От винта, господин дракон!

Глава 1

Драконы опасны, но любопытны.

«Верь в лучшее, Джулия», — любит говорить папа.

Именно этим я и занимаюсь все последние (они же первые) двадцать лет жизни — верю в лучшее. И особенно сильно начинаю на него уповать, когда дело пахнет керосином.

Вот, например, сейчас, стоя у проходной Стихийной академии боевой магии в Эстине.

Проникать на закрытую территорию по чужому пропуску мне еще не приходилось, и оттого керосиновое амбре я ощущала особенно четко.

«Если меня поймают, клянусь Создателями, я прибью Джея, по крайней мере, уж точно натяну ему подтяжки на уши: это целиком и полностью его идея».

Вспомнив весьма характерный жест братца, я провела рукой по коротко стриженным волосам, откидывая со лба челку. Еще очки эти дурацкие то и дело норовили сползти на кончик носа.

— Ваш пропуск, юноша, — послышался строгий голос справа.

«Ну все, кажется, можно начинать верить в лучшее».

— А, да, сейчас. — Я зашарила руками по карманам грубоватой кожаной куртки и выловила из недр одного из них пропуск с фотокарточкой и магическим отпечатком.

— Господин Джейсон Хоуп, — зачитал охранник и смерил меня профессиональным взглядом. — Факультет артефакторики, второй курс.

— Ага, — шмыгнула я носом, в очередной раз поправляя сбившиеся очки, и попыталась очаровательно улыбнуться.

— Чего замер-то, особое приглашение нужно?

Я тут же подхватила сумку и, едва сдержав вздох облегчения, прошла дальше. Спрятала в карман очки и наконец-то смогла оглядеться.

Да уж, по сравнению со столичными заведениями — той же инженеркой, куда я недавно поступила, — стихийка выглядела мрачным битюгом, затесавшимся в стадо легконогих рысаков. Зато и заблудиться здесь надо очень постараться: четыре башни и центральный купол главного корпуса были видны отовсюду.

— Я же говорил, что ты спокойно пройдешь по моему старому пропуску, — раздался знакомый голос. — Осталось дело за малым.

«За малым? Ну да: пробраться в ректорский кабинет, минуя секретаршу, и впечатлить дракона. Каждый день подобным занимаюсь, знаете ли».

— Джей, — ласково протянула я брату, — еще одно слово, и сам отправишься своему Ливейскому демонстрацию проводить.

— Да я б и отправился, Джулс, но сама ж знаешь… — тут же залебезил Джейсон.

Знаю, конечно: братец у меня не слишком договороспособный, иначе меня бы тут не было.

Вообще-то Джейсон — гений. Настоящий, но жестоко недооцененный. А все из-за того, что у него проблемы с общением. Строго говоря, нормально он может и хочет разговаривать только со мной. Друзей у него толком не было никогда, а как он, бедолага, учится в академии, я вообще думать боюсь: для него это настоящий подвиг.

Учится, он, кстати, на боевого артефактора, но не по любви, а потому что родители очень настаивают, чтобы мы с ним магический дар развивали. У нас обоих огонь: у Джея четвертого уровня, у меня — третьего. Главное увлечение брата — конструкция всего и вся: мобилей, сложных зданий, но в особенности — летательных аппаратов, от дирижаблей до «драконова крыла» и даже больше.

А вот самих драконов он недолюбливает. С ними у него, видите ли, принципиальные разногласия. Но из этого правила есть одно исключение — ректор этой самой академии. Поэтому брат и поступил сюда. Странная логика, конечно, но это ведь Джей.

Я же сразу поступить на вышку не смогла, хотя и очень хотела. Поэтому несколько лет училась в Магтехническом колледже, ковырялась в двигателях для мобилей. А месяц назад, вооружившись папиным лозунгом, предприняла еще одну попытку и смогла-таки взять штурмом Магтехнический университет в Рейстале.

И вот в это самое время должна была уже заселяться в общежитие. Однако ушлому братцу удалось уговорить меня «заодно» заехать и в стихийку, чтобы продемонстрировать дагону Ливейскому его, Джейсона Хоупа, изобретение.

