Отец моей подруги. Под запретом

Глава 1

– Катюха, ты только держись, я позвонила твоему отцу!

– Отцу! Ты сдурела? – Дальше Катька хочет выругаться, но ее снова тошнит.

Я держу волосы подруги, а также стараюсь следить за тем, чтобы она не упала под куст.

Мы стоим на трассе, потому что после неудавшейся вечеринки нас просто выкинули из машины.

Из-за меня… как всегда все из-за меня. Если мы замерзнем в этом лесу, или нас украдет какой-то маньяк, то это будет только моя вина.

– Как ты вообще додумалась! – Катя садится прямо на холодную траву, покрытую легким налетом инея.

– Я не знала, что делать. Как вызвать такси, я не пойму, а у тебя отец на быстром наборе…

– Как ты ему сказала, где мы?

– Тут в нескольких метрах указатель с ближайшими населенными пунктами. Я объяснила, и он меня понял…

– Хоть кого-то понимает этот мудак. Ты ж не видела моего отца! Сейчас увидишь. И это...

Катю снова тошнит, и я не успеваю ее схватить, она валится на землю. Пока я пытаюсь ее поднять, возле нас останавливается черный внедорожник.

Тут же хватаю подругу и тащу ее в лес.

– Стой! – грубый мужской голос заставляет вздрогнуть и остановиться, – обе в машину, живо!

– Не надо… пожалуйста, – я пячусь назад, таща за собой подругу, которая, что-то бурчит и болтается, как тряпичная кукла.

Вот это мы вляпались! Высокая мужская фигура делает несколько быстрых шагов, я теряю дар речи, а он… он резко хватает Катьку и закидывает ее на плечо, словно она подушка.

– Папочка… – говорит Катька, – я в говно!

***

Мы едем в машине отца Катьки, и теперь мне удается украдкой рассмотреть его. Он молод, ну, относительно молод для отца моей подруги, она говорила, что ему почти сорок, но я представляла его гораздо старше на вид. А он очень привлекательный.

Ровный нос, борода, длинные волосы, убранные назад, хмурый взгляд темных глаз, цвет которых я не могу сейчас рассмотреть.

Он одет в темно-синее пальто, а под ним белая рубашка, небрежно расстегнутая на груди. Он ловит мой взгляд, и я отворачиваюсь, будто вовсе и не смотрела.

Начинает накрапывать мелкий дождь, я стараюсь сосредоточиться на каплях, чтобы снова не поддаться порыву и не взглянуть на него.

Катька лежит на заднем сиденье, она сама мне сказала сесть вперед, потому что он меня разит мерзкими дешевыми духами, по ее словам.

– Рассказывай, – холодный властный тон привлекает мое внимание, – как вы там очутились?

– Встретились с друзьями, – я сильнее закутываюсь в шелковый шарф, никак не могу согреться, короткая кожаная куртка совсем не греет. А еще это короткое платье, которое меня заставила надеть Катя.

Я поворачиваюсь к отцу Кати и ловлю его взгляд на своих ногах, а потом замечаю, что видны резинки чулок.

Сильно краснею и одергиваю юбку.

– Хреновые у вас друзья, если они вас в лесу бросили, – он даже взгляд не отвел. Просто пялился и ждал, пока я поправлю…

Я ерзаю на сиденье, стараясь еще сильнее натянуть юбку. Стыд какой! И почему же она такая короткая?

– Это она виновата, – пищит Катька с заднего сиденья, – она с Русиком сосаться не захотела. Неужели сложно было. Мы бы сейчас так классно оттянулись!

– Ты уже оттянулась, – спокойно говорит мужчина, – так оттянулась, что в лесу чуть не замерзла, – затем он снова смотрит на меня, – замерзла?

– Немного.

Он нажимает, что-то на панели приборов и сиденье начинает нагреваться.

– Па-а-а, – пищит Катя, – выключи-и-и, меня опять стошнит.

– Считай это наказанием. Двадцать лет, а мозгов ноль! – потом снова спрашивает у меня: – К тебе приставали?

– Ничего такого, – я снова поднимаю взгляд, он смотрит на дорогу.

Мы сворачиваем с трассы, постепенно начинают появляться дома и оживленные улочки.

– Тебя куда везти? – Спрашивает мужчина.

– К нам ее вези, – кричит Катька, – ее в общагу уже не пустят.

– А может, и выгонят… я должна была в одиннадцать вернуться.

– Завтра решим, – таким же тоном говорит мужчина. – Ты голодна?

– Меня тошнит от мысли о еде… о-о-о-о-ой-й, останови, – орет Катя.

Мужчина останавливает машину, и Катя буквально вываливается из нее. Я слышу, как ее тошнит, зажимаю руки между коленями и стараюсь смотреть вперед. Как же я неловко себя чувствую рядом с ним.

– Переночуешь у нас, а завтра утром я тебя отвезу.

– Спасибо.

– Ты голодна? – Он снова задает этот вопрос, и я понимаю, что первый раз он спрашивал не у дочери.

– Немного.

– Согрелась, – он неожиданно берет мои руки и обхватывает своими громадными ладонями. Такими сильными и горячими, – как ледышка, кошмар просто. И как ты только связалась с моей Катюхой?

Глава 2

Солнечные блики мерцали на бронзовой коже, а капли медленно стекали по накачанной груди. Мужчина отбросил назад густые волосы и посмотрел на меня.

Секунда, еще одна. Что же я делаю! Это отец моей подруги!

Быстро нырнула в сторону от окна. Вот черт! Попила водички. Спустилась за водой на кухню, а тут такой обзор из окна, отец Катьки решил поплавать в бассейне.

Я, конечно, видела его накануне вечером, но не в таком виде, хотя и в рубашке он был привлекательным.

А сейчас так вообще, на нем только темно-синие плавки.

Я сделала глоток холодной воды и прижалась спиной к стене. Может, мне повезло, и он меня не видел? Очень сомневаюсь!

Осторожно выглядываю из своего укрытия, у бассейна уже никого, только мокрое полотенце на шезлонге. Ставлю стакан в мойку и собираюсь уходить, когда на кухню влетает Катька:

– Нас на вечеринку пригласили. Пойдем?

– Ты с ума сошла? Мне в общагу надо и на работу.

– Проснулись? – на кухню заходит отец Кати, на мое счастье, он уже в белом махровом халате. – Отвезу тебя, будь готова через пятнадцать минут.

– Па-а-а, какой отвезу? У нас планы.

– Катя, – строго говорит отец, – у тебя больше нет планов, ты сегодня остаешься дома.

– Я уже взрослая! – орет подруга, и мне не хочется быть свидетелем семейной ссоры, я бегу наверх, чтобы забрать свои вещи.

– Если ты взрослая, то собирай вещи и выметайся. Я купил тебе квартиру, а тут мой дом и мои правила.

Через полчаса мы уже едем в машине, я снова неловко прикрываю ноги и надеюсь поскорее оказаться у себя в комнате. Их дом шикарен, но близость этого мужчины меня пугает.

– У тебя будут проблемы в общежитии?

– Не знаю.

– Иди, я подожду, если что, скажешь, – машина останавливается у обшарпанного трехэтажного здания.

Я киваю и с надеждой, что мне повезет, бегу в общежитие, но мне не везет.

Я долго ругаюсь с вахтершей, которая отказывается меня пропускать, она орет, что уже собрала мои вещи. Я пытаюсь объяснить, но только слышу в ответ:

– Ходять такие шлюшки, как ты, голожопые, а приличным детям мест не хватает. Выметайся!

– Вы не имеете права! Я буду жаловаться…

Тут в холл заходит отец Кати, видит ревущую меня, орущую бабку и спокойно говорит:

– Что случилось?

– Шлюха она! – орет бабка. – Шляется по ночам, трахается со всеми, а потом приходит. Комнат и так не хватает. Мой внучок уже третий месяц свободную ждет.

Мужчина просто берет меня за руку и уводит на улицу:

– Вещи твои потом заберем, поехали.

– Куда поехали?

– В гостиницу, не будешь ты жить в этом клоповнике.

– У меня нет денег на гостиницу.

Мне никто не отвечает, а просто сажают в машину.

– Я смогу с ней договориться, – выпаливаю я, – у меня есть деньги.

– Не хрен договариваться с такими, она только этого и ждет. Поживешь в гостинице некоторое время, а дальше посмотрим.

– У меня нет таких денег. Я и комнату снимала, потому что на квартиру не хватает… – я искоса поглядываю на мужчину и снова ловлю его взгляд на своих ногах, – одежда Катина, я такое позволить себе не могу.

– Понятно, – он останавливает машину у небольшого жилого здания, – идем.

Снова приказ холодным отстраненным тоном.

Я выхожу из машины, он снова подает мне руку, не выпуская ладони, смотрит на меня, а затем снимает свой пиджак и накидывает мне на плечи.

– Слишком вульгарно, да? – я закутываюсь в пиджак, который кажется мне гигантским.

– Слишком привлекательно, – хмыкает мужчина и идет в сторону гостиницы.

Мое сердце будто перестает биться от его слов.

Он сказал: «Привлекательно»? Он?! Отец моей подруги…

Быстро оформляем номер, он оплачивает, а затем подходит ко мне и протягивает карточку от двери номера.

– Иди отдыхай, я оплатил тебе завтрак и ужин, ты же работаешь днем?

– Не стоило…

– Стоило, дай свой телефон, – он протягивает руку, и я даже не успеваю подумать, просто даю телефон.

