Океан твоих глаз

Глава 1

Глава 1

- Ну что, Кучеров, даю тебе неделю. Если не передумаешь, разговор будет уже другим.

Хрипловатый баритон, с царапающими слух нотками, особенно громко прозвучал в полной тишине библиотеки университета, заставив меня подпрыгнуть от неожиданности. Объёмная книга, которую я хотела поставить на полку, выпала из моих рук, издав оглушительный грохот, похожий на взрыв! Я моментально замерла, вся превратившись в слух. Тело начало потряхивать мелкой дрожью.

- Тихо! – прозвучал тот же голос, но уже с властными нотами.

Поневоле, даже я подчинилась этому давлению, зажав рот руками.

Несколько мгновений стояла полная тишина, давящая на нервы и барабанные перепонки. Я закусила нижнюю губу и вцепилась руками в свою расклешённую юбку. Только бы не издать ни одного звука! Только бы не выдать себя!

- Чёрный, сгоняй, проверь! – прозвучал короткий приказ и в мою сторону послышались тяжёлые шаги.

Паника захлестнула меня с головой, не давая сообразить!

«Думай, Варя, думай!» - подгоняла я саму себя под стук подошв об пол.

Озарение, наконец, сжалилось надо мной, впустив в мою образную память картинку небольшой ниши, куда я, с трудом, но могла втиснуться и не попасться на глаза тому, кого отправили на разведку.

На цыпочках, бесшумно, я добежала до своего укрытия в конце книжных стеллажей, и мышкой скользнула в узкую щель. Сквозь просветы между деревянными полками увидела, как в пролёт, где я стояла минуту назад, зашёл невысокий, худощавый парень с чёрными, как смоль, волосами и смуглой, почти бронзовой кожей. Я замерла, даже моргнуть боялась. Парень осмотрелся, поводив по сторонам чёрными глазами. Его взгляд остановился на обронённой мной книге. Подобрав, он повертел её в руках, немного полистал и, положив сверху на стопки других книг, развернулся в том направлении, откуда пришёл.

- Книга упала с полки. – услышала я его голос в отдалении.

- О'кей. – снова этот царапающий низкий баритон с хриплыми нотами.

Снова шаги, а потом приглушённый болезненный стон.

- Если не уяснишь, в следующий раз беседовать так вежливо уже не буду. – предупреждающе протянул невидимый мне хозяин повелительного хриплого баритона.

Тон безэмоциональный, но меня аж передёрнуло всю и волоски на руках встали «дыбом». До чего же подавляющая энергетика у этого парня!

Я снова вся обратилась в слух и через некоторое время услышала еле слышный, но такой долгожданный звук: дверь библиотеки открылась и закрылась. Я облегчённо выдохнула, выбралась из своего укрытия и уже направилась к книге, чтобы поставить её на правильное место, как вдруг снова услышала приглушённый стон.

«Неужели они не ушли?!» - пронеслась в голове пугающая мысль. Нет, я же чётко слышала, что парни вышли из библиотеки. Тогда кто стонет? Крадучись, я неслышными шагами дошла до конца пролёта и чуть выглянула в читальный зал. В одном из стоявших в центре кресел увидела парня, согнувшегося в три погибели. Он прижимал к себе левую руку. Лицо бледное, с бисеринками пота на лбу, выдавало то, что парню явно больно, хоть он и пытается сдерживаться. В тишине снова раздался еле слышный стон. Я не могла на это смотреть! Сделала несколько шагов, выходя из-за полок на открытое пространство.

Парень тут же молниеносно вскинул голову, весь подобравшись. Но, поняв, что это не его бывшие собеседники, снова обмяк на сидении.

- Привет. – осторожно произнесла я.

Глаза цвета молодой зелени устремились на меня. Мы молча рассматривали друг друга. Парень оказался очень симпатичным: волнистые волосы, светло-русого цвета, обрамляли лицо немного квадратной формы, чуть широковатый рот не портил симметрии, а придавал мягкость твёрдому подбородку с ямочкой посередине, брови широкие, густые, цвета тёмного мёда, такого же оттенка пушистые ресницы. В общем, он не производил впечатление злодея, которого нужно наказывать.

- Привет. – приятным голосом отозвался парень. – Так, значит, Чёрный тебя просмотрел?

Он чуть улыбнулся и мои губы дрогнули в ответ.

- Ты кто будешь? – снова заговорил он. – Я, кстати, Мирон. Мирон Кучеров.

Сделав несколько шагов поближе, протянула свою ладонь.

- Варвара Кравцова. – негромко представилась. – Можно просто Варя.

Преодолев разделяющее нас расстояние, протянула руку, и Мирон пожал её. Решительно, но не сильно. Закусив губу, потянулась к его левому предплечью.

- Можно? – спросила, вскинув глаза на парня.

Немного поколебавшись, он всё же кивнул головой, от чего прядка волос упала ему на лоб, частично закрыв правый глаз. Выпятив нижнюю губу, Мирон сильно сдул её, обдав меня тёплым дыханием. Я начала осторожно поворачивать предплечье и немного поднимать вверх плечо. Парень резко выдохнул и отвернул в сторону лицо. Собравшись с духом, я сильно дёрнула его руку вверх и немного в сторону. Услышав характерный щёлкающий звук вставшего на место сустава, облегчённо выдохнула и уже расслабленно улыбнулась.

- Ну вот. Кажется, справились. – с энтузиазмом сказала Мирону. – Попробуй теперь подвигать рукой.

Покосившись на меня своими зелёными глазами, парень сначала чуть-чуть пошевелил кистью, потом поводил предплечьем влево-вправо. На лице отразилось довольное удивление и затем он уже смело совершил несколько вращательных движений плечом.

- Ну нифига себе! – изумлённо протянул Мирон. – Ты моя фея, Варь! Не только красавица, но ещё и спасительница! Откуда у тебя такие познания? Ведь мы, вроде, в техническом универе учимся!

Глава 2

Глава 2

Пройдя по длинным коридорам, мы подошли к вахте. Пожилой охранник приветливо кивнул головой мне, но окинул строгим, внимательным взглядом Мирона.

- В крыле библиотеки никого нет. – сказала я мужчине.

Я знала, что у него больные колени и обходить территорию университета, порой, бывает очень тяжело. Поэтому, старалась хоть немного облегчить ему работу, сокращая маршрут проверки.

- Благодарствую, Варя. – с улыбкой ответил мужчина. – Спокойной ночи.

- И Вам. – пожелала ему в ответ и направилась к дверям на выход.

