Отлетевшая

Глава 1. Ретроградный Меркурий в кабинете номер пять

Я сидела и сосредоточенно сметала крошки со скатерти, выстраивая из них идеальную линию. Это было девятое свидание за месяц. Число само по себе непростое, кармическое, но мой спутник - бухгалтер по имени Геннадий - явно не вписывался в высокие вибрации Вселенной.

- ...и вот тогда я понял, что вычет по НДС лучше подавать во вторник, - монотонно бубнил Гена, ковыряя вилкой салат.

Я автоматически начала его “сканировать”, как обычно - по интонации, жестам… ну и, ладно, немного по звёздам. Аура у Гены была цвета несвежего кефира: серая, комковатая и совершенно безжизненная. Никакого огня, сплошной приземленный Сатурн в худшем его проявлении. Я уже минут двадцать представляла, как на его месте сидит прекрасный незнакомец с бородой и пахнет сандалом, но реальность пахла только дешевым одеколоном «Свежесть» и несбывшимися надеждами.

- Гена, - мягко перебила я, - а вы никогда не чувствовали, что ваша натальная карта буквально кричит о нереализованном творческом потенциале? Может, вам стоит заняться... ну, не знаю, гончарным делом? Чтобы заземлить избыточную энергию цифр?

Геннадий замер с открытым ртом.

- Карта? Банковская? У меня там всё в порядке, лимиты расширены, кэшбек на категорию «Супермаркеты» повышенный. Какая глина, Марина? Это же нерентабельно.

Я вздохнула. Девятое свидание официально шло ко дну. Пора было эвакуироваться, пока он не начал рассказывать про амортизацию основных средств.
Оставив ошарашенного бухгалтера наедине с НДС, я почти выбежала из кафе. На улице пахло весной и переменами.
Я знала: где-то там, в бесконечном пространстве вариантов, мой мужчина уже заждался, просто наши орбиты пока не пересеклись. Наверное, из-за ретроградного Меркурия - этот парень всегда всё портил в самый неподходящий момент.

На следующее утро клиника «Дентал-Люкс» встретила меня запахом антисептика и привычным гулом бормашин.
Я переоделась в белоснежный костюм. В зеркале на меня смотрела вполне успешная тридцатилетняя женщина: аккуратное каре, добрые глаза и бейдж «Марина Александровна, стоматолог-терапевт». Никто из пациентов и не догадывался, что под медицинским халатом у меня кулон из розового кварца для привлечения любви, а в голове - четкий план уйти из медицины в эзотерику.

​В ординаторской царил хаос. Медсестра Леночка, обычно спокойная как сытый удав, суетилась у кофемашины.

- Марин, ты слышала? У нас новое руководство! - зашептала она, едва я вошла. - Старый добрый Палыч уволился, вчера еще. А сегодня приехал ОН. Говорят, зверь. Оптимизатор, прости господи.Из Москвы выписали, весь такой из себя правильный, за каждую салфетку отчет требовать будет.

Я отмахнулась, поправляя защитную маску.

- Леночка, не нагнетай. Вселенная не пошлет нам испытание, к которому мы не готовы. Главное - сохранять баланс и не входить с ним в деструктивный резонанс.

​- Какой резонанс, Марин? Он уже двоих санитарок довел до слез из-за цвета тряпок! - Леночка перекрестилась. - Иди работай, он скоро по кабинетам пойдет.

Первым пациентом был Иван Петрович, мой постоянный «клиент» с хроническим кариесом и очень тяжелой энергетикой.Мужчина суровый, но до ужаса боящийся врачей. Пока анестезия начинала действовать, я решила, что просто сверлить - это слишком примитивно.

- Иван Петрович, - пробормотала я, настраивая свет, - Вы боитесь. Это нормально. Давайте просто дышать. Я рядом. Кстати, если верить в эзотерику, то у вас зуб мудрости снизу слева так болит, потому что вы обиду на мать не проработали. И Венера у вас сейчас в таком аспекте... понимаете, зубы - это наш род. Не проработаете ментальный зажим - никакая пломба долго не продержится. Нужно отпустить обиду, Иван Петрович. Прямо сейчас, вместе с этим старым дентином.

​Пациент послушно молчал, кажется, действительно пытаясь вспомнить, не обидел ли он свою матушку с утра.

Я закрыла глаза и начала делать пассы руками над его открытым ртом, шепотом призывая энергию исцеления. Иван Петрович что-то параллельно мычал, привыкший к моим странностям.

- А теперь скажите: «Я принимаю изобилие»…

- Я, кажется, ошибся дверью, - раздался от порога низкий, холодный голос. - Я думал, это стоматология, а не филиал «Битвы экстрасенсов».

Я резко открыла глаза. В дверях стоял мужчина. Халат сидел на нем так, будто это был костюм от Armani. Лицо - вырублено из гранита, взгляд - как у прокурора.

​Я медленно выпрямилась, не снимая маски, но глядя ему прямо в глаза. Глаза у него были серые, как грозовое небо.

- Я Марина Александровна, - ответила я, стараясь, чтобы мой голос звучал уверенно. - А вы, полагаю, Артем Викторович? Наше новое испытание... то есть, руководство?

​- Именно, - он вошел в кабинет, и мне показалось, что температура воздуха упала градуса на три. Он проигнорировал мою попытку завязать контакт и подошел к лотку с инструментами. - Скажите, Марина Александровна, а в каком медицинском справочнике написано, что Венера лечит пульпит? И почему пациент находится в кресле без коффердама, пока вы обсуждаете его «девятый дом»?

​- Иван Петрович очень нервничает, - я попыталась защититься. - Психосоматический подход помогает расслабить...

- В этой клинике, - перебил он, глядя на меня так, будто я была досадным пятном на его идеальном халате, - мы будем использовать не «психосоматический подход», а протоколы доказательной медицины. Закончите здесь - зайдите ко мне в кабинет. Будем проверять вашу натальную карту в соответствие с трудовым кодексом.

​Он развернулся и вышел, чеканя шаг. Иван Петрович в кресле открыл глаза и хрипло спросил:

- Марина Александровна, а это кто? Главный бес?

​Я посмотрела на закрытую дверь, чувствуя, как пачули на моих запястьях бессильно сдаются перед запахом его дорогого парфюма.

- Нет, Иван Петрович, - вздохнула я. - Это мой новый личный ретроградный Меркурий. И, кажется, он задержится у нас надолго.

Я резко отвернулась, сжимая пальцами край стола. Нет. Таких людей в свою орбиту я не подпускаю. Потому что именно после них всё обычно идёт к чёрту.