Полицейский участок. С самого утра стоит гул. Много людей, и всё это из-за местного мажора, что кричал на всю комнату:
— Отпустите меня… Я тут жертва!
— Замолчи, идиот! — успокаивал его полицейский.
— Да, ты хоть знаешь, кто мой отец?
— Все знают! Помолчи! Не пугай народ!
— Ты всего лишь капитан? А хочешь подняться выше по карьерной лестнице? Ну, скажем, до майора?
На плечо мальчишки опустилась рука, и хриплый голос произнёс:
— Пошли… Раз ты пришёл поговорить…
Илья повернул голову и засмеялся.
— О, мой любимый полицейский. Следователь… Дмитрий Анатольевич…
Удар по щеке.
— Как же мне ты надоел! За мной!
Парень встал со стула, придерживая руку с ранением. Идти явно было ему очень больно, но мужчине, идущему впереди, было уже всё равно на это. Они шли по тёмному коридору, и тут резко отключился свет, крик юноши — и свет включился вновь. Перед капитаном лежал труп Ильи, его лицо было в укусах пауков. На крики сбежались все. Время словно прокрутилось назад, стерев все воспоминания окружающих.
— Что с ним случилось?
— Я не знаю… — Холодно ответил Дмитрий.
— Выключился свет, и всё! — Его схватили за грудки и принялись трясти.
— Отвечай, кто это сделал?
Холодный взгляд смотрел вперёд, а губы молчали. Наступила тишина, но и она была разорвана криком заключённых в «клетках». Толпа ринулась туда, а одна из решёток оказалась в крови, а в углу сидели трое мощных мужчин, и от страха закрыв глаза, кричали, а перед ними стояла женщина в чёрном платье, опустив голову вниз, и плевала кровью. Её причёска была растрёпанной, и синяки указывали на то, что её били.
— Дмитрий, а это кто?
— Это бедная женщина…
— Она террористка… Та, что поступила к нам два часа назад со свадьбы Ильи Викторовича.
— Замолчи!
— Дима!
Мужчина стоял в слёзах, и молчал. Опустив голову вниз, он бормотал. Следователь понимал, что проживает это вновь, но должен был всё сделать правильно.
— Да, что вы знаете о ней!
Он ринулся в женщину, но та, выставив руку вперёд, остановила движение.
— Хватит… Дмитрий, наш договор в силе?
— Да…
— Ну и хорошо! Я бы хотела отдохнуть теперь перед завтрашним судом.
И в ту же минуту женщина упала на пол и уснула. Дима подошёл и подняв хрупкое тело с холодного пола, положил её на полку для сидения, и сняв с себя куртку, укрыл её. Хрупкая рука свисала вниз, и по ней стекала кровь.
— Доктора! Быстро!
— Дима, ты чего?
— Она умирает! Спасите её! Она достойна жить!
— Она же убила кучу людей!
— Замолчи! Последний раз прошу! Она куда человечнее вас всех! Ей хотя бы хватило сил избавиться от проблемы!
— Ты о чём?
Следователь указал на труп в коридоре
— Это она? Как? «Клетка» была заперта, она не могла! - Люди смеялись, но Дима знал правду.
Двумя часами ранее.
Всё тот же полицейский участок. Илья сидел в кабинете Димы и судорожно рассказывал свою историю.
— Скажи мне, придурок… Ты опять под наркотой, и твой папочка тебя сюда сдал?
— Я же говорю, это не я всех убил! Это была женщина-паук!
— Ты про Арахну?
— Да! Она пришла на мою свадьбу и пела, и пела так красиво, что заворожила всех в зале.
— Так она паук или сирена? Илья, ты совсем уже с «белочкой» ко мне попал?
Юноша вскочил и начал бегать по комнате, держась за голову одной рукой.
— Я тебе говорю! Она — паук! Её руки превратились в лапы. Она меня хотела съесть.
— И зачем?
— Я не знаю! Но она мою невесту поцеловала и приняла облик человека!
Полицейский глубоко вздохнул и махнул рукой перед зеркалом. В допросную вошли санитары с доктором и заломив Илью, сделали ему укол успокоительного. Тот уснул. Выйдя в коридор, мужчина закурил, но возле него провели женщину, что была вся в крови. Её глаза были потухшими и заплаканными. Дмитрий остановил инспектора, что её вёл, и спросил, кто это такая? Но сотрудник лишь протянул ему личное дело и еле-еле процедил сквозь зубы:
— Она «смертница», лучше не думай. У неё уже завтра суд. Судья очень хотел по быстрее её посадить!
— От чего?
— Говорят, она напала на самого…
— Кого?
— Сына «Добермана»!
— Илью!
— Да…
— Так это она его ранила?
— А ты его допросил? Говорят, лишь он и его невеста оставались в живых! Женщина расстреляла всех.
— Причина?
— Я не знаю… Слушай, а не мог бы ты с ней посидеть. Я уже сутки тут один, не ел, может, узнаешь что-нибудь.
— Хорошо. Всё равно Илья уснул. У него «белочка», твердил, что эта женщина в паука превратилась и всех съела.
— Я тоже это слышал, но она и слова за сутки не проронила.
— Иди, я послежу за ней.