«Ну, Джулс, пожалуйста», — «Разве я тебя часто о чем-то прошу?» — «Я обязательно сяду в лужу», — «Ты лучше умеешь языком чесать», — «Ты себе не простишь, если мир не узнает об этой идее или кто-нибудь ее стибрит». Сообщения от обычно молчаливого братца валились сразу по нескольку в день. И я согласилась.

В конце концов, болтать я действительно мастер. Особенно в части того, что не надо.

— Идем, шевели ногами! — нетерпеливо подгонял меня Джей.

— Сначала надо привести меня в порядок, — не согласилась я. — Подача материала — это же самое главное.

О драконах я знала совсем немного, так как не слишком ими интересовалась: жизнь обычного человека с этими созданиями не особенно-то и пересекается.

А так вот вам краткая справка: живут тут у нас драконы — суровые вычурно одетые мужики, больше похожие на героев легенд: сильнейшие маги стихий, еще и владеющие пространственной магией до кучи. Живут долго и в ус не дуют. Нет у них усов потому что. И совести, по-моему, тоже нет, но им и не нужно. Зато они умные, жизненного опыта у них накапливается ого-го сколько. Вот им-то они с нами, убогими, и делятся, но за ровню, конечно, не считают. В общем, лучше к ним не соваться и смотреть на них исключительно со стороны.

«Верь в лучшее, Джулия, и держись подальше от драконов» — в полной версии наставление моего родителя звучит именно так.

И вот теперь я впервые в жизни собиралась отправиться в логово одного из великих и ужасных змеев с сумкой наперевес.

По этому поводу я начиталась специальных, не слишком вызывающих доверия, брошюрок из серии «Очаруй дракона». В них говорилось, что драконы ведутся на красоту, искренность, любят во всем разбираться лично и совать свой нос в любой вопрос. Ну как дети малые, честное слово.

Насчет красоты не знаю, но губы я на всякий случай намазала помадой поярче. И веснушки припудрила, правда, без толку. Вот откуда, скажите, пожалуйста, на смуглой коже берутся веснушки? Остается надеяться, что дагон Ливейский оценит мои старания.

Глава 2

Коварство драконов не знает границ.

До начала занятий оставалась всего пара дней. А мне уже не терпелось ринуться в бой. Это же Рейсталь — самое сердце нашей Аларии! И инженерка! Она же Государственный Магтехнический Университет, находящийся под патронажем его величества, между прочим. Но даже так вы не поймете, что это за чудо.

Вообразите себе приличных размеров территорию, — конечно, не в самом центре, но и не на отшибе столицы. Территорию, на которой расположены двадцать учебных корпусов — и масса прочих строений. Территорию, огороженную черным кованым забором с золочеными гербами факультетов. Роскошные ворота с вензелями — не хуже королевских — и широкую дорогу, ведущую прямо от них к огромному желтому с белой отделкой главному корпусу в форме буквы П — лепнина, изящные барельефы, ложные колонны, каскад светлых ступеней… Это даже не дворец, а настоящий храм науки, изящно и торжественно распахивающий объятия всем, кому посчастливилось здесь учиться.

Остальные корпуса — совершенно разные по виду, но всегда отвечающие духу своего факультета — расположены причудливыми полукружиями, будто соцветия цветной капусты. К каждому такому «соцветию», состоящему из двух-трех зданий, ведет своя дорожка. И заканчивается она небольшой площадью, на которой постоянно толпятся студенты — кто назначает встречи, кто валяет дурака, а кто обсуждает новости научного мира.

Потому что инженерка знаменита не только образованием: здесь же ведутся настоящие научные разработки. Так что все самое интересное в техно-магическом мире происходит здесь.

И теперь я тоже — часть этого! Ура!

Как же я волновалась, когда месяц назад приехала сюда сдавать экзамены, со страху чуть не позабыла все, что знала.

Мне так хотелось оказаться именно здесь, что и специальность я выбирала не столько по желанию, сколько по принципу «куда проще всего попасть». В результате я оказалась студенткой факультета прикладной артефакторики. Очень даже неплохо. А мечты… Иногда синица в руках намного лучше дракона в небе, и не все зависит от тебя.

