Печать Света или Зарница Нового мира

Пролог

Рэинтил впервые испытывал такое волнение. Настолько сильное, что было подобно страху. Ему казалось, что внутренности вот-вот скрутит в тугие жгуты, и дрожащие ноги больше не будут в состоянии его удержать. Но всё, что мужчине оставалось, - это пытаться бороться с этим состоянием.

Боги! Эльф давно так себя не чувствовал! Словно мальчишка, которому впервые в жизни женщина позволила посетить свою постель и делать всё, что пожелает, - хотя этот молодчик хорошо понимает, какое наказание его ждёт, если узнают родители.

Да, в те времена, что он только не творил. Но и настолько сильного волнения не мог себе припомнить. Поэтому не так уж и удивился ошарашенному увиденным другу, чьё появление в связующем зеркале ожидал с минуты на минуту.

Огромный даже по сравнению со своими собратьями ирлинг быстро взял себя в руки, скрестил их на мощной груди и тревожно распушил крылья. М-да, его изображение еле плечами помещалось в раме, а теперь и вовсе заняло почти всё пространство.

- Если ты сейчас же не прекратишь мельтешить по комнате, то я буду вынужден перейти к тебе порталом и лично влить в тебя успокаивающее зелье, - тихо пробасил крылатый, спустя минуту наблюдения.

Рэинтил дрогнул всем телом и замер на месте, стараясь глубоко дышать, чтобы прийти в себя окончательно. Надо же, а это человеческий способ решения данной проблемы хорошо работает!

- Успокоился? – приподнял густую бровь ирлинг, на что эйфий* только кивнул. – А теперь будь любезен и объясни мне, что случилось? Чётко, кратко и по существу.

- Предсказание Розгора сбылось, Гэлд, - и если Архимаг тяжело вздохнул, то вот его друг резко напрягся. – Я встретит Тёмную, что попросила у меня помощи.

- Помог? – глухо спросил серокрылый.

- А я мог отказать? – саркастично усмехнулся Рэинтил. – Иного исхода и быть не могло. Ради тайхали* и встречи с ней я готов на всё.

В комнате связи повисла тишина. Каждый думал о своём, но направление их мыслей точно имело общий вектор.

- Что думаешь делать? – прервал молчание вызванный, но быстро добавил, прерывая раскрывшего род друга: - Я могу собрать достаточно отрядов, чтобы прочёсывать все труднодоступные высоты и низины, а так же некоторые редкие леса. Но нам понадобятся хотя бы малейшие ориентиры.

- Тогда я постараюсь провести поисковые ритуалы с периодичностью в пять-шесть часов, и результаты каждого буду сообщать тебе вестником, - кивнул сам себе эльф.

- Что решил делать с той Тёмной? – поинтересовался ирлинг перед тем, как раствориться.

- Ничего, - отмахнулся Рэинтил. – Это будет моя благодарность ей за Дар. Пусть ценит.

Серокрылый лишь усмехнулся, прекрасно зная, что значит этот нездоровый блеск в глазах друга. Да, будь его воля, эта девка точно не отделалась бы настолько легко.

Решив не тратить время впустую, Архимаг метнулся в ритуальный зал. Ему предстояло много работы. И дело не столько в растрате магического резерва на проведение ритуала – он не много тратил на свою реализацию, - сколько подготовка к нему. Будь у эйфия шанс сократить время «перезарядки», он бы воспользовался им незамедлительно. Но даже такой перерыв между результатами – личная заслуга его уровню силы! Любому другому магу потребовалось бы часов восемь или даже десять на передышку и новые приготовления.

Так или иначе, Рэинтил приступил к задуманному так быстро, как только смог. Он даже не прерывался на полноценный сон и приёмы пищи, дремая лишь в перерывы или быстро перекусывая. И лишь пару раз оторвался от своих действий. В первый раз, когда пришлось срочно закрывать свою ресторацию на неопределённый срок и выписывать всем работникам неожиданный отпуск за счёт заведения. И второй раз, когда с ним снова связался Гэлд, чтобы предупредить о полной готовности с его стороны.

Вроде это произошло на середине первых суток усердного поиска. А может уже в начале вторых. Эйфий потерялся во времени, сидя в ритуальной комнате почти безвылазно. И чем больше он продолжал, тем больше его душа впадала в отчаяние. Неужели, предсказание Розгора всё же лживо? А может он сам плохо старается? Или ещё не время паниковать? Точного времени желанного момента ему никто не говорил.

Но вот на девятой – или уже десятой? – попытке в центре поисковой печати сверкнула маленькая искорка. Она была настолько тусклой, что Ахримаг не сразу разглядел её в свете свечей. А заметив, засомневался – это то, чего он ждал? Но едва эта мысль сформировалась, как мужчина был ослеплён сильнейшей вспышкой Светлой силы. И нет, ему не показалось, здание ресторации действительно затрясло.

Всё, что успел сделать эйфий перед тем, как полностью потерял способность видеть, а вместе с ней и сознание, - это скопировать координаты источника столь великой силы и отправить их вестником Гэлду.

О, Светлые Боги, пусть всё будет не зря!

________________________

* Тайхали – пара, единственная, любимая у светлых эльфов

Эйфий – светлый эльф

Глава 1.

Она пропала! Просто взяла и исчезла! А я даже не поняла этого! Не заметила!

Весь день я гнала от себя странное, я бы даже сказала, болезненное предчувствие чего-то невообразимо неизбежного. И, когда терпеть жжение в груди стало почти невозможно, уговорила Миру прийти ко мне с ночевой. Даже соблазнила её на любимое вино, которое еле нашла – все ближайшие магазины оббегала, где хоть раз видела его. А на развлечение выбрала её любимые сериалы и фильмы. Скачала заранее, чтобы не тратить время, хоть и соврала, что дам ей выбор и уже потом начнём скачку.

Боже! Да я даже побежала её встречать, чтобы меньше времени оставаться одной!

И вот идём, «обдумываем» планы на ближайшие часы, а Милка… Милка вся в своей любимой астрономии и астрологии. Снова. Честно, не понимала никогда этого её стремления смотреть на звёзды и за всеми космическими событиями.

