Пепел любимых роз

Пролог.

2021 год. Аэропорт Бургас, Болгария.

На часах 15:00. Рейс 3504 только в 16:35. Казалось, пройдет ещё целая вечность перед тем, как я снова вернусь домой.

Дом. Дом? Я уже позабыла, его подлинное значение. Говорят ведь: «Дом там, где ваше сердце». А что, если сердца уже давно нет? То, самое чувство, когда вдыхаешь кислород, а он тебя душит в ответ, сжимает горло, будто в насмешку, как тебе когда-то нравилось. И вместо страстного удовольствия ты получаешь темноту в глазах. Кружится голова, дрожь мелкой походкой пробирается по рукам. Они слабеют, роняют предметы, цепляются за одежду, оставляя мокрые следы. Это называется болью. Душевная боль всегда выводит нас из равновесия, лишает самообладания и рассудка. Даже самых сильных, властных людей, сгибает пополам и не даёт сдвинуться с места.

В наушниках Zivert «Многоточия». Этот проникновенный голос, впитывающийся в каждую частичку и клеточку тела, оглушает мысли. «Нужно уметь отпускать», — поётся в песне, и я, глотая мучительные, солёные слезы обдумываю эту фразу. Пытаюсь прочувствовать на вкус, свыкнуться с одиночеством. Или свободой? Наверное, я никогда не была одна. Вечно кто-то клялся в любви, обещал звезды с неба. Сколько же всё-таки фальши в людях. Она есть во всех, и во мне тоже. Нельзя же винить людей во всех грехах, а себя считать святой?

Мы постоянно друг другу врём: «какую прекрасную музыку ты слушаешь», «как же ты хорошо готовишь», «я так тебя люблю». А почему? Потому что кто-то не применено, обижается на правду. А ведь было бы легче, если люди не лицемерничали. Особенно тяжело, когда твоя «бескорыстная, огромная любовь», оказывается, лишь тенью маленькой влюблённости во внешность, сексуальность, или чувство юмора, или те самые ямочки на щеках, или мягкость волос, в которые зарывалась ладонями.

Что же тогда любовь? Один человек как-то сказал: «Я тебя любил, но лишь какой-то промежуток времени. Она у всех разная. И каждого человека, мы любим по-разному». А я думаю, что он любил меня, пока, ему было удобно и хорошо, но послушайте, нельзя быть с человеком, только тогда, когда всё замечательно, а при наступлении первых трудностей, спасаться бегством. Это неприятно, грустно, тяжело. Вы клянетесь во всепоглощающем чувстве, а мы потом, скатываемся по стенке, заглушая стоны, прикрывая губы и стирая слезы со всего лица. Мы не спим ночами, вспоминая тональность голоса, и то, как губы, касались шеи. Дело ведь совсем не в сексе, а в привычке быть рядом. Некоторые, уходя, полностью закрывают дверь, другие захлопывают, а третьи, тихонечко, на носочках растворяются в темноте, будто их и не было в вашей жизни. Таких пережить сложнее. Ты сидишь на полу, запиваешь горечь алкоголем, разглядываешь квартиру и думаешь: «А ты вообще существовал? Вдруг я просто придумала наш смех и танцы до утра?».

И так со мной было на протяжении долгих лет. И не всегда дело касалось любви: я теряла и друзей, знакомых, просто проходящих приятных людей. И была виновата сама. И никогда человек не поймёт, что виновен, пока, сам не осознает, что делает что-то не так. Делает что-то не так с собой, со своими поступками. Все мои конкретные действия вели меня совсем не к той цели, которую я себе поставила. Они всегда вели меня к подсознательному решению, вернуться домой.

Я включаю музыку громче, и в последний раз вдыхаю болгарский воздух на балкончике. Он совсем даже не особенный, и не витает в нём сладких ароматов. Он просто мой. Есть ненормальные привязанности в отношениях, а моя к чужой стране. Ко всем вымощенным камнями дорогам. К цветам и деревьям, на которые, так не, кстати, просыпалась аллергия. К каждому закоулку, магазину роз, декоративной скамейке в виде лодки или книги. К морю. О, то, чувство, когда ты не слышишь собственные рассуждения в голове, благодаря шуму волн. Словно тайная радиоволна, она проникает вглубь твоего сердца и остается там навсегда.

Я затягиваюсь очередной сигаретой, уже не сдерживая слёз. Кто-то мог меня видеть в аэропорту, а кто-то не знал, кто я, и почему, я так расстроена. Вокруг меня, одни туристы, приятно отдохнувшие здесь пару недель. Хотелось закричать: «Я потеряла свой билет домой, 8 лет назад». Мне вспомнился, каждый человек, который буквально прошёл через меня и мою душу. Сколько любви, искренности и доброты, я отдала им. Вероятно, они все и поделили меня по частям, а мне самой ничего не осталось, кроме удушающей пустоты. Той самой, от которой не убежать, не скрыться, не запить. Она обволакивает меня, словно отдельный сосуд, отделяющий от мира. Хотя пустота лучше, чем страдание и мука. Она приходит уже тогда, когда всё перегорело, сгорело, а пепел чувств сам развеялся в воздухе.

Часть 1.

"Жизнь состоит не в том, чтобы найти себя. Жизнь состоит в том, чтобы создать себя." — Джордж Бернард Шоу.

Глава 1. Детская наивность.

Москва, Россия. 2013 год.
Бар Б2.