На улице порывистый ветер набросился на нас, стараясь снести с ног. Я поплотнее запахнула лёгонькую ветровку и невольно поёжилась. Никак не могла адаптироваться к холоду и сырости. Приехав из тёплого Новокубанска, я пыталась привыкнуть к переменчивому климату Москвы. С содроганием думала о зиме, когда даже дневные температуры были ниже минус двадцати! Бррр! Совсем не хотелось здесь находиться, но выбора у меня особо и не было.

Когда в нашей семье встал вопрос о получении высшего образования, возникла и проблема с жильём. Хоть я и проходила на бюджетное отделение, заселиться в общежитие не могла, потому что забирала с собой своего любимого питомца – шпица Ариэль. Я нашла её на обочине дороги со сломанными передними лапами и рёбрами. Выходила. Но небольшая хромота всё равно осталась. На мои объявления о находке собаки никто не откликнулся. Вот так эта малышка и осталась со мной. Несмотря на покалеченные лапки, собачка просто обожала плавать. Так у меня в голове родилась кличка – Ариэль – водная принцесса. Мама с папой практически жили на работе и времени на питомца у них просто не было. Оба работали в больнице, постоянно выходили на дополнительные дежурства из-за нехватки персонала. У них и на меня-то особо времени не хватало, хотя я всегда чувствовала их любовь. Меня практически вырастила бабушка.

Тоже отработав в медицине, она категорически запретила мне идти по стопам семьи.

- Не хочу, чтобы ты погрязла в этой трясине. – твёрдо сказала она, когда начались обсуждения, куда мне поступать. – Не твоё это призвание.

Я не особо спорила, потому что, на самом деле, не была расположена к гуманитарным предметам, хоть и получала по ним «отлично». Мне больше нравилось чертить. Меня завораживали чёткие линии, идеальные круги, появляющиеся на ватмане. От готовых работ в душе разливалось удовлетворение и гордость, что я так могу! Мечты уносили меня в рисование небоскрёбов из стали, бетона и стекла, уютных скверов, шикарных апартаментов! В моей голове теснились десятки самых разнообразных, порой на грани фантастики, проектов. И чтобы их осуществить, мне нужно было продолжать обучение по этой линии. Поступать на архитектора.

В Москве у родного брата папы, дяди Кости, пустовала однокомнатная квартира. Сам он уже много лет жил на Севере. Уехал в юности за «длинным» рублём, устроился на хорошую работу, выбился в заместители директора в крупной буровой кампании. Там же познакомился с девушкой – своей будущей женой. Сейчас они счастливой семьёй, с двумя детьми, жили в холодном крае России и возвращаться не собирались. Только приезжали в гости. Вот так квартира и стояла уже долгое время.

Когда папа попросил жильё для меня, дядя Костя, не раздумывая, согласился. Объяснил, что ключ находится у соседки, которая присматривает за жилплощадью. Сказал, что позвонит и предупредит её обо мне. Вот так выбор был сделан в пользу Московского Государственного Строительного Университета. Мои документы приняли сразу, увидев аттестат с золотой медалью.

Родители заранее запланировали двухнедельный отпуск, чтобы обустроить меня на новом месте. Пока папа хлопотал в квартире, приводя её в порядок после длительного отсутствия жильцов, мама вместе со мной ездила везде: в университет, по магазинам. Мы закупали продукты, тёплую одежду, некоторые вещи из интерьера, чтобы освежить квартиру.

Вечером, перед их отъездом, мы сидели за ужином на кухне и мама, вдруг, расплакалась. Я тут же сорвалась с табуретки и подойдя к ней, повисла на шее, крепко обняв.

- Мамуль, не плачь! – шептала, целуя её в гладкую кожу щеки. – Всё будет хорошо!

Она обняла меня за талию, гладя по волосам, спине. Папа встревоженно смотрел на нас.

- Варюша, девочка моя! – шептала мама сквозь всхлипывания. – Когда же ты успела у нас стать взрослой? А мы и оглянуться не успели! Как так?!

- Просто я выросла, мам. – положив подбородок на её плечо, ответила на её вопросы. – Но я, по-прежнему, ваша маленькая дочка.

Мама глубоко вздохнула и ещё раз крепко стиснула в своих объятиях, безмолвно выражая свою любовь и тревогу.

- Будь постоянно на связи, слышишь, Варь? – требовательно напутствовала она меня. – В любое время звони! В любое!

- Мам, но ваша работа … - начала я, но меня остановил уже папа.

Негромко хлопнув ладонью по столу, он вклинился в разговор:

- Мама права, дочка! – твёрдо сказал он. – Мы, итак, с этой работой пропустили самое важное – как росла наша единственная любимая девочка!

- Папа! – от избытка чувств я тоже всхлипнула, повисая теперь уже на крепкой шее родителя. – Я люблю вас!

- А помнишь … - начал папа разговор, озвучивая самые интересные моменты.

Мы засиделись почти до утра за душевными посиделками. Мне никогда не было так хорошо! И никогда ещё не было так трудно расставаться с родными людьми! После их отъезда я, как потерянная, бродила по квартире. Хотелось вернуться и, наперекор себе, поступить в медицинский колледж, чтобы быть всегда рядом с ними. Но снова бабушка вправила мне мозги, жёстко пресекая мою хандру. В выражениях она меня не жалела, но и голова от них прояснялась.

Глава 3

Глава 3

Подрагивая всем телом от очередного порыва уже довольно прохладного осеннего ветра, я прибавила шаг, догоняя Мирона, уверенно шагавшего к серебристому «Mitsubishi Outlander». Он уже успел завести машину с автозапуска и урчащий звук работающего мотора приятно ласкал мой слух. Уже не стесняясь, буквально запрыгнула на переднее сиденье в открытую для меня парнем дверь.

- Замёрзла? – участливо спросил он, занимая место водителя.

Потянувшись к приборной панели, нажал на несколько кнопок и сиденье подо мной начало посылать волны тепла. Передёрнувшись, я даже глаза закрыла от удовольствия.

- Ты из тёплых краёв, да, Варь? – снова заговорил Мирон.

- Точно. – не открывая глаз, подтвердила я, откидываясь на удобную спинку. – Так заметно?

Мирон пристегнулся, проверил зеркала и мягко тронулся с места. Свет фар рассеивал темноту, указывая путь.

- Ну, только у южан такая долгая акклиматизация. – пояснил он свои выводы. – А, судя по тому, что ты уже на третьем курсе, у тебя она затянулась.

