Отрицание

Глава 1

Она прекрасна.
Я украдкой посмотрел на неё.
Хочу её. Вызывает желание, даже если скользнуть по ней взглядом.
Идеальна.
Модель или актриса?
Не знаю. Хотя это звучит так, будто только они могут быть красивыми.
Всё чаще я замечал за собой, что взгляд возвращается и притягивается, как магнитом.
Не только я — мужчины и женщины, идущие мимо, в том числе.
Правильные черты лица. Большие брови, распахнутые глаза без морщинок и отпечатка жизни.
Сколько ей лет?
Я хочу к ней подойти и заговорить.
Странно.
Почему я захотел подойти? Как маховик, эта мысль раскручивается сильней и сильней.
Но, если честен с собой, меня пугают красивые женщины.
Особенно такие — идеальные.
Знакомая любому мужчине энергия начала разливаться по телу. Я посмотрел вниз и хмыкнул.
Ноги всё сделали сами — я встал перед ней.
Как я тут оказался?
Она посмотрела на меня в ответ и слегка улыбнулась — я утонул в её голубых глазах.
Поперхнулся — забыл, как дышать. Восстановил дыхание, откашлявшись.
Это ненормально!
С ней что-то не так.
Тело сходит с ума, превращая меня в пятнадцатилетнего дурачка, которому башню срывает от гормонов.
Мысли о мёртвой жене немного остудили голову. Я смог взять себя в руки.
Она молча смотрела на меня, немного подняв голову, и обворожительно улыбалась.
— Привет, — всё же выдавил я, отчаянно сопротивляясь желанию.
— Привет, — ответила она и раскрыла глаза ещё шире.
Я таких видел только в «NeuroMaxim». С трудом отвернул голову — давление ослабло. Закрыл глаза — полегчало. Сосредоточился на дыхании и начал наблюдать за ним.
Глупо выгляжу, но лучше так.
Сколько я так уже стою? Потерял счёт времени.
Пять. Десять. А может, все двадцать минут?
Ноги затекли.
Найдя в себе силы, я развернулся и пошёл от неё подальше. Шёл, не оглядываясь. Выпрямил спину, как военный на параде. Чувствую, как напряжены мышцы.
Кисель в голове.
Приоткрыл глаза.
Кофейня.
Сахар и кофеин — два моих ненавистных друга. Надежда на вас. Чем дальше я удалялся от женщины, тем быстрее становились мои шаги. Дыхание выровнялось. Тело расслабилось. Мысли прояснились.
Отметил, что мои мысли заняты выбором кофе. Отлично!
Я услышал рядом цоканье копыт.
Ха-ха.
Я повернулся, чтобы узнать, что за звук, и увидел красные лакированные туфли в метре от себя.
Чёрт возьми, женщина, ты разрываешь мне сердце! Снова теряя над собой контроль, я побежал в кофейню.
— Постой! — крикнула она и хихикнула, чем только добавила мне прыти.
Я забежал в кофейню и перевёл дух:
— Фух. Фух. Фу-у-у-у-х, — я оглянулся и посмотрел в окно.
Она стояла на том же месте, откуда я стартанул.
Я наконец отдышался, выпрямился и вдохнул полной грудью. Победная улыбка засияла на моём лице.
Жалкие гормоны, как посмели вы управлять мной!
Я — не животное!
Что если она зайдём следом?
Улыбка померкла.
Отдышавшись, я сделал заказ и пошёл в угол кофейни. Там меня ждал миленький диванчик. Слышал, всякие отбросы занимали углы в ресторанах, чтобы среагировать на угрозу. Могу поспорить, они никогда не встречали столь пленительную женщину. Вне всякого сомнения — она опаснее обычных быков.
Я сидел перед кружкой кофе, задумчиво постукивая ложкой по стенкам кружки. Красивый рисунок из пены превратился в месиво. Где-то на грани восприятия заметил, как прозвенели колокольчики.
— Привет, — сказала женщина и села рядом.
Я взглянул на неё и опрокинул в себя горячий кофе. Рот больно обожгло, и боль отрезвила меня.
— Ш-ш-ш, — я сморщил нос от боли, выдыхая: — ха-а-а.
Проклятая женщина, что ты здесь делаешь?
Проваливай!
Боль чуть утихла, и я смог прислушаться к себе. Давление на разум снижено, хоть она по-прежнему манила к себе. Я заглянул в себя и посмотрел чуть более трезвым взглядом.
