Она только моя!

Предисловие

-Ольга, вернись в дом! Быстро, я сказал!

- Нет! - кричу от бессилия, желая поскорей выбраться из этого места. - Пошёл ты! Подонок! Какой же ты подонок! Ненавижу тебя! То, что ты мне сказал....

- Ольга! - сквозь зубы, зло и с угрозой. - Думаешь я двадцать раз тебе это буду повторять? Живо вернись в квартиру. Немедленно!

Хватает за плечи, и перехватив двумя руками мои руки, фиксирует как можно надёжнее, и кивнув своему охраннику просит его себе помочь. И в итоге вдвоем, все же возвращают меня в квартиру.

Оказавшись в знакомых стенах, резко швыряет на пол.

Я тут же покрываюсь с ковра, и моментально, коршуном, набрасываюсь на этого ублюдка.

- Я ни за что не сделаю, аборт! Ясно! Никогда!

- Ты думаешь, я сейчас спрашивал? - с опасными нотками в голосе, на меня надвигается Максим.- Нет, Оля, это был не вопрос. На этой неделе мы поедем в клинику, ту, которую, сам тебе подберу, и там тебе сделают аборт..

- Нет! - я кричала почти не контролируя свой голос. - Никогда! Можешь убить меня, Романов, если хочешь, но своего ребенка я убивать не стану! Ни за что, тебе ясно?! Это не твой, это только мой ребёнок, понял. Вот так! И я смогу сама его вырастить! Понятно!

Романов нервно хмурится, на ходу проговаривая с цинизмом.

- Чушь не мели! Кого ты там собралась растить? Набор клеток?

Хмыкает, словно я сказала нечто тупое.

- Ему три недели всего, Оль. Там даже не плод, клетки. А ты говоришь ребенок!

И как бы противореча своим собственным надменным словам, идёт к бару и слегка трясущимися руками, наливает водку, в небольшую рюмку.

Водку?

Он же не пьёт подобное " пойло", этот Романов. Никогда.

Скорее всего, он мне врёт. Точно врет. Сам же не верит собственным словам. Но все равно продолжает говорить.

- Оль, в той клинике операцию сделают качественно. Никаких последствий для тебя не будет. Я интересовался.

Ага. Они всегда так говорят! А потом у девушек бесплодие, и всякие болезни по-женски!

Опять он врёт, гад! Это же аборт! Мало того, что испоганит здоровье, так ведь и душу мою зачернит.

Нет. Ни за что! Скорее сбегу от ублюдка, куда подальше, но ребенка не убью ни за что...

- Это грех! Большой! И если тебе плевать на это, то мне понимаешь ли нет...

Романов снова начинает звереть!

Отмечаю дергающийся кадык и побелевшие, ставшие напряженными длинные пальцы.

- Да кого ты там можешь убить?! Клетки?! Нет там ещё ничего! - бьёт кулаком по столу. - Олька, хватит пороть чепуху! Такая взрослая баба, а ведешь себя сейчас как ребёнок....

Меня тут же снова охватывает зло.

- Я ребенок, да? А когда ты сливал в меня свое семя, чем ты думал, Макс? А? Не головой!

Макс подскакивает с места и с яростью бросается ко мне. Хватает за волосы, и заставляет смотреть ему в лицо.

- Да, не головой. - с непонятной нежностью, смотрит он в мои глаза. - Когда ты рядом, у меня в башке всегда непонятная пустота. Вакуум. Я ведь честно, тебя почти полюбил...

- Что?! - от глупости его слов, хочется истерично засмеяться. - Полюбил, говоришь?! Это любовь у тебя такая странная?

Снова плачу. Хочу по привычке прижаться к нему всем телом. Согреться. Да, ненавижу сама себя за это ощущение, но когда он так близко, ничего с собой поделать не могу.... Не могу сопротивляться. Плачу.

Нет! Соберись, тряпка! Нельзя!

Отталкиваю его, со всей силы.

- Ты все равно не поймёшь....- горько усмехается Максим. - Да, я знаю, что для тебя это боль, но послушай, будь на этом месте кто-то еще, но не ты, я и говорить бы об этом не стал. Не уговаривал бы я никого. Ты бы была уже в клинике...

Зная его возможности, совершенно в этих словах не сомневаюсь.

- Какая честь....

Я остаточно всхлипываю от плача, но спорить с ним больше не спешу. Толку-то? Романов принял свое гребанное окончательное решение, и теперь просто пытается меня убедить. От моих слов сейчас, вообще, мало что зависит.

- Успокоилась? - поднял бровь и с оскалом глянул на меня. - Дошло, что я не шучу? Готова выслушать?

Я не ответила, мысленно корчась.

Давай, добей же меня урод. Вперед! И чем я только думала, когда с тобой связалась?!

- Ты сделаешь чертов аборт, и не спорь. Я не позволю твоему....- он замолчал, словно подбирая нужные слова. ...твоему упрямству, испортить мои планы на жизнь. Не хотел говорить этого вот так, но... Татьяна стала моей невестой. Через несколько месяцев мы идём в ЗАГС.

Шах и мат.

Раньше мне казалось, что ненавидеть этого ублюдка сильнее нельзя. Но после этих последних слов, поняла что можно. Да еще и как!

Я презрительно скривилась отодвинувшись подальше. Больше всего на свете хотелось сбежать из этого дома. Я бы за это все отдала. Все что имела. Но проблема в том, что у меня ничего и не было. Только работа. Да и то... Даже в ней этот Романов мой начальник.

- Малыш. - неожиданно Романов сел на корточки рядом со мной, и поймав мою руку, хотел погладить дрожащие пальцы.

Я отскочила от него как от огня. Макс поморщился, но возобновил попытку заново, перехватив мою ладонь двумя своими руками. И в этот раз, я ничего сделать не могла. Забила.

- Отпусти!

Дернула руку к себе.

- Оль, хватит истерить! - раздраженно ответил Максим. - Ты достала! Я же ещё не все сказал.

- Ты сказал достаточно. - я демонстративно обтерла пальцы о ткань измятой юбки. Таким образом обозначала тот факт, как мне неприятны его прикосновения.

- Нет, Слушай меня, эта свадьба ничего не изменит. - он придвинулся так близко, что мне пришлось отодвинуться. Спиной я уперлась в стенку.