Я была приятно удивлена аналитическим умом и наблюдательности парня. И вместе с этим во мне ещё больше окрепла уверенность в том, что он не способен на плохие поступки. Но о чём же тогда его довольно жёстко предупредил обладатель хрипловатого баритона? И почему Мирон запретил той девушке, Наташе, говорить то, что было на самом деле? Сегодня прям какой-то вечер загадок!

- Мне прям интересно, откуда ты столько знаешь про медицину? – вырвал меня из размышлений голос Мирона.

Медицина… Щемящая печаль охватила моё сердце! Я, до сих пор, не могла справиться с тоской по родным. Безумно скучала! После первого курса на каникулы ездила домой, а после второго мама, папа и бабушка приезжали ко мне, потому что я не могла оставить срочные заказы. Три недели, проведённые вместе в столице, пролетели как трое суток. Днями мы ходили по экскурсиям, а вечера коротали в уютных летних кафе с верандами. Дома мы в то время только ночевали. Тот приезд сблизил нас по-настоящему! Мы стали полноценной семьёй. Видя родителей с детьми, я всегда тепло улыбалась.

- Я из семьи медиков. – ответила на вопрос. – В подростковом возрасте была очень любознательной и приходила к родителям в больницу. Папа – хирург. Он и научил меня некоторым премудростям оказания первой помощи.

- Круто! – присвистнул Мирон. – так почему тогда ты не пошла по их стопам?

Я поморщилась. Эти слова не могла слышать спокойно.

- Как оказалось, медицина – это не моё. – призналась парню. – Я люблю чертить и творить. Такова реальность.

Я не сдержала тяжёлого вздоха и отвернулась к окну, рассматривая переливающиеся огни улиц. В салоне машины повисла тишина. А затем Мирон оторвал руку от руля и легко похлопал меня по плечу.

- Сочувствую, Варь. – мягко проговорил он. – Это сложно – вот так разрываться.

Я изумлённо повернула голову к парню и уставилась на него. Он же так чётко описал состояние моей души, послушав меня всего пару минут! Как у него это получилось?! Даже те, кто находился постоянно рядом со мной, никогда не догадывались, что я, на самом деле, ощущаю! А Мирону это ничего не стоило!

- Мои родители – довольно известные художники. – ответил он, видя моё ошеломлённое лицо. – А я вот тоже отбился от семейного древа. Тоже творю, тоже на бумаге, но без полёта фантазии. Везде и во всём чёткость.

Он смотрел на дорогу, но я заметила, как сжались его зубы, резче обозначив линию скул и подбородка.

- А ты не пробовал рисовать? – как можно мягче спросила я, невольно выпрямляясь в спине и заглядывая Мирону в лицо. – Совсем никак не выходит? Парень остановился на красный свет и отражение придало его глазам какой-то дьявольский оттенок.

- Почему же? Пробовал. – начал рассказывать. – В семь лет я то ли нарисовал, то ли намалевал картину. Критики, которым родители её показывали, единогласно выразили восторг и одобрение. Даже покупатели нашлись.

Он усмехнулся жёстко и иронично.

- И? – подтолкнула я его к продолжению истории.

- Я порвал её, Варь. – коротко ответил Мирон.

- Но почему?! – поражённо воскликнула я. – Ведь все признали, что у тебя талант!

- Все, но не я. – отрезал Мирон. – Для меня это была какая-то бессмысленная мазня, непонятное и несовместимое смешение красок, фантазия больного воображения! Она напугала меня, Варь, понимаешь?! Оттолкнула от мира художества! Я понял, что не понимаю тот стиль, что проявился в моём творчестве. А, значит, не признаю его никогда!

Ошеломлённая таким всплеском эмоций, я снова откинулась на спинку сиденья. Оказывается, у меня была ещё довольно сносная ситуация. Ведь медицина не отторгла меня, не вызвала отвращение. Да, я не смогла связать с ней всю дальнейшую жизнь, но помогать людям могла и делала, когда это было нужно. Как в случае с Мироном.

- А что родители? – снова заговорила я. – Как отнеслись к этому?

- Сначала были в шоке. – ответил Мирон. – Записывали меня к различным психологам. И только когда один мужчина, светило в этой области, конкретно пояснил им, что здесь стоит однозначный выбор: либо они теряют меня как художника, либо как сына, потому что я не совмещу в себе оба их желания, они оставили меня в покое. Мама довольно быстро отпустила эту ситуацию и относится ко мне с любовью, а вот отец …

Глава 4

Глава 4

В моей голове крутились слова Мирона: «его отца – Егора Самойлова». Директором фирмы, куда я мечтала попасть, был Егор Леонидович Самойлов. Я прекрасно понимала, что таких совпадений не бывает, но, всё же, переспросила:

- Ты сейчас говоришь о том, что Кирилл – сын генерального «Чётких линий»?

- Ну да, так и есть. – подтвердил Мирон. – А ты знаешь про этот холдинг?

Знала ли я?! Да я каждую ночь во сне видела, как переступаю порог этого величественного, двадцатиэтажного, с зеркальными огромными панорамными окнами, здания, в качестве сотрудницы! Шаг за шагом шла к своей мечте!

- Я хочу попытать счастья устроиться туда на работу. – честно призналась я.

Мирон с досадой саданул ладонью по рулю.

- Получается, я тебе «свинью» подложил, Варь! – покаянно сказал он. – У Самойловых очень крепкие и тесные взаимоотношения. Кириллу будет достаточно сказать «нет», и ты никогда не попадёшь к ним! Будь у тебя хоть семь пядей во лбу!

В моей груди после этих слов образовалась воронка, начавшая быстро засасывать мои надежды.

- Неужели Кирилл такой мстительный, что будет отыгрываться на совершенно непричастном к вашим распрям человеке? – спросила я, ощущая внутреннюю дрожь беспокойства.

А что, если это так?! Как мне тогда поступать? Ведь я больше не рассматривала никаких вариантов! Так, Варя, стоп! Что ты паникуешь раньше времени?

- Да фиг его знает, Варь. – услышала я голос Мирона. – Вроде, за ним такого не замечалось.

Я шумно выдохнула и облегчённо улыбнулась.

- Ну вот, напугал только до чёртиков! – с лёгким укором высказала я парню. – Значит, не всё ещё потеряно для меня.

Мирон тоже приподнял уголки губ в ответ. Правда, в глазах плескались настороженность и беспокойство.

- А почему именно «Чёткие линии», Варя? – с интересом спросил он, откидывая голову на подголовник. – Есть же фирмы, куда намного проще попасть для начала карьеры. Или так уверена в себе?

