Орион

Глава 1.

Никогда не знаешь, что ждёт тебя впереди. Через шаг, через два. Через мгновение или час. А уж загадывать наперед - гиблое дело. Сужу по себе.

Все мы знаем, что время делится на три периода: прошлое, настоящее, будущее. Прошлое постоянно, оно свершилось. Будущее неизвестно. Ерундой занимаются те, кто строят предположения, пытаясь предугадать его. Есть определенная закономерность последовательности будущих событий, которые можно усиленными стараниями выстроить, создать для этого условия. Если ничто не нарушает ваших планов, то события неизбежно происходят в нужном вам порядке. И,наконец, самое  неуловимое и эфемерное - настоящее время. Его как бы нет, но оно есть. Заключить в какие-то рамки его невозможно. Настоящее мгновенно поглощается прошлым. Получается, что наше настоящее непостоянно, оно все время в движении, струится сквозь пальцы, как вода. Выходит, что прошлое монстр, пожирающий все вокруг, включая нашу жизнь?

Философия и психология жуткие науки. Начнёшь мыслительный процесс и остановиться сложно. Только страх забрести в непроходимые дебри, где есть опасность потеряться навсегда, даёт силы дать себе внушительный пинок и не заморачиваться на такую ересь. Да простят меня корифеи философии, психологии и психиатрии, заодно. 

Хочу сказать, что не считаю прошлое монстром, вопреки своим выводам. Отрезок жизни, который пополняется новыми впечатлениями, обогащается опытом и знаниями, копит чувства, эмоции, включая счастье и боль. Оно неизменно. Никуда от него не деться. Единственная задача - не позволять ему мешать жить дальше. Обязательно счастливо, отпустив прошлые страдания, пополняя его новыми впечатлениями, уверенностью в себе, любовью к близким.

У меня есть близкие люди. Когда я с ними, все ужасное уходит прочь. Я умиротворена и счастлива. Если бы мне предложили изменить прошлое на более счастливое, пообещали бы, что смогу вычеркнуть из своей жизни весь ужас, что пережила, но взамен потеряла бы друзей - я бы отказалась.  Даже думать бы не стала, ни секунды. Как бы я жила без них? Где бы я была? Кем бы стала?

Наверное, всё-таки, правы некоторые представители человечества, утверждая, что в жизни все предопределено. Называют это судьбой. Одно событие, решение, поступок, слово, вздох, даже мимолётно промелькнувшая в маленьком мозгу пигмея, почесывающего свое рахитичное брюхо на другом конце Земли, на одном из богом забытых тихоокеанских островов, мысль, может сыграть судьбоносную роль в жизни миллионов, нет, даже миллиардов людей. Как цепная реакция. Каждая жизнь, короткая ли, длинная, встраивается в гигантскую цепочку, вплетается в многослойную спираль мироздания. Почему многослойную? Просто, убеждена, что существуют параллельные миры, отображающие наш, в перевёрнутом виде. Почему спираль? Объясню. Из-за витков, которые располагаются один над другим. Бесконечно. Комплементарность обеспечивает эту бесконечность повторения жизни и судеб ( предопределенность),  не давая застыть и самоуничтожиться. Жизнь -движение. С каждым витком информации больше. Она копится и передается следующим виткам. Наша генетическая память, матрица души. Дух захватывает от сознания, какую бездну знаний мы храним. Это и есть бессмертие. Когда-нибудь и моя душа, сохранив накопленную за мою жизнь информация, оставит физическое,ни на что негодное тело, и перейдет на другой уровень.

Можете не согласиться со мной и послать подальше, сразу и навсегда. Но можете просто послушать историю моей жизни. Одну из историй.

Я всегда чувствовала момент пробуждения. Сложно объяснить, как это происходит. Да и не пыталась это сделать. Бесполезно. Сны я видела очень редко. И всегда их боялась. Потому, что они были вещими. Всегда. Скажи я об этом кому,засмеяли бы. Если бы осмелились, конечно. Но это сейчас. Раньше за такие предсказания огребала по полной, пока не научилась молчать. Давно уже не та наивная малышка с радужным видением мира,когда могла часами наблюдать за зверушками, полетом бабочек,загадывать желания божьей коровке (каюсь, и сейчас так делаю, но это страшный секрет), любоваться облаками и цветами. Не помню даже, когда перестала верить в сказки и добрых фей. Уродливая сторона жизни коснулась меня довольно рано, выжигая клеймо на сердце и превращая в холодную, расчётливый стерву. Друзья меня называют снежной королевой за хладнокровие и невозмутимость при любых ситуациях. Кажется, обрушится небо на Землю - глазом не моргну.

Странность в том, что когда мне что-то снилось, пробуждение было лёгким. Просто открывала глаза. Некоторое время осмысливала то, что мне приснилось. Затем, забывала об этом напрочь, пока не сталкивалась со своими снами наяву.

"Бред собачий! " - возмутитесь вы. Укажете на то, что я писала ранее о будущем времени. Как я могу противоречить самой себе? Убейте, но объяснить не смогу. И ,не думаю, что это так важно.

Так вот. Продолжим повествование о пробуждении. Когда сны мне не снились, прямо перед тем,как проснуться, видела свое тело со стороны. А потом, с силой врезалась в него и боялась открыть глаза, прислушиваясь к окружающей действительности. Сердце бешеного колотилось, пот липкой противной моросью покрывал кожу, собираясь в тяжёлые соленые капли и стекая по вискам, шее, груди, впитываясь в одежду и постель. Ступни и ладони становились ледяными. Успокоившись, тяжело вздыхала и перлась в душ, под обжигающе горячую воду, чтобы вытравить из себя мерзкое чувство страха и могильного холода. Почему все это со мной происходит, я не знала. Но навсегда запомнила, с чего все  началось. Этот эпизод жизни закрыт в самом дальнем закоулке памяти. Может быть, когда - нибудь, смогу заглянуть в этот темный уголок на полках хранилища мозга и даже наберусь мужества вспомнить детали, но не сейчас.

В остальном, будем знакомы - я самая обычная девушка двадцати пяти лет, средней комплекции, с темно - каштановыми волосами, с милым личиком, которое люто ненавидела. Большие зелёные глаза, тонкие дуги бровей, аккуратный носик, высокие скулы и пухлые губы бантиком - это я. Убиться, не встать! Это кукольное личико доставило мне немало неприятностей в прошлом ( не вспоминать код доступа к файлам памяти !!!).

Глава 2.