Возможно, с психологической точки зрения это один из своеобразных уходов от реальности, создание иллюзии порядка, непрерывного хода «по плану». И этот уход помогал подруге хоть немного устаканить хаос, если не в своей жизнь, то хотя бы в голове.

Нет, я ни капли не против подобного, даже поддерживала такие разговоры как «Луна сегодня в Раке» или «а над Чили произошло неполное солнечное затмение». Люда всегда всё высматривала и иногда даже фиксировала где-нибудь - в тетради или в заметке на телефоне. Я многое для себя совершенно ненужного выучила, чтобы хоть как-то понимать это её увлечение.

От того и насторожилась, напряглась вся внутри, услышав подружкино:

- Лунное затмение. Второе за последние пять недель.

Честно, у меня все волоски по телу встали по стойке смирно, а спину обдало холодком.

- Как раз всё как ты любишь! – но показывать это даже голосом, чтобы выдать своё истинное состояние в мои планы не входило. Я хочу забыться и отдохнуть!

- Да, но... – Мила тяжело выдохнула.

- Так чего ты дрожишь? – остановилась и обернулась я к ней, заметив краем глаза, как она передёрнула плечами. - Даже привычного блеска в глазах нет.

- Не знаю, - пожала она ими. - Не нравится оно мне.

- Что? Затмение? – подняв голову и найдя взглядом спутник, наполняющийся тенью, я же ничего странного не увидела. Или не захотела увидеть. Скорее последнее. - Обстоятельства его прохождения? Или как всегда предчувствие? – эх, не стоило о предчувствиях. Сейчас сама взвою и просто схвачу подругу за руку, рванув к дому – как раз почти к нему подошли.

- Всё это, - хмуро отозвалась Милка.

Ох, кажется, мне стало ещё более дурно от её слов. Пришлось всё же немного поторопить, уводя всё внимание соратницы в русло расслабляющего времяпрепровождения. Впрочем, ноги у меня дрожали так, что ступать твёрдо было ощутимо сложно.

Я несла всю возможную чушь, слушая шаги подруги и шуршание её одежды , даже не напрягаясь тем, что ответов мне больше никто не даёт. Мысли были только о приближении заветной двери квартиры. А зря! Зря не обернулась! Боже, я, наверное, всю жизнь себя буду за это корить!

Но я влетела в квартиру, продолжая разглагольствовать о том, что уже купила понравившийся ей в прошлый раз сет суши. И лишь когда за мной захлопнулась дверь – Мила никогда не хлопает дверьми, предпочитая осторожно их закрыть, - замерла. Замерла и прислушалась.

Всё тело сковало ужасом и покрыло холодным потом, а дыхание спёрло. Но силы обернуться я всё же нашла. Чтобы никого не увидеть в пустой прихожей.

- М… Мила? – голос резко осип.

В ответ была тишина.

- Мила! – а это уже вырвалось криком.

Полная тишина!

Если бы могла, то свалилась бы в обморок. Но страх чего-то уже неизбежно случившегося накрыл с головой. Я даже не сразу поняла, что вылетела обратно на улицу с мощным фонариком, который использовала, когда отключали неожиданно свет в доме. И пришла в себя, лишь остановившись точно на том месте, где мы обсуждали треклятое затмение, уже, наверное, десятый раз мной оббеганное.

Ни следа! Ни малейшего намёка на следы её кроссовок или борьбы, или, не дай, Господи, кровь! Всё выглядело так, словно я шла домой одна всё это время! Нет, нет, нет! Бред!

Выхватив телефон из кармана, принялась звонить подруге, как заведённая повторяя про себя «бред, бред, это полный бред». Даже не замечала, что говорю всё в слух. В динамике же прозвучало самое пугающее сообщение, после всем известного пиликанья:

«Аппарат абонента выключен или находится все зоны действия сеты».

Кажется, я поседела полностью.

Ещё бесцельно, будто в каком-то тумане, побродив по двору, вокруг домов, я вернулась в квартиру. Заперла дверь и, облокотившись на неё спиной, просто без сил осела на пол, тупо пялясь в одну точку.

Сидела так очень долго. И в итоге просто отключилась. Чтобы проснуться от громкой трели, слишком назойливо вторгающейся в пустоту без снов. Сначала даже не поняла, что же так пищит и мешает, но мозг быстро включился и выдал все события «до», заставляя вскочить и схватиться за телефон.

Глава 2.

Почти весь день прошёл в каком-то подвешенном состоянии. Я даже не понимала, что делаю и как, будто на буксире: ела, не ощущая ни вкуса во время еды, ни голода до этого, ни насыщения после, ходила бесцельно по квартире, снова ела. И так время подошло ко сну, в который я провалилась сразу, как повалилась на свой диван.

Впрочем, и следующие два дня ничем запоминающимся не отличились. Лишь мир вокруг словно потерял очертания и стал будто в белёсой дымке. Всё для меня стало как в тумане. Я даже не понимала, сколько сейчас время, что я делаю, где я нахожусь. А к началу третьего дня окончательно размылись границы дня и ночь.

Что это было за состояние, понятия не имею. Неужели настолько сильно меня подбило случившееся в роковой вечер? Наверное. Организм, а скорее всего психика просто перестала адекватно воспринимать реальность. По-другому я не могу объяснить, откуда в моей гостиной вместо чёрного с красно-бурым рисунком ковра плоское каменистое покрытие, с прорывающимися местами травинками. Почему через потолок бьёт такой яркий солнечней свет? А главное, почему в запертом пространстве квартиры так сильно разгулялся холодный ветер?

Я пыталась понять. Правда. А в какой-то момент плюнула на это и просто уселась на симпатичный едва прогревшийся на солнце камень, а потом и вовсе вырубилась.

Первым, что пробилось ко мне сквозь сон, был шум ветра. Его шуршание, рождаемое от соприкосновения с чем-то каменистым, иногда переходило в тоскливый вой, заставляя покрываться мурашками. Или не от этого?

Вторым стал холод. Господи! Как же мне холодно! Вот от этого я вся в пупырышках, и, кажется, меня начинает колотить. Брррр! Неужели забыла перед сном окно закрыть или даже дверь на балкон, а ночью так похолодало? Ничего не помню. Но если это так, то мне лучше стоить встать и закрыть всё от греха подальше, как говорится. Не хватало мне ещё заболеть к подступающим проверочным и зачётам!

