Отбор мужей для cбежавшей

Пролог

От Автора: Добро пожаловать в новый мир, полный историй и чувств, а ещё тех, кто не согласен мириться со своей судьбой и всё берёт в свои руки! 🔥
Давайте пройдём этот пусть вместе! ❤️❤️❤️
Всех люблю! Ваша, Шана! ❤️

______________________

Центральный материк. Западая часть центрального плато Эдэш. Пригорье Лунных гор. Государство Шэит.

Дворец правителей. Крыло правящей семьи. Царские покои.

Рэингэр

- Я видел глаза цвета едва нарождённой листвы, цвета наступающей весны. И в них я видел горе, ужас и бессилье, - тихо проговорил я, разрывая тишину, что повисла надо мной и кузеном.

Мы сидели в его покоях, пили вино у камина и думали, как сообщить об увиденном в эту священную ночь Большой Луны. Ночь, когда Боги могут поделиться секретами сие мироздания, забытого прошлого и даже будущего, которое может и не наступить.

- Снова? – удивился брат. Его голос сорвался на едва слышимый шёпот, перебиваемый треском огня.

- Каждый раз. Каждую такую ночь. Но не вижу лица или чего-то ещё.

- Ты поэтому не особо ищешь её? – этот вопрос давно зрел в нас обоих, и лишь сейчас был озвучен. Но я мог только кивнуть. А что сказать? Разве что:

- Я не хочу принести ей горе своим существованием в её жизни.

- А вдруг всё наоборот, - Ардар так резко развернулся ко мне, что едва не пролил своё вино. – Вдруг её глаза не меняются именно потому, что тебя не радом?

- А что видел ты? – решил немного сместить ракурс темы, ведь просто не хотел думать о таком исходе моего бездействия.

Кузен смотрел на меня безмолвно и укоризненно целую минуту, пока не откинулся обратно на спинку кресла и тяжело не выдохнул:

- Меч. Меч в тонкой руке. Он казался слишком большим и тяжёлым, она держала его с таким трудом, что тонкая кисть, казалось, вот-вот сломается. Но держала так крепко, будто от этого зависела её жизнь. И не понятно, зачем ей такой меч? Таким не защитить себя, таким не атаковать врага. Лучше кинжалы или стилеты. Как раз под такую маленькую ручку.

- Может это что-то символическое? – предположил я.

- Предполагаешь, что что-то грозит её дому? Или стране? – задумался брат.

- Насколько известно, несколько домов вмешены в конфликты, но открытых столкновений нет. О войне тем более нет и речи. Хотя предпосылки есть. На юго-западном континенте довольно напряжённая ситуация между кланом горных орков и пустынных драконов. Но многие орки воинственны, но моя судьба не из них.

- Ручка слишком тонкая, - усмехнулся Ардар. – И белая. Либо эльфийка, либо человечка. Да, люди воинственны не меньше орков, но сейчас мирное время, ни единого конфликта вот уже сорок лет. Лишь подковёрные войны и интриги. Но таковы люди. Я бы предположил, что она маг, они ещё воинственнее, но тогда зачем ей меч?

- А драконы? Может она из них? – я предположил следующий ближайший вариант.

- Зачем ей тогда меч? – повторил он свой тоже подходящий вопрос, ставящий нас в тупик.

- Но у тебя хоть намёк есть.

- А ты хотя бы часть внешности увидел.

И мы вновь замолчали, обдумывая увиденные нами видения.

- Вдруг всё дело в слухах, - мрачно спросил Ардар. – Ты слышал, как меня теперь называют?

- Кровавый тиран-узурпатор. Коронованный жнец. Тень Смерти. Это всё я слышал. Неужели придумали что-то ещё? – пока я называл основные прозвища, данные народами (нашим и другими), он помрачнел сильнее. – Ты же понимаешь, выбора у тебя не было. Либо мир и спокойствие, либо кровавая бойня.

- Она всё равно была.