- Я также, буду продолжать с тобой встречаться. Все будет как раньше. Я тебя не отпущу. - прикоснулся губами к моей щеке. Я резко дернулась, вытирая лицо тыльной стороной ладони. После этого опять отодвинулась подальше. А Макс сделал вид, словно ничего и не случилось.

-Я куплю вам с матерью дом, и обеспечу вас всем необходимым, для вашего комфортного с ней проживания. Ты больше не будешь ни в чем нуждаться. Но и работать ты тоже не будешь. И когда я буду готов отпустить тебя насовсем, ты будешь материально независима, Оль. И родишь от того, кому твой ребёнок будет нужен. Кто будет любить тебя больше меня. Но сейчас....

Глава 1

Я сильно рисковала, когда шла в это кафе.

Охранники Романова, которых он, возможно, нанял за мной следить, наверняка доложат ему о сегодняшней нашей встрече с Алмазом Камрановым, но на данное обстоятельство мне сейчас плевать с высокой вышки. Слишком глобальная цель на кону. А Камранов единственный, кто действительно в состоянии помочь мне справиться с моей проблемой.

Ведь я ни за что не допущу этот аборт. И только поэтому, я сейчас здесь.

Если Карманов откажется мне помогать, то я однозначно в заднице. Если он не поможет, то меня ничто не спасёт.

Так что дело явно стоит свеч.

Алмаз Камранов самый крупный и действительно опасный бизнесмен нашего города, и он единственный кто сможет противостоять человеку, по имени Максим Сергеевич Романов.

- Добрый день. - я сильно волновалась и из-за этого, слова давались мне слишком сложно.

- Алмаз Тимурович?

Камранов медленно поднял взгляд над столом, и словно с трудом перевёл его с документов, лежащих поверх красной папки, на меня.

- Кто ты?

Он не собирался со мной церемониться. Разговаривал в своей разнузданной манере, с оттенками лёгкого превосходства и ленности.

- Я...Ольга Смирнова. Помощница Максима Сергеевича Романова. Бывшая помощница. Я только недавно уволилась.

- Так. Дальше.

- Я пришла....- внезапно почувствовала значительную сухость во рту, и нервно прикоснувшись рукой к шее, покосилась на стоящую на столе Камранова воду.

- Можно, мне присесть?

- Садись. - лёгкий взмах рукой. - И давай сразу к сути. У меня не так много времени, как тебе могло показаться.

- Спасибо. Знаете, мне сложно вот так начать разговор, но дело в том, что мы с вами виделись на прошлой неделе в Усадьбе Пимановых. . Вы конечно, может и не запомнили, но разговаривали мы на летней террасе. И...

- Время, девочка. Я же сказал суть. - Алмаз раздраженно поднял руку и постучал по циферблату часов. - И кстати, если ты не знала, сразу скажу, мы с Романовым не приятели. Твой пижон начальник мне не друг. Мы конкуренты. Так что, твой визит сюда скорее всего ошибка...

- Нет, Алмаз Тимурович, это никакая не ошибка. Я же пытаюсь вам сказать... Вы сами предложили мне вам позвонить, если захочу поговорить. Вот. Вы даже визитку мне дали.

Специально полезла в сумку за визитной карточкой Камранова.

Он цепко посмотрел на меня, словно пытаясь найти изъяны, после чего прищурился и откинувшись на спинку дивана спросил.

- Визитку дал говоришь....- он хмыкнул. - Так ты пришла, чтобы получить моего внимания, крошка, да? - Камранов стал смотреть по-другому. Более тепло, но при этом не менее оценивающе.

И может, мне только это показалось, но в его глазах, на минуту мелькнула похоть.

- Нет, то есть...понимаете...- стала говорить с запинками. Сложно сосредоточиться, когда кто-то смотрит на тебя так открыто. - Я беременна, Алмаз Тимурович. А Романов заставляет меня сделать аборт.

На последних слова он весь напрягся. И гуляющая на губах улыбка, резко с его лица испарилась.

- Очень интересное дело. Но причем здесь я? - он потерял свою расслабленность и двинулся вперёд, ко мне.

- Вы единственный, кто сможет меня защитить. - опустила глаза, изо всех сил сжимая ручку сумки- Меня, моего ребёнка, и мою мать.

- Всех троих в расход, что ли? Романов спятил?

- К сожалению, нет. Но он действительно пообещал, нанести вред нам всем троим. Может, даже всех сразу убьет. С него станется, с этого ублюдка. Но одному из нас точно придётся умереть. И я изо всех сил мечтаю защитить от него себя и своего будущего ребёнка.

Камранов прищурился, поморгал густыми ресницами, после чего, странно посмотрел в мою сторону.

- Что ты предложишь взамен? - спросил хрипло.

- Я...Я смогу с вами расплатиться, поверьте. Когда вся буча уляжется, мы с матерью продадим дом, и....еще у нас есть машина.

Камранов поджал губы.

- Молчи. Деньги это последнее, что может меня заинтересовать. - сказал пренебрежительно, снова переводя взгляд в мою сторону. - Тем более, ты пришла просить моего покровительства, а это дорогого стоит...

Я выдохнула, понимая что между нами возникло стойкое недопонимание. Я бы ни за что не стала просить о слишком многом.

- Нет, Алмаз Тимурович, вы не поняли! - доверительно наклонилась к нему. - От вас мне не нужно покровительство! Достаточно того, что вы поможете мне сбежать от охраны Романова. Мы с матерью уедем в другой город, спрячемся и перестанем быть вашей проблемой, поверьте.

- Вот так? - холодно ответил мужчина. - А ты хотя бы примерно представляешь, что это за зверь этот Максим Романов. Да он же вас в два счета отыщет. Вы и город покинуть не успеете.

****

Я вздохнула, соглашаясь с доводами Алмаза Тимуровича.

- Может, вы и правы....А может, я не настолько ему и важна, чтобы он стал нас так долго и тщательно искать. Мне кажется, если переждать некоторое время, хотя бы месяца два или три, то он и сам не захочешь нас терять время и деньги на такую как я. Самое сложное, это затаиться на эти два или три месяца. А потом....Думаю, дальше я справлюсь.

Камранов усмехнулся. Вольготно раскинувшись на своем удобном кожаном кресле, рассматривал меня с интересом.

