Пассажирка. Спасти и не влюбиться

Глава 1. Сделка

Фил Хартвуд

В кабинете Ланса Олсена всегда пахло кофе и швейцарским шоколадом. Владелец крупнейшего на Земле логистического межпланетного агентства был большим любителем этих дорогостоящих удовольствий. Впрочем, он мог себе их позволить, а вот мне после развода нужно было крутиться, чтобы не лишиться последнего – своего новенького грузового катера.

– Не тяни, Олсен. Ты сказал, что для меня есть заказ, – нетерпеливо сказал я, наблюдая за тем, как Ланс прикрыв от удовольствия глаза, смакует кусочек конфеты.

– Всегда ты куда-то торопишься, Хартвуд, – запив очередную плиточку щедрым глотком кофе, лениво произнёс логист.

При всей своей экстравагантности и кажущейся неспешности Ланс Олсен был лучшим специалистом своего дела и умел производить сложнейшие расчёты в уме, выдавая ошеломлённым заказчикам мгновенный результат.

– Я слышал о твоём разводе. Сочувствую. Эта подлая девица мало того, что наставляла тебе рога, так ещё имела наглость раздеть до исподнего. Во всей этой истории радует хотя бы то, что теперь ты будешь свободен от своей стервы, – сказал старинный приятель, заставляя меня скривиться от досады.

Почти все друзья в своё время отговаривали меня от серьёзных отношений с бывшей супругой, указывая на её ветреность и жадность к деньгам, но, к сожалению, я никого не послушал. Меня пленила её точёная фигурка с высокой грудью и длинными ножками, а само сознание, что я могу полностью владеть такой женщиной, опьяняло.

Правда, по прошествии времени выяснилось, что я был далеко не единственным мужчиной в её жизни. Выявилось это банально, когда я раньше вернулся из командировки, решив сделать любимой сюрприз. Прямо, как в несмешном анекдоте, ей богу.

С Мирой мы прожили шесть лет. Пусть детей у нас не было, да и вместе из-за моей работы мы были не так уж часто, но суд решил, что она имеет право на половину моего имущества. Квартиру, автомобиль и все деньги я отдал ей, чтобы не пришлось продавать «Комету». Мой новый, вооружённый до зубов транспортный катер специалисты по бракоразводному делу оценили весьма высоко. Хорошо, что моих сбережений хватило на откуп.

– Я не хочу об этом говорить, – скупо сказал я.

Признавать собственную глупость и слепоту в отношении бывшей было очень неприятно. Да и вообще, обсуждать женщину за спиной – это не самый благовидный поступок для мужчины. Даже если она этого заслужила.

– Понимаю, – задумчиво произнёс Олсен, делая последний глоток своего напитка.

– Ланс, хватит испытывать моё терпение. Ты говорил, что у тебя есть для меня заказ, – напомнил я.

Для грузовых транспортников, курсирующих между колониями, всегда было достаточно работы, но у меня имелась своя специфика: из-за небольшого размера и хорошего вооружения я брал только не очень объёмные, но дорогостоящие грузы. Поэтому с поиском заказчиков не всё было так просто.

– Да. Заказ… непростой, но за него очень и очень хорошо платят. Это не совсем твой профиль, но есть преимущества – стопроцентная предоплата. Вот сумма, – сказал логист, продвигая ко мне планшет, на котором была написана такая цифра, что мне пришлось дважды пересчитать ноли, чтобы поверить в реальность предложения.

– И в какую задницу вселенной нужно лететь за эти деньги? – настороженно уточнил я.

– Колония Флоксон, – ответил друг, удивляя меня.

– Та-ак. Чтобы отвезти груз на курортную планету, не требуется таких затрат. За что заказчик готов переплачивать почти в десять раз и отдавать деньги заранее? Ничего радиоактивного или запрещённого я не повезу, – предупредил я.

Да, деньги мне очень нужны, и выручка от этого рейса могла решить все мои финансовые сложности и вернуть почти всё утраченное, но проблемы с законом или со здоровьем мне ни к чему. Это не купить потом ни за какие деньги.

– За кого ты меня принимаешь? С подобными вещами я никогда не стал бы иметь дело, – возмутился приятель.

– Слушай, Ланс, ты сам провоцируешь меня на подобные вопросы. Вместо того, чтобы нормально объяснить суть заказа, ты тянешь время, – сказал я.

– Хорошо. Ты слышал про «МорельИндастриз»? – задал глупый вопрос Олсен.

– Разумеется. Все знают крупнейшего производителя энергонакопителей. Переходи уже к сути, – начал раздражаться я.

– Раян Морель обратился ко мне лично, чтобы я нашёл пилота, который доставит его дочь на Флоксон. За безопасность своего единственного ребёнка магнат готов отдать огромные деньги. Та сумма, которую он даёт авансом, будет удвоена по факту доставки девушки к тётке. Но есть и дополнительные условия, – сказал Ланс.

– Какие? – уточнил я, даже не став возмущаться по поводу того, что обычно я не занимаюсь транспортировкой пассажиров. За такую сумму можно потерпеть на борту «Кометы» какую-нибудь взбалмошную дамочку.

– Никаких личных взаимоотношений с девушкой. Я не про то, чтобы обменяться с ней парой фраз во время поездки, а про флирт, домогательства и прочее, – сказал Олсен.

– Ты за кого меня принимаешь? – теперь настала моя очередь возмущаться.

– За сухаря и праведника. Именно поэтому я предложил этот рейс именно тебе, – ответил друг.

– Ладно, всё это хорошо, но почему Морель не отправил свою дочь на каком-нибудь роскошном лайнере? Там тоже достаточный уровень защиты от пиратов, – не мог не спросить я.

– А это правильный вопрос. На пассажирских судах всегда много посторонних личностей. Даже если бы Морель зафрахтовал всё судно, выкупив все пассажирские места, то на лайнерах работают десятки человек, а это дополнительный риск. Как я понял, сейчас у магната есть определённые проблемы с очень опасными людьми. Именно поэтому я потребовал всю сумму предоплатой, – одновременно насторожил и успокоил меня Олсен.

Теперь мне был понятен замысел промышленника, но не ясно, насколько опасным будет путь.

– О том, что у тебя на борту будет пассажирка, никто не узнает. Все проблемы с патрулём и таможней я решу сам. По документам, ты везёшь дорогие запасные части для реактора, переданные одной из дочерних компаний Мореля. Полетите только ты и девушка. Даже телохранители останутся на земле и будут сопровождать подставную актрису. Именно поэтому Раян потребовал, чтобы пилот был физически хорошо подготовлен и имел опыт боевых действий, – добавил логист, напоминая мне о военном прошлом.

Глава 2. Перемены

Эвелин Морель

Дорогой лимузин плавно двигался по аэротрассе, а я задумчиво смотрела в окно с пассажирского сидения и слушала музыку.

О чём я думала? О будущем. Завтра мой день рождения – исполняется уже двадцать один год – и мне ужасно хотелось что-то поменять в своей жизни. Ну, хоть что-нибудь!

– Мисс Эвелин, господин Морель не может вам дозвониться. Говорит, что вы вне сети, – пробасил с соседнего сидения один из моих охранников Бэн или Тэд.

Если честно, то я устала запоминать их имена. Да и зачем? Во-первых, охрана менялась каждые полгода, а во-вторых, мы с ними практически не разговаривали.

– Да, кибер[1] сел. Я вчера забыла его зарядить, – рассеяно отозвалась я.

– Нам приказано лететь в офис вашего отца, – предупредил меня секьюрити.

В ответ я только кивнула.

Не могу сказать, что по жизни мне приходилось тяжело, но минусы точно были.

