Осенью всё изменилось

Глава 1. Нижегородская

Москва встретила Елену не светом огней, как она себе представляла, а мокрым асфальтом и серым небом. Станция пахла чем-то кислым и стальным, а отовсюду — сквозь шаги и крики носильщиков — доносился запах чужих жизней. Люди торопились мимо, не глядя в глаза, и Лена, с клетчатой сумкой в руке и картонной коробкой, перевязанной бельевой верёвкой, чувствовала себя не просто маленькой — невидимой.

— Выходи быстрее, девочка, — сказала проводница, пожилая женщина с подведёнными синими глазами. — Москва ждать не любит.

Елена кивнула, пробормотала «спасибо» и ступила на холодную платформу. Ветер подхватил полы её пальто — старого, с чужого плеча — и заставил её дрожать. На улице было начало сентября, но в этом городе, казалось, осень начиналась сразу после лета, не спрашивая.

Общежитие, куда она направлялась, находилось на окраине, в районе Пролетарки. Три пересадки, неразборчивые указатели метро, толпа... Всё это уже вызывало у неё головную боль. Но Лена не жаловалась. Она ведь приехала жить по-настоящему, а не жалеть себя.

Её комната в общежитии была на третьем этаже. Две койки, стол, железный шкаф, маленькое окно с видом на серую стену соседнего корпуса. Вторую кровать занимала Наташа — рыжеволосая, с веснушками, такая же приезжая девчонка с длинным маникюром и журналом «Работница» под подушкой.

— Ты с детдома, что ли? — бесцеремонно спросила Наташа, не поднимая глаз.
— Ага, а как ты это поняла?
— Ну... тут таких много. Не переживай, привыкнешь. Только не влюбляйся. Тут это опасно.

Лена ничего не ответила. Её глаза зацепились за облупленный потолок, и в груди защемило — не от слов Наташи, а от неожиданной мысли: а кого здесь можно любить?

На следующий день она вышла на учебу, а ещё через месяц её приняли на Шарикоподшипниковый завод в отдел упаковки. Это было временно, пока она училась в техникуме, но Лена и этому радовалась.

В проходной её встретила высокая женщина в брезентовом халате:

— Новенькая? Иванова?
— Да, я.
— Улыбайся хоть немного, милая. Здесь без смеха с ума можно сойти.

Завод жил по своему ритму — грохот, стук, запах металла и масла. Все двигались быстро, точно и без эмоций. Лена пыталась делать всё правильно, но руки дрожали.

— Всё не так, — тихо выругалась она в обед, когда уронила подшипники на пол.
— Не переживай, — сказала женщина рядом. — У нас и начальник в первый день всё ронял. Живой будешь — научишься.

По вечерам Лена сидела у окна. Она смотрела, как за стеклом гаснут огни, как прохожие исчезают в темноте, и чувствовала, как её душа разливается тонкой плёнкой по этому городу. Внутри — было пусто. Но где-то под кожей уже теплилась мечта. Кто-то найдётся. Кто-то увидит её, простую, одинокую, готовую любить до боли.

Она даже записала это в блокноте:

«Я не красивая. Я не умная. Но я верю, что меня можно полюбить. Если не здесь — то где-то. Если не скоро — то хотя бы когда-нибудь».

И она не знала, что через две недели — на улице, в кинотеатре «Спутник», среди молодых студентов — он посмотрит на неё.

И всё начнётся.

Глава 2. В "Спутник" за спутником

Вечер в Москве быстро превращался в ночь, но для Лены день всё равно не заканчивался. Работая на заводе, она привыкла оставаться последней — не потому что ей хотелось, а потому что это было проще, чем возвращаться в пустую комнату общежития - но не сегодня. Они с Наташей договорились вечером пойти в кино, развеяться и отвлечься от повседневной рутины. Но в последний момент Наташа очень крепко заболела и слегла с температурой.

- Да ты иди, Лен, - поправляя на лбу смоченное в холодной воде полотенце, сказала Наташа.

- Да ну как же, я одна пойду что-ли? Что я там буду делать то... - замешкалась Лена.

- Придумаешь, давай, не дыши бациллами! - отмахнулась Наташа.

Лена послушно оделась, и пообещав подруге на обратном пути купить лекарства, вышла из комнаты. Путь до кинотеатра занял минут 40, Лена прибыла за 8 минут до начала сеанса, и, забегая внутрь, нечаянно толкнула плечом случайного посетителя. Бегло извинившись, Лена подбежала к кассе и купила билет. Отдышавшись, она решила всё-таки посмотреть на того беднягу, чьё плечо пострадало из-за её невнимательности. Он стоял у дверей, сдержанно и вежливо что-то обсуждая с товарищем, а её сердце вдруг забилось чаще. Парень, лет двадцати пяти на вид, был высоким, с легкой небрежностью в движениях, словно каждый его шаг был уже частью его будущей жизни, куда-то далеко, за горизонтом. Его глаза, несмотря на лёгкую усталость, были яркими и живыми, как у человека, который привык смотреть только вперёд и редко за спину.

