Папа в разводе. Ищу отчаянную няню!

Глава 1.

– А можно узнать причину отказа? - Пышка смотрит на меня прямо и сконцентрировано, будто может задавить одним лишь взглядом.

Было бы страшно, но я так-то тоже не мелкий. Два метра ростом, сто тридцать килограмм мышц.

– Я имею право отказать без объяснения причин, - мрачно отвечаю я.

– Я соответствую всем вашим требованиям, - прищуривается, и взгляд становится колючим. - Стальные нервы, педагогическое высшее образование, опыт работы и отсутствие мужа.

Про отсутствие мужа очевидно…

– Я уже принял решение.

Пышка вскидывает подбородок, и её щёки забавно трясутся в такт этому движению.

Неужели она не вдупляет о причине отказа?

Как с такой фигурой девица собирается бегать с моими детьми? У меня трое. Восьмилетние пацаны-близнецы Гриша и Миша и маленькая дочка трёхлетка Марьянка.

У пацанов плотный график: школа, репетиторы, хоккей, тренировки, соревнования. Да им стыдно будет в спортивный комплекс войти рядом с такой необъятной дамой.

Ещё раз оценивающе окидываю взглядом фигуру девицы. Она в простых джинсах в обтяжку и белой кофточке.

Белый цвет полнит, не так ли?

Женщина должна об этом знать. Тем более когда пара десятков лишних килограммов притаились на боках спасательным кругом. На лицо отсутствие элементарных познаний в женских хитростях.

Вздыхаю и зависаю взглядом в v-образном разрезе её кофточки. Увесистая тяжёлая грудь приветливо вздымается при каждом вдохе.

Мясистая дама. Но, надо признать, симпатичная. Ей бы схуднуть, и тогда…

– Если я не подхожу, то какого хрена вы на мои сиськи пялитесь? - дерзко спрашивает Пышка прямо в лоб.

Открываю взгляд от выреза на её кофточке. Смотрю в её зеленоватые глаза - цвет невероятный. Пожалуй, глаза - самая красивая её часть.

– Свободна.

– Дайте мне шанс! - требует, будто имеет на это право.

Настырная.

А это, может, уже и плюс.

Кривлю губы в подобие улыбки.

Пышка - рыженькая. Не в моём вкусе. Бывшая у меня тоже голубоглазая блонди, и худая, как веточка. С отвратным характером.

Так что я теперь по брюнеткам.

– Почему вы так сразу отказываете? - возмущённо разводит руками Пышка. - Назовите причину!

– Абсурд какой-то… - вздыхаю я и устало потираю пальцами переносицу. - Девушка, вы себя в зеркало видели?

Её глаза распахиваются и наливаются странным свечением, переливаются влажными бликами.

– Из-за веса? - шепчет глухо, с опаской.

– У меня трое детей. Младшая - маленький ураган. Старшие - спортсмены. Как вы будете справляться? - выдаю я, и тон ненамеренно получается слишком колким.

Я хотел быть корректным, но… она сама напросилась!

– Мой вес никак не влияет на мою активность, уж поверьте, - заявляет Пышка, вздёрнув нос.

Прикрываю веки и тяжело вздыхаю.

– Я всё сказал, - твёрдо говорю. - Вы свободны.

Пышка морщит нос, а в чистых глазах вспыхивает ярость.

– Козёл. Да чтоб у тебя там всё отвалилось! - пренебрежительно рычит Пышка, а после идёт к выходу из моего кабинета.

Хлопает дверью так, что окна вибрируют.

И в этот момент у меня звонит телефон, не давая мне возможности обдумать её слова.

– Слушаю! - отвечаю на вызов не глядя.

– Виталий Кириллович, добрый день. Ваша жена… отказалась от наших условий.

– Какого хрена, Пётр Иванович? - едва сдерживаюсь от ругательств.

– Ни угрозы, ни доводы, ни призыв к человечности не сработали. Ольга приняла решение и согласна платить алименты.

– Какие нахрен алименты? Оля не работает уже восемь лет. И детям мать нужна, а не подачки в виде копеек.

– Виталий Кириллович… я сделал всё, что мог. Суд не может принудить мать к общению с детьми.

– Значит, надо оставить засранку с голой задницей. И лишить материнских прав! - закипаю я.

Как я объясню всё это детям?

– Это можно, - усмехается Пётр Иванович. - Заеду вечером, обсудим.

Такого мрака в моей жизни не было ещё никогда. Даже когда я в долгах по самые уши открывал шестой бизнес на свой страх и риск, мне было… не так.

Я был моложе, и точно знал - рано или поздно выстрелит.

И долги закрою.

И заработаю себе на лакшери жизнь.

Любые высоты покорю.

Не ссыкотно было лезть в долги, прогорать, вляпываться.

А сейчас у меня трое детей, и мне нельзя косячить! И я твёрдо держу жизнь в своих опытных, властных руках.

Но один незаменимый элемент моей жизни дал сбой. Моя жена Оля заявила, что устала от всего: от шума, от вечной гонки, от необходимости соответствовать. Заземлиться ей захотелось. Уехать на пару месяцев пожить в глушь.

А потом вскрылось, что не была она в глуши, и от шума не отдыхала, а моталась с молодым любовником на отдых в Тай. За мой, мать его, счёт!

Сам не замечаю, как разгоняю в крови кортизол, перемешивающийся с уничтожительным ядом презрения ко всему женскому населению.

Нельзя всех под одну гребёнку. Много хороших домашних баб. Просто мне не повезло. Проговариваю это раз за разом, и прочие доводы, которые не тормозят моё дикое желание стереть Олю в порошок.

– Виталий Кириллович! Там…! - секретарша Ника ныряет в мой кабинет без стука с широко распахнутыми глазами, полными ужаса. - Там… боже…

Нику колошматит просто всю. И её состояние заразительно.

– Что?

Интуитивно ощущаю холодное дыхание беды у себя за затылком. Поднимаюсь с кресла.

– Там Марьяна… она…

– Господи, - рычу обречённо и срываюсь с места. - Что с моей дочерью?

Визуал 1.

Добро пожаловать в увлекательную историю любви!

Обещаю, что мы и посмеёмся, и поумиляемся, и влюбимся вместе с героями!

Встречайте нашу главную героиню, которую несправедливо продинамили с должностью

Екатерина Сизова, 28 лет

Катенька с высшим педагогическим образованием, любит детей, открытая и позитивная. Очень добрый человек, с повышенным чувством справедливости. Себя в обиду не даст, и других защитит. Остра на язык, но это, скорее, защитная реакция на окружающий мир.

А так наша Катенька - пушистик)) Главное её не злить))

В следующей главе узнаем мысли героини =>>>

Глава 2.

– Ну, Катюш, как прошло? - щебечет моя подруга Диана.

Я плотнее прижимаю телефон к уху, спускаясь вниз по лестнице. В лифт не пошла, потому что побоялась с кем-нибудь пересечься.

У меня глаза на мокром месте… даже тушь потекла. А у Самсонова в офисе слишком много красивых мужчин. Ещё бы не хватало, чтобы какой-нибудь симпатичный мэн рассматривал меня, когда я не в лучшем виде.

– Этот козёл меня не взял! - тихо рычу я, и голос позорно дрожит от обиды.

Диана очень многозначительно молчит, и в тишине лестничных пролётов я отчётливо слышу собственный пульс.

– Сказал, что имеет право отказать без объяснения причины, - со злостью выдыхаю я. - А ещё обозвал меня жирной!

– Козли-и-ина! - тянет Диана. - Ты ему врезала, надеюсь?

– Да как-то неудобно…

– Очень зря. Надо было его покарать за длинный язык. Никакая ты не толстая, Катюш. Ты сочная! Тигрица! - подбадривает меня Диана.

– Три тигрицы, - грустно усмехаюсь я.

– Катюш, - с укором произносит подруга. - Ну, чего ты, в самом деле? Забей!

– Да обидно просто, когда такая несправедливость происходит. Как можно судить человека по весу? - всхлипываю.

– Да придурок он, внимания не обращай.

– Такими глазами на меня смотрел, чуть не сожрал!

– Ну ты у нас ведь такая сладкая булочка. Конечно, он смотрел. Ты красотка! - Диана искренне отсыпает мне комплименты.

– А потом вот так носом в реальность. Неприятненько. И мерзко. Сначала сиськи мои рассматривал, а потом…

– Успокаивайся, Катюш. Он не стоит твоих нервных клеток! - заключает Диана сурово. - Ты говорила, у тебя сегодня ещё одно собеседование.

– Ага. В школе на должность психолога, заменять девушку, которая ушла в декрет. Но там зарплата, конечно…

– Для разгона хватит и этого. Квартира своя у тебя, машину тебе папа обещал отдать. Не расстраивайся!

– Угу, - вытираю слёзы с лица и иду в гардеробную за своей курткой. - Ладно, Диан, погнала я дальше по делам.

– Успокоилась? - участливо интересуется подружка.

– Да. Было бы из-за чего расстраиваться. Если няни от этого Самсонова одна за другой бегут, значит, дети у него - атас! А он ещё и нос воротит, говнюк.

– Так может это он сам атас, а не дети. С ним же жить в одном доме придётся. А с говнюком, знаешь ли, жить очень трудно.

– Знаю, - печально вздыхаю я.

К сожалению, знаю. Я полтора года с говнюком отношения строила, да только закончилось всё с треском и полным разочарованием.

Прощаемся с Дианой.

В гардеробной я быстро поправляю макияж, достав из своей сумочки салфетки и пудру, а после натягиваю куртку и иду на выход.

И едва автоматические двери успевают распахнуться, я вижу троих детей, шагающих мне на встречу.

Двое одинаковых мальчишек-школьников и маленькая девочка. Малышка в резиновых сапожках, прыгает по лужам и ничего вокруг не замечает. Мальчишки в куртках нараспашку и в чудных шапках набекрень.

– Сам ты дурак! Отвали! - рычит один из пацанов.

Я делаю медленные и короткие шаги, наблюдая за детьми. Уж не Самсоновские ли?

– Я тебе вчера говорил, учи стих! А ты в планшет играл. Отец тебя за двойку размажет!

– Да отвали, надоел!

Мальчишки начинают толкаться плечами, как два петуха. Ну, сейчас, кажется, перья полетят.

– Мальчики, а ну-ка! - рявкает на них мужчина в чёрном офисном костюме, а после поворачивается к девчушке: - Эй, Кудрявая, давай побыстрее!

– Сам ты кудрявый! Я вообще-то расчёсывалась! - деловито отвечает малышка.

Я не сдерживаю смешок.

– Да он первый нарывается!

– Нет, ты первый начал!

Улыбаюсь скромно, когда прохожу мимо них. Пацаны меня вообще не замечают, занятые своими словесными перепалками.

Девочка отстаёт от мальчишек, продолжая прыгать в луже. Смеётся. Милая такая… на ней розовая курточка с бабочками и шапка с кошачьими ушами, из-под которой струятся упругие кудряшки.

Я невольно на неё засматриваюсь: детский восторг всегда привлекает внимание. Хотела бы я тоже так радоваться обычной луже!

И тут из-за угла, как гром среди ясного неба, вылетает подросток на оранжевом самокате.

Он же сейчас собьёт девочку!

– Стой! - успеваю воскликнуть и резко подрываюсь к малышке.

Сердце подскакивает в горло, и дыхание моё обрывается. Пофиг на всё, главная цель - её спасти!

Тяну девчушку к себе, закрывая её собой, и в это мгновение самокатчик врезается мне в бедро. Резко. Сильно. Бесповоротно.

От боли искры летят из глаз.

Со стоном я падаю прямо в лужу задницей, прижав к себе девчушку.

И, о боги, я впервые в жизни рада своим лишним килограммам! Я для малышки, как батут. Мягкая и безопасная.

На пару мгновений мир вокруг замирает.

Я ощущаю, как позорно намокли мои джинсы, а брызги грязной лужи попали мне на лицо.

А ещё ощущаю на себе взгляд мужчины, который шёл впереди, разнимая мальчишек.

Тишина сменяется воем девчушки, что сидит в меня в руках маленьким испуганным зверьком. Тоже вся в грязи.

– А ну-ка стой, гадёныш! - мужик в костюме грозит кулаком самокатчику.

А тот ловко и быстро свинчивает с места аварии.

– Всё хорошо, всё хорошо! - шепчу я, прижимая к себе девочку. - Ты не ушиблась?

Помогаю ей подняться. И сама встаю. Джинсы вдрызг!

Похоже, второе собеседование отменяется…

Визуал 2.

А вот и наш папочка-лапочка, главный герой романа

Самсонов Виталий Кириллович, 34 года

Эх, Виталя...

Жена ушла, налаженная жизнь рухнула, и помимо бизнеса на плечи легла забота о троих сорванцах. Наш герой вертится, как может. Дерзкий, нахальный, разочарованный в женщинах. В какой-то степени даже злой.

Как хорошо, что его ждёт перевоспитание!

Наша Катя всех заставит по струнке ходить ;)

А впереди ещё одна глава =>>>

Глава 3.

Я вылетаю из офиса, словно обезумевший буйвол. Перед глазами скачут кровавые пятна. Холодный весенний ветер ударяет в спину, и только теперь я чувствую, что рубашка прилипла к телу от пота.

Если дело касается моих детей, то крышу у меня срывает моментально.

Мои мальчишки сторонятся, увидев меня в раздолбанном состоянии. Знаю, что боятся. Я их строго воспитываю.

– Виталий Кириллович, этот пацан на самокате! Я говорил, что надо перетянуть лентой нашу улицу, чтобы самокатчики тут не летали! - тут же подрывается ко мне наш семейный водитель Антон Денисович.

– Замолкни, - сухо бросаю я.

Мой взгляд замирает на Марьяне. Она не плачет. Не орёт. Вместо этого она с интересом рассматривает рыжеволосую Пышку, которая заботливо и энергично протирает курточку моей малышке влажными салфетками.

– Виталий Кириллович, эта девушка… - вновь подаёт голос Антон Денисович, но я жестом заставляю его замолкнуть.

– Ничего страшного не случилось, - утешающе шелестит голос Пышки. - Вот видишь, куртка твоя уже не такая грязная. Нужно её постирать, и всё!

– И всё? - округляет глаза Марьяна.

– Ну да. Скажешь маме, и она постирает.

На эти слова Марьяна многозначительно молчит, поджав свои розовые губы.

Оля не появлялась уже две недели. Как прилетела с островов, так сразу вещи собрала и заявила о намерении развестись. Сказать, что я был в шоке - это ничего не сказать. Променяла меня на какого-то…

– Вот, смотри, уже почти чисто! - с улыбкой произносит Пышка и показывает Марьяне подол курточки.

– Здорово! - шепчет Марьянка, а после тянется к пачке с салфетками. - Дай мне тоже!

– Бери.

И в следующее мгновение я наблюдая, как моя маленькая избалованная малышка вытирает салфеткой грязь с лица Пышки.

Я смотрю на всё это невменяемым взглядом затаив дыхание. Картина невероятная!

– Пап, а кто эта тётя? - Миша дергаёт меня за руку, перетягивая внимание на себя.

– Видимо, ваша новая няня, - отзываюсь я шокировано.

– Это няня!? - вскрикивает Гриша. - Ничего себе какая… большая!

Пышка слышит наш разговор и переводит на меня свой укоризненный взгляд. А затем она расправляет плечи и берёт Марьянку за руку. Та даже не сопротивляется, как это обычно бывает. Покорно идёт рядом с дамой в мою сторону.

– Привет, папулик! А меня самокат сбил! - с восторгом произносит малышка и тянет ко мне свои ручки.

Подхватываю дочку и прижимаю к себе.

– Лучше за детьми нужно смотреть! Как вы могли бросить маленького ребёнка посреди улицы? - презрительно шипит Пышка прямо в лицо Антону Денисовичу.

– Да я на пацанов отвлёкся! - оправдывается тот.

– А если бы меня не было рядом, что тогда? - вскрикивает и тычет пальцем водителю в грудь.

В моменте мне кажется, что Пышка его сейчас одним пальцем раздавит. От гнева у неё даже щёки покраснели.

– А вы!? - дамочка переводит на меня гневный взгляд. - Про вас я вообще молчу!

Мои сыновья замерли по струнке и не смеют даже дышать.

– Ты принята на испытательный срок, - сурово говорю я. - Напомни, как тебя зовут?

– Катя! - рявкает Пышка.

– Пап, может не надо? - с опаской шепчет Гриша.

– Надо! Надо! - хлопает в ладоши довольная Марьяна.

– Можешь приступать к выполнению обязанностей прямо сейчас, Катя, - киваю и разворачиваюсь, чтобы направиться обратно в офис.

– Да вы что? Вот прям щас и разбежалась! - кричит мне в спину дамочка, идёт за мной по пятам. - Я спасла вашу дочь ценой собственной сухой попы!

Пацаны начинают ржать от этого слова, а я останавливаюсь.

Приподнимаю бровь и свободной рукой разворачиваю Пышку к себе спиной. Осматриваю мокрые джинсы и с досадой вздыхаю.

Ну и формы у неё! Интересно, это какой вообще размер?

– Виталий Кириллович… - шипит, вырываясь. - Неприлично!

– Ой, помолчи, - кривлюсь я. - Бегом переодеваться. И вперёд за работу! Дети тут тебя подождут.

– Я принята? Правда? - недоверчиво шепчет.

– Правда. На испытательный срок.

– Может тогда ваш Антон Денисович меня домой отвезёт? А то как-то мне мокро… - хлопает ресницами.

Глазки мне строить вздумала?

Внимательно на неё смотрю, а после даю отмашку водителю.

Так быстрее будет. Пышка нужна мне срочно, пока дети офис не разнесли.

– Спасибо, - кивает Катя и ожидающе смотрит на Антона Денисовича.

А я кивком головы зову сыновей за собой и иду к лифту.

– Пап, а когда мама приедет? - интересуется Миша, догоняя меня.

– Не знаю.

– Мама даже не звонила? - вклинивается Гриша.

– Нет.

Заходим в лифт, двери закрываются, и мы стремительно летим вверх.

– У нас скоро соревнования. Она и на соревнования не приедет? - снова Миша.

– Не могу сказать.

– Мне не понравилась эта няня, кстати, - добавляет сын.

– Мне тоже, - с опаской шепчет Гриша.

Смотрю на них строго и свысока.

– Почему? - задаю прямой и чёткий вопрос.

Мальчишки переглядываются.

– Она же толстая, пап. Некрасивая! - отвечают едва ли не хором.

– Смотрите ей так не скажите. А то раздавит! - усмехаюсь я.

– И будут Мишка и Гришка лепёшками! - весело хохочет Марьяна.

Не приживётся у нас эта Катя. Мальчишки её загнобят, та расплачется и сбежит. Даю её терпению максимум полдня. Завтра уже на работу не выйдет.

Но пока варианта получше нет, пусть Пышка помучается.

Я ведь хотел её уберечь, а она сама напросилась.

Ну что, дальше начинается самое интересное ❤️

А пока главы пишутся, я прошу вашей поддержки! Она очень важна именно на старте.

Жмём три волшебные кнопки: добавить в библиотеку, нравится и подписаться на автора

Глава 4.

– Меня приняли! - аж взизгиваю от восторга, судорожно прижимая телефон плечом к уху.

Водитель вздрагивает за рулём дорогой иномарки и укоризненно смотрит на меня через зеркало заднего вида.

– А-а? - тянет Диана в динамике моего телефона.

Я отворачиваюсь к окошку и тихонько рассказываю подруге:

– На работу приняли. Самсонов всё таки решил дать мне шанс.

– Ну что, я тебя поздравляю, Катюш! Теперь главное самой тебе не завыть от общения с тремя детьми. Одно дело, когда ты пришла и через пару часов ушла, но совсем другое, если он решит оставить тебя на постоянку.

– Оставит, никуда он теперь не денется. Я, кажется, уже подружилась с его малышкой.

– Это хорошо, - с искренней радостью говорит Диана. - Я за тебя очень рада, Катюш!

– А я то как рада! - весело усмехаюсь я, но тут же встречаюсь в зеркале с взглядом Антона Денисовича.

Ему явно не по душе, что я болтаю по телефону, да ещё и так громко! Но я ведь не специально, просто не могу сдержать своих эмоций.

– Ладно, Диан, мне уже пора, - сообщаю я и кладу трубку.

Не могу перестать улыбаться. Всё таки я, как только узнала о свободной вакансии, сразу загорелась!

