Пара лебедей на Рождество

Пара лебедей

Вечереет.  Холодный декабрь. Снежная пурга заметает заасфальтированные тротуары. Старый дворник артистично ворчит, махая взад-вперед потрёпанной метлой. Дворовая ребятня лепит снеговика. Бреду мимо, ерзая старыми подертыми ботинками о сугробы. Леденящие снежки просачиваются в дыры, и волна дрожи расходится от пят по всему телу. Запахнул легкое штопаное пальто на груди. Прокашлялся. Есть охота... Стоит наведаться на ярмарку. Может быть, Ольга Никифоровна снова даст работу на корку хлеба... Добрая женщина, балует местных сирот. Вчера отстегнула не меньше пол батона за помощь в её пекарне. Так и живу... От милостыни до милостыни. Живу, и не жалуюсь. Некоторые ребята и этого не имеют. У меня хоть характер пробивной. За жизнь вообще... Нужно бороться. Тем более... Когда приходит холодный декабрь.

На центральной площади раскинулась большая, разнаряженная ель. Остановился рядом, поднял глаза к верхушке, на которой красовалась звезда. Запах хвои... Пестрые игрушки. Засмотрелся... Прислонил ко рту ладони, и часто задышал, разгоняя по телу тепло собственного дыхания. Несколько минут... Всё таки, пекарь Илья, муж той самой добродушной женщины, что подкармливает меня хлебом, судя по всему - прав. Я ещё ребёнок, как бы настойчиво окружающий мир не пытался заставить повзрослеть. Мне тринадцать. Сирота. Уже как пять лет - один. Живу в подвале старого, заброшенного дома. Когда о тебе никто не заботится - волей-неволей начинаешь делать это сам. Да мне нормально, научился. Еды хватает на то, чтобы, засыпая, иметь силы проснуться. Тепла - чтобы не окоченеть. А что ещё нужно? Что нужно... Есть кое-что, чего бы мне очень хотелось. Чтобы со мной иногда, хоть изредка, говорили перед сном... Чтобы отошли кошмары. Чтобы их отогнала ладонь того, кто сказал бы - ты больше не Один. И, всё-таки, я действительно ещё такой ребенок...

По периметру устеленной каменной плиткой площади бесчисленное множество торговцев. Ярмарка в разгаре. Громкие зазывания, яркий свет фонарей и отблески рождественских украшений . Запахи сладостей и выпечки, блики свечей, наряды и яства на любой вкус. Толпы весёлых людей, предвкушающих скорое наступление праздников. Лавирую между ними и прилавками, периодически сглатывая. От аромата еды рот слюной набирается. Как же есть хочется... В животе урчит, и я инстинктивно ускоряюсь, направляясь в сторону знакомой надписи "Свежий хлеб".

- Здравствуйте. - прохладно поздоровался с вечно недовольной Зойкой, местной пьянчужкой, что ошивалась недалеко от запертой лавки. - А где Ольга Никифоровна, подскажете? Время торговое... Должна быть на месте. 

Шморгнула носом и растерла ладонью рот. Всё-таки, жутко неприятная женщина!

- Слегла она. С самого утра твердят об этом по всей округе! Воспаление лёгких. - Окатила меня нежданной ужасной вестью, что ведром ледяной воды. Вытаращил глаза, прежде проморгавшись. - Как?! Быть этого не может! Я же только вчера с ней виделся!

- Вчера виделся... - Что умалишенная заухмылялась себе под нос, отхлебывая с фляги обильную порцию горячительного. - Сегодня не увидишься...

                 ****************

Сложно поверить... Вот так, знаешь человека, и он тебе улыбается, и говорите, и смеётся с тобой... А потом - на тебе, всё меняется... Беда всегда застаёт врасплох. На душе такая тяжесть... Мы не были слишком близки, однако, эта женщина знакома мне. Одна из немногих, кто не брезговал знаться с осиротелым, бездомным пройдохой.

Теперь еды мне не достать. Разве что своровать? Но, не по мне это... Никогда не занимался. А кушать хочется... Соблазн есть. Гомон и поток праздной толпы такой, что вряд-ли кто заметит проступок изголодавшегося воришки. Огляделся по сторонам... Важная дама... Сложно будет быстро выудить кошелек из-под вороха косметики и побрякушек. Мужчина солидной внешности, шелестящих наверняка хоть отбавляй! Но, взгляд у него заумный. И безжалостный какой-то... Поймает с поличным - пиши пропало.