- Валь, алкашня, немедленно поднимай свою задницу. Мы опаздываем, - заорал Гена, сдернув одеяло с друга, который укутался в него с головой. Пьяное тело чуть не слетело с кровати, но в последний момент, удержалось на самом краю. Рыжик свернулся в позу эмбриона , уткнувшись в любимую подушку Гены , между прочим, пуская слюни. Гена быстро свернул одеяло и аккуратно положил его на кресло.  Дал смачный подзатыльник оболтусу, которого за последний час несколько раз пытался разбудить. Парень замычал и притих.
Валька был человеком – котом. Три основных инстинкта породы кошачьих он точно придерживался: жрать, спать и гулять. Слово гулять имело ооооочень расширенные границы. После одной из таких прогулок как раз и вернулся котик вчера вусмерть нажравшийся алкоголем. Ни в какие ворота не лезет такое поведение. 
От исходящего  от парня амбре, Гена поморщился.
- Убил бы, - раздражённо пробубнил он себе под нос. Несерьёзно, конечно. – Только некогда возиться. И труп спрятать проблемно. Надо разбудить и привести в надлежащий порядок.
Они уже опаздывали на встречу с директором клуба, где парни выступали каждый вечер.
Гена сделал глубокий вдох, выцепил из глиняного кувшина , стоявшего на тумбочке возле кровати, страусиное перо. Валь страшно боялся щекотки и ступни были самыми уязвимыми в этом плане. Единственный способ поставить его на ноги – щекотка. Это перо было боевым  трофеем Валя. Парень хмыкнул, вспомнив то безумное проникновение на территорию зоопарка.  Рыжику срочно понадобилось увидеть страусов. В тот вечер они напились до потери пульса. Валь с восхищением рассматривал высоких, сильных, совсем не дружелюбных птиц. Ещё бы. Кому бы понравилось, что будят тебя ночью, спокойно спящего в вольере и нагло лапают. Непонятно, какая хрень творится в дурной башке у этого парня в остальное время, но в тот вечер он решил пощупать мышцы страуса. За что и получил в бубен трехпалой лапищей, от офигевшей от такой наглости, птицы. В конечном итоге, Валя дотащили домой с выражением лёгкой прострации на лице и страусиным пером , крепко зажатым в ладони.
Высокочастотный визг парня, подскочившего в кровати, чуть не оглушил.
- Ты, что творишь, мать твою? – выругался рыжик.
- Проснулся? – невозмутимо спросил Гена, возвращая перо на место.
Взъерошенное чучело, в виде похмельного Валя, то ещё зрелище. Он выглядел несчастным, злым и забавным одновременно. Лохматые волосы напоминали гнездо. Хмурый взгляд голубых глаз не затронул ни единой жалостливой струны в сердце друга.
- Вместе же накачались, какого ты выглядишь таким…таким…, - он сморщился от прилива головной боли, но пощелкивал пальцами, пытаясь подобрать нужное слово.
- Трезвеньким? - ехидно поинтересовался Гена.
-  Ага. Похож на счастливого святошу. Ангелочек ты наш.
Парень застонал, потирая виски пальцами. У него был глубокий бархатный голос , который сейчас больше был похож на скрип плохо смазанной двери. Если и дальше будет злоупотреблять куревом и алкоголем, ничем хорошим для его связок это не закончится.
- Валь, просыпайся уже. Мы опаздываем к Климу. Об остальном поговорим позднее. На выпей, - он протянул ему стакан  с водой, в который бросил две таблетки от похмелья. Шипящий напиток смешно стрелял пузырьками. Валь выдул его до конца, разгрызая остатки нерастворившихся таблеток.
- Черт! Я облажался опять, да? – вздохнул он тяжело, пытаясь рассеять туман в голове. Но ничего не вспоминалось. Гена ушел на кухню, варить кофе.
- Подъем!   – резкий ор проник в голову острой болью.
В спальню забежал ещё один представитель их зверинца. Уже успевший принять душ, пытавшийся одновременно просушить волосы полотенцем, натянуть футболку, свернувшуюся жгутом на влажной коже, и собрать рюкзак. Олежка с дикими вытаращенными глазами что-то  искал. Это что-то Валь ему ни за что не отдаст, пока сам не проснется окончательно и этого растеряшу не доведет до белого каления. Вечно где-то сеет телефон. И оставляет его незапороленным, обычно. Если кто найдет, от шока сдохнет. Олег тот ещё ходок и обожает снимать свои похождения. Можно догадаться , какой компромат собран в его гаджете. Хоть нью камасутру пиши. Не отмоешься. Они особо не шифруются, но переходить границы, без надобности,  тоже не стоит. 
- Заткни орало, принцесса, - запаздало прошипел Валь.
Он проигнорировал колючий подозрительный взгляд друга, который пригвоздил бы к месту любого другого, как вводила в ступор его внешность. На нее велись особи обоего пола. Обаяние и красота парня отравляли разум сразу и наповал. Если не знать его сердцевину, конечно .
 Грёбаный Аполлон не шел ни в какое сравнение с этим самцом. Темно -каштановые вьющиеся волосы до плеч, бледная чистая  кожа, большие зелёные глаза с золотистыми крапинками, глубоко посаженные под смолистые дуги бровей, насмешливо изогнутые губы, в виде лучной дуги. Чуть длинноватый нос с чувствительными ноздрями, только придавал аристократичности лицу. Он двигался, как чертова модель. Его худощавая , как жердь, фигура, была предметом зависти коренастого Валя. Эти двое постоянно цапались, как старая супружеская пара. Но это не мешало им быть лучшими друзьями.
Валь хотел надавать люлей другу, но вдруг вспомнил, что у самого проблема по серьезнее.
- Куда я его заныкал? Черт ! Не мог же я его потерять? – застонал Олег, наконец , справившись с футболкой и закинув сырое  полотенце на кровать.
- Не ори, а. Голова треснет, как переспелый арбуз, - огрызнулся рыжик, с облегчением подмечая , что боль утихает.
- От арбуза хоть польза есть. А твоя черепная коробка пуста, как и твои барабаны.
- Это не мешает мне быть лучшим в своём деле и обеспечивать вас отличным бухлом и элитными телками, - самодовольно усмехнулся Валь.