Последние слова он произнёс с озорной улыбкой.

- Я думала только об этом холдинге, как только увидела его. – честно ответила я. – Любовь с первого взгляда и навсегда!

- Ооо! Это сильно! – рассмеялся Мирон. – А покажи свои работы! Мне прям интересно стало!

Он сложил ладони в просящем жесте и скорчил рожицу чеширского кота. Рассмеявшись, я достала телефон и раскрыла папку со своими работами. После пролиста третьего проекта Мирон уже не улыбался. Его взгляд наполнялся изумлением.

- Так ты ТА САМАЯ Варвара Кравцова! – подняв на меня глаза, восхищённо пробормотал парень. – Офигеть!

- Ведёшь себя так, будто я знаменитость. – я попыталась шуткой скрыть смущение.

- Ну, в некотором роде так оно и есть. – подтвердил Мирон. – Нам показывали твои олимпиадные работы. Сказали, что такой студентки в университете не было много лет. Бесспорный талант!

Подняв указательный палец вверх, парень скопировал речь кого-то из преподавателей.

- Да ну! Просто дали вам стимул к учёбе. – снова попыталась я уйти в сторону. – Я уверена, что есть студенты, намного способнее меня.

Мирон отрицательно покачал головой.

- Нет, Варь, поверь. – начал убеждать он. – У тебя, действительно, огромный талант. Я видел великое множество работ, но все они даже рядом с твоими не стояли! Думаю, что у тебя есть реальный шанс попасть к Самойловым. Ты подходишь под их стиль!

После этих слов я окончательно выдохнула. Ведь Мирон был старше меня, следовательно, опытнее в таких вопросах. Значит, нужно как можно тщательнее и в более короткие сроки закончить проект для «Чётких линий» и отдать на их рассмотрение.

- Мирон, глянь вот на это. – попросила я, открывая папку с этой работой. – Хочу предложить им этот проект. Как думаешь, стоит?

Он довольно скурпулёзно просматривал каждую деталь, каждую линию. Приближал на экране, поворачивал под разными углами.

- Круто, Варь! – вынес свой вердикт. – Ты, реально, молодец! Гарантирую, что они оценят твою работу!

Он отдал мне телефон и легко похлопал по руке. А, затем, прикрыв рот ладошкой, смачно зевнул. Я посмотрела на часы. Двенадцатый час ночи! Вот ничего себе! У меня же там Ариэль с ума сойдёт! Я ведь не договаривалась на сегодня с Верой Николаевной!

Подхватив свои вещи, я быстро повернулась к двери.

- Варя! Подожди! – придержал меня за руку Мирон. – Ты куда? Я тебя не обидел, надеюсь?

Вид у него был ошеломлённый. Он, явно, не ожидал, что я сорвусь с места так внезапно.

- Нет, Мирон, что ты! – успокоила я его. – Просто у меня собачка дома, которая очень сильно хочет погулять.

- А-а-а! – протянул Мирон. – Так, давай, выводи её. Вместе погуляем. А то на улице то уже ночь. А я теперь в ответе за тебя!

Благодарно улыбнувшись, я выскочила из машины и бегом направилась к квартире. Ещё с первого этажа услышала приглушённый звонкий лай. Открыв дверь, остановилась, давая Ариэль возможность выразить свою радость и возмущение. Она крутилась волчком, наскакивала на меня передними лапками, хвостик ходил ходуном. При этом она умудрялась поскуливать и лаять одновременно. Взяв поводок в руки, надела на шпица ошейник.

Глава 5

Глава 5

Утреннее солнце ласково грело моё лицо. Постоянно ощущая нехватку его тепла, я никогда не задёргивала на ночь шторы. Мне нравилось просыпаться от солнечных зайчиков, игриво прыгающих по моим щекам, глазам. Сразу поднималось настроение и жизнь играла яркими красками.

Понежившись ещё немного, я легко соскочила с дивана. Воскресенье! Я обожала этот день, хоть не была лентяйкой и мне нравилось учиться. Но, то чувство, когда не надо никуда идти по времени, к чему-то готовиться, от кого-то зависеть – это просто кайф! И сегодня я решила посвятить этот день только себе: приготовить что-нибудь вкусненькое, понежиться в ванне с душистой пеной и солью, посмотреть один из своих любимых фильмов. Мне нравилось периодически их пересматривать, хотя знала сюжет наизусть. Заново всё переживать. Где-то даже пустить слезу, потому что я была очень сентиментальной. Драмы или психологически тяжёлые фильмы я давно перестала смотреть – после них ощущала себя так, будто мою душу прогнали через все круги ада, полностью лишив радости жизни. Тягостное чувство и оно мне совершенно не нравилось!

Ариэль, потянувшись в своей лежанке, помахала мне хвостиком и, перевернувшись на спину, раскинула задние лапки в стороны. Когда она так делала, то хотела, чтобы её погладили по пузику.

- Что, соскучилась по массажу? – спросила я, подходя к собачке, чтобы приласкать.

Ариэль, высунув язык, закрыла глазки и ещё сильнее завиляла хвостиком. Получив свою порцию обожания, она соскочила и, цокая когтяшками по линолеуму, важно направилась впереди меня на кухню. Наложив ей еды, я решила побаловать и себя, приготовив яичные «конвертики» с сыром и ветчиной. Достав все ингредиенты, надела фартук и только взяла в руки нож, как раздался звонок в дверь. Ариэль навострила уши, но через несколько секунд снова вернулась к еде. По её реакции я поняла, что наша гостья – Вера Николаевна.

Подойдя к двери, гостеприимно раскрыла её пошире, впуская соседку.

- Доброго утра, Вера Николаевна. – улыбаясь, поприветствовала женщину. – Проходите.

Ариэль, выбежав в прихожую, несколько раз покрутилась перед соседкой волчком и снова убежала на кухню.

- Варюша, я не помешаю? – немного смущённо спросила Вера Николаевна.

- Нет, что Вы. – успокоила я её. – Как раз составите мне компанию за завтраком.

Женщина пришла не с пустыми руками. Принесла баночки с вареньем из виктории, чёрной смородины. Сама она их не ела, но каждый год делала эти заготовки, узнав, что они мои любимые.

Я быстро приготовила «конвертики», выложила их в большую тарелку, водрузила на стол, туда же поставила сметану, налила в кружки чай с бергамотом. Потянувшись к верхнему шкафчику кухонного гарнитура, достала упаковку галетных печений. Всегда покупала их для Веры Николаевны.