- Два месяца, это довольно долгий срок, моя дорогая. И я вынужден напомнить тебе, красивая, что ты все еще не сделала мне достаточно интересное предложение, чтобы я на это согласился.

- Как это не сделала? Я же сказала про дом! Машина ещё....И у нас с мамой есть некоторые накопления.

Камранов перестал улыбаться и посмотрел строго.

- До тебя похоже, так и не дошло. Я сказал, интересное предложение. Не деньги. Хорошая сделка, девочка. Обмен. Понимаешь куда клоню или нет?

- Сделка? - вот тут я замялась. - Погодите....Вы хотите, чтобы я слила для вас важную информацию про Макса? Так? Компромат? - только сейчас до меня стало доходить. - Я вас правильно поняла, Алмаз Тимурович?

Глава 2

Что теперь будет?

Я не собиралась показывать Камранову свой страх, ведь надеялась, что он не знает на что способен Романов и поэтому не воспользуется моим ранимым положением и не будет требовать с меня слишком высокую цену за свою помощь, ведь не каждую цену я готова заплатить.

- Мне придется с вами спать?

- Что? - его весёлый настрой, который появился как раз после ухода Романова, быстро переменился, в противоположную сторону, и теперь был недоуменным. Даже злым.

- Ты что там себе уже понапридумывала? - нахмурился он. - Только не говори мне, что ты настолько глупа, что поверила во всю ту чушь, которую я тут говорил Романову. Не разочаровывай меня. Я думал, ты умнее.

- Простите...- я всегда начинала нести полный бред, когда волновалась, а сейчас меня от страха просто трясло. Странно, что Камранов сам этого не понимал.

-Выкинь из головы все глупости, Ольга. Вон, чая лучше попей. С медом. - Камранов отвернулся от меня и зачем-то позвал официанта. - Спать, говорит, придется...Какие же вы все женщины паникерши...

Ну да, есть такое дело. Действительно.

- Кстати, что-то ты побледнела. Давно ела, а?

- Ну, утром...- последнее о чем я сейчас могла думать, это конечно же, была еда.

- Закажи себе поесть. За мой счёт.

- Я не голодна. Давайте лучше обсудим, что будет со мной дальше. Я очень боюсь за своего ребёнка, а еще у меня есть мама, и ей Романов тоже угрожал. И я за них, очень переживаю, понимаете? Поэтому я бы хотела сперва урегулировать все эти вопросы, а потом уже смогу спокойно поесть..

- Шустрая ты.- Камранов вздохнул. - Ну хорошо, будь по-твоему. Хочешь обсудить, давай обсудим. Только знаешь, дорогая, делать это в том же ресторане, в котором обедает твой бывший начальник со своей будущей женой, мысль не самая здравая, знаешь ли... Лучше бы это отложить.

Да, наверное, он все-таки прав. Я сама об этом как-то не подумала. Слишком была напряжена.

- Я понимаю, но тогда как...

- Сейчас ты выйдешь из этого ресторана, и мой человек отвезёт тебя в мой загородный дом. Там ты и твой ребенок будете в полной безопасности. Отдохни, прими ванну, расслабься. Поешь. А я пока обдумаю, как нам поступить с тобой дальше.

- А как же моя мама?

Вдруг Романов прямо сейчас отдал распоряжение похитить ее и причинить ей вред? Он ведь обещал это сделать в том случае, если я не буду достаточно послушной и сделаю что-то не так.

Вдруг он и правда, поступит с ней плохо?

- Звони ей. - он передал мне свой телефон, хотя это было странно, ведь у меня имелся свой собственный. - Пусть собирает свои вещи. Мой человек приедет за ней, и отвезёт в тот же дом, что и тебя. Пока что поступим вот так.

В его присутствии, я позвонила матери, попросила её собрать вещи, после чего скомкано простилась. Мама была недовольна конечно, но новость о возможном переезде восприняла спокойно. Даже меланхолично.

Я вздохнула. Сейчас себя чувствовала немного лучше, но знала, что все еще не кончено и Романов так легко не отступит. И расслабляться пока не стоит. Но все же немного успокоилась, ведь в любом случае, у меня хотя бы появилось время.

- Хорошо. Спасибо вам, Алмаз Тимурович. Я вам очень благодарна! Даже не представляете насколько сильно!

- Пока не за что. - хмуро ответил он. - И это не ради тебя, Смирнова, ты мне неинтересна. Это все из-за Романова. Это он виновник торжества. Нравится мне, сбивать спесь с этого напыщенного гордого барана.

- Но все равно!

- Иди уже. И молись, чтобы я не передумал, Смирнова, ведь ещё до конца не решил, нужно мне все это или нет.

- Да, я пойду. Хорошего дня!

Адреналин так шкалил в крови, что я насильно заставляла себя быть спокойнее. Боялась что это может быть опасно для ребёнка, и поэтому не могла рисковать. Не хотела ему навредить. Успокаивала себя.

Но мысли как блохи, перепрыгивали с места на место, и когда я успокаивалась, думая что Алмаз Тимурович о нас позаботиться, вспоминала его слова о том, что пока еще ничего не решено. Вдруг он решит взять свои слова обратно? Ведь Романов нас со свету сживет.

Надо было успокоиться, взять себя в руки, но я никак не могла. Дошло до того, что даже низ живота уже начал поднывать, а когда по пути к дому Камранова, проезд по дороге нам перегородил огромный чёрный внедорожник, мне небо в овчинку показалось ведь от всех переживаний, я начала терять сознание. Чёрные точки закружились перед глазами, и я в итоге совсем потеряла сознание.

Глава 3

В сознание пришла слишком резко. Яркий свет из окон настойчиво забивался в глаза, запахи каких-то лекарств хоть и не щекотали ноздри, но были какими-то контрастными, и ещё холодный шелк больничных простыней холодил кожу. Ни с чем не передаваемые ощущение, ведь ощутив это на себе я тут же поняла, что нахожусь в больнице.

Тихо открыла глаза и медленно села в кровати. Но тут же чуть не упала обратно, встретившись с прищуренными угольками глаз Романова. Пульс моментально ускорился в груди, а по спине побежал неприятный холодок. Ведь если мы вдвоём в этой больнице, это ведь может означать, только одно..