И как бы родители не пытались меня отговорить, мол, нянечкой быть сложно, я их слушала краем уха. Кивала и лелеяла надежду попасть к Самсонову на работу. Хочу раствориться в хлопотах настолько, чтобы под вечер не помнить себя и засыпать, едва голова коснётся подушки.

Едем в тишине около десяти минут.

– Может, хоть музыку включите? - обращаюсь к водителю.

– Это можно, - кивает он и тыкает по кнопкам на магнитоле.

Включается что-то… зловещее. Какая-то классическая музыка с переливами скрипок и контрабасов.

Ну, класс!

– А можно что-то нормальное? - скрипя зубами, спрашиваю я.

– Окультуривайтесь, дамочка. Классика полезна для души! - отсекает Антон Денисович.

Цокаю языком и сажусь поудобнее, скрестив руки под грудью. Ох… поскорее бы уже приехать…

Дома я не церемонюсь.

Меняю джинсы на спортивные штаны и кофту на молнии.

В сумку кладу всё самое необходимое: дезодорант, зубную щётку, пасту, домашние штаны и футболку, комплект нижнего белья...

На мгновение зависаю, задумавшись. Далеко не факт, что Самсонов с ходу предложит мне остаться у них с проживанием. Но… ай, ладно.

Что будет, то будет. Лучше перестраховаться.

Забегаю на кухню и сразу сую нос в холодильник. Оттуда на меня смотрит кусочек низкокалорийного торта. Я купила его на случай, если мне совсем невтерпёж станет соблюдать диету. Я точно знаю, что лучше разрешить себе один маленький кусочек торта, чем потом обнаружить себя в два часа ночи на кухне, поедающую третью булку с повидлом.

Вздыхаю и закрываю холодильник. Держимся, Катерина, держимся.

Нужно торопиться.

По пути обратно к офису Самсонова мы опять “наслаждаемся” классической музыкой. Вообще я меломан, и могу слушать практически всё. И рок, и джаз, и попсу. Но классика… до неё, наверно, надо духовно дорасти.

Так вот признаю, что я не доросла.

И для меня эта поездка кажется настоящей пыткой.

– Удачи, - хмыкает Антон Денисович, припарковавшись возле солидного здания.

– К чёрту, - отвечаю я и выпархиваю из машины.

Лифт поднимает меня к кабинету Виталия Кирилловича. Быстро иду по коридору прямо к его двери. Слышу голоса и смех детей, и сама невольно начинаю улыбаться.

– Осторожнее! Мальчики, я сейчас пожалуюсь вашему отцу! - раздаётся визгливый женский голос.

– Ябеда корябеда! Бе-бе-бе, бе-бе-бе! - смеётся малышка.

– Марьяна, а ну-ка прекрати!

– Солёный огурец, на полу валяется, никто его не ест!

– Марьяна! - с гневом. - Миша, прекрати!

– Я тоже так могу!

– Гриша, нет!

– Опа!

А после страшный звук разбившегося стекла, от которого я на мгновение замираю, перестав дышать. А после буквально бегу на звук.

Распахиваю дверь в кабинет практически с ноги.

Вокруг воцаряется тишина.

Гриша бледнеет и поджимает губы, рассматривая черепки вазы, лежащие у него под ногами. Миша хватается за голову и так застывает.

Марьяна медленно крутится на офисном кресле, смотря на своих братьев испуганно.

– Наконец-то! - вскрикивает девушка в короткой юбке и встаёт из-за стола. - Мы вас уже заждались!

– Я спешила, как могла, - выдыхаю я. - Гриша, хороший мой, мы только не поранься. Давай ко мне, аккуратно.

Помогаю мальчишке обойти осколки.

– Папа тебя убьёт! - шепчет Миша с нотками паники в голосе.

– Не то слово! - вставляет… кажется, Вероника, секретарша Самсонова.

– Никто никого не убьёт. Это всего лишь ваза! - строго говорю я, зыркнув в сторону Вероники.

– Ну-да, ну-да, - злостно посмеивается она. - Идите теперь к Самсонову сами. И кайтесь за разбитую вазу!

– Дорогая что-ли? - уточняю я.

– О-о-о, милочка. Тебе жизни не хватит, чтобы за неё расплатиться! - надменно заявляется Вероника.

Бывают же такие женщины - враги. Злые и коварные. Обычно их сразу видно.

И, кажется, секретарша у Самсонова именно из таких…

Книга выходит в рамках литмоба

"Папа в разводе"

https://litnet.com/shrt/WdVN

Глава 5.

– Мы разбили вазу, - говорю я, глядя Виталию Кирилловичу в глаза.

Он прищуривается. Осматривает меня с недобрым блеском в глазах.

– Какую вазу? - сжато интересуется.

Мальчишки понурили головы и стоят молча возле меня.

– Ту, которую вам китайцы дарили после сделки по мостам, - с плохо прикрытым задором жалуется Вероника.

Пришла вместе с нами к Виталию Кирилловичу и встала в дверях, чтобы позлорадствовать. Ну что за человек? Метаю в неё взгляд-проклятье.

– Кто разбил? - грозно рычит Самсонов, глядя на своих сыновей.

Марьяна делает маленький шаг ближе ко мне, будто ищет поддержки. Я опускаю руку и тянусь к малышке. Та свой доверчивый взгляд поднимает, глаза, как два бездонных озера, а после несмело берёт меня за руку.

– Кто разбил?! Чего языки проглотили, а? - рявкает Самсонов так, что даже я вздрагиваю.

– Мы все разбили, - заявляю я.

Самсонов зависает.

В кабинете повисает тишина, и я слышу, как тикают часы на стене.

– Заступаешься за них? - с укором спрашивает Виталий Кириллович.

Киваю уверенно.

И мой новый босс оценивающе хмыкает.

– Ладно, - кивает он. - Езжайте домой. У Миши двойка по литературе. Нужно проследить, чтобы вызубрил стихотворение. Уроки с мальчишками - твоя прямая обязанность.

– Поняла, - киваю.

– У нас работает повар. Приезжает три-четыре раза в неделю, готовит сразу на пару дней. Кормить детей - тоже твоя обязанность. Выучишь их расписание. Марьяна ходит на танцы и на лепку из глины. Гриша и Миша - секция по хоккею.

– А можно помедленнее? - язвлю я.

– Как там тебя..? - устало шипит Самсонов. - Кира…

– Катя, - исправляю моментально.

Какое неуважение. Даже имя моё не удосужился запомнить! Или с памятью беда?

– Катенька, - едва ли не слогам цедит сквозь зубы Виталий Кириллович. - Раз уж ты сама напросилась работать на меня, так будь добра относится к детям ответственно.

– Ну вы тоже всё в кучу не наваливайте! - тараторю я, потому что нервничаю. - Давайте обо всём по порядку. На сегодня кроме уроков и обеда есть какие-то задачи?

– Нет, - чётко отвечает Самсонов. - Я приеду пораньше. У меня дома встреча с адвокатом.

Киваю.

– Можем идти? - натягиваю любезную улыбку.

Теперь Виталий Кириллович кивает.

– Мальчики, за мной! - командую я.

Миша и Гриша переглядываются. Радости в их глазах я не наблюдаю. Как и раскаяния за разбитую вазу.

Проходим мимо Вероники, и та с немой завистью на меня смотрит. Странная какая-то… я ведь ей дорогу не переходила.

Да я вообще ничего плохого стараюсь по жизни не делать! Потому что верю в закон бумеранга.

Антон Денисович ждёт меня и детей у выхода из офиса.

– Куда едем? - спрашивает он.

– Домой, - отзываюсь я.

Только сейчас замечаю, что водитель поменял машину на семиместную. Предусмотрительно!

Мальчишки сами садятся в детские кресла и пристёгиваются. Я помогаю Марьяне, а потом и сама сажусь.

– Послушаем музыку? - предлагает Антон Денисович.

– Нет! - хором отвечают ему дети.

Я расплываюсь в улыбке.

Значит, моим котяткам-ребяткам классическая музыка тоже не по душе? Ничего. День-другой, и я найду точки соприкосновения. У меня нет сомнений, что мы подружимся.

До дома Самсоновых мы едем в тишине. Только мальчишки изредка перешёптываются.

Я стараюсь не нервничать, хотя тень сомнений и страхов присутствует. Я знаю, что у Самсоновых огромный особняк. И я попаду на чужую территорию, которую дети хорошо знают.

Но нам в педагогическом говорили: входя в клетку к тиграм, оставь страх. Раньше я думала, что это глупая фразочка. Дети - не тигры, чего их бояться?

Но вот сейчас, кажется, я понимаю истинную глубину этого высказывания.

Антон Денисович останавливается возле лестницы в особняк.

Мальчишки сразу расстёгивают ремни на своих креслах и вываливаются из машины, схватив школьные портфели. Бегут к двери наперегонки.

Я помогаю Марьяне.

– Мальчики! Ждите нас! - кричу я.

Но пацаны меня не слышат.

Поиграть со мной вздумали? Ничем хорошим это не закончится!

– Ну что, Марьяна, твои братья со мной дружить не хотят, - с досадой говорю я, подхватывая свою сумку.

– Они козявки, - отвечает Марьяна. - Папа их так называет.

Антон Денисович усмехается, глядя на меня.

– Козявки, значит… а тебя как папа называет?

– Дурища, - вздыхает Марьяна.

– М-да, очень мило, - саркастично фыркаю я. - А как ты хочешь, чтобы я тебя называла?

– Солнышко, - тихо шепчет малышка.

– Хорошо, моё милое солнышко, пойдём, покажешь мне дом.

С малышкой найти общий язык гораздо проще, чем с мальчишками. Но я не стану терять надежды! Сизовы так просто не сдаются и всегда идут к своей цели до конца!

Не в счёт только диеты, с которых я частенько срываюсь… но это секрет.

Марьяна с деловитым видом показывает мне просторную гарберодную при входе. Здесь только верхняя одежда и обувь. Дальше мы попадаем в светлую столовую с массивным столом.

– Ты голодная? - спрашиваю я у Марьяны.

– Как слонтус!

– Как кто? - улыбаюсь.

– Слонтус. Ты не знаешь такое животное? - озадаченно на меня смотрит.

– Расскажи мне про него поподробнее, может и знаю. И, кстати, где у вас кухня?

– Там, - малышка тянет меня за руку дальше вглубь дома.

В дверном проёме проскальзывает тень.

– Гриша! Иди сюда! - кричу я.

– Я не Гриша, я Миша!

– Значит, Миша. Иди сюда!

– Я не Миша… я Гриша! - смеётся.

Тяжело вздыхаю.

– Мальчики, смешного мало. Давайте ка быстро ко мне, будем добывать еду. А то Марьяна голодная, как слонтус!

– А что на обед? - хором спрашивают мальчишки и всё же идут ко мне.

Так… нужно ещё их переодеть в домашнее. И самой бы не помешало переодеться, а то в спортивном костюме скоро вся вспотею.

Глава 6.

К тому же я не уверена, что Виталий Кириллович будет рад, если я тоже поем из его холодильника. Это ведь еда для детей.

Поэтому разогреваю суп, облизываясь. В животе даже урчит. Отправляю мальчишек переодеваться и мыть руки. Марьяна помогает мне накрывать на стол.

Потом малышка ведёт меня на второй этаж в свою комнату. Выбираем с ней домашнее платье, и этот процесс затягивается.

Суп на столе остывает…

– Хочу розовое с бабочками, - говорит Марьяна с суровым видом.

– Хорошо, солнышко, где оно?

– В магазине! - отвечает невозмутимо.

Ну, пипец.

– Давай я закажу тебе в интернете такое платье, розовое, с бабочками. А ты пока вот это надень, - достаю из её шкафчика голубое платьишко с белым воротником.

– Нет. Это мне не нравится.

– А вот это? Смотри какое зелёное, с цветочками! Супер платье!

– Такое мне не по вкусу, - воротит нос.

– О-о-о! Жёлтое! Будешь в нём как солнышко!

– Ну ладно, жёлтое мне тоже нравится.

Выдыхаю с облегчением.

Сама выискиваю взглядом укромный уголок, чтобы переодеться, но пока его не нахожу. И уже начинаю потеть…

Неприятно.

Спускаемся с Марьяной в столовую. Мальчишки уже едят.

– Приятного аппетита, - улыбаюсь я.

Ну, хотя бы с обедом у нас нет проблем.

– А я уже стих выучил, - говорит Миша.

– Да? Не может быть! - удивляюсь я. - А ну расскажи.

И Миша действительно рассказывает. Только вот его хитрая улыбка мне совершенно не нравится.

Либо рассказывает мне что-то не то, либо Миша вообще не Миша, а Гриша! Надо же… какие они одинаковые! Всё стараюсь найти хоть каплю отличия, за что зацепиться, чтобы больше не путать мальчишек, но пока не могу.

– Всё, теперь мы можем играть в приставку, - добавляет “Миша” после прочтения стихотворения.

– А уроки?

– А нам не задали! - хором отзываются мальчики.

Поджимаю губы и задумчиво молчу. Да, нянечкой быть действительно трудно. Во-первых, на мои плечи сейчас легла не просто ответственность за детей, а задача буквально заменить им мать! Ведь кто, если не мама, делает с детьми домашние задания, кормит их, отводит на занятия и живёт рядом двадцать четыре на семь?

Я точно помню условия, которые выдвигал Самсонов для няни. Там был пункт про учёбу, в том числе про домашние задания. И это был для меня самый простой пункт, потому что я учитель по образованию!

Но…

Как мальчишек в кучу-то собрать и усадить за домашку?

– Если вы не будете делать уроки, то не получите сладкое, - выдаю я, как на духу.

Гриша и Миша переглядываются с самодовольными улыбками на губах. Кивают друг другу.

– Ну и пофиг! - фыркают в унисон.

– Не любите сладкое? - расслабленно интересуюсь я. - А я люблю!

– А по тебе видно! - колко отвечает “Гриша”.

Возмущённо приподнимаю брови.

Вот сейчас неожиданно было.

– Осуждать человека за лишний вес некультурно, - строго произношу и сурово смотрю на мальчишек.

– По-фи-гу! - “Миша” дерзко смотрит мне прямо в глаза, а после скрещивает руки под грудью.

– Короче, по хорошему вы не хотите? - я с вызовом поднимаюсь из-за стола.

Марьяна замирает с ложкой супа у рта, наблюдая за мной.

– А что ты нам сделаешь? Пожалуешься нашему отцу? Ну он тебя сразу уволит! - Гриша встаёт вслед за мной.

– Если вы ещё не поняли, то я на вашей стороне, - растягиваю губы в напряжённой улыбке. - Могла бы за ухо отвести к Виталию Кирилловичу, чтобы он вас из-за вазы хорошенько отчихвостил. Но я этого не сделала! Потому что собиралась с вами выстраивать деловые взаимоотношения. Но вы, мальчики, видимо, до такого ещё не доросли.

Миша и Гриша опять обмениваются многозначительными взглядами.

– Ну ладно, ладно. Сделаем мы уроки! - сдаётся “Гриша”.

– Для начала нужно вам переодеться в разную одежду, чтобы я вас отличала, - говорю я, собирая со стола пустые тарелки.

– Хорошо, - кивают мальчишки.

Улыбаюсь, довольная своей идеей. Но потом застываю, вновь смотрю на Гришу и Мишу. Эти двое легко смогут меня провести, поменявшись одеждой!

– Солнышко, а у тебя есть фломастеры? - ласково обращаюсь к Марьянке.

– Ага!

– Принеси, пожалуйста. Только будь осторожна на лестнице.

Малышка сползает со стула и бегом летит за фломастерами.

– Рисовать будем? - усмехается “Гриша”.

– Да, - киваю. - А теперь соревновательный момент. Кто из вас перемоет больше тарелок, того я… буду хвалить перед Виталием Кирилловичем.

– И чо? - вскидывает брови “Миша”, и тон его пренебрежительный меня, если честно, нервирует.

– И то! - ядовито отвечаю я. - Кого няня больше хвалит, тому папочки покупают больше подарков!

Близнецы опять переглядываются, и у меня складывается впечатление, что эти двое общаются телепатически. Но их гляделки продолжаются не долго.

Мальчишки подрываются с места и как два вихря собирают со стола посуду. Толкаясь, идут на кухню.

А в следующее мгновение я наблюдаю, как оба старательно моют посуду в большой раковине.

Я подставляю им ещё и две грязные кастрюли. Мы доели суп и отбивные.

– Я принесла фломастеры и альбом! - радостно сообщает вернувшаяся Марьяна.

– Отлично! А теперь подскажи мне, солнышко, какой из твоих братьев Миша, а какой Гриша.

– Этот Гриша! - моментально показывает пальцем на победителя в мытье тарелок.

– Давай руку, Гриша, - улыбаюсь я и беру синий фломастер.

– Зачем? - хмурится недоверчиво.

– Гадать буду на твоей руке, - хмыкаю я.

– А ты умеешь?

Но я уже не отвечаю. Перехватываю влажную после мытья посуды руку Гриши и быстро рисую под сгибом локтя жирный крестик.

– Мишенька, счастье моё, давай ка теперь ещё разок стихотворение рассказывай! - с прищуром смотрю на второго близнеца.

– Э-э-э… - растерянно тянет Миша.

Глава 7.

– Что там у вас? - открываю дневник Гриши. - Математика… задача номер шесть, страница сорок один.

Мальчики шуршат в своих портфелях.

Марьяна за детским столиком рисует фломастерами в альбоме квадраты.

– Да блин, - шипит близнец с красным сердечком на запястье. - Дурацкая математика.

– Миша-а-а, пошустрее! Как говорится, быстрее сядем, быстрее встанем! - строго чеканю я.

Он только вздыхает и нехотя выуживает из портфеля учебник. С демонстративной грубостью швыряет его на стол.

– Смотрю, кто из вас быстрее подготовит рабочее место. Сели ровно, спины прямые.

Гриша недоверчиво на меня косится, будто в чём-то подозревает, но всё же складывает учебник и тетрадку на край стола, как в школе.

Улыбаюсь ему и киваю.

– Миша, ждём тебя.

– Ну блин! - тихо и с ядом плещется голос мальчишки.

Гриша уже готов. Даже руки сложил на столе, как отличник.

Спустя минуту и Миша готов приступить. Сидят вместе за столом и смотрят на меня, Гриша - с осторожной улыбкой, Миша - с вызовом и недовольством.

Даю мальчишкам чёткое указание открыть черновики и учебник математики на нужной странице. Всё делаем чётко и слажено.

– Миша, читай условие задачи, - требовательно прошу я.

– Когда мальчик Рома поехал на каникулы к бабушке, он весил 34 килограмма. После отдыха у бабушки он стал весить на 3 килограмма больше. Сколько теперь весит Рома?

– Лёгкая задача, - хмыкаю я. - А ну-ка на черновиках решите её самостоятельно.

Пока мальчики активно пишут решение, я склоняюсь к Марьяне. Улыбаюсь, и молча рисую возле её домика в альбоме голубой аккуратный цветок.

– Готовы? - перевожу взгляд на близнецов.

– Ага, - кивает Гриша.

– А ответ нам скажет Миша, - прищуриваюсь.

– Ответ задачи: 102 килограмма, - со злостью скалится он.

– Ого, вот это мальчик Рома! Сто два килограмма! - ошарашенно выдыхаю я. - Миш, даже я столько не вешу!

Гриша закатывается и краснеет от смеха.

– Да чо ты ржёшь! - Миша толкает брата в плечо.

– Потому что ты тупица!

– Сам ты тупица, козёл!

– Это ты козёл!

– А ты дурень!

Я не успеваю опомниться, как мальчишки уже катаются по полу в битве не на жизнь, а насмерть.

– Ребята! - кричу я и бегу их разнимать. - С ума сошли? Вы же братья!

Хватаю обоих за шиворот футболок и оттаскиваю друг от друга, как котят. И сама удивляюсь, что у меня хватает сил держать этих двух подальше друг от друга.

– Всё, брейк! Какие же вы… не дружные! - отчитываю пацанов. - Разве так можно? Вы помогать друг другу должны и подсказывать. Так и жить будет проще!

– Да что же поделаешь, если у меня брат тупица? - шипит Гриша и вырывается. - Всё, мне это уже надоело.

– Нам нужно закончить с уроками! - смотрит на него сурово. - Иначе… ваш отец меня уволит, а я этого не хочу.

– Думаете, вы первая няня, которую он уволил? Да няньки сами от нас бегут! - рявкает Гриша и садится обратно за стол.

