Опасна

Глава 1

— А ты ведь и вправду красив, — провела подушечкой пальцев по лицу мужчины, которого должна убить.

Фотография была чуть тёплой от того, как долго я держала её в руках. Грубые черты. Жесткая линия челюсти, глубокие складки у губ, сломанная когда-то и неправильно сросшаяся переносица. Таким лицом обладают почти все, кто связан с криминалом. Слишком много ночных смен, слишком мало сна, слишком часто приходится смотреть смерти в глаза. Но в нём было что-то ещё. То, что заставило меня задержать взгляд дольше необходимого.

Открылась дверь — за руль вернулся Марат. Я спрятала фото во внутренний карман куртки, туда, где ткань плотнее прилегает к груди. Он протянул мне стаканчик. Сквозь картон пробивалось тепло.

— Как ты любишь. С молоком, без сахара.

— Спасибо.

Я наклонилась и поцеловала его в губы. Коротко. Сухо. Просто жест, ничего больше. Но он всегда воспринимал это иначе. Едва наши губы соприкоснулись, как его рука скользнула мне на затылок, пытаясь углубить поцелуй. Я позволила этому длиться ровно секунду — ровно столько, чтобы он почувствовал, что я здесь, но не получил большего. Отстранилась, даже не открывая глаз, и сделала глоток кофе.

Горячо. Обжигает язык. Но я не поморщилась.

Сделала ещё глоток, будто только что ничего и не произошло. Будто его попытка приблизиться ко мне была не более чем ветер, задувший в приоткрытое окно.

Марат кашлянул в кулак. Этот звук — он всегда появлялся, когда он не знал, что сказать, но чувствовал, что должен нарушить тишину.

— Так… — хрипловато, всё ещё пытаясь прогнать напряжение. — Куда тебя отвезти?

— Отель Лолиты. Нужно забрать кое-какие вещи…

Я смотрела в окно. Улица жила своей жизнью. Люди спешили по делам, не зная, что сидящая в припаркованной машине девушка с кофе через минуту решит, кому из них жить, а кому — нет.

— А потом? — он вглядывался в моё лицо так, будто пытался прочитать ответ между строк.

Я пожала плечами. Коротко. Безэмоционально.

— Пора выходить на охоту.

Он положил руки на руль. Пальцы сжали кожаную оплётку, но газ даже не нажал. Замер. Я положила ладонь ему на плечо — скорее жест контроля, чем нежности. И в этот момент взгляд зацепился за зеркало заднего вида.

Чёрный внедорожник. Тонированные стёкла. Плавно, почти бесшумно подкатил к круглосуточному магазинчику на углу.

Двери открылись одновременно, синхронно. Оттуда вышли четверо. Все в чёрном. Деловая походка. Ни одного лишнего движения.

Лицо одного кольнуло память.

Я замерла, всматриваясь. Резкий профиль, разворот головы, жест, которым он поправил воротник. Мышцы под курткой напряглись, когда он оглянулся на своих.

Память подкинула картинку. Вчерашнее фото. Распечатка с камер наблюдения.

Бинго.

Я медленно, почти лениво, расстегнула куртку. Достала фотографию. Сверила. Даже сомнений не осталось.

Тот самый.

— Жди здесь, — голос прозвучал ровно, будто я просила его купить мне воды.

Марат открыл рот, но я уже толкнула дверь. Прохладный воздух ударил в лицо, смешиваясь с запахом бензина и уличной еды. Я шла к магазину не спеша. Размеренно. Так, будто зашла сюда за жвачкой, а не за жизнью человека.

— Полина! — его окрик догнал меня у самой двери.

Я не обернулась.

Колокольчик над дверью звякнул — дешёвый, дребезжащий звук, какой бывает только в придорожных магазинах. Несколько голов повернулись в мою сторону. Я скользнула по ним взглядом: равнодушно, мимолётно, будто оценивая обстановку, но не задерживаясь.

Цели в поле зрения не было.

Я прошла к кассе. Стеклянная витрина с дешёвыми зажигалками, леденцами от кашля, батарейками. За ней — женщина лет сорока с глазами человека, который видел слишком много пьяных драк в три часа ночи.

— Влажные салфетки.

Она оторвала взгляд от телефона, лениво скользнула по мне взглядом и ушла в глубь подсобки. Вернулась через полминуты, бросила на прилавок маленькую упаковку.

— Сто двадцать.

Я достала карту, потянулась к терминалу. И в этот момент дверь в глубине магазина — та, что вела в подсобные помещения, — открылась.

Вышел ОН.

Живой. Вблизи даже интереснее, чем на фото. Выше, чем казалось. Шире в плечах. Движения уверенные, без суеты. Он что-то говорил человеку, идущему следом, но я не слышала слов — только низкий вибрирующий тембр.

Цель.

Я убрала карту. Салфетки остались лежать на прилавке.

Он уже направлялся к выходу. Я двинулась ему навстречу, чуть смещая траекторию, чтобы оказаться ровно на его пути. И когда между нами оставалось меньше метра — сделала вид, что подвернула ногу.

Каблук предательски скользнул по плитке. Я охнула — тихо, естественно, — и начала падать.

Он среагировал мгновенно. Рука перехватила меня за талию, прижимая к себе, не давая упасть. Вторая ладонь легла на локоть, фиксируя. Я подняла голову, и наши лица оказались вплотную друг к другу.

Сантиметр. Не больше.

Я видела каждую трещинку на его губах. Видела золотистые крапинки в карих глазах. Видела лёгкую небритость и тонкий шрам у виска. Он смотрел на меня в упор — и в этом взгляде не было ни подозрения, ни интереса. Только лёгкое раздражение человека, которого задержали по пустяку.

— Спасибо… — выдохнула я, чуть коснувшись пальцами его груди. Ткань пиджака под пальцами — дорогая, мягкая. Под ней — твёрдые мышцы и ровное, спокойное сердцебиение.

— Осторожнее будьте.

Голос сухой. Без намёка на теплоту. Он отпустил меня так же резко, как подхватил, обошёл по дуге и вышел на улицу.

Колокольчик звякнул ему вслед.

Я проводила его взглядом ровно до двери. А потом мои пальцы сжались вокруг тёплого пластика, который всего пару секунд назад лежал в его внутреннем кармане.

Удостоверение.

Спрятала в куртку мгновенно, без единого лишнего движения. На губах сама собой расцвела улыбка — короткая, злая, победная.

— Эй!

Я обернулась. Кассирша смотрела на меня с усталой злостью человека, который устал повторять одно и то же.