- Что с моим ребёнком?! - без обиняков, резко уставилась в лицо Романова. - Что ты сделал Максим? !

Дрожь пробежала по телу, и я резко прижала руки к животу, в тщетных попытках понять, сделал он то,

что хотел или нет.

Романов ничего не ответил, продолжая жалить меня ужасающе-ненавидящим взглядом из под темных бровей. Он все смотрел и смотрел, словно хотел прожечь дыру, и чем больше растягивалось ожидание, тем мне становилось страшнее.

- Макс! Скажи, что ты ничего не сделал с ребёнком? Макс?!

Я сильно волновалась стаскивая пальцами легкий хлопок покрывала и пережидая легкую боль. Неужто ему так сложно мне ответить хоть что-то? Неужели ему нравится, так сильно мучить меня? За что?!

Он ведь не такой. Он хороший. Я помню его совсем другим.

- Максим, ради всего хорошего, что было между нами ответь, прошу! Я умоляю, ответь ты уже хоть что-нибудь!

Вместо ответа Романов встал с кресла и неторопливыми движениями подошёл к изголовью моей кровати.

- Для тебя так сильно важна эта клетка? - жёстко спросил он, глядя на меня с каким-то презрением. - Ты как чёртова мартовская кошка, только и думаешь, о том , как бы родить...- отчеканил зло, отходя от меня на пару шагов.

- Макс...

- Можешь расслабиться, твой ребёнок все еще в тебе. Я ничего не делал.

Облегчение затопило всю душу, и я нежно провела подушечками пальцем по своему еще плоскому животу. Постепенно начинала успокаиваться, но присутствие в палате Романова, отнюдь не способствовало моему благодушному настроению, и я все еще боялась. Ждала подвоха.

Романов не мог не чувствовать мой безотчетный страх, но ему похоже, стало совсем на меня плевать, ведь он даже не пытался успокоить.

Как же сильно он отличался от того Максима, которого я любила несколько лет подряд. Он был совершенно другим. Этого Макса я не знала.

- Ты такая эгоистка. -вдруг неожиданно заговорил Романов, резко развернувшись ко мне и разглядывая теперь в упор, пугая своими взглядами. - Ребёнка ей вдруг захотелось, да? А обо мне ты подумала, верно? Подумала, о том, что будет с нами? Ты знала из какой я семьи, знала что рано или поздно мне придётся жениться на Тане, и ты могла бы понять...

- Что? Ты сейчас серьёзно? Ты правда, считаешь, что я всю жизнь мечтала быть просто твоей подстилкой, пока вы женитесь с Татьяной? - резко выдохнула я. - Блин, Макс, может мне тебя ещё и пожалеть?!

Это уже вообще, край! Такое уж точно перебор!

- Я ведь тебя люблю! - резко навис надо мной и стал буравить своим жутко блестящими глазами. - Слышишь, дура, я люблю тебя! Я бы все для тебя сделал, если бы ты согласилась понять! Все бы, что нужно тебе дал! А ты? Так ты мне отплатила?!

Ну и бред он несёт! Какой же он сам эгоист!

Я фыркнула и отодвинулась от Романова к стенке. Резко мне стал неприятен!

Отметив этот маневр, парень отчего-то нахмурился. И злобно сверкнул глазами.

- Что бы ты мне дал интересно? Деньги? По-твоему это то, что мне нужно в жизни? Так ты обо мне думаешь, да? - горестно опустила глаза, тихо переваривая обиду. - Так вот можешь засунуть их себе в задницу. Их, и свое гребаное предложение быть твоей любовницей.

Романов сурово сдвинул брови к переносице и зачем-то сел на кровать. Неожиданно взял за плечи и резко потянул на себя. Стал гладить по спине и волосам, не взирая на все мои попытки вырваться. После этого потянулся к губам, но я отвернулась от него, демонстративно уткнувшись в плечо, и услышала его раздраженный вздох. Романов был недоволен, но теперь почти не давил.

- Я тебе тоже не нужен? - Тихо спросил он, после чего подцепил мой подбородок пальцем, заставляя смотреть в глаза.

- Такой как сейчас - нет. Ты оказывается, чудовище, и я тебя совершенно не знаю. - выплюнула ему в лицо, вырывая подбородок из хватки его пальцев.

- Раньше, ты говорила другое.

- Раньше я тебя просто не знала! Если бы знала, что ты из себя представляешь, давно бы от тебя ушла.

Руки обнимавшие меня против воли, в минуту как-то одеревенели. Романов стал напряжен. И даже голос его изменился.

- Это твоё окончательное решение? - спросил грубо.

- Да!

- Ну что ж...Ты не оставляешь мне выбора.

Он притворно разочарованно вздохнул, а у меня мороз пробежал по коже, ведь я понимала, выбор который он сделал мне не понравится. Сейчас точно что-то будет.

Напряжение росло с каждой минутой. Воздух между нами настолько накалялся от ожидания, что казалось выжги искру из спички и все моментально полыхнет.

Я понимала, что Романов снова задумал подлость, и по-хорошему стоило все разузнать, расспросить но страх за себя и ребёнка был настолько ощутимо тягучим, что спрашивать я просто не решилась. Взяла и перевела тему в другое русло, в попытках узнать хотя бы важное...

- Как я здесь оказалась? Это больница? Ты все-таки притащил меня делать аборт?

Слова давались не легко. Но страх, который пытался внушить Романов постепенно перерастал в обиду, а потом в презрение, и в конце концов в злость. Хотелось указать ему на то, какой же он все-таки гад. Хотелось сделать больно.

И если он думает, что я его боюсь, то он очень сильно ошибается. Ведь я так легко не сдамся.

- Это больница, верно. - ответил Романов. - Но я тебе привез не для этого.

- А для чего тогда?

Глава 4

Слова Романова сильно напугали. На душе было гадко и кошки скребли на полную катушку. Я понимала, что данное его предложение это в любом случае, лучше чем делать аборт, но и отказываться от собственного ребёнка я тоже была не намерена.

Отдать его им. Ей. Да вот ни хрена!

Ни за что на свете, я на это не соглашусь! Не дождутся от меня такой щедрости!

Стоило обдумать ситуацию размеренно и хотя бы на время, продумать временный план действий. И первое, что я решила сделать, это найти свой сотовый телефон.