Окинул её взглядом — всё по-прежнему. Но мысли не путаются.
Я сделал то, что обычно не делаю:
— Что тебе нужно? — спросил я прямо, переходя на «ты».
Она ничуть не смутилась.
Вообще-то это было невежливо.
Давай.
Уходи.
Она протянула ко мне руку и, обворожительно улыбнувшись, взяла кофе из моих рук и отхлебнула. Наши руки соприкоснулись. Меня ударило током, нахлынула волна возбуждения и наслаждения от прикосновения к ней. Я резко отдёрнул руку и, вернув себе кофе, снова сделал несколько глотков.
Чёрт, женщина, ты делаешь из меня посмешище!
Встать и уйти?
Нет. Здесь спокойно. Я огляделся по сторонам — на нас никто не смотрит, а ведь не заметить красоту этой женщины не смог бы ни один человек.
Глоток — дно показалось.
— Закажи себе сама, — сказал я уже спокойнее.
— Я хочу тебя, — сказала она и улыбнулась, показав немаленькие клыки.
Ты меня съесть собралась?
Говядина сочнее.
— Это ещё больше пугает, — хмыкнул я, — опасно такое говорить тому, кого видишь впервые в жизни. Может плохо закончиться.
— Ага, — кивнула она и встала, пошла заказать себе кофе.
Мило улыбнулась баристе и, сказав пару слов, получила от него десяток в ответ. Я даже не успел подумать над планом отступления.
— Не собираешься ждать?
— Он любезно предложил принести его лично.
— Ещё бы.
Мужчины будут выполнять всё, что захочешь. И некоторые женщины.
— Так что тебе нужно?
— Я же сказала, — она направила на меня указательный палец, — я. Хочу. Тебя.
Она развела руки в стороны и хищно улыбнулась:
— Буквально. Во всех смыслах.
— Это в каких? — поднял я одну бровь.
Удиви меня.
В обычное время я бы подумал, что это комплимент и лелеял его до конца жизни.
— В каких ты только можешь придумать: трахнуть. Убить. Съесть, — улыбнулась она и показала мне длинный раздвоенный язык.
Вряд ли это сплит. Образ языка раздваивался между нормальным и раздвоенным. Одна картинка накладывалась поверх другой. Через пару секунд там уже был обычный аккуратный маленький женский язычок.
— Заманчивое предложение, но в другой раз, — нервно сглотнул я.
Дурка
До двери несколько десятков шагов. Я разочарованно вздохнул. Я бы хотел уйти, но её очарование не действует в кофейне. В отличие от улицы. Останусь.
— Нет-нет, я правда хочу это сделать, — она слегка прищурилась, — не ты первый такой.
Как такая хрупкая женщина смогла справиться с мужчиной?
Против лома нет приёма, а кухонный нож на первом месте по бытовым убийствам.
Не верю.
Люди пропали — полиция не шелохнулась? Прохладная история.
Чокнутая.
Но не агрессивная.
Я расслабился.
Хотя стоит ли расслабляться? Главное — не перечить психам, так? Интересно, что она ещё придумает. Я поинтересовался:
— А как ты с ними справилась? Не выглядишь сильной.
— Правда-правда? — радостно хлопнула руками и подскочила. — Я на это и рассчитываю. Мужчины склонны недооценивать женщин.
— Да неужели? — с сомнением посмотрел на неё.
Мысль верная, но как ей это помогло скрыть следы?
— Я демон.
Я посмотрел на кружку.
Да.
Там определённо кофе, а не вещества.
Сходил за кофе, провожаемый её взглядом. Заказал.
Вот она, дверь — рукой подать.
А что если…
Я вновь оказался за столиком. Непонимающе проморгался.
Э-э-э.
Ладно.
— То есть ты — демон? — я вернулся на место.
— Ага, — она радостно кивнула и отпила кофе, посасывая его через трубочку.
Я поднял одну бровь.
Мало?
Поднял обе брови.
Глупо.
Чёрт, эта женщина сумасшедшая. Какое злое зло она сделала миру, что он проклял её разум?
Я откинулся на спинку дивана и вытянул руку вдоль спинки. Посмотрел в окно. Все дружно, не сговариваясь, замолчали. Тишина опустилась на кофейню.
Женщина лукаво на меня поглядывала, ожидая ответ.
А мне всё равно. Чувствую себя опустошённым.
Неделя на работе вымотала, а эта дамочка… контрольный.
