась по магазинам в поисках наряда.
Я решила, что если мне предстоит разговор о ребенке, то пусть он вспомнит, как хотел меня в ту ночь, когда был зачат Кирилл. Я не была уверена в том, что двигало мною сегодня—гордость или желание, примитивное желание, чтобы Алексей потерял голову.
Лекс по-прежнему оставался недвижим. Отлично! Я продолжила свой путь.

Советую к прочтению...

Советую к прочтению роман МИЛЫ РЕБРОВОЙ: "ЧУЖАЯ ЖЕНА"

Аннотация к книге "Чужая жена"

Эксклюзивно на Litnet!

Я отчаянно хотел ее. Жаждал заполучить в свою постель, исполнить каждую фантазию, что возникала в моей голове, стоило мне увидеть этого Ангелка с вечно опущенным взглядом. Заставить пасть, моля о порочных вещах, что творил бы с ее взывающим ко мне телом. Но она была Чужая. Это сдерживало меня. Но как сдержать себя сейчас, когда она больше не чужая жена?

Жаркая и эмоциональная история! Герои Мусульмане! 
ОТКРОВЕННЫЕ СЦЕНЫ СЕКСА
#очень откровенно 
#герой старше 
Книга про первого мужа Шехназ Вторая жена 
Книга про сестру Шехназ Фиктивная жена
 

Глава 4

Алексей

Я видел, что мое предложение повергло Алису в шок и она готова сразу же отвергнуть его.
Я воспринял ее провокационный выход как предназначенный специально для меня , но, может, я ошибся, и это было просто естественное женское желание превратить свое возвращение в шоу, оказаться в центре внимания и восхищения. Ее шестимесячное пребывание в вместе с матерью могло сделать такое вызывающее поведение привычкой.
Но проблема состояла в том, что я не остался равнодушным, сразу вспомнив, каково это было между нами, когда не осталось ничего, кроме жара страсти и всепоглощающего наслаждения. Я всегда считал, что смешивать деловые отношения, причем очень полезные, взаимовыгодные, с сексуальными — большая ошибка. Вступив на эту зыбкую почву вместе с Алисой, я постарался больше не попадать в подобную ситуацию, поскольку это неминуемо влекло неприятные последствия, а мне хотелось избежать их, во что бы то ни стало.
Но брак — это нечто совсем другое. Тем более если я намерен завести с Алисой ребенка, то от такого последствия уже не отмахнуться.

Пока официант расставлял их заказ, Алиса сидела очень прямо и напряженно. Ее взгляд был сосредоточен на моих руках. Когда же официант ушел, она стала смотреть на торт, затем взяла вилку, насадила кусочек плотной шоколадной смеси на серебряные зубцы и поднесла ко рту. И в этот миг посмотрела прямо на меня пронзительным, как лазер, взглядом, заставившим меня поежиться.
Лекс, к чему все это? Тебе захотелось еще раз переспать со мной?
Та ночь стоит того, чтобы ее повторить. Ты не согласна, Алиса?
Жаркий румянец бросился ей в лицо, но Алиса не отвела взгляд.
Я всегда считала, что ты придерживаешься принципа «дешево досталось, легко потерялось».
Согласись, в нынешнее время это самый безболезненный подход менять партнеров. Никакого чувства вины...

Алиса

Если рядом с моим именем уже стоит галочка, зачем возвращаться к пройденному?
На этот раз я имею в виду не случайную ночь.
Если так, Лекс, тебе лучше объяснить, что ты имеешь в виду, потому что я ничего не понимаю.
Я снова принялась за свой шоколадный торт, давая понять, что не станет его перебивать. Я по прежнему не отрывала взгляд от его лица, следя за малейшими изменениями выражения на нем.

—Если наши отношения станут близкими, ты можешь быть уверена, что это не имеет ничего общего с твоими деньгами, — неторопливо заговорил Алексей. — Ты же знаешь, что ничто меня не заставит взять хоть цент из твоих денег
Алиса не сдержала усмешки.
—Я думала, что табу распространяется и на меня.
Алексей не понял иронии и нахмурился.
Что ты этим хочешь сказать?
Ну... после нашего незапланированного... того, что произошло, ты категорически отказался от продолжения, и я решила, что ты не хочешь иметь ничего общего с сестрой своей бывшей невесты.
Ты думаешь, меня волнует, кто твоя сестра? Мне это безразлично. Каждый из нас живет своей жизнью, Алиса.
—О'кей, допустим, мои деньги тебя не привлекают и тебя не волнует, кто моя сестра, даже несмотря не то, что когда-то она была твоей невестой и ты ее любил...

—Это древняя история, Алиса.
—Лекс, давай разберемся. Мы с тобой провели вместе ночь, и случившееся не имело продолжения только потому, что мы с тобой деловые партнеры. Так?
— Да.