Нерешительно уставился на пёстрый, мигающий стеллаж с новогодними игрушками. Один из самых красочных среди множества. Обилие цветов, узоров, рождественских композиций. Рядом стоит девочка. Не на много младше меня. Видно, из богатой семьи. Теплое бархатное пальтишко, обрамленное меховыми вставками. Симпатичная соболиная шапочка, из-под ободка которой выбиваются густые пряди белесых кудряшек. Смотрит пристально, долго, в одну точку. Что же ты такого там нашла? Неважно... Пока, это самый подходящий вариант. Лёгкая добыча, так сказать. От неё все-равно не убудет... А мне лишь хлеба хочется! Бог простит... Всё от голода. Желания жить. 

Подошёл к девчушке сзади. Тяжело дышу, про себя, бесшумно. Ладони потеют, несмотря на внушительный минус. Тело потряхивает, сердце клокочет, как бешеное. Стоит протянуть руку, и сунуть её в карман богатого зимнего платья - и всё, перешагну черту. Будет ли путь обратно? Потянулся к ней ладонью... Ближе, ещё ближе. Тихо-тихо прикусил воздух. И, за несколько секунд до касания, девочка резко обернулась, встретившись со мной глазами.

Миг на восприятие и оценку ситуации... Но, я потратил его на другое. Я потратил его на ответ. Взгляд к взгляду, стоял с ней, озаренной перетекающими цветами гирлянд. Снежит... И белесые хлопья в плавном вальсе опускаются на пшеничные локоны. Голубые глаза... Глубокие настолько, что отражение, собственное, в них кажется лучшим, чем действительность. Приоткрыл рот... От удивления? Мне прежде не доводилось видеть таких... Неземных людей. Какое точное определение... Но, нет, скорее... Я удивился, что этот ангел во плоти со всех на свете именно мне встретился... Интересно, почему?

- Смотри! - оборвала затянувшуюся тишину, замирание встретившихся взглядов. Повела маленькой ладошкой к стеллажу с игрушками, и указала пальчиком на пару золотистых лебедей. Красивых, обрамленных сверкающими камнями, но, не режущих глаза обилием нагромождающих деталей... - Скажи, они нравятся тебе?

Какой мягкий, завораживающий голосок... Заслушавшись, далеко не сразу реагирую на ее слова. Словно в другую реальность попал. Словно с неё возвращаться не хочется! Спустя немного времени, нужного мне, чтобы в себя прийти, перевожу взгляд на парную игрушку. Лебедь и лебёдка. Смотрят друг на друга... Вот, как мы смотрели. Стоят близко-близко. К шеям привинчены верёвочки. Не задумываясь ответил

Слабый за слабого

    Остаток вечера тратить на скитание по ярмарке я посчитал бессмысленной тратой времени. Первая попытка своровать лишь напомнила, насколько это не моё. Удавлюсь после тем куском хлеба... Пусть желудок ворчит! Я живучий, жил как-то до теперь, и дальше смогу. Побрел по разметанным праздной толпой сугробам к скрытому за трущобами переулку. Гомон стих. Лишь карнизы над головой брязгали от малейшего порыва ветра. Снег усилился, и все больше походил на пургу. Так холодно... Кутаюсь в пальто, утыкаясь в воротник красным, заледеневшим носом. Дыхание превращается в клубы белесого пара. Смотрю, как он развивается в морозном воздухе... Руки в карманах, сжатые в кулаки, чтобы оттаяли онемевшие пальцы. В одной из них - парная ёлочная игрушка. Накрываю ее с особым усердием, желая сохранить на дольше присутствие курносой чудачки. Так, не торопясь, и дошёл до родного подвала, названного домом.

 Вошёл в незапертую дверь, что по сути своей уже ничем не выигрывала у полного её отсутствия. Прогнившее дерево, выбитый замок, заржавелые петли, что едва-ли способны удержать эту столетнюю рухлядь, названную створкой. Спускаюсь вниз по ветвистой лестнице. Темно. Зажигаю фитиль, орошая небольшое, пропитанное сыростью, пространство, блеклым светом. Тихонько опустился на корточки, прощупывая ладонью пол. Подбираю горсть щепок... И, нацелившись, швыряю ее в угол, где расположен мой матрас и старое шерстяное покрывало. 