Не таясь, я решил рассмотреть её получше.
Волосы аккуратно уложены, пробор чётко виден, нет секущихся кончиков. Ушки маленькие и аккуратные. Лицо гармонично — губы пухлые, кончики рта приподняты в улыбке, даже когда она не улыбается. Морщин нет, и юное лицо. Шея не тонкая и не толстая. Грудь соразмерна узким плечам. Тонкая талия, широкие бёдра. И самое главное — она в платье и на каблуках. Редкость для современных женщин. Любой бы на неё запал.
— Знаешь, что-то мне не хочется, чтобы меня ели. Тем более демоны. Я не против демонов, но умирать не хочется, — попытался я ей объяснить, как ребёнку. — Понимаешь, это, наверное, больно, а я как-то не особо люблю боль.
— Я быстро. Р-р-раз — и всё. Удар прямо в мозг, — широко улыбнулась она и добавила — как ты любишь.
Хм?
Откуда…
— Ты говорила, что хочешь меня во всех смыслах. А как же любовь? — подколол её, отхлёбывая из кружки.
— Любовь. Кого она волнует в наше время?
— Меня, — ответил я ей и нахмурился. — Меня она волнует.
Какое-то время мы молчали. Я услышал, как что-то щёлкает над головой.
Поднял голову — часы.
Надо же. Раритет.
— Я не знаю, что такое любовь, — немного помолчав, она ответила и постучала пальцем по кружке. — Демоны не любят.
— Вообще?
— Не знаю. Что такое любовь, человек? Я, когда училась, поняла, что любовь для вас — это ещё один способ манипуляций.
— Любовь — это когда хочется быть рядом с другим человеком и помогать ему бескорыстно и без зависти радоваться его успехам, — попытался я сформулировать то, что давно было в голове, — быть просто рядом.
Мне вообще не очень нравится, куда идёт разговор. Я здесь не для философских рассуждений.
Мы замолчали.
Норм.
Не открывай рот, произведение искусства.
Может быть, её обаяние перестало работать, потому что она его выключила. Может, и правда демон?
— Зачем ты ешь людей? — я решил поддержать её бред.
— Зачем люди едят свиней? Кур? Овец?
Что ж. Разумно.
Сравнение со скотом не очень приятно, но какое мне дело до чувств других. Стоит ли доложить на неё в полицию? В любом случае стоит быть осторожнее с тем, кто заявляет, что ел людей.
— А трупы? Ты не боишься, что тебя поймают? — я всё пытался нащупать, где она проколется в своих бреднях.
— Без остатка. До последней капли крови, — хищно оскалилась она и облизнулась на редкость длинным языком.
— Зачем ты мне всё это рассказываешь? — я спросил прямо. — Разве не лучше меня обмануть и заманить к себе?
Она хихикнула:
— Не могу. Условие пребывания в мире смертных.
Я немного подумал, наклонил голову и почесал в затылке:
— То есть ты всегда говоришь только правду?
— Да.
— И ко всем, к кому ты подходила, ты говорила, что их съешь?
— Ага, — она снова затянулась кофе, и трубочка издала звук, извещающий о том, что на дне больше нет остатков.
— И они всё равно шли?
Она соблазнительно улыбнулась, приняла невинную позу и похлопала ресницами.
— И задавали такие же вопросы, как и я?
— Не все.
— И всё равно пошли с тобой?
— Ага, — она томно закатила глаза.
Я поднял руки — сдаюсь. Твоя шиза победила.
Она вытянулась вверх, опустила их и провела по телу, поглаживая его:
— Что думаешь обо мне?
Можно подумать, кто-то будет думать, глядя на тебя.
— Ты красивая, — я пожевал зубочистку, достал её и посмотрел на жёваный кончик, — обворожительно красивая. Ослепительно.
Постучал ею по столу, глядя, как кончик расплющивается:
— Но я не верю, что ты демон. Сама понимаешь почему. Думаю, у тебя поехала крыша, и тебе стоит пройти обследование. Хорошо, что на людей не кидаешься. Пока я не решил, что делать дальше. Думаю, просто уйду, в конце концов, если бы ты кого-то убила, то тебя бы искала полиция.
— Полиция? Ах-ха-ха, — она пренебрежительно рассмеялась.
