Отвергнутая жена дракона. Суконная фабрика для попаданки

Глава 1.1

Шёпот всё звенел и звенел в ушах, пока я полностью не выплыла из сна. Солнечный лучик, взявшийся неизвестно откуда, раздражал, и я прижмурилась, медленно осматриваясь.

Комната была не моя. И это были скорее покои, а не моя уютная, но небольшая спаленка. Голос говорившей также был мне совершенно незнаком.

— Ох, ваше сиятельство, как же хорошо, что вы проснулись, а я уже беспокоиться начала. Я уже и шторы открыла, и воду подготовила тёплую, и одежда, вон, лежит да вас ждёт, а вы всё спите и спите, не шелохнётесь…

Незнакомая мне девушка тараторила и тараторила, а я всё никак не могла понять, с кем она разговаривала.

Ну, не со мной же! Какое я сиятельство?

Я вчера спокойно легла спать в свою кровать, хоть голова и побаливала. Ну, после сорока семи, если не погуляешь нормально, не разомнёшься, голова к вечеру нет-нет, но начинала гудеть.

Девушка всё торопила меня куда-то, показывая очередной наряд:

— Князь велел вам быть на завтраке, гости же приезжают, а я вас всё никак добудиться не могла, леди Анна.

В глазах девушки плескалось искренне беспокойство и доля страха.

Вопрос, откуда она меня знала, ведь обращалась она ко мне по имени. Странная девица. Ещё и странная добавка перед именем… Зачем она называла меня «леди»?

Девушка ещё больше меня испугала, когда встала на колени прямо перед кроватью, смотря на меня с жалостью и искренним сочувствием, и тихо-тихо зашептала:

— Вагары к нам явятся, оба, брат и сестрица. Эта противная княжна Налия опять будет над вами издеваться, вспоминая детские и юношеские годы своего старшего брата и вашего мужа. Или вспомнит очередной случай на балу, причём обязательно там, где вы не были. Так вы не расстраивайтесь, всё равно бесполезно… Вы лучше хорошо кушайте да на солнышко выходите, доктор зря говорить не будет.

Девчонка была очень молода: живая, вертлявая и в веснушках. Приятная и явно неравнодушная.

Вопрос, почему она разговаривала со мной так, будто давно знала? Да, меня звали Анной, но именно эту девицу я не знала от слова совсем.

Вместо голоса изо рта вырвалось натуральное воронье карканье:

— Ты кто? И где я? — Замерла, испугавшись своего же голоса.

— Ах, Единый, спаси нас и сохрани от чужого сглаза! Да как же! Княгиня! Милая моя госпожа!

— Единый? Княгиня?! Госпожа?! — Как заведённая повторила я, совершенно не понимая, где я вообще проснулась.

— Ой, простите, ваше сиятельство, князь велел официально, по уставу вас называть, но я, как привыкла с вами за эти годы, иногда путаюсь. Но я стараюсь, правда, я очень стараюсь быть достойной служанкой княгини. Ну, то есть вашей.

На меня смотрели огромными и верными глазами, и мне стало как-то неуютно даже.

Я решила не разлёживаться и встать, чтобы не слушать эти странные просьбы и причитания, тем более утреннее солнце било прямо в глаза.

«Опять Миланья шторы открыла, пока я ещё спала!»

Замерла, поймав себя на странных мыслях. Повернулась к девице и требовательно спросила её:

— Тебя как зовут?

— Миланья я, ваше сиятельство, я вам уже пятый год прислуживаю. Как вам пятнадцать исполнилось и вас привезли из той важной школы для девочек, так меня и приставили к вам. Но как вы могли забыть?

Ясно, значит, имя девушки я знала, а где очнулась, пока нет. Решительно отбросила одеяло, смотря на красивую, вышитую дорогущим кружевом ночнушку. Застыла, не веря своим глазам: ноги были до того хороши, что я даже щупать их боялась.

Не мои это были ноги, не мои!

Мне в этом году сорок семь стукнуло, а сейчас я любовалась ладными ножками, которые могли быть только у очень молодой девицы.

И ножки, между прочим, были невероятно хороши!

Подняла взгляд на Миланью, велев ей:

— Зеркало неси! — Девушка застыла как истукан, распахивая глаза, и я добавила в голос напора: — Миланья, зеркало, живо!

Никогда у меня не было слуг, так откуда у меня такой повелительный тон прорезался?

Пока девушка бегала выполнять мою волю, я решительно подтянулась на руках, решив сесть на кровати, и вскрикнула от резанувшей боли в животе. Согнулась в позу эмбриона, пережидая сильную боль, стараясь дышать ровно и понять, что могло так болеть.

Это был не живот, ниже, что-то болело там. Передо мной, словно наседка перед птенцом, заквохтала появившаяся Миланья:

— Ох, да как же так, милая моя госпожа, доктор же сказал: боль должна была уже пройти. И вы не жаловались… Уже почти неделя прошла, как…

Девушка замолчала, не договорив, и смотрела так жалостливо, что я насторожилась.

Пережила приступ боли, шепотом попросила Миланью:

— Помоги встать, только не торопись. Сбоку встань, я подняться попробую.

И всё же на ноги я встала, хоть и покачивалась поначалу, пережидая слабость, будто была после болезни или сложной операции.

Вслух начала размышлять:

— Почему болит внизу? То почти не больно, то резанёт. Странное ощущение, словно после операции…

— Так, ваше сиятельство, над вами же доктор ритуал проводил, а этой, что вы говорите, операции, не было. Вчера доктор приезжал, вас смотрел, просил поберечься. Успокаивал, что ещё родите, да здоровенького. Полгодика хотя бы пройдёт, вы в себя придёте, сил наберётесь, а там и о ребёночке подумаете с мужем. У вас же в договоре условие стоит, никуда не денешься, нужен наследник. Вы же сами понимаете, ваше положение обязывает, даже если вы сами… Ой, язык мой длинный, не надо сейчас об этом…