Облазив тумбочку, стоящую рядом с кроватью "от и до", но телефона в ней разумеется, не нашла. Повседневную одежду тоже. Да и вообще, ничего интересного или хоть в чем-то полезного ситуации, тоже к сожалению, не нашлось.

Но не разгуливать же мне вот так? Легкая больничная ночнушка, мягкие тапки, и мои собственные, кружевные трусы. Вот и весь набор того, что имелось в моем распоряжении.

Медленно приблизившись к двери, я зачем-то задержала дыхание. Крайне сомнительно, что Романов привез меня в обычную не частную больницу, и что, здесь я смогу ходить свободно, но шанс на это все-таки был и я настроившись на лучший исход, открыла дверь, для того чтобы встретиться с охранниками...

Да, все как я и думала. Романов просто запер меня в этой больнице. Практически похитил. И шанс, что Камранов все-таки найдет меня и спасёт, пока еще был, но казался теперь каким-то призрачным... Нереальным.

Так невовремя вспомнилась его фраза о том, что как в итоге со мной поступит он ещё окончательно не решил.

Похоже, что ждать не стоит. Никто меня не спасёт.

- Пожалуйста, вернитесь в палату. - один из охраны Романова, решил подтолкнуть меня назад.

- Я хочу пить. - просто из принципа, не хотелось возвращаться обратно. Ведь окна в палате хоть и присутствовали, но все были насквозь забиты железными решетками. Выбраться было просто нереально.

- Я сообщу, вернитесь в палату. - ни на йоту не изменившись в лице, охранник потрогал белый проводок торчащий у шеи.

- Кому вы там сообщать собрались?

- Сестре. Вернитесь в палату немедленно. - охранник посмотрел уже сурово.

- Козёл... - проворчала я, разворачиваясь и специально громко хлопая дверью прошагала в камеру своего временного заточения.

Осмотревшись вокруг поняла, что тут ловить совсем уж нечего. Белые больничные стены, покрытые материалами сильно напоминающими белый мрамор, одна большая больничная кровать, одна тумбочка, в которой кроме бутылки воды и многоразовых стаканчиков больше ничего и нет. Ну, еще цветы. Небольшая ваза с красными розами, это единственное отличие данной комнаты, от реальных тюремных пенатов.

Хуже всего, то, что и туалета отдельного нет, и из доступных удобств под кроватью стоит только белая утка.

- Какое-то гетто прям, а не палата.. - толкнув со всей силы тумбочку, грузно уселась на кровать. - Даже телика нет, уроды! Чем мне себя развлекать прикажете, а?! - громко крикнула, отлично понимая, что мне никто не ответит.

Бесцельно побродив по комнате, и проделав ещё пару попыток пробиться сквозь охранников в зал, ничего конечно же не добившись, только вышла из себя окончательно, снова опустилась на кровать.

Единственный возможный мне досуг, это похоже, сон. И посидев на кровати как сомнамбула, несколько часов кряду, в итоге, я просто уснула.

Проснулась от влажного ощущения тёплых губ на своей шее. Романов устроился рядом со мной на кровати, и теперь его тёмная макушка мелькала где-то на уровне моей груди, перемещаясь то выше то ниже.

Он то и дело отодвигал края лёгкой больничной ночнушки, в попытках объять все больше и больше территории, и был настолько сильно увлечен своим нехитрым занятием, что похоже, даже не замечал, что я проснулась.

- Что ты делаешь? - зло зашипела на парня, резко отстраняясь назад и глядя на него со смесью жгучей ненависти и лёгкого холодного презрения. Хотела вложить все чувства, которое испытываю к этому мерзкому человеку в свой взгляд, но Романов похоже, не проникся и собрался вернуть все обратно. Даже потянулся рукой к моей шее и тут же получил по руке ударом моего кулака.

Пусть не надеется, гад на благосклонность. Его он уж точно не заслужил.

Странно, что он ждал другого...

- Никогда не прикасайся ко мне! Ублюдок.... -

- Что? Ублюдок? - Романов резко напрягся, моментально меняясь в лице. - Вот значит, как ты меня благодаришь?

Глубоко вздохнув, он с шумом откинулся на постель. Этим жестом показывал, что обижен.

- После того, как я прогнулся, ты могла бы быть посговорчивей...

- Посговорчивей? Прогнулся? Совсем башкой поехал, Романов? Я тебя ненавижу, понял? И я в толк взять не могу, в каком это месте ты под меня прогнулся?

- Я принял твои условия, и не стал настаивать на аборте! - раздраженно воскликнул Романов резко развернувшись ко мне. - Ты говорила, что не дашь к себе прикасаться, если я его убью, но я же не убил, так? Разве не этого ты добивалась, своими капризами?

- Чего? - я хмыкнула, все еще не веря, что он говорит серьёзно. Это юмор у него такой, да?

Прогнулся он под меня...Конечно!

- Ты обещал, что отберёшь моего ребенка, когда он родится, да еще и запер меня в этой белоснежной тюрьме, и теперь ждёшь от меня благодарности? Романов, ты совсем обалдел, да?

От последних слов, мужчина потемнел в лице. Скривился словно зуб у него заболел.

Мельком пробежавшись по палате взглядом, судя по всему согласился со сказанными мной словами, ведь говорил уже менее уверенно.

- Ты здесь только на время застряла, Оль. В ближайшее время, я что-то придумаю. Что же касается ребёнка.... - он замолчал как бы обдумывая свои слова. - Ты сможешь видеться с ним, когда захочешь. В любое время дня и ночи. Думаю, Таня не будет против, чтобы вы с ним виделись, так что не вижу никакой проблемы...

- Чего? - грудная клетка снова сжалась от боли, стоило только представить, что моего ребёнка будет воспитывать моя избалованная бывшая подруга. Может, она и неплохой человек, который иногда и правда, любит детей, хотя даже это сомнительно, учитывая её праздный образ жизни, но тем не менее, сомневаюсь что она будет любить ребёнка бывшей любовницы, который каждый раз будет напоминать ей о нас. О нашей связи.

Глава 5

- Что? Что не так? - Макс все еще казался беспристрастным, но я слишком хорошо его знала, поэтому все равно отметила мимолетные признаки беспокойства на его лице.