Не смейся так над ними.
Они тоже люди.
Формально.
— Я не знаю, говоришь ли ты правду. И мне всё равно. Главное — держись подальше.
— Уже уходишь, милый? — она откинула длинные волосы назад и выгнулась, как кошка.
Я прибрал за собой на столе, намереваясь уйти:
— Береги себя.
— Стой, — нахмурила она брови, и потом её лицо прояснилось. — Эй, а если я докажу, что я демон?
— Валяй, — мне уже было не очень интересно, и я прислонился лбом к окну.
Стекло приятно охлаждало лоб, и мысли немного устаканились:
— Но зачем? Хочешь напасть?
— Не хочу. Ты должен сам пойти со мной и согласиться отдать своё тело и душу, — уже серьёзно ответила она.
Я усмехнулся — серьёзная заявка.
Её рука, лежащая на столе, немного придвинулась ко мне. Ноготь на указательном пальце начал расти. Пять сантиметров. Десять. Пятнадцать. Он вытягивался, уплотняясь и заостряясь, пока не стал длинным когтем.
Я отвернулся и снова положил голову на стекло.
Я сплю?
Откуда бы взяться демону в нашем мире, ещё и с такими когтями.
Странный сон со странным разговором. Давай сократим прелюдию и просто по старинке потрахаемся.
Она постучала когтем по столу, привлекая внимание. Согнула руку в локте — остальные пальцы тоже начали отращивать когти.
Чему тут удивляться. Во сне и не такое увидишь.
Я осмелел и взял её за запястье.
Притянул.
Она немного удивилась, но позволила и протянула руку ближе. Неожиданно приятно было держать её руку. Давно я никого за руку не держал. Рассмотрел пальцы, посгибал их в фалангах. Как настоящие, прямо! Попробовал нащупать пульс.
— Что ты делаешь? — наклонила она голову. — Видишь, я же говорила, что я демон. Какие ещё доказательства нужны?
— Я думаю, что сплю, — я объяснил ей, — это объясняет, почему у тебя нет пульса.
— Конечно нет. По нашим венам течёт магия, и сердце у нас твёрдое.
— Хочешь сказать, у вас нет крови? — это привело меня в замешательство.
Она провела когтем по запястью, оттуда брызнула алая кровь, как из пережатого шланга, забрызгав всё вокруг — меня и женщину, стол и стекло. Через секунду порез закрылся. Я огляделся по сторонам — посетителей это не волновало. Бариста испуганно побежал к нам и, поймав взгляд дамочки, резко остановился посередине пути. Немного постоял, переминаясь с ноги на ногу, и вернулся за стойку.
Кровь испарилась. Без остатка.
И кто после такого скажет, что я не сплю?
— Почему она красная? — меня это заинтересовало.
Фиолетовая, зелёная, голубая. Столько прекрасных цветов, а она просто красная. Банально.
— Тебя это интересует? — у неё рот открылся в улыбке, обнажая ряды клыков.
В общем да, я же не просто так спросил. Настаивать на ответе не буду. Сон сном, а умирать не хочется.
— И сердце твёрдое? — уточнил я.
— Да.
Я ожидал, что она вспорет себе грудь и достанет его. Увы, такого представления я не удостоился.
Я взял телефон в руки. Сфотографировал её. Идеальная работа нейросети. Чтобы осознать её настоящую глубину, нужно было быть рядом.
— Удали, — спокойно сказала она.
Я развернул телефон экраном к ней и показал, как удаляю фотку. Она кивнула.
— Я же демон, а не вампир, — она фыркнула. — Не знаю, работают ли эти ваши штуки на вампиров.
— А в зеркале отражаются?
— Не всегда. Иногда отражаются, иногда нет.
Возможно, от способа производства зеркал.
Какое-то время мы сидели молча. Я задумался. Я на свидании не был пятнадцать лет. Моя первая девушка стала моей женой.
Она встала и пошла к выходу.
Давай-давай.
— А в зеркале отражаются?
— Не всегда. Иногда отражаются, иногда нет.
Возможно, от способа производства зеркал.
Какое-то время мы сидели молча. Я задумался. Я на свидании не был пятнадцать лет. Моя первая девушка стала моей женой.
Она встала и пошла к выходу.
Давай-давай.