С трудом разлепив глаза, я на секунда ослепла. Яркий свет бил напрямую в лицо, заставляя морщится от боли и прослезиться. У-у, жуть! Чего так ярко-то? И вообще, почему солнце встало на Западе – а моё окно именно туда и выходит, – и почему здания напротив его не прикрыли? А может я просто проспала до самого вечера? С таким ознобом не мудрено.

Прокряхтев, поднялась в сидячее положение и, заскользив куда-то вниз, больно стукнулась попой о голый пол. Холодный ветер тут же обласкал со всех сторон и забрался под одежду. Брр! Холодрыга ужасная! А ведь в этом году апрель довольно тёплый выдался, с чего так похолодало-то резко?

Мозг от понижения температуры работал в совершенно непривычном спросонья режиме. Он буквально завалил меня ужасающими фактами, пережитого мной кошмара. Сначала показал день, полный непонятных тревог, потом бесследное исчезновение подруги с странного звонка её матери на следующее утро. Далее и вовсе всё превратилось в кашу, но…

Резко распахнула глаза и обмерла от ужаса. Вокруг было только небо! Бескрайнее голубое небо с белёсыми мазками далёких облаков. Ну и серый камень обрыва, на самом краю которого восседала я.

Первым моим желанием было закричать во всё горло, но его перехватило от ужаса – я едва не свалилась с края! Вторым желанием, тут же воплощённым, стало быстрые отползание назад. Я даже развернулась и забралась на тот памятный камень, с которого, видимо, и съехала, проснувшись, но дальний его край встретил меня бездонной пропастью, заставляя замереть и смотреть ужасу пустоты.

Какого?! Как я… Куда я…. Где я… - мозг, кажется, закоротило от животного ужаса осознания – я чуть не погибла, беспечно заснув в этом месте! А уж как я тут появилась – это совсем другая проблема. И она всё больше требовала своего решения.

Вокруг только небо и этот маленький клочок земли. О том, как он тут появился и на чём держится, я правда старалась не задумываться. Слишком страшно. Вот мелькнёт эта мысль, а за ней сразу варианты. Например, что ветер слишком сильный и меня может сдуть, а может и скалу качнуть, и уже она не выдержит и рухнет под тяжестью своего веса.

Другая проблема показала свои зубки уже через час моего тихого паникования. Я на огромной скале, в километрах от края ближайшая плоская поверхность и… кажется, я хочу в туалет! От холода и спада адреналина в крови время наполнения мочевого пузыря уменьшилось, пропорционально увеличивая мои проблемы.

И как, позвольте узнать, мне сделать свои малые делишки без возможности тут же отправиться на тот свет? И жаль, что у проблемы был один мини-плюс – от напряжения в теле я хоть немного, но согрелась. А минус в том, что стоит от этого напряжения избавиться, как меня мгновенно проморозит, и здравствуй, болезнь!

Господи, почему, сидя здесь, я думаю о такой херне? О, да, думать о возможной болезни, когда ты на волосок от гибели, действительно нет смысла. Я всё равно помру раньше, чем меня прибьёт болезнь. И тут вариантов аж три!

Во-первых, я могу в любой момент сорваться вниз. Во-вторых, меня может одолеть холод и банальное переохлаждение. В-третьих, я просто помру с голоду и от жажды! Не буду же я жрать камни с травой и пить… не важно, такое даже мысленно делать не буду, проще со скалы попытаться спуститься и сорваться в итоге от бессилия.

А нет! Есть ещё и четвёртый - меня банально сожрут хищные птицы. Одна вон уже замаячила на горизонте. И, судя по расстоянию от меня до неё, она огромна! Боже! Меня просто схватят и сбросят на камни или заклюют прямо тут!

Глава 3.

Огромные тёмно-серые крылья за спиной этого недо-ангела дрогнули, когда мы встретились взглядами. Их словно судорогой свело, и мы едва не рухнули. Кажется, я даже вскрикнула и уже сама вцепилась в мужчину, оплетая его руками и ногами и прижимаясь всем телом.

Турбулентность, благо, длилась всего пару секунд. Ангелок смог уловить поток и снова размерено зашуршал крыльями, медленно планируя всё ниже и ниже. Но теперь меня держали уже как-то иначе, что ли. Одна рука оплетала талию, опустившись ладонью на бедро, а вторая плечи, прижав голову за затылок ближе к своему хозяину.

Впрочем, мужчина тоже стал вести себя по-другому. Он время от времени тыкался мне холодным носом то за ухо, то в шею, глубоко вдыхал и тут же опалял своим горячим дыханием.  А в целом полёт проходил в полнейшей тишине. Даже о желании в туалет почти забыла.

Я как-то о многом сейчас думать была просто не в состоянии. Меня больше волновали скручивающиеся в комочки от каждой «воздушной ямки» или лёгкого витка снижения внутренности. В такие моменты очень хотелось кричать от страха, но от эмоций и ощущений сил хватало лишь на ахи и задержку дыхания.

М-да, незабываемые ощущения! Не думаю, что после такого близко подойду к даже самому простому аттракциону, а что уж говорить о возможности других полётов – в том, что эти самые возможности представятся, у меня сомнений не было.

Пять минут – полёт нормальный. Абсолютно ничего нового не происходило. Мы так же продолжали плавно планировать, иногда слегка меняя траекторию, скорость или угол наклона полёта. Единственными минусами были холодный ветер и мои почти онемевшие от напряжения руки да ноги. А, чего мелочиться? У меня всё тело почти лишилось чувствительности, даже на выверты и всплески адреналина уже внимания не обращала.

- Потерпи, тиэли, мы почти на месте, - словно услышав мои мысли, пророкотал низким голосом ангел.

Ого, у меня аж мурашки пробежались под кожей, сбегаясь и оседая где-то в животе. Хотя очень жаркая стайка кучкой обосновалась прямо рядом с сердцем, удивительно приятно его согревая. Хм, странная какая-то реакция. Ненормальная.

- Н-на м-ме-сте? – попыталась переспросить я, но от напряжения тело задрожало, а зубы застучали, выдавая меня с головой. – И п-поче-му ти-тиэ-ли? Ч-что эт-то?