Все же, как бы он ни пытался скрыть это, но даже его пронял мой расстроенный голос. А вел ведь себя как первостепенный злобный сухарь.

- Я не знаю. Мне просто....просто очень больно! Больно, Макс! Срочно позови врача!

Ноль реакции.

- Макс, врача! Умоляю! Скорее! Врача!

Наверное, я переигрывала, ведь создавалось ощущение, что он мне не верит и поэтому остаётся на месте. Мне пришлось закричать ещё несколько раз о том, чтобы он позвал врача, прежде чем он начал двигаться и что-то наконец, предпринял. И немаловажным фактором было то, что я держалась за живот и вопила о том, что если я потеряю малыша я его никогда не прощу, и не забуду, может быть, только этот аргумент заставил его сорваться с места. Заставил действовать.

Он быстро, но не аккуратно натянул на себя штаны, после чего довольно резко открыл дверь и что-то сказал амбалам, причём сделал это прямо так как и был, то есть с совершенно расстёгнутой ширинкой.

- Ты специально, да? Ты ведь хотел, чтобы я потеряла ребёнка! И ты этого почти добился, Романов! Как же я тебя ненавижу! Добился своего, ублюдок! - я всхлипывала продолжая наглаживать живот, но даже моя истерика не заставила его держаться от меня в стороне, ведь когда он вернулся назад, сразу попытался сесть рядом и притянуть к себе. Мне было неприятно его общество, но силы меня покинули и я сопротивлялась слабо.

- Не трогай меня! Убери свои мерзкие руки!

- Успокойся. - шикнул. - Ты потеряешь ребенка, если не прекратишь вести себя как припадочная. Ты немедленно должна успокоиться. Ольга.

Ольга. Не Смирнова и не истеричка. Ольга. Интересно, с чем может быть связана такая его перемена?

- Отпусти меня! Как же я тебя ненавижу! - он был физически сильнее меня и поэтому все мои попытки освободиться неизменно терпели фиаско.

- Я сказал, угомонись, дура! - рявкнул, понимая что меня его объятья не успокаивают, а скорее наоборот, злят. - Если не прекратишь трепыхаться, то я найду как тебя утихомирить. - угрожающе прошипел Романов. После чего положил пальцы на мое горло и намекающе сжал.

- Ну?

Я прекратила отбиваться от него, успокаиваясь, и в этот момент, в мою палату вошёл лечащий врач.

Мужчина лет сорока пяти, прилизанный, но при этом с мягким умиротворяющим взглядом

Романов взял меня на руки, быстро поднял с пола, и объясняя ситуацию доктору, мягко опустил на кровать.

Я больше не чувствовала на себе его рук, его тела, но ощущение теплоты от них осталось, и поэтому как только оказалась на постели, взяла в руки одеяло и быстро натянула до горла, при этом продолжала всхлипывать и все еще держалась за живот.

Врач сразу же решил начать осмотр, дав при этом какие-то рекомендации медсестре. И пока он расспрашивал меня, мерил давление и мягко ощупывал живот, медсестра уже успела вернуться в палату, после чего, мне сразу же поставили укол.

Не помню, через сколько конкретно времени я погрузилась в сон, но помню, что довольно быстро. И самое забавное, я не запомнила, присутствовал ли Романов при моем осмотре, либо ушёл раньше, но когда я проснулась, в палате оказалась одна.

И к слову, это была другая палата. Новая.

Здесь было больше пространства, и был даже телевизор, прикрученный к стене болтами. Также здесь была тумбочка и на ней были сок ,фрукты и печенье.

Но не это меня удивило. Меня удивил планшет.

Он был завернут в новую заводскую упаковку, и явно был куплен недавно, но при этом, в нем находилась сим- карта и был даже настроен интернет. И поскольку, кроме моей постели, и мягкого дивана возле окна, спальных мест больше не было, то сразу предположила, что планшет принесли для меня.

Но даже если и нет, мне на это было плевать. Я надеялась позвонить матери, и наконец-то, узнать про Камранова. Мне очень хотелось узнать, почему он меня здесь бросил. И уже разобравшись с этим действовать по ситуации. Все же слова Романова немного напугали...

******

Удивительно, но до мамы дозвонилась практически с первого гудка.

Услышав родной до боли голос матери, едва не прослезилась от радости.

- Мам?

- Оля? Милая, как ты? Расскажи, у тебя там все хорошо?

Милая? С каких пор, мать зовет меня милой?

Странно...

- Мама, где ты? Что произошло? Алмаз Тимурович забрал тебя или нет?

- Какой Алмаз Тимурович, дочь? За мной твой начальник приехал, тот, который тебя обрю...хм..от которого ты ждёшь ребеночка. Кстати, почему я узнаю об этом только сейчас? - голос мамы чуть посуровел. И я понимала, что за это, мы потом отдельно побеседуем с мамой. Но видимо, все же не сейчас, сейчас что-то не так.

-Твой Максим Сергеевич привез меня в этот дорогой пансионат, Оль Здесь обо мне заботятся, тут четырехразовое питание, процедуры всякие для здоровья. Ещё он денег дает немного. В общем, все у меня нормально, Оль, не переживай. Все хорошо.

Да уж, хорошо.

Мама вроде, была такой же как и обычно, но при этом что-то было не то. Обычное состояние матери это бесконечный бубнеж и критика. Она довольно часто бывает недовольно всеми и вся, но чаще конечно же, мной. В частности её заботил тот факт, что я до сих пор жила с ней, хотя давно могла бы выйти замуж.

За одного из сыновей ее знакомых или подруг. К примеру.

Мама считала, что мне необходимо как можно скорее выйти замуж за хорошего человека, родить много детей, и наверное из-за этого я так и не смогла рассказать ей о том, что у нас с Максом будет ребёнок.

Единственное, что ей все же сообщила, это то, что мне угрожает опасность и мне с ней, как можно скорее нужно уехать из города, и как следует затаиться на некоторое время.

Мама хоть и бубнела, как обычно по привычке, но мою сторону все же приняла. И то, что сейчас она, зная что Романов ей угрожал спокойно поехала с ним, говорит о том, что Макс вероятнее всего, давил на неё. Но, то какой странный у нее голос был, когда я с ней сейчас разговаривала, то это означает только одно...

