Отдых за чужой счёт

Глава 1. Эксперимент, который вышел из-под контроля

Ирина Валентиновна проснулась от того, что кто-то настойчиво терся носом о её щеку.

— Брысь, — прошептала она, не открывая глаз, и попыталась отмахнуться. Рука утонула в чем-то мягком и шерстяном.

Кот? У неё не было кота.

Она разлепила веки и увидела прямо перед собой огромную собачью морду. Породу определить не удалось — помесь лабрадора с пылесосом, судя по количеству слюны.

Ирина подскочила, ударилась головой о что-то деревянное и только тогда поняла, что сидит на кровати. Не на своей. Кровать была огромная, белая, с балдахином. Собака радостно завиляла хвостом и лизнула её в ухо.

— Фу! — по-учительски рявкнула Ирина. Собака обиженно вздохнула и спрыгнула на пол.

Ирина огляделась. Комната была размером с её прошлую квартиру. Белая мебель, зеркальный шкаф, на туалетном столике — десяток баночек с кремами, на спинке стула — кружевной халатик. На полу — одежда: джинсы с заклёпками, блестящий топ и нечто розовое.

«Где я?» — панически подумала она.

Последнее, что она помнила: стопка тетрадей, проверка тестов по органической химии, горечь растворимого кофе и её собственная продавленная софа в съёмной однушке. Она сидела с красной ручкой в руке, вывела очередную двойку … и всё.

— Доброе утро, Алиса! — раздался звонкий женский голос из-за двери. — Ты проспала! Отец уже завтракает, не заставляй его ждать!

Ирина замерла. Голос был незнакомый. Алиса? Какая Алиса?

Она встала, и тут же её повело в сторону. Тело было чужим. Слишком лёгким, слишком гибким, с другим центром тяжести. Она схватилась за спинку кровати и случайно глянула в зеркальную дверцу шкафа.

Оттуда на неё смотрела молоденькая девушка с огромными голубыми глазами, пухлыми губами и растрёпанными пепельными волосами.

Ирина открыла рот. Девушка в зеркале сделала то же самое.

— Это… я? — прошептала Ирина.

Она поднесла руку к лицу — тонкие пальцы с аккуратным маникюром, золотое колечко на мизинце. Её собственные пальцы, привыкшие держать пробирки и мелок, были совсем другими — с коротко стрижеными ногтями и мозолью от ручки.

— Нет, — сказала она вслух. — Этого не может быть.

Голос был тоже чужим — звонким, молодым, с легкой хрипотцой.

— Алиса! — голос за дверью стал настойчивее. — Я зайду!

— Не надо! — заорала Ирина своим новым голосом и, сама не зная зачем, накинула на плечи кружевной халатик.

Она подбежала к двери, прижалась к ней спиной и попыталась собраться с мыслями. Так. Она — Ирина Валентиновна Соболева, тридцать пять лет, учитель химии. Она заснула над тетрадями. А проснулась… в чужом теле какой-то Алисы. У которой, судя по комнате, очень богатые родители.

«Это сон, — решила она. — Затянувшийся нервный срыв. Или гипнотический транс. Мне просто нужно продержаться до момента, когда я проснусь».

— Алиса, мы опаздываем! — раздалось уже с лестницы.

Ирина глубоко вздохнула, одернула халатик, который то и дело сползал с плеча, и вышла в коридор.

Коридор был длинный, с мраморным полом и хрустальной люстрой. На стенах висели фотографии: счастливая пара с двумя детьми — мальчиком и девочкой — на фоне разных стран. Девочка взрослела с каждым снимком: вот она верхом на пони, вот с огромным бантом на выпускном, вот в обнимку с такой же смеющейся подругой.

«Алиса», — поняла Ирина.

Она спустилась по лестнице, чувствуя, как каждую ступеньку приходится перешагивать иначе, чем привыкли её собственные ноги. На первом этаже её ждала просторная кухня-столовая.

За столом сидели двое. Мужчина лет пятидесяти, плотный, с проседью на висках, в идеально выглаженной рубашке, сосредоточенно изучал планшет. Женщина, ухоженная, с уложенными волосами, наливала кофе из кофеварки.

— Наконец-то, — сказала женщина, даже не обернувшись. — Садись, пока отец не взбесился.

— Я не взбесился, — не поднимая головы, сказал мужчина. — Я просто хочу понять: мы платим за обучение или за то, чтобы ты превратила институт в ночной клуб?

Ирина села на свободный стул. Кофе пах так, что у неё закружилась голова. Она никогда в жизни не пила такой кофе — её бюджет позволял только растворимый.

— Я не Алиса, — выпалила она.

Женщина замерла с чашкой в руке. Мужчина поднял голову и уставился на дочь.

— Что, прости?

— Я не ваша дочь, — сказала Ирина максимально спокойным голосом, каким обычно объясняла восьмиклассникам правила техники безопасности. — Меня зовут Ирина Валентиновна Соболева, я учитель химии. Я не знаю, как здесь оказалась, но это какая-то ошибка. Возможно, медицинская. Или…

Она запнулась, потому что выражение лица мужчины стремительно менялось с недоуменного на разгневанное.

— Алиса, — очень медленно произнёс он. — Ты хочешь сказать, что придумала очередную легенду, чтобы не ехать на занятия?

— Я не Алиса, — повторила Ирина. — Давайте проведём какой-нибудь тест. У меня…

— Тест ДНК? — перебила мать, и в её голосе появилась истеричная нотка. — Алиса, вчера ты сказала, что у тебя подозрение на менингит, а позавчера — что ты потеряла паспорт и без него тебя не пустят. Что дальше?

— Но я правда…

— Знаешь что? — отец отодвинул тарелку. — Мне надоело. Ты учишься платно. Мы с матерью вбухали в твоё будущее столько, сколько я вложил в два своих первых бизнеса. И если ты думаешь, что будешь всю жизнь кататься на моих деньгах и тусоваться…

— Я не тусуюсь, я преподаю! — возмутилась Ирина, и только потом поняла, как это звучит.

— Ты преподаёшь? — переспросила мать с таким лицом, будто дочь сообщила, что летит на Марс.

— Я хочу сказать… — Ирина запуталась. Она чувствовала, как её педагогический авторитет стремительно тает под этими двумя парами недоверчивых глаз.

— Слушай меня, — отец подался вперёд, и его голос зазвучал так, что Ирина невольно выпрямилась — точно такой тон она сама использовала на особо шумных родительских собраниях. — Либо сегодня же ты едешь в институт, сдаёшь все долги и начинаешь учиться как нормальный человек, либо никакого Тайланда. Вообще никаких поездок. И машину я заберу.