 - Чёртовы крысы!!! - пищащие твари тут же разбежались, оставляя по себе дорожку рваных дыр на потасканной шерсти. - Глупые прожорливые грызуны! Неужели на помойке не нашлось ничего лучше, чем мой единственный лоскут тепла?! 

 Скинул на пол промокшее пальто, прежде выудив золотавую птицу. Укутался, сжимаясь калачиком. Прижал игрушку к губам. Частое дыхание осело на глянцевой поверхности мутным осадком. Утер его бережно рукавом, прикрыл глаза и уснул, почти сразу, спокойно... 

 Впервые за целую вечность мне не снились кошмары... 

                             *******************

 Утро встретило тошнотой. Привычное урчание показалось особенно требовательным. Нет... С этим надо что-то делать! Лениво потёр глаза. Недостаток еды сказывается на количестве сил. Приподнялся. Укутался плотнее. Холод собачий, на улице наверняка ещё больший минус, чем вчера. Делать нечего... Пища сама не попадет в руки. Чего-то не хватает... Прошёлся по матрасу ладонями. Мой лебедь... Поднял его, встал, набросил пальто, и побрел на выход. 

 - Брррр... - журчу про себя, ускоряясь. Чем быстрее темп, тем кровь интенсивнее циркулирует. Минут десять прошло прежде, чем оказался около приюта для бездомных. Чертова собачья конура! Одному Богу известно, почему меня сюда понесло. Заведомо знаю, очередь такая столпится, что ни о каких подачках и речи не идёт! И как в воду смотрел... Мнутся, с ноги на ногу перекатываясь, чтобы так сильно пяты не стегало! Всякий народ... От мелкого до старого, есть всем охота, согреться - тоже. Вот только, перепадёт единицам. Но, ждут... Надеяться никто не запрещал! 

 - Крайним кто будет? - прохрипел достаточно громко, чтобы "хвост" меня услышал. Повернулся малец, лет десяти. Кивнул в ответ. Худощавый, глаза пустые. Щеки опали и скулы до жути отчётливо видно. Ещё не научен... Видимо, ума и умений только на то и хватает, чтобы мяться в подворотнях да клянчить милостыню. А может и вообще... Знай, здесь околачивается. Если так - не протянет долго. Жаль мальчишку, да только... Мир такой. Каждый сам за себя.

 Почему-то вспомнилась светловолосая девчушка с небесно-голубыми глазищами. Перекатил в кармане между пальцев ее подарок... И мир показался не таким чёрно-белым, как я привык видеть. 

 Сколько пришлось вот так стоять? Неизвестно... Видимо, довольно долго, раз, в незамедлительном темпе, очередь продвинулась почти до половины. Всем холодно. Это дело не шуточное! Человек пять уже в обморок свалилось от обморожения. Ещё десять - на грани. И не уходят ведь! Кто знает, от чего смерть страшнее? От голода или мороза? 

 На пороге приюта показалась старуха-кухарка в замызганном помоями фартуке. Помоями? Или той стряпней, что подают бездомным на обед? Когда неделями голодаешь - слюной и от объедков давишься. Потому, не особо кого-то волнует состояние ее одежды. 

 - Осталось на пять порций. - восклицает громко, как нарочно. Чёрт возьми... Закатил глаза, заведомо виски потирая...  Сейчас понесётся... Всё. На этой фразе по обеду можно ставить крест. Пытаюсь развернуться, чтобы уйти прочь с этого зловонного места. Порядка в очереди, как не бывало. Толпа нахлынула с самого конца... И как они расслышали? Пытаюсь протиснуться, но, тщетно. Кое-как лавирую между несколькими рядами, и, вот он, казалось бы, путь к выходу! Но, истошный визг мальчишеского голоска, заставляет остановиться...

 - Аааааа.... - Бросаюсь назад на одних рефлексах. Бегаю растерянным взглядом по несущейся вперёд толпе. Следую по звуку болезненного крика, и натыкаюсь на того же мальчишку, что передо мной в очереди стоял. Упал на землю. Обхватил ноги. Поджал под себя. Весь в следах от ботинков. Да по нему топтались точно, что по сугробу! Чёртовы твари! А я на крыс грешил! Да что ж вы за нелюди, раз такое творите с ребенком?! За своей миской пресной похлёбки по головам идут! 