Кажется, я даже не хочу выяснять почему…

Ясно одно - дети в стрессе.

Если отец ищет для них няню с проживанием, значит, с мамой что-то случилось? Из-за этого такое непринятие посторонней женщины в доме?

Очень может быть…

Но выяснять это я тоже не хочу.

– Миша, садись, - подталкиваю его в сторону стола.

Он плюхается рядом с братом и надувает губы. Глазищи голубые таращит обижено.

– Миш, подумай ещё над задачей. А Гриша пока решит следующую. Номер семь.

– Нам её не задавали, - Гриша уходит в протест.

– А я не спрашиваю, что задавали. Я говорю: решай!

Ещё две минуты мальчики заняты делом. Миша пыхтит и кряхтит, краснеет и морщится.

И я сдаюсь.

Подхожу к нему и разжёвываю:

– Задача решается умножением, если в условии написано “В столько то раз”. А если “НА столько то”, то это..?

– Плюс? - всхлипывает.

Чешу его по затылку одобрительно.

– Тупая математика, - шепчет себе под нос.

Пока мы с мальчиками делаем уроки, Марьяне становится скучно, и я отдаю ей свою телефон с мультиками. Хоть и понимаю, что это плохой приём, но выбора у меня просто нет.

Я обязана сделать так, чтобы Миша вызубрил стихотворение. Потому что у меня на сегодня только две задачи: накормить и сделать уроки.

Сама уже тоже есть хочу просто ужас как!

Ну, ничего… стройнее буду.

Разобравшись с домашкой, я облегчённо вздыхаю.

– Я кушать хочу, - пикает Марьяна.

– Пойдём, - киваю. - Мальчики, давайте тоже за стол.

– Опять? - с недоумением распахивает кристально чистые глаза Гриша.

– Снова, - дразню. - Чем вы обычно по вечерам занимаетесь? Может, какая-то настольная игра или…

– По вечерам мы носимся по дому, как дикие голодные волки, громко воем и орём! - заявляет Марьяна. - А потом приходит папа и на нас ругается.

– За такое я бы тоже ругалась. Бегать надо на улице.

– На улице слякотно, - пикает девчушка.

Вздыхаю.

На кухне ищу что-то детям на перекус. И нахожу сырники, варенье, сметану. Расставляю на столе.

Мальчишки где-то застряли. Я сказала им собрать учебники и тетрадки на завтра в портфели самостоятельно. Интересно, справятся? Всё таки уже большие.

Сажусь за стол рядом с Марьяной и беру сырник.

М-м-м, наслаждение то какое!

– Вкусно? - интересуется малышка деловито.

– Угу…

Входная дверь хлопает. Виталий Кириллович пришёл. Наконец-то!

Я встаю из-за стола. Стряхиваю невидимые соринки с груди и иду его встречать.

– Виу-виу-виу! - слышу голоса мальчишек где-то на втором этаже.

А ещё вижу Самсонова. Он уставший и недовольный, на лице - кислая мина. Раздевается быстро, закидывает куртку в гардеробную, а после идёт в мою сторону, расстёгивая верхние пуговицы рубашки.

Я даже дышать перестаю в этот момент, наблюдая за выверенными движениями его пальцев.

Глава 8.

Мои щёки полыхают огнём смущения. Приоткрыв правый глаз, я наблюдаю за Виталием Кирилловичем. Он будто к полу прирос, сжимая в руке мои… трусики. Морда - кирпичом. Совершенно нечитаемые эмоции.

– Ш-ш-ш… - сквозь зубы выдыхаю. - Виталий Карилл… Киралл…

Сознание путается. Я поднимаю взгляд вверх, на балкончик, и с него на нас смотрят два довольных одинаковых лица.

– Забери, - жёстко произносит Самсонов и протягивает мне трусы.

Принимаю их из его рук, снимаю в комок и прижимаю к груди, а после вновь поднимаю взгляд на мальчишек.

Вот же… безобразники!

Виталий Кириллович оборачивается и строго смотрит на своих сыновей. Те мгновенно перестают улыбаться и прячутся за балюстрадами. Шорохом по дому разносится их шёпот.

– Зря…

– Сейчас разозлиться…

– Нам конец!

– Это ты виноват.

– Вообще-то это ты придумал! Придурок!

– А ну-ка замолчали там! - рявкает Самсонов. - Спускаемся вниз. Уроки сделали?

– Да, - вместо мальчишек отвечаю я и гордо вскидываю подбородок.

Миша и Гриша медленно и боязливо спускаются с лестницы.

– Ну что вы, козявки, носы повесили? Стыдно? - грозно интересуется Виталий Кириллович.

Мальчишки молчат. Переглядываются и опускают головы ещё ниже. Нервничают.

И я тоже почему-то нервничаю, перебирая в пальцах свои трусы.

Боже мой, какой позор… у меня всё ещё щёки пылают пожаром, хоть туши! И я всё же вспотела от стресса.

Босс с моими трусами на голове - это явно не то, что я ожидала увидеть в первый рабочий день.

– Миша, литературу выучил? - прищуривается Виталий Кириллович.

Мальчишка поднимает на отца раскаивающийся взгляд и кивает.

– Прочитай папе стихотворение, - мягко прошу я и растягиваю губы в улыбку.

И Миша читает. Называет автора, название стихотворение, а после выразительно, красиво и без единой запинки выдаёт текст.

Мой мальчик! Я им горжусь!

– Не плохо, - одобрительно хмыкает Самсонов и трепет Мишу по волосам. - Подружились с няней или закошмарили её до полусмерти?

– Подружились, - киваю я. - Да?

Мальчишки морщат носы и переглядываются.

– Да!? - строже спрашиваю я, с нажимом.

– Да, - недовольно бурчат близнецы.

– Ну супер! Тогда завтра выходишь на работу в шесть утра. Антон Денисович за тобой приедет. Не забудь собрать вещи, остаёшься с проживанием, - смотрит на меня босс.

Я киваю на каждое его слово, как болванчик. И внутри приятной волной прокатывается счастье.

– Всё? Испытательный срок закончен? - шепчу.

– Не мечтай, - дерзко на меня смотрит.

– А когда первая зарплата? - всё же набираюсь смелости спросить.

– Кира, ну ты…

– Я вообще-то Катя. Неужели тяжело запомнить? - возмущённо фыркаю я.

Взгляд Самсонова мрачнеет. Он стискивает челюсти и смотрит на меня уничтожительно.

Ну что я такого сказала? Не знать имя няни своих детей - это просто какой-то дебилизм!

– Катя, - в его голосе сталь звенит. - Первая зарплата у тебя будет тогда, когда я решу.

– Интересный вы! - фыркаю я и на эмоциях взмахиваю трусами в моих руках, будто платком. - А вдруг у мне кредит платить нечем?

– А у тебя что, есть кредит? - прищуривается.

Отрицательно качаю головой.

– Ну вот и всё, - заключает босс. - Нужно помыть Марьяну и почитать ей сказку. На этом твой первый рабочий день закончится.

С Марьянкой мы уже считай подружки. Поэтому проблем не возникает. Она с удовольствием принимает ванну,. потом я мою ей голову шампунем с малиновым запахом.

Есть хочу просто ужасно!

Одеваю малышку в пижаму с розовыми лошадками и несу её в спальню. Мальчишки в это время играют в приставку, Виталий Кириллович, кажется, ужинает.

Мне ещё вещи сегодня собирать, а сил уже почти нет. Домашка с мальчишками из меня все соки выжала.

Зато какой результат! Уверена, Гриша и Миша завтра принесут из школы одни пятёрки!

– Ты мне понравилась, - сообщает малышка, когда я дочитываю сказку.

– И ты мне понравилась, солнышко! - улыбаюсь я.

Всё таки Марьяна - само очарование. Очень милая девочка. По крайней мере на фоне непослушных братьев она выглядет ангелом.

Главное, чтобы этот ангел не преподнёс мне никаких сюрпризов.

Прощаюсь с Виталием Кирилловичем и уже собираюсь уходить. Меня ждёт Антон Денисович на улице.

Слышу шорохи на балконе. Опять Гриша с Мишей что-то задумали? Поднимаю на них взгляд и сурово грожу кулаком. В шутку, конечно.

– Няня! Лови гранату! - вскрикивает один из близнецов, а после в меня летит…

Слайм!

Прямо на голову.

Зелёный и липкий.

– Да вы обалдели? - вскрикиваю я, и стараюсь снять мерзкую консистенцию с волос.

– Что произошло? - басит Виталий Кириллович и идёт ко мне размашистым шагом. - Это что такое?

– Это… это… - лепечу я в панике.

А мальчишки разбегаются в стороны, оставляя на втором этаже гудящую тишину.

– Он же не отмоется! - смотрю на себя в зеркало.

– Я заплачу за… моральную компенсацию, - заявляет Самсонов.

Я просто в ужасе! Такой прикол под конец дня - выше моих сил.

Когда Антон Денисович везёт меня домой, я ковыряюсь пальцами в волосах, пытаясь снять с них чёртов слайм. Хрен там плавал! Мне что, теперь придётся стричься налысо?

Всхлипываю тихо.

Ну мальчишки! Держитесь! Не хотите дружить? Значит, я вступлю с вами в войну!

Войну по перевоспитанию двух хулиганов.

Мои дорогие читательницы! ❤️

Представляю вам ещё одну книгу-участницу нашего литмоба

Мила Рейне

"Папа в разводе. Начать с нуля"

https://litnet.com/shrt/uwVW

Глава 9.

Моё утро обычно начинается с тренировки.

Пока дети спят, я делаю разминку, затем занимаюсь силовыми, и напоследок плаваю в бассейне.

Нужно куда-то девать неуёмную энергию. И сейчас спорт меня просто спасает, потому что я постоянно, мать его, злой.

И куда ещё спускать пар, когда жена в отрыве вместе со своим молодым любовником? Блядь она и есть блядь. Ей и на детей похер, и на мужа, и на всё, что строилось долгие девять лет.

Сначала было желание придушить Олю. Это первая волна.

Вторая - отомстить ей. Оставить без гроша. Растоптать морально. Размазать.

Потом были мысли, что я просто обязан её вернуть в семью, вразумить и остановить блядство, которое она мне тут развела.

Но разве я смогу после всего, что Оля сделала, относиться к ней с уважением? Однозначное и жёсткое нет! Блядищ я на дух не переношу. Даже услугами проститутки брезгую пользоваться. Даже дорогой, элитной меня не заманишь.

После Олиных загулов, я не смогу смотреть на неё, как на женщину. Буду смотреть, как на грязь.

А я не хочу, чтобы дети видели такой пример семьи, где отец и мать - злейшие в мире враги.

Так что всё таки месть - лучшее решение.

С этими мыслями кладу штангу и бросаю взгляд на часы. Видимо, сегодня без бассейна…

Выхожу из тренажёрки с посвежевшей головой и в пропотевшей насквозь майке. Вытираю лицо её подолом. Ну, здравствуй, новый день!

В душевой я включаю холодную воду, ополаскиваюсь, и только потом врубаю горячую. Мышцы приятно ноют, и мне хочется окончательно освободиться от лишнего напряжения. Поэтому сегодня я задерживаюсь с водными процедурами…

В домашних штанах и с голым торсом иду к лестнице на второй этаж, почти довольный таким началом дня, и краем уха улавливаю шорохи из гардеробной. Застываю и пару минут жду.

Наша новая Пышка-няня торопливо выходит из-за двери.

И меня пробивает волной шока… и даже ужаса… потому что голова нашей няни сияет просто бесподобной лысиной!

Заметив меня, Пышка округляет глаза. Её взгляд беспомощно мечется по моему обнажённому торсу.

– Если сегодня ночью я буду кричать от ужаса, значит, мне приснилась ты, - говорю сухой факт без тени улыбки.

Лысая и тостая. Просто убийственное комбо. Даже жалко её становится. Всё таки это мои пацаны её так.

– Очень остроумно, Виталий Кириллович, - огрызается Пышка. - Вы просто король комплиментов!

– М-м-м, сарказм? Поосторожнее с этим, я такое не люблю, - кривлю губы в подобие улыбки.

Пышка тяжело вздыхает.

Всё таки она забавная. На позитиве девочка. И от неё веет чем-то добрым. Запахом бабушкиных пирожков, мятой и… какой-то искренность, что-ли.

Пышка совершенно не умеет скрывать свои эмоции. У неё всё прописано на симпатичном лице.

– Дети встали? - интересуется няня Катерина.

И имя у неё, кстати, тоже симпатичное.

– Ещё нет. Будить детей - твоя обязанность.

– Ясно, - фыркает. - Расписание на сегодня?

– Дай мне свой номер телефона, я всё тебе пришлю.

– Восемь, девятьсот…

– Э, погоди ты, шустрая! - усмехаюсь. - Пошли ко мне в спальню.

Глаза Катерины становятся ещё шире. В чёрных зрачках плещется возмущение на грани с агрессией. Кинется на меня, чтобы задушить?

Хмыкаю а после говорю:

– Мой телефон в спальне. Запишу сразу твой номер и скину расписание детей. У Марьяшки сегодня танцы. Мальчиков нужно отвезти к репетиторам по иностранному.

– Поняла, - выдыхает Пышка, будто бы с облегчением.

И чего злится то? Сомневаюсь, что её каждый день красивые мускулистые мужики в спальню зовут.

До офиса я сегодня еду сам на своей машине.

Пробки и месиво под колёсами. Ранняя весна, она такая, коварная. То оттепель, то мороз.

Мечтаю о мае, баньке и шашлыках. К маю, может быть, завершим с Олей бракоразводный процесс, и я облегчённо вздохну.

После вчерашней встречи с адвокатом мне пока ещё не по себе. Я совершенно не понимаю мотивов её поведения. Ладно, бросить мужа, это ещё как-то укладывается в моей голове. Всякое бывает. Тем более, женщины - существа непостоянные. Но отказаться от детей? Это взрывает мой мозг!

И меня опять засасывает в волну гнева и ярости.

– Сука паршивая, - комментирую свои мысли вслух, сильнее сдавив пальцами руль.

В офисе провожу планёрку, раздаю звездюлей и пряников.

А после запираюсь в своём кабинете и опять звоню Оле…

И в этот раз, к моему удивлению, “дорогая и горячо любимая” жена берёт трубку!

– Чего тебе нужно, Самсонов? - лениво тянет она.

Дорогие читательницы!

В нашем литмобе стартовала новинка от Анны Жуковой

"Папа на грани развода. Вернуть семью за 30 дней"

https://litnet.com/shrt/iYbF

- Баринов, откуда этот ребёнок? — жена с непониманием перевела взгляд с меня на ребёнка, а потом уставилась в листок, — Он твой?!
— Нет, мне его подбросили!
— Другим не подбросили, а тебе — да?!
— Да, но он не мой!
— Баринов, это развод!

В одно не прекрасное утро на порог моего дома подбросили младенца, жена узнала и обвинила меня в измене, собираясь развестись. Я люблю свою семью и у меня 30 дней для того, чтобы спасти её, вот только помощники так себе: три вредных лапочки-дочки и наглый котяра по кличке Бегемот.

Читать: https://litnet.com/shrt/E_9M

Глава 10.

– Ольга! - выдыхаю с гортанным хрипом, и меня начинает трясти.

Девять, мать его, лет. Девять лет потрачено на такую стерву!

И как бы я не старался сохранять спокойствие, изнутри подмывает лютая ярость.

– Ну? Что ты хотел? - с усмешкой, будто с куском дерьма разговаривает.

– Хотел с тобой пообщаться на тему наших детей.

Жена устало вздыхает, вымораживая меня ещё больше.

– Это дети, а не котята, Оль. Как ты можешь с ними вот так? Они о тебе спрашивают…

– Ну скажи им, как есть, Самсонов! - возмущённо тарахтит Оля.

– Что сказать? Что их мать на самом деле блядь? - горько усмехаюсь я.

– Ну да, - расслабленно.

Я просто в ахере с неё.

Внутри меня сейчас столько желчи и яда, что я реально готов сорваться с места и поехать к Оле. Найти её, где бы она не была, и собственноручно жестоко с ней расправиться. Картинка в голове хуже, чем в самом стрёмном фильме ужасов.

– Оль, что ты за дрянь такая? - цежу сквозь зубы.

– Виталик, ты совсем идиот, да? - таким же тоном отзывается она. - Не понимаешь? Ну да, куда тебе…

– Чего я не понимаю?

– Я любви хочу! Чувств настоящих! Жизни свободной!

– А что я тебя херово любил? И цветы, и подарки, и путешествия. Едва ли в жопу не целовал!

– Вот в этом ты весь, Виталь, - хмыкает Оля. - Тебя не поменять.

– Да что со мной не так? Я всё для тебя, а ты…

– Да! А я! А я вот такая, Виталя! Называй меня, как хочешь, но я не хочу больше ни подарков, ни цветов. Я душевной близости хочу. Мужика рядом! Чтобы был со мной, а не где-то там, на работе. Чтобы не откупался от меня!

Накрываю лицо ладонью. На шее вздувается вена. В висках отчаянно пульсирует.

– Я хочу, чтобы мужчина хотел проводить со мной время, а не только денег подкидывал!

– Я проводил с тобой время, - рычу.

Много времени. Каждые выходные мы всей семьёй куда-то ездили. К тёще, в аквапарки, по развлекаловкам шатались.

Да я даже на шоппинг с Олей ходил.

Как осёл сидел возле примерочной и изображал заинтересованность всем своим видом!

Я всегда заводил разговоры первый, искал нам совместные занятия.

Оля просто переводит стрелки, стараясь обелить свою испачканную позором шубку.

– Когда? Виталя, всё. Не делай мне нервы. Ты на меня забил уже очень давно!

– Я забил? А может так случилось, потому что твои запросы в геометрической прогрессии возрастали, и мне приходилось пахать, как проклятый, чтобы тебя обеспечить? - срываюсь в крик.

– Работай дальше, - безразлично выдаёт Оля. - А мне больше это всё не интересно. Мы слишком рано поженились, Виталь. И это наша главная ошибка. Я не узнала тебя, как человека. Ты не узнал меня. Мы просто не подошли друг другу.

– Раньше надо было думать, Оля. До того, как мы родили троих детей! - мой рёв разлетается, кажется, по всему офису.

Предсказываю: Ника стоит под дверью и дрожит от моего баса. Но не отходит, потому что желание выведать свежие сплетни о начальстве сильнее чувства страха.

– Родили и родили. Я не обязана сохранять семью с мужчиной, которого разлюбила, потому что родила от него детей, - совершенно сухо заявляет моя жена.

– Да что ты говоришь… - шиплю я, и в затылок ударяет тугая, невыносимая боль. - Ладно. Допустим, я такой мудак и вечно отсутсвовал, но дети то тут причём?

– А мне с ними тяжело и неинтересно. Я старалась быть хорошей для тебя, для детей. И я устала от этой маски правильной женщины. Уверена, что ты найдёшь им хорошую новую маму!

А после Оля сбрасывает вызов.

Перезваниваю моментально, но эта дрянь уже отключила телефон. Сделала меня во всём виноватым и снова спряталась в свою непробиваемую раковину-панцирь.

В бешенстве хочу швырнуть телефон в стену, но на него приходит сообщение от Катерины:

“Можно мальчикам поменять причёски?”

Вдох-выдох. Надо остыть после разговора с Олей. Иначе я взорвусь.

“Зачем?” - пишу Пышке.

Она моментально набирает мне:

“В педагогических целях”.

– Виталий Кириллович… там… партнёры приехали. Вас просят! - Ника несмело скребётся в дверь, отвлекая меня.

Медленно набираю в лёгкие побольше воздуха.

Если я буду слишком сильно погружаться в разборки с Олей, то рано или поздно меня размотает от нервов, и я либо сопьюсь, либо сопьюсь. Выбор у меня не велик. Натрезвяк в таком поплавать не смогу.

– Я иду. Пусть подождут меня в переговорной.

– Хотите я вам… настойки успокоительной накапаю? - секретарша хлопает ресницами.

Я отрицательно качаю головой.

Затем смотрю в переписку с няней бегло, не вникая. И пишу ей уже на ходу.

“Да”.

А после иду решать куда более важные вопросы. Работа сейчас на первом месте, потому что я не должен из-за стресса уронить уровень жизни своих детей.

Мысли рояться в голове, как мухи над говном.

И всё таки я не понимаю Олю. Я всё для неё делал. Всё! Потому что для меня семья - это самое важное, что есть в жизни.