Он что-то записывает там, а потом возвращает:

– Если моя дочь опять вляпается, то я тебе записал номер. Богдан. Звонишь ему в любое время. Если тебе что-то нужно, то там и мой номер.

– А как вас зовут? – наконец-то задаю я вопрос, который мучал меня почти сутки.

– Карим, – он отдает мне телефон, – только чтобы позвонила. Поняла?

– Это звучит как приказ, – я стараюсь улыбнуться, но он наводит на меня жуть.

– Значит расценивай это как приказ, – еще секунду смотрит на меня и идет к выходу, а я иду к лифту, чтобы найти свой номер.

Глава 3

В машине мы едем в полном молчании. Я настолько неловко себя чувствую, словно меня грязью облили. Он предложил мне стать любовницей! Вот так просто.

Как такое вообще может быть?

Одно дело, если бы он ухаживал, и все произошло само собой, но вот так прямолинейно?

Это просто немыслимо! Хотя, о чем это я думаю, он же отец моей подруги. Катя меня просто прибьет, если узнает. Она и так в эмоциях не особо сдержанна, а от такого может с ума сойти.

– Саша, – мы подъехали к гостинице, а я даже не заметила, – мое предложение могло тебя смутить, но мы взрослые люди, и я считаю, что так будет максимально честно по отношению к тебе. Я зайду утром.

– Спокойной ночи, – на ватных ногах я выхожу из машины и иду к центральному входу, спиной ощущая на себе взгляд.

Почему именно я? Неужели вокруг него недостаточно женщин, которые сами готовы прыгнуть к нему в постель?

Он красивый, уверенный в себе, а от одного взгляда бросает в дрожь. Многие женщины пойдут на все, чтобы стать его любовницей.

А я? Не уверена, что готова к таким отношениям. У меня и отношений толком не было, и я представляла романтические свидания и цветы, а не предложение, похожее на приглашение на работу.

Даже не стоит о таком думать. Иду в номер, собираю вещи и ищу себе жилье. На крайний случай вернусь к маме в станицу. Она, конечно, будет шокирована и разочарована, но я не опущусь до того, чтобы стать чьей-то любовницей.

В номере слишком тихо и пусто, не привыкла я к такому после жизни в общежитии. Обычно за стенкой кто-то ругается, плачут дети или играет музыка, а тут тихо.

Я опускаюсь на пол у самой двери и стараюсь собраться с мыслями. И как я согласилась с ним поехать? О чем я вообще думала в тот момент?

Мои мысли прерывает телефон, который начинает вибрировать в сумочке. Это мама.

– Да, мамуль, – я стараюсь говорить бодро, но так хочется сорваться на плач. Сказать маме, что я сейчас приеду и мне очень нужна ее поддержка.

– Мышка моя, ты только не волнуйся…

– Ма-а-ам, – вот с этих слов обычно начинаются все плохие новости, – говори, что случилось.

– Ты помнишь, что я к терапевту собиралась?

– Помню, ты сходила?

– Сходила, мышка, ничего страшного, но…

– Мама, не тяни!

– У меня чуть сахар высоковат.

– Сахар? Ну это же не страшно? Таблетки, инсулин, что тебе назначили?

– Да, инсулин, но говорят, что все очень запущено, ты же знаешь, я долго тянула. К врачу не шла.

Я прикусила губу, чтобы не сказать, что я давно настаивала на походе к врачу. У нее уже давно была слабость и головокружения, а последнее время еще и зрение подводило. Я объясняла маме, что она еще молода и такое состояние здоровья не норма, но моя мама всю жизнь провела в станице и там другое отношение к возрасту. Одинокая женщина за сорок – это старая дева.

Она и выглядела уже старше своего возраста. Одевалась в халатики, волосы всегда собирала в пучок, а про макияж и крем словно не слышала.

Я пыталась привозить ей красивые вещи, косметику, но мама отшучивалась.

– Ну и куда мне в таком? Курей кормить? Сашка, не трать деньги! У меня вон платье еще хорошее, – платью было примерно столько же лет, сколько и мне, две заплатки и потертые рукава.

– Мам, сколько денег надо? – я старалась говорить так, чтобы голос не дрожал.

– У меня тут есть немного.

– Мам!

– Мне бы только таблетки купить и витамины, я основное все купила, но на все не хватило.

– Хорошо, я завтра утром тебе отправлю.

– Спасибо, дочка, ты же знаешь, что ты у меня одна, и больше обратиться мне не к кому.

– Конечно, мама. Доброй ночи.

Я положила трубку, а сама открыла приложение банка. На счету почти нет денег. Если я отправлю деньги маме, то останусь практически ни с чем. Она бы просто так не позвонила. Видимо, вообще все потратила и осталась ни с чем.

Быстро звоню Оле, администратору бара, в котором подрабатываю ночами:

– Оль, привет. А ты не можешь мне еще смен поставить? Деньги нужны позарез!

– Ты вовремя! У нас тут аврал. Танька с температурой слегла. Если придешь через полчаса, то я на руках тебя носить буду.

Я быстро одеваюсь в удобные джинсы, футболку, набрасываю курточку и бегу к бару. Одна дополнительная смена меня не спасет, но уже будет, что отправить маме.

***

Смена затянулась до утра. Сегодня был футбольный матч, и самые ярые болельщики остались до последнего, затем одному стало плохо, а двое подрались. А мне пришлось за ними убирать.

Ольга пообещала накинуть сверху за смену, и я не отказалась. В итоге домой, то есть в гостиницу, я возвращалась довольная, но уставшая. Еще несколько таких смен, и я смогу отложить деньги на жилье.

Конечно, долго работать в таком ритме я не смогу, но мне нужно найти крышу над головой, а затем буду решать с работой.

Глава 4

В девять я уже полностью готова, даже часик поспать успела. На мое счастье, Карим не пришел. Я оделась и выбежала на улицу, можно дойти пешком. Всего несколько кварталов до бара.

Сильнее укутываюсь в шарф, когда вижу знакомый внедорожник.

Интересно он давно тут стоит?

Замираю, чувствую себя словно преступница, которая покидает место преступления. Сердце бьется в груди, как испуганная птица. Я просто стою посреди улицы и смотрю на машину.

Может, это вообще не его машина, а я стою тут как идиотка и дрожу от страха.

Дверь открывается, из машины выходит Карим. Как всегда, он выглядит идеально. Бежевое пальто до колен, коричневые брюки и светлая рубашка.

Идет в мою сторону медленно и спокойно, как хищник подбирается к жертве.

Выдерживает время. Я переминаюсь с ноги на ногу. Почему я чувствую себя загнанным зверьком?

– Куда? – спрашивает мужчина, словно он уже имеет на это право. Будто заклеймил меня.

– На работу, у меня смена.

– Ты поспала?

– Немного, – я отвожу взгляд и прикусываю губу.

– Садись в машину, поговорим, – мужчина открывает дверь пассажирского сиденья и ждет.

– Я не могу, мне на работу… Мне… – хочу сказать, что деньги нужны, но вовремя прикусываю язык.

– Сядь!

Вот точно деспот, а ведь Катька говорила. И как я так вляпалась?

Вот чего он ко мне прицепился?

Мужчина садится в машину и некоторое время нервно постукивает по рулю, а я поглядываю на часы. Я вышла раньше, но теперь могу опоздать, и этот вариант меня совсем не устраивает.

– Ты в баре работаешь? – наконец говорит мужчина.

– Да, официанткой.

– Я могу тебе найти нормальную работу.

– У меня нормальная работа, – голос дрожит.

– Шляться по ночам и не спать сутками – это ненормально, – в чем-то он прав, но я молчу, давая ему продолжить. – Я могу дать тебе денег, но что-то мне подсказывает, ты их не возьмешь. Хочешь работать? Хорошо. Давай завтра я поговорю со своим другом и тебя возьмут на работу. Простая офисная работа. В пять уже будешь свободна, и зарплата явно побольше.

– Спасибо, но…

– Саша, прекрати. Я помочь тебе хочу.

– Но почему? – я осмеливаюсь посмотреть на него.

Мужчина сидит напряженный, смотрит вперед. Кажется, я слышу, как он зубами скрипит.

– Завтра утром я заеду, – он снова меня не слышит, – у тебя есть одежда подходящая?

– Нет, – я нервно сглатываю.

У меня вообще одежды немного, основное – это джинсы и короткие платья, явно не офисная одежда.

– Что я вам буду должна, если на работу соглашусь?

– Бл**ь, Саша. Ты как ребенок. Ничего. Всё, иди в номер, никаких ночных смен в баре.

– Но я обещала, что приду, – а еще у меня на карте денег нет, даже если мне помогут с работой, то жить до зарплаты на что-то нужно.

– Значит, позвонишь и скажешь, что не придешь.

– Карим, я…

– Ты не будешь там работать! Заеду в восемь.

– Спасибо.

Я выхожу из машины и иду к гостинице. Визг тормозов, но я не оборачиваюсь, иду прямо, но в последний момент сворачиваю налево и быстро бегу в сторону бара. Я, конечно, благодарна за работу, но жить мне на что-то надо. Пока бегу, записываю Катьке голосовое сообщение:

– Привет, Кать, мне твой отец работу предложил, я не знаю, что делать. Хочу согласиться… но вначале решила узнать твое мнение. Все-таки он твой отец, если ты против, то я откажусь.

