Опасная страсть

Глава 1. Чудовище

Мои дорогие и любимые!!

Добро пожаловать в новую историю!!

Всех люблю и с удовольствием продолжаю работу!!

Обложка в большем размере

Всегда ваша, Шана!!

❤️ Приятного погружения!!! ❤️

______________________________________________

Глава 1. Чудовище

Василиса

Я не помню, когда в последний раз возвращалась домой с улыбкой. Когда спешила туда в предвкушении чего-то яркого, светлого, прекрасного? Кажется, это было давно и было откровенной ложью. И лгали только мне, а я верила, как наивная девочка. Верила в чудо, в любовь, в счастливое светлое будущее, так радужно мне описываемое.

А что в итоге? Обычная бытовуха как у всех. Приберись, приготовь, ублажи, к которым со временем прибавились упрёки: не такая красивая, не так вкусно, не так быстро, не вовремя. А уже за этим всё перешло в откровенное хамство и запугивание. И я дура, всё терпела, всё хотела сделать как лучше, как желает моё любимый. Тьфу.

Он всегда оставался недоволен. Ставил всё мне в вину. Даже измены. Сначала первую, потом вторую, третью. Я прощала, потому что любила, потому что терпела, а он умело врал, манипулировал и заговаривал, гипнотизировал. Я всё это видела, всё понимала, но продолжала стараться. Зачем? Сама не понимаю. Казалось, что станет только хуже, если всё закончится. А может, это так хорошо он промыл мне мозги?

«Хватит терпеть», - злилось всё внутри меня в очередной раз. Я клокотала от гнева и шла домой с чётким намерением поставить точку. Снова. И снова. Каждый день в каждой неделе. Но стоило переступить порог, я превращалась в послушную молчаливую запуганную девочку.

Вот и сейчас стояла на пороге, руки трясутся от злости. Меня в принципе всю колотило. Я твёрдо решила всё высказать именно сегодня, но порог не переступлю. Выкрикнул всё накипевшее прямо у двери, чтобы убежать, если что, чтобы не оказаться в запертом помещении, как советуют все психологи и психотерапевты, к которым я зачастила, в попытках найти свои ошибку.

Звонок под пальцами орёт, но открывать мне никто не спешит. Тогда достаю ключи и открываю, уже заранее зная, что увижу: по коридору разбросаны вещи мужа и его очередной любовницы, а со стороны комнаты раздаются страстные стоны. Это, кажется, впервые, когда он кого-то привёл в дом. Обычно всё было тайно и на стороне. «Значит, осмелел и перестал окончательно со мной считаться», - подумала я, выкрикивая его имя вслух:

- Даник! – с ласковыми язвительными нотками. Обязательно так и никак иначе. Я всё решила, всё просчитала. – Даник! Почему не встречаешь?

В комнате всё затихло. Всего на полминутки, а потом послышалась спешка и злые шушуканья. В коридор вывалился муженёк, в спешке нацепивший старые зачуханные семейники. Ужас, и в этом он полез к очередной молодой красавице-студентке со своего потока. Старый жигало, а не профессор философии!

- Васенька, ты чего так рано, милая? – запел кобель. – Почему не заходишь?

- Не хочу, - указала я взглядом на розовое короткое платьице на полу прихожей и кружевное бельё чуть дальше. – Как и жить с тобой. Хватит уже, нажилась. За вещами приду позже или вообще никогда. Оповещение о разводе жди письмом от адвокатов, - выговорила всё и сразу, чтобы не дать себя перебить и заговорить.

Глаза мужа гневно сузились и, как мне показалось, сверкнули чем-то тёмным. Их, как в книгах пишут, словно пелена заволокла. Но всматриваться я не решилась, почувствовав прилив адреналина на это, развернулась и поспешила к лестнице.

«Убежать! Надо скорее бежать», - кричало всё внутри.

- Васька! Стоять! – рванул следом этот боров с неожиданной для его веса прытью, еле увернулась на повороте на лестницу. – Я приказал стоять!

- Никогда! Не смеешь! – кричала в ответ и мчалась по ступенькам, иногда перепрыгивая через несколько.