 Подскочил к парнишке, прижал к себе, сдерживая жилистой ладонью налет остервенелых гиен. У него кровь из носа. Нога напухла. Скорее всего - перелом. Не помочь сейчас - затопчут к чертовой матери, а в худшем случае - останется подыхать от холода и голода в одночасье. Нет... Этого сегодня с тобой не произойдет!

 Приподнял. Закинул ледяные, невесомые руки себе на плечи. Близко-близко прижал и начал упрямо протискиваться ко входу в приют. 

 - Расступитесь, ублюдки!!! - ору, словно умалишенный! Здесь куча здоровых мужчин, каждый из которых с лёгкостью может укротить мой неуместный норов... Однако, впервые за долгое время, мне было на все плевать! Я хотел... Расчистить путь к тому миру, где не только черный и белый... Где радужные переливы походят на пёстрый блеск камней в моей новогодней игрушке ... - Пошли прочь!!! 

Примерить к паре

 Очнулся от непривычных ощущений... Не спешу открывать глаза... Ведь, присутствует твердое чувство, что тогда все окажется сном... Не может же, на самом деле, моё обоняние улавливать такой притягательный запах свежеиспеченного хлеба и куриного супа? По крайней мере, не так близко... Не так явно... Не может же, на самом деле, быть так тепло и уютно? Камин не может трещать, и эта приятная мелодия... Ласкать слух. Но, это так реально! Когда мне в последний раз снились такие сны? Всё эта игрушка... Подумал, и, опомнившись, принялся прощупывать себя, в поисках золотавого лебедя, припрятанного в кармане... Но, ни пальто на мне не было, ни кармана! Ни моего рождественского подарка...

 Тут же разомкнул веки, и вскрикнул

 - Где мои вещи?! - видимо, громче, чем требовалось... Некая женщина, что вышивала, сидя неподалеку в кресле-качалке, чуть иглой палец себе не проткнула, взвизгнув от неожиданности и ошарашенно подпрыгнув.

 - Господи! - всплеснула руками, таки выронив полотно в аккуратных стежках себе на колени. - Что ж вы так кричите, молодой человек?! 

 Тон то какой поучительный! А ведь это не она лишилась единственной дорогой сердцу вещицы! 

 - Мне нужно мое пальто! Там кое-что... Верните мне его! Немедленно! - мадам в ажурном чепчике недовольно поморщилась, сложила на подбородке пальцы, и важно покачала головой, при этом недоумевающе приговаривая

 - Ай-яй-яй-яй-яй... И не стыдно же вам! Лежит ваше пальто, вон, на спинке стула развесила! И, всё таки, я не понимаю нынешнюю молодёжь! Нет бы проявить каплю благодарности! А все туда же... Крики да хамство... Какая невоспитанность!

 Ощущение нехорошее... И впрямь почувствовал себя неотесанным хамоватым бродягой. Потупил глаза на мгновение, потом нерешительно поднял заинтересованный взгляд и осмотрелся... Уж не знаю, волей какого случая - но, очутился я в месте совсем необыденном. Просторная светлая комната. Явно не деревенская лачуга! Искусно вытесанная сосновая мебель. Картины и элегантные подсвечники вторят богатому интерьеру. Да и шёлковое постельное белье намекает на апартаменты знати... Случаются же чудеса! 

 После затянувшейся паузы, решаюсь прервать тишину, попутно притягивая пальто, чтобы убедиться, что всё моё небогатое имущество на месте. 

 - Вы мне извините мою выходку, тётушка... - лепечу виновато, убедившись, что лебедь на месте. Видимо, по натуре она человек хороший. Хоть и с некой обидой, но всё-таки кивнула одобрительно, и взгляд не отвела. - Скажите, а где я вообще нахожусь?

 Отложила поделку на небольшой журнальный столик, расправила платье. 