***

Через час Катька записывает мне длиннющее сообщение, в котором говорит, что все узнала. Оказывается, Карим и правда хочет устроить меня на работу, он даже уже договорился. Работать я буду помощницей у его друга, что-то вроде секретаря.

Катька говорит, что заедет утром и привезет мне подходящую одежду, ее отец хотел сам, но Катька, на мое счастье, его отговорила.

Сердце щемит от такой заботы. Мне снова немного стыдно… С другой стороны, Карим больше не делает грязных намеков. Может, он тогда просто выпил лишнего и теперь так грехи замаливает?

Ну пусть замаливает! Пусть мне только дадут шанс устроиться в нормальное место, а там я уже постараюсь хорошо работать.

Смена пролетает быстро, я даже не очень поздно заканчиваю, около трех, на такси еду в гостиницу. Быстро принимаю душ и ложусь спать. Засыпаю мгновенно, а просыпаюсь под краткий стук в дверь.

Мне привезли завтрак. Ароматный кофе, яйцо пашот и салат из свежих овощей. Тут же появляется Катька, которая привозит груду вещей и начинает меня наряжать.

– Отец попросил отвезти тебя к Марату, – Катя наливает себе кофе, – я его с детства знаю, хороший дядька.

– Спасибо, Кать, за то, что помогаете.

Глава 5

Мне дают запасную карточку от номера, я быстро раздеваюсь и лечу в душ. Кошмар! Что же я наделала? Вообще обо всём забыла.

В сумочке телефон, а мне надо маме позвонить… Ладно, ее номер я знаю наизусть, сейчас чуть остыну и спущусь на первый этаж, скажу, что с работы звоню, а телефон сел.

Принимаю контрастный душ. Мою волосы, словно это помогает вымыть из головы непристойные мысли о Кариме.

И чем же меня так привлек этот мужчина?

Да, он привлекательный, властный и даже суровый. Но мне разве нужен такой? Я же боюсь его до дрожи в коленках, даже рядом с ним спокойно находиться не могу. Краснею, блею что-то невнятно.

Мне не нужен такой мужчина. Наверное…

Я надеваю джинсы, свободную рубашку, завязываю волосы вверх и иду на первый этаж. Милая девушка-администратор дает мне телефон для звонка. Я сказала, что забыла свой на работе. Вполне правдоподобная версия.

Мама не отвечает, и я звоню тете Тане.

– Тете Таня, это я, Саша. Как там мама? Вы простите, что поздно, заработалась, – вот опять вру, гореть мне в аду.

– Сегодня вроде лучше, поставили ей какие-то капельницы. Сказали диету строгую соблюдать. Ну ты же ее знаешь?

– Знаю, она как ребенок!

– Это точно, тут мне список анализов дали, ну цены, конечно, заоблачные.

– Теть Тань, сколько? – спрашиваю я, а сама даже зажмуриваюсь, хоть бы денег в запасе хватило.

На еду у меня хватает, жить тоже есть где. Всё заначки соберу, но надо дать маме на анализы…

– Я посчитала, там еще скидку обещали.

– Теть Тань, не томи!

– Тысяч двадцать.

– Хорошо, а на лекарства есть? А на еду? Она же точно больничную есть не будет.

– Вожу ей еду два раза в день.

– Хорошо, теть Тань, спасибо вам большое за помощь. Я переведу деньги. Доброй ночи.

– Саш, а мне на этот номер звонить?

– Нет, на этот не надо. На мой. Я на работе забыла, утром заберу.

Возвращаюсь в номер и снова понимаю, что не могу ничего перевести, так как телефон у Карима, а еще и денег на карте недостаточно. Так, будем решать проблемы по мере их поступления. Сейчас достану деньги, а потом решу, как перевести. На крайний случай через банкомат, нужно только номер карты узнать.

Я не хотела обращаться к этому варианту, потому что считала, что он последний и я смогу его использовать, только если выхода не будет, но похоже, что его нет.

Я разобрала часть своих вещей, нашла там небольшую шкатулочку для драгоценностей и достала золотую цепочку. Толстая, увесистая, в ломбарде за нее должны были хорошо дать.

Эта цепочка была у матери, она говорила, что отца осталась.

Берегла ее, не продавала, а потом в какой-то момент мне отдала, словно с этой цепочкой и всё связи с ним разорвала.

Мама никогда не говорила, где мой отец, не рассказывала о нем, была только цепочка. В детстве я, конечно, мечтала, что он объявится, конечно же, он окажется состоятельным человеком, и всём моим неприятностям придет конец, но этого не произошло.

Потому что сказок не бывает!

Я положила украшение на стол и пошла за курткой, сейчас пойду в ломбард, чтобы с утра уже переслать деньги. Когда я ехала с Каримом, видела тут недалеко ломбард, кажется, он работает круглые сутки.

Я накинула куртку, открыла дверь.

Карим. Только занес руку, чтобы постучать.

– Ты снова в бар? – тут же спросил мужчина.

– Нет, воздухом хотела подышать, – поспешно спрятала цепочку в карман куртки, кажется, он заметил, но отвел взгляд.

– У тебя всё хорошо? – Он протянул мне мою сумочку.

– Да, – голос предательски дрожал.

Хотелось сказать, что нет. У меня всё плохо. Я живу в гостинице за счет мужчины, который годится мне в отцы, а еще у меня пожар внутри от одного его взгляда. А еще мне нужны деньги, чтобы помочь матери.

И я не знаю, что мне делать.

– Саша, что произошло? На тебе лица нет.

– Правда, всё хорошо, – да я и сама себе не верю.

Кого я обмануть пытаюсь…

– Спокойной ночи.

Мужчина развернулся и пошел к лифту, а я так и стояла на пороге номера, провожая его взглядом, а как только дверь закрылась, то я заперла номер и побежала к лестнице.

Ломбард я нашла быстро, удалось продать цепочку за хорошую сумму, но недостаточную. У меня еще было немного налички, но даже если собрать всё в кучу, то всё равно пару тысяч не хватит.

Пару тысяч, даже смешно. Я сегодня за ужином с Каримом больше потратила. От этого на душе заскребли кошки. Ощущение, что я маму предаю, когда трачу деньги, хоть тратит и Карим, но мне всё равно стыдно.

Я отошла от ломбарда, посмотрела по сторонам, вокруг не было никого, спрятала деньги в карман джинсов и застыла.

Глава 6

С первых минут моего рабочего дня я забываю о Кариме, поцелуях и прочем. Только работа. Сегодня Марата на месте нет, но он дал несколько заданий, которые нужно выполнить, а так как я полный лузер в офисной работе, то делаю всё значительно дольше.

Я сделала копии документов, поставила печати в разных отделах, всё подшила и сложила стопочкой на столе у Марата.

Он должен приехать вечером и всё подписать. Уже собираюсь уходить, как в кабинет врывается Катька. Выглядит она, мягко говоря, не очень. Растрепанная, в какой-то растянутой футболке и джинсах.

– Где он? – В её глазах застыли слезы.

– Кать, что случилось?

– Где он? Ты видела его?

Я меня даже дар речи пропал… Она же про Марата. Я надеюсь, что она про него, а не про своего отца.

– Ты виделась с ним? Он на звонки не отвечает! Сказал, что я ребенок! Ребенок, Саша, – Катю просто трясло, – мне двадцать лет, блядь. Я не ребенок.

Ну, точно про отца…

– Я утром его видела, он меня отвез и…

– Утром? – ее лицо перекосилось, а вот слезы будто исчезли, в глазах появилась такая ярость, что казалось она меня сейчас в порошок сотрет.

– Кать, ничего такого, – я выставила руки в защитной позе, – он просто отвез. Вчера ночью увидел меня у ломбарда и…

– Саш, ты о ком?

– О твоем отце, – я нервно сглотнула.

Тут в кабинет вошел Марат, как всегда, одетый с иголочки. Темное пальто, костюм, идеально подобранный по цвету к пальто, светлая рубашка и галстук. Его что, стилист по утрам собирает? Откуда у мужика такой вкус?

– Что тут происходит?

– Ничего, – сказала Катя и я направилась к выходу. У самой двери она схватила меня за руку и прошипела: – Узнаю, что ты трахаешься с моим отцом, я тебя прибью. И, Саша, это не фигура речи. Я реально тебя прибью.

Из кабинета я вылетела пулей, меня будто в прорубь бросили. По телу пробегала ледяная дрожь, а во рту снова появился этот кислый привкус предательства. Я стиснула зубы и постаралась успокоить дыхание.

По сути, ничего не случилось… Да, был поцелуй, но Катя о нем не знает и не узнает, расскажу ей часть событий.

Я была в ломбарде, Карим меня увидел и отвез к себе. Но почему к себе? Блин, я влипла. Я Катьку иногда боюсь больше, чем Карима, она же неадекватная, когда злится.

Я-то знаю. Видела, что она творила с девушкой, которая ухлёстывала за ее бывшим. Бывшим! А это отец.

Мне кранты!

Я опустилась за стол и не сводила глаз с кабинета Марата. Оттуда слышались крики, вопли и даже звон разбитого стекла. Я продолжала ждать.

Сами разберутся.

Через несколько минут вылетел Марат, бросив мне, что его не будет до завтра, а следом за ним выбежала Катя:

– Поговорим позже! – прошипела моя подруга и убежала.

И как я только связалась с этой семейкой?

Катя мне нравится. Она свободолюбивая, уверенная в себе, совсем не такая, как я, но еще она жестокая и злопамятная. Тут мы тоже не сходимся.