- Иногда нужно чем-то жертвовать ради общего блага. В ином случае эта бойня не ограничилась бы несколькими кланами, а перешла на другие государства. Напомнить тебе, что готовила твоя мать? Похищение и публичные казни – меньшая из тех зол, что она готовила во всех окружающих нас странах! Люди, орки, оборотни, она даже на драконов замахнулась, похитив принцессу, наследницу правящего дома. И не мне тебе напоминать, что она хотела с ней сделать. И смерть показалась бы даром после всего, - давил я на самые тяжёлые, но действенные правды. – Ты спас минимум четыре страны своим бунтом. Вот, что важно. И твой народ знает это. А наречённая поймёт, когда узнает тебя. Может меч означает совсем не то, что мы думаем? Вдруг это показатель силы того рода, откуда она. Или таков её характер – острый и тяжёлый. Пока не придёт время. Нам не дано узнать всего.

- Запомни свои слова, Рэингер, - брат посмотрел на меня, его глаза стали темнее и от этого пламя камина отразилось в них ярче, делая его взгляд пугающим и завораживающим одновременно. – И запомни мои: я найду её. И если она окажется злом, и понадобиться мой клинок, чтобы остановить её – я не дрогну. Я не допущу новых заговоров и кровопролитий. И твою наречённую я так же казню.

Глава 1.

Юг юго-западного материка. Государство Агароз. Западная провинция.

Дом Эргоз. Главное поместье. Крыло семьи.

Настоящее время.

Ливия

Два года! Два грёбаных года я живу в этом мире. С одной стороны, спасибо, что вообще жива, с другой – лучше бы сдохла с концами, чем так страдать! И ведь вроде не от чего, всё прекрасно. Ага, десять раз. Это ад!

Руки максимально быстро собирали заранее подготовленные и выбранные вещи, а в голове крутилось всё, что успело произойти со мной в старой и новой жизни, чтобы понять – ничего ли я не забыла, готовясь к марщ-броску, от которого зависят все мои дальнейшие планы на жизнь. Не получится – тогда всё это было зря: все мои мучения. Но даже на такой исход у меня есть парочка дополнительных планов, не предвещающих моим обидчикам ничего хорошего.

Но пока нужно успеть воплотить в жизнь главный – побег. В сумку закидывались основные вещи, пока мысли так же укладывались по полочкам, а перед глазами мелькало всё пережитое.

Будучи дочкой двух военных, я и не представляла для себя иной судьбы, чем пойти по их стопам. Но родители были в корне против, что удивительно. Они очень радовались, когда родилась девочка. Думали, будут бантики, сладости, капризы, мягкие игрушки, а не битые морды, поджоги, приводы едва ли не с детского сада. Конечно, пришлось им брать дисциплину в свои суровые руки, чтобы я не стала уголовником к начальной школе.

Ранний подъём, тренировка (бег, силовые, на выносливость и умственные), завтрак, учебное заведение строгого режима (сначала детсад с нянькой из бывших надзирателей, потом кадетское училище с учителями друзьями отца) и домой, где снова тренировки до самого отбоя в девять вечера. И даже так я умудрялась сыпать родакам соль на рану.

Из училища не выгнали только потому, что отец вступался за «проказницу» (избивающую всех неугодных до кровавых соплей). Учителя называли меня дьяволом в юбке не за красивые глаза, а я была красива – в мать пошла, однозначно. Очень высокая, почти два метра, жгучая брюнетка с чёрными глазами и крепким телосложением – это я уже в отца. От мамы же достались мягкие черты лица и нежная улыбка (читай, оскал).

Конечно, детский пыл у меня не прошёл и в отрочестве, зато озверевшим от гормона парням наматывала усы на задницы и ко мне никто не лез. Да и девочек было легко защищать, когда на дегенераты мужского пола в моём поле зрения лезли к слабому полу, и я просто показывала, кто тут на самом деле слабый и знакомила их с полом. Себя я не считала за девочку, предпочитая закрывать глаза на все свои женские признаки. Так было проще сойти на свою и выжить в этом жестоком мире.

Естественно, что к выпуску «дьяволицы», как меня прозвали в училище, парни были щёлковыми, а учителя вздыхали с облегчением. А к концу дня бухие в стельку от счастья.

О походе в высшее учебное и речи не шло, как бы мать не уговаривала. Я всё же выбрала армию, а не медицину. Военный медик – это конечно хорошо и престижно, но мне всегда было проще не лечить, а калечить. Но матушка не сдалась, и после службы отправила меня покорять вершины знаний.