Алексей

Нет. На самом деле я испугался, что превращусь в раба. Одной ночи с Алисой хватило, чтобы понять, что она — наркотик, а я всячески избегал любой зависимости. Но теперь, если я стану сохранять благоразумие, да и Алиса — девушка благоразумная...
—Но поскольку мое агентство весьма успешно вело с тобой все дела в мое отсутствие, — продолжала выстаивать логическую цепочку Алиса, — ты пересмотрел ситуацию и решил, что можешь позволить себе маленький безболезненный романчик со мной, да?
Скептические нотки в ее голосе свидетельствовали о том, что она считает мое предложение из ряда вон выходящим, но я решил довести дело до конца.
—Не романчик, Алиса. Я думал о том, чтобы нам пожениться. И завести ребёнка.

Глава 5

Алиса

Сказать, я что была как громом поражена,— ничего не сказать. В ее мозгу билась истерическая фраза — у нас уже есть ребенок! В какой-то миг я уже была готова произнести это вслух. Но брак! Брак означал, что Алексей стал бы моим мужем и моя несбыточная мечта стала бы явью... Разве что ни слова не было сказано о любви. Впрочем, это было бы удивительно, учитывая историю их отношений. Спустя одиннадцать месяцев было бы странно пытаться убедить меня в этом. Да я бы и не поверила в то, что черный принц внезапно превратился в белого рыцаря в сверкающих доспехах.
Я могла бы еще поверить в то, что он снова захотел увидеть меня в своей постели, если бы не слова о ребенке.
С чего вдруг Алексей захотел стать отцом? Он всегда был мужчиной, как чумы избегавшим мало-мальски длительных отношений с женщинами. Что же у него на уме?
Он никак не объяснил, почему вдруг именно ее выбрал на роль жены, не говоря уже о том, почему он вообще решил жениться. Он всегда выказывал пренебрежение к самому институту брака, называя его ловушкой для дураков.
Я вспомнила, что он сказал о ее деньгах. Скорее всего, им движет уверенность в том, что не только он не претендует на ее наследство, но и она в случае развода не посягнет на его богатство. Наверняка он продумал этот вопрос, имея перед глазами пример собственной матери. Это как-то объясняет его выбор, но зачем ему вообще жениться?
Это... сюрприз, — только и смогла выдавить я, надеясь услышать хоть какие-то веские доводы.
Надеюсь, что не неприятный, — сверкнул улыбкой Алексей. — Я уверен, что мы хорошо поладим. — Похоже, он не сомневался, что они придут к взаимопониманию.

Вкрадчивые нотки в его голосе завораживали, как песня сирены, соблазнительно призывая отбросить все сомнения и идти за ним. Но я не могла позволить себе ступить на это минное поле.
—Тебе надоело волочиться за модельками, Алексей? Я отложила вилку и взяла бокал, глядя на него поверх края.
— Мне кажется, что моногамные отношения с подходящей женщиной очень удобны...

— Понятно...
Я сделала глоток вина. Если эпитет подходящая был, еще куда ни шло, то удобны неприятно резало слух. После той ночи гордость заставила меня продолжать с ним удобные деловые отношения и не делать драмы, когда очень скоро Алексей стал удовлетворять свой сексуальный аппетит с другой женщиной. Но если он думает, что точно так же я стану относиться к его неверности, если они поженятся, то он глубоко заблуждается.
— То есть ты решил попробовать быть верным одной женщине, пока смерть не разлучит вас?
Алексей усмехнулся.
—Я говорю о партнерстве, Алиса. Как и любое партнерство, оно должно длиться, пока устраивает обоих. Если оно не даст нам того, чего мы хотим, мы разойдемся.
Очень удобно. Для него, естественно. Чтобы с губ Алексея Соколовского сорвались слова о вечной любви?! Эти губы замечательно целуют, обещая неземное наслаждение, но никогда не произнесут слов любви.
—Не ты ли говорил мне, что максимальный срок для страсти — два года? — напомнила я ему его же слова с насмешливой улыбкой. — И что потом? Ты считаешь, что мы сможем прожить в браке дольше?
Алексей кивнул.
В этом все и дело. Я говорю о партнерстве, потому что мне всегда нравилось твое общество. Нам ведь никогда не было скучно вместе, не так ли, Алиса?