Может, мы редко бывали наедине. И в этом она частично права.

Но я её любил.

Как умел.

Как мог.

Всем своим большим сердцем.

А теперь я люблю только наших с ней детей. И ради них… я готов искать им такую няню, которая сможет заменить мать.

Которая захочет продолжать общение с моими детьми, даже когда они перестанут нуждаться в постоянном внимании.

Даже когда они вырастут и заведут свои семьи.

Дорогие! Встречайте новинку литмоба от Агаты Ковальской

"Папа в разводе. Свистать всех наверх!"

https://litnet.com/shrt/grAd

Глава 11.

– Мальчики, подъём! - сурово и прямо с порога. - Давайте, быстро!

Я хотела бы, чтобы мы сразу нашли общий язык, и всё у нас сложилось просто замечательно. Но сложилось так, как сложилось, и теперь я вынуждена оставить страх, потому что вошла в клетку к тиграм.

Если буду бояться, они меня сожрут.

Или скинут мне на голову в следующий раз что-то потяжелее, чем сопливый, с трудом смывающийся с волос слайм.

– Ещё пять минут! - требовательно просит один из близнецов.

Я опять их не различаю…

– Бегом! Я с вами церемониться не буду! - стягиваю одеяло сначала с одного мальчишки, потом с другого.

Они распахивают глаза. Смотрят на меня в четыре глаза. Шокировано, будто призрак увидели.

– Ну? Чего вылупились? - строго спрашиваю я. - Нравится моя новая причёска?

Близнецы переглядываются, а после виновато поджимают губы.

– Знаете, была бы моя воля, я бы и вас налысо обстригла! Чтобы знали в другой раз!

– Нас папа уже наказал. Три дня без приставки! - мучительно отзывается один из них.

– И без сладкого…

– Вы же, вроде, не любите сладкое? - приподнимаю кончик брови.

– Да мы соврали, чтобы… чтобы продолжать не слушаться!

– Ну, вот к чему это привело! - показываю на свою лысую голову. - Как я теперь буду мужа искать без волос?

Мальчишки опять смотрят друг на друга.

– Всё, подъём! Умываться, чистить зубы, одеваться и завтракать. Я пошла будить Марьяну.

– А я уже не сплю! - отзывается весёлая кнопка и заглядывает в комнату к близнецам. - Ой… а где твои волосы?

Я вздыхаю и оставляю её удивлённый вопрос без ответа.

За завтраком мальчишки постоянно косятся на мою лысую голову. А я очень боюсь, что где-нибудь вылезет прядь рыжих волос.

Конечно же я не стриглась налысо! Я же не сумасшедшая…

Просто мне очень сильно хотелось проучить двух шкодников, и пришлось напрячь подруг. Диана и Варя колдовали с моей головой с трёх часов ночи! У Дианы есть друг-актёр, у него мы отыскали лысый парик. А дальше мастерство рук, магия стойкого тональника и вот, я лысая.

И, надо признать, моя авантюра удалась. Мне поверил даже Виталий Кириллович. Не совсем, конечно, поняла его комментарий про “буду кричать во сне”. От страха что-ли?

Антон Денисович везёт меня и детей в сторону школы. Марьяна помогает мне вычислить Мишу среди близнецов, и половину пути я заставляю его рассказывать стихотворение. Я хочу, чтобы он получил сегодня пятёрку. Это дело принципа!

Провожаю мальчишек, даю им напутствие, а после мы с Марьяной едем на танцы.

– Забыли! - вскрикивает малышка на полпути.

– Что забыли? - встревоженно уточняю я.

– Мы забыли взять с собой костюм! Я должна танцевать сегодня в костюме! - Марьяна начинает всхлипывать, и на её глазах образуются океаны слёз.

– Без паники! - строго говорю я. - Антон Денисович, успеем домой и до студии?

Он кивает.

– Музыку можно включить? - тут же спрашивает водитель.

– А может не надо? - умоляюще на него смотрю.

Я ведь усну под его классику!

– Хотите включу весёлую? Я бы даже сказал бодрящую!

– О, ну это можно, - пожимаю плечами и краешки губ вздрагивают в улыбке.

Но тут же разочарованно сползают вниз, потому что Антон Денисович включает “Полёт шмеля”.

Мы с Марьяной переглядываемся, и молча соглашаемся потерпеть.

Пока Марьяна занимается танцами мне в голову приходит гениальная идея… А что, если всё таки подстричь мальчишек налысо? Это будет отличным уроком, чтобы думали, что творят.

Открываю переписку с моим новым боссом и пишу ему сообщение:

“Можно мальчикам поменять причёски?”

Довольно расплывчато и ненавязчиво. Он и не подумает, что я имею ввиду обрить пацанов налысо, а потом уже поздно будет.

Возможно, он будет в ярости.

А может и нет…

“Зачем?”

Ну интересный человек! Что значит “Зачем?” Чтоб лучше было!

“В педагогических целях”.

Зависаю, дожидаясь ответа.

Виталий Кириллович всё пишет… пишет… пишет…

Я уже начинаю от этого нервничать, и даже ногти кусаю.

“Да” - приходит короткий и однозначный ответ.

Ну, чтож…

У нас как раз будет окошко между школой и репетитором по иностранному. Потираю руки в предвкушении. Ну всё, шкодники, вы у меня попались!

После уроков даю Антону Денисовичу отмашку, и он везёт нас… в парикмахерскую.

Миша сегодня довольный, как кот, обожравшийся сметаны. Принёс хорошие оценки. И да, по литературе пятёрка. Пресвятые воробушки, мне кажется я рада больше, чем он! И четвёрка по математике. У Гриши с оценками тоже всё ровно, но…

Гриша отхватил замечание в дневник на уроке музыке: “Вместо пения рисовал”.

– Да может я художник глубоко в душе! - протестует Гриша.

Миша толкает брата в бок и кивает в окошко машины, и его глаза приобретают опасливый блеск.

Антон Денисович остановился прямо рядом с входом в парикмахерскую, и теперь большая розовая вывеска видна даже невооружённым взглядом.

– Приехали, - с коварством сообщаю я. - Мальчишки, выходим!

– Мы что, стричься будем? - с волнением спрашивает Гриша.

– А вы думали я одна буду лысая ходить? Нет уж, ребята, за свои поступки надо отвечать!

– Мы налысо будем стричься? - таращит глаза Миша. - А папа знает?

– Дал согласие! - хмыкаю я победно.

– Ну нет, я не буду, - отрицательно качает головой Гриша. - Ты меня не заставишь!

– Мальчики, ну чего вы такие упрямые? Хотите я тоже налысо подстригусь? - гордо вскидывает подбородок Марьяна.

Ну, нет… за лысую дочку Виталий Кириллович меня точно растерзает.

Дорогие читатели!

Встречайте новинку литмоба от Марты Левиной

Глава 12.

– А ты купила мне платье? - прямо и мрачно спрашивает Марьяна, когда вечером мы приезжаем домой и идём переодеваться.

– Какое платье?

– Ты обещала! - в её голосе появляются высокие ноты. - Платье розовое! Забыла?

Точно забыла… как-то мне было не до этого. Пока вымыла из головы слайм, пока придумала наказание для мальчишек, чтобы больше не смели ничего на голову никому кидать с балкона.

– Как же я тебе платье куплю, если твой папа ещё не заплатил мне зарплату? - с нажимом говорю я.

Марьяна хмурится пару мгновений, но потом вполне обыденно говорит:

– Ладно, тогда сегодня хочу надеть оранжевое платье.

Ох, как хорошо, что такое в её арсенале имеется!

Позже Марьянка помогает мне накрывать на стол.

Виталий Кириллович написал, что скоро будет дома, и поэтому я решила организовать семье совместный ужин.

Мальчишки попритихли после парикмахерской. Расстроились. И у меня у самой сердце кровью обливалось, когда их пшенично-русые пряди безжалостно падали на пол под гнётом вибрирующей машинки.

Налысо рука не поднялась, но стрижены они теперь очень коротко. И, надо признать, мальчишкам и так очень даже не плохо! У Самсонова с женой получились довольно симпатичные дети.

– Нянь, а это куда? - Марьяна хлопает глазёнками, обнимая салатницу.

Разгребаю место на столе.

– Сюда, - принимаю у малышки салат и ставлю его между тарелками.

Стол получается ну прямо праздничный!

Я, пока накрывала, успела уже умять кусок курицы и пару запечённых картофелин. С таким детским рационом моей диете хана!

Перед ужином Гриша и Миша сделали большую половину домашки. На вечер мы оставили только окружающий мир, та что в целом, день выдался вполне удачным.

И всё было бы вообще замечательно, если под “лысым париком” у меня не чесалась бы голова. Уже мечтаю, как сниму его под округлившимися глазами близнецов.

Виталий Кириллович проходит мимо кухни, и Марьянка срывается с места вслед за ним.

– Папа! - радостно вскрикивает малышка.

– Привет, - Самсонов подхватывает малышку, как маленькую обезьянку.

– Пап, а мама когда приедет?

Я замираю возле дверного проёма, молчу, скрестив пальцы.

– Ох, Марьяша… - вздыхает Самсонов, покосившись на меня. - Мама не скоро вернётся.

– А где она? Давай к ней поедем!

– Мы не можем к ней поехать, Марьяш. Маме сейчас не до нас, - улавливаю в голосе босса какие-то нехорошие агрессивные ноты.

Кусаю щёку изнутри, мне немного нервно.

– Катерина, ты своей лысиной так и светишь! Надо тебе парик подарить, - усмехается босс.

– Пап, лучше выдай няне зарплату, - требовательно вставляет Марьяна.

Я усмехаюсь. А Виталий Кириллович с недоумением приподнимает бровь.

– Марьяна хочет розовое платье, и я пообещала ей его купить, - объясняю спокойно.

– Вот как, - хмыкает Самсонов, крепче обнимаю дочку. - Тогда выдадим няне зарплату с надбавкой.

– Мальчики, за стол! - командую я.

Ребята наказаны, поэтому сегодня вместо приставки я посадила их собирать пазлы, которые отыскала в ящике с игрушками у младшенькой. И, к моему удивлению, близнецы увлеклись.

– Идём! - кричат хором, а после в пространстве прокатывается топот их ног.

Как стадо слонов, чесслово.

Миша и Гриша входят на кухню, а я смотрю за реакцией Виталия Кирилловича.

Его лицо медленно вытягивается.

– Это… что ещё такое? - шелестит он крайне недовольно.

Хлопаю ресницами.

– Что не так?

– Они лысые! - возмущённо выдыхает Самсонов.

– Да, - с нажимом в голосе говорю я. - Как и я!

– Катерина, это… непозволительная наглость с твоей стороны! Обрить моих пацанов!

– Так вы сами разрешили! - развожу руками.

– Да, но не налысо же! - он тоже разводит руками.

Пару мгновений мы молчим, сверля друг друга недовольными взглядами.

– Волосы - не зубы, отрастут, - заключаю я, а потом подхватываю тарелку и накладываю для Марьяны еду: куриную грудку, крупную картофелину и немного салата из зелени.

– Пап, няня права! Отрастут же, - Миша проводит ладонью по ёжику на своей голове.

– Ага. И чёлка в глаза не лезет, - радостно говорит Гриша.

– Всё так, но скоро свадьба у Барсова. Будут высокопоставленные люди со своими детьми. Будут вопросы, почему мальчики лысые, - Виталий Кириллович растерянно рассматривает сыновей, накрыв рот рукой.

– А няня с нами на свадьбу пойдёт? - Марьяна ёрзает на стуле и никак не хочет есть.

– Да, - коротко отвечает мой босс.

– То есть к лысым мальчишкам вопросы будут, а к лысой няне - нет? - усмехаюсь я.

Марьяна начинает смеяться заливисто и громко, вслед за ней хохочет Гриша. Миша сидит с довольным лицом и ковыряет вилкой картофелину.

– Я всё таки куплю тебе парик, - Виталий Кириллович скашивает губы в кривую ухмылку.

– Да не надо, - отмахиваюсь.

– Надо, Катя. Надо! - жёстко говорит он.

Качаю головой отрицательно. Наверно, сейчас самое лучшее время, чтобы во всём сознаться. Потому как близнецы в хорошем настроении, а значит, не будут расстраиваться, что лысые тут на самом деле только они.

– Не надо, Виталий Кириллович. Я пошутила! - говорю я, а после просовываю пальцы под сетку и с трудом стягиваю с головы “лысую шапочку”.

Отлипает с трудом, потому как мы с девочками сажали парик на какой-то специальный клей.

Самсонов смотрит на меня, сжимая в руках вилку. Даже жевать перестаёт.

– Так что я не лысая, и парик мне не нужен, - улыбаюсь.

– Сходи приведи себя в порядок, - сквозь зубы цедит Виталий Кириллович.

Видно, что старается держать себя в руках.

Я киваю и иду в ванную комнату к зеркалу. И, о ужас, меня передёргивает, когда вижу своё отражение.

От “лысой шапочки” остался на лбу отчётливый красный след, будто шрам. Зрелище, мягко говоря, устрашающее. Быстро привожу себя в порядок, а после возвращаюсь к столу.

Глава 13.

– Завтра у мальчишек хоккей, - сообщает Виталий Кириллович.

– Я помню, смотрела расписание.

– У Марьяны в это время танцы, так что придётся разрываться, - продолжает он.

– Я знаю. Справлюсь.

– Сначала отвезёшь Марьяну…

– Виталий Кириллович, вы мне настолько не доверяете? - усмехаюсь я, пристально глядя мужчине в глаза.

Он медленно вытирает рот салфеткой не сводя с меня своих жгучих глаз.

Детки за столом едят молча, периодически переглядываясь. Даже Марьянка уселась и спокойно ест сама. И я себе положила салатику… всё таки диета - это дело вечное в моём случае.

– После стрижек у пацанов… доверяю ли я тебе? - Виталий Кириллович приподнимает брови.

Тяжело вздыхаю. Главное, что Мише и Грише стрижки понравились. Ну, не лысые же они в конце концов! Зато будут знать, как устраивать обстрелы слаймами по живым людям.

– Сначала отвезёшь Марьяну, отдашь её хореографу, дальше галопом повезёшь пацанов на хоккей. И сразу обратно за Марьяной! - жёстко говорит Самсонов. - Хватаешь Марьяну и вместе едете за мальчишками. Нигде не задерживайся, чтобы дети не остались без присмотра.

Я молча киваю, потому что спорить с Виталием Кирилловичем бесполезно.

Доверие - дело наживное. И я думаю, что его гиперконтроль рано или поздно прекратиться и он расслабиться.

Справлюсь я с его детьми, хотя это в самом деле не легко.

После ужина доделываем с мальчишками уроки. Гриша пересказывает параграф, Миша отвечает на дополнительные вопросы, Марьяна в это время “варит кашу” из блёсток и пуговиц.

А потом я отмываю малышку в ванной и укладываю её спать.

Следом прохожу мимо детской близнецов и выключаю у них ночник.

– Э-э-э, - тянет Гриша. - Мы тут вообще-то…

– А ну-ка спать! Кто первый уснёт, тому в выходной разрешу подольше поиграть в приставку.

Стою под дверью и слушаю, как переговариваются между собой. На смену шелесту их голосов приходит тишина, и я со спокойной душой иду в свою комнату.

Виталий Кириллович выделил мне уютную спальню на втором этаже. Детские соседствуют со мной.

Сажусь на кровать и понимаю, что за день чертовски устала!

Весь день кружилась с детьми, про себя так даже и не помнила. А сейчас… хочется простого человеческого помыться и проспать до утра.

Раскладываю вещи из своей сумки по шкафу, встаю у окна и пару минут пустым взглядом залипаю во двор.

Сил нет даже на то, чтобы отписаться подругам в чат о своём рабочем дне. Знаю, что девочки после шутки с лысиной ждут от меня новостей.

Но хватаю полотенце и иду в ванную.

Уже собираюсь схватить ручку двери, как вдруг слышу за ней голос Виталия Кирилловича.

Замираю с протянутой рукой.

Прислушиваюсь.

Он там поёт что ли?

Ошарашенно приподнимаю брови.

Ну да, точно поёт!

Стучу в дверь.

– Виталий Кириллович, вы там долго ещё?

Пара мгновений, и дверь распахивается. Я задерживаю дыхание от увиденного.

Самсонов опять полуголый!

– Ви… Ви… Ви…

– Дар речи потеряла? - мрачно усмехается он.

– А у вас что, одна ванная комната на всех? - лепечу я, стараясь собраться и смотреть в его глаза.

Но получается у меня плохо. Потому что я не часто вижу таких мужчин обнажёнными! Да, если откровенно, вообще не вижу.

Бывший мой, Захар, тощий был, как Кощей. Кожа да кости. И смотрелись мы вместе, как ноль и палочка.

А вот с Виталием Кирилловичем, как пара, мы бы смотрелись… м-м-м…

Пялюсь на его широкую грудную клетку, на сильные плечи, мускулистые красивые руки и реки вен под загорелой кожей. Завораживает…

Такой мужик меня и на руках мог бы запросто носить! Не то, что Захар задохлик. А то всё “похудей, Катя, похудей!”. А я и так вообще-то на диете была!

– Нравится? - со звоном стали в голосе спрашивает Самсонов.

– Ага… - без раздумий отвечаю я, а потом меня осеняет, что я вообще-то с боссом разговариваю.

Отвожу взгляд и краснею, кажется, сразу вся.

– Виталий Кириллович, вы бы купили себе пару домашних футболок! А то… неприлично же! - бормочу я со злостью.

– Я в своём доме могу ходить хоть голый, - усмехается он.

– Ну не при детях же…

– Так дети спят, - пожимает плечами, а после делает шаг вперёд.

Я сразу отстраняюсь, давая ему возможность пройти.

– Купайся, Катерина. Ванну за собой помой! - Самсонов расслебной походкой идёт по коридору вдаль от меня.

А я продолжаю смотреть на его широкую спину. Красивый же. Как не смотреть? Тем более, он сам напрашивается!

Быстро принимаю ванную, возвращаюсь в спальню и засыпаю, едва моя голова успевает коснуться подушки.

Встаю я пораньше, чтобы успеть разогреть детям завтрак. Сонно потягиваюсь, спускаясь по лестнице.

Интересно, Виталий Кириллович уже уехал? Или опять полуголый где-то по дому расхаживает?

Усмехаюсь собственным мыслям, и на кухне достаю телефон, чтобы ещё раз посмотреть расписание детей.

Но вместо этого обнаруживаю, что Самсонов скинул мне какую-то ссылку с припиской: “Здесь много мускулистых парней”.

Это что ещё за прикол?

Дорогие читательницы!

Встречайте новинку литмоба про одиноких папочек от Леры Корсика

"Папа в разводе. Добро пожаловать в ад"

https://litnet.com/shrt/pkR0

— Это мой дом! И мои правила! Какие, к черту, дети? — зло рычу на толпу баб, что меня окружает.
— Хватит паясничать, Веденеев! Жить они теперь будут у тебя!
Растерянно смотрю на этот детский сад и мысленно содрогаюсь.
— Добро пожаловать в ад, папуля!


Взрослая жизнь — это игра по правилам. Правила? Да я выучил их наизусть! Строишь карьеру — паши. Хочешь развестись — плати. Живешь один — наслаждайся тишиной.

Вот только в мою размеренную жизнь прокрался Хаос! Он взорвал все детским смехом, запахом подгоревших яиц и надписью на двери: «Астарожна Дети!».

Глава 14.

– Так, ну всё, побыстрее, - сжимаю руки близнецов крепче, таща их за собой в сторону стадиона.

А ещё тащу их огромные сумки с формой и коньками. Чувствую себя лошадью в этот момент. Уже вся вспрела, хотя на улице сегодня прохладно, и ветер просто с ног сдувает!

Марьяну на занятие уже отвела. Продлятся её танцы сорок минут. И у меня уже не осталось времени, чтобы где-то тормозить.

– Бегом, давайте, - командую я, распахивая двери стадиона. - Куда идти то?

Мальчишки переглядываются многозначительно. Те самые взгляды, которые ничего хорошего не предвещают.

– Так, что задумали?

– А ты быстро бегаешь? - с прищуром интересуется Миша.

– Нет, - чётко отвечаю и качаю головой отрицательно. - Только попробуйте выкинуть какой-то прикол! Я вашему отцу скажу, чтобы он для вас купил ремень!

– Он не имеет права нас бить! - заявляет Гриша.