Глава 2

Рано обрадовался.
Она сделала заказ у бариста:
— Тройной эспрессо, без сахара, — услышал я её негромкий голос. — Слишком маленькая, сделай десять таких, таких и горячий максимально.
Он, не задавая вопросов, начал работу.
Готово.
Инфаркт миокарда в кружке. С вас много денег.
Это преступление, мужик.
Чёрт возьми, цены на кофе выходят за все мыслимые пределы. А демоны не бедствуют, да?
— Тебе правда нравится этот кофе? — я заглянул в её кружку.
Там плескалось нечто тёмное настолько, что даже не было понятно, что это кофе. Такого объёма хватит на бригаду рабочих.
— Очень, — сказала она и вдохнула аромат. — Мне очень нравится.
В кофейне было тепло, но от её кружки валил пар. Она спокойно сделала несколько глотков и выдохнула мне в лицо струю пара:
— Смешное у тебя лицо, — она показала мне язык.
Да-да, обычный змеиный язык — достал до яремной ямки.
Восхитительно. Этот сон меня начинает утомлять.
— Это точно ненормально. Твоему желудку конец, если ты так продолжишь.
— О-о-о, милый. Ты беспокоишься за меня? — она облизнула пухлые губы.
Фыркнул.
— Я демон. Ничего со мной не будет, — она сделала ещё несколько глубоких глотков.
— Ясно. Понятно. Ты невменяема и можешь себе навредить, — сказал я, набирая номер полиции на телефоне.
Она насмешливо посмотрела на меня и откинулась назад.
Какое-то время были гудки, и взяли трубку:
— Здравствуйте. Старший лейтенант Хлынова. Что у вас?
— Да, здравствуйте. Передо мной сидит женщина, которая утверждает, что она демон. И что убила и съела людей. Говорит, что и меня хочет убить и съесть.
Какое-то время в трубке молчали. Потом лейтенант вздохнула и сказала:
— Так и говорит?
— Да.
— Она пытается на вас напасть или причинить вам вред?
Так и знал, что всё сведётся к этому.
— Нет, пока просто сидит и смотрит на меня, — я посмотрел на женщину напротив. — Ещё она хлещет кипяток большими глотками, так что я бы ещё вызвал врачей.
На той стороне трубки снова вздохнули. Чёрт, я, наверное, звучу как псих.
— Ваш адрес?
Я назвал адрес. Меня заверили, что отправили патруль. Скоро будут на месте.
Ну-ну.
Неторопливые служители закона.
Сейчас мне это уже не кажется хорошей идеей. Я посмотрел на то, как она хлебает кипяток — с женщиной такой комплекции могу справиться и одной рукой. Маникюр внушает опасения, но кипяток в руках опаснее.
Прямо на моих глазах когти начали уменьшаться, пока не стали обычными ногтями.
— Если ты демон, то разве ты не должна меня соблазнять? Или вроде того? Чем вообще занимаются демоны?
— Я обычно смотрю сериалы, — она задумалась и немного постучала себя по лбу. — Иногда гуляю, иногда ем людей. Ну знаешь, ничего необычного. Обычная демоническая жизнь.
— Вот как? — я тихо рассмеялся.
Выходные небось ещё строго регламентированы.
— Мне не нужно тебя соблазнять, ведь ты сам ко мне придёшь, — она легко ответила с горечью, глядя на пустую кружку.
— Да-а-а? — я криво усмехнулся.
Ты выпила пол-литра кипятка, знаешь, я почти готов поверить, что ты демон.
— Запал на меня? — прямо спросила она и хихикнула.
Я тупо уставился на её улыбку. Такая улыбка ей не шла — портила образ. О чём я ей сказал.