Не сказать, что я была обделена умом по типу «сила есть – ума не надо», но в отличники старалась не попадаться, делая ошибки намеренно. И так слава шла впереди меня и очень мозолила одно место, особенно, когда к двадцати годам вдруг захотелось тишины и уединения. Что тогда случилось – не знаю, просто фитиль вдруг перегорел.

Отец сразу заметил изменения, но спрашивать не стал, знал, что бесполезно. Просто отправил меня к знакомому мозгоправу, работавшему в основном с военными, у которых фляга потекла после службы в горячих точках. Мог, конечно, и к более мягкому специалисту, но батя слишком хорошо меня знал, и боялся, что я вдруг сорвусь и кто-то пострадает, а портить мне жизнь решёткой он не хотел. Забота и ответственность родителя за такое суровое дитя, ага.

Правда, после нашего разговора, врач на неделю ушёл в запой, но это не важно. Главное, мозги он мне и правда вправил, направив «мою силу и острый ум на благо цивилизации» (считай, что цитата). И даже сам связался с нужными людьми из военной сферы, чтобы посмотрели меня, так сказать. Они и правда посмотрели, а потом просто приехали к родителям, подписать какие-то бумаги, и забрали меня на пять лет. Пять лет без возможности вернуться к прошлому и даже связаться с кем-то. Полная тишина.

Родители никогда не спрашивали меня о том периоде моей жизни, знали лишь, что это на благо государства. А я не спешила говорить, но изменения были видны. Я стала иной. Во всём. Настолько, что, когда появилась на породе отчего дома, мама упала в обморок в первые же минуты встречи.

Если кратко, то из быдла, готового резать всех на право и налево за любой косой взгляд, меня превратили в мягкую, послушную и внимательную к деталям леди, что не только все сорта чая назовёт, но и как, в каким местах и в каком направлении лучше всего сломать ту или иную кость, чтобы особо нежным путём вызнать правду, при этом не убив.

Такой себе «агент-007», но в жизни пригодились многие знания из запретного отрезка жизни. Я даже начала обычную жизнь, чем радовала родителей. Быстро выучилась на медсестру, потом на врача скорой неотложной, а там даже нашла себе мужа и родила детей. Двоих милый и слабых сорванцов. Конечно, едва заметив их наклонности к опасному, я взялась тайком от мужа строить их и обучать. Сначала как родители меня, потом как мои личные наставники. Парни выросли весьма хороши собой – явно в меня. От отца у них только его миловидная внешность, чтобы девочек завлекать, а покорять уже моими мозгами. Так что, после окончания учёбы парни подарили нашей семье наследников.

1.1

Ливия

Я почти год (если опирать на увиденное) висела бесплотным призраком над одной мелкой слабачкой. Первое время думала, что просто брежу, ведь пуля явно была из свинца, а он достаточно токсичен. Но чем больше наблюдала, тем больше понимала – я на такие фантазии не способна, ну никак!

Итак, моим наказанием свыше (да, в Бога я верила благодаря верующим родителям, да и с нашей профессией некоторые случаи, кроме как вмешательством свыше не назвать) стало присутствие в виде безмолвной души в мир явно далёком от Земли. Тут всё было таким сказочным, но таким похожим. Те же страсти, те же законы, те же проблемы. В общем, самый обычным мир живых и смертных, если не вдаваться в подробности. А вот если в них вдаться, то можно было найти отличия.

Мир здешний имел своё собственное имя – Артарис. По местной всеобщей мифологии это имя верного пса верховных божеств – местный двух Солнц – и защитника их возлюбленной жены – богини Луны. Детьми их, кстати, были не только местные народы, но и звёзды в небе. И по мифу, когда злой бог захотел забрать себе Луноликую в свой гарем, пока её благоверный отсутствовал на небе по своим божественным делам, но та ему отказала. Злой бог не терпел отказов и захотел убить её, мол «не будешь моей, так не достанься никому». Тогда верный Артарис принял на себя удар за хозяйку.

Омрачилась Луна, став чёрной от горя. Мужья вернулись, увидели горе жены и разорванное на части тело верного защитника, а также виновника. Последнего покарали, изгнав, а в награду за жертву превратили Артариса в цветущий рай и наполнили жизнью. Тот в благодарность за это приютил их младших детей на теле своём, и какой бы расы они не рождались (а тут их было шесть) – все едины были перед ликом небесных родителей и дома своего, хоть и имели своих божественных покровителей (детей старшей троицы богов).