– То есть даже так, - хмыкаю я. - Про обязанности других людей вы помните, а своими пренебрегаете?

– Чего?

– Того! Вы меня обязаны слушаться, а вы всё шутки шутите. Поймите, мальчики, я с вами надолго.

– Сомнительно, - заявляет Миша. - Вот скажу отцу, что ты меня за ухо оттаскала, и…

Я шокировано выдыхаю весь воздух из лёгких. Нет, это уже не в какие ворота.

– А знаете что, дорогие мои, я наверно с вами слишком по доброму, - скидываю с плеч сумки. - Вперёд! До занятия вашего осталось десять минут, а вам ещё переодеваться. Опоздаете - не моя проблема.

– Нам что, сумки самим тащить? Они же тяжёлые! - протестует Гриша.

– Представь себе, я знаю, - растягиваю губы в улыбку. - Время идёт. Если не хотите получить от тренера, нужно поторопиться.

Близнецы опять переглядываюсь. Кивают друг другу. А после бегут от меня в разные стороны, как два маленьких вихря!

Я обречённо рычу и накрываю лицо ладонями. Вот же… козявки! Реально же козявки! И как вообще можно такими быть?

Подхватываю сумки с пола и оставляю их на скамейке.

– Девушка, вы куда прёте? - меня тормозит мужичонка в форме охраны.

– Мне нужен тренер близнецов Самсоновых.

– А вы кто вообще? - мужичонка прищуривается.

– Я их няня. Меня Виталий Кириллович недавно взял на должность, и парни меня никак слушаться не хотят. Разбежались в разные стороны, - рассказываю я с нотками обиды в голосе. - Вот, хочу переговорить с их тренером, чтобы помог мне с… наказанием.

– Угу… понял… ну… - невнятно бормочет охранник. - Павел Викторович… он сейчас… где-то на льду.

– Куда идти? - дерзко спрашиваю я.

– Туда, - показывает мне рукой.

Ледовую арену нахожу я довольно быстро. Издали замечаю ребятишек в хоккейной синей форме и мускулистого мужчину, раздающего указания.

Иду к нему.

– Здравствуйте. Вы Павел Викторович?

Мужчина оборачивается ко мне и пару мгновений просто рассматривает. Цепким и внимательным взглядом проходится по моей фигуре.

– Да, это я. Чем могу помочь? - приподнимает бровь.

Симпатичный у Самсоновых тренер, конечно…

– Я няня близнецов Самсоновых. Привезла их на тренировку, и они разбежались от меня в разные стороны! - возмущаюсь.

Павел Викторович вздыхает.

– Да, Самсоновы любят нянь изводить, - с сочувствием на меня глядит. - А от меня вы что хотите?

– Хочу, чтобы вы их припугнули как-нибудь. А лучше, чтобы наказали. По спортивному.

– Предлагаете мне сделку? - тренер приподнимает бровь.

Киваю.

– Я могу, а вы мне что? - продолжает Павел Викторович.

– Эм-м-м… а что вы хотите? - растерянно хлопаю глазами.

Маленькие мальчики тем временем ручьём выбегают на лёд, поднимая на арене гул.

– Построились по красной линии! - рявкает тренер, отвлекаясь от меня. - По росту! Клюшки оставили возле борта!

Поджимаю губы, взволнованно ожидая “приговора”.

– Как вас зовут? - поворачивает голову ко мне и улыбается просто бесподобной, обворожительной улыбкой.

– Катя.

– И так, Катя, я найду Самсоновых и придумаю для них наказание. А вы… сходите со мной на свидание.

Зависаю, и даже взгляд от шока замыливается. Это он мне? ИЛи за моей спиной стоит знойная красотка с осиной талией?

Гоню прочь желание обернуться и проверить.

– Вы шутите? - моргаю.

– Нет. На полном серьёзе!

Перевожу растерянный взгляд на каток. Там мальчики в форме уже построились. Только моих проказников нет!

Вздыхаю.

– Ну, если вы уверены, что хотите со мной на свидание, то я… не против, - пожимаю плечами, и мне как-то неловко становится.

– Договорились. Детали обсудим после тренировки! - подмигивает мне, а после идёт к выходу с арены.

Я молча наблюдаю за детьми на льду. Стоят, как вкопанные, в рядочке. Переговариваются. Но даже не шелохнуться!

И уже через две минуты тренер возвращается с моими хулиганами.

– Ну что, Самсоновы, опоздали на тренировку? - щурится на них Павел Викторович.

– Да мы не виноваты! Это няня поздно нас привезла!

– Не верю, - отсекает тренер. - Вы же знаете, что скоро соревнования, нужно много и стабильно работать. Или вы не хотите на соревнования?

– Хотим! - хороши кричат и такие мордашки делаю, что я умиляюсь.

Губы вздрагивают в едва различимой улыбке.

– Слабовато хотите, Самсоновы. Перевожу вас на скамейку запасных.

– Не-е-ет! - в ужасе вскрикивает Миша. - Павел Викторович, только не это!

– Ну а как по-другому? Няню Катю кошмарите, а она не обязана с вами возиться, между прочим. Не хотите тренироваться, значит, будете в запасе.

Миша краснеет от злости и смотрит на меня взглядом, от которого мурашки рассыпаются по спине.

– Переоделись и мигом на лёд! Свою прыть надо показывать в результатах на льду, а не на нянях отыгрываться!

Гриша и Миша бегут за своими сумками, а я…

Я одними губами беззвучно шепчу тренеру:

– Спасибо…

Глава 15.

Забираю Марьяну с танцев, и мы с ней возвращаемся на стадион. Ждём мальчишек в раздевалке. Медленно подтягиваются мамочки за своими детьми.

А я сижу, как на иголках из-за этого Павла Викторовича.

Мне теперь некогда по свиданиям ходить ведь, а я ему зачем-то пообещала.

К тому же, на работу няней к Самсоновым я устроилась с одной только целью - чтобы быть занятой делами и не думать о парнях, свиданиях, любви и прочем…

После моего бывшего дурня Захара во мне взыграло неописуемое желание доказать ему и себе, что я - красивая, обаятельная и просто замечательная свободная девушка, которая достойна самого лучшего к ней отношения. Прямо мания какая-то была, одержимость быть любимой.

Сходила я на парочку свиданий и разочаровалась в мужчинах окончательно.

Один обозвал меня тарелочницей, потому что после салата, который он мне оплатил, отказалась ехать с ним в гостиницу, второй - вообще женатый, искал лёгкого развлечения, а третий с ходу мне заявил, что на фото я казалась стройней и он не собирается тусоваться с бегемотом.

Обидненько, одним словом.

Так я и решила, что теперь только работа. И ничего кроме работы.

А тут опять на свидание зовут…

– Добрый день, - ко мне подсаживается кареглазая блондинка. - А вы кто?

– Няня, - отвечаю сухо.

– Самсоновых? - шепчет.

Я киваю и смотрю на Марьянку, которая сидит в телефоне напротив меня.

– А вы давно у Самсонова работаете? - продолжает допрос блонди.

Приподнимаю бровь и рассматриваю её худое лицо с длинным крючковатым носом.

– А что? - отвечаю вопросом на вопрос.

– Просто, говорят, что Самсонов с женой разводится. Вот интересно, правда ли? - невинно улыбается она.

Я пожимаю плечами:

– В личную жизнь начальства не прикла нос совать.

– Да ладно уж вам! Просто про них такие слухи жуткие ходят, вот я и решила у вас разузнать. Так скажем, из первых уст послушать, что и к чему.

– Извините, но я о подробностях личной жизни Самсонова не осведомлена, - твёрдо заявляю я и уже собираюсь пересесть поближе к Марьяне, но настырная блонди неожиданно накрывает мою руку своей ладонью.

– А правда, что у Самсонова гарем любовниц? - шепчет вкрадчиво, пытливо на меня смотрит. - Говорят, что он и с секретаршей, и с нянями со всеми по очереди, и с подчинёнными…

– Да не знаю я! - фыркаю и убираю руку, но блонди перехватывает опять.

– Жена ему решила отомстить за многочисленных любовниц и завела себе молоденького мужчину. Говорят, что эта Ольга Самсонова даже ограбила! Все деньги из сейфа вытащила, купила себе дом в Тайланде, и теперь живёт там с любовником.

– Бред, - качаю головой.

– А ещё говорят, что Самсонов теперь не знает, как жену вернуть. Бегает за ней, как пёс, и скулит. А она…

– Как же он за ней бегает, если она в Таиланде? - усмехаюсь я.

– Как-как. Виртуально! - на полном серьёзе говорит блонди. - Он ходил даже к медиуму, чтобы тот…

– Так, достаточно, - сурово выдыхаю. - Я не знаю, где его жена. И про него ничего не могу сказать.

Встаю и отряхиваю невидимые соринки с куртки. А после иду к Марьяне. Подхватываю её на свои колени и начинаю играть вместе с ней в телефон.

А мысли так и вьются в голове холодными змеями. Как-то мне неприятно после этого разговора. Нет, я понимаю, что всё это неправдоподобно звучит, но… кто его знает, как там на самом деле.

И у Виталия Кирилловича не спросишь что и как. Неудобно такие вопросы задавать. Мне то уж точно…

Кошусь в сторону блонди. Она уже с кем-то другим разговаривает, и обе дамочки в мою сторону косятся. Точно обсуждают Самсонова, не иначе.

Вздыхаю протяжно. Сплетницы… не люблю сплетниц. Мы с подругами, конечно, тоже иногда обсуждаем чужие жизни, но вот так к незнакомцам с расспросами не пристаём уж точно.

– Все молодцы! Следующая тренировка у нас “сухая”, будьте готовы. По одному выходим, - звучит голос Павла Викторовича, а после дверь в раздевалку открывается, и потные раскрасневшиеся мальчишки вваливаются в неё вместе с шумом и гулом.

Встаю с места, рассматривая моих близнецов. Вроде довольные возвращается. Фух…

– Как прошло? - спрашиваю я, наблюдая, как мальчишки переодеваются.

– Нормально, - отвечает мне Гриша. - Мы на соревнования не попадём.

– Из-за тебя, - гневно вставляет Миша и смотрит на меня волком.

– Из-за меня? Или из-за своего гадкого поведения? - с вызовом бросаю я и руки скрещиваю под грудью.

– Ты виновата, что тренер нас наказал! - продолжает спорить со мной Миша.

Гриша молчит, будто ему вообще эта словесная перестрелка не интересна.

– Тренер бы вас не наказывал, если бы вы вели себя достойно. Спортсмены, блин. А дисциплина хромает.

– Сама ты хромаешь.

– Миш, ну прекрати. Я правда хочу по хорошему.

– А я хочу на соревнования! Хочу быть известным хоккеистом!

– Ну так будешь. Просто сначала надо наладить поведение. Всего-то! - развожу руками.

Миша пыхтит и краснеет, злобно молчит, стягивая с себя форму.

И я понимаю, как ему важны эти соревнования.

Теперь мне чётко видна разница между близнецами: Гриша больше по учёбе, с математическим складом ума, обучение ему легче даётся, чем брату, а Миша - горит спортом и целью в этой сфере.

– Ладно, если будешь хорошо себя вести, я за тебя словечко перед тренером замолвлю, - ласково улыбаюсь я. - Не дуйся, Мишаня. Всё нормально будет.

– Катя, а можно тебя на пару слов, - зовёт меня Павел Викторович.

– Я сейчас, - шепчу детям и иду к симпатичному мужчине.

– Ну что, когда у нас будет свидание? - он улыбается, с огоньком смотрит в мои глаза.

– Если честно, я не знаю, когда Самсонов даст мне выходной, - пожимаю плечами невинно.

– Ну, ради свидания ведь стоит отпроситься, да?

– Вы не понимаете, Павел Викторович. Я няня с проживанием, двадцать четыре на семь рядом с детьми.

Глава 16.

Катя суетится на кухне, а я сижу за столом с рабочим планшетом в руках и исподтишка на неё поглядываю.

Ставит противень в духовку, наклоняясь вперёд. Тяжёлая грудь тоже подаётся вперёд, натягивая ткань футболки. Плыву взглядом по её мягким бокам и круглым бёдрам.

А зрелище, нужно признать, не такое уж и неприятное.

Пышка вытирает пот со лба и ласково улыбается моей дочери.

– Ну вот, - говорит приглушённо. - Скоро будут пирожки. Мы с тобой просто молодцы!

А после Катя подхватывает телефон, подносит его ко рту и громко говорит:

– Варя, а сколько пироги должны стоять в духовке?

Сосредоточенно смотрит в экран. Затем кивает и набирает сообщение уже пальцами.

В домашней одежде Катя не выглядит такой бомбой. Или я уже привык просто? Вообще ей бы не мешало немного подкорректировать фигуру спортом. Добавить мышц - и будет просто сок. Не всем же быть тощими селёдками, верно? Должны среди стройных моделей оставаться и сдобные Пышечки.

– Катя, иди сюда, - зову её вполголоса.

Вытирает руки полотенцем и, подхватив Марьяну на руки, идёт вместе с ней к столу.

– Ты смотрела, что я тебе скинул? - твёрдо на неё смотрю.

Пышка недовольно щёлкает языком.

– Марьяш, а сходи ка к братьям, - нежно произносит Катя, и, как только моя девочка скрывается за дверью, ставит руки в бока и смотрит на меня сверху вниз уничтожительно. - Это с подписью “здесь много мускулистых парней?

– Ага.

– Не смотрела. Порнуха какая-то? - прищуривается.

– Катя, - выдыхаю я со смехом. - Я приличный человек! Какая порнуха?

– Ну… разная. С мускулистыми парнями… - невинно пожимает плечами.

– Я тебе ссылку кинул на спортивный зал, - расслабленно сообщаю я.

– М-м-м, это намёк? - с ноткой обиды уточняет Катя.

– Просто моим детям нужна здоровая няня. В здоровом теле - здоровый дух, слышала такое?

Недовольно морщится и взгляд отводит, сложив руки под грудью.

– Я не люблю спортзалы, - твёрдо заявляет она. - Атмосфера там меня вовсе не мотивирует, а только расстраивает. Тяжело, когда все вокруг худее тебя, знаете ли. Так что я обычно дома занимаюсь.

– Да? Что-то я не видел тебя за занятиями.

– Ну так нет времени для полноценных тренировок. Только на лёгкую разминку, я в спальне по утрам зарядку делаю.

Врёт. У неё на лице всё написано.

Ещё раз придирчиво рассматриваю её фигуру.

– Пойдём, кое-что тебе покажу, - произношу я, вставая из-за стола.

– Мне уже страшно, Виталий Кириллович, - неловко лепечет Катя, но всё же семенит вслед за мной.

Минуем длинный коридор, а после я толкаю дверь и жестом приглашаю Пышку войти.

Она смотрит на меня, как на идиота, а затем вздыхает и делает пару несмелых шагов. Застывает в дверях.

– У вас дома свой спортзал? - ошарашенно выдыхает.

– Да. Так что можешь здесь заниматься. Если, конечно, не пошутила о домашних тренировках.

– Естественно я не пошутила! Буду заниматься. Обязательно! - заявляет Пышка.

Ну, посмотрим.

Возвращаемся на кухню.

Катя вьётся возле духовки, периодически уходит с кухни к детям в зал. Оттуда слышится их звонкие голоса и смех.

Катя нравится моим детям. Нашла всё таки подход, хотя я сильно сомневался, когда принимал её на работу.

Даже пацаны, что странно, не сильно канючат. Поглядывают на няню с опаской. И по учёбе за эту неделю всё гладко.

Стараюсь сконцентрироваться на работе, но не получается. Мысли мечутся от Пышки-нянечки до моей жены.

Ольга так и не объявлялась. Как бросила детей, так вообще даже не скучает. И меня это не перестаёт удивлять.

Когда я слышал истории про мужиков, что уходят из семьи и забивают на общих детей - ужасался. А тут баба так смогла поступить, и даже сердце не ёкнуло. Ушла, будто её и не было.

А дети ведь тоскуют.

Особенно Марьяна.

Да и пацаны, надо признать, мать частенько вспоминают.

А я никак не соберусь с мыслями, чтобы честно им обо всём сказать. Мои мелкие думают, что Ольга всё ещё на островах.

А она не на островах. Она на чужом хую.

Мрачно выдыхаю, прикрывая веки. В висках опять гудит. Что-то я разогнался, даже злость накатывает.

Скриплю зубами, отложив рабочий планшет в сторону.

Катя гремит на кухне, привлекая внимание. Открывает духовку, из которой пышет жаром и приятным запахом капусты.

М-м-м…

Даже злость немного рассеивается.

– Виталий Кириллович, я вот всё спросить хочу и стесняюсь, - Пышка подходит ближе и упирается в меня тяжёлым взглядом. - Мальчики просто недавно обсуждали это, я боюсь, что будут мне вопросы задавать.

– Что тебя интересует? - хрипло уточняю я.

– Ваша жена реально ушла к любовнику? - Пышка переходит на шёпот и взволнованно округляет глаза.

– Это пацаны говорили? - опешив, рыкаю я.

Катерина качает головой отрицательно.

– Вас на хоккее мамочки обсуждали. Но дети, вроде, не слышали.

– Люди любят языком чесать, - морщусь.

– А на самом деле где ваша жена?

Набираю в лёгкие побольше воздуха. Понятно, что эта грязь всё равно выльется в свет. А особо наглые ещё и сверху лживых подробностей насыпят.

Уже, видимо, напридумывали чего не надо.

– Ладно, - мрачно говорю я, глядя Пышке в глаза. - Жена действительно ушла к любовнику. Детей бросила, контактировать отказывается. Всё.

– А почему она ушла? - недоумевающе приподнимает бровь няня. - Ой… я вслух сказала, да?

Мрачно усмехаюсь, а после натягиваю полуулыбку.

– Вопросов больше нет?

– Есть. Кто такой Влад?

– Какой Влад?

– Дети сказали, что по субботам к ним приезжает бабушка какого-то Влада, - Катя плечами пожимает.

– А-а-а, вот оно что, - усмехаюсь. - Это бабушку так зовут - Влада. И да, она завтра действительно заглянет. И тебе придётся ей объяснить, почему пацаны лысые. Только найди достойную причину, ладно?

Глава 17.

Во-первых, сразу несу визуал нашей няни Катюши ❤️ Ну шикарная же ;)

Держит БАЛАНС ✨

Утро врывается в мою жизнь привычной волной бодрости и энергии. Мышцы требуют разминки.

Переворачиваюсь на кровати, загребая рукой соседнюю подушку. Когда-то тут спала Ольга, теперь - пустота.

Не то, чтобы я сильно тосковал по жене, но периодически накатывает, и женщины рядом не хватает. Хотя бы для того, чтобы сбросить скопившееся напряжение сладким утренним сексом.

Хотя Оля последние два года не была рада моим утренним поползновениям в её сторону. Как, в целом, и вечерним. Приходилось больше тренироваться и справляться с мужской потребностью самостоятельно.

Рычу от осознания, что впереди меня ждёт развод. Опять злость берёт на суку, бросившую детей. Скриплю зубами, ложась на спину, накрываю лицо руками и замираю.

Мы с Ольгой рано поженились. Она из приличной семьи, культурная, образованная, серьёзная. Моя мать дружила с матерью Ольги, и нас сосватали. Не скажу, что сразу воспылал к ней чувствами, но за годы брака проникся.

Зря.

Нельзя бабам доверять.

Встаю с кровати и развожу руки в стороны, сладко потягиваюсь. За окном ещё даже нет намёка на рассвет, а меня ждёт тренировка.

Натягиваю спортивные шорты и майку. Хватаю полотенце, чтобы вытереться после бассейна, а после иду в свой спортзал.

Возле дверей в детские комнаты притормаживаю. Тишина. Спят, мои маленькие. Видят сладкие сны. Скоро мне придётся объяснить им, куда делась непутёвая мать. И эта мысль меня не то, чтобы страшит, но волнует.

Встряхнув головой, иду к лестнице. Спускаюсь на первый этаж, миную длинный коридор.

Толкаю двери, и… зависаю с вытянувшимся в одно мгновение лицом.

Катерина стоит в очень пикантной позе ко мне задом: в коленно-локтевой, выгибая поясницу, как грациозная кошка.

Светло-зелёная ткань её спортивных шортиков обтягивает всё, что можно и нельзя.

Пыхтит, выпрямляя ноги, встаёт в планку. Держит её уверенно. А я не могу отвести взгляда.