И вот показалась дверь подъезда. Осталось совсем чуть-чуть, один пролёт, как сильная хватка схватила за волосы сзади и дёрнула на себя так сильно, что у меня потемнело в глазах от боли. В лицо пахнуло чем-то гнилым, и на меня зашипели:

- Я приказал тебе, - разделяя каждое слово и словно пропитывая его силой.

Внутри меня всё замерло, как обычно бывало, покрываясь странным холодом и оцепенением. Но всё происходило не как обычно, дома, а за его пределами. Тут есть выход! Тут совсем рядом свобода! Это придавало хоть какой-то нотки сопротивления. И мне хватило, чтобы открыть глаза и выплюнуть в ответ:

- Отпусти, дрянь! Шваль! Мразь!

А только потом увидела то, от чего меня как ледяной водой окатил ужас. Передо мной стояло худое серое нечто с чёрными провалами вместо глаз и прорезью рта с острыми шипами. Что это такое, я даже осознать не успела, завизжала, что есть мочи. Тварь же отшатнулась от моего крика, хватаясь за дырочки так, где должны быть уши.

Глава 2. Грань

Василиса

Мне казалось, что меня не было всего несколько секунд. Потом я словно проснулась. Глаз не открывала, они и так были открыты. Просто пелена с них отступила, расходясь в стороны. И всё вокруг было таким странными. Оно словно состояло из светлого яркого и слегка золотого потока. Он лился бесконечным светом вокруг и стремился везде и в никуда. У него не было начала, не было конца. И я была лишь частью, пробуждённой в нём.

Вокруг сначала неясными силуэтами, потом прояснившимися фигурами ходили люди. Они спешили куда-то мимо меня, не останавливаясь и не замечая ничего вокруг. Их словно манило что-то далеко впереди.

Были и те, кто шёл спокойно, их лица были озарены небывалым блаженством и спокойствием. Оно окутывало всех, даже меня. И не было ничего, кроме этого света и этих приятных чувств. Только чистый разум, чистое и незатуманенное ничем иным «я».

Вот только я стояла и никуда не шла. Это привлекало внимание тех, кто мог себя осознать в этом свете. Им было интересно, почему я стою. Я понимала это на каком-то ином уровне. Всё было открыто, никто ничего не скрывал. Особенно, дурного. Было здесь только всё хорошее. Но и пусто было, словно всё, что было в жизни, снялось с меня вместе с пеленой при пробуждении, ушло и уже не вернётся. Оно не важно, оно не нужно. Здесь всё иначе.

И зовёт к движению, встать на путь, что постигают другие. Но я продолжала стоять на месте, осматриваясь, ловя новые лица в шагающе-плывущей толпе. Тут были и женщины, и мужчины. Дети и старики, молодые и не очень. Внешне тоже все такие разные, ни одного похожего. И все идут. И все друг друга понимают, знают и не знают одновременно, им интересно и совсем всё равно. Главное – движение в этом прекрасном потоке света.

А я вдруг осознала всем своим естеством. Вот она – смерть. Переход в другую жизнь. Но для тех, кто выполнил всё, что запланировал в предыдущем воплощении. И это знание пришло легко, так же легко покинув мою «голову», как не очень важное и такое обыденное. Нужно было найти свой путь в этом свете и начать своё движение. А я медлила. Всё ещё стояла и безразлично-спокойно смотрела на людей. Стольких многих, скольких не встречала за всю свою жизнь.

Тут не было ощущения времени. Тут было так хорошо. Но я чётко осознавала ещё одну вещь: мне рано идти своим путём. И на самом деле меня держала невидимая стена, не давая пройти дальше, а только смотреть.

В каком-то момент я оглянулась, чтобы посмотреть своим незатуманенным взглядом на то, что было позади. Словно что-то или кто-то позвал. Без слов. Ему нужно было, чтобы я обернулась и увидела. И я смотрела и видела. Видела свою жизнь как на ладони. И ни одно из пережитых чувств не казалось мне важным, а важных там просто не было. Хотелось его, но оно так и не пришло в эту жизнь. Его там именовали «любовью».

«Хочется ли мне?» - поняла я вопрос неведомого нечто. И оно уже знало ответ. Да, хочу. Это нужно мне, я пришла ради неё, и не познав, не уйду дальше. И со мной были согласны, осторожно и нежно прося прощение, что не уследили и тёмное чудище подобралось так близко к моей душе, скрыв от света. Но вернуть обратно уже нельзя, там тело мертво. Нужно выбрать другое.