- Ты так замёрзла, - сокрушённо отозвался мужчина и ещё усерднее заработал крыльями, ускоряясь. И… кажется на мои вопросы кое-кто откровенно не ответил. Ну ладно, помолчу и дальше, не буду отвлекать. Вдруг это как с водителем: «разговорами не отвлекать - опасно».

Как не странно, но после этого небольшого диалога холод почти перестал ощущаться. Мягкое тепло обволакивало словно одеяло со всех сторон, проникало под одежду и нежно ластилось к телу, согревая. Оно было таким ненавязчивым, спокойным и лёгким, что мои мышцы стали непроизвольно расслабляться, а мозг, кажется, поплыл.

Оттого я не сразу поняла, что мы уже не летим, а стоим на твёрдой поверхности. Точнее, мужчина стоит, а я вишу на нём, как обезьянка на пальме.

Осознав своё положение, постаралась быстренько исправиться, но кто мне дал? Ангел только сильнее прижал меня к себе и зашагал куда-то. Нам то и дело кто-то встречался, но видеть я их не могла, только слышала. А когда мы вроде как должны были прочти мимо, то никого из-за могучего плеча и крыльев я не разглядела. Или может сбежали. Всё может быть.

Огромная каменная площадка для приземления быстро сменилась простеньким, но широким коридором без каких-либо изысков, а он уже в свою очередь перешёл в небольшую, зато уютную залу.

Она была почти вся отделала тёмной древесиной цвета едва ли светлее венге, в местах узорных элементов переходя в тёмно-вишнёвый. Полы, стены и мебель – всё было в одних тонах, но хорошо разбавлялись и золотыми вставками, ручками, ножками. Даже люстры и остальные светильники в основе своей имели кованные крепления словно из золота!

Из залы мы переместились сначала в очередной коридор, в этот раз выглядевший в стиле предыдущего помещения, а затем скрылись за крепкими двустворчатыми дверьми. Это помещение, если я правильно его распознала, было похоже на гостиную. Вон диваны, низкий столик между ними, камин с парой кресел перед ним и стол у большого окна с выходом на балкон.

Но и тут ангел решил не задерживаться. Прошагал в ближайшую дверь, и – ура! – меня наконец отпустили с рук, сгрузив прямо на что-то мягкое. Постель?

Осознав, что да, это постель, я попыталась вскочить, но уставшее тело только завалилось набок у самого края. Уф, благо не свалилась. Думаю, что этот ковёр мягкий только на вид – проверять на практике, да ещё и лицом, как-то не хочется.

Наблюдая за мной, мужчина хмурился всё сильнее. Он вскинул руку на уровень плеч и с кончиков его сильных пальцев соскользнула маленькая жёлтая искорка, тут же исчезая. Кивнув самому себе, ангел принялся ещё более пристально меня разглядывать, становясь от чего-то всё более нерешительным.

А мне с каждой минутой обоюдного молчания становилось всё больше всё равно. Здесь было тепло, тело и мозг слишком устали от всего пережитого за сегодня, а как итог – жуткая сонливость. Думаю, я бы и вырубилась, если бы не резкий зов малой природы.

Уф, сейчас описаюсь! – с этой мыслью я подскочила на ноги и потеряла бы равновесие, если бы не подхватившие меня под руки огромные ладони.

Глава 4.

В спальне нас ждал ещё один ангел. На этот раз со светло-коричневыми крыльями среднего размера. На его мягком лице прочно обосновалось беспокойство и лёгкое непонимание, с которым меня и окинули взглядом янтарных глаз.

Если присмотреться к этим двум ангелочкам, то мой в сравнении с этим скорее Архангел. Крупнее в мышцах, шире в плечах, выше в росте. Да даже крылья у него в сложенном виде до пола достают, а у этого только до середины его берда! – подумала я и тут же себя одёрнула, поняв, что только что, пусть и в мыслях, назвала этого неотёсанного громилу своим.

Пока я удивлялась и сокрушалась, Архангел осторожно уложил меня на кровать и, даже не взглянув на подчинённого, приказал:

- Проверь и исцели всё возможные проблемы.

- Слушаюсь, - покорно кивнул тот, подходя ко мне.

Но стоило ему наклониться и положить свою ладонь мне на грудную клетку, как раздалось самое настоящее звериное рычание. И ладно бы в комнате было животное, так нет, рык вырвался из груди серокрылого, заставляя коричневого озадачено замереть.

- Господин? – непонимающе обернулся он на Архангела.

- Не. Прикасайся. К тиэли, - прорычал тот.

Мне показалось, что его глаза резко посветлели, став почти мертвенно-серыми. Уф, жуть какая! Аж как от холода передёрнуло.

И вот опять это непонятное слово. Ну, для меня во всяком случае. А вот простой ангелок быстро что-то смекнул, взбледнул, осознал и, рухнув на одно колено перед главным, преклонил голову, выдавив:

- Приношу свои извинения, господин, и крыльями рода клянусь, что не помышлял ничего тёмного.

- Приступай к лечению, - тяжело перевёл дыхание гигант и как-то устало прикрыл глаза.

Дальше всё происходило в тишине. Надо мной простёрли руки, из которых изливался приятный бледно-зелёный свет, согревали им, заставляя тело и веки всё больше налиться свинцовой тяжестью. Хотелось просто закрыть глаза и уснуть, но творившаяся передо мной магия – это слишком удивительное явление, чтобы его пропустить.

Впрочем, смотря на это действо, я всё меньше считаю этих существ высшими духовными созданиями. Слишком материальны, слишком эмоциональны, слишком… в общем, слишком. Но если это не ангелы, то кто они, и где я?

Не, ну то, что не в Рай попала, - это я ещё на той скале поняла. А в смерть не поверила, потому что после неё точно не ощущаешь себя настолько сильно живой и со всеми вытекающими надобностями. Как в прямом, так и переносном смысле.

Хм, кажется, Мила как-то говорила после очередного прочитанного ею романа название крылатой расы, очень похожей внешне на ангелов. Как же их там? Аргли… Нет, не так начинается, но вроде точно на А или всё же на И? Илраны… Ирлины… О! Ирлинги! Точно!

А если они ирлинги, то…

- Вы ирлинги? – всё же решила уточнить я, а-то мало ли.