- Это да.  Не поспоришь, - сдулся Олег.- Вашу мать, куда делся телефон? Может, позвонишь на него? – с надеждой посмотрел он на Валя.
- Вряд ли у него осталась зарядка, - безжалостно отнял он надежду у друга, отправляясь в душ. – И убери полотенце. Вонять будет, - прокричал он уже из ванной.
- Мудак. Знаю же, что он его взял. А то бы уже хай поднял. Зараза рыжая! Ведь , не отдаст просто так, - злился Олег, уже соображая, что потребует этот пройдоха взамен.
Через минут десять, перед Валем, принявшего после прохладного душа, более или менее человеческий вид, появились большая  кружка черного кофе.
Оставив Валя на кухне созерцать пейзаж за окном, заряжаясь кофеином, Олег и Гена переместились в гостиную. Рыжий тяжело  вздохнул, обхватывая горячую кружку и вдыхая густой аромат. Чувствовал он себя лучше, только голова слегка ныла. Но мыслительный процесс уже запустился. Стоит разобраться, откуда в клубе палево. Давненько ревизии не проводил в клубе. Злобный оскал предвкушения разборок, исказил мягкие черты симпатичного лица. Небольшой глоток горячей жидкости прошёлся по пищеводу и достиг желудка. Приятное тепло постепенно расползалось по телу, разгоняя сонливость и тошноту.
Когда Валь вошёл в гостиную, Олега уже не было. Гена, молча , взял сумку, перекинул ее через плечо и пошел на выход, попутно швырнув парню барсетку, где и обнаружился пропавший телефон. Он протянул его Гене. 
- Что сам не отдашь? – тяжело посмотрел на рыжика он. – Друг же заклятый.
- Дружба дружбой, друг, - насмешливо ответил Валь. – Если пропалится, всем достанется, - уже  серьезно добавил он.
- Это в последний раз, когда я тебе прощаю пропажу, - спокойно сказал Гена , протягивая телефон Олегу. Тот уже сидел за рулём микроавтобуса. 
Одного с Олегом роста, такой же дрыщ, Гена был очень опасен в ярости. Ёжиком стоявшие светло - русые волосы, высокие острые скулы, прямой нос, темные, глубокие глаза, крупноватый рот. Гена не был красавчиком, но опасная аура, окружающая его, притягивала.  Он был опасен и притягателен , как хищник в природе. Только хищник каменных джунглей. Единственный человек, кажется, у кого не было слабостей. 
Он уселся рядом с Олегом, а Валь прошел в салон и забурился на заднем сиденье. Включив телефон, он погрузился в изучение новых селок и фото посетителей клуба, участвовавших во вчерашней вакханалии.  По виду,  съехавших со здравого ума людей, с застывшими взглядами, он понял одну пугающую вещь – все очень плохо. Подтвердило его опасение и наличие одного скользкого типа, который засветился на заднем плане. Даже в профиль и в близко надвинутой на лоб кепке, эта «редиска» была узнаваема.
- Сука, - заорал Валь, ломанувшись вперёд.- Змей, глянь на эту падлу.
- Видел уже, - спокойно ответил тот, никак не прореагировав на кличку. – Если ты не заметил, ты мало что замечаешь в последнее время, слишком занят, - с сарказмом сказал Гена, - спешу сообщить, что твой телефон заряжен мной. И так, как тоже не заблокирован, естественно, что я прошёлся по снимкам. Эта крыса свободно рыскала по клубу вчера. Успел даже товар сбагрить. Понятно, почему.
- Прости. Это больше не повторится, - глухо выдал Валь.
- Отмахаемся от Клима, дальше будем держать совет. Влад уже в курсе. 
Оба проштрафившихся тяжело сглотнули. Ясень пень, слишком расслабились. Это было  недопустимо.
Прибыли на место за минут десять до назначенного времени. Как раз хватит, чтобы спокойно подняться в кабинет директора. Босс не любил опозданий. На его мнение ребятам было по хрен.  Но они уважали Влада, у которого дисциплина была на первом месте.  
Офис Клима располагался на шестом этаже высотки. Здесь была его основная работа. То, что он владелец клуба, не афишировалось. В приемной ребята нашли только лидера, который дремал, примостившись на диване, положив ноги на низкий стол.
- Рассаживайтесь. Клим задерживается, - произнес, якобы дремавший,  ровным глубоким голосом.
- Срань господня, Влад! Я на секунду подумал, что хоть раз увижу тебя нормальным человеком, - выпалил Валь.
На откровенно удивлённые взгляды и на приподнятую бровь лидера, рыжик смутился.
- Ну чего? Такое чувство, что он машина. Ничего человеческого: не пьет, не курит, баб вокруг не увидишь, как и смазливых мальчиков. Никогда не видел его спящим. Даже не зоофил, - горестно воскликнул он.
- Ты ох**л? Смерти хочешь? – дёрнул его за рукав Олег.
- Он хотел сказать, что у меня нет домашних животных, - невозмутимо пояснил Влад, не проявляя никаких эмоций.
- Кто его инопланетный понимает, кроме тебя ? – приземлился рядом с лидером Олег.
- Точно. Залетишь ты когда-нибудь,  мальчик, с твоими двусмысленностями, - хмыкнул Гена, прислонившись к столу.
- А ты прямо гуру грамотной речи. Оратор хренов, - огрызнулся Валь, подходя к панарамному окну.
- Что это с ним? – спросил Влад, пристально уставившись в спину парня. 
Открывшийся рот Гены, так и закрылся. В дверь вошёл поджарый мужчина с холодным взглядом серых глаз, тряхнув черными волосами с проседью, прошел в кабинет. Ребята последовали за ним.
Клим долго копошился в ящиках стола. Затем откинулся в удобном кожаном кресле с колёсиками и угрюмо уставился на парней. 
Клим знал об этих ребятах достаточно, чтобы быть уверенным в том, что сказанное сейчас проведет между ними жирную черту.
Валь  - рыжая бестия, кажущийся добродушным увальнем, доставлял больше всех проблем. Неугомонный, странный до отвращения в своих поступках и желаниях. Ветреный, но очень преданный друг. Этот душу продаст за то, что свято друзьям. Лишь бы не остаться один, он скорее умрет за каждого из этих ублюдков, не раздумывая. Барабанщик от бога, с охрененным голосом. А также, спец по всем видам оружия и взрывчатке. Увалень с грацией кошки. Кот.