Понимание рождалось в «голове», словно в неё сразу это вкладывали, так что полноценным диалогом это нельзя назвать. Но всё же я отвечала таким же способом, что пошла бы, да некуда, раз тела нет.

И мне показали тело. Молодое, здоровое, готовое к жизни, любви и остальным чувствам. Тяжёлым и живым. Сейчас оно лежало среди дорогих простыней на огромной кровати в своём богатом доме. В нём и у тела было всё, чего капризная хозяйка могла пожелать. И ей давалось всё, кроме времени. Душа была молода и глупа, легко простилась с пристанищем, едва представилась возможность.

Почему она всё бросила?

Потому что не получилась ничего из желанного, а желанного в том мире для неё ничего нет. Хотя для женщины, тем более её ранга и силы, доступно всё, чего бы она только ни возжелала: деньги, богатства, слава, мужчины, другие миры. Но оно не доставляло этой душе желаемого, и она покинула его. Не сама, конечно, а как только представился шанс.

Так ответили мне. А ещё сказали, что очень жаль терять такое звено жизни. Оно бы послужило для связи и рождения важных ключевых иных звеньев. И придётся многое менять и перестраивать. Это я не слишком понимала, оно казалось мне не важным. Слишком высоким и далёким для простой меня. Знала лишь, что мне предлагают занять опустевший сосуд, пока не поздно. А взамен даруют то, чего желаю я, - любви. Любви любой и каждой, какой бы мне ни захотелось. С одним лишь условием – жить! Жить до конца времени, отведённого телу.

А жить ему долго, до глубокой и счастливой старости. Так мне пообещали. И я верила. Они не могут врать. В том свете нельзя соврать. Да и лжи там не существовало от слова «совсем».

«Тогда мне нужно выйти из этого состояния», - мелькнула ярко во мне, тут же утягивая в сторону показанного тела и покрывая глаза пеленой.

Из этой пелены я выходила с трудом. Казалось, что всё ещё нахожусь в том потоке света. Но вот глаза закрыты. А стоило их открыл, как поняла, что смотрю на красивый потолок с лепниной. Чувствительность постепенно возвращалась в тело, делая его таким тяжёлым и онемевшим, словно меня вдавливало в кровать. И не будь она мягкой, глядишь, сломалась бы об неё.

Слух тоже вернулся, радуя шелестом листьев за окном и пением птиц. А ещё быстрыми приближающимися шагами. Кто-то спешил сюда. И я должна успеть прийти в себя до появления гостя, - это я понимала чётко, как и то, что произошло моментами раньше. А именно то, что я умерла, побывала на пути к другой жизни, возможно, к своей новой. Но выбрала дожить эту. Жизнь девицы…

Глава 3. Новый старый мир

Василиса

Жизнь саиры Алисьен Тивали, человечки, красавицы с очень милым и податливым характером, но совершенно не умеющей разбираться в людях, была несладкой. Неуверенность в себе, рождённая вечно всё решающей за неё матерью и подлизывающимися отцами, привела к тому, что в гарем и мужья стали проситься откровенные альфонсы и любители поживиться за чужой счёт. А как не поживиться, если наследница целой корпорации готова всё отдать за красивые слова, глазки и обещания любить только её?

И вот родители, заподозрившие дитя в малодушии вновь, самолично решили помочь дочери в выборе правильных путников жизни. А правильные в их понимании: суровые, неуступчивые, успешные бизнесмены с личными компаниями или дети союзников и коллег, те, кто прекрасно знает, как сделать свой капитал, но не принести чувства в дом.

Это и стало личной трагедией для души Алисьен. Желающая любви с рождения, но получавшая всё, кроме неё, она с удовольствием приняла яд «вечного сна» и покинула своё тело. Благо ему яд не навредил, имея какую-то магическую структуру, выкидывающую из тела душу почти мгновенно. Препарат запрещён почти по всему миру и разрешён лишь в ограниченных властью структурах, а значит каждая баночка на счету, так что и достать его очень трудно. Но кто-то очень постарался угодить глупышке, уступив тем самым дорогу мне.