- Верно, тиэли, - кивнул серокрылый, сейчас как-то особо ревностно следя за руками и движениями подчинённого.

Угу, вариант моего перемещения в другой и явно магический мир можно считать полностью подтверждённым. Все аргументы в его поддержку, как говориться, на лицо. От чего где-то на краю сознания робко дрогнула мысль: «Может Мила пропала и тоже попала сюда?». Но было как-то страшно брать её на веру, страшно, если она не оправдается.

- А что это слово значит? – слишком странное, что на него так отреагировал коричневый. – Ну, тиэли. Вы называете меня так не первый раз.

- Тиэли – с нашего древнего языка имеет значение «второе крыло», но сейчас скорее можно перевести как «половинка» или даже «пара», - ничуть не скрываясь, ответил серокрылый.

- Вот как, - хмыкнула я вполне спокойно, хотя что-то внутри всё же напряглось. – Странный перевод. От чего он возник?

- Мы не можем летать без второго крыла, никто не может, - взгляд мужчины в этот раз засветились мягкой нежностью. Он точно знает, о ком говорит с такой поэтичностью.

- А вы встретили своё второе крыло? – спросила, а сама почувствовала, как неприятный червячок скользнул по сердцу.

Усмехнувшись чему-то своему, ирлинг всё же ответил:

- Верно, моя тиэли, - а пока я осознавала последние слова, он уже перевёл своё внимание на подчинённого. – Результат?

- Сильный стресс и усталость, а ещё переохлаждение дали явные последствия. Если бы не своевременное вмешательство, была бы отягощённая лихорадка, - чётко отозвался коричневокрылый лекарь. – Всё исправлено, магические каналы прочищены. Для полного восстановления Госпоже нужен хороший сон, плотное питание и энергетический обмен.

- Хорошо, - кивнул главный и взмахов руки отослал магического врача из комнат. А когда мы остались вдвоём, осторожно приблизился. Сначала сел на край кровати, затем лёг на бок рядом и прикрыл меня крылом.

Я следила за каждым его движением, но как-то отстранённо – боролась с закрывающимися глазами, хотя откровенно хотелось плюнуть на всё и поспать наконец.

- Спи, моя тиэли, - нежно отозвался ирлинг, смотря мне точно в глаза и умиротворённо улыбаясь. – Здесь ты в полной безопасности.

Глава 5.

Сознание медленно возвращало адекватное мышление, но всё никак не хотело отпускать такой удивительный сон. Мне они почти не сняться – закрыла глаза, вроде уснула и вот уже надо просыпаться. А тут так ярко, так жизненно!

Да, местами сон был страшный, но не смотря на самые опасные моменты я досмотрела его до логичного конца. И я чётко помню всё, что видела! Огромный мир, магия, удивительные существа – ирлинги! Даже интересно, а было ли в нём ещё какое разнообразие магической жизни? Наверное, только я этого уже не узнаю. Могу, конечно, додумать, жаль, что это уже не то.

Потянувшись и от всей души вытягиваясь на диване, я закинула руки наверх за голову по привычке. Тук! Руки на скорости врезались во что-то прочное, холодное и по звуку деревянное. Хм, такое в доме вроде нет.

Испугавшись, что уснула не там, где обычно, распахнула глаза и наткнулась на светло-бежевый потолок. Под ложечкой противно засовало от испуга – надо мной не мой потолок! Медленно опустила руки и помогла себе принять сидячее положение. От увиденного холодные мурашки побежали по телу.

Я не на своём диване, я на огромной кровати в совершенно точно не моей комнате! Да у меня в жизни не было такой роскоши, а уж об отдельной спальне в моей скромной полуторке и говорить нечего.

Осмотревшись вокруг, поняла, что мурашки по коже были не от испуга, а от реального холода. Поэтому опустила на себя взгляд. Как не заорала, один Бог знает. Скорее всего от того, что возмущение пересилило и просто сдавило горло. Я сидела в чужой комнате, в чужой постели и в одном белье! Когда и где я так отдохнула от души, что оказалась здесь?

Во-первых, я не пью до такого состояния никогда, и вообще не особо люблю. Алкоголь по сути своей горький, не люблю ничего горького. И если уж случалось, то старалась не больше одного бокальчика, растягивая его до конца вечера встречи.

Во-вторых, где это прекрасное здесь? Комната была мне смутно знакомой. Что удивительно. Всё же у меня не так уж и много знакомых, способных себе это позволить. А если совсем честно, таких вообще нет. Поэтому вопрос: как я тут оказалась? Хотя лучше спросить по-другому – кто меня сюда притащил?

От этого вытекает «в-третьих». Если меня сюда кто-то принёс, то кто? Ну, то, что это явно был хозяин сиих почти царских апартаментов сомнений возникало всё меньше. А вот кто именно их хозяин…

Почему-то в голове всплыл смутный образ из сна. Образ огромного крылатого мужчины с серыми глазами. Может он мне приснился, потому что мозг запомнил этого самого хозяина? Тогда не удивительно. Думаю, я бы даже влюбилась, будь прототип хоть немного похож на творение моего сна. Но сон – не реальность. Жаль.

Продолжая думать в таком же ключе, чтобы сильно не впадать в панику, я осторожно начала сползать с кровати, попутно кутаясь в одеяло. Ох, хорошо, что оно ещё хранило моё тепло, а то околела бы! Ну, стопы о холодный паркет точно обморозила, когда слезла. Брррр! Ледянющий!

Переминаясь с ноги на ногу я прошлась по комнате, заглядывая во все ближайшие двери. За одной из них нашла огромную купальню, тоже подозрительно знакомую, за второй гардеробную, а за третьей, как я додумала сама, решив пока не приближаться, явно был выход. Туда я не пойду в таком виде, а вот одеться не мешало бы. Надеюсь, хозяин вещей против не будет – мои же он куда-то дел, а замену не предоставили.

Смотрела на вещи я с какой-то отчуждённостью с примесью озадаченности. Они все были огромными, что подтверждало мои догадки о немалых размерах тела их владельца. Так или иначе моих вещичек тут тоже не нашлось. Что ж, буду пользоваться тем, что подойдёт.