Он отвёл взгляд, и их глаза встретились. Лена сразу почувствовала, как её лицо покраснело. Как это часто бывает: момент, когда ты совсем не готов, но всё уже случилось.

Молодой человек подошёл.

— У вас крепкое плечо, - сказал он с лёгкой улыбкой. - Я Дмитрий Ковалёв, а как же имя у обворожительной барышни, стоящей напротив меня?

- Лена, ой, Елена, - не своим голосом отозвалась Лена и кровь покинула её лицо.

- Елена... Прекрасное имя, такое же, как и его обладательница.

Голос Дмитрия был мягким, бархатистым, и Лена почувствовала, как её дыхание сбивается. Он говорил так, как будто ей не нужно было ничего объяснять. Она, конечно, могла бы ответить что-то умное, но сдержанно сказала:

- Спасибо.

— Ты новенькая, да? Я тебя здесь раньше не видел.

Он сделал шаг к ней и несколько темных кудрявых прядей небрежно упали ему на лоб. Дмитрий поправил прическу рукой и взглянул Лене в глаза. Бездонная темнота его карих глаз заворожила девушку. Вернувшись в реальность, Лена удивлённо кивнула, а потом решилась на небольшой шаг в ответ. Боже, он продолжает разговор! В её душе ещё не улеглась буря, и она хотела просто поговорить.

— Ты... ты здесь часто бываешь?

Дмитрий засмеялся — лёгким, непринуждённым смехом, который заставил Лену почувствовать себя важной.

— Я бываю тут часто, в моём институте студентам дают бесплатные билеты пару раз в месяц. Культурное просвещение, — ответил он.

- Ого! - вырвалось у Лены. - Вот бы и нам так же, но видать приезжим всё приходится покупать за свои деньги.

- А откуда ты родом?

- Из Нижнего.

- Новгорода?

— Да, из детдома, — невольно вырвалось у Лены, и её сердце тут же сжалось. Она часто слышала это в её адрес, но что-то в его голосе заставило её почувствовать себя уязвимой.

Он не отвернулся, не сделал шаг назад, не испугался. Он просто улыбнулся, как будто всё, что было сказано, не имело значения.

— Не важно. Ты здесь. И это главное. Ох, извини Прекрасная Елена, меня зовёт мой друг, но я обещаю, что мы ещё встретимся!

После того как они расстались в холле, Лена долго не могла успокоиться. Его слова всё вертелись у неё в голове, его улыбка как зацепка, не дающая покоя. Почему она так сильно переживает? Почему её сердце тронуло это маленькое, почти незаметное прикосновение в разговоре? Вечером, возвращаясь в общежитие, она едва держала себя в руках. Наташа сидела на кровати, с книжкой в руках. Она подняла взгляд и сразу поняла, что с Леной что-то не так.

— Что, Ленка? Влюбилась? — спросила она с лёгкой насмешкой, наблюдая за её напряжённым видом.

Лена не ответила, бросив взгляд на свою подругу. Та поднимала бровь, и её улыбка была чуть игривой.

— Похоже, да. Так кто он?

— Дима... Дмитрий Ковалёв, — прошептала Лена, так тихо, что, кажется, даже она сама едва слышала.

— Кто? Ковалёв? — Наташа вдруг застыла. — Это тот что-ли, сын генерала? Ну кучерявый такой, высокий, кареглазый? Ну? Он?!

Лена кивнула, не понимая, почему в её груди стало ещё тише и холоднее от этих слов.

— Сын генерала, да. Попала ты, подруга. — Наташа на секунду помолчала, затем быстро сменила тему: — Я бы на твоём месте не увлекалась им. Понимаешь, у него уже есть девушка. Катя, кажется, её зовут. Такая стройная, темноволосая. Модница. Откуда знаю, спросишь? А кто ж его не знает то!

Лена опустила голову, на губах появилась странная усмешка.

— Он даже не заметил меня, — сказала она, хотя сама знала, что это не так.

Тем временем Дима по возвращению домой, как обычно, занял место у окна в своей комнате. Он снял пальто и вдруг задумался, как странно и непривычно для него все это. У него было множество дел и обязанностей, но почему-то мысли о девушке с поникшими глазами не покидали его.

Дима несколько раз прокручивал в голове слова, которые она произнесла совсем невпопад. "Да, из детдома" это удивило его. Обычно такие люди скрывают сей факт биографии до конца, а она, казалось, не стеснялась.

Что-то в её простоте тронуло его. Это была не та слабость, к которой он привык, а сила. Чистота. Тот самый свет, который ему не хватало.