Я помню, как она увидела своего бывшего в компании с девушкой. Это было в ночном клубе, она подстерегла ее в туалете… Сказала, что просто поговорит, я не хотела в этом участвовать и ушла, как чувствовала, что случится что-то плохое.

Плохое случилось, на следующий день я узнала, что эту девушку доставили в больницу с травмой головы и сломанной рукой. На мои вопросы о произошедшем Катя сказала, что всё это случайность, якобы девушка поскользнулась и упала.

Тогда я Катю знала плохо и поверила ей, но чем дольше мы были знакомы, тем больше я о ней узнавала.

Мои мысли отвлек телефон.

Пришло сообщение.

Карим: «Сходишь сегодня со мной на одну встречу?»

Даже вопросы задает. Удивительно. Вначале я хотела отказаться. Как тут можно согласиться? Катя готова испепелить меня взглядом от одной мысли, что я была с ее отцом.

Но руки не слушаются, и я не могу написать «Нет».

Пишу. Стираю. Снова пишу…

«Если Катя узнает, то прибьет меня. Она ясно дала мне это понять!»

Несколько секунд он молчит, сообщение прочитано, но ответа нет.

Карим: «Заеду в десять, пойдем в ночной клуб. На работу придёшь после обеда. Марат в курсе».

***

Я сбегала в бухгалтерию, взяла обещанный аванс и даже успела отправить тете Тане перевод. Размер аванса меня удивил, и я даже осторожно поинтересовалась размером зарплаты.

За такие деньги тяга к работе появилась еще сильнее, и в моей голове даже поселилась надежда, что через пару месяцев я смогу снять себе квартиру. Вот только бы мама выздоровела. Тогда у меня всё точно получится и, надеюсь, Катька мне ничего не сломает.

Меня гложет чувство вины, что я думаю о ее отце, но, с другой стороны, он взрослый, как и я. Мы сами можем решать…

Глава 7

– Часто такое бывает? – Доктором оказался мужчина лет пятидесяти, с седыми волосами и забавными длинными усами.

Как только я рассказала ему про симптомы, он сразу же понял, что со мной. Карим оставил нас наедине в кабинете, который выглядел, как обычный врачебный кабинет, только в жилом доме. Видимо он ведет прием на дому.

– Давно не было.

– Ты испугалась? Расстроилась? Что вызвало паническую атаку?

– Немного испугалась.

Он посмотрел зрачки, проверил реакцию, всё, как у обычного невролога на приеме. Я сидела на кушетке, а врач сел напротив меня на стул.

– Ты нормально спишь? Питаешься?

– Ну да, – я пожала плечами.

– Наркотики, алкоголь?

– Никогда не принимала, ну, только алкоголь, но не часто.

– Я думаю, тебе уже рассказывали про панические атаки, раз это не первый раз, – доктор выглядел участливым и искренним, – поэтому повторяться не буду. Старайся высыпаться и нормально есть. Я не про быстрые перекусы, а полноценную еду. Понятно?

– Да, спасибо.

– Там Карим уже рвет и мечет, – усмехнулся врач, – пойдем к нему, пока он мне дом в щепки не разнес. Постарайся следить за своим здоровьем, а то если это повторится, то и мне достанется.

Мужчины ушли в кабинет, а мне Карим дал ключи и попросил подождать в машине, перед этим несколько раз спросив, всё ли со мной нормально.

Вот это проблемная я ему досталась…

Я забралась в машину и откинулась на сиденье, чуть опустила спинку и закрыла глаза. Очень хочется поскорее в душ и лечь спать, ненавижу это состояние. Чувствуешь себя как выжатый лимон.

Водительская дверь открылась, впустив холодный воздух и Карима. Он тяжело вздохнул и посмотрел на меня:

– Ты как?

– Нормально. Прости, что доставила проблемы.

Он наклонился ко мне и поцеловал. Легко и осторожно, даже не похоже на обычные наши поцелуи.

– Поехали спать, – он завел машину и сдал назад.

Я не стала уточнять, куда мы едем, пристегнулась и закрыла глаза. К черту всё! Я устала.

Я проснулась в гостевой комнате дома Карима. Быстро умылась, надела платье, которое теперь казалось неуместным, и спустилась вниз. На кухне сидел Карим. Завтракал.

Запах кофе и выпечки тут же пробудил аппетит.

– Поешь, я тебя отвезу в гостиницу.

Я налила себе кофе и села напротив. Из-под ресниц начала изучать мужчину. Сейчас он выглядел еще лучше, чем обычно. Такой домашний и уютный. Снова захотелось его обнять и поцеловать. Он что-то смотрел на планшете и попутно завтракал.

Я уже мысленно представила, как залезу рукой ему под рубашкой и проведу по накачанной груди, он страстно меня поцелует и усадит прямо на обеденный стол.

Вот черт! Ну почему я опять об этом думаю… Делаю еще глоток кофе. Замечаю его взгляд и стараюсь не смотреть.

– Рустам, с которым ты вчера встречался… – начала я, и Карим посмотрел на меня, – я его знаю с универа, он сказал, что расскажет Кате, что нас видел.

– Катя уже знает, мы с ней утром говорили.

– А что она знает? – внутри всё похолодело.

Три поцелуя и мое проживание в гостинице уже можно считать отношениями или содержанством?

– Я сказал, что мы вчера были в клубе.

– И? Что она сказала?

– Ничего, – Карим пожал плечами, это не ее дело, – ты ешь. Борисыч сказал, тебе питаться надо нормально. Саша, ты помнишь мое предложение, которое я озвучил тебе пару дней назад?

– Если ты про... – я даже вслух произнести не смогла, – как такое забыть.

– Не нужно говорить об этом, как о чем-то постыдном. Я хочу, чтобы ты стала моей любовницей. И ты станешь, – он на секунду задержал на мне взгляд, замолчал, а потом продолжил, – сегодня съедешь из гостиницы. Я сниму для тебя квартиру.

– Я не хочу быть ничьей любовницей, – хотелось говорить уверенно, но голос дрожал.

Мужчина медленно встал, а затем обошел стол. Сердце убежало в пятки, а затем вообще выскочило и смылось на улицу, мой мозг последовал за ним.

Потому что последующие минуты я не думала. Совсем не думала.

Я хотела отстаивать свои права, как личности, но Кариму было наплевать. Он осуществил мою фантазию, о которой я мечтала несколько секунд назад.

Подхватил меня под ягодицы и усадил на стол, кажется, пара кружек разбились, но было уже наплевать. Его руки сжимали мою попу, а губы целовали шею. Так страстно и сильно, что я смогла только застонать.

Платье задралось почти до талии, обнажив ноги и черное шелковое белье. Карим оторвался от моей шеи и его взгляд скользнул на мои трусики. Я задержала дыхание.

Его рука двигалась так медленно и нежно, что по телу пробежали мурашки. Мне стало невозможно жарко.

Вот он двигается по бедру вверх, и мы оба следим за этим движением. Предвкушаем, ждем, что будет дальше. Пальцы касаются нежного шелка. Я начинаю частно дышать и прикусываю губу, чтобы подавить вскрик.

Глава 8

Меня словно качает на волнах, таких горячих, с древесным ароматом, терпким и немного горьким. Снова начинает тошнить. Я пытаюсь открыть глаза, но не могу. Тело словно не поддается мне, не могу его контролировать. Чувствую руки, ноги, но они как ватные, не подвижные.

– Укачивает, – хриплю я и хочу пошевелиться, но меня сжимают крепкие сильные руки.

– Потерпи, малышка, скоро всё будет хорошо, – я узнаю знакомый голос Карима.

– Куда ты меня несешь?

– Всё будет хорошо, я о тебе позабочусь. Моя девочка, ты так дрожишь.

– Пить очень хочется… – последнее что я могу сказать, а затем снова проваливаюсь в сон.

Верю, что всё будет хорошо, почему-то сейчас я в это верю.

***

– Что вы помните из того, что произошло? – юрист Карима сидит на моей кухне, вернее, на кухне в квартире, которую мне снял Карим, и пытается добиться от меня хотя бы несколько слов.

– Практически ничего, – снова повторяю я, – всё как в тумане. Отчетливо я помню уже тогда, когда Борисыч, в смысле, врач поставил мне капельницы. Когда я была уже тут.

Всё и правда было, как в тумане. Юрист, которого звали Роман Лаврентьевич, рассказал мне, что Катя держала меня в квартире три дня. Она поила меня каким-то чаем, который, по ее словам, она привезла то ли из Индии, то ли из Индонезии. Проверить состав чая сейчас уже нельзя. Она влила в меня весь. Он содержал какие-то наркотические вещества. Было страшно представить, чего хотела добиться Катя.

Пока она призналась только в том, что поила меня чаем, но что-то подсказывает, что она хотела меня убить.

Казалось бы, куда еще хуже? Оказывается, есть куда…

– Александра, – продолжил юрист.

– Просто Саша, мне так комфортнее, – сказала я.

– Конечно, Саша. Мы бы хотели, чтобы вы подписали это соглашение, – мужчина протянул мне договор.

– Мы – это Карим? – я быстро пролистала три страницы текста.

– Он и Катерина. У нее был нервный срыв, и за свои действия она не отвечала, если вы откажетесь от всех обвинений, то Карим будет очень благодарен вам. Там внизу, – мужчина указал на пустые графы, – он предлагает вам написать всё, что бы вы хотели взамен.