Выбрала первые попавшиеся штаны из плотной чёрной ткани, тёмно-серую рубашку без каких-либо особенностей, а вот с обувью возникли проблемы. Тут были и сапоги всех размеров и видов, и что-то похожее на ботфорты, было и подобие берц, даже что-то отдалённо похожее на кроссовки, но с очень высоким голенищем, почти до середины икр, и из кожи.

Честно, я бы от обуви не отказалась, но на меня точно ничего не было. Каждая пара, увиденная мной, была просто огромной! Размера явно сорок шестого, если не больше. Не с моим тридцать седьмым такое надевать. Жаль, что и без обуви не комильфо.

Повторный пробег по полочкам также ничего не дал. Зато уже одетая мало-мальски я вышла обратно в спальню и направилась к выходу. Только уже у дверей затормозила, расслышав голоса с той стороны. Говорят вроде двое, оба мужчины. В первом низком голосе почему-то узнала хозяина сие места. А вот второй… гость?

Его голос был очень мягким, глубоким. Сложно дать ему точное название, я бы сказала, что он ниже тенора, но выше баритона. Прям самая серединка. И такой мелодичный! Боже, да обладателя такого голоса в медиа-индустрии и шоу-бизнесе на руках бы носили от передачи к передаче да по концертам со съёмками.

Я так заслушалась, что не заметила, как дыхание задержала. А поняла, когда стали слышны приближающиеся шаги. Сильные, уверенные – хозяин идёт! Мне отчего-то стало неловко, заставляя отойти назад к кровати. Даже на мгновение появилось желание снова забраться в неё и спрятаться под одеялом.

Поздно! Дверь открылась, и в проёме застыл озадаченный великан. Нет, действительно великан! Он еле поместился между косяками шириной своих плеч, загораживая проход своему гостю и меня от него.

Глава 6.

Комната погрузилась в тишину. Мужчины молчали поражённо, а я просто от того, что сказать что-нибудь ещё было боязно – ляпну, а они в обморок сваляться. Не, мне этого не нать - такую красоту портить падениями.

Помолчали минуту. Вторую. На третью у меня начали конкретно подмерзать пальцы на ногах, а к началу четвёртой и стопы.

Мои переминания пальцами и поджимания ими не остались незамеченными. Пара хлопков ресницами, и обе стопы утонули в огромных и, главное, горячих ладонях мужчин. Эльфу досталась левая нога, ирлингу – правая. Жар стал быстро подниматься вверх по всему телу, пока не перешёл и на щёки.

- Обувь не нашла, - неловко буркнула, отводя глаза от прекрасного зрелища. Сильные мужчины в подобострастной позе преклонения – это едва ли не заветная мечта многих женщин, не то, что такой маленькой меня. Мечтать побаивалась, а получив желанное, растерялась. И не знаю, продолжать откровенно наслаждаться или отобрать свои ноги, всё же они совершенно левые мужики… вроде как.

- Одежду… - начал было Гэлд, но я перебила:

- Прости, что взяла, своей тоже не отыскала.

Серокрылый словно засветился изнутри. Глаза снова стали очень яркими, ладони же - почти стальными, благо не давил, а то ногу бы переломал тут же в считанное мгновение. Ещё пару мгновений спустя мужчина скрючился и коснулся лбом колена со своей стороны. Одна рука отмерла, забралась под широкую штанину и теперь поглаживала, массируя и разгоняя кровь.

Что я опять не так сказала? Нет, всё! Молчу по максимуму или пока не приспичит узнать спорные вопросы. А вот этих самых вопросов становиться всё больше и больше в голове. Прям бери и список составляй! Но сначала, думаю, стоит познакомиться.

- Кхм, - кашлянула я, привлекая их внимания. Так сильно увлеклись ногами, что полностью ушли в поглаживания, передачу тепла и рассматривания. А ведь я педикюр больше месяца назад делала! Позорище! Стыдоба! Но это потом.

- Першит в горле? – озаботился взволновавшийся эльф.

- Нет-нет, просто… - на знаю, как сказать, поэтому возьму самое банальное представление из банальнейшего. - Меня зовут Ирина. Белянова Ирина.

Парочка слушала внимательно, а стоило закончить, задумались. Каждый явно о своём.

- Белянова, - повторил ирлинг. – Это имя твоего рода?

- Ну, можно и так сказать, - кивнула, - мы называем его фамилией.

- Ири, - прошептал мягко Рэин – так его назвал крылатик, надеюсь, и я могу. Мужчина поднял на меня очень пронзительный взгляд. Заглянул точно в глаза, да так остро, что достал, казалось, до души. Эльф всматривался, будто искал что-то, а отыскав, выдохнул через плотно стиснутые зубы.

- Что не так? – поинтересовался Гэлд.

- Нет, - отмахнулся остроухий. – Просто удостоверился в своих мыслях. Ири, - посмотрел на меня теперь прежним мягким взглядом, - расскажи, как ты оказалась здесь?

- Меня он принёс, - кивнула головой в сторону ирлинга.

- А на той скале, где он тебя нашёл, как оказалась? – продолжил эльф, не цепляясь к странности моего ответа. А что? Сам просил некоректно – каков вопрос, таков ответ. И приятно, что не указал на это, принял и понял.

- Если тебя туда кто-то принёс, не прикрывай его. Честно опиши, - вмешался хмурый серокрылый. – То, что он сотвор-р-рил, нельзя спускать с р-р-рук! – ну вот, снова рычит.

- Никто меня туда не закидывал, - пожала плечами. – Сама оказалась. Не знаю как. Была у себя дома, а потом как-то оказалась на скале, - и честно попыталась вспомнить самый момент «переноса», но ничего не приходило на ум. Только белое марево, и плывущие от него мозги.

- Что-нибудь случилось до этого? Происходило что-то опасное или страшное, что могло спровоцировать перенос? – уточнил эльф, заметив мою задумчивость.

- Случилось, - согласилась я, заново прокручивая тот злополучный вечер и последовавшее за ним омерзительно-странно утро. – У меня подруга пропала.

- Пропала? – переспросил Гэлд. – Сразу перед тобой?

- Нет. Кажется, дня два или три прошло, - я, правда, попыталась подсчитать, но в те моменты всё казалось смазанным, нереальным.

- Кажется? – не понял ирлинг.