Память красавицы текла в моей голове фильмом. Фантастическим фильмом, знакомившим меня с новой реальностью. Это был мир, похожий на наш, но улучшенный за счёт магии с примесью технологий. Или наоборот, ведь магия здесь была с самого сотворения. Как и магические существа, некогда бывшие изначально людьми, но изменёнными самим миром в тех, кому люди на Земле давно придумали свои названия, почему-то прижившиеся и здесь.

Эльфы, драконы, оборотни, ирлинги и наги – составляли основную часть жителей. За ними шли гномы, горгульи, дроу и вампиры – жители ночи и тьмы подземелий. Ну и, конечно, люди, не изменившиеся внешне, но поглотившие магию, так называемые маги, или отринувшие её – пустые или немаги, самые обычные люди.

«Возможно, часть из них ушла на Землю, породив мифы и сказки об этом мире», - промелькнуло в голове, пока рядом со мной суетились личный целитель семьи и слуга, а охрана обыскивала комнату на наличие опасностей.

- Госпожа полностью здорова, - рапортовал целитель. Ворнан. Обычный человек по происхождению, но обладающий магией. К таким нужно обращаться с приставкой «ир» или «ира», если это женщина. – Сказалось волнение, не более. Советую провести выборы как можно быстрее, а потом дать для леди перерыв, чтобы успокоить нервы.

Действие яда он не обнаружил, как я и предполагала. Такой яд редко имеет влияние на чисто физические структуры. Точнее не оставляет в них никакого следа. Даже энергетического.

Эта информация тоже была в моей голове, но открывалась мне так же отстранённо и как само собой разумеющееся, стоило об этом подумать. Скорее всего, сама Алисьен знала эту информацию, поэтому она есть в её мозге и доступна мне.

- Тогда дайте что-то успокоительное сейчас. Госпоже надлежит уже выходить из комнат, женихи ждут, - слегка надменно отозвался Вартэль. Он, чистокровка ирлинг, считал себя выше любого человека. А работа в семье девушки и на неё лично – это наказание для его семьи, которое он отбывает по воле Правителя этих земель. За что именно, его временная хозяйка не знала.

- Боюсь, это исключено. Никакое вмешательство – ни магическое, ни от зелий – не должно помешать факту выборочности. Её разум и чувства должны быть чисты, - спокойно возразил ему целитель и просто направился на выход, потеряв хоть какой-то интерес к дочери хозяев. Ему платят не за работу в психолога уж точно.

- Вставай…те, - рыкнул на меня, почти в самое лицо, Вартэль. – Нехорошо заставлять высокопоставленных саиров и раиров ждать.

Саир – человек знатного происхождения, который или кто-то из его предков купил себе знатность. Раирами же называли тех, кто изначально были из знатных кругов и родословные это подтверждали. А ещё все они иры, владеющие магией. А значит, каждый из них может как быть человеком, так и представителем другой расы. Родители не пожалели свою дочь в очередной раз.

- Часть из них станет моими мужьями, пусть привыкают, - ответила я, не спеша открывать глаза. – Мне нужна всего минута покоя. Потерпят.

- Всё сказала? – прошипел ирлинг, склоняясь ко мне ещё ниже, что я смогла почувствовать его дыхание на своей коже, отчего открыла глаза и столкнулась с яростью в его нежно-сиреневого цвета.

Пережившая подобное с бывшим мужем – или кем было то существо, – я почти не задумываясь опустила на одно из прекрасных, но злых очей свой кулак. Конечно, боль сразу же молнией прострелила руку, но я вытерпела. Зато полюбовалась, как скривился и схватился за подбитое место нахал, забывший своё место.

Я не знала, могу ли вообще так делать или поступать, но терпеть всё, как делала это бедняжка Алисьен, я не намерена уж точно. Пусть считают, что она образумилась и решила ожесточиться, чтобы больше подобного не было. Если надо, я и родителей поставлю перед фактом, что лезть в теперь уже мою жизнь не позволительная роскошь. Хватит с меня помыкания и манипулирования.

И начну я, пожалуй, с личного слуги и женишков. Не хочется, чтобы было всё как в прошлой жизни, чтобы мной управляло что-то нечеловеческое. Бррр!