Мой отец владелец огромной сети компаний «МорельИндастриз». Таких, как я, называют золотой молодёжью, думают, что мы росли с золотой ложкой во рту. Быть может, так и было. Только мне безразлично из какого металла сделаны столовые приборы. Лично я предпочла бы обойтись без громкого имени и многомиллиардного наследства, но иметь возможность просто пройтись по улице без надзирателей. А так, у меня в наличии имелись молодость, красота и даже деньги, чтобы радоваться каждому дню. Не было только свободы, и этот минус перечёркивал всё остальное.

Подруги – должны быть только те, которых одобрил папа. Других не подпустит охрана. Ко мне нельзя просто так подойти и заговорить о музыке или даже погоде. Молодые люди… Их папа никогда и никого не одобрял. Нет, мой отец не тиран, но он слишком уж печётся обо мне и до сих пор считает меня ребёнком.

Лимузин остановился возле парадного входа в главный офис «МорельИндастриз». Первыми из машины всегда выходили телохранители. Один из них активировал электромагнитный щит, а второй открыл дверь и подал мне руку.

Каждый день, как на поле боя. Как же надоело!

Кабинет папы встретил терпким запахом его туалетной воды и зелёного чая, чашка которого стояла на столе.

– Привет, пап, – сказала я, клюнув дорогого родителя поцелуем в колючую щёку.

– Здравствуй, Эвочка. Как дела в институте? – спросил отец.

– Всё нормально, как всегда. Что-то не так? Ты выглядишь хм… необычно, – заметила я.

Мой любимый аккуратист-папочка сегодня был каким-то помятым, небрежным и нервным. Нет, Раян Морель часто работал допоздна и то, что он оставался ночевать в офисе не было чем-то неординарным. Для этого у отца здесь была оборудована личная спальня со всеми удобствами и приличным гардеробом. Вот только сейчас папа выглядел так, будто он вовсе не спал и не переодевался уже пару суток.

– Выйдите за дверь. Я позову, когда понадобитесь, – рявкнул на охранников отец, заставляя меня нахмуриться.

Что-то явно было не так, раз уж отец позволил себе такой тон.

– Пап, ты меня пугаешь. Что-то случилось? – спросила я.

– Присядь, Эвочка. Мне нужно с тобой серьёзно поговорить, – уже гораздо мягче попросил отец.

– Я тебя слушаю, – сказала я, послушно опускаясь в не слишком удобное кресло для посетителей.

– Эва, ты сегодня же улетаешь на Флоксон, – заявил отец, лишая меня дара речи.

– Пап, я, конечно, давно хотела отправиться в какое-нибудь путешествие, но сейчас не самое удачное время. У меня скоро защита диплома. Нужно хорошенько подготовиться, а потом… – начала говорить я, но отец перебил меня, не желая слушать возражений.

– Ты не поняла меня, Эва. Ты отправляешься прямо сейчас и это не отпуск. У меня возникли проблемы. Нет времени, чтобы объяснять тебе всё, поэтому запомни только одно: с этого момента и до тех пор, пока я сам за тобой не прилечу, ты больше не Эвелин Морель, а Линда Шерс, – испугал меня новостями папа.

– Пап, а как же?.. А ты? – растерянно спросила я.

В это время отец открыл ящик своего стола и достал оттуда несколько пачек с банкнотами, электронное удостоверение личности, на котором была моя фотография и ранее озвученное чужое имя, а ещё простенький кибер устаревшей модели. Всё это отец сложил в небольшой чемодан с каким-то вещами.

– Держи, это всё теперь твоё. Постарайся не нервничать. До меня не так просто добраться, но ты – это единственное моё уязвимое место, поэтому я хочу перестраховаться. Побудешь пару месяцев у тёти Мариэн. Об институте и прочем тоже не беспокойся, – сказал папа, а потом громко крикнул: – Эва!

Я вздрогнула и непонимающе посмотрела на родителя, а в этот момент из потайной двери, ведущей в его спальню, вышла девушка, как две капли воды похожая на меня. Даже одетая в те же самые вещи, что сейчас были на мне. Это пугало и смущало.

– Папа? – вопросительно произнесла я.

– Не думай глупостей. Это не твоя сестра-близнец, а актриса, которая будет тебя временно заменять. Для всех теперь она Эвелин Морель. Кстати, отдай ей свою сумочку и кибер, а сама зайди в спальню. Там тебя ждут, чтобы доставить к катеру, и… Я очень тебя люблю, – сказал отец.

Я послушно расстегнула драгоценный браслет с дорогостоящим кибером и положила его на стол. Сумочка опустилась рядом с тихим цоканьем металлической пряжки по полированному дереву столешницы. Мне же в руки отец вручил ручку от чемодана.

Отец поднялся из-за стола, подошёл, а потом порывисто обнял меня, крепко прижимая к себе. Мы простояли так с минуту, а потом папа отстранился и мягко толкнул меня в сторону двери.

– Иди, Эва. Береги себя, дочка, – сказал отец прежде, чем механическая панель закрылась, отрезая меня от пространства кабинета.

Вот уж странное исполнение желаний. Хотела свободу от имени «Эвелина Морель»? Получи. Только вот радоваться этому факту пока не получалось. Столь резкие перемены пугали.

За спиной с механическим шипением отъехала другая панель, заставляя меня нервно вздрогнуть, и в комнату быстро вошла высокая мужская фигура.

Глава 3. Обстоятельства

Эвелин Морель

На пару секунд я замерла, ожидая худшего, но мужчина подошёл ближе, и я выдохнула с облегчением.

– Дядя Алан, – произнесла я вслух, глядя на начальника безопасности «МорельИндастриз» и давнего друга нашей семьи.

– Привет, кнопка. Испугалась? – спросил Алан Фирс, перехватывая у меня ручку чемодана. В ответ я хотела вежливо соврать, но не стала, а только кивнула. – Понимаю. Я говорил Раяну, что тебя нужно подготовить заранее, но он не захотел слушать. Так что «сюрприз», – посетовал на упертость моего единственного родителя безопасник.

– Да уж. Сюрприз удался, – усмехнулась я.

– Ладно, нам уже пора выдвигаться. Поговорим по дороге. Нам сюда, – сказал дядя Алан, прикладывая руку к датчику, после чего задняя стеновая панель снова сдвинулась, открывая проход в узкий потайной переход.

Пыльный коридор вывел нас к пожарному лифту. На нём мы спустились на парковку и сели в неприметный автомобиль массового производства. Раньше я их часто видела в окне своего лимузина, но ездить на чём-то подобном не доводилось.

Салон машины был тесным, не слишком приятно пах пластиком, с дешёвой грубой обивкой сидений, плохой звукоизоляцией, а в остальном машина, как машина.

Дядя Алан запустил двигатель и транспортное средство шумно взлетело с парковки.

– Там в чехле для тебя есть более хм… подходящий костюм. Переоденься, – распорядился безопасник, убрав вверх зеркало заднего вида.

– Хорошо, но вы мне расскажете, что происходит. К чему вообще всё это? – сказала я, расстёгивая молнию на корфе.

Внутри чехла лежали грубоватые джинсы, вполне симпатичный джемпер и куртка. Рядом на сидении обнаружилась коробка с кроссовками.

– «МорельИндастриз» решили поглотить, – нехотя произнёс дядя Алан.

– Разве это возможно? Я имею в виду, что у нашей компании дела идут отлично, – возразила я.

Пусть моё обучение на экономиста ещё не было окончено, но механизмы слияния и поглощения в бизнесе я уже изучала. Подобным образом расформировывали лишь финансово слабые фирмы, а корпорация моего отца процветала. Среди конкурентов не было никого, кто мог бы сравниться с нами производственными мощностями и объёмом сбыта.

