Отпуск в "Сказке". Ключи от счастья

Глава 1

— А как ты хотела? Материнство — это труд! Семейная жизнь — это не курорт. Все так живут!

Так говорили Маше, когда она открывала рот, чтобы произнести что-то по поводу того, что опять не спала ночью, потому что Анжела просила грудь; что у Кати был ротавирус, что Сереже приснился кошмар и он пришел к маме в кровать, а потом заснул, почти вытеснив ее, так что пришлось лежать в крайне неудобной позе.

Или если Маша жаловалась, что у нее болит спина таскать на руках младшенькую, что в подъезде опять сломался грузовой лифт и приходится заталкивать коляску по лестнице на четвертый этаж, а впридачу и Сережин самокат, что не хватает денег на конструктор, который требует Сережа на свой день рождения, потому что Катю надо собирать в школу, а муж купил на отложенные деньги какую-то дорогую видеокарту для своего компьютера и еще навороченную клавиатуру…

— А ты чем думала, когда столько детей рожала?

“А вы чем думали, когда просили внуков? — устало думала Маша. — Когда спрашивали, скоро ли за вторым, когда уверяли, что поможете…”

Младшая дочь получилась случайно, вернее, из-за мужниного раздолбайства. Маша плакала, но не решилась прервать беременность.

“Как же я устала, устала, устала…” — думала Маша, плетясь из магазина с тяжелыми сумками. Там была самая дешевая, облепленная землей картошка, самые дешевые яблоки, не совсем дешевые макароны, но по акции (потому что самые дешевые разваривались в несъедобный клейстер), йогурты с истекающим сроком годности (потому что так дешевле) и другие продукты, которыми она вынуждена была кормить детей и мужа.

Муж Слава работал. Кормил, так сказать, семью.

Только вот за пресловутой каменной стеной себя Маша не чувствовала.

Слава не перетруждался на своей работе и был доволен своим не самым большим окладом. То, что его перестало хватать еще после рождения Кати, мужа не слишком-то заботило. В конце концов, это дело жены — распределить деньги так, чтобы на все хватало.

Слава в глубине души считал Машу транжирой и плохой хозяйкой. Вечно дома чего-то недоставало, вечно бардак и ничего не найти. Вот у мамы всегда было чисто и еда вкусная…

А еще Слава уже научился отстраняться от Машиной пилежки. Ну подумаешь, сел человек в комп порубиться после рабочего-то дня. Должен он отдыхать или нет?

Что касается Машиного отдыха, то она и так была в отпуске — в декретном, но все же. Поэтому, по мнению мужа, могла отдыхать в любое время.

Маша же шла домой с ненавистной мыслью о том, что сейчас еще надо гулять со всеми детьми, и еще повезло, что она ускользнула в магазин без них, иначе бюджет совсем бы затрещал по швам: начались бы бесконечные просьбы купить шоколадное яйцо или мармеладки с проклятой прикассовой зоны, или какую-нибудь очередную игрушку, которая или сломается в первый же день, или будет потеряна, или вообще забыта сразу, как только дети вернутся с покупкой домой…

Дома Машу встретил привычный шум и бардак. Бесконечные детские песенки из мультиков, Сережин обиженный рев и грохот — это Анжелка нашла ложку и колотила ей по металлической Катиной кружке (стеклянную дочка недавно расколотила).

Уши привычно заныли.

— Катя, Анжела разлила сок! Ты бы хоть тряпкой вытерла…

— Ну ма-ам!

— Что “мам”? А Сережа почему ревет?

— Он мои карандаши хотел!

— Ну дала бы ему!

— Это мои! А он их опять поломает и раскидает… — насупилась старшая.

— Так, собираемся гулять, — сказала Маша, быстро попрятав продукты.

— Ура! А можно я легинсы с единорогами надену? — попросила Катя.

— Там жарко, надевай шорты.

— Не хочу шорты!

— Сережа, пойдем гулять.

— Не хочу! Катька карандаши-и-и…

Маша меняла младшей грязный подгузник, дочь норовила увернуться от водных процедур и басовито ревела.

— Катя, ну ты хоть причешись сама! Ты видишь, что я занята?

— А где расческа?

— Там, куда ты ее бросила в прошлый раз!

— Я не зна-а-аю!

— Кать, ну хоть ты не ной!

Расческа нашлась в Анжелкиных игрушках.

— Кать, я тебе говорила: клади на полочку повыше, не бросай. Она же маленькая!..

Наконец, когда все были собраны, Маша чувствовала себя, словно смену в шахте отработала. Мельком бросила взгляд на себя в зеркало — волосы всклокочены, давно не мыты, кое-как собраны в гульку, на футболке пятно, штаны едва застегиваются — и когда только она успела поправиться? — а босоножки старые, купленные еще до рождения Сережи, и на ремешке уже облезло все вокруг застежки.

