Орден Зверя

Пролог

Лондон. Серый и унылый город таких же серых людей и зданий.

Высокий мужчина в черном пальто неспешно брел по площади у Собора Святого Павла, отмеряя каждый шаг ударом трости. Здесь, на вершине Ладгейт Хилл, он чувствовал себя как дома. Здесь можно прогуляться и поразмыслить о тревожащих вещах. Особенно ночью.

Ночь делала Лондон волшебным и опасным. Она погружала город во мрак. Тьма сочилась из-под земли, лилась с неба, выползала из убогих хижин вместе с ворами и убийцами, продажными шлюхами и праздными выпивохами. И только Собор Святого Павла, казалось, излучал в этой ночи божественный свет, очищая всех и каждого кто попадал под его сияние.

Тяжело вздохнув, мужчина остановился и запрокинул голову, рассматривая величественные очертания собора, задержав взгляд на куполе, увенчанном крестом.

Сегодня, впрочем, как и всегда, ему казалось, что Бог насмехается над ним, как насмехался все это время.

Но ему было все равно. Мужчина, стоящий глубокой ночью у божественного собора не верил в Бога.

Он размышлял о Нем и не верил в Него, размышлял о людях и не верил в них.

А люди не верили в него. Никогда не верили.

Именно поэтому он стал тем, кем являлся теперь. Именно поэтому он создал марионеток.

Создал не для того, чтобы какой-то идиот, потерявший разум в стремлении отомстить, испортил все, отправив образец идеального человека убивать дешевых шлюх. Он был здесь, чтобы обеспечить миру лучшее будущее, лучших, идеальных граждан.

И вот теперь, когда с Блэйком все было кончено, все снова шло не так, как надо.

Документы, наработки многих лет усердного труда были похищены.

Зарычав от досады, мужчина с силой ударил тростью о землю и замер, вслушиваясь в звучание ночи, потревоженной слишком громким и чужеродным звуком.

Тонкая, острая, словно лезвие, ухмылка тронула губы.

Но и это было не страшно. Баррингтон должен привлечь свою старую знакомую, вернуть документы, а потом устранить свидетелей. А если не выйдет у Баррингтона, то за дело возьмется он. Ведь, как говорится, хочешь сделать что-то хорошо - сделай это сам.

Тихо хмыкнув, мужчина поправил ворот пальто и неспешно направился к ожидающей его повозке.

Глава 1

– Мистер Баррингтон, к вам какая-то леди...

– Проси. – коротко бросил, расположившийся за массивным дубовым столом, мужчина, не поднимая взгляда от бумаг.

Невысокий и худощавый мужчина преклонных лет, обладатель удивительно пышных бакенбардов и по-крысиному острых черт лица, терялся на фоне роскошного убранства кабинета. Казалось, что он просто тонул в огромном кресле.

Не удосужившись даже поднять взгляда к говорившему, он лишь невозмутимо переложил бумаги из стопки в стопку. Создавалось впечатление, что его совершенно не заинтересовало известие, принесенное слугой. Только едва заметная усмешка на тонких губах говорила об обратном.

Поток воздуха, ворвавшийся через вновь открывшуюся дверь резко пригнул затрепетавшие свечи, возвещая о новом визитере. Отложив бумаги, мужчина окончательно отбросил внешнее безразличие и с живым интересом взглянул на девушку. В неверном освещении нескольких свечей, света которых было недостаточно, чтобы прогнать мрак со всего кабинета, она казалась неясной тенью за гранью круга света.

Помедлив, не спеша отходить от порога вглубь комнаты, вошедшая прежде всего осмотрелась, словно ожидала какого-то подвоха. Взгляд быстро скользнул по ряду картин на стенах, к скрытому полумглой в углу шкафу и задержался на плотно закрытых, вопреки прекрасной зимней погоде, портьерах.

– Не люблю Париж. Не люблю воздух. Не люблю солнце. Не люблю вид. Не люблю всё в этом дрянном городе. – заметив на чем задержался взгляд девушки, произнес мужчина, чеканя каждое слово словно военный. Слегка хриплый голос излучал неожиданную для худощавого тела силу и властность.

Откинувшись на спинку кресла, он переплел пальцы рук и коротко кивнул в сторону стоящего напротив него кресла, предлагая присесть, не отводя от девушки внимательного взгляда. Она ничуть не изменилась за те два месяца, что прошли с момента их последней встречи. Всё та же гордо поднятая голова, тяжелый, чуть мрачный взгляд, так не сочетавшийся с изящной фигурой. Все та же напряженная собранность.

– В таком случае, вы глупы. Это прекрасный город, но вы ведь звали меня не за этим. Что вам нужно, лорд? – чуть прищурившись, игнорируя приглашение присесть, девушка невозмутимо сложила ладони на набалдашнике трости.

Ей совершенно не нравилось ни это место, ни этот человек, ни тот факт, что просто уйти она не могла.

– Что же, в таким случае, к делу... – скупо усмехнувшись, мужчина не отказал себе в удовольствии сделать дежурную паузу.

Отчего не поиграть на нервах жертвы, если есть время и если последняя кусаться уже не может?