Вот такая местная легенда о сотворении мира, который и правда был своими материками похож на разорванное на части тело пса. Когда я его увидела, думала, что показалось, но Таллив очень любила перечитывать эту легенду время от времени. А ещё милое слабое дитя было слишком мечтательным, ведь грезила встретить таких же сильных и верных мужчин, как эти двое богов-солнц, и быть для них их луной.

Двух мужей! Ха! Типичные грёзы молодой наивной девчонки, начитавшейся сказок. На первый взгляд. А на второй я поняла, что это отнюдь не так наивно в местных реалиях. Этот мир был полон различных верований, как и Земля, и в нём так же было много различных устройств не только государств, но и семей. И одна из стран, где как раз и жила семья малышки, придерживалась практики: одна жена на несколько мужей, желательно от трёх, но не более десяти. Ужас! Изврат! Кошмар! И ведь это установка почти всего мира. И если на Земли таких было по пальцам одной руки пересчитать, то здесь всё наоборот. Сама Таллив имела трёх отцов, семь братьев и одну мать, и грезила о такой же семье в будущем.

Вот только мои наблюдения показали, что бедолажку оно не ждёт. По каким-то местным правилам те, кто имеет малую магическую силу или почти её отсутствие, не могут самостоятельно выбирать мужей, за них это делает правитель или правительница страны. Собирает на каждого досье, связывается с правителями других стран и, так сказать, подбирают идеальные пары, прикрывая это неким законом «о Равновесии Сил». На мой же взгляд это было что-то сродни политическим бракам и заложничеству ради установления мира между странами, но никак не забота об этих самых брачующихся.

И Таллив была слишком слаба по меркам проверяющих, чтобы делать выбор самостоятельно, поэтому её имя было включено в «белые списки». Почему именно так их назвали, я так и не могла понять, но сути это мне меняло. Естественно, родителям пришлой ей об этом сообщить, что очень расстроило девушку, которую и так в последнее время начали мучить кошмары. Но вместо того, чтобы устроить бунт или забастовку, положенную статусу этой юной леди (а она была родом из весь знатной, хоть и не сильно богатой семьи, как я успела разузнать), Таллив превратилась в тень самой себя.

Для всех она оставалась яркой и весёлой, а по вечерам и ночам мучилась от ужаса и кошмаров. И в какой-то момент мне даже стало её жаль, если бы не было столько злости. Она кипела во мне, хотелось накричать на неё, заставить взять себя в руки и не раскисать. Ведь у неё есть столько возможностей изменить своё положение. Но девочка поступила самым отвратным образом – сдалась. И не просто сдалась, а решила наложить на себя руки, применив какое-то заклятье, что просто убило бы её, неспособную выдержать его силу. Дура! Слабачка! Есть другие выходы!

Но кто услышит бесплотных дух? Я могла лишь смотреть, как она готовится расстаться с самым ценным – жизнью, да ещё так легко, пусть и под гнётом страха. Но всё же! Не дело это! Нужно наказать обидчиков и изменить всё под себя. В крайнем случае просто сбежать! Но глупышка была слишком безмозглой и наивной, верящей в свои идеалы. И как бы я не звала на помощь её родных, я не могла остановить её, только наблюдать.

И вот слова произнесены, рана нанесена. Стены вокруг дрожат и светятся. Я думала, что хоть это заставит родных что-то заподозрить и прибежать на шум, но все словно оглохли и ослепли, заставляя меня мысленно (иначе не могла) ругаться и покрывать всех и вся матом.

Таллив тихо захрипела, а потом её тело вскинулось, выгнулось в дикой агонии. Если бы могла закрыла бы себе глаза, но у призраков нет век. И только благодаря этому я не пропустила самое важное. Рот девочки широко открылся, из него стрелой вылетело что-то белое. Оно промчалось мимо меня со скоростью падающей звезды и исчезло где-то за пределами потолка. Тело же стало вдруг осыпаться, словно высохшие в труху и сгоревшие в пепел лепестки.