Олег гитарист. Кто бы знал, скольких эта розовая принцесса отправила на тот свет своими изящными длинными пальцами, что так виртуозно перебирают струны, как будто занимается любовью с инструментом. Снайпер. Из тех, кто попадает белке в глаз на бегу. Ни одного промаха. Известен не только этим. Боец. Никто не знает, каким из видов единоборств он владеет. Информации об этом Клим нарыть не смог, как ни старался. Но это гибкое, стройное тело было опасно, как меч самурая. Не зря его прозвали Сегун. Он имел заслуженную репутацию среди известных кругов.
Змей. Гена. Таланты этого парня не смогли раскрыть не только его информаторы. О нем не было сведений, вообще. Только то, что воспитывала его троюродная  тетка, после смерти родителей. Женщина умерла давно, так что первоисточника не было, как и других родственников. Прошел армию, демобилизовался. И все. Никаких пороков, привязанностей. Отличный клавишник. Интересуется электроникой.
 Все эти мысли пронеслись в его голове молниеносно. Тяжёлый взгляд директора застопорился на Владе.
Лидер группы, собравший её ещё в армии и приведший в клуб « Орион» в полном составе.
Этот парень всегда приводил его в замешательство. Когда смотришь на него, возникало ощущение, что смотришь на текущую воду. Отвернется и не можешь в точности описать его лицо. Клим как-то видел нечто подобное на одном из старинных портретов. Единственное, что можешь вспомнить – угольно-черные глаза, затягивающие словно в омут. 
Темные волосы с каштановым отливом, длиной до плеч. Бледный овал лица, густые брови, нос с горбинкой, чувственный рот. Влад был обладателем крепкого спортивного тела, без объемных мышц. Самый высокий из парней. 
Его расслабленная  поза в кресле напрягала. Длинные ноги скрещены в лодыжках, локти на подлокотниках, а пальцы переплетены на уровне живота. Взгляд Клима задержался на них. Длинные, чуть кривоватые, с чистыми овальными ногтями. Этот парень, вообще сводил его с ума своей невозмутимостью, не прилагая никаких усилий. Потому он и лидер. Одногруппники подчинялись ему без слов. Его копать он так и не решился. 
На реплику Клима:  « Я выясню про тебя все. Найдется же хоть что-то, что даст возможность  взять тебя за яйца?» Хватило одного слова парня: « Дерзай».
Пауза затянулась. Мужчина откашлялся, прочищая горло, стукнул ладонями по столешнице и решился начать нелегкий разговор.
- Я продаю клуб.
- Так мы его покупаем, - от холодного голоса Влада, Клим разом взмок. 
- Секач в городе.
- В курсе,- подал голос Гена.
- Тогда, два года назад, он отступил, сейчас не прокатит. Силы не равные. Если откажусь, он пустит меня в расход, - не выдержал Клим, раздражаясь.
- А наш договор? - хотелось стукнуть чем-то тяжелым этого хладнокровного ублюдка. Влад выжидающе уставился на него.
Клим ненавидел этого парня. Ненавидел за спокойствие, за его твердость духа, за то , что сам не был даже близко таким сильным. Хоть и считался серьезным мужиком. До сих пор сохранялась иллюзия, что эти парни просто музыканты. Не просто развлекающие толпу. В «Орионе» всегда был аншлаг. Именно из-за этой группы. Колоритные певцы, необычный вокал, тексты песен со смыслом,  музыка, приводящая в экстаз, позволяющая делать с собой , что угодно, лишь бы слушать и сходить с ума, подсаживающая на зависимость, не хуже наркоты. Интрига , царившая в клубе, качественные коктейли и музыка – главные составляющие процветания. И никакого криминала. Клим ни за что не уступил бы « Орион» кому-либо другому. Продав его парням, он имел бы свой стабильный доход. Мужчина не был уродом, которому все равно, что скоро в этом месте появится наркота и будут разрушаться юные жизни. Он прекрасно знал Секача, как и парни. И не хотел стать первой жертвой, которую насадят на якорь, сбросив с моста. 
- Я не все сказал. Есть условие, что вы остаетесь.
- А в ж*** не дать трахнуть, без смазки? – процедил Валь, с трудом сдерживаясь от бешенства.
- Без пошлостей, - по привычке ляпнул Клим.
- Иди на х**, - вызверился Валь, опрокинув стул.
- По договору клуб наш, - раздался спокойный голос  Гены. Клим сглотнул вязкий ком. Его уже стало потряхивать от волнения и страха.
- Ещё три месяца, - все же выдавил он из себя.
- Хочешь сказать, что вложенные деньги тоже не вернёшь? – спросил Влад. Хотя , это было и так понятно. Его усмешка обдала смертельным холодом. Клима передёрнуло.
- Он потребовал все. Я сам на бобах остаюсь. 
- Ты жалок. Не знал, что тебя так легко поиметь,- сплюнул под ноги Олег. Клим поостерегся сделать замечание.
- Уходим, - встал Влад.
- Вы не можете так просто уйти. Ему не нужен клуб без вас,- подорвался Клим.
- Во, блядь, даёт! – восхитился наглости бывшего директора Валь. – Слышь, братва, мы, по ходу, в гарем к Секачу записаны.
- Заглохни, - рявкнул Гена.
Все уставились на Влада.
- Никто не говорил, что мы отдадим клуб. Он наш. Не думаю, что Секач тебя обидел. Дела проворачивать он умеет, если ему не перечить. За три месяца мы заплатим. Так что, договор в силе. 
Парни вышли из кабинета и , молча, направились на выход. Никто не проронил ни слова. 
- Ох**ть! – выдохнул Валь.
- Да замолчишь ты, наконец?  Или я вымою твой рот с мылом,- зашипел Олег.
- Ок, бро, - сразу пошел на попятный рыжик. Терпение Олега не стоило испытывать. 
- Я кое-куда съезжу.  Встретимся в клубе.
Сев на мотоцикл, натянув шлем и кожаные перчатки, Влад укатил. Парни уселись в машину и поехали в  сторону клуба.
Клим, стоя у окна,  проводил парней задумчивым взглядом. 
« Секач , сука нарвался. Я поставил бы на этих безбашенных,» - подумал он, радуясь, что вышел из игры, только  слегка потрёпанным.