- Прошу к столу. – гостеприимно повела рукой.

Кухоньки в этом районе были небольшими. Поэтому, чтобы освободить пространство, стол поставили к окну, сделав как бы продолжением подоконника. В этом был и ещё один плюс: во время еды можно было смотреть на улицу, что мне особенно нравилось.

- Я, собственно, что пришла то. – заговорила Вера Николаевна, разрезая «конвертик» на кусочки и обмакивая их в сметану. – Сегодня в выставочном центре «Сфера» будет проходить выставка маленьких пород собак. Они организовали отдельную секцию для животных без документов. Можно, я свожу туда нашу Ариэль? Ты не будешь против, Варь?

- Нет, конечно, Вера Николаевна. – сказала я, подкладывая на её тарелку ещё один «конвертик». – Всё не теряете надежду, что Ариэль заметят?

- Я просто уверена в этом! – твёрдо ответила соседка. – Тем более, что на этой выставке главным судьёй будет мой Гера.

Гера, а если точнее, Герман Вадимович, был единственным сыном Веры Николаевны. А также, самым знаменитым кинологическим судьёй. Он был экспертом в оценке собак всех пород. Пользовался огромным спросом на всемирных выставках. Правда, из-за этого практически не бывал дома, что очень огорчало Веру Николаевну. В такие периоды для неё отдушинами были я и тринадцатилетний внук Марк. Мальчик просто души не чаял в бабушке и частенько гостил у неё.

Вот как-то в голову соседке пришло отправить фотографию Ариэль сыну, описав её историю. Он очень удивился, что хозяева не нашлись, так как, по его словам, чистота породы была очевидна. Вот Герман Вадимович и подсказал маме, как можно показать Ариэль экспертам. И если подтвердится её порода, в чём он нисколько не сомневался, то можно будет подать заявление на присвоение документов для шпица.

После этого Вера Николаевна просто загорелась идеей «обелить» нашу красавицу. Всё твердила, что справедливость должна быть восстановлена. Я не препятствовала этому.

- Ты отдыхай, Варь. – продолжила соседка. – А я заберу Ариэль, искупаю её, расчешу. Гера за нами сам заедет. Увезёт туда и привезёт обратно. Не переживай. Если повезёт – мы с наградами вернёмся. Да, принцесса?

Ариэль «заулыбалась» и поставила передние лапки женщине на колени.

- Ну, вот и славно! – решительно сказала Вера Николаевна, вставая из-за стола и подхватывая шпица на руки. – Большое спасибо за вкусный завтрак. Тогда мы пойдём.

Закрыв за ними входную дверь, я убрала со стола и решительно отправилась принимать душистые водные процедуры. Забравшись по самую шею в густую пену, я блаженно прикрыла глаза, откинув голову на бортик ванны, чувствуя, как напряжение уходит из моего тела, расслабляя все мышцы. Я даже задремала, когда громкий звонок мобильного раздался в ванной комнате. От неожиданности я резко подскочила, расплескав воду по полу. Наспех вытерев руки, потянулась к телефону, лежавшему на тумбочке. На экране высвечивалось: Денис Степанович.

Глава 6

Глава 6

Сказать, что всё моё спокойствие и настрой на отдых полетели в тартарары – значит, ничего не сказать! Быстро смыв с себя пену, я вылезла из ванны и почти бегом направилась к компьютеру. Вывела на экран проект сквера и начала тщательно его изучать, вспоминая все подробности. Я хотела говорить о нём без каких-либо шпаргалок, чтобы у Самойлова не осталось никаких сомнений в том, что я спроектировала сама, а не пользовалась какими-нибудь образными шаблонами.

Закрыв глаза, я мысленно воспроизводила в памяти каждый свой шаг при создании этой работы. Вспоминала, каким я хотела видеть конечный результат. Из-за того, что после сквера я разработала много других чертежей, сложно было воссоздать подробности. Да ещё мешало волнение! Шутка ли – встречаться с самим директором холдинга моей мечты!

Я пересела с кресла на пол, устроившись в позе «лотоса», расслабила практически все мышцы и начала глубоко вдыхать воздух, выдыхая его маленькими прерывистыми порциями. Постепенно сердцебиение перестало зашкаливать, комок в груди распался и только после этого я позволила себе открыть глаза. Мысли обрели чёткость, и я с новыми силами взялась за работу. Остановилась, убедившись, что смогу без запинки ответить на самые каверзные вопросы.

В голове крутилась навязчивая мысль всё-таки показать тот проект, который я делала конкретно для презентации в «Чётких линиях», самому Егору Леонидовичу лично. Я читала, что мужчина был очень сильным архитектором. Поначалу он тоже чертил заказы, но по мере расширения своего детища, перестал этим заниматься. Я видела в интернете его работы, воплощённые в реальность. Это просто не передать словами! Сочетание точности и фантазии!

Поддавшись творческому внутреннему голосу, я решила всё же завершить свою новую разработку и отдать её на суд Самойлова. Мне хотелось показать, что я не застряла на одном месте, а по-прежнему занимаюсь саморазвитием. Подготавливая папку для завтрашней встречи, сложила в неё и свои карандашные наброски того, над чем буду работать в ближайшее время. Снова глубоко вздохнув, принялась доводить до совершенства свою надежду на получение предложения работы своей мечты.

Чем дольше я чертила, тем чётче перед глазами вставал окончательный результат, заставляя меня уверенно пользоваться ArchiCADом. С каждым новым движением на экране оживала моя затея – закрытая оранжерея. И чем больше я добавляла деталей, тем спокойнее становилась: то, что выходило, было очень впечатляющим. Для полноты эффекта я сделала второй макет, где расположила цветы, кустарники и деревца, как я это представляла. Окинув взглядом свою работу, решительным жестом закрыла файл, скачала его на флешку и выключила компьютер. Я сделала всё, на что была способна и ничего не хотела менять.

Потерев воспалённые глаза, посмотрела на часы. Дааа, неудивительно, что мои веки зудели – я провела перед монитором семь часов без перерыва! Закапав глазные капли, в очередной раз укорила себя, что не надела компьютерные очки. Так загорелась идеей, что всё остальное вылетело у меня из головы.

Желудок недовольно заурчал, напоминая о себе.