– А Карим сам не может это сказать? – я положила документ на стол.

С тех пор как мужчина на руках вынес меня из того дома, я его не видела, а прошло уже несколько дней.

Даже Марат, которого я практически не знала, прислал мне корзину с цветами и сладостями, пожелал скорейшего выздоровления и сказал, что мое место в офисе меня ждет.

А Карим молчал. Ни сообщения, ни звонка.

Его дочь чуть не убила меня, а он молчит.

Юрист только развел руками.

Я взяла ручку и некоторое время смотрела на пустые графы, а потом написала одно слово и отдала договор юристу.

– Это всё? – Он прочитал и взглянул на меня.

– Всё, – я кивнула.

– Вы понимаете возможности моего босса? Вы можете попросить от него всё, что угодно, а просите это?

– Это всё, что мне нужно, больше меня ничего не интересует, – я пожала плечами.

Мы попрощались, и юрист ушел.

Возможно, я вела себя, как маленькая взбалмошная девчонка, но мне нужны были ответы, и меня однозначно не устраивало поведение Карима. То он весь такой властный и жесткий, а то даже не встретился со мной.

Он не выгонял меня из своей квартиры, а потом я даже обнаружила у себя на кухне еду и новый мобильный телефон. Раз в день ко мне приходила женщина, которая представилась, как Ирина, она приносила еду и делала уборку.

Первые дни я чувствовала себя ужасно и даже не противилась ее помощи. Мне правда была нужна помощь, а еще забота. Только вот не-кому было об этом сказать, а теперь еще и нельзя.

Карим… Я знаю твою семью так недолго, а вы уже доставили мне столько боли.

Я обязательно узнаю всю правду.

***

Карим

– Это что? – Карим швырнул договор на стол, – это шутка?

– Нет, она сказала, что больше ее ничто не интересует, – на лбу Романа Лаврентьевича появилась нервная испарина. Он не любил вступать в полемику с боссом, а когда заходила речь об этой девчонке, то босс словно с катушек скатывался, – я пытался ей объяснить ваши возможности…

– Что это вообще значит? – Карим уже был готов взорваться.

Он пытался выкинуть ее из головы, но это было сложно. Он понимал, что его семья доставила девчонке кучу проблем, отсюда и появилось желание позаботиться. Или тут крылось что-то большее?

Мужчина уже успел узнать, что Сашу отчислили из университета по вине Кати. Выяснилось, что Катя влезла в учительскую и украла ответы к тестам, а потом продала ответы однокурсникам, каким-то чудом и Саша тут участвовала.

У Карима были сомнения, что это так, но сейчас докопаться до правды уже было нереально.

Глава 9

Пару секунд я пребывала в оцепенении, но потом взяла себя в руки и продолжила подшивать документы. Карим направился к кабинету, который был справа от меня, ни сказав не слова.

Как только закрылась дверь, я чуть сознание не потеряла от перенапряжения.

Неужели он и правда будет тут работать? Вот прямо тут! У моего рабочего места, постоянно будет сидеть за стенкой, и я буду знать, что он там. Что может быть хуже?

Дверь приемной открылась, и в комнату зашла брюнетка с длинными волосами, она была одета в юбку-карандаш и элегантную светлую блузку с бантом на груди. В ее руках была сумочка от известного дизайнера. Она смерила меня взглядом и спросила:

– Карим у себя?

– Да, – ответила я, не отводя от нее взгляда.

Шикарная, красивая и элегантная. Точно его любовница или девушка, неприятно кольнуло внутри. Меня не касается его личная жизнь! Я не должна об этом думать.

Девушка, постукивая каблучками, направилась к кабинету Марата.

– В другой стороне, – остановила я девушку.

Она развернулась и пошла в другую строну, презрительно фыркнула и сказала:

– Кофе принеси, да поживее.

Я взглянула на часы, без двух минут пять. Могу взять свои вещи и уйти. Пусть докажет, что она меня просила. Мой рабочий день окончен, да и на Карима я не работаю.

Я колебалась. Маленький дьяволенок на моем плече говорил, что нужно уйти, даже сбежать, а вот примерная я, как всегда, выбирала другой путь.

Это моя работа, причем за нее очень хорошо платят. Мне нельзя ее потерять.

Я варю кофе, ставлю на поднос. И после краткого стука захожу в кабинет к Кариму. Никогда не заглядывала сюда. Тут не так, как у Марата, более светло и просторно, даже при том, что уже вечер.

Карим сидит за рабочим столом, а девушка напротив, закинув ногу на ногу. Я молча ставлю чашки на стол, а затем спрашиваю у Карима:

– Мой день окончен. Я могу идти?

– Конечно, – он немного в смятении.

Я быстро ухожу, а то еще заставят кружки мыть, это, конечно, тоже входит в мою работу, но не хочу этим заниматься при этой пигалице.

В ней есть что-то от Кати. Тот же высокомерный взгляд, которым она смотрит на других. Вот на меня не смотрела… Только после того, как решила, что у меня с ее отцом...

Я даже не знаю, как бы я поступила на ее месте. Конечно, я никого не пыталась бы отравить, но могла разозлиться.

В голове настойчиво сидела мысль, что я имею право выбирать. с кем мне быть, но. похоже, что мужчине это уже не интересно.

Я быстро собрала свои вещи и ушла.

Уже дома, свернувшись калачиком под пледом, под просмотр турецкого сериала я получила от Карима сообщение.

«Можешь спуститься? Нужно поговорить».

Несколько секунд я просто смотрю на сообщение. Идти не хочется, я же решила, что буду от него отдаляться, но почему же на душе так скребут кошки?

Встаю с дивана, беру по пути толстовку, ключи и спускаюсь вниз.

Машину Карима я узнала сразу, она стояла недалеко у входа.

– Почему ты не поднялся? – я спрятала руки в карманы, сегодня ночью холодно.

– Ты там живешь, и я не хочу врываться без предупреждения. Замерзла? – не дождавшись ответа, включает подогрев сидений, – какая же ты мерзлячка. Как ты спишь по ночам?

– Под двумя одеялами.

– И голая, это я тоже помню.

Я краснею и смотрю вперед. Запомнил, какую глупость я сморозила в самом начале нашего знакомства. Не забыл. Чувствую себя ужасно неловко рядом с ним.

– Саш, сегодня в офис ко мне приходила женщина, – продолжил Карим.

– Я видела, – не понимаю, к чему он это говорит.

– Это была мать Кати.

– Мать? – я даже на Карима посмотрела, – но я видела ее мать… Блондинка, кудрявые волосы, невысокого роста…

– Ты видела ее мачеху, а это мать.

– Только не говори мне, что ты еще и женат!

– Нет, мы давно развелись.

– Так что ты сказать хотел? – мне почему-то скорее хочется отсюда уйти.

– Мать Кати, Аврора, недавно ездила к дочери. – Карим набрал больше воздуха, похоже, говорить на эту тему ему неприятно. – Саша, я правда не знаю, как тебя о этом просить.

– Словами, – ехидничать не хотелось, но вырвалось.

– Катя хочет с тобой встретится.

– Ты серьезно? – я была готова взорваться, – ты правда считаешь…

– Подожди, Саш, – он неожиданно взял мою руку и сердце забилось чаще, – она тебя не тронет, сейчас ее лечат, и говорить вы будете в присутствии врача. Я сам против этой затеи.

– Зачем ей это?

– Она проходит лечение, 12 ступеней чего-то там… Просто подумай, я тебя не заставляю, – он продолжал держать мою ладонь, а затем накрыл мою руку второй. Его тепло обжигало и возрождало воспоминания.

Глава 10

– Сука! – ругается мужчина и натягивает брюки, затем поправляет рубашку, а я продолжаю сидеть на столешнице и как дура хлопать глазами. – Мы еще не закончили!

Он быстро и жадно целует меня, а затем добавляет:

– Я уведу его из офиса, а ты езжай домой и приведи себя в порядок, – он моет руки, поправляет волосы и уходит.

Я слышу голоса мужчин, как Карим предлагает Марату пообедать, потом говорит, что послал меня по поручению, дальше голоса стихают, и я остаюсь одна.

Чувства смешанные. С одной стороны, я только что делала что-то невероятное и одновременно постыдное, а с другой – это было так приятно, что хочется закрыть глаза и расслабиться.

Каждый раз, когда этот мужчина оказывается рядом, у меня словно крышу сносит. Я не могу контролировать свое тело, это сложнее меня. Неужели такое бывает? Я целовала парней. Немного, но я целовалось, но тут совсем всё иначе.

Ему не нужно меня целовать, даже касаться. Один его хищный взгляд заставляет меня дрожать. Он только смотрит, а я уже ощущаю, как становлюсь влажной. Такое порочное и одновременно сладкое чувство.

Я сушу свою блузку под сушилкой для рук, привожу себя в порядок и выхожу в приемную. Тихо, никого нет.

Мой телефон по-прежнему в сумке, жужжит.

Сообщение от Карима:

«Мне нужно срочно уехать. Нас не будет с Маратом два дня, я попросил для тебя выходные».

Мой ответ. «Спасибо».

Я не думала про выходные, а сейчас сразу пришла мысль о том, чтобы поехать к маме. Сейчас только утро. К обеду я буду на вокзале, а вечером уже в станице. У меня четыре дня.

Полно времени, чтобы проветрить голову, выкинуть из головы мужчину, который доводит меня до пожара, а может, и вообще пересмотреть свою жизнь.