– Всё так, но у людей, решивших захватить дело Раяна есть связи в очень серьёзных структурах и не только. На твоего отца давят. Есть риск, что эти дельцы могут перейти от угроз к действиям, поэтому тебе сейчас лучше не находиться здесь, – осторожно подбирая слова, пояснил дядя Алан.

– А как же отец? – спросила я, изворачиваясь, чтобы в тесном салоне надеть джинсы.

– С Раяном всё будет хорошо, если ты будешь вне досягаемости для наших врагов, – заверил меня безопасник.

Полагаю, он многого недоговаривал, но настаивать на подробностях я не стала.

– И что дальше? Что мне теперь нужно делать? Папины инструкции были хм… очень краткими, – спросила я, обувая кроссовки.

– Сейчас мы подлетим к космопорту. Там я посажу тебя в специальный бокс. В нём тебя под видом груза доставят на борт транспортника. Пилот – Фил Хартвуд. Его фото загружено в твой новый кибер. Ознакомься. На вашем пути будет несколько остановок на дозаправку. Во время стоянок покидать катер тебе крайне нежелательно. И ещё, твой отец не одобрил, но в чемодане есть небольшой дамский пистолет. Воспользуйся им только в случае крайней опасности, поняла? – спросил папин друг.

От волнения в голове всё путалось, но я несколько раз глубоко вздохнула, чтобы взять себя в руки.

– Вы думаете, что может пригодиться? – стараясь не показать своей паники, уточнила я.

– Нет. Если всё пройдёт, как задумано, то он не понадобится, а если что-то пойдёт не так, то тебе придётся действовать по обстоятельствам. Ты умная девочка, Кнопка. В случае возникновения проблем, делай всё, что угодно, лишь бы выжить. С любыми другими последствиями твоих решений мы разберёмся, – больше напугал, чем успокоил меня своими словами дядя Алан.

Дальше разговаривать меня не тянуло.

Через несколько минут мы прибыли в космопорт. Я сотни раз рассматривала изображения этого места на кибере, но вживую он оказался гораздо более масштабным и впечатляющим, чем на картинках. В сравнении с межпланетными шаттлами, линкорами и грузовыми транспортниками наша машина казалась детской игрушкой, а люди внизу сновали подобно букашкам в огромном муравейнике.

Мы приземлились в каком-то пустом ангаре. Дядя Алан, как и говорил, запер меня в большой металлической коробке, стены которой были оббиты чем-то мягким. Она была оборудована системами кондиционирования, в углу лежала бутылка с водой, но мне всё равно было темно и страшно.

Судя по показаниям моего кибера, погрузка длилась всего два часа, но мне показалось, что прошла вечность. Коробку периодически трясло, металл обшивки скрипел, время от времени появлялось противное чувство, которое бывает при поездке в лифте. И когда наконец двери моего бокса открылись, я зажмурилась от яркого света.

– Добро пожаловать на борт «Кометы» мисс Морель, – произнёс низкий бархатный мужской голос, заставивший меня вздрогнуть и почему-то покрыться мурашками.

Глава 4. Капитан

Эвелин Морель

Встав на нетвёрдые ноги, я покачнулась и едва не упала, но сильные руки пилота меня легко подхватили.

– Осторожней, мисс, – сказал мужчина, снова завораживая меня своим голосом.

Впервые со мной такое. Никогда не думала, что могу так реагировать на незнакомого и не слишком красивого мужика.

Да, я уже видела фотографию Фила Хартвуда и должна сказать, что она меня не впечатлила.

Сейчас же я с бо́льшим интересом рассматривала человека, поддерживавшего меня. Этого мужчину нельзя было назвать красивым в классическом понимании этого слова. К высоким и атлетично сложённым мужчинам я привыкла, имея рядом телохранителей. Массивный подбородок, упрямая линия губ, прямой нос – всё это выдавало непростой, закрытый характер моего сопровождающего. По-настоящему мне в нём понравились только голубые глаза, глядевшие на меня внимательно и настороженно, а ещё его голос.

– Спасибо. Меня немного укачало в этой коробке, – вымученно улыбнувшись, призналась я.

– Понимаю. Пойдёмте, я провожу вас рубку. Сожалею, мисс Эвелин, но придётся ещё немного потерпеть. Через десять минут взлёт, я пристегну вас к креслу второго пилота, только не трогайте руками приборную панель. Мой катер не предназначен для перевозки пассажиров, поэтому удобства и системы безопасности рассчитана только на членов экипажа. После того, как встанем на курс, я покажу вашу каюту и камбуз. Если вам нужно посетить удобства, то лучше сделать это сейчас, – коротко и ёмко произнёс мужчина, а я как дура опять млела от этого бархатистого низкого тембра. – Так что, вас проводить до уборной? – уточнил пилот, когда пауза слишком затянулась.

– Спасибо, но не нужно, мистер Хартвуд. Со мной всё будет в порядке, – пообещала я.

– Ладно, проходите сюда, – пропустил меня мужчина из грузового отсека в узкий, но хорошо освещённый коридор. В нём было несколько автоматизированных дверей, но открыта была только та, что находилась впереди – на носу катера.

В так называемой рубке было ненамного просторней, чем в салоне автомобиля. По обе стороны от прохода стояли два массивных анатомических кресла из металла, обшитых современнейшим полиматериалом. Отец заказал такую обивку на свой любимый спорткар, который безумно любил. Было видно, что Фил Хартвуд к своему катеру относится не менее бережно и трепетно.

В кабине царила идеальная чистота, пахло грейпфрутовым маслом. На приборной панели не было никаких украшений – только непонятные мне рычаги, кнопки и дезактивированные дисплеи, что лишь подтверждало мои догадки о закрытом характере Фила Хартвуда. И всё же моё внимание в большей степени привлекли не приборы, а большое панорамное окно, с которого открывался просто потрясающий вид на космопорт.

С высоты катера расцвеченные ночными огнями взлётные полосы, диспетчерские вышки и сновавшие от корабля к кораблю погрузчики и трапы, казались игрушечными.

– Присаживайтесь сюда, – послышался рядом густой низкий баритон, заставляя меня вернуться в реальность.

– Хорошо, – ответила я и послушно опустилась в очень удобное кресло.

Мужчина наклонился ко мне, и я невольно немного сильнее вжалась в сиденье.

– Не бойтесь, мисс Морель. Я просто пристегну вас страховочными ремнями. В мои планы не входит вторгаться в ваше личное пространство без необходимости, – заметив мою реакцию, предупредил меня пилот.

– Да, я понимаю. Делайте, что должны, – криво улыбнулась я, наблюдая за тем, как мужское лицо подвигается ко мне ещё немного ближе.

Пока Фил Хартвуд возился с ремнями, между моими губами и мужской гладковыбритой щекой оставалось всего пара сантиметров. Я чувствовала древесно-перечный аромат его парфюма и, как ни странно, нашла его очень приятным и манящим. Неожиданно в голове возникла дурацкая идея, что я могла бы немного наклониться вперёд и коснуться поцелуем резкой мужской скулы.

– Вот и всё. Теперь вы надёжно зафиксированы. Ничего не бойтесь и помните, что я полностью управляю катером и ситуацией, – произнёс пилот, отстраняясь от меня.

– Да, я поняла. Спасибо, – вежливо отозвалась я.

Мужчина тем временем хмуро посмотрел на мои руки, сложенные на коленях.

– У меня есть дополнительные страховочные жгуты… – задумчиво произнёс он, размышляя над тем, стоит ли приковать мои руки к подлокотникам.