 - В этом имении проживает семья Бязевых. Андрей Николаевич привез тебя, бессознательного, с собою. Велел присмотреть. Меня зовут Надежда, Надежда Павловна. Я здешняя экономка. Вот... - Указала на тарелки, наполненные яствами, а потом на новый, высококачественный сюртук и брюки, что висели на вешалке у шкафа. - Поешь, а после встретишься с ним лично. Расспросишь более детально, по каким причинам сюда попал. 

                                                      ********************************

 Я не смог осилить и половину той порции, что мне любезно предложили на ужин. Еда была невероятно вкусной! Я такое прежде и не пробовал! Но, после длительных голодовок, резкое переедание очень быстро сказалось тяжестью на желудке, потому, спустя уже каких-то пятнадцать минут, я, разнаряженный в костюм из натурального вельвета, следовал за этой милой женщиной по ступеням вниз, к гостиной. Взгляд невольно метался по внушительному периметру, наслаждаясь обстановкой и богатым интерьером. Цепляло буквально все... От картин и статуй до лепнины на потолке... Того, глядишь, и споткнусь, от собственной рассеянности. 

 Большая комната, обустроенная для приема гостей. По центру ненавязчиво расположен стеклянный стол и аккуратные стулья с мягкими, бархатными сидушками. В углу - белое фортепиано. Однако, сегодня господы предпочитают наслаждаться звучанием мелодичного блюза, в исполнении виниловой пластинки. Роскошная ель, в высоту не меньше двух метров, от верхушки до основания увешана обилием игрушек, шоколадных конфет и лазурных фонариков. У камина красуются рождественские носки, вышитые в стиле уже знакомой экономки. Праздничное настроение во всем! Даже воздух пропах корицей и имбирным печеньем. Пока кружился со стороны в сторону, любуясь невиданными до теперь красотами, не сразу заметил, как сзади подошли.

 - Кхм-кхм... - намеренно прокашлялись в ладонь, дабы обратить на себя внимание. Резко обернулся, от неожиданности вытаращив растерянные глазища. Тот самый мужчина, что спас меня у приюта! Секунду стою, будто дар речи утерян, но, стоит ему улыбнуться, приветливо, и неожиданно ласково, как я, отдышавшись, потихоньку возвращаю себе былую смелость...

 - Здравствуйте - бубню, запинаясь, нервно отдергивая край сюртука к бедрам. - Извините, я...Эм... - Что говорить - не знаю. Извиниться за свое присутствие? Так я не просил меня сюда приводить. Спросить, что представителю знати могло понадобиться от мелкого пройдохи - и вовсе удел невероятной наглости! Ведь до сих пор у меня ничего не просили, лишь помогали, как могли. Поблагодарить? И правда... Вроде, к месту вариант. -  Спасибо... Большое спасибо, что спасли меня...

 Хозяин имения удовлетворенно хихикнул, от чего уголки его голубых глаз весело сожмурились, прорисовав очертания неглубоких морщинок. Шагнул в мою сторону, и резко плюхнул увесистой ладонью о мое худощавое плечо.

 - Да будет тебе, парниша! - игривый тон волей-неволей располагает, а в этом я сейчас нуждался, как никогда. - Тем, кто слабее, ведь надо помогать? - Задорно подморгнул, и я согласно кивнул, оставив таки в покое края новой одежки. Он хороший, сверху вниз не смотрит, можно выдохнуть...

 - Да, Вы правы. Еще раз спасибо за помощь. - неловко потер затылок. - Не беспокойтесь, я уже пришел в себя. Более того - сыт и согрет на неделю вперед! Я не задержусь... Сейчас заберу свое пальтишко - и, как говорится, время и честь знать! 

Начало новой жизни

 - Парень с ярмарки? - наконец переспросила девчонка, спустя несколько минут бесшумного стыка взглядами. А я вроде и рот открыл, да слова на кончике языка застыли. Поверить не могу! Конечно, после всего, что со мной случилось, в чудеса не верить невозможно! Но, эта встреча уж совсем невероятной кажется! 

 - Ага, он самый... - кое-как выжал из себя, кивая вяло головой в подтверждение. Розовые губки златовласки прорисовали удивительно красивую улыбку... Щеки тут же вспыхнули, и я даже ладонями их прикрыл, чтобы скрыть смущённый румянец. 

 - Как же ты здесь оказался? - восторженно воскликнула, сделав шаг навстречу. Наклонила лицо в бок, не отводя сияющих глаз. - Это прямо невероятное совпадение! Или... - игриво подморгнула, ещё шире разводя уголки рта. - Вроде самой судьбы проделки! 