Не знаю, Алексей. Не так уж часто мы и встречались, поэтому это скорее предположение, чем факт. Странно, что ты решил построить брак на таком фундаменте. Странно, что ты вообще решил жениться. — Я вопросительно приподняла бровь. — Не хочешь сказать, что случилось?
Я еще не успела договорить, как почувствовала, будто перед ее носом захлопываются стальные двери его души. Я подумала, что Алексей Соколовский никогда и ни одну женщину не впустит в свою душу и сердце, включая его жену. Но кое-что я все-таки поняла — мотивация его решения жениться очень личная и спрятана в глубоких тайниках, но жениться он по какой-то причине должен и выбрал меня как самую подходящую кандидатуру.
Меня, потому что за одну ночь его сексуальный интерес ко мне не был исчерпан. Меня, потому что я не устраивала сцен и не преследовала его, когда он сразу же завел роман с другой женщиной. Меня, потому что я не стану претендовать на его деньги, когда наступит время расстаться...
Внутри меня нарастала волна гнева, пока я наблюдала, как Алексей продумывает свой ответ. Я была готова объяснить Алексею, что к чему, и положить конец этому нелепому разговору.
— Это все из-за ребенка, — наконец ответил Алексей. — Я хочу, чтобы наш ребенок рос в нормальной семье, более стабильной, чем были у нас с тобой в детстве. Ты ведь понимаешь меня, Алиса? И поддерживаешь? Ты помнишь, каково пришлось нам, поэтому у нашего ребенка все должно быть подругому.
Мое сердце сделало попытку выскочить из груди и застряло где-то в горле. Он знает о Кирилле! Именно поэтому он завел разговор о браке, поскольку считает, что у ребенка должны быть не просто оба родителя, а настоящая семья, когда папа и мама живут под одной крышей.

Мои мысли были в смятении. Я не ожидала, что Алексей так легко воспримет факт своего отцовства и пойдет по традиционному пути — предложит узаконить наши отношения ради ребенка.
Тебе не обязательно жениться на мне, — быстро сказала я, не желая, чтобы он был втянут в совместную жизнь как в ловушку. — Я не против того, чтобы ты участвовал в жизни Кирилла. Более того, буду рада, если ты разделишь со мной заботы о нем.
Кирилл? — Алексей недоуменно нахмурился.
Я подумала, что ему, как и моему отцу, не понравилось имя, которое я дала сыну, и перешла в наступление.
—Вообще-то я не думаю, что ты имеешь хоть какие-то права на нашего сына, — воинственно заметила я. — Тебя не было рядом, когда я родила его два месяца назад...
—Ты родила... нашего сына... два месяца назад? — Голос Алексея походил на раскат грома, настолько он был переполнен эмоциями, глаза сверкали. Я услышала хруст стекла и увидела, что верхушка V-образного бокала с мартини, который заказал себе Алексей, лежит на столе, а его окровавленная рука крепко сжимает ножку. Яркие капли крови алели на белой скатерти.
Алексей не знал о ребенке!
Осознание того, что я только что сотворила, было для меня настоящим нокаутом. Я закрыла глаза, крепко сжала губы. Сейчас, сию минуту я сама выпустила свою жизнь из-под контроля.

Глава 6

Алексей.

Это не было ложью. Как бы я ни хотел этого, я чувствовал, что сказанное Алисой — правда. И призналась она только потому, что ошибочно решила, будто я уже все знаю.
Она не преследовала никакой далеко идущей цели, не рассчитывала что-то получить от меня — ей, как никому другому, не было причины навязывать мне чужого ребенка.

Госпожа Фадеева, ваш лимузин подан, — услышал погруженный в раздумья Алексей.
Нет! — сорвалось с его губ, и он даже стукнул кулаком по столу. — Отошлите его. Она никуда не поедет.
Сэр? — В голосе посыльного был испуг. — Вы порезались? Вам нужна медицинская помощь?
Порезался? Алексей опустил взгляд на стол и увидел разлитый напиток, разбитый бокал, ножку которого он продолжал судорожно сжимать, и капли крови на белоснежной скатерти.
— Не могли бы вы принести несколько салфеток, чтобы остановить кровь и сделать повязку? — попросила Алиса.
Посыльный колебался.
Если господину Соколовскому принесли треснувший бокал...
Ничего страшного, — быстро заверил я, не желая поднимать суматоху. — Я воспользуюсь носовым платком. — Выхватив белоснежный треугольник из нагрудного кармана и приложил к порезу. — Простите за беспорядок.
Все хорошо, сэр. Сейчас официант все уберет. А насчет лимузина для госпожи Фадеевой...
— Алиса... — предостерегающе произнес я. Алисе ничего не оставалось, как подтвердить изменение планов.
—Будьте добры, отпустите шофера. Мои планы изменились.
Посыльный отправился выполнять поручение, и почти сразу же у стола возник официант.

— Тебе следует обратиться к врачу, — посоветовала Алиса, наблюдая, как я обматываю ладонь носовым платком.
Я видел, что Алиса нервничает, даже испугана. Она сидела, откинувшись на спинку стула и сложив руки на коленях, и изо всех сил старалась выглядеть спокойной и собранной, но румянец на скулах без слов выдавал ее волнение.
—Нужен всего лишь пластырь, — заверил я ее и тоже откинулся на спинку, пока официант приводил в порядок наш столик. Я чувствовал, как в крови играет адреналин, но понимал, что жажду сразиться не с Алисой , а с собой.
Алиса же была моим решением, а не проблемой. Я должен быть с ней честен, добр и добиться ее согласия на то, что было ему так нужно, а именно доказать самому себе и Алисе, что я , совсем не похож на своих родителей.