Глава 3.

Я задыхалась. Те крохи воздуха, что просачивались через сжатое удавкой горло, поддерживали во мне искорку сознания. Сердце трепыхалось, как пойманная птица. Вот-вот затаится, сжавшись. Тело скрутило болью, ощущение, что тебя засунули в бетономешалку и включили ускоренный режим. Запах перегара, дешевых сигарет и кисло-горькое «амбре» немытого тела обжигали носоглотку.  Я выбиралась из потока паники и ужаса, что меня накрыли с головой. «Это сон. Кошмар, что меня преследует много лет. Надо открыть глаза. Только открыть глаза,» - билось в воспаленном мозгу.
Я резко присела в постели и несколько минут смотрела прямо вперед. Зрение возвращалось постепенно, наводя фокус. Наконец, четко увидела рисунок обоев, картину с осенним пейзажем. Рука скребла область сердца. Оно почти успокоилось. Растянутая длинная футболка, заменяющая  мне пижаму, была влажной от липкого пота. Занавешанное тяжелыми гардинами окно, не пропускало свет, но я знала, что еще рано. Внутренние часы никогда не подводили.  Глубоко вздохнув, стянула футболку и откинулась на постель . Тут же , взвизгнув, подскочила. Сырая постель успела остыть и ее соприкосновение с горячей кожей было неприятно. Теперь-то  точно, окончательно проснулась.
Горячие, обжигающие струи душа принесли облегчение. Завернулась в пушистый желтый халат и прошла за стойку. Приготовила себе чай с бергамотом и тостами.  Зашла в контакты, поздоровалась с друзьями. Мне никто не ответил, но я и не ожидала. Светка любит поспать до последнего,  Мара точно занята выбором костюма на сегодняшний день и макияжем. Серый, без сомнения, с очередной машиной возится. Если попадался интересный экземпляр железного коня, он забывал , что надо спать и есть. Так что, со спокойным сердцем углубилась в новый роман, что приобрела на днях. Хрень полная. Эта книга точно не займет место на полке любимых романов. Отложила ее и пошла одеваться. Взглянув на часы, поняла, что  уже опаздываю. Вот, умудрилась же. 
День не задался с утра. Сон дурацкий. Затем вляпалась в лужу. Высокие ботинки спасли ноги от промокания. Но, для меня это было бы прекрасно, так легко отделаться. Проехавшая рядом с бордюром машина, обдала веером грязного душа. Мой кожаный плащ защитил одежду, но лицо  умыло. Сердобольная тетка, проходившая мимо, ругая на чем свет стоит нерадивых водителей, протянула влажные салфетки. Возвращаться не имело смысла. Я и на работе могла себя привести в порядок. Короче, когда я добралась до офиса, уже безбожно опоздала. Шеф ненавидел и опоздания, и опаздывающих. Надеясь, что еще не заметили мое отсутствие на рабочем месте, что не так уж и странно, учитывая мою курьерскую деятельность, прошмыгнула в бытовку. Мимолетно встретилась взглядом с Эллочкой.
« Опять невезуха! – в голос простонала.- Что за напасти? Выдаст же ,сука, с потрохами.»
У нас с этой крашенной ведьмой была взаимная «любовь» с первого взгляда. В отличие от остальных коллег, она сразу раскусила, что кукольная внешность еще не означает ангельский характер и , что я равнодушна к ухаживаниям мужчин. Раз не конкурентка в борьбе за мужское внимание, могла бы не замечать меня, но Элла не была бы собой, если бы не делала пакостей.  До сих пор, мне удавалось с ней не пересекаться, сегодня же она не упустит случая нагадить. 
В комнате отдыха, позаимствовав чужое полотенце, почистила плащ, молясь, чтобы разводов не осталось после сушки и  пошла умываться. Небольшое ответвление надежно прятало туалетные комнаты от общего коридора. В первый раз за сегодня удача повернулась ко мне лицом, а не попой. Тщательно умывшись, навела легкий марафет. Краситься не любила, от слова совсем. Но, бесцветным негативом ходить ,тоже не улыбалось. Тем более, после сегодняшних приключений. Так вот, не успела я гордо выплыть из-за угла, как пришлось моментом заныкаться, слившись со стенкой. Чуть не попалась. Почему я это сделала ? Хотела бы я знать ответ на этот вопрос. Ведь, Палыча я не боялась. Просто, было не удобно. А также, внутренне чувство опасности забило тревогу. Взяв себя в руки, аккуратно выглянула наружу. У дверей приемной директора стояли сам хозяин офиса, две гориллы-охранника (не наши, кстати, зверюги) и худосочный нервный тип, с маской всепрощенского милосердия на лице. Ага. Так тебе и поверила. Вон какой Палыч бледный. А выражение недоумения и растерянности ему совершенно не шло. К тому же, уходя, этот глист в корсете фамильярно хлопнул Палыча по плечу. Наш добряк поморщился. Конечно, неприятно. Дождавшись, пока троица скроется и директор закроет дверь в кабинет,  прошла в помещение.
Эллочка, пристроившись целлюлитным огузком на соседний от меня стол,  открыла рот, чтобы выдать очередной перл, как меня вызвал Палыч.
- Георгий Павлович, вызывали?
Мужчина уставился застывшим взглядом в столешницу. Ладони были сжаты в кулаки до побелевших суставов.
- Ася Андреевна, у меня к Вам просьба, - он уставился уже на меня тяжелым взглядом. – Необычная. Если откажетесь, я пойму.
- Скажете, решу, как мне поступить, - выдала я.
Как всегда, мой язык озвучивает все, что придет в голову прежде, чем эта голова профильтрует ответ.
- Мне надо, чтобы Вы сходили кое-куда. Нужно передать письмо.  Дозвониться не получилось, а сообщение передать жизненно необходимо.
-  Нет проблем, - спокойно ответила я.
- Ты не понимаешь…
- Надо доставить сообщение, но так, чтобы за мной не проследили. Так?
- Ты очень умная девочка, Ася, - произнес Палыч , без фамильярностей. – У компании появилась проблема. Ее нужно решить прежде ,чем мы все потеряем работу. За себя я особо не переживаю. Не хочу лишать работы людей. Сама знаешь, что из всего коллектива, если двое или трое устроятся прилично, это уже будет хорошо. Остальные никому не нужны.
Я с чувством глубокого уважения посмотрела на этого обычного человека. Среднего роста, упитанный, лысеющий, с хмурым лицом, Палыч,  был хорошим человеком. 
- И ,честно говоря, мне претит подчиняться какой – то мрази.
Мужчина стукнул кулаком по столу. 
- Прости. Трудно сдержать эмоции, когда так хочется съездить по наглой роже, но не можешь себе этого позволить.
- Говорите куда идти. Я отнесу конверт.
Палыч за минуту нацарапал небольшое письмо, вложил его в конверт и протянул мне. 
- Будь очень осторожна. Не думаю, что они на что-нибудь решатся сейчас. Но, гарантировать не могу. Мне жаль, что втягиваю тебя во все это.
- Кто, если не я? Все будет хорошо. Не переживайте за меня.
Я побежала в бытовку,  провожаемая несколькими парами удивленных глаз и змеиным взглядом одной ведьмы.