 И сколько же в её голосе радости! Игривой, задорной... В пору самому заразиться! А я ведь счастлив... Что таить? Невероятно счастлив видеть девочку родом из сказки, что разделила со мной каких-то несколько мгновений жизни... 

 - А как ты сюда попал? Отец взял в найм? - принялась наматывать вокруг меня круги, артистично жестикулируя руками. - Знаешь, папа хороший хозяин, можешь не сомневаться! Никто из здешних слуг никогда не жаловался, живут достойно, а некоторые из деревенских ребятишек даже ходят со мной в одну воскресную школу! 

 Продолжает рьяно расхваливать жизнь при своем имении, пока я туманно сопоставляю обрывки пазла в голове. Значит, и правда, дочь аристократа... Знать, чёрт побери! Кто имеет под шапкой хоть крупицы здравомыслия, знает - не якшаются дворяне с безродными пройдохами... И она не станет. Разве смеха ради, пока не надоест... Опустил в пол глаза, нижняя губа дрогнула. Так больно стало! Суть ведь не в том, какой человек, что из себя его нутро представляет... Значение имеет статус. Так всегда, не может она быть исключением...

 Приблизилась. Запах миндаля и корицы спутался с мягким, цветочным, неприторном ароматом... Девочки. Приятно... Обоняние ласкает. Невольно пытаюсь оттянуть мгновение... Запомнить, что-ли? А она протянула ладонь... К моей руке... Тоненькие светлые пальчики накрыли мои исхудавшие кисти, опаляя таким уютным теплом... Разнося его по всему телу... Замер. Затаил дыхание...

 - Ты чем то расстроен? Не беспокойся... Завтра, если хочешь, я покажу тебе окрестности. Ты быстро вольешься в здешнюю обстановку! И, если что... - Взгляд белокурой малышки, такой глубокий, обласкал горячей искрой, подаренной мне одному. - Я всегда и во всем тебе помогу...

 Сам не заметил, как снял с себя оборону. Отбросил все доводы здравого смысла... "Не привязывайся! С ума не сходи! Терять слишком больно..." - а эту простую истину я знаю, как никто другой... Однако, улыбаюсь ей в ответ! Простодушный глупыш, познавший милость самой судьбы... И лучезарной курносой девчонки...

 - Давай... Повесим лебедя рядом с лебедкой? Я думаю... Они скучали...

 Что ж, если чувства величавой птицы хоть отдаленно на мои походят - то, и правда, не стоит их разлучать...

 Подошли вдвоем к ели. Она взялась за игрушку, и я. Потянулись к ветке, вместе, и воссоединили ,обревшую друг-друга снова, пару. Чудо... На Рождество. 

 - Красиво, правда? - переспросила, вглядываясь в покачивания обнявшихся пташек. Чуть слышное постукивание крылышек вторило мелодичной мелодии с винила... - Словно танцуют... 

 - И правда... - вторя ее открытому взгляду, засмотрелся...

 - А как зовут то тебя? - спустя несколько мгновений пристального любования лебяжьим вальсом, поинтересовалась дочь именитого аристократа. Повернулся. Цепляясь за открывшуюся мне небесную гладь...

 - Дмитрий... 

 - Очень приятно! - нежно проговорила собеседница, приветливо кивнув. Золотистые кудри подпрыгнули в такт незамысловатому жесту, и сияющие прядки рассыпались по румяным щечкам, пощекотав прорисовавшиеся ямки у уголков розовых губ. - Я - Злата. Рада приветствовать в нашем доме...

                                ****************

 Чуть солнечные лучи протиснулись в изрисованное морозными узорами окно, потёр тяжёлые веки... Просыпаться не хочется! Натянул до носа одеяло, потянулся, и сладко...протяжно зевнул! Это тебе не сон в холодной подвальной лачуге, кишащей надоедливыми грызунами! Тепло и уютно... Мягкая постель, приятный запах еды, доносящийся из кухни. Лицо засветилось счастьем! Неужели всё это действительно происходит? За какие заслуги? Жизнь переменилась в одночасье... И, казалось, желать больше нечего... Перед глазами тикающие в танце лебеди... И восторженный взгляд голубоглазой девочки... Злата... Смущённо улыбаюсь сам себе, и резко переворачиваюсь на другой бок. Задергал ногами, путаясь ступнями в ситцевом покрывале. Настал замечательный день...