***

Через пару часов я уже еду в маршрутке, прислонившись к холодному окну, я стараюсь задремать. Рядом женщина ругается с подругой по телефону, от кого-то воняет перегаром и грязными носками.

Я вспоминаю, почему так не люблю ездить домой. Дома ждет мама, по которой я очень скучаю, но которая всегда говорит мне что нужно довольствоваться тем, что есть. А в ее мире это еда, крыша над головой, которая течет каждую осень, и пара десятков кур. Это всё, что ей нужно, а вот мне хочется большего.

Сейчас у меня появился шанс, если я смогу работать у Марата, то отложу денег, а может, и вообще накоплю себе на образование. Студентку заочного отделения, с опытом работы быстрее возьмут на работу.

Хочется, чтобы всё было проще, но не получается. Постоянно нужно бороться за свое выживание.

Уже в сумерках я заезжаю в родную станицу. Мамы дома нет, она в больнице. Я уже встретилась с тетей Таней и плетусь домой. Всё такое родное, с одной стороны, и одновременно чужое.

В доме холодно, сыро и пахнет одиночеством.

Я делаю уборку, топлю печь и готовлю ужин. Постоянно верчу в руках телефон с надеждой, что позвонит Карим или напишет, но телефон молчит.

Уже к девяти часам телефон звонит, и я думаю, что это Карим, но это моя старая подруга Аля, мы учились вместе в школе. Тетя Таня передала ей, что я приехала, и Аля решила, что мы должны встретится:

– Саш, мы обязаны сегодня встретиться! – восклицает Аля, – сколько мы не виделись? Год? Я хочу увидеть, как ты изменилась.

– Аль, я так устала… и мама в больнице.

– Я всё узнала, у твоей мамы всё нормально, до утра ты в больницу всё равно не попадешь. Идем! Тут в получасе езды открыли загородный клуб, и там крутой ресторан.

– Крутой ресторан? Тут в глуши?

– Да, это суперресторан, там такие мужчины… м-м-м... Закачаешься.

– Аль, вот вообще не до мужиков.

– Так-так! – Оживляется подруга. – У тебя кто-то есть?

– Даже говорить не хочу, – я стараюсь уйти от темы, – тем более, я из одежды ничего подходящего не взяла.

– Брось! Надевай джинсы, футболку и поехали, я попрошу кузена, он нас отвезет.

– Футболка и джинсы? Аль, в ресторан?

– Ну это ресторан при загородном клубе, коктейльные платья там не носят. Ну идем! Мы не виделись вечность, у меня столько новостей.

– Идем, – я нехотя соглашаюсь.

Алька пищит от удовольствия.

В условиях маминого дома собраться сложно, я даже косметику с собой не брала. Удалось найти огрызок карандаша для бровей и тушь для ресниц. Волосы распускаю, надеваю джинсы и короткий свитер, который немного открывает живот.

Перед самым выходом пью мамину вишневую наливку, которую она хранит для особых случаев. Кузен Альки везет нас на развалюшной «шахе», тут пахнет резиной и бензином, а еще сильно качает.

Уже через пару километров я жалею о легком ужине и нескольких глотках наливки. Меня укачивает, а еще кузен Али включил печку так, что с меня седьмой пот сошел.

Загородный клуб и правда оказался шикарным. Мы вышли из машины у ворот и по территории прошли уже пешком. Тут были бани, горячие источники, ресторан, ночной клуб, а на заднем дворе теннисный корт и парк. На входе Аля показала два пропуска.

Глава 11

Карим.

Карим хотел отвлечься от девчонки, которая последние дни не выходила у него из головы, но это оказалось сложнее чем он думал. Поехать за город на пару дней было хорошей идеей. В загородном клубе всегда много девушек, которые готовы на все.

Марат уже выбрал парочку и сказал, что заказал сауну на вечер. Мужчины планировали выпить и пойти развлекаться. Карим наблюдал за танцующими девушками на танцполе. Все молодые, красивые, развратные. Некоторое выглядели настолько откровенно, что будто хотели, чтобы их трахнули прямо тут в зале.

Даже официантка, которая приносила напитки заискивающе смотрела на мужчину. Его это устраивало. Он был уверен, что найдет себе развлечение на вечер, а потом на ночь и скорее всего это будут разные девушки, но вот что он не ожидал, так это увидеть Сашу.

Ярость захватила мужчину. Девушка танцевала, красиво и сексуально, чем притягивала взгляды мужчин. Карим сразу увидел, как один из мужиков, который сидел у бара уже был готов подойти к ней и понятно с каким предложением.

Сюда для этого и приезжают.

Только для чего она тут? Он никогда не поверит, что Саша, приехала сюда в поисках секса.

Когда он нашел ее в туалете, то был в такой ярости, что хотел закинуть на плечо и утащить в свой номер, а у уже там бы он сделал с ней все, что хотел все эти дни.

Это были бы очень хорошие выходные.

Наконец-то эта ведьма перестала бы владеть его мыслями и желаниями.

Но девушка снова нарушила все его планы, она была пьяна. Так пьяна и беззащитна, а еще прижималась к нему, говорила какие-то глупости и была такой нежной, что у Карима даже сердце сжалось, а он уже был давно уверен, что сердца у него нет.

Саша.

- Карим, не тут, - я уже постанывала от желания. Он снова со мной это делает.

Целует так страстно и горячо, что земля уходит из-под ног.

- Идем, - он властно обнимает меня и ведет сторону ресторанного зала.

Я хватаю свою куртку с вешалки, забираю сумочку и стараюсь найти глазами Алю, но ее нигде нет. Карим подталкивает меня к выходу. Я оглядываюсь. Вижу у бара Марата с какой-то брюнеткой, но Али нигде нет.

Уже на улице, я достаю телефон и пишу подруге:

«Аля, ты где? Я хочу уйти»

Карим провожает меня к своей машине, которая стоит на стоянке слева от входа в ресторан.

- Я тут с подругой, не могу ее оставить? – Я сажусь к Кариму в машину и жалобно смотрю на него.

Аля будет блюстителем моей девственности, а то в таком состоянии я уже сама готова наброситься на Карима, как вспомню его руки и губы, так дрожь пробирает.

«Я тоже»

Отвечает Аля через минуту, и добавляет.

«Сейчас брату позвоню, чтобы забрал.

Отвечаю:

«Нас отвезут. Я знакомого встретила. На парковке, черный внедорожник».

- Ты же домой отвезешь? – Осторожно спрашиваю я, кто его знает какие у него планы на меня.

- Отвезу и прослежу, чтобы ты там осталась, а не шаталась по таким местам.

Аля осторожно подошла к машине, открыла дверь и села на пассажирское сиденье.

— Это Карим, а это Аля, то есть Алина.

- Здрасте, - кажется в коем-то веке и Алинка потеряла дар речи.

- Привет, - Карим повернулся к девушке и посмотрел на нее самым устрашающим взглядом, — это ты привезла Сашу в это место?

- Я , - испуганно ответила Аля.

- Не начинай, мы просто потанцевать, - возмутилась я, - ты ведешь себя так, словно мы женаты двадцать лет, и я ушла в клуб, не сказав тебе!

Похоже алкоголь из меня еще не вышел.

- Я не хочу, чтобы Саша бывала в таких местах, - Карим завел машину и поехал к воротам.

Я вжалась в сиденье, Аля тоже притихла, но через пару мгновений мне пришло сообщение от Али.

«Это он?»

Мой ответ: «Да!»

Аля: «Охренеть! Он лучше, чем ты описывала».

Доехали мы быстро. Это не разваленная «шаха» кузена. Меня даже не укачало, но может это от того, что я сидела на переднем сиденье. Карим с виду был спокойным, смотрел на дорогу и не разговаривал с нами. Мы с Алей перебрасывались незначительными фразами, а иногда сообщениями.

По дороге начал накрапывать дождь. А перед въездом в станицу он уже лил стеной.

Алю высадили у самого ее дома, она меня настойчиво попросила утром ей позвонить.

- Мать дома? – Спросил Карим, когда мы остановились у ветхого зеленого забора моего дома.

- Еще в больнице.

- Ты сама будешь ночевать?

- Да, - еле слышно сказала я.

Точно без него, во всяком случае не тут, не хочу, чтобы он увидел дом мамы. Он, конечно, простой и чистый, но похож на дом Плюшкина, который любит хранить вещи из своего прошлого. Я к этому привыкла… а вот такие, как Карим вряд ли.

- Пойдем, - он открыл свою дверь.

- Куда? – Я выпучила глаза.

- Ты домой, я проведу тебя и поеду обратно.

- Там дождь льет, как из ведра… - Если он в дом зайдет и поцелует это может закончится очень опасно, а я не готова…

- На выход, - он вышел из машины и помог вылезти мне.

У калитки мы немного намокли и к крыльцу уже бежали. У меня сердце замирало от того, что сейчас может произойти, а тело просто разрывалось на части.

Его прикосновения вызывают столько чувств и эмоций, что от них сложно отказаться, но я не хочу стать девушкой на одну ночь. Не хочу, чтобы он переспал со мной и ушел к другой.

Только не он.

***

В доме темно и пахнет сыростью, я уже привыкла к этому запаху. Мы зашли в предбанник, и я думала, что Карим уйдет, но он прижал меня к себе и поцеловал, я снова поддалась порыву.

Его горячие губы так обжигали и манили, хотелось наслаждаться еще и еще. Не разрывая поцелуй, мы вошли на кухню.