– Мистер, Хартвуд, не нужно меня привязывать. Я обещаю, что не трону приборную панель, – пообещала я.

– Хорошо. Если будет страшно, то просто прикройте глаза, ладно? – сказал мужчина, одновременно пугая меня и распаляя моё воображение.

Наблюдать за скупыми выверенными движениями пилота было интересно. Под длинными ухоженными пальцами панель оживала разноцветными огнями. Механический женский голос поприветствовал капитана, отчитался о готовности к взлёту, а потом начал обратный отчёт: три-два-один…

Я, затаив дыхание, смотрела, как катер сначала медленно, а потом всё быстрее разгоняется по взлётной полосе, а потом мы взмыли в тёмное ночное небо.

Жутко хотелось воскликнуть «Юху!», но я решила, что капитан этого корабля не одобрит настолько легкомысленное поведение, а потому только улыбалась, вцепившись пальцами в подлокотники. Моё первое самостоятельное путешествие началось!

Глава 5. Птичка

Фил Хартвуд

То, что предстоящее путешествие будет гораздо труднее, чем я предполагал изначально, я понял практически сразу, как двери грузового контейнера открылись.

Я рассчитывал на то, что моей пассажиркой будет избалованная мажорка – эдакая силиконовая кукла с замашками царицы. К таким дамочкам у меня с некоторых пор выработался стойкий иммунитет, но на меня растерянно смотрела обычная невысокая девчонка в джинсах и объёмной толстовке, делавшей её изящную фигурку ещё тоньше. Большие серые глаза смотрели на меня без ожидаемого высокомерия, а с любопытством.

Конечно, имеется риск, что первое впечатление окажется обманчивым и девушка за две недели ещё продемонстрирует мне свои худшие стороны, но пока мисс Морель вела себя очень вежливо и вполне адекватно.

Эвелин – это имя как нельзя более удачно подходило этой малышке с фарфоровой светлой кожей, аккуратными пухлыми губками, точёными бровками светло-русого оттенка и опахалами ресниц того же цвета. Красивая. Но меня сразу зацепила даже не её очевидная внешняя привлекательность, а убийственное сочетание хрустальной хрупкости и какой-то почти детской наивности, хотя в документах указанно, что девушке уже почти двадцать один год. Кстати, на фотографии она была совсем другой – эдакой холодной, безупречной леди. Лучше бы такой и оставалась. Так было бы безопаснее для моих нервов.

Теперь я хорошо понимал, почему Раян Морель поставил дополнительное условие на запрет личных отношений с его дочерью. Такое сокровище и правда требовалось беречь от чужих грязных лап.

«Поэтому, Фил, подбери свои слюни и прочие телесные жидкости, а лучше вспомни о выгоде данного заказа. Подобная девушка никогда не будет твоей», – отвесил я себе мысленную оплеуху, но не удержался от того, чтобы склониться к своей пассажирке излишне близко, когда фиксировал её страховочными ремнями к креслу.

От Эвелин приятно пахло свежестью и тонким дорогим парфюмом. Наверное, подобные красавицы и должны источать именно такой аромат, но я опять увлёкся.

Отойдя от кресла второго пилота, куда я усадил свою главную головную боль на ближайшие две недели, я сел за штурвал и погрузился в любимую работу.

«Комета» послушно оживала под моими руками. Разгон, взлёт и… ожидаемого испуганного писка или крика с соседнего кресла так и не последовало.

Я бросил взгляд на пассажирку, но не смог разглядеть её лица. Девушка отвернулась в другую сторону.

– Всё в порядке мисс Морель? – уточнил я, надеясь, что эта нежная фиалка не лишилась чувств от страха.

Сейчас это было бы очень некстати. Отвлечься от штурвала я смогу не раньше, чем через час.

– Это удивительно, мистер Хартвуд! Восторг! – сказала Эвелин, обращая на меня свои горящие счастьем глаза.

– Хм… Я рад, что вам нравится. Постарайтесь и дальше не пугаться. Скоро мы вырвемся за пределы атмосферы, – озадаченно ответил я, с трудом возвращая своё внимание работе.

– Я всегда хотела летать. Просила папу разрешить мне пройти обучение, чтобы управлять хотя бы аэрокаром, но он сказал, что это опасно, – произнесла моя пассажирка.

– И он был прав, – отозвался я, не поворачивая головы.

– Знаю, но всего бояться глупо. Вот вы например – управляете звёздным катером и справляетесь. Такая работа – это же… просто мечта! – удивила меня своими словами девушка.

– Странные у вас мечты, мисс Морель. Мне нравится моё дело, но эта работа не для девушки. Космос жесток и не прощает ошибок. Это не только потрясающие виды, но и тысячи опасностей, а при наихудшем исходе – это смерть в холоде за мириады миль от дома, – попытался я развеять розовые фантазии наивной девчонки.

– Умереть можно, поскользнувшись в ванной комнате, а после смерти уже не важно, где вы. Жить, когда тебе запрещают всё на свете – это гораздо хуже, – с грустью отозвалась девчонка, цепляя невидимые струны моей души.

– Уверен, что в вашей жизни есть свои прелести: весёлые друзья, отвязные вечеринки, дорогие развлечения, – предположил я, направляя «Комету» всё выше.

– Нету ни вечеринок, ни развлечений, а друзья… их тоже нет. Есть только те, кто ищет выгоды от общения со мной, – озадачила меня ответом девушка.

– Мне жаль, – немного помолчав, сказал я.

– Мне тоже. Я очень люблю папу, но иногда он перегибает палку со своей заботой обо мне. Стыдно признаться, но я даже на свидание ни разу не ходила, – ещё больше удивила меня Эвелин.

– Почему? Вы очень красивая девушка, – не покривил душой я.

– Какая разница, как я выгляжу, если за спинами телохранителей этого никто не видит, а даже если бы и увидели, то кто рискнёт подойти? – с горечью произнесла девушка.

На этом наш разговор на какое-то время сошёл на нет. Впереди был тяжёлый участок трассы, и я полностью погрузился в привычную работу, но слова Эвелин не выходили у меня из головы.

Даже не знаю, смог бы я жить вот так, как она? Наверное, нет. Но для меня было странно не то, что она терпела ограничения, а то, что девушка при этих рамках продолжала беззаветно любить своего отца. Похоже даже подростковых бунтов ему не устраивала. Раяну Морелю очень повезло.

Помнится, мама с ума сходила, когда я связался с шайкой аэробайкеров в старших классах школы. Учёба в академии тоже была весёлой. Женщины… Их до женитьбы на Мире в моей жизни было более, чем достаточно. А эта птичка жила в золотой клетке.

– Флоксон – это красивая курортная планета. Там полно пляжей с розовым песком, баров, ночных тусовок. Там ты сможешь повеселиться, – сказал я, когда катер стал на заданный курс.

– Вряд ли. Как только вы отдадите меня тёте Ирме, меня снова окружат телохранителями и… В общем неважно. Наверное, те две недели, что мы будем путешествовать в космосе, и станут самым большим приключением в моей жизни, – с грустной усмешкой сказала девушка.

– Мне жаль, – честно сказал я.

А что ещё мне было сказать этой бедной, но при этом очень богатой пичуге?

Глава 6. Откровения

Эвелин Морель

Бросив украдкой взгляд на хмурое сосредоточенное лицо пилота, я прикусила щёку изнутри.

Ну вот кто меня тянул за язык? С чего мне вообще захотелось вдруг пооткровенничать с посторонним человеком? Всё-таки Фил Хартвуд действовал на меня странно. Или это такая резкая смена привычного жизненного уклада сыграла роль, но в любом случае после недавних признаний стало неловко. Этому мужчине не было дела до моих переживаний.