Потом он поднялся на звонок, пошёл открыть входную дверь. Екатерина, конечно, стояла на пороге. Его соседка, его любовница. Но мысли на минуту снова вернулись к Лене, к тому, как она стояла, глядя на него глазами, полными какой-то странной, невыразимой боли.

Что-то здесь не так. И он не знал, что будет дальше.

Глава 3. Сомнения

Прошло несколько дней, прежде чем Дмитрий снова увидел Лену. Он не был уверен, что это действительно он, кто её должен был найти, или она — его. Всё происходило как-то само, как будто их встречи не могли быть случайными, но при этом были достаточно бесследными. После очередной лекции, где Лена и сама не заметила, как время прошло в суматохе, она вышла в коридор и наткнулась на знакомое лицо.

— Привет. — Он стоял, прислонившись к стене, в том самом пальто, с которым она уже успела привыкнуть.

— Привет, — Лена застыла, её глаза сначала забегали, а затем остановились на его лице. Всё в этом человеке было чем-то завораживающим: от его уверенности до спокойного взгляда. Внутри неё всё сжалось, и она почувствовала, как тревога сковывает грудь.

— Я ехал мимо... Какие планы на сегодняшний вечер? Ты не голодна? — спросил Дмитрий, шагнув к ней и поглядывая с интересом.

— Мне... домой, — ответила она, хотя и понимала, что слово «дом» для неё не совсем точно отражает её местоположение.

Он заметил, как она смутилась, её взгляд стал немного дерганым.

— Здесь недалеко, — предложил Дмитрий, указывая на дверь в кафе, расположенное прямо напротив учебного корпуса.

Лена нерешительно взглянула на него. Зачем ей сидеть с ним? Зачем терять время? Но её руки уже сами потянулись за дверную ручку, а мысли медленно унеслись в сторону его тёплых, уверенных слов.

Они сели за столик у окна. Он заказал кофе и сладкое пирожное, а Лена — просто воду, потому что ничего не хотелось есть. Но его присутствие заставляло её что-то чувствовать, чего она не могла точно понять. Зачем она согласилась?

— Как тебе Москва? — спросил он, нарушая молчание. Его голос был мягким, и он, кажется, не ждал, что ответ будет на высоте. Но ему было интересно узнать о ней, странной девочке с тихими глазами.

— Обычно. Ну... — Лена запнулась, она не привыкла говорить о себе. Но тут, как будто что-то в ней дёрнулось. — Я же из детдома. Тут не то чтобы... много хорошего. У людей есть семьи, а я… — Она замолчала, поняв, что могла бы больше не продолжать.

Дима положил свою чашку на стол и поднял взгляд.

— Ты не одна, — сказал он, внимательно наблюдая за её реакцией. — Это важно. Ты же здесь. Ты уже взрослая. А для меня это многое значит.

Лена почувствовала, как что-то внутри неё потянулось. Она не могла понять, что именно, но почувствовала, как её сердце снова что-то ищет.

— И что, ты веришь, что я... — она начала, но не знала, как закончить.

— Да, я верю, — перебил её Дима, с лёгкой улыбкой. Он выдохнул. — Я просто знаю. Ты особенная. И я не могу не заметить этого.

Лена посмотрела на его лицо. В нем не было фальши. Всё было как-то по-настоящему. И это её пугает. Неужели он действительно видит меня? Не то чтобы она была готова ему поверить, но что-то в её душе стало мягче, и она не смогла этого игнорировать.

Он заметил, как её пальцы зажали край стакана с водой. Её руки дрожали, и он не знал, что с этим делать. Было что-то неуловимое в её реакции, будто она не могла даже самой себе сказать, чего хотела.

— Ты правда не хочешь немного побольше поговорить? — спросил Дима, голос его становился всё более настойчивым, но не в навязчивом смысле. Он словно пытался понять, что же скрывается за её молчанием.

Лена посмотрела в окно. За стеклом было уже темно, и, несмотря на яркие огни, ей казалось, что Москва поглотила всё пространство.

— Мне не надо ничего особенного, — тихо сказала она, и её голос был почти не слышен. — Просто... ты ведь живёшь в другом мире, да? А я... Я всего лишь необразованная лимита.

Эти слова она произнесла скорее себе, чем ему. Но он услышал.

— Ты не лимита, Лена, — сказал Дима, его голос был глубоким, тёплым, и в нём было столько искренности, что она не могла понять, как он может говорить такие вещи.

Спустя час они стояли на пороге кафе, и Лена чувствуя, как всё вокруг затуманивается, наконец произнесла:

— Спасибо. Мне пора. — Она повернулась и сделала шаг к выходу, не оглядываясь.