- Ты не помнишь? – насторожился эльф.

Чтобы они перестали допытываться до каждого слова, я пересказала всё, случившееся с момента нашей с Милой встречи, настолько детально, насколько запомнила сама. И комната снова погрузилась в тишину.

И всё же Рэин задал последний вопрос:

- Твою подругу звали Мила?

И он произвёл эффект взорвавшейся бомбы! Я вырвала у мужчин свои ноги, подскочила к остроухому, буквально схватила его за плечи и едва не встряхнула:

- Ты видел её? Она тоже в этом мире?

Странно, но мне не ответили. Осторожно взяли за мои плечи, мягко отстранили и со словами: «Гэлд, пора обедать, Ири голодна», - поднялись на ноги и вышли прочь.

Я бы возмутилась такому странному поведению и следом побежала, но на всю комнату раздалась серенада умирающего кита. О да, я голодная. Но разве сейчас есть время на еду, когда такой важный для меня вопрос проигнорирован, а знающий на него ответ просто взял и ушёл?

Глава 7.

- Пятеро! – вырвалось, наконец, из меня. Благо не сдавлено, а очень даже громко. Даже люстра зазвенела, хотя раньше никогда не отличалась сильным голосом. – Ещё пятеро! Это шутка такая? – лицо мужчины не изменилось. – Не шутка, - тяжело выдохнула я. – Но как такое возможно? Нет, я понимаю истинность и её неразрывность, даже обречённость, но… Семеро! Семь истинных! Я была бы даже на двоих вас согласна со скрипом, раз выхода ни у вас, ни у меня не было, но семь… Как такое возможно?

Гэлд слушал, внимал, но не вмешивался, давая мне, видимо, выкричаться и чуточку прийти в себя. Вот не знаю даже, спасибо сказать или кинуть в него что-нибудь, чтобы не был так спокоен, пока я негодую!

- Разве парность – это не встреча и слияние двух половинок душ? – решила я зайти с другой стороны. – Я что, настолько бездушная, что нужно ещё семь частей?

А это его сдвинуло! Мужчина мгновенно подскочил с места, оказываясь на коленях у моих ног, обнимая их и заглядывая с каким-то отчаянием в глаза.

- Не говори так, тиэли. Никогда не говори о себе так ужасно. Ты самое прекрасное и чистое, что я видел в своей жизни, и, поверь, я видел многое. И если тебе даны все мы, значит, ты очень, очень, очень важна для этого мира, для наших, а теперь и твоих, Богов. И Они просто хотят тебя защитить настолько, насколько это возможно.

- Навязав мне семерых незнакомцев? – выдала и тут же себя чуть не ударила – не хотелось делать ему больно. Но ирлинг словно и не заметил моего острого и весьма явного сарказма.

- Мы познакомимся, - улыбнулся он, да так мягко, успокаивающе, счастливо, что у меня сердце чуть от умиления не остановилось. – Шаг за шагом, разговор за разговором будем узнавать друг друга. И, если ты позволишь, однажды, мы станем чуть больше, чем просто связанные узами парности, - с этими словами мужчина взял меня за руки и осторожно поцеловал центр каждой, а потом вжался в них лицом.

- А разве парность – это не полная предназначенностью друг другу? Разве не буквальное замужество? – сама спросила и вздрогнула от ещё одного осознания – я замужем за семерыми!

- Возможно, душами мы подобны супругам, но я имел в виду сам брачный ритуал, - пробубнил серокрылый, не отрываясь от моих рук и даже потираясь о них время от времени.

- Подобны? – уцепилась я за слово, показавшееся мне странным.

- Перед ликом Богов мы станем полноценными супругами только после Слияния, - было мне ответом.

Мозг заскрежетал слегка проржавевшими шестерёнками, пытаясь найти для меня значение этого «Слияния», а то я могла подумать об одном, а он имел в виду совсем другое.

- Я правильно тебя поняла, - осторожно начала я, - Слияние – это интимная близость, от которой получаешь удовольствие и появляются дети?

- Правильно.

А нет, я поняла всё вполне конкретно. Мозг пиликнул сообщением об ошибке и едва не задымился. Всё, что смогла в этот момент я, - это с явным трудом перевести дыхание. Что не осталось незамеченным со стороны недо-мужа.

- Не пугайся так, птичка, - вскинулся с обеспокоенностью он. – Тебя никто не посмеет заставить пойти на Слияние. Тем более тебе не стоит волноваться о близости с нами. Пока не соберутся все остальные, пока не произойдёт брачный ритуал, мы не тронем тебя в столь пугающем для тебя понимании. И не потому, что не хотим и не захотим – это невозможно, а потому, что для тебя это слишком опасно.

- Опасно? О да, семь мужчин на одну меня – это очень опасно, - выдавила я, даже бы посмеялась, если бы могла.

- Мы для тебя неопасны. Захочешь одного – будет один, остальные будут ждать твоего решения и, если захочешь, очереди, - мягко возразил ирлинг. – Просто ты нетронута, тиэли, - а уловив моё непонимание, пояснил: - Ты – девственница.

У меня лицо словно опалило вместе с ушами и шеей от дикого смущения. Спасибо, такую свою особенность я знала и без него. Но не успела я и слова сказал, меня перебил появившийся в гостиной вернувшийся к нам Рэинтил:

- На девственной части женщины лежит определённая печать защиты её источника магии. И чем сильнее дева, тем сильнее эта печать. «Непосильного» мужчину, решившего её «преодолеть», она может убить, а женщине доставить ужасную боль, которая может лишить её магии, а иногда даже жизни. А ты о-о-очень сильна, тайхали. Очень.

Да, перспектива та ещё! И… Вот это метод предохранения от до- и внебрачных связей! Да тут себе дороже под мужика падать, если не уверена хотя бы чуток в нём! Жуть какая!

- Со мной связался Тирграш, - ответил Рэин на вопросительный взгляд Гэлда. – Его сын уже сутки не приходит в себя после, а до этого - с самого Сна Ларпии - был сам не свой, словно обезумел – поломал себе все кости и повредился едва ли не весь. Пришлось вызвать для него Эльтила, сам я сейчас мало что могу, - с этими словами эльф сел на второе свободное рядом со мной место, прежде быстро налив себе суп.