Глава 6

- Ольга Сергеевна, можете вернуться в палату? Пожалуйста. Уже сорок минут как сончас в больнице начался, почему вы ходите здесь опять? Вам ведь уже говорили, что это у нас запрещено...

Медсестра, которую я встретила на лестнице клиники, старается держаться вежливо, но нервная улыбка выдающая нервный тик, говорит о ней лучше всяких слов. Я проблемный пациент, знаю, но может это означает, что меня стоит оставить в покое?

Почему все такие тупые?

- Я хотела просто прогуляться. - выдаю ей в той же тональности, но нахмуренный от переживаний лоб, выдаёт мою внутреннюю борьбу и из- за этого, лицо медсестры тоже настораживается.

Блин, она наверное, все-таки что-то заподозрила...

. Да, я хотела узнать, насколько клетка в которой меня тут держат, теперь расширила собственные границы. Надо выяснить, куда мне можно ходить, а куда нельзя. Все, разузнать. Ведь с того момента, как я поговорила со своей матерью по телефону,, несколько дней назад и мне, наконец стало ясно, что сбежать отсюда явно не суждено, необходимость в моей охране отпала. И Романов отозвал своих амбалов. Но особо мое положение не поменялось, ведь незримое око со стороны сотрудников данной клиники, то и дело мельтешит над головой такими вот выходками.

Всем вдруг надо узнать, куда я иду...

- Ольга Сергеевна, голубушка, ну не стойте в коридоре, замёрзнете! Пожалуйста, вернитесь в палату!

- Не надо идти в столовую, Ольга Сергеевна, у нас частная клиника и хороший сервис прежде всего на свете, вы же знаете. Давайте вас провожу? Что вам принести из еды, подскажите?

- Нет, нет, стойте! Вас велено не выпускать! Кем велено? Хм, а вы разве не знаете....?

Последний молодой охранник, который проработал в этой частной клинике всего два дня максимум, был единственным человеком, кто открыто мне сказал о том, что выходить из клиники мне запрещено. Только кем запрещено, не сказал.

Не знаю, совпадение это или нет, но в тот же день бедолагу уволили с работы...

С того случая, когда меня силой отвели в палату, причем довольно грубо, прошла уже приблизительно неделя. К моему счастью, Романов словно забыл о моем существовании и в больнице больше не появлялся.

Это бы могло порадовать, если бы не было постоянного контроля со стороны всех медицинских работников. И как бы я не пыталась с ними договориться; прося их, уговаривая, пару раз даже без громких скандалов не обошлось, до того я была на пределе, но итог всегда был один. Ниже больничного этажа, вырваться так и не получалось.

И хотя, после того разговора с мамой, я понимала, что сбежать все равно не получится, ведь пока моя мама у Романова, мне никуда не скрыться, но это почему-то не отменяло того идиотизма, когда открыто уйти никто не запрещает, но сделать это все равно нельзя, ведь за мной постоянно следят.

Меркантильные, двуличные придурки....

Все общение персонала клиники, всячески настроенное лебезить передо мной и подлизываться, вызывает один негатив. Они ж как роботы. Улыбаются, говорят ласковым тоном, с нотками уважительной интонации в голосе, но когда прошу дать мне уйти, становятся какими-то глухими.

Это что, такой приказ сверху? В чем смысл меня вот так удерживать?

- Доброе утро, Ольга Сергеевна, как вы сегодня себя чувствуете? Ночью ничего не беспокоило? - из размышлений вывел противный голос врача. Кто б мне сказал, что я буду вот так сидеть, возле панорамного окна комнаты и бездумно смотреть в одну точку, ни за что бы не поверила. в этот бред. Но факт есть факт. Сижу, вот, смотрю,

И этот идиот, под ухом как пчела надоедает...

- Ольга Сергеевна, все в порядке? Скажите, у вас болит что-то? - врач сразу же засуетился, отметив что на его слова я не реагирую и даже повернуться к нему не удосужилась.

- Ольга Сергеевна, вы.... меня слышите?

Ох ты ж елки- палки, он что, меня только что потрогал?

Перевела равнодушный взгляд на плечо, после чего неторопливо, но очень показательно посмотрела в наглое лицо доктора и он резко убрал с моего плеча свою руку и даже отступил на шаг назад.

- Я ...хотел...

- Чего вам? - спросила без эмоций, показательно закатывая глаза.

- Ну, вы не отзывались, я решил, что.... он сглотнул. - Вы себя плохо чувствуете, да? Давайте измерим давление?

- Отстаньте... - повернулась обратно к окну.

Медик застыл как вкопанный, в землю столб и в палате повисла тишина.

- Ольга Сергеевна...

- Отстаньте говорю! Вы, что не видите, что я очень занята?

- Хм, заняты? Но, чем...?

****

На это я решаю промолчать. Тихо слушаю, как врач раздраженно вздыхает, но продолжает терпеливо ждать, что я все же продолжу свою мысль, но этого не происходит. На некоторое время пауза затягивается, и потом доктор пытается воззвать к моему здравому смыслу.

Зря на мой взгляд. Глупость же. Но эти эскулапы просто страсть какие пронырливые...

- Ольга Сергеевна, вы же понимаете, что сейчас ведете себя как ребенок? Ваше поведение...

Нехотя поворачиваюсь к нему и точно также, как раньше, с неторопливой грацией и лёгкой степенью пофигизм, отвечаю на заданный вопрос.

- Как ребенок, доктор? Вы серьёзно? Вы же не выпускаете меня из этой долбанной клиники, прикрываясь при этом то моим здоровьем, то неудачными часами, в которые, по вашим словам, выходить из палаты нельзя, то ещё Бог знает чем... Это по- вашему нормально? Запереть меня на этаже как пленницу и даже на минуту отсюда не выпускать. Сервис у вас огонь, да. И это только я себя веду здесь как ребенок!

Болезненно кривлюсь, выражая ему всю степень моего немого презрения и горечи.

- Что именно вам приказал Романов, а? Держать меня тут на привязи, как собаку? Довести до ручки, чтобы я потеряла ребёнка? Что?

Признаюсь, я немного переборщила. Ну а чего он хотел, интересно? Нельзя же беременную женщину так выводить на эмоции!

Доктор показушно всплескивает руками и говорит со мной как обычно, с наигранной радушной заботой и лживым участием.

