Откровенная домохозяйка или Муж на час

Глава 1

На кухне пахнет специями, тишиной и предательством. Я поправляю пояс на шелковом халате, том самом, что Сережа привез из командировки год назад, и смотрю на стол. Две тарелки, два бокала, свечи, которые еще не зажгли. Салат «Цезарь» уже скучает под пленкой, стейки томятся в духовке на минималке. Годовщина, восемнадцатая, между прочим. Не круглая, но все же.

В руке телефон греется, будто живой. На экране лицо Ольки, моего личного психотерапевта, кризис-менеджера и по совместительству лучшей подруги.

— Он задерживается на совещании, — говорю я, и голос звучит странно спокойно, будто это не про меня. — Уже час как.

Ольга хмыкает. Ее можно понять: она слышит эту фразу, наверное, в третий раз за месяц, если не чаще.

— Ань, может, правда работа? У них там проект этот…

— Работа, — перебиваю я. — В отеле «Престиж». С Катей из маркетинга. Двадцать три года, ноги от ушей и, прости господи, явно не мозгом она там работает.

Наступает тишина. Потом тихий, растянутый свист.

— Откуда…?

— Прислали, — говорю коротко. — Мне. На телефон. Видео. Очень… откровенное. И еще сообщение, что типа «он теперь мой». Тварь!

Закрываю глаза, но картинка никуда не девается. Его спина, которую я знаю на ощупь. Чужая рука в его волосах. И главное – его голос, тот самый хрипловатый стон, который я не слышала от него лет пять.

— Мне, Оль, — повторяю я, открывая глаза. — Представляешь? Видно часть его лица, профиль. Не перепутаешь. Как будто нарочно. Как будто я уже даже не человек, а пустое место.

— Сука, — лаконично резюмирует Ольга. — Ну все, Ань, все. Хватит. Ну сколько можно?

А я вот не знаю, сколько могу. Кажется, всю жизнь могу. Восемнадцать лет замужем. Идеальная жена. Нет, правда идеальная: завтраки-ужины, выглаженные рубашки, улыбка при встрече. Потом сын родился, Миша. И я стала идеальной мамой: развивашки, прогулки, сказки на ночь. Теперь он в Москве, студент, звонит раз в неделю по пять минут.

А я осталась здесь. На этой идеально чистой кухне. С идеально приготовленным ужином для мужа, который трахает свою коллегу в гостиничном номере. А я тут, с идеально протекающей кухонной раковиной, которую муж чинить не собирается. «Ты же у меня умница, сама справишься, вызови мастера», — его любимая мантра последних лет.

— Знаешь, что самое смешное? — спрашиваю я, и в горле начинает подступать тот самый надрыв, но я его глотаю. — Я сегодня даже нижнее белье специальное надела. Кружевное, красное. Как идиотка. Думала, может, вспомнит, что я не только генеральная уборка и котлеты по средам, а что я живая, настоящая. Со своим телом. Со своими… желаниями.

Голос дрогнул. Черт.

— Оль… Мне уже не счастья какого-то запредельного хочется. Не романтики. Мне просто секса хочется. Нормального, жадного. Где бы я чувствовала, что меня не терпят из вежливости, а хотят. Где бы обо мне помнили дольше пяти минут. Где бы…

Я обрываю себя, потому что дальше будут слезы, а я сегодня с ними на «вы». Сегодня я злюсь. Это лучше.

— Ань, слушай меня, — голос Ольги становится плотным, командным. — Этот кобель – мразь. Конченная. Ты у меня – огонь! В свои… неважно сколько, ты выглядишь на двадцать пять, и не спорь. Готовишь так, что слюнки текут. Умная, красивая, квартира сияет. Чего ему, сукиному сыну, еще надо?!

— Видимо, молодой жопы, — отвечаю я с горькой усмешкой. — В ней, видимо, больше смысла.

— Ну так и ты найди себе больше смысла в другом! — выпаливает Оля. — Я тебе про что весь последний месяц говорю? Про услугу.

Я замираю. Знаю, про что.

— «Муж на час»? Оль, это же…

— Это решение! — не дает мне опомниться она. — Ты думаешь, там только краны крутят и розетки чинят? Это вам не сантехник с ЖЭКа. Там мужики… с руками. И не только для ремонта. У моей знакомой так один заходил… Розетку починил и… ну, в общем, она до сих пор вспоминает. Говорит, мастер на все руки. В прямом смысле. Ну это так, чтобы зализать рану, а потом уходи. Точнее, Сережу своего выгоняй.

Я молчу. Смотрю на каплю, которая с упрямым тиканьем падает из-под раковины в подставленную мисочку. Вот уже неделю. Сергей только отмахивается: «Потом, Анна, некогда, ты же сама справишься».

А я, похоже, справлюсь. Сейчас справлюсь кардинально.

— У меня раковина течет, — говорю я вдруг очень тихо. — Правда течет. Он говорит: вызови мастера. Ну что ж… Вызову. Мастера. На все руки.

— Вот и умница! — в голосе Оли слышится облегчение и дикая авантюрная радость. — И надень что-нибудь… ну. Не халат этот свой. Покажи, что мастер пришел не только к раковине.

Безумие. Это чистое, беспросветное безумие. Но сегодняшнее видео перечеркнуло все границы между безумием и нормой. И где-то глубоко внутри, под грудой обид, одиночества и вылизанного до блеска паркета, просыпается что-то горячее и острое. Злость. Да, именно она. И желание. Дикое, давно задавленное желание почувствовать себя просто женщиной. Не функциональной единицей. Не мебелью.

— Ты права, — внезапно слышу я свой голос. Он звучит твердо, почти чуждо. — Пусть знает. Точнее, даже не узнает. Ему уже все равно. А мне… А мне пора.