Ну да ладно. Давайте о хорошем.

Корпуса общежитий — и мужского, и женского, — расположенные на приличном расстоянии друг от друга, отличались только цветом: наше —бежевое, а у парней — серое.

Не знаю, как там дела у ребят, а у нас внутри было весьма уютно: коридоры широкие, светлые, душевые и прочие удобства — на каждом этаже. И кухоньки небольшие имелись.

Жили студентки в комнатах по двое. С соседкой я познакомилась сразу при заселении — она уже меня поджидала и разглядывала с нескрываемым любопытством. Ну да, коротко стриженные девицы в мужском наряде с ярко-красными губами и улыбкой до ушей здесь, наверное, в новинку.

— Джинни, — представилась мне симпатичная девушка и очень по-деловому протянула руку, — Вирджиния дель Норт.

«Надо же, аристократка, а руки пожимать кому попало не брезгует».

Внешне она была полной противоположностью мне: волосы цвета мерзлой пшеницы, убранные в аккуратный узел на затылке, неброское домашнее платье, тонкие губы. Светло-серые глаза смотрели с дружелюбным интересом.

— Джулс, — ответила я на это рукопожатие. — Джулия Хоуп.

Джинни училась на третьем курсе факультета технологии и была магом земли, совсем слабеньким, но для ее профессии больше двух-трех уровней и не требовалось. А еще она казалась спокойной и вежливой: сказывалось благородное воспитание.

— Первым делом тебе нужно получить учебники и узнать свое расписание, — наставляла она меня, когда я, разложив вещи, присела отдохнуть и подумать, что делать дальше.

— Нет, — не согласилась я с ней, — первым делом мне нужно посмотреть на дракона. В смысле на ректора.

«Второй раз такой ошибки я не совершу и всех ректоров теперь буду знать в лицо — или в морду, как правильнее? — и обходить за милю. Ну их подальше».

— Зачем это? — Джинни очень странно на меня посмотрела. С подозрением или… страхом?

— Чтобы его ни с кем не перепутать, а то были прецеденты, — вздохнула я. — Есть у вас где-нибудь его изображение?

Девушка задумалась на мгновение, а потом, порывшись в ящике своего стола, протянула мне газету.

— «Вестник Халявы», — зачитала я вслух гордое название.

— Наша студенческая пресса, — пояснила соседка, — пользуется огромным спросом. Ректор там на первом развороте.

Я тут же раскрыла газету и обнаружила фотоизображение весьма примечательного типа: тонкий, узкоплечий, при этом весь какой-то длинный, что змея в пруду. Гладкие черные волосы чуть ниже ушей, узкое лицо с острым подбородком, взгляд спокойно-снисходительный, драконий. И одежда вполне для ящеров типичная — этот их любимый костюм с выпендрежным сюртуком — длинным, но с разрезами чуть ли не до пояса — и жилетом. Вылупляются они сразу в них, что ли? Цвет костюма по черно-белому изображению не определялся, но однозначно был темным.

«Новое распоряжение ректора. Самогонщики, будьте бдительны!» — призывал заголовок.

Разумеется, я не удержалась от искушения и ознакомилась со статьей.

«Наш строгий, но справедливый ректор в своем репертуаре. Теперь он обратил взор на недобросовестных самогонщиков. Отныне за распространение горячительных напитков на территории университета нарушителям светит, помимо штрафа, строгий выговор с занесением в личное дело. А при ненадлежащем качестве товара — сразу два (напомним, что три выговора — это гарантированное отчисление). Так что настоятельно рекомендуем нашим химикам повысить стандарты своего производства и не палиться так явно. С дагоном Дартеном Фаррийским шутки плохи.

Кстати, в скором времени нас ждут весьма серьезные изменения. Подробностей нам узнать не удалось, но мы очень заинтригованы. Следите за новостями».

— Дартен Фаррийский, — повторила я, чтобы запомнить покрепче. Хотя такого индивида уж точно ни с кем не перепутаешь. — Он не воздушник часом? С ними я как-то не очень…