Дмитрий остался стоять в дверях, глядя, как она уходит. В её фигуре была какая-то особенная уязвимость, что-то, что тянуло его пойти за ней вслед, чтобы защитить от ночных опасностей. Но вместо этого он просто смотрел ей в след.

Лена шла по улице, не осознавая, как быстро стемнело. В её голове продолжали звучать слова Димы, но она не могла понять, что эти слова означают. Она будто была на грани чего-то важного, но не могла сделать шаг. Почему?

Когда она вернулась в свою комнату, её глаза снова стали пустыми. Она зашла в душ, умылась, села на кровать и долго смотрела в темноту. Всё, что казалось возможным, теперь расползалось в её сознании.

Она не могла понять, что происходит. Но одно было точно: всё было не так, как раньше.

Глава 4. Слова, что не сказаны

Прошло ещё несколько дней, и встречи с Димой стали для Лены как ожидание чуда. Она не могла понять, что с ней происходит. Он всё чаще попадался ей на пути — возле техникума, в библиотеке, на улице. Всё как-то происходило само собой, без её участия. Казалось, что он всегда был рядом, и это волновало её больше всего.

Но в тот вечер, когда Лена возвращалась домой, она заметила его снова. Дима стоял у входа в её общежитие, озираясь по сторонам. Лена остановилась на несколько секунд, затем скрылась за углом. Она не знала, что чувствует в этот момент. Неужели ей не хватало его? Или она просто привыкла к тому, что его присутствие стало неотъемлемой частью её дня?

Она вошла в общежитие и направилась в свою комнату, не зная, зачем прятаться. Но её внутренний голос всё время твердил, что лучше избегать его, не давать себе повода надеяться на что-то большее. Он был из другого мира, и Лена это прекрасно понимала.

В тот вечер она не смогла найти себе места. Подушки на её кровати стали слишком мягкими, а мысли не переставали крутиться вокруг его лица. Что если это просто игра для него? — думала она. Что если я просто очередная девушка, которая ничего для него не значит?

В эту ночь Лена не могла заснуть. В её голове звучали его слова, его улыбка, его спокойствие. Всё было так легко для него. Он умел говорить и выражать свои чувства, а она… она всё время чувствовала, что не готова.

На следующее утро, когда она вышла из общежития, её перехватил Дмитрий. На его лице было выражение, которое она не могла интерпретировать, но это было что-то между любопытством и настойчивостью.

— Привет, — сказал он, не скрывая своего интереса. — Ты сегодня как-то невыразительно выглядишь. Всё в порядке?

Она остановилась и посмотрела на него, пытаясь скрыть свои сомнения. Она не хотела показывать ему свою уязвимость, но что-то в её голосе выдало её.

— Да, всё нормально, просто не выспалась, — ответила она с лёгкой улыбкой, стараясь сделать её небрежной.

Но Дмитрий не сдавался.

— Ты что-то скрываешь, Лена. — Он подошёл ближе, и его взгляд стал более настойчивым. — Мы же с тобой поговорили, и я знаю, что ты не такая, какой хочешь казаться.

Елена почувствовала, как её сердце сжалось. Как он видит меня? Почему я не могу скрыть свои чувства от него?

— Ты... Ты не знаешь, что я чувствую, — сказала она тихо. — Я не могу позволить себе думать о тебе, Дим. Это не то, что мне нужно.

Его лицо стало серьёзным, и он шагнул к ней, как бы подталкивая к откровенности.

— Ты боишься. — Его голос был мягким, но в нём слышалась настойчивость. — Ты боишься быть с кем-то настоящей. Ты боишься, что тебе будет больно. Но я тебе не причиню боли. Просто... не отталкивай меня.

Сердце Лены забилось быстрее. Она почувствовала, как её колени подкашиваются, а дыхание становится тяжёлым. Она не знала, что ответить, и её молчание стало для неё тяжёлым бременем.

— Я не могу, — шепнула она, поднимая глаза на его лицо. — Я не могу поверить, что ты хочешь быть рядом со мной. Это слишком... глупо.

Дмитрий понял, чего она всё это время боялась. Он наклонился к ней и сказал тихо:

— Прекрасная Елена, ты не обязана верить мне сразу. Но я хочу быть с тобой. Я хочу, чтобы ты не боялась. Дай нам шанс...

Это было слишком много для Лены. Она была слишком маленькой и неопытной для его уверенности. Его слова как будто пробудили в ней всё, чего она боялась. Она не знала, как справиться с этим. Не знала, как справиться с тем, что он был таким уверенным в том, что между ними что-то есть.

В тот момент её взгляд упал на его руку, которая слегка касалась её плеча, и она почувствовала, как её сердце окончательно сдалось. Она не могла сказать «нет».