– Мисс Морель, вам нужно подготовиться. Сейчас будет резкий рывок и пару минут будет трясти. Не бойтесь. Мы просто войдём в гиперпространство и станем на курс. После этого я отведу вас в каюту и покажу всё, что нужно знать, – через несколько минут молчания произнёс пилот.

– Хорошо. Спасибо, что предупредили, – вежливо отозвалась я, заслужив этими словами новый нечитаемый взгляд от мистера Хартвуда.

Спустя пару секунд меня сильно вжало в мягкую обивку кресла, а потом катер мелко завибрировал, рождая внутри неприятное ощущение, но, несмотря на испытываемую перегрузку, я глупо радовалась происходящему.

Мне нравилось это чувство свободы и полёта, отсутствие рядом телохранителей и даже щекочущее ощущение опасности, поэтому я открыто улыбалась, глядя на то, как статичная картинка звёзд на долгую минуту смазалась, а потом снова сфокусировалась, но уже с другого угла.

Фил стал щёлкать тумблерами, отдавал голосовые команды автопилоту, а потом легко встал со своего места и приблизился ко мне.

– Я отстегну ремни, – предупредил меня мужчина, замерев на полпути, как будто не решался без этих слов ко мне приблизиться.

– Я поняла. Всё нормально. Я вам доверяю, мистер Хартвуд. Делайте то, что нужно, – отозвалась я.

– Ладно, – произнёс пилот, окинув меня очередным внимательным взглядом. Несмотря на предупреждение, ощущение от прикосновения мужских ладоней заставило меня вздрогнуть. Обычно я не любила, когда меня касались посторонние люди, но сейчас было приятно и странно волнующе.

Тихо щёлкнула пряжка на ремнях, и пилот поспешил отодвинуться.

– Пойдёмте, мисс Морель. Я покажу вам каюту и камбуз. Хочу сразу предупредить, что «Комета» – это не круизный лайнер. Не стоит ожидать особенных удобств. На кухне есть запас питательного концентрата, но имеются и привычные продукты. Я буду готовить для нас двоих, когда будет такая возможность, в остальное время вам придётся обходиться концентратом, – сказал мужчина, пропуская меня первой в узкий проход.

– Я умею готовить. Могу взять это на себя, – предложила я, покачиваясь на нетвёрдых ногах.

Как бы мне ни нравилось начало моего путешествия, а перегрузки и усталость от тяжёлого дня дали о себе знать.

– Осторожнее, – придержал меня за талию пилот. – Серьёзно умеете? – удивлённо поинтересовался Фил Хартвуд, направляя меня в сторону коридора.

– А что в этом удивительного? – уточнила я.

– Мне казалось, что у единственной наследницы «МорельИндастриз» должен быть целый штат прислуги, – пояснил мужчина.

– Так и есть. Папа любит домашнюю кухню. Я попросила нашего повара научить меня кое-чему. Многого не обещаю, но могу достойно готовить супы, овощи, мясо и так по мелочи, – ответила я.

– Вашему отцу очень повезло с вами, Эвелин, – произнёс Фил Хартвуд.

– Да, он всегда именно так и говорит. Хотя я не вижу ничего особенного в том, чтобы позаботиться о единственном близком человеке. К тому же папа в последнее время очень редко бывал дома, поэтому каждый наш совместный ужин был уже событием для меня, – улыбнувшись, призналась я.

Я и правда любила проводить время на кухне, предвкушая, как отец будет прикрывать глаза от удовольствия, пробуя мои кулинарные эксперименты.

– У главы такой серьёзной корпорации наверняка очень много работы, – предположил мужчина, пропуская меня в дверь камбуза.

Данное помещение было небольшим, но оборудованным компактным рабочим местом и столиком, стоявшим в углу. Конечно, ничего общего с привычной мне кухней не было, кроме варочной электрической панели и конвертерной печки. Дизайн тоже был аскетичным: стены отделаны теми же панелями, что и коридор, мебель прочно закреплена на полу, и много мест для хранения, которые я намеревалась позже сама изучить.

– Да, это так. Если честно, то я бы предпочла, чтобы папа меньше работал, но это невозможно, – честно сказала я.

– Понимаю. Присаживайтесь пока за стол, я приготовлю нам по паре сэндвичей, а потом провожу вас в каюту. Вы смелая девушка, но уже едва стоите на ногах, – похвалил меня пилот.

– День выдался неожиданно длинным, – не стала спорить я, присаживаясь на один из двух стульев.

Фил Хартвуд на камбузе двигался также легко и уверено, как и в кабине пилота. В руках мужчины нож ловко отделял ровные ломтики ветчины и помидоров, которые потом укладывались на хлеб и листы зелени.

До тех пор, пока пилот не подал мне аппетитный бутерброд, я не и не задумывалась о том, как успела проголодаться, а сейчас с удовольствием ела, наслаждаясь угощением.

– Чай, кофе, сок? – уточнил Хартвуд.

– Чай зелёный без сахара, – отозвалась я, прожевав кусочек сэндвича.

Следующие несколько минут мы молча ужинали, думая каждый о своём, а потом Фил проводил меня в крошечную, но вполне уютную каюту, где я практически сразу уснула, даже не сняв с себя одежды.

Глава 7. Идея

Эвелин Морель

Не знаю, сколько часов или минут мне удалось поспать, но с кровати меня буквально скинуло от сильной вибрации и воя сирены.

Непонимающе поморгав, я сориентировалась, а потом, придерживаясь руками за стены, направилась в рубку.

Как и ожидалось, капитан этого корабля уже сидел в своём кресле, ловко управляя мониторами, рычагами и тумблерами.

– У нас проблемы? – с беспокойством спросила я.

– Ничего нерешаемого. Просто внезапный магнитный шторм. Сядьте в кресло второго пилота и пристегнитесь. У меня нет времени на светские беседы. Все вопросы сможете задать позже, – короткими рубленными фразами ответил мне пилот.

Мне было непривычно, что кто-то командует мной в подобном тоне, а, с другой стороны, я понимала, что мужчине сейчас не до реверансов. Похоже, случилось нечто действительно непредвиденное и опасное, раз Фил Хартвуд оказался за штурвалом с голым торсом и в одних трусах-боксёрах.

Послушно усевшись в знакомое кресло, я попыталась разобраться с креплением ремней, но в итоге просто накинула и держалась за них руками.

И иллюминаторе особых изменений пейзажа я не видела. Кроме тряски и предупреждающего воя сирены магнитная буря внешне никак не проявлялась. Особой тревоги я не испытывала, полностью доверяя свою жизнь пилоту.

Кстати, о нём. Развернувшись в кресле, я стала наблюдать за практически голым мужчиной. Это был новый для меня опыт. Не могу сказать, что раньше мне было неинтересно познакомиться ближе с мужской анатомией, но возможности были ограничены.

Достигнув определённого возраста, я как-то полюбопытствовала об интимных отношениях на соответствующих сайтах, а после доступ к подобной информации мне ограничили. Жутко смущаясь, папа сказал, что мне рано на такое смотреть, а позже я и сама больше не пыталась, испытывая неловкость от мысли о том, что мои запросы просматривает служба безопасности. Моим спасением стали лишь любовные романы. Там я могла хотя бы прочесть о волнующей меня теме. Против книг отец ничего не имел.

В общем, сейчас я бессовестно пользовалась возможностью полюбоваться тем, как канаты мышц двигаются под смуглой кожей на сильной спине Фила Хартвуда. В кабине приятно пахло мужским парфюмом, за толстым бронированным стеклом нас окружала только холодная пустота космоса, создавая иллюзию уединения и какой-то интимности. К своему смущению, я ощутила, как низ живота стал наливаться сладкой тяжестью возбуждения.