- Разум цел? – Гэлд был напряжён ещё с самого начала новостей. Может, это их общий друг? Тогда это очень плохие для них новости. Неудивительно теперь, что Рэинтил так быстро куда-то сорвался.

- Пока не ясно. Эльтил пришлёт мне вестник сразу, как закончит лечение и ментальный осмотр. Хотя, думаю, скорее всего он для этого позовёт Ритилу, - пожал плечами эльф. Больше он не сказал ничего, полностью отдав себя еде.

Глава 8.

Запив пироженку прохладным напитком, очень похожим на вишнёво-смородиновый морс, я попыталась ещё и затушить это противное чувство. Возникало такое ощущение, словно изжога начинается. Вот только не в желудке, а в районе сердца. И всё равно так же противно.

Благо моих еле сдерживаемых кривляний никто не заметил. Рэин как-то странно смотрел в пустоту перед собой, а Гэлд застыл в ожидании того, что будет делать или говорить после своей прострации эльф. Может это то самое «сообщение», которое тот ждал от своего коллеги? В любом случае, для меня сейчас это было хорошим прикрытием. Даже ещё один бокальчик морса выпила, стараясь делать это спокойно, а не залпом.

Ярко-бирюзовые глаза блондина вернули себе осмысленность и остроту ещё через минуту напряжённой тишины. Но судя по его серьёзности, не стоит ожидать приятных новостей.

- Эльтил сделал всё, что мог. Тело Канреса исцелилось без неприятных дальнейших последствий. Магический осмотр так же не показал никаких следов воздействий ни ядов, ни заклинаний, ни проклятий – ничего! – точно и чётко стал рассказывать Рэинтил, не размениваясь на описания. Только факты, пусть я их понимала с тем грузом книг, что успела прочитать за свою не такую уж долгую жизнь, но... почему меня что-то тревожит в услышанном? Потому, что не бывает дыма без огня? – Ритила тоже ничего не нашла. Разум цел, он словно впал в спячку, подобную трансу. И снова ни единого следа постороннего или его собственного воздействия.

Мужчина сложил руки на стол и переплёл пальцы замком, хмуря тёмные брови. Как странно пошутила Природа – платиновый блонд и чёрные брови. Вроде красиво, ему идёт, но как так получилось? Магия? Гены?

- Ни магического, ни ментального воздействия, - повторила я про себя, поставив пустой бокал слишком громко, что заставило Рэина оторваться от созерцания собственных рук и посмотреть точно на меня. Как бы странно это не звучало, но за всей серьёзностью и внимательностью на его лице в его глазах я увидела мягкость и восхищение. Он словно наслаждался тем, что видел. Может от того, что, как сказал Гэлд, я и его пара?

Но я отвлеклась от мыслей. А они сейчас должны найти зацепку, что так упорно ускользала. Кажется, если хорошенько припомнить, то Мила часто говорила после прочтения романов, что человек – да многие существа в принципе - состоит из трёх частей: тело, разум и душа. И что-то из этого всегда страдает, отчего идёт влияние на остальные две. Бывает даже так, что это самое влияние совершенно незаметно!

- Могу я кое-что уточнить? – осторожно поинтересовалась я у недо-мужей. Те кивнули, всё это время не упуская возможности меня «оглаживать» едва ли не любящими взглядами. – У вас очень сильна вера в Богов? – вопрос их явно озадачил – Гэлд нахмурился, а Рэинтил озадаченно вскинул брови. - Ну там… Они создали всех нас, и мы носим в себе их частичку, называемую душой и тому подобное… нет?

- Ты права, мы верим в наших Богов, потому что Они реальны и являют себя и свою волю через многое, что нас окружает. Главное - заметить это. Иногда и замечать не приходится, настолько всё очевидно. А для невидящих и непонимающих есть жрецы и оракулы, которые могут помочь разобраться, - ответил мне ирлинг. – Но тебя беспокоит не это, а сам факт нашей веры, я прав?

- Да. Было бы сложно объяснить мои мысли, не верь вы в Богов, - усмехнулась я, хотя было немного несмешно.

- В вашем мире не верят? – проницательно заметил Рэинтил.

- Верят, но их так мало. Так вот, - отмахнулась от ненужной сейчас информации, - я вспомнила, что подруга как-то сказала о трёх составляющих нашей сущности. Каждое существо имеет их, даже самое злое и испорченное, - сказала и тут же столкнулась с одной стороны – от ирлинга – с непониманием, а с другой – от эльфа – с настороженностью. Кажется, он уже начинает понимать, к чему я клоню всё это время. – Это тело, разум и душа. Если что-то задето, то остальное тоже страдает в той или иной степени. Иногда незаметно, а иногда почти смертельно.

Рэинтил едва дождался конца фразы. Вскочил на ноги, чуть не опрокинув стул, а потом быстрым широким шагом направился к окну. Удивительно властный взмах руки, и с кончиков его пальцев срывается стайка серебряных искорок. Они сделали прощальный круг и вылетели в раскрытое окно.

Ого! Очередное проявление магии заставило меня затаить дыхание. Хм, что это были за искорки? Может, это что-то на подобии того вестника, о котором мужчина упоминал? Типа магическая смс-ка? Круто! Интересно, а как быстро она долетает до адресата?

- Как думаешь, кто мог тронуть душу? Это вообще возможно? Если окажется, что Ири права, а в этом я почти не сомневаюсь, ни один жрец, мало-мальски имеющий сильную связь со Светлыми Богами, не сможет помочь, - хмуро отозвался Гэлд, приняв свою любимую позу.

- Никто не сможет, - отозвался от окна Рэин. Эльф так и не повернулся к нам. А по его слишком уж прямой спине мне было много понятно. Всё же даже сын хорошего знакомого имеет для них не простое значение. На сердце становится даже чуточку лучше.

- А его пара? – почему-то спросила я, расценив свои ощущения от переживаний мужчин и их прекрасного морального облика в моих глазах именно как действие нашей парности на меня. Вот и подумалось… - Его пара может ему помочь?

Эльф резко развернулся, как-то задумчиво на меня уставившись. А вот Гэлд помрачнел ещё сильнее. Неужели…?

- У него не пары, - глухо и даже как-то хрипло выдал крылатик. – И никогда не будет.