Вечером, как и обычно, она сидела на кровати в своей комнате, но теперь её мысли были полностью заняты Дмитрием. Она не могла избавиться от его слов, от того, как он смотрел на неё, как говорил с ней, как его присутствие в её жизни становилось неотъемлемой частью её дня. Но её разум продолжал бороться с этим чувством.

Неужели я могу доверять этому? — снова и снова повторяла она себе. Неужели я могу позволить себе влюбиться?

Она закрыла глаза, пытаясь вырваться из этих мыслей. Но они не уходили.

И вот когда, казалось бы, она наконец успокоилась, её глаза вновь встретились с его взглядом у дверей техникума. Он стоял там, как всегда — с лёгкой, почти незаметной улыбкой, и она почувствовала, как её сердце снова предало её.

— Привет, — сказал он, подходя к ней.

— Привет, — ответила Лена, стараясь не выдать своей растерянности.

Он сделал шаг вперёд и, не скрывая лёгкой улыбки, добавил:

— Ты сегодня идёшь на пары? Я думал, ты всё-таки захочешь провести время со мной.

Лена стояла, ощущая, как её сердце забилось ещё сильнее. Слова, которые она не могла произнести, застряли в горле.

Глава 5. Грань

Прошли несколько недель с того момента, как Лена и Дима впервые сблизились. Это произошло в квартире его лучшего друга Олега, который сейчас находился на практике за границей, а Диме оставил ключи "на всякий пожарный".

С каждым новым днём, каждой новой встречей их связь становилась всё более ощутимой, а напряжение — более болезненным. Лена уже не могла выкинуть Диму из своей головы. Её мысли о нём заполнили её сердце, и она стала ждать его появления с нетерпением.

Он продолжал быть настойчивым, но в том ключе, который не вызывал у неё отторжения. Он не торопил её, не требовал ни обещаний, ни признаний, но в его глазах было что-то такое, что заставляло её чувствовать себя нужной, хотя она всё ещё сомневалась в себе.

И вот, они снова встретились. В этот раз, как и всегда, они разговаривали немного о беспечности жизни студентов, но в голосе Димы уже не было той лёгкости. Он посмотрел на неё серьёзным взглядом, его взгляд задержался на её глазах чуть дольше обычного.

— Лена, — начал он, немного неуверенно, но с ясной решимостью. — Я хочу, чтобы ты поехала со мной. На выходные. Мне нужно кое-что тебе показать. Точнее, кое-кого - моих родителей.

Лена застыла, она не ожидала такого поворота событий. Сердце её забилось, а в голове вспыхнуло несколько мыслей одновременно. Его родители. Почему вдруг так быстро? Почему он хочет, чтобы я их увидела? Вопросы налетели на неё, не давая возможности быстро сориентироваться.

— Ты серьёзно? — спросила она, пытаясь скрыть нервозность. Это была такая новая территория для неё, настолько чуждая, что она почувствовала, как её колени начинают подкашиваться. Вдруг она окончательно убедится, что она чужая?

Дима кивнул.

— Да. Я серьёзно. Я хочу, чтобы ты познакомилась с ними. Это важно для меня. Очень важно.

Он подошёл немного ближе и взял её за руку. В его прикосновении не было грубости, только нежность и уверенность. Его взгляд был искренним, и Лена почувствовала, как её страх начал немного отпускать.

— Это... это слишком быстро, — сказала она, пытаясь отстраниться от волнения. — Я... не уверена, что готова...

— Ты не должна быть готова, — перебил её Дмитрий, но его слова были мягкими, как бы он подбирал каждое слово, чтобы не напугать её. — Просто поехали. Я знаю, что тебе некомфортно, но это важно для меня. Мне важно, чтобы ты была рядом.

Её сердце подскочило. Она знала, что на неё вряд ли когда-нибудь будет так смотреть кто-то другой. Она могла бы отказаться, могла бы найти тысячу причин, чтобы не поехать, но в её груди разгоралось ощущение того, что она не может подвести его. Она не могла отказать, потому что понимала, что если не поедет, она потеряет его. И это было бы слишком тяжело для неё.

— Хорошо, — сказала она, хотя её голос дрожал. — Я поеду.

Дима улыбнулся, его улыбка была полна такой искренней благодарности, что Лена почувствовала, как её сердце наполнилось теплотой. Он поднял её руку и лёгким жестом погладил её ладонь.

— Ты не пожалеешь, — сказал он. — Я обещаю.

Выходные наступили быстрее, чем Лена успела подготовиться. Она стояла перед зеркалом, примеряя своё нарядное платье, которое она давно не носила. В его светлом материале она выглядела значительно старше, чем обычно.

- Жалко будет, если вдруг испачкаешь, - язвительно заметила Наташа, откусывая яблоко. - Ленка, а к чему такая спешка? Беременная что-ли, а, подруга?

- Нет, просто он меня полюбил, - огрызнулась Лена и вышла в коридор.