Она ещё шире улыбнулась, обнажив частокол клыков.
Миленько.
«Мягкие предметы не совать!»
Тем временем в кофейне стало неуютно тихо.
Посетители уходили.
Бариста скрылся в подсобке.
Зазвенели колокольчики на дверях.
Вошло двое патрульных.
Один из них щёлкнул замком на двери и перевернул табличку «открыто/закрыто».
Женщина передо мной сморщилась и чихнула.
— Демоны чихают?
— У меня же есть нос, — она посмотрела на меня как на дурака. — Не выношу запах псины.
— Может, у тебя аллергия?
— Ага, — она скривилась и зажала нос.
Я не успел ответить. Они встали перед нами и уставились на женщину.
— Младший сержант Кузьменко. Ваши документы.
— Ты нас вызвал? — спросил другой, стоявший чуть позади сержанта.
Грубо.
Среднего роста. Широкоплечие. Если бы не горбатились, могли бы сойти за атлетов. Ничем не примечательные широкие лица. Обращались ко мне — глазели на собеседницу.
— Я звонил в полицию, — ответил я и показал документы в приложении на телефоне.
Сержант бегло глянул, не заинтересовавшись.
— Вот, — протянула женщина руку с браслетом.
Он перестал пожирать её взглядом, приложил свой телефон к браслету и медленно прочитал:
— Аннабелль Лейн, демон особого ранга. Условия охоты — прямое согласие. Количество подтверждённых жертв — двести восемьдесят три. Всё верно?
Сколько-сколько?
Я с трудом удержал брови на месте — у дамочки за спиной личное кладбище.
— Да, — широко улыбнулась она им.
Второй полицейский облизнулся и спросил:
— Иностранка, да? Госпожа, может, вам чем-нибудь подсобить? — спросил он, ещё раз облизнулся и захихикал.
Ты бы слюни вытер для начала.
— Ты побледнел, малыш, — широко улыбнулась она и взяла меня за руку.
— Это загар, — автоматически ответил я.
— Не будем вам мешать, госпожа, — козырнул сержант, и, развернувшись, они ушли.
Как только они ушли, она глубоко вдохнула:
— Фух, ну и вонь, — помахала она перед носом и сделала ещё один вдох.
Я принюхался. И правда немного пахло мокрой псиной:
— Оборотни? — хмыкнул я, не оставляя надежду, что это всё какой-то розыгрыш.
— Аха-ха-ха. Скажешь тоже. Оборотни. Хуже — гноллы, — пояснила Аннабелль. — Тупые. Беспринципные. Вонючие. Не знаю, какие у них есть положительные качества.
Эти из наших были — псоглавцы, получается?
И я не чувствую страха. Где он?
— Тупые, может? Ну знаешь — положительное качество.
— Тупые, значит? А неплохо. Да, — она мне похлопала и кивнула. — Если бы эти твари ещё и умными были, то это была бы серьёзная проблема.
Я взглянул на дно кружки. Сделать новый заказ не могу — в кофейне никого, кроме нас. Куда делся бариста?
— Я ухожу, — я встал с дивана. — Ты, конечно, прекрасна, но мне не хочется, чтобы меня ели. Тебе стоит работать с подростками.
— В соцслужбу? — она задумалась и махнула мне на прощание.
Ты откуда о ней знаешь, чудище?
— С сиротками.
Чёрт. Ну я и ублюдок.
Я поморщился. Неудачная шутка. Иногда стоит подумать, прежде чем пиздеть.
Открыл входную дверь и вышел — никто меня не остановил.
Розыгрыш. Или сон.
Какая разница.
Я пошёл в парк рядом с домом. Сел на скамейку понежиться в тёплых лучах вечернего солнца.