Глава 7

Дом в который привез меня водитель Романова особо сильными размерами не отличался, и зная достаток самого Романова и той семьи из которой он вышел, я сделала вывод, что о моем здесь местонахождении, точно также как и о наличии ребёнка, скорее всего никто не знает. Даже не догадывается.

И возможно, что это задумано так не случайно, ведь получается, что когда Ребёнок появится на свет и Романов его усыновит, все будут думать, что он не приёмный его ребёнок а сын Татьяны. Эта гипотеза ещё сильнее меня расстроила и я ещё больше поняла, что мне и ребёнку нужно сбежать отсюда и спрятаться. Причём, сделать это лучше до тех пор, пока ребёнок не родился и Романов и Таня его не успели усыновить

- Вот здесь ваша комната. Максим Константинович попросил передать, что вам запрещено передвигаться по дому, без его разрешения, так что, если вдруг вам что-то понадобится, то вы можете позвать меня или кого-то из охраны, и они вам помогут решить все ваши вопросы.

Я горько усмехнулась.

- К чему эти сложности? Дом итак, небольшой, всего два этажа, зачем запирать меня в комнате?

- Я не знаю. Я всего лишь горничная, понимаете. Мне сказали вам это передать и я вам передала. А дальше решайте с хозяином.

- Таня тоже живёт в этом доме?

- Татьяна Васильевна? Нет, она живет в большом особняке дома Романовых. После того, как они поженились, она сразу же переехала в тот дом.

Грудь сжало как в тисках, выталкивая весь воздух наружу из легких. Там где по идее должно было находиться сердце отчего стало горько и холодно. Так холодно, словно прошлись холодными руками.

Нет, я знала, что их свадьба это дело решенное и что мне надо давно с этим смириться, но я почему-то не могла. До последнего казалось, что Макс блефует и свадьбы не будет вовсе, или же она будет, но только не сейчас. Ведь он же...Что...?Любит меня? Боится потерять? Что?

Я ведь его ненавижу. Надо радоваться, что он теперь не свободен, а я опять за старое...

Нет, это только по привычке, я знаю. Привыкла, что он только мой, и вот неожиданность...

Я такая идиотка, капец.

- Это и к лучшему...- сама себя успокаивала, хотя ведь причин для беспокойства не было. - Зато перестанет приставать ко мне, кобелина такой со своими дурными предложениями. . У него теперь есть жена. Официальная. Так как он и хотел. Он же не будет лезть к чужой беременной женщине, когда под боком красивая ухоженная невеста? Верно?

Это вывод мне казался логичным до тех пор, пока вечером вместо горничной, ужин мне привез сам Романов собственной персоной.

Молча и невозмутимо вкатив тележку с теплой едой внутрь комнаты, остановил её прямо напротив моей кровати., после чего встал около меня.

- Ты должна поесть.

Хотелось сделать вид, что я сплю, и не слышу его, но было поздно. Момент был окончательно потерян и мне пришлось встать.

- Не хочу.

Романов нахмурился, скрещивая руки на груди и делая шаг в мою сторону. К словесным баталиям он всегда подходил ответственно. И сейчас к ним готовился похоже...

- Врач сказал, что в больнице ты постоянно отказывалась от той еды, которую тебе приносили. Я не врач, и я спрашивать не стану. Ты носишь в себе моего ребёнка, и значит, будешь есть все, что я тебе принесу.

- А если нет?

- Если нет, значит заставлю.

Болезненно ухмыльнулась, глядя на Романова с ненавистью.

- Как интересно? Опять моей матери будешь угрожать, да, Романов?

- Зачем? - непринуждённо пожал плечами мужчина. - Мне достаточно приказать, чтобы тебя поместили в искусственный здоровый сон. Лечебный. Кормить тебя будут через трубочку, как лежачего пациента, и проблем от тебя станет в разы меньше. Хочешь?

Я прищурилась, прикидывая блефует он сейчас или говорит серьёзно, и судя по насмешливо- прищуренному выражению лица Романова, он ни капли не блефует, Совсем.

-Это может плохо отразиться на ребенке.

- Если бы это было так, то я бы этот вариант даже не рассматривал, - усмехнулся Романов, рассматривая меня выжидающе.

- Ну так, что?

- Да, делай что хочешь, идиот. А я пасс.

Романов вздохнул явно не ожидая от меня подобного упрямства. Думал, что я сразу на все соглашусь? Привык прибегать к шантажу. Но это его проблемы. Я ему не зверушки чтобы дрессировать меня и лепить из меня все что захочется, будто я карманный питомец. А хочет послушания, пусть командует Танькой.

-Ты понимаешь, что когда ты отказываешься от еды, это вредит твоему ребёнку. М? Ты же так сильно хотела родить, что всех поставила на уши, а теперь сама же спускаешь все в трубу. Я что-то не догоняю, Оль, в чем тогда смысл твоих поступков, ? Тупо подолбить мне мозг? Что и кому ты доказываешь? Если тебе эмоций не хватало могла бы придумать что-то попроще, чем беременность и свои потраченные нервные клетки.

- Я не могу есть. Это не из вредности, аппетита просто постоянно нет.

- Тебя тошнит?

- Нет. Просто плохо. Я пыталась заставить себя поесть, но это капец, как тяжело, знаешь. Я посмотрела в интернете информацию и теперь знаю, что на ранних сроках такое случается.

Я говорила чистую правду. Каким бы моральным уродом и подонков я не считала Романова, но я бы не стала морить собственного ребёнка голодом, только из дурацкой вредности. Нет. Я ненавижу, Романова, да. Но, не до такой степени, чтобы делать подлости за счет здоровья своего собственного невинного малыша.

*****

- Врачу об этом говорила?

- Говорила.

- Я понял. Значит, он не помог. Кстати...- Романов вдруг улыбнулся, совсем знакомо, даже мягко. - А что, насчёт десерта из фруктов? Раньше ты часто его заказывала, когда мы мотались по ресторанам, в обед. Я привез тебе несколько штук.

Я невесело усмехнулась, понимая что раз Романов начал открыто ластиться ко мне, это значит что ему что-то нужно, ведь он никогда не делает что-то просто так, если не видит выгоды для себя. Наверняка, и в данный момент, для этого есть причина.