Из шкафчика достала куртку,  переобулась обратно в ботинки. Туфли мокрень не переживут. 
Если я правильно поняла, то Палыча решили крышануть. Но зачем? Компания небольшая. Тогда, хотят отобрать. Это более похоже на правду. Своего посадить. Нормально! Сесть на все готовое любой дурак сможет. Компания хоть и маленькая,  имеет постоянных клиентов и довольно известна. 
Не стала спускаться лифтом. Но и в общий холл тоже не вышла. На втором этаже, в конце коридора, где туалетные комнаты,  была дверь, выходящая на пожарную лестницу. То, что надо. Дверь закрыта, но окно в туалете открыть не проблема. Затем, по широкому карнизу несколько шагов и оп – на лестницу. Красота. Глухой переулок. Слава Богу, пустой. Через черный ход небольшого магазина попала в зал. Подмигнула продавцу, уставившемуся на меня в недоумении, и вышла на улицу. Поймала такси. Машину остановила за два квартала от пункта назначения. Маневр с черным ходом мог и не прокатить. Поэтому, заглянула в кафетерий. Слезно попросила молоденькую официантку вывести меня незаметно.
- Мой парень зол. А когда он зол, то себя не контролирует. Помоги, а.
Соответствующее выражение для кукольного лица и мне помогают, сочувственно советуя порвать с дебилом. Задержись хоть на секунду, мне бы поведали много чего о собственной жизни, но я торопилась. Странно, но очень захотелось остановиться и поговорить с девушкой. Такая тоска в глазах, что аж передернуло и запах тлена. Когда он шибанул в нос, чуть не воткнулась головой в косяк двери. Официантка поймала меня за локоть. Не давая себе раздумать, крепко приобняла девушку.
- Тебя как звать? - спросила, не выпуская из объятий. Девушка задрожала и всхлипнула.
- Катя.
- Так вот, Катя. Я твой верный друг. Навсегда. Не разочаровывай меня, сделав глупость.
Отстранившись, вытащила свой телефон. Протянула руку к Кате. Сообразив, что от нее хотят, она протянула свой. Сохранив свой номер в ее контактах, позвонила на свою мобилу и сохранила номер.
- Звони в любое время. Поняла? – девушка кивнула.- И только попробуй не ответить, если я позвоню.
Катя солнечно улыбнулась. Что же тебя убивает, подруга?
- Мне может понадобиться твоя помощь. Учти это.
Надеюсь, что последняя реплика заставит ее не делать глупостей. Ведь, чаще всего люди живут ради других. А от Кати за версту веяло холодом и одиночеством. И смертью. Она не больна физически, ее душа в агонии. Я обязательно свяжусь с ней.  Чуть позже. Кто бы объяснил, почему мы помогаем одним, а на других не обращаем внимания? 
До нужного здания добралась быстро. Зашла с парадного хода. Если и были наблюдатели, то точно меня потеряли, еще у магазина. Я играла роль шпиона с удовольствием, как бы не доигралась. Попой чувствую неприятности. 
Проблемы начались с проходной. Письмо на ресепшине оставлять я отказалась, пропустить меня к босу никто не собирался.
- Девушка, ну мне очень надо к вашему директору.
- Простите. Только по предварительной записи.
Будь я в соответствующей этому месту одежде, а не одета, как тинейджер, может у меня и получилось бы добраться хоть до приемной. А так. Никаких шансов.
- Можете позвонить секретарю? Возможно, он доложит. Мне только передать письмо.
 - Оставьте здесь, отнесут вместе с почтой.
- Боже. Ну, что за люди? Тогда , я здесь посижу. Дождусь его лично.
- Девушка. Здесь нельзя долго находиться. Запишитесь на прием и уходите, - прогремел над ухом голос. – Или придется выставить Вас силой.
Развернулась, чтобы оценить угрозу. Здоровый охранник был решительно настроен меня вывести силой ,если что.
- Что здесь происходит? – послышался до боли знакомый голос.
Так и есть. Высокий, гора мышц, крупные черты лица. За то время, что не видела, заматерел. В дорогом костюме от ,хрен знает, какого дизайнера, одни туфли чего стоят и массивные часы на запястье. Спасибо Маре. Я отлично разбираюсь в этой шелухе, необходимой, чтобы выглядеть солидно.
- Леша? – робко спросила я, боясь ошибиться. Эмоции грозили вырваться , сшибая все вокруг.
- Яся? – пораженный уставился на меня мужчина.- Мелкая, какими судьбами? 
Он стремительно двинулся в мою сторону. Не успел подойти, как звонкая пощечина отпечаталась на суровом лице. Охрана дернулась, но была остановлена движением руки.
- Гад, сволочь, идиот…, - глотала я слезы ,градом катившиеся по щекам, продолжая бить по груди кулачками.
- Пойдем, - мягко взял меня под локоть амбал и потащил в лифт. 
- Я пойду? – послышался глубокий голос. 
- А, да, Влад. Увидимся, - бросил в сторону высокого парня Леша и все свое внимание направил на меня. Влад с кошачьей грацией направился к выходу. Очень интересный субъект. Но я о нем забыла моментально, как только закрылись двери лифта.
- Ну , Яся.  Прекрати разводить сырость. Я тоже рад тебя видеть, мышка.
Хмыкнула, расслабляясь и вытирая слезы рукой.
- Прости. Я давно тебя похоронила. Дядя Толя был прав. Он тебя ждет до сих пор, - с укором посмотрела на моего старого друга.
- Я обязательно навещу его, обещаю.
Лифт остановился. Пройдя просторное фойе, мы подошли к широким дверям, за которыми оставили охрану. За столом  в приемной сидел молодой симпатичный парень. Он уважительно привстал.
Кабинет, в который мы вошли, был поистине огромным. Добротно заставленным дорогой мебелью. Широкие панорамные окна открывали вид на весь город. 
- Такие пространства  нужны, чтобы ошеломлять всяк сюда входящего? Только не говори, что должны терять надежду на спасение, - хмыкнула я.
- Смотря, кто и зачем сюда является, - строгим голосом ответил Леша, усаживаясь за неприлично большой стол.  Могу ли я его так называть? 
- Вот. Это передал мой начальник, - протянула я конверт и присела на один из стульев, окружающих длинный стол, стоящий перпендикулярно столу боса.
Ничего не отразилось на лице мужчины. Он ткнул в кнопку вызова. Секретарь  появился бесшумно.
- Ивану передай.
Парень коротко кивнул и также бесшумно вышел.
- Дисциплина у тебя на высшем уровне. Уважаю, - похвалила я. Стало неуютно.
- Посмотри на меня , мышка, - посмотрела ему прямо в глаза.- Я для тебя тот же Леша. Для нас ничего не изменилось, сестрёнка. 
- Спасибо тебе, - выдавила я с трудом, подавляя очередную порцию слез.
- За что?
- За то, что жив.
- Иди ко мне. 
Леша легко поднялся и вышел из-за стола. Я подбежала и крепко обняла его, прижавшись к родной груди.
Не выпуская из объятий, подвел к дивану, стоявшему у стены и уселся рядом.
- А теперь, рассказывай, как ты жила до сих пор. 