                 ******************

- Доброе утро... - пролепетал чуть слышно, столкнувшись с полной, радушно щебечущей какие-то дворовые песенки, поварихой, колдующей над ароматно пахнущими оладьями.

- Привет, приятель! - Умолчав пятинотную мелодию, доброжелательно хихикнула женщина, обтирая масляные руки об ободок пропитанного дымом фартука.  Затем принялась накладывать кушанья на вместительные тарели. Плюхнула сервизной поварешкой по двум пиалам сгущенки и сметаны, расставила все на разнос и всучила его мне в руки...  - Вот, отнеси в столовую, а после приходи, будем завтракать!

Побрел по ветвистому, длинному коридору в указанном направлении, попутно рассматривая настенные картины. Все таки... Как же здесь красиво! Богато, вычурно, элегантно... А слов то каких понабрался! Хмыкнул про себя, и, ерзая валенками по скользкому полу, завернул к нужной двери. 
От аромата умело испечённых оладий рот мимо воли слюной набирается! Облизал губы... А ведь, сегодня, судя по всему, и мне предстоит опробовать аппетитное лакомство! Ускоряюсь, предвкушая скорый завтрак... Отворяю ногой увесистую створку, чуть не роняя хрупкий фарфор на мраморную плитку. Вхожу...

Челядь и Знать

 - Ну, что за красота! - звонко всплеснув в ладоши, восхитились девчонка, а после прислонила их ко рту, и обдала жаром своего дыхания. Выудила из кармана шерстяные варежки, и второпях одела, баюкаясь в тепле штопаного меха. Покружилась вокруг своей оси, ловя румяными щёчками медленно слетающие снежные хлопья... - Пошли скорее!

 Окликнула меня, подбежала, перехватила мои ладони, и потащила за собой, на заснеженную террасу. Невольно улыбнулся, окрылённый ее восторгом. И впрямь... Красиво! Уютно - это не только тепло. Это когда в морозный день светит солнце... И яркие лучи обрамляют слепящим блеском воздушные снежные облака, припорошившие землю. Это когда гомон катающихся на санях детей гулко рассекает рассветную тишину... Это когда дворовая ель обмотана гирляндой и старинными, потертыми, но, не менее пёстрыми игрушками, чем рождественское дерево гостиной... Это когда ты тепло одет, и контрастно ощущаешь разницу, между обдатым холодом лицом и укутанной увесистым шарфом шеей. Ветер не стегает. Утихла метель и слякоть ещё не пришла. И, рядом с тобой идёт лучезарная, жизнерадостная спутница, озаряющая твоё утро много больше, чем ярко искрящиеся сугробы...

  - Ну что ты серьезный такой? Смотришь куда-то... молчишь... - попыталась проследовать за моим взглядом, и, не обнаружив ничего необычного, разочарованно вздохнула... - Ну вот, куда ты глядишь?! 

 Она не понимает... Восторг человека, который видит привычные вещи в новом ракурсе. То, что ещё вчера пугало, сегодня делает счастливым. И это странно! Черт побери... Поднял голову и засмотрелся на зимнее небо... Лёгкое глубокое дыхание исцеляет. Прохладный воздух, на полные лёгкие, олицетворяет свободу...

 - Нааа! - прищурился, от резкой оплеухи увесистой снежкой. Слепленный второпях ком гулко хлопнул о меховую шапку, и рассыпался белесым серпантином, залипая на веках и леденящей пылью осыпаясь за капюшон. Переметнул раздраженный взгляд на вредную занозу! А она смехом заливается... Таким звонким, что волей неволей сам заражаюсь несдержанным хохотом! И мы хохочем! Вместе, друг-другу! Как же давно... Я так открыто не смеялся! 

 Наклоняюсь, и сгребаю ворох рассыпчатого снега. Сминаю его, и не могу в кучу собрать. Кое-как сцепив небольшой жмут, выпрямился и прицелился, пока Злата довольно умело лавировала между полысевшими кустарниками, лишая любой возможности на прямое попадание. Улыбаюсь, фокусируюсь... И... Замах! Выпускаю ее из рук, от внезапного пинка под колено. В глазах полыхнули искры от резкой боли. Белокурая малышка тут же остановилась, глядя на меня растерянно. Нет, я бы даже сказал, испуганно...