- Я запрещаю тебе ходить по таким местам, - он начал снимать с меня куртку.

- Ты не можешь мне запрещать… - выдохнула я и застонала. Мужчина залез мне под свитер и больно сжал сосок.

Глава 11

Карим

Карим хотел отвлечься от девчонки, которая последние дни не выходила у него из головы, но это оказалось сложнее, чем он думал. Поехать за город на пару дней было хорошей идеей. В загородном клубе всегда много девушек, которые готовы на всё.

Марат уже выбрал парочку и сказал, что заказал сауну на вечер. Мужчины планировали выпить и пойти развлекаться. Карим наблюдал за танцующими девушками на танцполе. Все молодые, красивые, развратные. Некоторые выглядели настолько откровенно, словно хотели, чтобы их трахнули прямо тут в зале.

Даже официантка, которая приносила напитки, заискивающе смотрела на мужчину. Его это устраивало. Он был уверен, что найдет себе развлечение на вечер, а потом на ночь и, скорее всего, это будут разные девушки, но вот чего он не ожидал, так это увидеть Сашу.

Ярость захватила мужчину. Девушка танцевала красиво и сексуально, чем притягивала взгляды мужчин. Карим сразу увидел, как один из мужиков, который сидел у бара, уже был готов подойти к ней, и понятно, с каким предложением.

Сюда для этого и приезжают.

Только для чего она тут? Он никогда не поверит, что Саша приехала сюда в поисках секса.

Когда он нашел ее в туалете, то был в такой ярости, что хотел закинуть на плечо и утащить в свой номер, а уж там бы он сделал с ней всё, что хотел все эти дни.

Это были бы очень хорошие выходные.

Наконец-то эта ведьма перестала бы владеть его мыслями и желаниями.

Но девушка снова нарушила всё его планы, она была пьяна. Так пьяна и беззащитна, а еще прижималась к нему, говорила какие-то глупости и была такой нежной, что у Карима даже сердце сжалось, а он уже был давно уверен, что сердца у него нет.

Саша

– Карим, не тут, – я уже постанывала от желания. Он снова со мной это делает.

Целует так страстно и горячо, что земля уходит из-под ног.

– Идем, – он властно обнимает меня и ведет сторону ресторанного зала.

Я хватаю свою куртку с вешалки, забираю сумочку и стараюсь найти глазами Алю, но ее нигде нет. Карим подталкивает меня к выходу. Я оглядываюсь. Вижу у бара Марата с какой-то брюнеткой, но Али нигде нет.

Уже на улице я достаю телефон и пишу подруге:

«Аля, ты где? Я хочу уйти».

Карим провожает меня к своей машине, которая стоит на стоянке слева от входа в ресторан.

– Я тут с подругой, не могу ее оставить? – я сажусь к Кариму в машину и жалобно смотрю на него.

Аля будет блюстителем моей девственности, а то в таком состоянии я уже сама готова наброситься на Карима, как вспомню его руки и губы, так дрожь пробирает.

«Я тоже, – отвечает Аля через минуту, и добавляет, – сейчас брату позвоню, чтобы забрал».

Отвечаю:

«Нас отвезут. Я знакомого встретила. На парковке, черный внедорожник».

– Ты же домой отвезешь? – осторожно спрашиваю я, кто его знает, какие у него планы на меня.

– Отвезу и прослежу, чтобы ты там осталась, а не шаталась по таким местам.

Аля осторожно подошла к машине, открыла дверь и села на пассажирское сиденье.

– Это Карим, а это Аля, то есть Алина.

– Здрасьте, – кажется, в кои-то веки Алинка потеряла дар речи.

– Привет, – Карим повернулся к девушке и посмотрел на нее самым устрашающим взглядом, – это ты привезла Сашу в это место?

– Я, – испуганно ответила Аля.

– Не начинай, мы просто потанцевать, – возмутилась я, – ты ведешь себя так, словно мы женаты двадцать лет, и я ушла в клуб, не сказав тебе!

Похоже, алкоголь из меня еще не вышел.

– Я не хочу, чтобы Саша бывала в таких местах, – Карим завел машину и поехал к воротам.

Я вжалась в сиденье, Аля тоже притихла, но через пару мгновений мне пришло сообщение от Али.

«Это он?»

Мой ответ: «Да!»

Аля: «Охренеть! Он лучше, чем ты описывала».

Доехали мы быстро. Это не разваленная «шаха» кузена. Меня даже не укачало, но, может, это оттого, что я сидела на переднем сиденье. Карим с виду был спокойным, смотрел на дорогу и не разговаривал с нами. Мы с Алей перебрасывались незначительными фразами, а иногда сообщениями.

По дороге начал накрапывать дождь. А перед въездом в станицу он уже лил стеной.

Алю высадили у самого ее дома, она меня настойчиво попросила утром ей позвонить.

– Мать дома? – спросил Карим, когда мы остановились у ветхого зеленого забора моего дома.

– Еще в больнице.

– Ты одна будешь ночевать?

– Да, – еле слышно сказала я.

Точно без него, во всяком случае, не тут, не хочу, чтобы он увидел дом мамы. Он, конечно, простой и чистый, но похож на дом Плюшкина, который любит хранить вещи из своего прошлого. Я к этому привыкла… а вот такие, как Карим, вряд ли.

Глава 12

Когда я проснулась, на улице уже светало. Я лежала на диване, заботливо укрытая пледом под тихую работу телевизора, с кухни пахло кофе, и я резко встала.

Откуда тут кофе? Мама его не пьет.

Я выглянула на кухню. За столом сидел Карим и пил кофе, а рядом тетя Таня, которая разговаривала без умолку.

– А я-то переживать начала. Знаю, что Леночка в больнице, а Шурочка в городе…

– Шурочка? – скривился Карим.

– Сашенька, ну, мы Сашку так называем. Так вот! Я так испугалась! Машина незнакомая у дома, а еще мужчины какие-то шныряют! А потом ко двору подошла, да голос ваш узнала…

Я сразу не поняла, о чем она, но затем вспомнила, что когда Катя меня травила, то Карим связывался с тетей Таней и помогал маме.

– Доброе утро, – я вышла в кухню.

– Саш, ты проснулась? – сказал мужчина и снова опустил глаза в телефон, в котором всё это время что-то печатал, – рабочие на чердаке, скоро закончат. Если нужно что-то по дому сделать, то смело говори им. Мне ехать надо.

– Спасибо, – я сделала шаг ближе, заметила, что в чашках недопитый кофе, а на плите стоит турка и рядом пачка кофе. Когда он успел?

– Только давай без вот этих твоих стеснений, – Карим встал и быстро поцеловал меня, тетя Таня аж ахнула, – я в воскресенье утром тебя заберу и отвезу в город.

– Хорошо, – я обняла его, но осторожно, перед тетей Таней было неудобно.

– Татьяна, вы проконтролируйте ребят, – Карим, наверное, понял, что толку от меня не будет, – а то Саша стесняется.

– Будет сделано.

Я проводила Карима до машины и вернулась на кухню, тут же попав под гневный взгляд тети Тани:

– Шура, на сколько он тебя старше?

– На много, тетя Таня… пожалуйста, не сейчас, я и так себя ужасно чувствую. Я пошла в зал, чтобы спрятаться от навязчивого взгляда.

– Шура! Но так нельзя, он же... он…

– В отцы мне годится, я в курсе, но он обо мне заботится.

– Конечно, заботится, ему понятно, что от девчушки молодой надо!

– Да всем это надо… – Я начала собираться к маме в больницу, но тетя Таня не отставала, – и ему и всем остальным, независимо от возраста.

– Да это ж позор какой. Вся станица знать будет.

– Давайте не будем про позор. Я не шлюха какая-то и вообще с ним даже не сплю.

– Как не спишь? – похоже, что она была разочарована.

– Вот так не сплю! Проследите за рабочими? – Я начала надевать куртку, – я к маме.

– Прослежу. А можно, они мне забор поправят? Там немного, покосился, но ты же знаешь… без мужика плохо.

– Если это не позор – использовать рабочих, то на здоровье.

Я не дала ей ничего ответить и пулей вылетела на улицу. Не ожидала я от тети Тани такого. Сидела с Каримом ворковала, а потом высказалась. Позор, говорит.

Может, и правда позор, но чем дольше я с ним, тем мне спокойнее становится.

Он ворвался в мою жизнь и перевернул всё с ног на голову, а теперь кирпичик за кирпичиком восстанавливает, причем делает это так, что кажется, будто всё становится только лучше.

Он помог мне с лечением мамы, помог с крышей, хотя не должен был этого делать. Еще сказал, что в воскресенье заберет.

Интересно, он поехал в клуб или в город?

До города несколько часов пути, вряд ли он уехал.

Мамина больница находилась недалеко. У самого входа я остановилась и перевела дыхание. Тетя Таня уже точно ей позвонила и всё рассказала. Ждать беды.

Глава 13

– Мышка моя, – мама села на кровати и потянула ко мне руки.

– У тебя отдельная палата? – не знала, что в нашей глуши такое возможно.

– Да, твой друг постарался, – мама была бледная и выглядела уставшей. – Кстати, о нем…

– Мам, пожалуйста, – я взяла ее руки, которые были прохладными, даже не по себе.

Дышащая жизнью и подвижная мама превратилась в старуху за эти дни.

– Таня сказала, что он старый, – мама грустно посмотрела на меня.