Глава 3

Что происходит?

Я сидел в парке. Дальше?

Голова болит.

Поднял руку пощупать затылок - обездвижена.

Подёргал конечностями.

Бесполезно.

Твёрдое что-то. Скрипит. Стул?

Прислушался.

Мерзкое, едва сдерживаемое хихиканье.

— А точно даст? Ты видел её?

Знакомый голос.

Два моих новых приятеля из музея антропологии.

— Заткнись, тупица.

— Сам заткнись.

— Ты заткнись! Он нас услышал уже, — наконец сержант обратил внимание на меня.

Я разлепил слипшееся глаза.

Душно. Нечем дышать.

Пелена перед глазами.

— Он моргает. Очнулся? — спросил рядовой и сдёрнул с меня пакет из ближайшей пивнушки.

— Спроси.

— Ты спроси.

А неплохо ведь было — пахло пивом и сухариками. Верни на место, не могу видеть ваши рожи.

Господь, если ты есть - подай знак.

Я много грешил, но не настолько, чтобы умирать от лап собак. Пусть лучше это будет кирпич.

Если ты из-за сироток, то я не прав. Каюсь.

Это так работает у верующих?

— Глазёнки забегали. А! — двинул он мне в солнышко.

Дыхание перехватило, в глазах помутнело от перегара.

— Давай соглашайся, огонь же баба! — поддакнул второй, закидывая горсть чипсов в пасть.

— У-у-у. Сука, — подул он на руку, встретившуюся ранее с моим лбом.

Лучше бы это был фильм ужасов. От комедий абсурда меня тошнит.

Они включили музыку на телефоне. Из охрипшего динамика разносились душераздирающие блатные запевы, причиняющие мне не меньшие муки, чем их кулаки.

Зашуршали пачкой сухариков.

Сёмга с сыром.

Я в вас не сомневался.

Песня закончилась.

Спасибо, господи.

Началась новая.

Что-то я поторопился.

— Моя очередь, — другой бросил в меня пустую бутылку.

Промазал.

Отодвинул приятеля и схватил меня за волосы, дёрнул и зарычал, открыв рот.

От запаха гнилых зубов, рыбы и перегара меня стошнило.

Новая песня — новый раунд.

Что-то хрустнуло.

- А-а-а!

- Ага! Ништяк!

Они поменялись местами — второй пил и подпевал.

Слова в песне — удар-удар-удар.

Ритмичный, сука. Шёл бы в барабанщики лучше.

- Эй, ты куда?

По голове что-то потекло.

Пахнет пивом.

Никогда бы не подумал, что меня будут ТАК уговаривать на секс.

— Всё. Готов? — кто-то из них похлопал по щекам.

— Наконец-то. А крепкий попался, а? — он толкнул меня назад и дал подзатыльник. — Ну что, будешь подписывать?

Я кое-как смог разобрать, что от меня хотят.

В голове зазвенело.

Картинка поплыла.

Звуки и запахи потухли.

Ну ладно. Пошутили и хватит.