Всё вокруг неё казалось не таким, как в её маленьком мире. В её голове царил хаос: что она будет говорить его родителям? Как они воспримут её? Что если она не понравится им?

С этим набором вопросов она села в машину Дмитрия. Он был рядом, уверенный, спокойный, и как-то слишком незаинтересованный её волнениями. Он был с родителями так часто, что не испытывал ни малейшего страха или волнения. Для него это было просто частью жизни. Для Лены — совершенно иное. Она чувствовала себя как персонаж, попавший в чужой мир.

Проехав несколько кварталов, они оказались в районе, где дома стояли высокие, величественные, и каждая улица казалась идеально подстриженной и ухоженной. Всё было таким чуждым её взгляду, что она почувствовала себя не в своей тарелке. Её маленькое общежитие с узкими коридорами и старой мебелью казалось таким далёким от всего этого.

Они подъехали к огромному дому, который, казалось, был больше, чем её жизнь в целом. Дима припарковался, затем открыл ей дверь и протянул руку. Лена неохотно встала, но приняла её. Он поднялся по ступенькам с уверенной походкой, как будто каждый камень здесь был знаком.

— Не переживай, — сказал он тихо. — Всё будет хорошо. Просто будь собой.

Но Лена не могла быть собой. Она ощущала, как её рука потеет, а сердце учащённо бьётся. Он вёл её, не обращая внимания на её напряжённость, а сам будто уже видел всё это в своей жизни много раз.

Когда они вошли в дом, Елена почувствовала, как всё вокруг неё будто замедлилось. Ирина Станиславовна Ковалёва стояла в холле, как всегда, элегантная, с видом женщины, которая уже многое видела в своей жизни и не была готова удивляться. Она встретила их с таким выражением, которое сразу дало понять: она не собирается тратить силы на лишние церемонии.

— Елена, — сказала женщина, делая шаг навстречу. — Здравствуйте, добро пожаловать в наш дом. Меня зовут Ирина Станиславовна.

И несмотря на тёплые слова, Лена почувствовала, что взгляд этой женщины пронизывает её насквозь.

Глава 6. Не в своей тарелке

Лена стояла в холле, чувствуя, как воздух стал невыносимо тяжёлым. Она почувствовала, как в её груди заклокотало беспокойство, и с каждым взглядом, который она направляла на Ирину Станиславовну всё сильнее осознавала, как сильно она не принадлежит этому миру. Женщина перед ней была настолько уверенной, так хладнокровно элегантной, что Лене казалось, будто она могла прочитать её мысли и вынести о себе приговор, едва ли не до того, как они успеют обменяться первыми словами.

Ирина Станиславовна не сдержала тёплой улыбки, но её взгляд был холоден, и в нём не было ничего из того искреннего интереса, который Лена видела в глазах Димы. В её глазах было что-то гораздо более опасное. Она оценивала её. И Лена почувствовала, как её собственное существо начинало сдаваться под этим взглядом.

— Ну что ж, — сказала Ирина с едва заметным акцентом в тоне. — Очень рада встрече. Дмитрий мне о тебе рассказывал.

Голос её был ровным, мягким, но в нём не было ни капли радушия. Лена попыталась улыбнуться, но эта улыбка получилась больше похожа на попытку не выдать свою тревогу. Она понимала, что она — чужая, она не укладывалась в этот мир, и это было болезненно.

— Спасибо, что пригласили, — сказала она, стараясь не дрожать в голосе.

Ирина сдвинула плечами, как бы не придавая значения её словам, и молча повела их в гостиную. Дима шёл рядом, и его присутствие как-то немного обнадёживало её, но всё равно было ощущение, что она стояла на грани того, чтобы всё потерять.

— Пожалуй, вам стоит немного отдохнуть. Наша домработница приготовила для вас чай. Это наше первое знакомство, не стоит слишком волноваться, — добавила Ирина, направляясь к столу. - Надюша, будь добра, принеси нам чай! - крикнула она в сторону кухни.

Лена кивнула, но слова матери Димы заставили её нервничать ещё сильнее. Всё в этом доме было чуждо и непривычно, от зелёных шелковых обоев до тяжелых картин на стенах, изображающих старинные пейзажи и портреты.

Когда они сели за стол, Лена почувствовала, как холод от взгляда Ирины не покидает её. Женщина сидела напротив, излучая уверенность, словно она была королевой, а Лена — подданной, которая только что пересекла границу её владений. На одном из стульев сидел мужчина — явно старше Ирины, с прищуром и внимательным взглядом. Это был отец Дмитрия - генерал Михаил Юрьевич.

— О, Елена, — поприветствовал он, словно размышляя о чём-то, прежде чем добавить: — Вы ведь из Нижнего Новгорода, верно? Как вам Москва?