– Милая Эрика, вы ведь помните при каких обстоятельствах мы с вами расстались. Вы ведь помните, мисс Оуэн... – вкрадчиво начал он, открыто насмешливо усмехнувшись.

Для него она была грязью у ног, не более того. Но грязью полезной, что берегло ее до времени.

– ...что вы мне обязаны своей свободой, что стоит мне сказать, что я видел в тот день, вернее кого и вам несдобровать.

По мере того как мужчина продолжал говорить, пальцы девушки всё сильнее сжимали трость. Из огня да в полымя. Кто бы мог подумать, что, сбегая от прошлого, она загубит настоящее.

– Да, мистер Баррингтон, я всё это чудесно помню. Вы оказались невероятно щедры и... Мне пора платить за щедрость, так? – скрыть нотки горечи в голосе не удалось. Слишком неприятным было не только осознание того, что она находится во власти этого человека, но и эпизод, связывавший ее с ним, поминутно всплывающий в сознании, стоило встретиться взглядом с этими черными глазами-бусинками.

– Вы умная девушка, Эрика... – удовлетворенно отметил мужчина и потянулся к чему-то на столе. – Собирайте вещи, сегодня вечером мы отплываем в Англию. Мне нужны ваши ловкие ручки и светлая голова, чтобы раздобыть кое-что.

Выудив из-под груды бумаг конверт с билетом для девушки, Баррингтон небрежно бросил его на край стола, тем самым вынудив девушку приблизиться.

– Кто клиент? – коротко бросила Эрика, испытывая просто невероятное желание обрушить трость на голову проклятого шантажиста.

Останавливали слуги, останавливал револьвер. Эрика не видела его на столе, но понимала, что этот мерзавец хорошо подготовился к встрече и наверняка не забыл об оружии. Использовать его мужчина успеет скорее, чем ей удастся замахнуться. Время, когда она мучилась бы по поводу убийства угрызениями совести прошло. Осознание этого заставило бы Эрику ужаснуться, но сейчас ее больше тревожило другое.

Тонкие губы мужчины изогнулись в откровенно издевательской улыбке, прежде чем тот все же ответил.

– Лорд Хилсвальд. Он как раз дает бал. У тебя будет время и простор для работы. До встречи вечером, Эрика.

С трудом удалось сдержать дрожь, никак не выдать внутреннего напряжения, охватившего ее, стоило прозвучать этому имени.

Хилсвальд...

Без лишних церемоний развернувшись, захватив конверт, девушка стремительно вышла прочь из кабинета. Грудь что-то сдавливало, отчаянно не хватало дыхания. Год она пыталась забыть о произошедшим, но тени былого не оставляли.

Имя из прошлого, того времени, которое она пыталась забыть, но оно, словно издеваясь, оставлять ее не спешило...

– Бэн бы меня убил, если бы узнал, что я буду грабить его дом...  – уже на улице, тщетно пытаясь себя ободрить, пробормотала Эрика.

Одинокая снежинка кружила в ночном воздухе, медленно опускаясь к земле.

Мужчина снял перчатку и протянул раскрытую ладонь, ловя снежинку, которая тут же превратилась в капельку и скатилась вниз, упав на мостовую.

Запрокинув голову, он посмотрел на небо.

В свете луны мерцали, переливаясь всеми оттенками белого и голубого, ледяные пушинки.

– Надо же, снег. – едва слышно протянул он, снимая вторую перчатку и пряча ее в карман пальто. – Знаешь, Джек, разберемся со всем этим и уедем куда-нибудь, туда, где много снега. – оборачиваясь к приятелю произнес мужчина и глубоко вдохнул. Прохладный, влажный воздух приятно остужал после недолгой погони.

Глава 2

Слишком яркий свет ослепил, а раздавшийся спустя мгновение голос вынудил девушку просто окаменеть, еще не совсем веря, что это действительно он...

Окончательно сомнения развеял свет лампы, озаривший лицо говорившего. Во рту пересохло, разом стало дурно. Казалось, что-то сдавило горло, мешая дышать.

От немедленного обморока спас укол острого угла папки, прижатой к боку. Точно напоминание, что сейчас не до сантиментов.

– Или нужда привела тебя в мой дом? Если да, то я дам тебе деньги. В конце концов, ты тогда дала мне револьвер, что несомненно, было очень ценно. - насмешливо продолжал Бэн, удобно устроившись на софе, закинув ногу за ногу.

Раздался щелчок, и из темноты выступила высокая худощавая фигура, сжимающая в руке револьвер, направленный на Эрику.

– Джек, это Эрика и она пришла нас грабить, и, видимо, убивать. – саркастически усмехнувшись, добавил Бэн, кивнув на револьвер в руке девушки.

Слова мужчины казались далекими и непонятными, точно горячечный бред. Все происходящее напоминало ахинею, с той лишь разницей, что было реальностью.

Появление нового действующего лица вынудило девушку встрепенуться и мгновенно перенаправить револьвер уже на него. Этого парня Эрика не узнала. Тогда на складах было слишком темно, чтобы она могла рассмотреть его, а раньше не обращала внимания на его лицо.