- «Да, Варя, приготовила ты что-нибудь вкусненькое! Аж десять раз!» - сказала я сама себе, доставая из холодильника вчерашние макароны по-флотски. Услышав во дворе знакомый звонкий лай, тут же выглянула в окно. Возле подъезда стоял угольно-чёрный «Audi Q7», весь переливающийся в свете зажжённых фонарей. Около него находились несколько человек: Вера Николаевна, Марк и высокий, представительный мужчина лет сорока с небольшим. Строгий тёмно-серый костюм сидел на нём, как влитой. Сразу было видно, что сшит он на заказ и стоил немалых денег. Начищенные туфли, как и автомобиль, сверкали, отражая блики света. Вера Николаевна что-то сказала, и мужчина запрокинул голову, смеясь вибрирующе, заразительно. От него, даже на расстоянии, шла такая мощная мужская харизматичная энергетика, что у меня, невольно, мурашки побежали по коже. Я не могла отойти от окна, ловя последние отзвуки его смеха.

Вера Николаевна внезапно подняла голову, заметила меня в окне и помахала рукой, приглашая выйти к ним. Не желая казаться невежливой, я кивнула головой, отходя от окна, чтобы одеться. Натянула на себя спортивный флисовый костюм, ветровку, высокие кроссовки. Волосы решила не убирать, просто свернула их и разместила в капюшоне.

Выйдя на улицу, поняла, что зря так упаковалась. Ветра не было, стояла тишина и даже от асфальта, нагревшегося за день, исходило тепло.

- Варюша, познакомься: мой сын – Герман. – тут же взяв меня под руку сказала Вера Николаевна, кивая подбородком в сторону мужчины.

- Можно просто Гера. – улыбнулся он, выставляя напоказ крупные, но идеально ровные белые зубы.

Я старалась не пялиться на него в открытую, но увиденного мельком мне хватило, чтобы с уверенностью сказать: он точно входит в топ самых красивых мужчин России. Чёрные шелковистые волосы, брови с широким разлётом, тёмно-карие, с золотистыми вкраплениями, миндалевидные глаза, цепко смотрящие из-под прямых густых ресниц, немного пухлые губы, скулы чётко выступающие, почти квадратные, волевой подбородок.

Протянув мне руку, склонил голову набок. Я вложила в его ладонь свою, ощутив деликатное пожатие. От места соединения наших рук побежала тёплая волна. Подняв глаза на красивое, мужественное лицо, заметила, как между бровей пролегла морщинка, явно вызванная реакцией на наше пожатие. Герман быстро взял себя в руки.

- Мам, мне сказать или сама поделишься новостью? – обратился он к Вере Николаевне.

Глава 7

Глава 7

Ночь прошла в каких-то непонятных снах. Встала я не особо отдохнувшая. Решила тщательно подойти к созданию своего образа для встречи с Самойловым. Я всегда в одежде предпочитала спортивный стиль или джинсы. Редко одевала юбки. Но для работы в престижной кампании такая одежда совсем не подходила. Открыв плательный шкаф, я достала чёрное платье строгого фасона, длиной чуть выше колен, с длинными гипюрными рукавами и такой же вставкой на груди. В последний приезд родителей, во время похода по магазинам, мама настояла, чтобы я купила это платье для особых случаев. Прям как в воду глядела! Прижав ткань к лицу, я закрыла глаза, воспроизводя те моменты в памяти.

Решительно сняв домашнюю одежду, я облачилась в платье, осторожно застегнув расположенный сбоку замок. Дополнив образ капроновыми колготками цвета загара и ботинками на каблуке средней высоты, я подошла к большому зеркалу в прихожей. Осторожно подняла глаза на своё отражение и замерла, заново себя изучая. Призналась самой себе, что в таком наряде я выгляжу загадочной, притягивающей взгляды. Немного подумав, всё же взяла в руки косметичку, достала из неё тушь, карандаши для глаз и губ, блеск. Я практически не применяла макияж, а такому образу захотела дополнить яркости, выразительности. Подкрасила верхние ресницы, нарисовала небольшие «стрелки», обвела контур губ и нанесла на них блеск, придав влажности. Снова всмотрелась в своё отражение: не перегнула ли?

От самокритики меня отвлекла Ариэль, начав бегать от меня к двери и обратно, при этом чуть слышно поскуливая.

- Уже невмоготу? – повернувшись, спросила у неё, получив в ответ выразительный взгляд глаз-бусинок. – Иду, иду.

Накинув тёплую куртку с капюшоном, повела шпица на улицу. Наблюдая за своей любимицей, не заметила, когда во двор заехала машина. Услышала только знакомый голос:

- Варь, привет!

Обернувшись, увидела Мирона, машущего мне из окна автомобиля. Он вышел, повертев головой, заметил Ариэль и пошёл к ней, зовя на ходу. Собачка, радостно повизгивая, подбежала к парню и начала снова приседать на передние лапки. Сделав несколько обманных движений, Мирон подхватил её на руки и дал облизать лицо. Потом и сам чмокнул в мокрый нос.

- Привет! Ты как здесь оказался? – удивлённо спросила я, когда Мирон отпустил Ариэль и подошёл ко мне.

- Я по расписанию посмотрел, что у тебя тоже сегодня занятия с первой пары и подумал, что ты не откажешься составить нам компанию. – улыбнулся он.

- Нам? – переспросила я.

Обойдя Мирона, посмотрела на машину. В это время передняя дверь открылась, выпуская девушку. Немного оправив юбку из тёмной ткани, она направилась к нам.

- Знакомьтесь, девчата. – сказал Мирон, дождавшись, когда его спутница подойдёт. – Наташа, это Варя. Варя, это Наташа.

- Привет. – одновременно произнесли мы и невольно улыбнулись друг дружке.

Я догадалась, что это и есть та самая Наташа, с которой парень разговаривал по телефону в субботу в библиотеке. Девушка была стройной, но при этом с соблазнительными формами, которые подчёркивали чёрная короткая юбка и молочного цвета кожаная куртка по фигуре. Ноги в капроновых колготках удлиняли ботиночки на высоких каблуках. Видя, как уверенно Наташа держится на них, я поняла, что это её повседневная обувь. Внешностью она тоже впечатляла: волосы тёмно-коричневого, почти чёрного цвета, длиной чуть ниже плеч, вились крупными естественными кольцами, обрамляя овальное лицо с высокими скулами; глаза коричневые, с более тёмной окантовкой радужки, были немного опущены в уголках, создавая ощущение, будто девушка немного щурится, что придавало загадочность её взгляду; брови изящные, соболиного цвета, губы как вишенки. Я невольно подвисла, рассматривая её. Будь я художником, попросила бы Наташу быть моей моделью.