Нагло глазея на пилота, я чувствовала себя пошлой извращенкой, но всё равно не могла найти сил ни отвернуться, ни перестать фантазировать о том, какой наощупь окажется гладкая мужская кожа или о том, что скрыто под тёмной тканью боксёров.

Наверное, именно в этот момент я впервые поняла то, что являюсь фактически взрослой женщиной и моё тело имеет собственные потребности и желания. Конкретно сейчас я хотела не какого-нибудь выдуманного героя, а Фила Хартвуда.

Осознание этого факта сначала напугало, а потом я подумала: а почему бы и нет? У меня есть только две эти недели свободы от бдительных глаз секьюрити или постоянного наблюдения. Данный мужчина мне приятен и кажется достаточно взрослым и умелым, чтобы мой первый раз не превратился в кошмар. Даже если мне не понравится, то я приобрету хоть какой-то опыт. Все мои приятельницы давно уже не девственницы, и, когда они обсуждали свои любовные похождения, я всегда испытывала только неловкость и печаль, а теперь у меня появится собственное сексуальное приключение.

Как будто прочитав мои мысли, Фил Хартвуд резко оглянулся на меня.

– Как ваше самочувствие, Эвелин? Вы раскраснелись, – заметил пилот.

– Всё хорошо, Фил, – ответила я, млея от того, как звучит моё имя, произнесённое этим бархатным баритоном.

От мысли, что было бы, если мужчина догадался бы о причине моего румянца, я покраснела ещё сильнее.

– Мы прошли опасный участок. Пойдёмте, я всё-таки проверю вас медицинским сканером. У вас могло подскочить давление из-за перегрузок и стресса. Это опасно в космосе, – настоял мужчина.

– Не сто́ит. Я в норме, – честно сказала я.

– И всё же лучше в этом лишний раз убедиться, – настоял пилот.

– Ладно, – согласилась я, поднимаясь с кресла.

Командир тоже встал, опять пропуская меня вперёд. Своей наготы Фил Хартвуд как будто не замечал. Впрочем, этому мужчине совершенно нечего было скрывать или стыдиться. Он был сильным и атлетически сложённым мужчиной. Заметно, что пилот немало времени уделяет тренировкам своего тела.

– Пройдите на камбуз, а я пока надену штаны и захвачу аптечку. Сигнал тревоги застал меня врасплох, – всё-таки вспомнил об одежде капитан, но это было к лучшему.

Стратегию соблазнения Фила Хартвуда мне следовало ещё продумать. Хотя, если честно, то соблазнительница из меня никакая. В наличии лишь информация, почерпнутая из книг и болтовни с подругами.

Присев на стул, я суетливо поправила волосы и смятую после сна толстовку и стала ждать. Мужчина появился быстро. Теперь он был одет в свободные спортивные штаны и облегающую торс футболку. В руках у пилота был компактный медицинский прибор.

– Хм… Ваша кофта слишком толстая, – озадаченно произнёс Фил, глядя на пищавший аппарат.

– Я могу её снять. На мне ещё есть майка, – неуверенно отозвалась я.

Тонкая бельевая маечка на мне и правда была, но в иных обстоятельствах и перед другим мужчиной я не спешила бы показывать этот полупрозрачный, отороченный чёрным кружевом топ. К этому наряду он совсем не подходил, но ведь вчера утром я надевала его под классический строгий костюм, а переодевалась уже в машине дяди Алекса. Только решение соблазнить пилота заставило меня пойти на риск.

С фигурой у меня всё было в порядке: высокая полная грудь, чистая светлая кожа, подтянутый живот, но всё же, раздеваться перед Филом Хартвудом было волнительно. Я нерешительно стянула толстовку и положила её на стол, расправляя плечи.

Я не знаю, как на мой смелый жест должны были отреагировать книжные герои, а мужчина, стоявший напротив, просто молча смотрел на меня, почти осязаемо скользя взглядом по моему телу.

Глава 8. Ночной дожор

Фил Хартвуд

Ледяной душ лился на голову, заставляя тело крупно дрожать от холода, но не приносил облегчения.

Откуда взялся на мою голову Олсен со своим странным заказом? Лучше бы я взялся за транспортировку урановых стержней к дальним колониям, чем терпеть эту пытку. Эвелин Морель на моём судне каких-то пять часов, а я уже схожу с ума, подобно прыщавому юнцу, впервые увидевшему женскую грудь.

Кстати, с формами у моей пассажирки было всё более, чем прекрасно. Эти полные молочно-белые полушария с розовыми напряжёнными сосками, трогательно просвечивавшимися через прозрачную ткань того безобразия, что Эвелин назвала майкой, теперь будут сниться мне в самых порочных и запретных снах, вместе с алыми влажными губами, которые девушка часто облизывала, думая о чём-то своём.

– Чтоб тебя! – неизвестно на кого выругался я, стукнув мокрым кулаком по металлической стенке очистителя.

Как всё не вовремя! Из-за судебных тяжб о разводе в последние полгода о сексе пришлось забыть. Таков был совет адвоката, нанятого мной в попытке ограничить непомерные запросы бывшей супруги на моё имущество. Впрочем, наши супружеские отношения с Мирой разладились гораздо раньше, чем она нашла себе нового спонсора для бесконечных улучшений внешности. Так что я уже очень давно не уделял внимания потребностям своего тела, и оно решило мне отомстить в самый неподходящий момент.

Запрет на отношения с этой девчонкой только усугублял ситуацию. Сейчас Раян Морель и все его вышибалы, которые наверняка сломают мне все рёбра, если я прикоснусь к его дочери, находились за сотни миль космической пустоты, а Эвелин – в соседней каюте.

Через какое-то время холод сделал своё дело – я немного успокоился, но теперь уснуть не получалось. В голову лезли совершенно неуместные и дурные мысли о словах самой девушки. Если Морель настолько ограничил общение дочери с друзьями, то были ли у Эвелин какие-нибудь романтические отношения? Идея о том, что девушка скорее всего невинна в равной степени интриговала и пугала. Впрочем, пугала сильнее.

Устав ворочаться в постели, я решил приготовить что-нибудь съестного. Не факт, что фраза «я умею готовить» из уст моей пассажирки подразумевали, что её кулинарные шедевры окажутся на самом деле съедобными. Помнится, Мира тоже считала, что готовит прекрасно, но от её еды тошнило даже тараканов.

Натянув на себя одежду, я направился на камбуз и с удивлением обнаружил, что место у плиты уже занято.

– Доброго… А какое сейчас время суток? Если честно, то я совсем потерялась во времени и вообще чувствую себя немного дезориентированной, – призналась виновница моих недавних страданий.

Хорошо, что душевые кабины у меня имеют систему безотходной фильтрации, иначе я извёл бы все запасы воды, стремясь избавиться от возбуждения.

– В космосе такое часто бывает. Сейчас ещё глубокая ночь, а если точно, то три часа сорок две минуты по стандартному исчислению. У вас разве нет кибера? В его настройках есть перевод на космические часы, – сказал я, присаживаясь за стол.

А что ещё было делать, если эта девчонка порушила все мои планы?

– Есть, но он не мой. Тот, который я носила, пришлось отдать другой девушке, а мне выдали вот это, – сказала Эвелин, вынимая из кармана спортивных брючек недорогую модель средства связи. – Я пока в нём не разобралась. Не люблю менять привычные вещи. Вернее, думала, что мне для полного счастья не хватает перемен в жизни, а сейчас раздражаюсь из-за чужого кибера, – призналась девушка, пожав узкими плечиками, обтянутыми футболкой жизнерадостного жёлтого цвета с крупным смайлом на груди.