Как маньяк молча рассматриваю упругие круглые ягодицы, оголённый участок спины, соблазнительные бретельки топа на мягких плечах. И капли пота, скопившиеся между лопатками.

С тихим стоном Пышка вновь встаёт на колени и уверенно выгибает поясницу, оттопыривая попку.

М-м-м… завораживает. Одобрительно улыбаюсь, наклонив голову набок.

И не такая уж она и толстая. Фигуристая. Аппетитная. Да блять, у меня привстаёт.

Никогда бы не подумал, что буду вот так, как придурок, залипать на пышную задницу девицы.

Катерина оборачивается и громко вскрикивает.

– Ви… Ви… Виталий Кириллович! - округляет глаза, вставая с коврика, в ужасе прикрывается от меня руками, будто совершенно обнажённая.

Фантазия уже унесла меня окончательно, и я отчётливо представляю, как Катя будет выглядеть без одежды.

– А я не верил, что ты реально занимаешься, - хмыкаю я, проходя в спортзал.

Катерина смотрит на меня своими строгими зелёными глазами. Краснеет, кажется, сразу вся.

– Вы за мной подсматривали! - вынимает из ушей беспроводные белые наушники. - Как вам не стыдно! Виталий Кириллович, да вы… да я…

– Ну, разошлась, - хмыкаю я. - Тебе очень идут эти шорты. Соблазнительно.

– У меня и в мыслях не было вас соблазнять! - морщится, будто я какой-то уродец.

– Почему? - мрачно смотрю в её глаза.

– Вы издеваетесь? - Катерина взмахивает руками. - Я что по вашему, легкодоступная?

– Я не знаю, но надеюсь, что нет. Ты всё таки с моими детьми работаешь.

Пышка глубоко и быстро дышит. А я ныряю взглядом в её декольте. По ложбинке между увесистыми грудями стекают влажные дорожки.

– Давно занимаешься? - возвращаю взгляд в её дерзкие глаза.

– Уже заканчиваю, - быстро тараторит и принимается сворачивать свой спортивный коврик.

– Катюш, а хочешь, я проведу тебе персональную тренировку? - бровь невольно дёргается, а голос за каким-то хреном звучит томно.

– Что? - шелестит испуганно Пышка, прижимая к себе скрученный в колбасу коврик.

Эх, закрыла вид на прелести.

– Я могу тебя тренировать, если хочешь, - продолжаю уже серьёзно, убирая этот похотливый тон.

– Каким же образом? - хмыкает Катерина.

– Ну, правильным. Присед там, подтягивая. С гантелями попрыгать. Не хочешь?

– Виталий Кириллович, у вас глаза похотливо блестят, - строго осаживает меня.

Да я сам в шоке!

И чего на меня накатило?

– Да, - хрипло выдыхаю я. - Не ожидал, что ты такая сочная.

– Не смешно.

– А я не смеюсь, - выдыхаю с оскалом.

– Вы заниматься пришли? Так занимайтесь. Я уже закончила.

Морщусь сам от себя.

Сначала пожирал Катерину взглядом, затем общался с ней особым тоном. А теперь жду, что она сама мне на член запрыгнет?

Я растерял способность подкатывать к женщинам за годы брака.

Пышка косится в мою сторону опасливо и боком отходит к двери. А после, метнув в меня презрительный взгляд, пулей вылетает из спортивного зала, оставив меня наедине с собой.

Да уж, Самсонов, ну не осёл ли ты? Ещё бы сразу предложил заняться сексом, чего тянуть то?

Вздыхаю мрачно, а после иду на тренажёр.

Нужно остудиться.

Хотя с другой стороны, я вчера ровно стоял, давая Кате возможность рассмотреть мои мышцы. Так что, подумаешь, пялился на задницу! Это в мужской природе вообще-то, ничего зазорного.

Но то, что меня привлекают такие формы - это, конечно, открытие. И мне нужно свыкнуться с этим.

Глава 18.

– Бабушка сказала, когда она приедет? - Миша взволнованно смотрит на часы.

– Звонила, уже в пути, - произносит в ответ Виталий Кириллович.

Я сижу с красными щеками и стараюсь не думать о том, что произошло с утра пораньше. Это надо же было такому случиться!

Да если бы я знала, что Самсонов заявится в тренажёрный зал, я никогда бы вот так не оголилась. Пошла бы заниматься в оверсайзе.

А теперь что?

Считай, что он меня в трусах видел.

Хотя… я тоже его видела без футболки. И тоже пялилась. Да прямо взгляда не могла отвести! Только вот в чём загвоздка: ему моё внимание было приятно, он даже мышцами играл. А мне было приятно его внимание?

Не знаю. Не успела расценить случившееся, потому что была в шоке!

До сих пор в шоке, если честно.

– Бабулю угостим пирогами, - заявляет Марьяна. - Няня, сделаем ещё пироги?

– Так у нас же они ещё остались, - мягко улыбаюсь, глядя на малышку.

– Ой, а у тебя щёки красные, - улыбается девчуля, протянув ладонь к моему лицу. - Ты не заболела?

Виталий Кириллович громко вздыхает, а я поднимаю взгляд. На одно мгновение мы с Самсоновым встречаемся глазами, и я ощущаю, как краснею ещё сильнее.

Интересно, что он первое подумал, когда увидел меня на коврике в интересной позе?

– Я не заболела, просто мне очень жарко, - говорю вполголоса, наклонившись ближе к Марьяне. - Кушай блинчики.

– Когда мама вернётся? - спрашивает Гриша, мрачно уставившись на Виталия Кирилловича.

Я тоже набираюсь смелости и поднимаю на него взгляд. Всё таки я уже не девочка, чтобы вот так смущаться.

Вообще для меня это несвойственно. Обычно мне всё равно, что о моих лишних килограммах думают мужчины. Но под взглядом Самсонова в тренажёрке у меня всё тело зажгло.

– Мама не сообщала, - отзывается Виталий Кириллович.

– Она вообще не звонила что-ли? - Миша вскидывает бровь.

– Нет.

– Может, она не вернётся? - шепчет Гриша, и в глазах проносится испуг.

– Скоро соревнования по хоккею. Мама не приедет? - Миша тоже перходит на сжатый и глухой тон.

Прикусываю губу, рассматривая главу семейства. И мне впервые кажется, что эта тестостероновая скала не может подобрать слов для ответа.

Неужели всё настолько плохо?

И слухи, которые поползли про их семью - вовсе не слухи?

Нужно бы переговорить с Виталием Кирилловичем на это счёт. Я уверена, что вот эта неопределённость для детской психики куда хуже, чем жестокая правда.

– Я пока не знаю, мальчики. У мамы… возникли непредвиденные обстоятельства. Она задерживается заграницей не по своей вине, - Самсонов делает слишком расслабленное лицо.

Я бы на месте детей уже уличила его во вранье.

Но Гриша и Миша переглядываются и коротко, почти незаметно, кивают друг другу. Верят беспрекословно.

– Какие у нас на сегодня планы? - встреваю в разговор.

Но стоит только Виталию Кирилловичу вновь взглянуть на меня, как мой боевой настрой тут же угасает.

Да что со мной такое?

Под его дерзким взглядом чувствую себя… желанной? Та не, это у меня галлюцинации. Надо просто тоже нормально питаться, а не одной зеленью.

– Дождёмся бабушку, а дальше будет видно, - произносит Самсонов, глядя на меня.

Прямо в глаза мне смотрит!

И я не выдерживаю этого напора.

Сдавшись, опускаю взгляд.

Это провал!

Я ведь ему нахрен не сдалась. У такого мужчины, я уверена, очень насыщенная личная жизнь. Не даром слухи ходят о его многочисленных любовницах.

Нельзя смущаться и давать Самсонову понять, что я поплыла от его взгляда! Иначе начнёт видеть во мне лёгкую добычу, а дальше всё это покатится, как снежный ком, в совершенно неправильном направлении.

Расправляю плечи, старательно собираю мысли в кучу. Дёргаю головой, натягиваю милейшую улыбку и поднимаю взгляд на Виталия Кирилловича.

Он пристально за мной наблюдает. Кривит уголки губ.

– Катерина, ты точно не заболела? - интересуется он.

Дети тоже смотрят на меня.

– Точно, - мягко отзываюсь я. - Просто задумалась о малоприятном.

– О чём? - Самсонов нарывается с такими вопросами.

Ну давай, Катя, придумывай теперь нормальный ответ. И только попробуй начать мямлить! Будешь мямлить - завтра два часа побежим на беговой дорожке.

– О кузнечиках, - выдаю быстрее, чем успеваю окончательно оценить свой ответ.

Виталий Кириллович прищуривается.

– И что интересного ты знаешь о кузнечиках? - усмехается он.

– То, что у них уши на ногах, - мрачно отвечаю я.

– Реально? - тянет Миша, шире распахнув глаза. - Прикол!

– Реально, - киваю я, победно улыбнувшись.

– Ну всё, летом будем ловить кузнечиков и искать у них уши! - весело сообщает Марьяна.

И ровно в этот момент входная дверь громко хлопает.

– Бабуля приехала, - с теплотой произносит Самсонов.

И уже в следующий момент дети срываются с места.

В прихожей восторженные голоса и радостных смех. А я поджимаю губы и мельком смотрю на Самсонова.

Он ловит мой взгляд.

Ну почему мне это так неловко? Нормально же всё было! Катя, соберись.

– Завтра будешь заниматься спортом? - Виталий Кириллович вскидывает бровь.

Киваю неуверенно.

– Тогда встречаемся в пять тридцать в тренажёрке, - говорит и… подмигивает!

– Виталий Кириллович, - шепчу, отрицательно качнув головой.

– Не обсуждается, - твёрдо выдаёт он, не давая мне даже возможности отказаться.

– Виталя, милый мой, скажи пожалуйста, а что за эксперт додумался обрить мальчишек? - в кухню вплывает статная и очень красивая женщина.

Дорогие читательницы!

Наш литмоб пополнился зажигательной новинкой от Юлии Крынской

"Папа в разводе. Соседка на взводе"

Глава 19.

– Познакомься, мама, это Катерина, - указываю ладонью на раскрасневшуюся Пышку. - Тот самый эксперт! И-и-и…

Намеренно держу паузу, наблюдая за реакциями обеих женщин.

Мама изумлённо охает.

– Виталь, что “и-и-и”? - театрально прижимает ладонь к сердцу, рассматривая нашу румяную Пышку пытливо и взволнованно.

Мама у меня та ещё артистка. Может раздуть из мухи слона на раз-два.

– И-и-и… - продолжаю накалять обстановку.

Ух, как я люблю эти приколы! Будто вернулся во времена студенчества сейчас. Однажды, когда мама решила подобрать мне невесту голубых кровей, я показал ей фотографию с рок-концерта, на которой со мной обнималась незнакомка с “очаровательным” вороньим гнездом на голове и яркими стрелками на половину лица, и заявил, что вот моя невеста.

Мама в тот день разыграла такой приступ, что я как щас его помню! И мне весело. Должен же я хоть как-то развлекаться?

Честно, усталость заметно скопилась за последние три недели. Проблемы с Олей, напряг на работе, отсутствие хоть какого-то женского очарования - всё это сказывается на состоянии.

Ещё и Катерина сегодня в тренажёрке носом от меня повела! Вот и думай теперь, Виталя, что стало с твоей хваткой и как искать женщину для душевной жизни.

М-м-м… что-то не туда мысли свернули. Какую мне женщину? Я ещё, по официальной версии, женат.

– Виталя, пожалуйста, не пугай меня, - нервно хихикает мама.

– Я няня, - произносит Пышка, вздёрнув подбородком.

Ну вот, весь кайф обломала. Катя - обломщица. Второй раз за сегодня. И меня, надо признать, возмущает.

– Фух, - с облегчением выдыхает мама.

– Бабуль, пойдём, я тебе должна кое-что показать! - Марьяна вертится волчком, подскакивает на радостях, как мячик.

Мальчишки тоже от моей матери не отлипают.

Они начинают разговор о школьных успехах, Марьяна поёт песню для любимой бабули. Дом наполняется теплом и уютом.

– Можешь пока отдохнуть, - киваю Кате. - Часа три у тебя есть.

– Хорошо, - с лёгкой улыбкой кивает Катерина. - Ой, а можно я тогда в город поеду?

– Да, - не раздумывая отвечаю. - А зачем?

– Да я купила абонемент в бассейн, а потом к вам устроилась и всё, он теперь сгорит. Вот, думаю, раз время есть, схожу поплаваю.

– Эх, Катерина, - мрачно вздыхаю. - Я разве не сказал, что у меня и бассейн имеется?

Смотрит на меня из-под ресниц.

А потом я показываю ей свои владения.

– Можешь плавать, сколько тебе угодно. И детей купать, если захочешь. Только следи за Марьяной, она плавать не умеет совсем.

Два с лишним часа я наблюдаю, как моя мать возится с внуками. Жаль, что она так редко приезжает. Раза три за месяц. Мои малыши по ней скучают.

И по матери они скучают.

У нас с Олей скоро состоится встреча в суде. И я не знаю, как вразумить её общаться с детьми.

– Виталь, пообщаемся? - мама отрывает меня от рассуждений.

Поднимаю на неё взгляд, затем осматриваю свой детский сад - сидят, как молчаливые мыши, не пикнут.

Мама усадила мальчишек собирать алмазную мозаику, а Марьяна рисует красками в альбоме.

– Пошли в мой кабинет, - сухо говорю я и встаю.

– Виталь, что у тебя с Олей? - Спрашивает взволнованно.

Запираю дверь. Надеюсь, Гриша и Миша не додумаются подслушивать. Разговор намечается явно не для детских ушей.

– Что у меня с Олей, мам? - раздражённо отвечаю вопросом на вопрос.

– Ну ты не пробовал с ней помириться? Извиниться?

– Я должен извиниться? - по жилам разгоняется горячая кровь. - Она ушла к любовницу, а мне извиниться? Ты на приколе?

– Виталя, - цедит сквозь зубы с оскалом. - Оля ведь своей матери всё рассказала. А её мать, конечно, рассказала мне! Ты с ума сошёл?

– О чём речь?

– Ты первый ей изменил! И… не один раз!

– Что? - смеюсь.

– То! Я тебя так не воспитывала!

– Мам, приди в себя, а? - морщусь. - Оля это придумала, чтобы своё белое пальто не снимать.

– Виталь, детям нужна мама!

– А то я без твоих нравоучений этого не знаю! Только у мамы фляга прохудилась, и на детей она плевать хотела. В том нет моей вины. Я всё делал правильно.

– Да? И что же ты делал?

Вздыхаю устало. Не хочу я перед матерью отчитываться и напоминать. Я ведь был хорошим отцом и мужем. Да, работал много. Потому что Оле подавай то букеты из сто одной розы, то новый телефончик - рилсики снимать. Да и дети мне не дёшево обходятся. Троих одеть, обуть, оплатить секции и кружки, а ещё репетиторов. Выходные - в игровую, в развлекательный центр, в кафе. Да даже в парк всей семьёй выйти у нас никогда не получалось бесплатно!

Ещё раз вздыхаю, исподлобья глядя на маму.

Почему все считают, что если жена уходит из семьи, то в этом обязательно виноват мужик?

Я знаю, какие слухи вертятся вокруг моей семьи. И мне от этого противно до скрежета зубов.

Да, я признаю, что тоже не ангел. И есть за мной мелкие косяки.

Но в браке с Олей я был самым натуральным каблуком. Любил, баловал, делал всё, что она хотела.

Так что я не виноват.

– Ладно, - шепчет мама. - А няня эта давно у вас? Она как, нормальная вообще?

– Нормальная. Справляется.

– А зачем она мальчикам такие короткие стрижки сделала? Непривычно, жуть просто!

– В педагогических целях, - хмыкаю я.

Интересно, а Катя всё ещё в бассейне? Надо бы воспользоваться моментом и заглянуть к ней.

Хочу увидеть эту Пышку в купальнике.

Дорогие читательницы!

Заключительная книга нашего литмоба стартовала

Селена Лан

"Папа в разводе. Отпуск (не) по плану"

https://litnet.com/shrt/UA-k

Глава 20.

Мама возвращается к детям, а я всё же решаю проведать Катерину. Пока иду в сторону бассейна, ловлю себя на мысли, что у меня к ней точно нездоровый интерес. Раньше со мной такого не было: у меня была Ольга, которой я поклялся быть верным.

И я был.

Да, вокруг меня вертелись девушки. Пытались соблазнить не раз.

И многие мужики мне говорили: если рядом есть соблазн - однажды ты ему поддашься. Вывод, который я мог бы сделать: хочешь быть верным, не держи рядом красоток. Но я решил, что “поддаться соблазну” могут животные, у которых инстинкт. А я не животное.

Поэтому у красоток не было шансов очаровать меня.

Катерина, по моим меркам, далеко не красавица.

Толкаю дверь в бассейн и медленно прохожу.

Пышка сидит на бортике бассейна, свесив ноги в воду, в руках держит телефон и изучает что-то в нём. Меня даже не замечает, так что торможу и просто издали на неё залипаю.

Она реально не такая толстая, как мне показалось изначально. Фигуристая. Объёмная именно в тех местах, которые у женщин должны быть таковыми.

На ней чёрный слитный купальник. Я, конечно, огорчён, потому что ничего интимного не видно.

Ну а что ты хотел увидеть, Самсонов? Как она тут в неглиже плещется? Очевидно, что эта девица не из таких, кто может себе позволить лишнего. И дело не в стеснении за свои килограммы, а именно в моральных принципах.

Да и стесняться Кате совершенно нечего, как оказалось.

Ну да, есть животик. Мягкий, но аккуратный. Сало не свисает.

Катерина болтает ногами, брызгая воду в стороны. Улыбается.

Хочу подойти ближе, чтобы лучше рассмотреть, но боюсь спугнуть. Хочу посмотреть ещё пару минут.

А потом можно подойти и позлить её. Мне нравится, как она реагирует! Краснеет, смотрит дерзко, будто сейчас мне что-нибудь откусит, характер свой показывает.

Катерина откладывает телефон в сторону, бубнит что-то бессвязное себе под нос, похожее на заклинание, а затем замечает меня.

Вздрагивает и прижимает ладонь к круди.

– Виталий Кириллович! - вскрикивает. - Опять вы?

Встаёт с бортика и хватает полотенце. Быстро и ловко завязывает его на бёдрах.

– Опять я! - развожу руками. - Пришёл тебя посмущать.

– У вас получилось, - выдаёт без тени улыбки. - Как дети? Мне пора уже к ним?

– Нет.

– Тогда зачем вы пришли? - прищуривается.

– На тебя посмотреть, - честно отвечаю я.

Не люблю тянуть котов за хвосты. Привык быть открытым и честным. Так что… не вижу смысла изворачиваться.

Пусть Катерина знает, что она мне, боже мой, симпатична.

Прихожу к этой мысли и приподнимаю бровь задумчиво. Сам от себя не ожидал, что в таком признаюсь. Пусть не вслух, а сам себе, но это открытие меня взбудораживает.

О-о-о… вот и в штанах теснее становится.

– Виталий Кириллович, мне всё это не нравится, - заявляет Катя. - Если вы будете так себя вести, то я не стану с вами работать.

– А как я себя веду?

– Вы ко мне пристаёте! - невозмутимо заявляет Пышка, а я давлюсь смешком.

Пристаю? Я ещё даже не начинал! Хотя мог бы начать активную атаку, и, уверен, уже к вечеру Катерина бы сдалась и оказалась в моей постели.

– Ладно, ты меня раскусила, - хмыкаю я. - На самом деле мне тоже захотелось поплавать.

– Да? И где же ваши плавки?

– А я обычно купаюсь голышом, - улыбаюсь, потому реакция Пышки сейчас просто бесподобная.

Она широко распахивает глаза, и в её зрачках проносится то ли страх, то ли возбуждение. Круглые щёки заметно краснеют. И чтобы её добить, я медленно стягиваю с себя футболку.

Если мать увидит, как я соблазняю няню, то она никогда в жизни мне не поверит, что я не изменял Оле.

Но моя жена ушла сама.

Между нами всё кончено, и я теперь вольная птица. Скоро меня ждёт развод, который подтвердит моё свободное положение официально. Вопрос: что обычно делают мужики после развода? Правильно: веселятся, отрываются по полной, много пьют и имеют, в прямом смысле, распутных женщин.

Я распутных не хочу. Поэтому буду портить хорошеньких.

И начну я с Катерины.