- Спасибо, Варь, что помогла Мирону. – сказала Наташа, подходя ко мне и чуть обнимая за плечи. – Он мне всё рассказал. И я бы убила своего двоюродного брата, если бы Мирон не упрямился.

Я снова вопросительно посмотрела на парня. Что-то он явно не рассказал в тот вечер.

- Э-м-м, Варь, просто Самойлов и есть двоюродный брат Наты. – немного сконфуженно ответил Мирон, верно истолковав мой взгляд.

- Ну, да. Дядя Егор – брат моей мамы. – просто пояснила девушка. – Мы с детства вместе. Но, чем взрослее Кир становится, тем большим занудой делается!

В её голосе причудливым образом смешивались обожание и негодование. Было очевидно, что брата она любит.

- А что не поделили? – попробовала я прощупать почву через Наташу. – Почему Кирилл злой на Мирона?

- Да у них недоразумение произошло. – начала говорить девушка. – Просто Мирон оказался не в то время и не в том месте…

- Ната! Хватит! – в голосе парня явно слышалось предупреждение.

Кинув на Мирона быстрый взгляд, девушка плотно сомкнула губы. Была недовольна, но подчинилась. Присев на корточки, она перенесла своё внимание на Ариэль, наглаживая её.

- Не обижайся, Варь, и не принимай это как недоверие. – пояснил Мирон. – Я не хочу тебя впутывать ещё больше в этот резонанс, чтобы не подумали, что и ты со мной заодно.

Всё загадочнее и загадочнее! Но я решила больше не нервировать Мирона. Как будет готов – сам расскажет.

Глава 8

Глава 8

Время для меня летело стремительно. И чем ближе стрелки подбирались к назначенной встрече, тем сильнее меня охватывало волнение. Страх, что Самойлов воспримет меня, как «зелёную» студентку, постепенно заползал в душу, проецируя в голове всякие негативные мысли. К тому времени, когда позвонил Денис Степанович, меня уже не хило так потряхивало. Даже в висках начало «стучать».

- Варя, доброго дня. – обратился ко мне ректор. – Я жду тебя в своём кабинете. Лучше ты подойди немного пораньше. Не будем заставлять ждать такого занятого человека.

- Здравствуйте, Денис Степанович. Да, хорошо. – согласилась я, одевая лямки сумки на плечо, и направляясь к ректорату.

Проходя быстрым шагом по коридору, ведущему к кабинету Дениса Степановича, я завернула за угол и чуть не снесла мужчину, идущего в том же направлении. Пытаясь тормознуться, я, по инерции, выставила вперёд руки и упёрлась ими в ткань шерстяного, тёмно-серого цвета, полупальто незнакомца. Голова дёрнулась вперёд, и я уткнулась носом в его грудь. Меня окутали нотки вуди, в которых смешались ароматы сандала, кедра и пачули. Мужской парфюм, как ни странно, даже немного успокоил мои растрёпанные нервы.

- Простите, пожалуйста! – пролепетала я, резко отстраняясь от груди мужчины.

Подняв голову, встретила пронзительный взгляд серых глаз, в которых светились недюжинный ум и искорки юмора.

- Что Вы, прекрасная незнакомка! – отвесил он мне шутливый поклон. – Не каждый день в меня молодые девушки врезаются. Это так приятно, так что я не в обиде.

Он бережно поддержал меня за локоть и пошёл рядом.

- Что за спешка, если не секрет? – улыбаясь, поинтересовался мужчина.

- Тороплюсь к ректору. – коротко, без подробностей, ответила я.

- О, вот так совпадение. – обрадовался мужчина. – И мой путь лежит туда же.

От поворота до приёмной Дениса Степановича было шагов двадцать и половину из них мы уже прошли. В моей голове возникло смутное подозрение, которое переросло в уверенность, когда ректор, выйдя из помещения, обрадованно произнёс:

- Приветствую, Олег Леонидович! Смотрю, вы уже познакомились с Варварой.

Мы с моим спутником уставились друг на друга: я – с потрясением, а он – с приятной улыбкой.

- Мы ещё не успели представиться друг другу. – пояснил он Денису Степановичу. – Встретились спонтанно.

- А-а-а, понимаю. Ну, тогда, проходите в кабинет, будем узнавать друг о друге, как положено.

Меня пропустили вперёд, хотя, от смущения, мне хотелось забиться в какой-нибудь закуток. Ну, надо же было такому случиться: готовилась к встрече, хотела произвести впечатление, а сама чуть с ног не сбила человека, к которому собралась идти работать.

- Юлия, дорогая, собери нам, пожалуйста, что-нибудь к чаю. – попросил ректор своего секретаря.

Женщина, приветливо кивнув головой, направилась к двери, расположенной напротив своего стола.

- Проходите, проходите. – легонько подтолкнул меня в спину Денис Степанович, когда я замешкалась на пороге его кабинета.

Пропустив директора «Чётких линий», зашёл сам и закрыл дверь.

- Знакомьтесь, Олег Леонидович – это Варвара Кравцова. – повёл ректор рукой в мою сторону. – Лучшая студентка за последние лет десять, точно.

Самойлов, добродушно улыбнувшись, протянул мне руку.

- Очень приятно! – радушно произнёс он.

- Варя, а это директор самого крупного строительно-архитектурного холдинга – Самойлов Олег Леонидович. Умный и справедливый человек.

Снова кивнув друг другу, мы присели в рядом стоящие кресла, между которыми находился небольшой столик.

Зашла секретарь с большим подносом в руках. На нём находились чашки с блюдцами, пачки пакетированного чая, вазочки с конфетами, печеньем, тарелка с бутербродами.

- Олег Леонидович, Вам как обычно? – обратилась она к гостю.

- Да, Юлия, если Вас не затруднит. – кивнул головой Самойлов.

Гадать, что же это такое, долго не пришлось. Вскоре из приёмной донёсся такой соблазнительный аромат свежесваренного кофе, что даже я, которая практически никогда его не пила, жадно втянула носом воздух. Поставив кружку с дымящимся напитком перед Олегом Леонидовичем и получив слова благодарности, женщина ушла к себе.

Волнение снова начало набирать обороты. Я украдкой рассматривала нашего гостя. Много раз видела его фотографии, но в реальной жизни мужчина оказался другим. Сейчас чётко проявлялись его харизма, вежливость, простота. Он сразу располагал к себе как поведением, так и внешностью: тёмно-русые волосы с проседью, зачёсанные назад, открывали крутой, высокий лоб, выдающий недюжинный ум мужчины; глаза с немного набрякшими верхними веками, серо-стального оттенка. Периодически они вспыхивали искорками, когда Самойлов улыбался; нос прямой, с чуть заметной горбинкой; мужественный рот, подбородок с ямочкой посередине. Это был очень привлекательный мужчина. Если бы не седина в волосах, вызывающая мысли о реальном возрасте, то я бы не дала Самойлову старше тридцати восьми лет. Плюс ко всему его фигура: подтянутая, с выраженным плечевым поясом, идеальной осанкой, притягивала взгляд.