Лена почувствовала, как её горло стягивает беспокойство. Она не привыкла к таким встречам, и в её голове вспыхнули неуверенные мысли.

— Ну... да, Москва мне нравится, — ответила она, немного смущённо. — Хотя, конечно, ещё не совсем привыкла ко всему.

— А как у вас с учёбой? — спросила Ирина, внимательно наблюдая за её реакцией. — Надеюсь, Дмитрий вам помогает?

— Я сама справляюсь, — быстро сказала Лена, понимая, что Ирина ждала именно такого ответа. Но её слова прозвучали как предостережение. Она почувствовала, как женский взгляд её собеседницы анализирует каждый её жест, каждое слово.

Дима сидел рядом, но его внимание было сосредоточено на её реакции, и он ненадолго положил руку на её руку, что немного успокоило её, но чувство беспокойства не исчезло.

— Елена, — продолжила Ирина, — мне очень интересно, чем вы собираетесь заниматься после техникума? У вас, наверное, есть какие-то планы?

Лена почувствовала, как её грудь сжалась. Она не знала, что сказать. Все её планы были связаны с маленьким городом, с её работой на заводе. С этим миром, который был ей знаком и привычен. Но тут, в этом доме, все было совершенно иначе.

— Ну, я... пока не знаю точно, — сказала она, глотнув. — Возможно, продолжу учёбу или останусь работать.

Ирина улыбнулась тонкой, почти незаметной улыбкой, и это заставило Лену ощутить себя ещё более неуверенно.

— Позволите, я перейду на ты? Так вот, в этом доме, Елена, мы привыкли к тому, что наши дети должны иметь чёткие и решённые планы. У тебя, как я понимаю, таковых планов нет. Дмитрий ведь скоро оставит Москву, верно? — сказала она, переведя взгляд на сына. — Мы с Михаилом Юрьевичем думали, что он может продолжить карьеру за границей. В Германии, например.

Лена почувствовала, как её мир начал рушиться. Германия... Это было слишком. Она только начала чувствовать, что у неё есть что-то, что связывает её с этим миром, а тут она услышала, что у Димы есть планы, которые полностью противоречат её жизни.

— Германия? — прошептала она, пытаясь сдержать свой голос, но всё равно чувствовала, как в её груди всё сжимается.

— Да, — ответил Дима, слегка смущённо, но уверенно. — Мы с родителями обсуждали это. Я хотел бы работать послом. Это... важный шаг для меня.

Лена почувствовала, как её лицо потемнело. Дима говорил об этом так спокойно, так уверенно, а она в этот момент почувствовала, как их различие в жизни становится непереносимо большим. Она из маленького города, он — из высшего общества, с его планами на будущее, которые не включают её.

Она почувствовала, как её сердце сжалось, а внутренний голос не прекращал повторять: "Ты не для него".

Вечер заканчивался, и Лена уже не могла терпеть этот напряжённый воздух. Она чувствовала, как её страхи обрастают реальностью. Но она не знала, как выйти из этого дома, как покинуть этот мир, в котором она так неуместна.

Когда они с Дмитрием вышли на улицу, его рука коснулась её плеча.

— Ты не переживай, — сказал он, не понимая всей тяжести ситуации. — Всё будет хорошо.

Но Лена чувствовала, как её мир рушится. Всё только начиналось.

Глава 7. Призраки будущего

Когда Лена и Дима вернулись в машину, она ощущала, как её тело расслабилось, но только на уровне физическом. Внутри всё было иначе. Сердце стучало быстрее, а в голове вертелись только вопросы. Почему она так чувствует? Почему всё не так, как она представляла?

Дима не замечал её внутреннюю бурю. Он был доволен тем, как всё прошло, и его уверенность давала ей ощущение, что всё будет хорошо. Он пытался шутить, рассказывать о забавных моментах, которые произошли за ужином, но Лена едва ли что-то слушала. Её мысли были заняты тем, что она чувствовала: огромную пропасть между собой и этим миром. Дмитрий, безусловно, был частью этого мира, а она — только гостья, которая случайно оказалась здесь.

— Ну как, тебе понравилось? — вдруг спросил он, взглянув на неё с искренним ожиданием.

Лена вздохнула. Что она могла ответить? Конечно, она не могла сказать, что всё было прекрасно. Она не могла соврать, но и не могла сказать правду, что её душу терзает неуверенность. Ведь он с этим миром родился. Она — нет. Она чувствовала, как его мир отодвигает её всё дальше и дальше.

— Это было... интересно, — сказала она тихо. — Но... я... не уверена, что готова к этому. Твои родители... они такие другие. Я не знаю... как им понравиться.

Дима молча посмотрел на неё, потом его лицо стало более серьёзным, а его взгляд мягким.