Глава 4.

Лешке я рассказала все. Он вытащил из меня даже то,  о чем я уже и  забыла. Чувствовала себя так, как будто вернулась , после долгого отсутствия, домой. Леша не был мне родным братом.  Наше побратимство имело свою грустную историю.
Первая наша встреча состоялась не в самый лучший период моей жизни. Сломленное, разбитое , можно сказать, уничтоженное нечто. Просто существо, которое еще дышало.  По детски наивное упорство юного тела, которого вынуждало как-то существовать. Тогда у меня еще не было ребят.
Я жила тогда еще с бабушкой. После смерти родителей прошло больше года. Мы с ней отлично ладили. Умная, начитанная,  жизнерадостная, она стала для меня всем. Это она приучила меня к книгам. Научила их любить и понимать. О родителях я вспоминала с теплом и улыбкой, представляя себе, что они отправились в далекое путешествие. В двенадцать лет, когда кого-то теряешь, это легко сделать, если воображение не подводит. Я хорошо училась, была примерной девочкой.
В один день все изменилось. Мы жили в городе, а на выходные или каникулы ездили в деревню, что находилась в полтора часах езды от города. Небольшой домик, с микроскопическим садиком в несколько деревьев и такой же огородки с носовой платок(утрирую, конечно), были для бабули отдушиной. Все -таки, воздух чище, зелень посочнее, да и со своей земли овощей набрать или фруктов нарвать, это здорово. У меня был там велик, на котором я с удовольствием каталась. С деревенскими не дружила, тем более, что моих сверстников там не было. Мелюзга неинтересна, а повзрослее юноши и девушки играли в совсем другие игры. И чаще ошивались в городе, прикрываясь учебой.  Взрослые же, утром уезжали на работу в город, а вечером возвращались. В деревне оставались бабки, дедки, да внуки.  
Мне шел уже четырнадцатый год, а я все не торопилась вырасти, что и сыграло со мной злую шутку. Это я сейчас понимаю, что нельзя быть такой наивной. Для меня слова дружить или любить, встречаться имели совсем другое значение, чем для моего окружения. Будь у меня в подружках не книги, может быть я и была бы более приспособленной к жизни, более просвещенной. Я  не дружила с мальчишками, но это не значило, что меня обделяли вниманием. И на то были свои причины. Намного позже я сожгла все свои фотографии, но недавно, бабушкина подруга, баба Клава, отдала мне стопку фотографий с бабушкой. На некоторых из них было и мое изображение. Последняя фотография с живой бабулей была сделана на моем тринадцатом дне рождения. Я взглянула на себя по-другому, в свете последних событий. Натуральная Мальвина, только волосы не голубые и глаза зеленые. Точеная фигурка, со всеми нужными аккуратными выпуклостями. Было на что засмотреться. Такой наивный чистый взгляд. Как такое могло не привлечь?
 Я и не подозревала, что стала объектом вожделения взрослого парня.  На соседней улице жил одинокий старик, дед Федор. Трудолюбивый и домовитый. Крепкий дом, аккуратные ряды деревьев, ровные грядки. Ни сучка, ни задоринки. Когда мы приезжали, дед Федор приходил на чай, поздороваться с бабушкой, а потом и на прощальные посиделки. Из рассказов бабушки я поняла, что мой дедушка и деда Федор были закадычными друзьями. Он иногда помогал бабушке в хозяйстве. В тот  год к нему в гости приехал внук. Старик поспешил обрадовать бабулю. Ведь, уехав много лет назад, дочь так и не показалась на глаза отцу. Историю их семейной трагедии я не знала, да и не нужно мне это было. В первый раз я увидела парня в магазине. Блондин лет двадцати, с холодными голубыми глазами. Худощавый и нервный какой-то. На меня он не произвел никакого  впечатления. Хотя, многие не согласились бы со мной. Его сальный взгляд и заинтересованный свист, при первой встрече, меня не вдохновили. Неприязнь – это все, что я почувствовала к этому парню.
Второй и третий раз, он уговорил дедушку придти к нам в гости.  Парень откровенно заигрывал со мной, позволяя «случайные» касания. Бабуля не была дурой. Да и дед тоже. Так ,что больше они у нас не появлялись. Думала, что Юра будет меня преследовать. Но к счастью, он меня больше не беспокоил. Я  видела его несколько раз с девушками постарше и успокоилась. И зря. Как оказалось, он следил за мной, выжидая удобный случай, застать наедине. И дождался.
Однажды бабушка пошла навестить подругу. Я сидела под деревом, раскачиваясь на качелях и читала книгу. Появление передо мной Юры, было неожиданностью. Внутри все сжалось от страха, хоть я и пыталась выглядеть спокойной, не позволяя выплеснуться панике наружу. Когда ты становишься жертвой, ты всегда это чувствуешь. Инстинкт самосохранения срабатывает сразу. Парень был возбужден, лихорадочно облизывал губы, руки тряслись, глаза обшаривали мои голые ноги. Наивная ,но не дура же совсем, поняв, что я в реальной опасности, одна и мне никто не поможет, я сделала то, что в моих силах. Со всего размаху бросила в парня книгу и побежала к дому. Думала, что, если успею забежать и закрыть дверь, то он до меня не доберется. Только, девочка - подросток и двадцатилетний парень – это разные категории силы , скорости и сообразительности. Тем более, что жертву долго и упорно выслеживали.
Я успела закрыть дверь и накинуть крючок.  Парень ударился о деревянное полотно. Но дверь выдержала. 
Я стояла посреди комнаты, уставившись на дверь,  крепко прижав руки к груди. Сердце билось о грудную клетку испуганной птицей. Вот-вот проломить ребра.  Гул в голове не дал мне сориентироваться. Ни позвонить, ни на другой способ себя защитить ума не хватило. Жарким летом окна открыты настежь. Прижавшееся сзади горячее тело и удушающий захват шеи одной рукой и талии другой был предсказуем. 
Когда бабушка вернулась, она нашла меня на полу в той же комнате, без сознания.