Кстати, моя пассажирка переоделась и, судя по едва просохшим волосам, тоже приняла душ. От мысли о голой блондинке, стоявшей под струями тёплой воды, я опять заёрзал на стуле, но вовремя отвесил себе мысленную оплеуху и сумел успокоиться.

– Если хотите, я могу помочь, – предложил я.

– Это было бы очень кстати. Спасибо. Вот, держите, – Эвелин протянула мне кибер.

– Вообще-то я предлагал помощь в готовке, – усмехнувшись, сказал я, но часы взял, открывая меню управления.

– Оу, не стоит. У меня уже всё готово. Вы проголодались, Фил? В меню сочный ростбиф с сушёными травами и морковное пюре, – гордо сказала девушка, открывая конвекционную печь.

Оттуда вырвался сногсшибательный аромат пряного мяса.

– Вообще-то я не голоден, но пахнет так аппетитно, – задумчиво произнёс я.

– Значит, сейчас устроим то, что мои подруги называют ночным дожором. Сама я никогда этого не делала, но тоже хочу попробовать, – сказала блондиночка, ловко отрезая от румяного куска говядины исходящий соком ломоть и укладывая его на тарелку к яркому морковному пюре.

Пока Эвелин раскладывала наш поздний ужин, я подключил кибер к внутренней сети «Кометы». Теперь понятно, почему у девушки возникли проблемы с освоением девайса: у неё не было ключей доступа к бортовой локальной сети, а привычный интернет в космосе, естественно, не ловит.

– Готово, – произнёс я, а затем озадаченно прочёл: – Линда Шерс?

– Да, папа сказал, что до тех пор, пока всё это не закончится, мне не стоит называть своё настоящее имя, – сказала девушка, ставя передо мной красиво сервированную тарелку.

– Хм… Быть может, мне тоже стоит звать тебя Линдой, пока мы наедине, чтобы ты привыкла? – уточнил я, возвращая пассажирке часы.

– Не нужно. Привыкнуть я всё равно не смогу. Просто запомните на всякий случай это имя. Если вдруг мы окажемся где-то за пределами вашего катера, то обращайтесь ко мне без имени. Можете даже всякие глупости говорить, типа зайки, кошечки и прочего зверинца. Так гораздо проще не запутаться. И уместней будет перейти на ты. Можем даже выпить сока на брудершафт, – смущённо улыбнулась девушка, протягивая мне стакан с апельсиновым фрешем.

– Предложение общаться неформально я принимаю, но обойдёмся без ритуалов, Эвелин, – не без сожаления сказал я.

– Эва. Так называют меня дома, – безжалостно крушила мои барьеры блондиночка.

Глава 9. Информация

Эвелин Морель

Когда пилот после медицинского сканирования сбежал от меня, я задумалась о причине такого поведения мужчины. Подруги утверждали, что все представители сильного пола похотливые кобели, и стоит только девушке намекнуть на то, что она не против, как они набрасываются на неё со своими хотелками.

Почему же тогда Фил Хартвуд не торопился проявлять ко мне интерес? Конечно, есть риск, что я просто не в его вкусе, но…

«А вдруг, он женат?» – пронзила голову неприятная мысль.

Конечно, далеко не всех такое препятствие, как законная супруга останавливает. Особенно, если вторая половина осталась где-то далеко. Только мне подобная модель поведения была глубоко неприятна. Да и пилот показался мне серьёзным и порядочным мужчиной.

В общем, мне нужна была информация. А где её взять? Правильно – в сети.

Приняв душ, я достала сумку.

Выбор предложенной мне одежды был невелик и характеризовался одним ёмким словом – нелепая. Скривившись, я вынула облегающую майку канареечного цвета и велюровые спортивные штаны. Посмотрела на толстую стопку купюр и решила на ближайшей станции приобрести что-нибудь более подходящее для соблазнения. При условии, что капитан окажется свободен от обязательств, естественно. Рушить чью-то семью для меня было неприемлемо.

Последним предметом, который я достала из сумки оказался кибер. Я покрутила его в руках, потыкала меню, но дурацкий гаджет никак не желал настраиваться. Со вздохом положила его в карман штанов.

Спать уже не хотелось. Занятий без кибера у меня тоже особенных не было, поэтому я вспомнила о своём обещании взять на себя приготовление пищи.

Возиться у плиты я всегда любила. Это дело вызывало у меня массу положительных эмоций, поэтому я направилась на кухню или камбуз, как её называл Фил Хартвуд.

Первым делом я изучила содержимое неожиданно большого холодильника и камер вакуумного хранения продуктов. Ассортимент был на удивление разнообразным: от специй и мяса до овощей и фруктов. Электронное меню отчиталось, что все ёмкости багажного отделения заполнены снедью под завязку и смогут нас обеспечивать всем необходимым не один месяц, поэтому я спокойно вынула приличный кусок говядины, натёрла его пряностями и оливковым маслом, обжарила, а после выставила режим в конвекционной печи. На гарнир приготовила овощное пюре, но есть всё это одной не хотелось.

К счастью, Филу Хартвуду тоже не спалось.

Мужчина вошёл в помещение и как будто удивился, застав меня у плиты. Мы обменялись ничего не значащими фразами, потом пилот предложил помощь, и я с радостью впихнула ему в руки кибер.

Разложив еду по тарелкам, я наблюдала за тем, как легко мужчина настроил своенравный аппарат и передал мне.

– Линда Шерс? – удивлённо прочёл Фил.

Это имя мне не нравилось. Впрочем, любое другое тоже вряд ли пришлось бы мне по душе, о чём я и сообщила пилоту, предложив ему общаться менее формально. Предложение Хартвуд принял, но на мои робкие заигрывания не спешил мне отвечать, утверждая в мысли, что у него могут быть серьёзные отношения с кем-то.

Эта мысль не просто опечалила меня, а отозвалась внутри странным неприятным чувством, которого раньше мне испытывать не доводилось. Разозлившись на себя, я решила получить информацию самым древним способом – спросить.

– Фил, ты женат? – поинтересовалась я, наблюдая за тем, как мужчина с аппетитом ест приготовленный мной ростбиф.

– Кх-хм! – мужчина даже соком поперхнулся от неожиданности. Да уж, Эва, навыки флирта тебе стоило изучить если не на мужчинах, то хотя бы нанять коуча или пройти какой-нибудь курс. – Нет. Почему тебя это заинтересовало? – прокашлявшись, спросил капитан.

– Просто стало любопытно, – пожала я плечами.

– Я разведён, – спокойно отозвался мужчина.

– Это из-за твоей работы? – спросила я, на что мужчина лишь удивлённо приподнял широкую бровь. – Лично мне не понравилось бы, если бы мой супруг тайно перевозил незнакомых девиц, – пояснила я.

Почему я сказала именно это? А-а-а! Как же мне не хватает опыта нормального общения.

– Ты первая и единственная пассажирка, которая когда-либо путешествовала на моём судне. Обычно я перевожу грузы, и в этой работе нет ничего романтичного. Быть может, мои частые отлучки и сыграли свою роль, но мне кажется, мы с Мирой просто не подходили друг другу, – хмуро отозвался Фил Хартвуд, а потом поблагодарил меня за поздний ужин, убрал со стола и ушёл.

Мне было неловко, что я потопталась по чувствам мужчины, как слон в посудной лавке, но исправить прямо сейчас ничего было нельзя. Зато можно было не допускать подобных ошибок в будущем и для этого мне нужна была более развёрнутая информация, кроме фразы «мы с Мирой просто не подходили друг другу».