— Лен, они хорошие люди. Они тебя примут. Я уверен. Просто не переживай так. Ты не должна быть идеальной для них. Главное, что я тебя выбрал. Это всё, что имеет значение.

Её сердце снова затрепетало от этих слов, но внутренняя неуверенность продолжала терзать её. Она вспомнила взгляд Ирины, холодный и цепкий. Как бы она ни пыталась не думать о том, что произошло, оно всё равно не отпускало её.

Через несколько дней Лена вернулась в свою обычную жизнь. Учёба, работа на заводе, общежитие — всё то, что было ей привычно, вдруг стало казаться слишком мелким. Но каждый раз, когда её мысли обращались к Диме, она снова переживала встречу с его родителями. И каждый раз, когда она думала о нём, её охватывало чувство: он — там, в том мире, а она — здесь, где её жизнь совсем другая.

Однажды, сидя в комнате на верхнем этаже общежития и пялясь в окно, Лена услышала знакомый голос. Наталья, её подруга, забежала в комнату, как всегда в поисках кого-то, с кем можно поговорить и поделиться своими мечтами.

— Ты не поверишь, — сказала она, садясь на кровать рядом с Леной, — я выбила себе работу! Представляешь? В дипломатическом представительстве. Ну и что, что гардеробщицей, всё равно это шанс, понимаешь? Может, я стану женой какого-нибудь эдакого и, наконец, выберусь из этой пучины!

Лена вжалась в подушку, пытаясь не выдать своего раздражения. Неужели её подруга думала только о том, как выбраться в "этот мир"? А ведь она была так не похожа на Лену — амбициозная, уверенная в том, что всё можно получить. Но чем дальше она уходила в свои раздумья, тем больше понимала, что этот мир действительно не для неё. Наталья могла бы стать частью этого мира, а она — нет.

— Наташ, ты правда думаешь, что всё это так просто? — сказала Лена, не поднимая глаз. — Это не просто работа, не просто жизнь. Это... другой мир.

Наталья засмеялась, но смех был какой-то нервный.

— Ты просто не понимаешь! Мы все из разных слоёв, но если ты хочешь, ты всегда можешь войти в этот круг. Просто нужно захотеть. Вот твой Димка же видит в тебе что-то. Может, он тебя любит. А ты... не просто так к нему привязалась, верно?

Лена почувствовала, как что-то внутри неё сжалось. Она влюбилась в Диму, но это было слишком сложно, слишком запутано. Слова Натальи были как-то легче, легче, чем то, что она чувствовала.

— Ты права, наверное, — сказала она, но в голосе её не было уверенности. — Он... для меня — всё.

Наталья посмотрела на неё с лёгким сожалением.

— Ты слишком отдаёшься ему, — сказала она тихо. — Ты не должна так, не оценит. Мужики не любят когда в них растворяются.

Эти слова Лена оставила без ответа, но в её душе что-то перевернулось. В этот момент она осознала, что на самом деле не уверена, чего хочет. Да, она любила Дмитрия, но ей было страшно — страшно потерять себя, потерять всё, что было для неё важным.

На следующей неделе Дима пригласил её на ещё одну встречу с родителями - традиционное воскресное чаепитие за большим столом в гостиной. На этот раз посиделки не были такими напряжёнными, как в первый раз, но Лена всё равно чувствовала себя чуждой. Ирина Станиславовна снова сидела напротив, с её холодной улыбкой и глазами, полными тайного значения. Людмила Васильевна, подруга семьи Ковалевых и по совместительству мать Кати, на этот раз тоже была присутствующей, но её взгляд казался более мягким, как будто она пыталась поддержать Лену, не вмешиваясь.

— Леночка, — сказала Ирина, наклоняя голову и уставившись на неё с прищуром. — Ты не собираешься заканчивать учёбу? Я подумала, что ты могла бы поступить в университет. Ты думаешь, это не важно?

Её слова были подстрекательными, как вызов. Лена почувствовала, как её нервы натягиваются, как струна.

— Я подумаю, — ответила она сдержанно. — Но пока... мне важно другое. Я работаю и учусь. Может быть, это не так амбициозно, как ваши планы для Димы, но для меня это важно.

Ирина скользнула взглядом по ней, не отвечая, а Людмила Васильевна сдержанно кивнула.

Дима с сидящим рядом отцом обменивались какими-то фразами, не обращая внимания на напряжённую атмосферу, которая всё больше становилась очевидной.

Лена чувствовала, как её мир с каждым днём удаляется от неё. Как будто она пыталась удержать за собой место, которое в её жизни стало лишним, а оно, наоборот, отдалялось. Все вокруг неё думали о будущем, о карьере, а она оставалась за пределами их рассуждений. Всё, что она могла — это любить его. Но в какой-то момент она поняла, что этого уже недостаточно.

Возможно, ей приходилось выбирать.