Они сначала изводили друг друга изменами, а потом развелись. Отец после развода ещё тори раза женился... И каждая из жён была моложе предыдущей. Мать также выходила замуж ещё два раза ... Каждый муж богаче и старше предыдущего.А потом они разбились. До сих пор задаюсь вопросом, почему они тогда были в одной машине. И обоим было плевать на меня... Сначала няньки, потом школа-интернат. А после их смерти меня к себе забрала тетя Таисия. Мамина сестра. Она то и стала мне настоящей матерью.
Принести вам другой напиток, сэр?- ворвался в мои раздумья голос официанта.
Нет, благодарю.

Сейчас мне нужно было быть трезвым и рассудительным, чтобы убедить Алису в необходимости их брака, а это будет непросто.
Я должен убедить Алису выйти за меня замуж. И это было сейчас самым важным. И дело было больше не в его матери и её желании, чтобы он женился и завёл семью.
—Итак, — мягко проговорил я, — ты встретилась со мной сегодня, чтобы обо всем рассказать?
Алиса отрицательно покачала головой.
—Скорее, прощупать почву, узнать, почему ты вдруг так настаивал, на встрече. Я даже подумала, что ты каким-то образом обо всем узнал...

— Алиса тяжело вздохнула, вспомнив о своей ошибке.
Ник

Я не смог совладать с голосом, поэтому главный вопрос задал резким и скрипучим голосом.
—Почему ты мне не сказала, что беременна, Алиса?
—Потому что не хотела, — после паузы честно и предельно ясно ответила она.
—Но почему?
Алиса пожала плечами. Было видно, что ей не хочется отвечать на этот вопрос. Она опустила ресницы, сжала ладонями свой бокал.
—Ты думала, я стал бы отрицать, что ребенок мой?
Алиса сделала глоток вина.
Но ведь ты пользовался презервативами той ночью, — напомнила она мне.
Они не дают стопроцентной гарантии, Лиса. Кроме того, один порвался, и тогда я спросил, пьешь ли ты таблетки.
Алиса подняла на него виноватый взгляд.
— Я солгала, Алексей.
В чем?
Я не знала про порванный презерватив. Если бы ты сказал мне, я бы выпила таблетку утром, потому что я не принимала контрацептивы регулярно.
Но зачем ты солгала?
Я не хотела, чтобы ты знал, что у меня уже давно никого не было и в таблетках не было нужды. Ведь ты уже тогда считал меня Снежной королевой, а я ею вовсе не была. Мне казалось, что так ты посчитаешь меня... нормальной, поэтому и соврала.

Ее взгляд стал насмешливым.

— Уверена, что все твои женщины заблаговременно заботились о таких вещах. Я просто оказалась не подготовленной к тому, что случилось.
—И поэтому ты решила не говорить мне о ребенке?

Алиса воинственно вскинула подбородок, ее глаза стали похожи на два кинжала.
Для тебя это была... остановка на одну ночь, или ты забыл? И ты сам не хотел никаких последствий.
—Но речь-то была не о ребенке. Я говорил, что не хочу смешивать личные и деловые отношения, — торопливо стал объяснять я, уловив нотку глубоко затаенной обиды в ее голосе. — Ребенок — это совсем другое, Алиса.
—Да, — горячо ответила Алиса. — Ребенок — это неотъемлемая часть того, что означает быть женщиной, а ты отверг меня как женщину. Ты отказался от той моей части, которая зачала ребенка, поэтому с какой стати я бы стала делить его с тобой? Кроме того, когда я поняла, что беременна... — ее голос стал желчным, — у тебя уже завязался роман с другой женщиной.
Теперь мне стало все ясно. Спасаясь от соблазна завязать с Алисой длительные отношения, я думал только о себе, что было абсолютно в духе его родителей.
—Мне очень жаль. — Извинение сорвалось с моих губ, но как-то слишком поспешно, я сам почувствовал это. Но что еще я мог сказать? — Действительно жаль.
По тому, с каким скептицизмом взглянула на меня Алиса, я понял: она не поверила, что за моими словами стоит искреннее сожаление. Впрочем, я и так знал, что словами ее не убедить, поэтому протянул руку и накрыл ее ладонь своей. Может быть, физический контакт будет более убедительным, ведь именно непреодолимое физическое притяжение привело их к нынешней ситуации.
—На твоем месте, я бы тоже ничего не сказал о ребенке, — признался я. — Но я очень рад, что узнал о нем.
Ой ли?