Закрывшись в своей каюте, я открыла кибер и влезла в сеть.

На катере не было привычного интернета, но имелась обширная база развлечений и прочих полезностей.

Я забила в поисковую строку имя пилота, но «Комета» не спешила со мной откровенничать, выдав те сухие данные, которые я уже изучила из файлов, пересланных мне дядей Алексом. Тогда я набрала имя его бывшей супруги и бинго! К моей огромной радости, капитан катера не запаролил личную информацию об этой пренеприятнейшей особе.

Досье больше походило на отчёт частного детектива и содержало фотографии и видеозаписи о связях наглой, насквозь просиликоненной крашенной блондинки. Такой тип дамочек мне был знаком. Так называемые прилипалы постоянно крутились вокруг папы в надежде на большой куш, но отца они не интересовали. Зато Фил Хартвуд имел глупость жениться на одной из них. Из бумаг о разводе я выяснила, что эта мадам буквально обобрала пилота и этот развод состоялся не так давно. Кстати, адвокат оказался, мягко говоря, слабеньким, поэтому я перекинула себе отчёты частного детектива, намереваясь в будущем помочь Филу через папиных акул юриспруденции вернуть всё, что Мира Хартвуд присвоила, вне зависимости от наших с ним личных отношений. Зачем мне это? Во-первых, мне понравился Фил, а во-вторых, я ненавидела подобных гадин.

Глава 10. Подарок

Фил Хартвуд

Я опять сбежал. Давать оценку своему поведению мне не хотелось. Стыдновато дожиться до тридцати четырёх лет и бегать по всему кораблю от совсем зелёной девчонки. Кстати, сколько ей?

Открыл свой кибер и снова выругался, узнав, что ко всему прочему у Эвелин сегодня был день рождения. Двадцать один год – малышка старше, чем кажется внешне, но что это для меня меняет?

Я лично подписал контракт, где отдельной строкой был выделен запрет на отношения с пассажиркой. В момент заключения сделки это условие показалось мне смешным и нелепым, только сейчас почему-то совершенно не тянуло веселиться.

Дело было даже не в премиальных, которые я потеряю в случае, если не могу устоять, а в том, что Фил Хартвуд никогда не нарушал соглашений и не отказывался от своих слов.

– Гадский Раян Морель! – рявкнул я, стукнув кулаком по переборке.

Этот промышленник даже не понимал, что поступает жестоко. Речь сейчас шла не о том, что у меня до боли стои́т на его дочь, а в том, что этот мужик перегнул со своей заботой и лишил Эвелин нормальной жизни.

Я не был наивным мальчишкой и прекрасно понимал, почему Эва вдруг заинтересовалась моим семейным статусом. Видел, как девчонка смотрит на меня. Блин, да я считывал показания медицинского сканера, которые говорили, что девушка испытывает сексуальное возбуждение! Вот только мне не хотелось быть тем куском мяса, на который девочка бросится от безысходности.

«Ты и сам прилично оголодал. Так почему бы тебе не плюнуть на премиальные и дать вам обоим то, чего хочется?» – всплыла в голове предательская мыслишка, которую я сразу откинул.

Проблема была не в деньгах, хотя в моём положении и они лишними не были, а в том, что Эвелин Морель была слишком хороша, чтобы спокойно потом с ней расстаться.

Раньше мне казалось, что бывшая жена станет самой красивой женщиной в моей жизни, но моя пассажирка во всём превосходила Миру на целую голову. Они обе были стройными блондинками, но в остальном сравнивать их было глупо. Эвелин отличалась от Миры так же сильно, как дорогая фарфоровая статуэтка отличается от дешёвой гипсовой копии. Всё то, чего супруга пыталась добиться бесконечными операциями и процедурами, Эве было дано от рождения, а плюсом шло прекрасное воспитание, чувство такта и стиля, да и много чего ещё.

Забыть такую красавицу будет просто невозможно, а от моего сердца и так мало что осталось, чтобы пойти на подобный риск. Надеюсь, я не забуду об этом, когда мисс Морель решит выкинуть очередную неуклюжую, но соблазнительную провокацию.

Кстати, подарок для девушки в честь дня её рождения у меня был. В последнем рейсе я приобрёл его для Миры, но когда приземлился, то выяснил, что супруга перебралась в дом какого-то банкира, с которым до этого более года наставляла мне рога, а эта вещь так и осталась лежать на полке.

Открыв шкаф, я вынул красивую стеклянную колбу, внутри которой в вакууме была запаяна потрясающей красоты цветущая веточка орхидеи. К ней ещё был приобретён футляр с золотым кулоном. И я бы с радостью его отдал Эве, но это было бы уже перебором.

Увековеченный таким варварским способом цветок был очень красивым. Насколько я помню, продавец называл этот сорт золотым яблоком и говорил, что он довольно редкий, но это не важно. Оставалось решить, каким образом отдать его девушке. Правда, эти вопросы пришлось отложить на несколько часов.

Запиликали датчики «Кометы». На этом участке курса мне было лучше отключить автопилот и принять управление на себя из-за нестабильности электромагнитного фона. Положив колбу назад, я направился в рубку.

За любимым делом время пролетело незаметно и все лишние мысли из головы выветрились, но как говорится, если вы забыли о проблеме, то это не значит, что она забыла о вас.

– Фил, можно к тебе? – робко заглянув в кабину, спросила Эвелин Морель.

– Да, заходи. Только… – начал я, но был перебит.

– Знаю-знаю, ничего не трогать, – обаятельно улыбнулась девушка.

– Верно, – не стал спорить я, краем зрения наблюдая за тем, как Эва скользнула на место второго пилота.

– Ты уже восемь часов сидишь за штурвалом. Может, соорудить пару бутербродов, налить кофе и принести тебе сюда? – уточнила девушка, проявляя непривычную мне заботу.

– Не сто́ит. Я не ем и не пью напитки в рубке. Здесь очень чувствительные приборы. Худшее, что можно сделать – это залить панель кофе или засыпать крошками, – честно сказал я.

– И как же ты обходишься без перекусов? – удивилась девушка.

– Привычка. Да и всё не так плохо. Через полчаса опасный участок трассы закончится, и мы сможем отметить твой День рождения. Я прочёл в твоём досье, что он сегодня, – сказал я.

– Точно. Я и забыла про него, – вполне искренне растерялась девушка. – Хм, тогда пойду попытаюсь сообразить что-нибудь праздничное к тому моменту, как ты освободишься, – сказала малышка, покинув каюту.

От визита девушки в кабинет остался лёгкий шлейф цветочных духов, сбивая концентрацию на работе.

К счастью, вскоре опасный участок закончился, и я снова переложил управление на автопилот, а сам вернулся в каюту, чтобы быстро освежиться и захватить подарок.

Эвелин уже ждала меня на камбузе. На девушке было надето коротенькое мини-платье, красиво обрисовывавшее стройную фигурку и открывавшее моему жадному взору потрясающий вид на длинные белые ножки и ложбинку между полных грудей.

Потребовалось определённое усилие над собой, чтобы отвести взгляд от декольте и сосредоточить его на нежном личике девушки.

– Это тебе. С Днём рождения Эвелин, – сказал я, передавая своей пассажирке цветок.

– Какая красота! Но откуда? – удивилась она, принимая подарок.

– Я давно приобрёл его по случаю, – честно сказал я.

– Спасибо. Я имею в виду, откуда ты узнал, что я увлекаюсь орхидеями? Золотое яблоко – это же огромная редкость! Жаль конечно, что он без корня, но у меня дома есть всё необходимое, чтобы попытаться его оживить, – задала глупый вопрос Эва, продолжая любовно рассматривать увековеченный цветок.