Бросив короткий взгляд назад, к окну, Оуэн поморщилась. Слишком высоко, разобьется.

- Я была бы рада беседе за чашкой кофе, Бэн, а еще больше была бы рада узнать, что ты жив раньше. Что ты, каким-то чудом выжил после того взрыва, что похорон, на котором я была, был не твоим... Но, видимо, не судьба. Если хочешь, пусть твой служка стреляет, но папку я не отдам. Мне моя свобода и жизнь куда дороже. – хрипло отозвалась девушка, с трудом выговаривая слова.

Как только дуло револьвера переметнулось к Джеку, Бэн достал револьвер и направил его на Эрику.

– Во-первых, Джек не моя служка, кстати, он очень обидчивый и может снести тебе голову за такое обращение.

Усмехнулся Бэн, поднимаясь с софы, чтобы закрыть дверь, все так же направляя на Эрику оружие.

Джек издал тихий смешок, и быстро взглянул на Бэна.

«Да уж, потрошил людей и за меньшее. Просто так.» – тоскливо подумал он, держась так, чтобы его лицо оказалось в тени.

– А во-вторых, не ври хотя бы сейчас. – голос мужчины разом потерял даже тень насмешки.

Щелчок закрывшейся двери вынудил девушку на мгновение задержать дыхание. Ей отсюда не уйти, что она может противопоставить двум вооруженным мужчинам?

Закрыв дверь, Бэн подошел к Эрике и остановился в нескольких шагах от нее, рассматривая девушку, чуть склонив голову набок. Она была хороша сейчас как никогда раньше и от этого становилось еще тоскливее, он-то, дурак, чуть не влюбился в нее тогда.

– Отдай папку, Эрика. Или прыгай. Потому что, с документами я тебя не выпущу. Хотя есть еще третий вариант... – задумчиво скользнув по девушке взглядом, Хилсвальд вдруг опустил пистолет и шагнул к девушке ближе.

– Дурак. – тихо чертыхнулся Джек. Тонкие черты лица парня исказила болезненная гримаса.

Что, если она нажмет на курок?

«Самоуверенный кретин!» - напряженно подумал парень, бесшумно переместившись в тень, в сторону от девушки, в любой момент готовый выпустить в нее несколько пуль.

Рука Эрики всё же дрогнула. Один раз она уже послужила причиной, из-за которой Бэн едва не погиб, сможет ли во второй раз стать его убийцей...

Глубоко вдохнув, девушка отвела взгляд в сторону и опустила револьвер на стол, после чего спешно отступила на шаг назад, чтобы прислонится спиной к стене. Прижав к себе папку, Эрика все же пересилила себя и подняла к мужчине взгляд, чувствуя, что сдерживаться больше не может.

Вина, угнетавшая ее весь этот год, разрослась в груди с новой силой, превратившись в странную мешанину острого сожаления, обиды и отчаяния. Всего одна ошибка, одна-единственная ошибка, перечеркнула ее шанс на новое будущее, отбросив ее назад, к началу пути, превращая отправную точку в конечную.

Слезы, так долго и старательно сдерживаемые, покатились по щекам.

Облегченно вздохнув, Джек, беззвучной тенью скользнул к столу, забирая револьвер и так же беззвучно приблизился к девушке, забрав папку у нее из рук. На мгновение взгляд его голубых глаз задержался на хорошеньком лице, по которому катились слезы и чувство холодной решимости впервые покинуло его. Чуть помедлив, Джек оглянулся на Бэна, ища у него поддержки, но маска безразличия на лице приятеля вынудила парня опустить взгляд. От Хилсвальда сейчас ничего не добиться.

Прижав к себе папку, Джек быстро направился к двери, бросив на Бэна вопросительный взгляд.

Хилсвальд только медленно покачал головой и отошел к окну.

- Что в ней? За что я сгнию в тюрьме? Чего стоит моя жизнь? - тихо прошептала Эрика, остановив взгляд на спине Хилсвальда.

Было страшно, горько и обидно. Да, она была виновата во многом, но ведь она этого не хотела, ведь, рискуя собой, предупредила его! Но во взгляде мужчины было столько холода, словно она его продала с потрохами. Этот холод обжигал, разрывая старые раны души, оставленные виной. Сдержать слезы не удалось. В конце концов она была всего лишь девушкой, у которой просто не осталось сил выносить удары судьбы без всякой опоры.

Замерев у окна, мужчина, казалось бы, невозмутимо скрестил на груди руки. План, зародившийся у него в голове был до смешного прост и гениален, одновременно. Словно не заметив слов девушки, он резко развернулся.

– Джек, отдай папку мисс Оуэн и проводи ее до ворот, посади в экипаж и удостоверься, что моя убийца покинула наш дом, пожалуйста. - металлическим тоном проговорил Бэн, остановив немигающий взгляд на Эрике. – Мистеру Баррингтону я скажу, что ты уехала. И передай тем, кто тебя послал, что, когда я доберусь до них, все девять кругов Ада вместе взятые покажутся им просто раем.