– Виталий Кириллович! Не смейте при мне оголяться! - запоздало вскрикивает Пышка и отворачивается.

Встаёт ко мне спиной.

Дурацкое полотенце на её бёдрах всё портит. У меня в пальцах вибрирует потребность сорвать его и хорошенько сжать Катькину ягодицу.

Что я там говорил про животные инстинкты? Видимо, мой внутренний кобель все годы брака сладко спал, а сейчас решил сорваться с цепи. Сидеть, Шарик. Команды “фас” ещё не было.

– Давайте я уйду, а потом вы делайте, что хотите! - с мольбой в тонком голосе просит Катерина.

Закрываю глаза, сжимая пальцы в кулаки. Да что на меня в самом деле нашло? Пышка - единственная за долгое время, кто справляется с моими детьми. Она слишком ценная сейчас, чтобы я мог позволить себе лишнего.

Не шутит ведь.

Пересеку черту - и она уволится.

– Ладно, я передумал купаться, - твёрдо говорю я. - Вообще скоро свадьба у моего друга, и тебе стоит подготовиться.

– Морально?

– И это тоже, - невольно улыбаюсь. - Я хочу, чтобы ты сгоняла в салон красоты и навела марафет.

Катерина оборачивается через плечо и недоверчиво на меня смотрит.

– Я же просто няня, - хмурится.

– Ты не просто няня, ты няня у моих детей! Значит, будешь выглядеть с иголочки. Нужно расцвести и запахнуть. Умеешь?

– Умею, - с оскалом огрызается.

Ух, не терпится увидеть Катерину во всей красе. Хотя мне всё равно её нельзя. Нужно успокоиться и найти себе другую сдобную булку, раз мне такое нравится.

А моя Пышка - пусть спокойно работает.

Дорогие читательницы ❤️

Сегодня у меня открылась подписка на "Проблему для хирурга" - история Вари Карповой, одной из подруг нашей няни Кати, и сейчас действует хорошая скидка ❗ успейте купить по вкусной цене ✨

Глава 21.

Как бы я не старалась отвертеться, Виталий Кириллович всё равно настаивает на салоне красоты. Помимо этого, он переводит на мою карту круглую сумму.

– Это аванс, Катюш, - улыбается мне Самосонов.

Катюш? Ну всё! Досиделась на диете. От голода начались слуховые галлюцинации.

– Виталий Кириллович, неужели нельзя просто пойти как есть. Я сама укладку сделаю, и макияж. И платья у меня есть! - предпринимаю очереную попытку отвертеться, но его мрачный и тяжёлый взгляд не терпит возражений.

Вздыхаю.

И пишу в чат подружкам:

“У меня внеплановый шоппинг. Помогите выбрать платье!”

Уныло прощаюсь с детьми, а после водитель Антон Денисович везёт меня в большой торговый центр.

“Привет! Я сегодня свободна. Где встречаемся?” - пишет в чате Варя.

“Я могу подъехать через час. Милушу пока не с кем оставить” - прилетает от Дианы.

“Я в Радуге” - отписываюсь девочкам и, подумав, набираю следующее сообщение: “И у меня для вас интересные новости про моего работодателя”.

“Какие?” - пишет Варя.

“Расскажу лично”

“Катя, интригу тянуть вздумала?” - от Дианы.

“Ох, девочки…”

Через полтора часа встречаюсь с подружками, и, конечно же, первым делом мы заглядываем в кафе, чтобы спокойно посидеть и поболтать. Берём себе чай, девочки - десерты, а я…

Тоже хочу десерт. Но за последнюю неделю я хорошо так похудела, и набрать все килограммы обратно перед свадьбой друга Виталия Кирилловича мне совсем не хочется.

Но слюна во рту сгущается, когда я смотрю на аппетитные картинки тортиков в меню.

– Кать, да возьми ты себе что-нибудь! Смотри, вся исхудала! - недовольно произносит Варя, заметив мой голодный взгляд.

– Да блин, девочки, не уговаривайте!

– Кстати, а я говорила, что работа с детьми - это не так-то просто. Бегаешь, прыгаешь, вот тебе и фитнес.

– О, это да! - закатываю глаза, а после делюсь с подругами историями из своих насыщенных будней.

– А что ты хотела рассказать про Самсонова? - спрашивает Диана, уплетая десерт.

Поджимаю губы, и щёки невольно краснеют.

– Что там за история такая, раз ты так смущаешься? Катя? - Варя весело усмехается и широко распахнутыми глазами на меня смотрит.

– Мне кажется, что Виталий Кириллович проявляет ко мне интерес, - шепчу я взволнованно.

– Интерес какого плана? - Диана облизывает ложку и глядит на меня недоверчиво.

– Как бы это сказать, - растерянно лепечу я. - Ну, мне кажется, что он меня хочет!

Девочки переглядываются. Вижу, что с трудом сдерживают улыбки. Не верят мне что ли?

– Кать, а ты сама как? Он тебе нравится? - хихикает Варя.

Пожимаю плечами.

Я понятия не имею, нравится он мне или нет. Как визуальная картинка - да, ещё бы! Такой мужчина приковывает взгляд, оторваться от него невозможно. Особенно когда он без футболки… м-м-м…

Но как человека я его вообще не знаю.

Слухи о нём ходят жуткие.

И я бы не хотела никакой связи иметь с таким человеком. Хотя с другой стороны, у женщин ведь тоже есть физиологические потребности. А мою потребность давно никто не закрывал!

– Понятно, - мягко улыбается Варя. - Он тебе нравится.

– Да нет же! - закатываю глаза.

– А чего тогда зависла? - прищуривается Диана, заглядывая в мои глаза.

– Просто…

– Ты будь поосторожнее, Катюш, - участливо выдыхает Диана. - Чтобы нам потом не пришлось устраивать алкотерапию, ладно?

– Я не собираюсь с ним ничем таким заниматься! - возмущаюсь я.

– Почему? Если хочется, может быть и стоит отдаться горячему мужчине, - Варя невинно хлопает ресничками.

И теперь уже мы с Дианой с немым вопросом смотрим на Карпову.

– Так-так, ну-ка рассказывай, что у тебя с твоим доктором? - требовательно произношу я.

– Ну-у-у… - тянет Варя со скромной улыбкой, а после опускает взгляд, и щёки её покрываются лёгким румянцем.

– Мы что, скоро погуляем на свадьбе? - вскидываю бровь.

– Да ну тебя, - смеётся Варя. - Предложения руки и сердца не поступало!

После кафе мы пробегаемся по магазинам. Сколько платьев меряю - всё не то. Девочки хоть и хвалят некоторые выбранные на мою фигуру наряды, я бракую все.

Во мне играет желание не просто так потратить аванс, а купить реально достойное платье. Всё же Виталий Кириллович - это человек определённого уровня.

И друг его, я уверена, тоже не простой человек.

Так что на свадьбе я должна выглядеть не хуже, чем жена миллионера.

– Катя, а вот это платье тебе как? - Диана несёт мне в примерочную аккуратное платье мятного цвета. - Нежное, как раз для свадьбы.

– Ну да, может подойти, - киваю я и принимаю из рук подруги платье.

Ткань приятная, будет хорошо к телу. Но мой взгляд невольно цепляется за ценник.

– Двадцать семь тысяч!? - вскрикиваю я.

Девочки переглядываются.

– Ты примерь, - настаивает Диана. - Может оно того стоит?

Двадцать семь тысяч… мамочки… да меня быстрее жаба задушит, чем я это куплю! Нет, мне хватает денег, конечно. И я могу себе позволить…

И сидит это платье на мне просто бесподобно! Вау!

– Ну всё, теперь твой Самсонов точно не удержится, - улыбается Варя, рассматривая меня восхищённым взглядом.

– Ой, девочки, не накаркайте. А то и правда… - шепчу.

Глава 22.

В день свадьбы друга Виталия Кирилловича с утра пораньше я еду в салон красоты. Девушки-феи работают в шесть рук. Одна делает мне укладку, вторая тут же пилит ногти, третья наносит макияж.

Я в шоке… вот это сервис!

За полтора часа из меня делают настоящую конфетку, хотя сначала мне кажется, что макияж получился слишком ярким, да и ногти мне нарастили кошачьи! Неудобно же с такими. Ну и причёска, наверно, за пару часов вся рассыпется.

Но стоит мне переступить порог дома Самсоновых, как на встречу летят дети с округлёнными и восторженными глазами.

Мальчишки тоже уже при параде: в чёрных классических костюмах и белых рубашках. Марьянка в голубом пышном платье.

– Няня! - тянет Гриша, замерев возле меня с разинутым ртом. - Какая ты красивая!

Губы вздрагивают в улыбке.

– Спасибо, - произношу спокойно, мельком бросая взгляд в зеркало.

Да, так наряжаюсь я не часто, чтобы и макияж, и укладочка. А в салоне вообще была третий раз за всю жизнь! Сначала на выпускном из школы, потом на вручении диплома в институте, и вот сейчас для свадьбы людей, которых я даже никогда не видела.

– Катерина, ты почему до сих пор не готова? - Виталий Кириллович выходит в прихожую, застёгивая запонку.

Я замираю, вытаращив на него глаза.

Босс сегодня тоже шикарно выглядит. В чёрном деловом костюме и идеальной рубашке, с уложенными назад волосами и… таким нереально вкусным запахом, что я даже невольно облизываюсь.

Да, вот это мужик!

Всё таки Самсонов - натуральное воплощение секса и власти.

Сглатываю.

– Катя, переодевайся, мы выезжаем через пять минут, - Самсонов с лёгкой улыбкой на меня смотрит.

Ну вот… даже не сделал комплимент моей красоте. А я ведь реально сейчас очень круто выгляжу. Да блин, даже дети это заметили!

– Я мигом, - сипло говорю я и иду на второй этаж.

Мне хочется, чтобы Виталий КИриллович смотрел мне вслед с восхищением. И сама того не осознавая спину держу ровнее, походка становится грациознее. На лестнице быстро оборачиваюсь через плечо, чтобы узнать наверняка, смотрит моя босс на меня или нет.

Возмущённо фыркаю: не смотрит.

Ну конечно, это я себе напридумывала, что Виталий Кириллович ко мне подкатывает. А по-факту, конечно, сдалась я ему. Да у него наверно таких женщин вагон!

Не даром про Самсонова такие слухи ходят.

И всё равно немного обидно, что я перестала его интересовать. Нет, я не претендую ни на какую-то физическую близость с ним, ни уж тем более на статус жены. Но когда видный мужчина обращает на тебя своё внимание - это всегда немного повышает самооценку. А Самсонов со мной открыто заигрывал! Хотя, может, я себе всё придумала?

Переодеваюсь в платье и возвращаюсь на первый этаж. Ещё раз бросаю взгляд на своё отражение.

М-м-м…

Я сегодня просто невероятная.

– Все готовы? - Самсонов помогает Марьяне застегнуть курточку, а после мажет по мне безразличным взглядом.

Я киваю.

– Ну, поехали.

Садимся в машину. По пути я болтаю с Мишей и Гришей. Хотя болтают в основном они. Сначала рассказывают мне про хоккей, потом про тренера, а затем переключаются на обсуждение девочки Полины - дочке сегодняшнего жениха.

Иногда бросаю взгляды на Виталия Кирилловича. Нет, ну мог бы хотя бы как-то прокомментировать мой внешний вид! Я же старалась, чтобы быть красивой.

Этот Самсонов - нахал бессовестный! И к тому же ещё и бессердечный.

Стараюсь на этом не зацикливаться, но у меня не получается. Всё таки после его взглядом на меня в тренажёрном зале и в бассейне, волей неволей ждёшь чего-то похожего. Да хоть искорок во взгляде.

Тяжело вздыхаю и перевожу взгляд в окно.

Мы уже подъезжаем к красивому дорогущему ресторану. Я о нём только слышала и на картинках видела, сама никогда здесь не была.

Начинаю заметно нервничать.

Первыми из машины выбегают мальчишки. Я помогаю Марьяне вылезти, и Виталий Кириллович тут же подхватывает свою дочку на руки.

А потом смотрит мне в глаза, подставляя локоть. Непонимающе на него смотрю.

– Что-то не так? - усмехается он.

Я пожимаю плечами.

– Тогда давай, хочу побыть галантным кавалером.

Да уж… тоже мне кавалер нашёлся!

Но всё таки обхватываю его локоть и иду рядом с ним плечом к плечу в ресторан.

Народу просто обалдеть сколько! Вот это я понимаю - свадьба с размахом.

Виталий Кириллович смотрит на стойке номер нашего столика, затем даёт детям отмашку, и те летят развлекаться с аниматорами в игровую.

Да у них тут всё продумано. И никакая няня не нужна, когда столько аниматоров работает.

Тогда зачем здесь я?

Только успеваю об этом подумать, как жёсткая и требовательная рука Самсонова ложится мне на спину чуть ниже лопаток. Метаю в него недовольный взгляд.

– Катюш, расслабься, - мягко просит Самсонов, оголив зубы в безупречной улыбке.

– Я не совсем понимаю…

– А понимать не надо. Просто будь рядом со мной. Сегодня ты - моё украшение! - наклоняется ко мне, и шепчет почти на ухо.

Я мысленно теряю сознание. Всё таки сказал, что я красивая, да? Ви-и-и!

Глава 23.

Катерина в платье - это просто отвал башки. Ей невероятно идёт мятный цвет, подчёркивает зелёные глаза и придаёт необычной свежести.

А запах… от неё пахнет пирогом с вишней. Спелой и сладкой. Настолько опьяняющий запах, что я бы от этого пирога с удовольствием кусок откусил.

Будь моя воля, я бы ни на шаг её от себя сегодня не отпустил.

Моя рука лежит чуть ниже округлых женских лопаток, и мне приходится прикладывать усилия, чтобы не соскользнуть ладонью ниже. Так и манит ведь!

Невероятно, что она на самом деле такая - лёгкая, воздушная и очень нежная. Да, пусть она не смотрится гламурной сукой среди жён моих друзей, зато в неё есть что-то более глубокое.

Вижу виновника торжества, улыбаюсь и наклоняюсь к Кате:

– Это Барсов Саша, - киваю ей в сторону своего друга. - Мы с ним вместе через такое дерьмо проходили, что он мне теперь, как брат.

– М-м-м… - неразборчиво выдыхает Пышка.

Зажатая она, как пружина. Того и гляди рванёт от напряжения.

Поэтому первым делом веду Катерину к фуршету. Подаю ей бокал шампанского.

– Ой, я не буду, - качает головой и упрямо на меня смотрит. - Тем более с пузырьками.

– Не бойся, это лёгкое. В голову не даст, - сообщаю я с доброй улыбкой.

Интересно, а какая Катерина, когда пьяненькая? Хотел бы я на это посмотреть. И сегодня у меня есть такая возможность. Так что на все её отказы я включаю настойчивость, и через пару мгновений Пышка уже довольная пьёт шампанское.

– Вкусно? - хитро улыбаюсь я.

– Ага, сладенькое. Как газировка! - улыбается Катя.

– Ну, хорошо, - киваю.

Сегодня с нами ночует моя мама. Она должна приехать на свадьбу к Барсову с минуты на минуту. За детьми сегодня жёсткого контроля со стороны нашей обаятельной няни не требуется, так что я мог бы напоить Пышку и развлечься по полной. Помять бы её как следует.

Даже руки чешутся от одной только мысли. И всякие эротические фантазии с участием Катерины так и вертятся перед глазами.

Но мне нужно вести себя культурно и сильно к Кате не липнуть, чтобы люди не нашли в моём поведении подтверждение отвратительным слухам.

Эх…

А так хотелось её зажать где-нибудь в укромном уголке ресторана и рычать от удовольствия, ощущая под ладонями мягкое тело.

Знакомлю Пышку с моими коллегами и друзьями. Катерина уже немного расслабилась, и щёки покрылись бесподобным румянцем.

Не то, чтобы я раньше заглядывался на женщин, но по моим наблюдениям я раньше такого румянца никогда не видел. Такой только у рыженьких бывает, я уверен.

Нужно почаще её смущать всякими пошлыми шутками.

Это ненормально, что я уже всякого себе нафантазировал.

Надо бы остудить своё воображение.

– Саша! - подходим к Барсову.

Хлопаем друг друга по плечу.

– Привет, Виталик, - друг взволнован, и это прекрасно слышно по его голосу.

– Знакомься, это няня моих детей. Катерина.

Пышка улыбается мягко и совершенно очаровательно.

– Няня? - Саша приподнимает бровь.

– Красивая, правда? - говорю я, наблюдая за реакциями Пышки.

Она смущается и на мгновение отводит взгляд.

– Рад знакомству, - Саша протягивает Катерине руку и пожимает.

Я только сейчас обращаю внимание, какие у Пышки, оказывается, аккуратные запястья. И кисти рук очень красивые.

Так, мне на шампанское лучше не налегать. Иначе всё это может плохо закончиться. Я ведь пообещал себе, что эту сдобную булку мять не буду! Как бы сильно мне этого не хотелось - Катерина неприкосновенна.

Она супер-няня. И мне нельзя переходить черту наших рабочих взаимоотношений.

– Я отойду в уборную, - тихо шепчет Пышка, посмотрев мне в глаза.

Киваю.

Вместе с Сашей наблюдаем за тем, как отдаляется её силуэт. Платье очень выигрышно струится по её пышной фигуре. М-м-м… жопа у неё просто огонь!

– Добротная женщина, - комментирует Барсов.

– Ну ты не засматривайся, - ревниво говорю я. - Всё таки у тебя сегодня свадьба.

– Где ты её нашёл? - Саша усмехается, глядя на меня.

– Да по объявлению. Няню искал.

– А нашёл..? - Барсов дёргает бровью.

– Она просто няня, - объявляю я.

– Понял, - звучит с издёвкой.

Пару мгновений мы молчим.

Неужели реально так сильно заметно, что я от этой Пышки хочу не только служебных взаимоотношений? Подтверждать слухи не хотелось бы.

– Как у тебя с Ольгой? - интересуется Саша.

– Да никак. Скоро первое заседание по разводу. Я хер знает, как всё вывернется. Ольга та ещё скользкая сука. Извини, конечно, что я вот так в лоб. Но зато без прикрас.

– Если честно, по ней всегда было заметно, - горько усмехается Барсов.

– Да? - вскидываю бровь. - Намекаешь, что я осёл слепошарый и не видел, с кем живу?

– Любовь способна затмить разум, - он плечами пожимает.

– Любовь, - насмешливо говорю я.

Я в любви уже настолько разочаровался, что ни одной женщине больше никогда не поверю.

– Виталь, я знаю, что такое развод. Тяжело это. Тем более, когда дети есть. Я вообще разводился, когда Полина совсем маленькая была. И привыкал долго к жизни с малышкой. И знаешь, когда правда опустило?

С немым вопросом смотрю на друга.

– Когда в моей жизни появилась Лиля. Она просто пришла и всё по местам расставила. Я хер знает, как это удаётся женщинам, но они правда имеют сверхспособность ублажать мужскую душу и успокаивать разум.

– Ты Лилю знаешь три месяца, - недовольно говорю я. - И уже превозносишь её до небес. Не боишься, что опять ошибся?

– Даже если я и ошибаюсь, и зря вот так рано женюсь, мне уже пофиг, Виталь. Лиля лучшее, что со мной случалось.

– Как ты понял, что она та самая? - интересуюсь я.

– Я же сказал уже. Она всё расставила по своим местам. Ну и притяжение между нами - его невозможно было контролировать. Я просто заглянул чуть глубже в её душу и сразу утонул.

Глава 24.

Да уж, ну и тусовка! Честно признаться, на таких свадьбах я ещё никогда не была. Даже представить себе не могу, что и как пройдёт.

Иду по ресторану в поисках уборной. Мне нужно просто перевести дух, потому что Виталий Кириллович меня засмущал! Нельзя же вот так! Я от одного его взгляда краснею, а он ещё и добивает.

– Извините, вы не подскажите, где тут удобная? - торможу длинноногую девушку в коротком розовом платье.

– Там, - отмахивается от меня, как от грязи и высоко задирает нос.

Ну ясно. Точно жена какого-то олигарха.

Интересно, а невеста тоже такая высокомерная?

У богатых видимо пунктик на это. Чем высокомернее женщина себя ведёт, тем больше она ценится в обществе.

Иду по коридору, осматриваясь. Интерьер всё таки шикарный. Ох, если я когда-нибудь тоже буду невестой, хочу такое же пышное торжество в красивом месте. Чтобы всё мерцало, искрилось, пахло дорого. С вкусной едой и самыми близкими гостями.