На площадке Маша с завистью поглядывала на мам и пап, которым удавалось сесть и посидеть с телефоном на скамейке. На коляске Анжелы была специальная подставка для кофейного стаканчика, но она всегда пустовала: Маша не помнила, когда она последний раз брала какой-нибудь напиток на вынос: и денег жаль, и всегда с детьми — а это значит, и они чего-нибудь захотят, а купить впридачу к кофе всем по вкусняшке, а потом еще и каждый день отказывать детям зайти и снова купить дорогие сладости Маша уже совсем не могла себе позволить.

Отчаянно захотелось в отпуск.

1.1

Да только отпуска в этом году не предвиделось. Сдавали на выпускной Кати из садика, лечили три зуба Сереже (под наркозом, потому что иначе врач никак не мог уговорить сына посидеть с открытым ртом), теперь еще для Кати надо все купить, пока не подорожало… Маша хотела купить дочери с рук почти новый рюкзак с котятами, который продавали соседи, на Катя уперлась: хочу с единорогами — и точка.

Единороги в соседском чатике не пробегали…

Маша ходила за Анжелой, которая на нетвердых ножках топала по площадке, пытаясь залезть на все, что попадалось по пути, и потянуть в рот все, что находилось под ногами. Маша уже отобрала у нее просыпанные другими детьми чипсы, резиновый значок, из тех, что цепляют на обувь (старшая дочь просветила, что они называются джиббитсы), формочку в виде мороженого, всю в мокром песке, которую кто-то унес из песочницы и потерял…

Маша едва успела перевести взгляд на Сережу, который только что упал с самоката, но обошлось без рева, как краем глаза увидела, как Анжелка снова тащит в рот что-то большое, блестящее…

Ключи!

— Анжела, отдай! Это бяка! Фу!

Дочь не согласилась с “бякой” и подняла рев из-за отобранной связки. Потратив минут пятнадцать, чтобы наконец уговорить дочку переместиться в песочницу и заодно убедить старшую слезть с качелей и присмотреть за маленькой, Маша наконец рассмотрела находку.

Два ключа на кольце, довольно старомодных на вид, с брелком в виде крылатого коня — пегаса.

Маша сфотографировала ключи и сбросила объявление в чат соседей с вопросом: “Кто потерял?”

Хотела сначала оставить ключи на площадке, но потом передумала — мало ли, дети заиграют. В конце концов, чужих здесь ходит мало, все местные, а ключи приметные, и чат активный, так что хозяева точно найдутся.

Маша сама как-то забыла на площадке сумку с детским барахлом — и только из чата узнала, что сумка так и лежит на лавочке. Вышла и забрала, все было в целости. А соседка со второго этажа забыла покупку из маркетплейса — тоже девушка оставила на площадке, сфотографировав, но кто-то вороватый успел унести пакет.

Сережа запросился домой, Катя, наоборот, заупрямилась, но Анжеле пора было менять подгузник, и Маша все же ушла с площадки, унося в кармане найденные ключи, а в руках — самокат, сумку с игрушками и извивающуюся Анжелу. Катя и Сережа едва не подрались за право катить коляску, хотя обычно оба отказывались от этого занятия. В итоге Маше пришлось и их разнимать.

Накричав от усталости на детей, она включила им мультики, а сама пошла укладывать раскапризничавшуюся младшую. Та только недавно была отлучена от груди, согласившись заменить ее на молочную кашку из маленького тетрапака.

Лежа рядом с засыпающей дочкой и поглаживая ее, Маша листала соцсети в телефоне. Это было ее вредной привычкой — попыткой отдохнуть с легким привкусом вины. Вместо того, чтобы делать что-то полезное, Маша просто скроллила красивые картинки, не сильно вникая в содержание текста под ними.

В основном, конечно, попадались посты других жен и мам, только почему-то, как на подбор, счастливых. Уютные интерьеры бежевых оттенков, кофейные стаканчики на фоне ухоженного парка и безмятежно спящего в коляске малыша, красивые развивающие игрушки, которые хотелось потрогать самой, маленькие рукодельные шедевры — серьги, слингобусы, вязаные сумочки, игрушки из фетра или валяной шерсти, пироги с пылу с жару — причем с низким гликемическим индексом, без глютена и исключительно полезные для фигуры и здоровья вообще, сертификаты о прохождении курсов…

И, конечно, фотографии чужих отпусков. Лето же…

Пляжи с чистым светлым песком и бескрайняя морская гладь. Фруктовые коктейли и мороженое. Высокие, светлые сосновые леса и деревянные гостевые домики с каминами. Шашлыки на кострах и мангалах. Ракушки, клубника с дачи, ручные животные, развлечения…

Отпуск!