Глава 9

Глава 9

Кирилл

Выйдя в тот вечер из библиотеки, где со своими пацанами - Сенькой Акуровым и Михой Смирновым, проводил воспитательную беседу с Мироном, я не поехал сразу домой. Сев в машину, припаркованную в нескольких метрах от тачки Кучерова, в самом тёмном месте, я откинул сиденье почти до горизонтального положения и, подложив руки под голову, настроился на ожидание. Мне было до жути интересно, кто смог провести Чёрного, у которого был просто нюх на людей. А в том, что у нашей беседы был свидетель, я нисколько не сомневался. Во-первых, дверь в библиотеку была открыта, но Аглаи Михайловны там не было. Я это отлично знал, потому что несколькими часами раньше лично отвёз женщину на магнитную терапию коленей. Она была подругой моей бабушки, и мы поддерживали тёплые отношения. Во-вторых, книга не могла упасть сама по себе как раз после моих угрожающих слов. Из всего этого я делал вывод, что при нашем разговоре присутствовал свидетель.

Против Кучерова я ничего не имел. Видел, что он правильный парень. Да и Ната к нему тянулась. Я не собирался ставить препоны в их отношениях, но сегодня надавил на Мирона по одной причине: мне нужны были имена тех ублюдков, которые подбросили на трассе под колёса моей тачки шипы. Если бы я в тот момент не прижимался к противоположному краю дороги, готовясь войти в поворот, то непременно бы слетел в кювет на полной скорости. Меня спасла реакция, выработанная годами экстремального вождения и управляемость машины.

До сих пор помню хлопки лопнувших покрышек, визг тормозов, удушающий запах горелой резины и плотную пыль от травы, в которую я влетел и промчался ещё метров пятнадцать, пока не остановился. Перед глазами плясали разноцветные точки, голова противно, до тошноты, кружилась, во рту ощущался привкус собственной крови из прокушенной от напряжения губы, руки намертво «приросли» к рулю. Осознание того, что я жив, не передать никакими словами! Всё то время, пока не подлетели ребята на своих тачках, я просидел с закрытыми глазами, как бы заново ощущая себя.

- Кир!

- Соломон! Чёрт!

Они бежали ко мне, выкрикивая имя и кликуху. В голосах отчётливо слышалась жуткая тревога. Открыв дверь машины, подставили свои плечи, помогая мне вылезти.

- Ты как?! Цел?! – наперебой спрашивали пацаны, осматривая и ощупывая меня со всех сторон. – Что это за х..ня?!

Вместе мы медленно дошли до трассы. Я попросил Чёрного включить дальний свет и прошёл по асфальту туда, где начинался след моего тормозного пути. С трудом присев, взял в руки один из треугольных металлических шипов.

- Твою мать! – ругнулся Якудза. – Так это подстроено, бл*!

Якудзой мы прозвали Миху. Он имел чёрный пояс по каратэ. При росте сто восемьдесят два сантиметра, передвигался так бесшумно, что не всегда даже я чувствовал его приближение. Да и внешность у него была экзотической: натуральный блондин с чуть раскосыми тёмно-карими глазами. Девчат такое сочетание привлекало к парню как пчёл на нектар. Наша троица имела в университете привилегированный статус и непререкаемый авторитет. Никто, в здравом уме, не переходил нам дорогу. И, вдруг, такая херня! Это нельзя оставлять безнаказанным!

Подозрение сразу упало на компанию Бориса Гнётова. Только он мечтал обогнать меня в гонках и, похоже, перестал гнушаться подлыми приёмами. На исполнителей мы вышли быстро, но возникла одна заминка. Единственным свидетелем, когда они договаривались о деталях, невольно стал Мирон. Мы знали, что он был абсолютно ни при чём, и даже пытался вмешаться, за это получил удар в плечо такой силы, что отлетел метра на два. Всё это нам рассказали те, кто поддерживал нашу команду, но они были далеко и разговора не слышали. Посовещавшись, мы решили обыграть так, чтобы не подставлять Мирона. Я наехал на него, как будто он был заодно с теми, кто устроил диверсию на трассе. Но, к нашему изумлению, парень взял всю «вину» на себя. Это окончательно ввело нас в ступор. Сегодня мы во второй раз прижимали Мирона, но тот твёрдо стоял на своём. Я не верил его словам, но мне нужно было разобраться в причине такого поведения. И я склонялся к тому, что парня сдерживала какая-то угроза. Нужно было это выяснить как можно скорее, так как следующая гонка, в которой участвовали и я и Борян, была назначена через две недели. Может, мне каким-то образом сможет помочь тот человек, который сейчас прятался в библиотеке?

Минут через двадцать моё ожидание было вознаграждено. Из дверей универа вышел Мирон, но, к моему удивлению, рядом с ним шла девушка! Немного выше среднего роста, стройная, она немного горбилась, кутаясь в куртку. Ветер взметнул длинные волнистые белокурые волосы. Мне показалось, что я даже разглядел дрожь её тела под пронизывающими порывами. Внезапно возникло желание прижать её к себе, уткнуться в светлую макушку. Волной накатило раздражение на Мирона, шагающего рядом с девушкой. Хотелось оказаться на его месте!

Незнакомка вышла на освещённую площадку, и я смог чётко разглядеть её: овальное, кукольное личико, красивой формы, ярко-голубые глаза, чуть курносый, аккуратный носик, рот с пухлой нижней губой. Зачётная девочка! Но почему я не видел её раньше? Ведь, судя по моим выводам, ей, примерно, около двадцати лет, так как для первого курса она уже взрослая, на втором курсе я знал почти всех девчонок, потому что Ната училась в этой категории. Для четвёртого мелковата. Значит, остаётся третий. И, видимо, она из тех, кто старательно грызёт гранит науки, пропадая в библиотеке. Сам я, в силу своего цепкого ума и отличной памяти, не был частым гостем сокровищницы знаний. Да и предпочитал полазить на ноуте в интернете, выискивая нужную информацию, чем горбиться над старыми книгами. В них, к тому же, не всегда чётко раскрывались основы, не говоря уже о современных технологиях.