Есть женщины, которые предпочитают скромные свадьбы с минимумом гостей. Но я не из таких.

И платье себе выберу с огромной юбкой, расшитой драгоценными камнями.

Ну ты и размечталась, Катя. За миллионера что ли замуж собралась?

Горько усмехаюсь собственным мыслям и сворачиваю направо.

Да где же тут туалет то, а?

Толкаю первую дверь осторожно, и тут же слышу всхлип.

– Извините, - лепечу взволнованно, выцепив взглядом длинный подол белого платья.

Уже собираюсь закрыть дверь, но какая-то внутренняя сила меня останавливает.

– У вас всё хорошо? - делаю шаг в комнату.

– Да, - ответный протяжный выдох. - То есть… м-м-м…

Невеста! Красивая блондинка в фате и в шикарном платье. Плачет?

– Я могу чем-то помочь? - закрываю за собой дверь.

– Нет, - вытирает слёзы.

– У вас сейчас макияж потечёт, - строго говорю я. - У меня с собой есть консилер и пудра.

Лезу в сумку не дожидаясь её ответа. А у самой скользкая мысль проскальзывает в голове - сейчас эта красотка меня прямым текстом пошлёт. Потому что она замуж выходит за влиятельного и богатенького Барсова, а значит, она одна из тех, кто задирает нос и на окружающих смотрит свысока.

По-крайней мере у меня такой стереотип сложился.

– Вот, возьмите, - подхожу ближе, протягивая косметику девушке.

– Спасибо, - отзывается она и садится за столик с большим зеркалом, вокруг которого горят яркие лампочки. - Я так нервничаю… хотя повода нет! И… я такая дурочка!

– Почему? - мягко улыбаюсь, смотря на неё.

– Мы уже расписались. Уже два часа, как мы муж и жена, а до меня только сейчас доходит это осознание. Я жена Барсова, представляете?

– Если честно, то не очень, - усмехаюсь я.

Я даже представить такого не могу, чтобы я стала женой кого-то с таким уровнем жизни. Да взять даже того же Самсонова!

Что ему от женщины надо, я понятия не имею. У него всё есть! А то, чего не хватает - он может купить.

– А вы чья жена? - невеста поднимает на меня взгляд и тоже слабо улыбается.

– Я няня у Самсонова Виталия Кирилловича, но сегодня он освободил меня от обязанностей и разрешил хорошенько отдохнуть.

– Няня? - девушка приподнимает брови и удивлённо на меня смотрит. - Извините, я просто подумала, что такая красотка точно чья-то жена.

– Да если бы, - смеюсь. - Но за красотку спасибо.

Смотрю на подтёки туши под её правым глазом. Эта мелочь весь образ портит.

– Давайте я вам помогу макияж поправить, - предлагаю я, набравшись смелости.

– Да, супер! - отвечает невеста.

Ловким движением спонжа поправляю недочёт во внешности девушки.

– Меня Лиля зовут, - говорит она.

– Катя, - киваю ей.

– Говорите, вы няня у Самсонова? Про него столько слухов ходит. Ну, это неудивительно. Большой человек разводится, естественно будут кости перемывать.

– А вы про него что-то знаете? - осторожно спрашиваю я.

– Саша, мой муж, говорит, что Виталий очень добрый и искренний. Он как-то приезжал к нам с детьми, Марьяна хорошо дружит с нашей Полиной. И мальчишки у него те ещё обаяшки.

– Да, обаяшки - это не то слово! - развожу руками. - Хулигашки они.

– Не без этого, - Лиля смотрится в зеркало.

– Думаете, Виталий Кириллович на самом деле не изменял жене? - резко задаю свой вопрос.

Я не особо верила в эти слухи, но хочется какого-то подтверждения, что он нормальный мужик.

– Если верить моему мужу, то нет. Саша говорит, что у него с Виталием сходятся ценности, а Саша у меня очень семейный, как оказалось.

Невольно улыбаюсь, будто мне сейчас открыли глаза на моего босса. Я пока не успела понять, какой у него характер.

– Спасибо вам, мне прямо полегчало! - невеста искренне смотрит мне в глаза.

– Да не за что, - пожимаю плечами.

Мне тоже полегчало от этого разговора. Я очень рада, что здесь есть такие искренние и добрые люди.

И ещё приятно, что миллионеры женятся на таких простых и светлых девушках. А Лиля на сто процентов такая! От неё веет добротой.

– Лиля! Ты почему до сих пор здесь! - в комнату, как ураган, влетает симпатичная женщина.

– Мам, да я тут… макияж поправляла.

– Скоро выход невесты, а ты прячешься!

– Я не прячусь, - упрямо выдыхает Лиля. - Я переводила дух!

– Перевела? Там жених твой уже на нервах, думал тебя украли!

– Да кому я нужна, - усмехается невеста, а после берёт меня за руку. - Спасибо ещё раз. Я вам тогда кисточку для макияжа позже верну.

– Оставьте себе, - киваю я.

Вот и в туалет уже перехотела.

Со спокойной душой возвращаюсь в банкетный зал, выискиваю взглядом Самсонова и иду к нему. Все уже расселись за столики и ведущий начал развлекательную программу.

– Всё нормально? - хмуро спрашивает Виталий Кириллович.

– Ага, познакомилась с Лилей. С невестой.

– И как она?

– Красивая и добрая.

– М-м-м… как ты?

Хлопаю ресницами, глядя Самсонову в глаза. Он сегодня решил довести меня своими комплиментами?

Глава 25.

Церемония регистрации брака у Барсовых, как я поняла, формальная. Но как она проходит - это просто восторг. У меня несколько раз замирает сердце от милоты происходящего.

А когда маленькая девочка с шикарными кудрями выносит для жениха и невесты обручальные кольца, я просто вся покрываюсь мурашками.

Боже мой, ну какая милота!

Это просто лучшая свадьба, на которой я была за свои годы. И клятвы у молодожёнов настолько искренние и проникновенные, что я снова и снова пускаю слёзы. Зря я отдала свою кисть Лиле, она мне и самой, видимо, понадобится.

Официанты выносят горячее, в бокалы разливают алкоголь, гости поздравляют молодых.

Гости, кстати, разделились на два лагеря. Одни - сидят за столами с каменными лицами и почти не улыбаются. Выглядят они, как какая-то элита, но так скупы на эмоции, что просто страшно становится.

Ну порадуйтесь вы за людей! Чего кислые такие?

А вторая половина - шумные, весёлые и простые.

И они отлично вписываются в богатый интерьер ресторана.

Выступает фокусник, затем шикарные загорелые женщины танцуют в ослепительных костюмах с перьями. Виталий КИриллович щедро подливает мне шампанское, и во время танцев я срываюсь в пляс.

Пофиг мне, кто и что подумает. Я пришла веселиться, значит, я повеселюсь!

На танцполе ко мне жмётся сипатичный мужчина-блондин. И я догадываюсь, что он со стороны невесты, потому что улыбка у него располагающая, а движения его тела под ритм музыки - раскрепощённые и развязные. Он будто на сельской дискотеке, ей богу!

Мои родственники на моей свадьбе точно также бы отжигали.

К концу музыкальной паузы диджей включает медляк. Все разбиваются по парам, а я растерянно осматриваюсь и уже собираюсь пойти к столику, где сидит Виталий Кириллович и переговаривается с мужчинами.

– Потанцуем? - блондин преграждает мне путь и маняще играет бровями.

А почему бы и нет?

Улыбаюсь ему и киваю.

Молодой человек подаёт мне руку, смотрит в мои глаза. Ну вот, его я совершенно не смущаюсь.

Если бы на его месте был бы Виталий Кириллович, я бы опять вся покрылась румянцем.

А вообще я бы хотела, чтобы со мной потанцевал Самсонов! ПОчему нет? Мне было бы приятно от такого знака внимания в мою сторону.

Я же не много хочу? Всего то один танец, что может случиться?

– А ты хорошо двигаешься, - блондин прищуривается.

– Ты тоже!

Он отводит руку в сторону и прокручивает меня вокруг своей оси. Платье красиво раздувается. И я чувствую себя принцессой сейчас.

Только вот танцую я совсем не с тем принцем, который заполонил мои мысли. Кошусь в сторону Самсонова.

Он как сидел, так и сидит на месте. На меня даже не смотрит.

Обидно…

А я уже начала верить, что действительно ему нравлюсь.

Вот я всегда такая наивная! Дурацкая черта характера - передо мной мужчина дверь откроет, а я уже примеряю свадебное платье и имена нашим детям выбираю.

Эх…

– Как тебя зовут? - продолжает окучивать меня блондин.

– Катя.

– А я Марк.

– Рада знакомству!

– Взаимно, Катя, - улыбается, и чуть смелее сжимает мою талию своей рукой.

Медленно переминаемся на месте. И я начинаю чувствовать что-то странное и жгущее на своей спине. Мельком оборачиваюсь.

Самсонов меня заметил! Увидел, что я танцую с другим!

Мурашки скользят по коже от пристального и тяжёлого взгляда Виталия Кирилловича. Да он меня испепелить готов!

Ёжусь неуютно, и как раз в этот момент заканчивается музыка.

– Спасибо за танец, прекрасная Катюша, - блондин кивает мне учтиво. - Следующий медляк снова вместе?

Пожимаю плечами и игриво хлопаю ресницами.

А после иду к столику, кожей чувствуя на себе этот Самсоновский взгляд. Сажусь рядом с Виталием Кирилловичем. Во рту пересохло после активных танцев.

– Весело тебе? - спрашивает Самсонов, наклонившись ко мне.

– Ну да, нормально.

– Смотрю, у тебя уже и поклонник появился, - усмехается он.

Делаю глоток шампанского и перевожу на босса строгий взгляд.

– Ревнуете, Виталий Кириллович? - вскидываю бровь и расплываюсь в улыбке, довольная своим каверзным вопросом.

– Если скажу, что да, ты больше не отойдёшь от меня ни на шаг, - заявляет он, и это звучит, как угроза.

Моргаю несколько раз. Не пойму, он что, уже пьяненький тоже?

Глава 26.

Праздник продолжается весёлыми конкурсами, а я наблюдаю за происходящим, сидя рядом с Самсоновым. В основном, конечно, развлекаются родственники невесты, и я завидую, что сейчас не с ними.

– А сейчас конкурс для пар! - объявляет ведущий.

Вздыхаю. В центр зала выходят мужчины со своими дамами. Даже некоторые богатеи присоединяются.

– Это всё? Остальные не такие смелые? - призывно продолжает ведущий.

– Хочешь тоже? - Виталий Кириллович наклоняется ко мне.

Пожимаю плечами в ответ и невинно хлопаю глазками.

На самом деле я за любой движ! И я бы с огромным удовольствием поучаствовала во всех конкурсах. Но этот - для пар.

А мы с Виталием Кирилловичем точно не парочка.

– Идём, - он встаёт и протягивает мне руку.

– Вы серьёзно? - несмело улыбаюсь.

Ого! Вот это поворот, конечно. А люди что скажут?

– Давай, а то могу передумать, - усмехается Самсонов.

И я вкладываю свою руку в его широкую ладонь. Она у него сейчас тёплая и мягкая, приятный трепет прокатывается под кожей. Поднимаюсь из-за стола и послушно иду вслед за ним в центр зала.

– Конкурс простой. Мужчинам завязываем глаза, а на прекрасных телах наших девушек размещаем вот такие декоративные цветочки. Мужчины с закрытыми глазами должны на ощупь отыскать все цветы на теле своей возлюбленной! Всего таких цветов пятнадцать. Кто справится быстрее, тот победил.

Распахиваю шире глаза и отрицательно качаю головой, глядя на Виталия Кирилловича. Я стесняюсь в таком участвовать! А Самсонов только криво улыбается, будто это единственная легальная возможность меня облапать.

Ну, ладно… переживу этот позор как-нибудь.

Ведущий раздаёт мужчинам повязки на глаза. Самсонов смотрит на меня пьяно, а затем просит нас - участвующих в конкурсе девушек, прикрепить друг другу цветы.

Я креплю их брюнетке на на живот, на спину, на лямку платья, на туфлю. И она мне на рукав, на подол платья, в волосы и на туфли. И, добивая меня, лепит два цветка мне прямо на грудь, и один на задницу!

Ой, ну не-е-е-ет!

Возмутиться я не успеваю. Ведущий быстро и чётко проговаривает правила ещё раз. Считает до трёх и…

И руки Виталия Кирилловича нагло и бесцеремонно приземляются мне на ягодицы! Я пикаю едва слышно и краснею всем телом. Босс быстро и ловко мнёт меня в своих крепких руках, срывая цветы один за другим.

Его пальцы скользят по моим бокам, по груди, по рукавам платья. Я даже дышать в этот момент забываю. Мне так жарко, что я, кажется, вот-вот потеряю сознание. И, судя по довольной физиономии Самсонова - ему очень нравится то, что сейчас происходит.

Наклоняется ниже и трогает мои колени. Пальцы его замирают всего на мгновение, а потом безжалостно движутся вверх, прямо под подол моего платья.

– Нет! Там точно нет никакого цветочка! - шиплю я.

– Подсказывать нельзя! - выдаёт ведущий.

Да я не подсказывала! Я просто хотела обезопасить свою “розу” от нежданных поползновений в её сторону.

Гости в восторге и смеются. Представляю, как всё это выглядит со стороны…

Виталий Кириллович проводит ладонями по моим бёдрам под платьем, и я испытываю потребность провалиться сквозь землю. Но, надо признать, тело реагирует на такие прикосновения и тянет сладкой истомой.

Да уж, Катя, сколько у тебя уже не было нормального мужика?

Закрываю глаза, стараясь не сгореть со стыда от осознания, что мне бы хотелось продолжения этого дурацкого конкурса. Нет, конечно я понимаю, что этого не должно случиться. Я этого просто не допущу!

Хотя бы потому, что Самсонов женат! А ещё, я не рассматриваю секс ради секса. Близость должна происходить только у пары, которая, как минимум, состоит в официальных отношениях.

Но у меня внутри всё пылает и дыхание перехватывает несколько раз, пока Виталий Кириллович уверенно выискивает цветочки на моих бёдрах.

– Осталось три пары! Давайте их поддержим! - громко говорит ведущий, и зал взрывается аплодисментами, криками и свистами.

Ну вот, мы ещё и проиграем, походу.

Виталий Кириллович находит цветочки у меня на туфлях. Поднимает руки вверх, задирая моё несчастное платье. Я хватаю подол и стараюсь не завыть.

Поучаствовала в конкурсе, Катюша? Всем свои труселя показала?

От стресса я икаю.

А Виталий Кириллович кладёт ладони мне на грудь и… вместо того, чтобы снять с моих “пышек” цветочки, сжимает ладони!

Всё…

Я сейчас потеряю сознание.

– Две пары осталось. Битва не на жизнь, а-а-а… - тянет ведущий.

Виталию Кирилловичу, конечно, на это конкурс уже наплевать. Он выиграл кое-что другое...

Глава 27.

Мои руки опускаются на тяжёлую, увесистую женскую грудь.

Да уж, Виталя, кто бы мог подумать, что ты настолько будешь хотеть эту женщину! Она же мне сразу не понравилась: совершенно не в моём вкусе.

Оказалось, я просто раньше таких не пробовал. А зря!

Ох, я бы сейчас заплатил любую цену, только бы увидеть, как Катерина залилась румянцем. Уверен, она покраснела вся, от её восхитительных щёчек до выпуклых бугорков ключиц.

Такая румяная булочка, что сожрать надо срочно. Здесь и сейчас.

Как же хочется сорвать с лица эту идиотскую повязку!

Соберись, Виталь. Вы вроде в конкурсе участвуете. И ты проёбываешь, потому что жажда победы оказалась просто пшиком по сравнению с желанием легально пощупать прелести Катерины.

Эх…

– Ну что же вы так, молодые люди! - с толикой огорчения вздыхает ведущий. - Осталась последняя пара. Наши проигравшие.

О-о-о, что-то я увлёкся. Срываю с грудей Катюши эти долбанные цветы.

Интересный, конечно, конкурс. Членоподнимательный.

Стягиваю повязку и смотрю Кате прямо в глаза с наглой ухмылкой. Она действительно раскраснелась. Но взгляд - колючий, грозный, уничтожительный.

Сто процентов прочитает мне лекцию, какой я плохой и как отвратительно я себя повёл. Воспитательница моя! С пышными розовыми щеками - просто восьмое чудо света.

И плевать мне, как строго она на меня смотрит. Я свечусь от счастья, как диско-шар. И член упирается в ширинку, заставляя фантазировать продолжение этого вечера.

Я пьян. И виной тому не только элитные напитки.

М-м-м…

– А проигравшие получают утешительный приз. Ночь в этом обалденном отеле. Воспользоваться можно по брони! - ведущий отдаёт мне конверт.

Так так. В мозге щёлкает мысль моментальная и прозрачная.

Обнимаю Катерину за талию и веду к столику.

– Не надо было так… - начинает бурчать Катюша.

– Больше не буду, - вру. - Пойдём, надо с детьми попрощаться.

– Что?

– Моя мама сегодня ночует у нас. Она берёт детей на себя, а ты и я продолжаем праздновать.

– Виталий Кириллович, а вам не кажется, что это неправильно? - протестует Пышечка.

– Нет. Всё правильно. Малыши спать, взрослые - развлекаться. У меня немного друзей, Катерина. И я имею право расслабляться на их свадьбах.

– А я тут причём? - морщит нос. - Я поеду вместе с детьми. Я же няня!

– Сегодня нет, - безапелляционно заявляю я, чуть сильнее сжимая пальцы на талии Кати.

Мне нравится её обнимать. Она не тощая селёдка, а вполне себе баба-огонь. Руке на её талии комфортно. Интересно, а если сместить ладонь чуть ниже, будет тоже хорошо?

Но я не рискую.

Сейчас мы не участвуем в конкурсе, и мне за такие вольности может прилететь.

– Ну всё, ведите себя хорошо. Бабулю не нервируйте. Помогайте.

– А вы? - Марьяна печально вздыхает.

– А мы ещё немного побудем, - разводу руками. - Не расстраивайся, малышка. Просто детское время закончилось.

Всех детей забирают няню, бабушки. Тех, кто постарше - личные водители.

И я своих отпускаю со спокойной душой, но под пристальным взглядом мамы. Она видела, как я нашу няню мял. И ей не понравилось.

Да у меня на пальце ещё след от обручального кольца не пропал, и по документам я - муж Ольги. Да только вот пошла ка нахер эта Ольга!

Не я заварил такую кашу.

Но я, так уж быть, соглашусь её расхлёбывать, попутно устраивая свою личную жизнь.

И мне фиолетово, что подумают люди. На меня и так навешали ярлыки.

– Ну всё, мам. Давайте! - поднимаю руку, провожая родных.

Катя неуютно стоит рядом и напряжённо переминается с ноги на ногу. Ещё бы: моя маман на неё коршуном смотрит.

Отвожу Катю в зал, где идёт свадебная шоу-программа, а сам выхожу из ресторана в просторный холл. Сразу направляюсь к ресепшену отеля. Надеюсь, судьба мне сегодня улыбнётся, и для нас с Пышечкой быстро подготовят какой-нибудь бомбический люкс.

Уже представляю всё, что я с ней сделаю. И в паху тянет от нетерпения и адского неконтролируемого желания.

– Всё сделаем, - обещает мне мужчина за стойкой.

Возвращаюсь к Катерине. Она сидит какая-то опечаленная.

Ну нет, так не пойдёт.

– Чего загрустила? - опускаюсь на свой стул рядом с ней.

– Сама не знаю, - Катерина взгляд отводит.

Всматриваюсь в её лицо. Жаль, что я не умею читать мысли.

– Выпьем, - киваю и, не ждя ответа, наливаю.

– Мне хватит, - протестует Катерина.

Это что ещё за новости? В смысле хватит?

Таким темпом моя булочка не раскрепоститься никогда…

Угрюмо вздыхаю и пью сам.

До конца свадьбы остаётся минут сорок. Я прощаюсь с Барсовыми, поздравляю их ещё раз. А потом возвращаюсь к Кате.

– У меня для тебя сюрприз, - сообщаю с самонадеянной улыбкой.

– Какой? - Пышка расправляет плечи и выглядит заинтересованной.

– Сейчас узнаешь. Идём! - протягиваю ей руку.

Ну, удача, не подведи.