– Мам…

– Мышка, сколько ему?

– Около сорока, – я отвела взгляд к окну, в больнице так сильно пахло лекарствами, что меня начало поташнивать, видимо вчерашний алкоголь дал о себе знать.

– Саш!

– Мам, он не старый. Я совершеннолетняя, это небольшая разница, – сама не верила своим словам.

– Мышка, ну что люди скажут?

– Мам, какие люди? – меня даже потряхивать начало, – ну какая разница, что они скажут? Он помог мне, тебе, а еще и крышу нам сделал, которая текла…

– Та она всегда в дождь течет, я таз подставляю и всё…

– И всё? Мам, там плесень по всему дому! А мы потом удивляемся, что ты болеешь. Так нельзя жить!

– Зато я честна перед людьми, – мама гордо вскинула подбородок.

– Мне наплевать на людей, когда моя мать болеет.

– Я не позволю тебе ложиться под какого-то… – мама начала тяжело дышать и побледнела еще сильнее.

Потом ее руки начали трястись, а глаза неестественно скосились. Дальше ее слова стали несвязными и непонятными.

Долю секунды я не могла шелохнуться, но затем опомнилась.

– Позовите врача! – Я не стала дослушивать ее тираду, выбежала в коридор, стараясь найти помощь.

Врач нашелся, но не так быстро, как хотелось. Пришлось бежать на другой этаж. Медсестры ползали, как сонные мухи, привыкшие к размеренной станичной жизни, а я носилась, как фурия.

Нашла врача, затем подергала медсестер, чтобы они мне показали все медкарты и анализы. Я сделала фотографии всех записей, чтобы хоть как-то отвлечься от ожидания врача, и когда он вышел из палаты, то уже была относительно спокойна.

– Вашей матери стало хуже, но сейчас она стабильна, – начал доктор ленивым голосом.

– Что это было? Приступ какой-то?

– Инсульт, – сказал он с полным безразличием.

– И что? Что делать? – я была в бешенстве. Готова была взорваться.

– Мы дали ей необходимые лекарства, она под капельницей, отдыхает. Приходите завтра.

Я была в шоке от этого отношения. Всё так просто и без эмоций. Инсульт! Я достала телефон и начала читать о том, что это такое и что делать. Руки тряслись, а слова сливались в бессвязные предложения. Я опустилась прямо на холодный пол в коридоре, пытаясь что-то прочитать.

– Деточка, ты как? – Ко мне подошла милая женщина в белом халате.

– У мамы инсульт из-за меня, – как только я сказала эти слова, слезы хлынули из глаз.

Это из-за меня! Опять я виновата! Если бы она не знала про Карима, то этого бы не случилось.

– Пойдем, всё мне расскажешь, я тебе капелек накапаю успокоительных, идем. – Женщина отвела меня в свободную палату, через несколько минут принесла чай, а затем стакан с водой, в который добавила несколько капель успокоительного.

– Пей, а потом рассказывай.

– У мамы инсульт, – я вытерла слезы, – я новость одну сказала… не знала, что она так расстроится. Лучше бы молчала и вообще не приезжала. Она же на поправку шла.

– Да не шла она на поправку, – женщина отхлебнула чай, – ей нехорошо было уже третий день.

– А она говорила… – я распахнула глаза.

– Не хотела тебя беспокоить. Ты видишь, какая тут больница? Мы, конечно, стараемся, но сама понимаешь. Анализы не проверишь хорошо, всё в город отправляем, пока ответы приходят, уже бывает и поздно. С лекарствами вообще кошмар… Бюджет-то урезали…

– Я не знаю, что делать, никогда с таким не сталкивалась, – я посмотрела на большое черное пятно в углу палаты. Плесень. Мимо пробежал таракан, и медсестра его прихлопнула ногой.

Так спокойно и без эмоций. Для нее это обычное дело.

– Если есть возможность, то вези ее в город. С направлением я подсоблю, но вот за машину придется заплатить, она сама не доедет.

– Вы имеете в виду на скорой отвезти…

– Да. По-человечески советую… Вези в город, тут ее не вытянут, она молодая у тебя еще. Ладно, старики тут…

Она не стала договаривать, но я и так поняла, что тут ждет мою маму.

– Меня зовут Валентина Никифоровна, тут все меня знают, если что, ты звони в регистратуру и зови меня, а я постараюсь помочь, чем смогу. Я тут старшая медсестра.

– Спасибо вам за доброту.

Нужно срочно искать способ перевезти маму в другую больницу.

Глава 14

Сегодня была только пятница, мысли о том, что я проведу в станице еще столько времени, сводили меня с ума. Рабочие, закончив работу, уехали, тетя Таня два раза за вечер приходила под надуманным предлогом и пыталась меня разговорить насчет Карима, а я всё думала, как найти денег на лечение мамы в городе.

– Сашенька, но ты же жалеть будешь, – не унималась тетя Таня, – сейчас ты молода и красива. А потом что? Бросит тебя и найдет помоложе.

Зато мама будет жива… мысленно сказала я, но на деле даже не посмотрела на тетку.

– Шурочка, – продолжала тетя, – ну подумай сама… вся станица будет тебя обсуждать, ты же потом мужа себе не найдешь. Всё ж знать будут. Такое мимо людей не проходит. Тут всё живут сплочённо… такие новости быстро разойдутся. Машина новая проехала, и уже вся станица знает!

– Теть Тань, прекратите. Вы так говорите, будто я проституткой стала.

Хотелось сбежать отсюда скорее.

– Саш, ну а как это называется? Он старше тебя, а ты…

– Теть Тань, если это всё, то я собираюсь идти спать. Завтра у меня планы, нужно рано вставать.

Тетя Таня фыркнула, пробурчала в мой адрес, что я падшая женщина, а я пошла в комнату и легла на диван. Сейчас мне нужно принять решение, что делать дальше, и выход я знаю только один. Я не хочу к нему прибегать, но пока других вариантов не вижу, кажется, это всё, что мне остается.

На часах было уже восемь вечера, я нервно крутила в руках телефон, не решаясь написать.

Вначале я хотела написать Марату и попросить аванс, но боюсь, что сумма была бы неподъёмная. С помощью интернета я уже прикинула, сколько нужно денег и даже за пару месяцев я столько не заработаю.

Оставлять маму тут и ждать следующего инсульта я не хочу, а еще и тетя Таня. Да, она помогает, но в то же время разносит сплетни и утомляет маму, я уверена, что она каждый день вводит ее в стресс. В городе мама будет со мной. Там я смогу о ней позаботиться.

Осталось только решиться.

Это так просто, вроде бы ничего смертельного, но почему у меня ощущение, что я ввязываюсь в опасную игру? Опасную для своего сердца.

Я начинаю, что-то чувствовать к Кариму и боюсь, что, когда он наиграется, мое сердце пострадает больше всего. Но сейчас жизнь мамы важнее.

«Привет. Ты занят?».

Карим

Когда Карим вернулся в загородный клуб, Марата там уже не было, он написал сообщение, что срочно пришлось уехать.

Конечно, уехать! Нашел себе развлечение, а может и не одно.

Карим принял душ, немного поспал и пошел к бассейну. В голове снова возникал образ Саши. Он перестала уже выходить из его мыслей и Карим собрался сегодня полностью оттуда ее убрать.

Как? С помощью других женщин. В загородном клубе их было достаточно. Первую он встретил у бассейна. Стройная брюнетка с высокой грудью. Она было в белом купальнике, который, когда намок, открывал обзору все самые пикантные места.

Девушка бросала в его сторону неоднозначные взгляды, и Карим уже собирался к ней подойти, чтобы предложить пойти в свой номер, как получил сообщение на телефон от Саши.

«Привет. Ты занят?»

Он посмотрел на брюнетку, которая игриво наклонилась, будто для того, чтобы поднять упавшее полотенце и ответил:

«Что случилось?»

Саша: «Ты уже уехал в город или еще в клубе?»

Карим: «В клубе».

Саша: «Мы можем увидеться? Я хочу поговорить с тобой».

Карим: «Приеду через час».

Карим накинул халат и пошел в свой номер, брюнетка проводила мужчину грустным взглядом, а вот мужчина был в предвкушении. Похоже, что девушка, которая так долго от него убегала, сегодня сама придет к нему в руки, и тут он уже ее не отпустит.

Саша

Карим приехал ровно в то время, о котором сообщал. Я успела собраться и заперла дом, выскользнула со двора с надеждой, что тетя Таня, которая живет по соседству, этого не заметит.

Мы молча ехали до самого клуба, я не могла говорить, а он не спрашивал. Неужели понял? Это просто ужасно! За то время, пока мы ехали, я успела пройти всё стадии. Вначале было отрицание, потом гнев, в этот момент я была готова выпрыгнуть из машины на ходу, но быстро перешла к торгу, пытаясь себя убедить словами «он же мне нравится, и поэтому я себя не продаю».

Затем мне стало грустно от того, что приходится всё тянуть на себе, и когда мы остановились у клуба, то я, кажется, уже смирилась.

– Ты ничего не спросишь, – сказала я, когда Карим открыл дверь машины и подал мне руку, чтобы я вышла.

– Ты так дрожишь и бледнеешь, что я лучше подожду, пока ты успокоишься. Ты голодна?

– Немного.

– Поедим в ресторане или в номере? – такой спокойный, как удав, а меня трясет.

– В номере, – еле слышно говорю я, последние буквы вообще исчезают в воздухе.