 - Что ты себе позволяешь, щенок?! - обернулся, ковыляя саднящей ногой. Позади мальчишка. Примерно одного со мной возраста. Аристократ. Важное, даже брезгливое выражение. Вычурно прямая осанка. Правильно поставленная речь. Потупил взгляд в пол, пока тот подошёл в притык и схватил меня за шкирки. Сжимаю в кулаки костлявые пальцы. Зазнавшийся ублюдок едва ли сможет победить в равном поединке! Но, каким глупцом нужно быть, чтобы вообразить возможность равенства?! Чертов сукин сын одним своим словом может превратить мою, только наладившуюся жизнь, в сущий ад! Это мне известно... Так всегда происходит! Знаю не по наслышке! Вот, водился среди местных жителей, близ моей захудалой лачуги, один торговец. Торговал самодельными соломенными чунями. Судя по состоянию его одежды, и худощавому телосложению, зарабатывал в месяц не больше семи серебрянников. Напоролся один раз на павлина... Знатный подонок! Бесчестный... Переходил дорогу, пока повозка аристократишки на всех парах мчала к городу! Чуть под колеса не попал! И, чертыхнулся, глядя в лицо обидчику... Глупая ошибка, шел бы себе с Богом... После того случая ему и торговать запретили... От горя и нервов сдало сердце... Не хочешь повторения судьбы этого несчастного - не лезь на рожон... 

 - Ты чего молчишь?! Отродье?! - Сжал воротник сильнее, стиснув шею. Я поморщился. Сцепил веки. Нужно держаться... Ни в коем случае! Не поддаться инстинктам и не подыграть чувству справедливости. А хочется... Так хочется врезать по его румяной морде! 

 - Не смей!!! - звонкий, щебетливый голосок настойчиво выразил протест. Быстрые шаги отдаются хрустом воздушных, распушенных снежных перин. - Отпусти его, Владимир! Он новый наемный работник отца!  На моём попечении! Мы просто играли... И, если ты! - Слышу, как опасливо говорит. Звучание слов дрожащее... Да она сама его боится! Так чего же тогда... - Если ты его тронешь! То я... Я.... 

 Распахнул глаза. Нет, здесь просто закрыться от ситуации, как привык, прячась, словно крыса, по подворотням, с целью выжить - не выйдет... Внимательно вникаю в происходящее, ожидая, чем обернется сложившаяся ситуация. Пока мишень я - всё нормально. Но, не дай Бог, он что-то скажет, или, ещё хуже! Сделает Ей!!! Я за себя не ручаюсь...

 - Лебёдка, а, что случилось? С каких пор ты набралась такой впечатляющей решительности?! - противный смешок сорвался с его мерзкого рта, и мне пришлось приложить усилие, чтобы сдержать почти бессознательный импульс, прошедший разрядом по телу. И не съездить таки кулаком ему по челюсти! Сердце сжалось... Почему он так ее называет? Не потому ли она выбрала среди прочих ту пару игрушек? Кто он для нее?! Мысли подавляют... Не хочу их! Но, и не думать - невозможно... - Прошлый раз твой папенька долго обижался на выбитые доски в конюшне! И ведь, даже пытаться не стала снять с себя вину... Хоть это было моих рук дело! Всё потому, что ты знаешь, со мной не потягаешься! Точно не мелкая радушная говоруха, вроде тебя! 

 Хмыкнул, и ещё шире растянул уголки губ в ухмылке. А у меня ещё ни разу в жизни так руки не чесались... Бросил вкрадчивый взгляд на Злату. Она больше не улыбалась так искристо, как десять минут назад... Веки её стали влажными. А ублюдок ещё сильнее сжал мой ворот. 

 - Куда это ты уставился, челядь?! - сцепил зубы... Ее слёзы! Перед глазами только ее слёзы! И невероятная боль от несчастного выражения, растерянного, напуганного... - На неё смотришь?! - противно рассмеялся в голос, пока порог моего терпения явно был на самой тонкой грани! - Ты, гнида, даже глядеть на нее не должен!