Все, что происходило потом,  помню смутно. Отдельные слова, кадры в бело-черных тонах и чувство гадливости.
Если коротко, то парень исчез в тот же день прежде , чем узнают о его преступлении, коротко отмазавшись от объяснений деду, что ему пора домой.  Бабушка не стала поднимать шум и увезла меня в город на следующий же день, предварительно поговорив с другом. Мне она не сказала, но из телефонного разговора с кем -то поняла, что дед Федор повесился, не выдержав чувства вины. Никакого отклика от себя я не почувствовала. Как будто меня это и не касалось. Страшно благодарна была бабушке за то, что избавила от унизительной процедуры обследования у врачей и расследования преступления.  И так было нелегко. Словно выжали всю радость, оставив только горечь и беспросветную тьму. Наверное, так и чувствовали себя жертвы дементров. Ежедневные зависания в ванной до посинения, растертая до ссадин кожа и мое тупое безразличие пугали бабушку. Она держалась молодцом. Но однажды, увидев, что я сижу с лезвием в руках и плачу, она завыла. Без слез, без слов. Это отрезвило меня. Прижалась к ней и стала уговаривать  не расстраиваться и не изводить себя. Обещала, что никогда такую глупость, как самоубийство  не совершу. Бабушка не проронила ни слезинки, даже на похоронах родителей. Как я могла позволить себе сломать ее дух и волю? Чтобы  не чувствовала внутри,  умирать не хотела. И причинять себе боль тоже. С того дня,  зажила обычной жизнью. Если так можно сказать. Только по ночам долго не могла уснуть. Вот бабушка,  стала часто болеть. Дом в деревне был продан. Много денег уходило на лекарства.  В первый раз, когда бабушку госпитализировали,  чувствовала себя потерянным щенком. Только школа и каждодневные посещения помогали мне держаться. Надо было улыбаться, разговаривать обо всем подряд, чтобы она не переживала за меня.  Звонила, если задерживалась. Эти мгновения были ярким пятном в окружающем сером мире. Однажды,  задержалась в школе, приехала поздно к бабуле и возвращалась уже под вечер. Шел снег, ветер трепал полы моего пальто. Руки мерзли, где-то посеяла рукавицы. Я шла быстро, почти бежала. Хотелось скрыться за дверью квартиры, выпить горячего чая и забуриться под толстое одеяло. Человек ,подвергшийся насилию, видимо становится в сто раз осторожнее. У него обостряется слух, зрение, чувство опасности. Не знаю, как у других, так случилось со мной.  Топот ног, выкрики матом, услышала раньше, чем ватага шумно дышащих разозленных орангутангов в виде  возбуждённой толпы, вылетела из-за угла нашей новостройки.  Не будь я расторопней, наткнулась бы на меня. За секунду до появления угрозы,  присела за кустом. Залепленный мокрыми большими, рыхлыми снежинками он надежно скрыл меня. Светлое бежевое пальто слилось со снегом. Фонарь был дальше,  свет едва доходил до места, где я пряталась, сама мимикрировала под окружающую среду, слившись с пейзажем, злые дяди торопились, им было не до любований окружающими достопримечательностями. Так, что все сложилось в мою пользу - меня не заметили. Дождавшись, пока не утихнут звуки погони, побежала домой. То, что это погоня, не было сомнений. И мне не хотелось бы знать, кто жертва. Безумно хотелось побыстрее попасть в квартиру. Хоть там меня никто и не ждет, за родными стенами почувствую себя защищенной. Но, как говорится, мы желаем одно, а получаем то, что есть. 
Быстро набрала цифры кода и скрылась подъезде. Лифт, слава всем святым, работал. Вызвав его, постаралась расслабиться. Нога нервно застукала по плитке. Не получится быстро исчезнуть.  Чертов лифт всегда тащился медленно. Возникало такое ощущение, что он останавливается на каждом этаже.
У вас бывало чувство, что за вами кто-то напряженно следит? Мне стало печь затылок, на котором ощутимо зашевелились волосы. Со стороны лестницы, где , естественно, не горела лампочка, как в триллере или фильме ужасов, кто-то застонал. Раздалось шуршание, как будто протащили мешок с песком по полу и послышался звук падения.  Одновременно с этим, передо мной раскрылись двери лифта. 
« Как раз не хватает Чужого, морда которого свешивается с потолка и изо рта капает кислота, разъедая к чертям пол в лифте. Кажется, я схожу с ума». Нервно икнула.
Да уж, чтение фантастики и просмотры  соответствующих фильмов сказались на мне не лучшим образом.
Объясните мне, почему человек совершает те или иные поступки?  Я и сегодня вам не смогу этого объяснить. Иные действия мы совершаем под действием эффекта, другие из чувства долга, простого  любопытства.  Я благодарна судьбе или еще кому-нибудь, кто направил меня на ту лестничную площадку.  Мной не двигало ничего из ранее перечисленного. Это точно. Мое психологическое состояние работало не совсем так, как ожидается у жертвы. Просто пошла и все.
В углу лежало тело. Со страхом, да и с состраданием,  потрясла человека за плечо. В ответ никаких щевелений или звуков. Взяв мужчину под подмышки, потянула вниз. Всего четыре ступеньки.  Лифт , к счастью, никто не вызвал.  Мне удалось запихать тело в него, довезти до квартиры и затащить в коридор. Несколько минут просидела, пытаясь отдышаться. Вся взмокла от усилий. Освободившись от верхней одежды, присела около моего подопечного.  Если не обращать внимания на разбитое лицо, то передо мной лежал длинный  худощавый парень. Ни куртки, ни пальто нет.  У рубашки надорван ворот.  Брюки тоже с дырами на коленях.   Правый бок весь в крови. Как и коротко стриженные волосы, неопределенного цвета.  Парень не шевелился, ни издвал ни звука. Только тихое , сиплое дыхание выдавало,  что он просто в бессознании. Надо поторопиться. Необходимо срочно оценить масштабы катастрофы и оказать посильную помощь.У меня даже мысли не промелькнуло , чтобы вызвать скорую. Если его преследовали, то быстро найдут, чтобы закончить.