- Я вас поздравляю, мои дорогие, — заулыбалась Леся, поднимая бокал темного пива.

Вокруг царила безмятежная, приглушенная атмосфера. На сцене музыканты настраивали гитары, мягко перебирая струны. Посетители бара перешептывались о своих делах, рассказывая последние новости из жизни. За столом, в самом дальнем, темном углу, запивая гренки, смеялись трое друзей. Их смех, как колокол лился по залу, а затем утопал в центре, еще пустующего помещения.

- Выпускной, — довольно ответил лучший друг, ласково потрепав её по щеке.

Она недовольно фыркнула, но тут же бросилась в его объятия. Розовое платье, слегка всколыхнулось, приоткрывая длинные, стройные ноги.

- Не могу поверить, что мы окончили школу, — добавила Анна, что-то, яростно набирая на экране телефона. Её чёрные как ночь волосы, собрались на затылке в высоком пучке, а тоненькие кудряшки, обрамляли округлое лицо. Она оглядела друзей, из-под неестественно длинных ресниц, утвердительно кивая. - Можем обсудить дальнейшие планы на жизнь? – пожала плечами девушка.

- Не стать алкоголиком, — допивая пиво до дна, рассмеялся Паша.

Он нарочито внимательно, поправил ворот белой рубашки и придвинул очки. Леся снова расхохоталась, не сдерживая радости. Оглядевшись, она ловко перепрыгнула на другой диван и поцеловала в щёку Аню. Та, улыбнулась уголками рта.

- А ты?

Подруга наклонила голову набок и цокнула языком.

- Думаю, я выйду замуж, рожу ребенка и стану, самой лучшей и счастливой женщиной на свете.

- Хороший план, — подмигнул Паша, заказывая очередную порцию алкоголя.

Был поздний вечер. За окном город уже окутывал ночной холодок. Темнота будто бы пробралась с улицы, забираясь в помещение. Огоньки люстры загадочно мигали, почти не освещая столов. Это тот момент, который запоминается навсегда. Школа остается позади, как и все твои знакомые, учителя, легкомысленность. Ты стараешься верить в то, что скоро твоя жизнь, изменится навсегда.

- А я переезжаю, — прошептала Леся.

В ней смешивались различные эмоции: грусть о расставании с друзьями и смены обстановки, радость, нетерпение и вера в будущее. Казалось, впереди, ждет что-то особенное. Та, самая искра, которой не хватало, и о которой она читала в любовных романах. Всю сознательную жизнь, оставалось впечатление, что она не там, где должна находиться. Что, где-то, ждет её личное чудо.

- И когда ты собиралась нам сказать? – огорчилась Анна, наконец-то откладывая телефон в сторону.

Она старалась сдержать злость, но скривившийся носик, выдавал настоящие чувства. Леся глубоко вздохнула.

- Хотелось, чтобы этот вечер не был омрачен, моим переездом.

- Куда? – буркнул Паша, всё больше углубляясь в себя.

Ему больнее, чем подруге. Его необоснованная привязанность, снова травила ему кровь.

- Не поверите, — широко улыбнулась Леся, разводя руками. – В Болгарию. У меня будет европейский диплом, целое обучение болгарскому языку, новые приятели. Это так заводит.

В её светло-голубых, как летнее небо глазах, загорелся азарт, сменяющий влюбленность. Она ждала эту поездку, словно спасения. В ней вечно царил хаос и неуклюжесть, что вызывало умиление и симпатию. Необыкновенный шарм, воспитанность, дикое и страшное воображение. Девушка-катастрофа. При этом она, одна из не многих, кого совсем не интересовали деньги, материальное положение, квартиры в центре Москвы, дорогие машины. Залог удачливых отношений или дружбы с ней – это искренность, чувство юмора, простота.

- Ты просто авантюристка.

- Ты любишь приключения. И надолго ты туда?

Леся начала что-то считать, затем отмахнулась и прощебетала:

- Думаю, на несколько лет. Закончу обучение, вернусь домой, совсем другим человеком. Образованная, умная журналистка.

- Только не зазнайся, пожалуйста, — притворно всхлипнув, попросила Аня. В её широких, зеленых глазах, заплясали веселые огоньки. – Потом будешь вспоминать, что у тебя, когда-то были лучшие друзья, которые поддержали тебя, в твоем решении.

- Да, только решение не моё, — скривилась Леся. – Я не хотела уезжать, но аргументы родителей, просто бесподобны.

- Какие?

- Потому что мы так сказали, — прыснула девушка, хлопнув друга по плечу.

Её смех заражал окружающих, воспарял в воздухе, оставался в памяти. Паша слишком долго и пристально вглядывался в её лицо, пытаясь запомнить, каждую чёрточку, вызывая неловкость и румянец на щеках.

-Ты же знаешь, мы тебя любим и будем ждать, — серьёзно произнесла подруга.

— Это долгий срок, — не сдерживая тоски, заметил друг.

Он, как бы невзначай, коснулся её, свободнолежащих на коленях, пальцев, укоризненно сжимая их. Леся попыталась высвободиться, но движение вышло сухим.

- Я понимаю. Постараюсь приезжать, как можно чаще. Или вы ко мне.

-В Болгарию я бы полетела, — мечтательно протянула Анна и снова начала разглядывать экран мобильника.

- Буду звонить, писать, ещё устанешь от моих сообщений, — уверила Леся.

Она сдалась напору лучшего друга и села рядом, пытаясь поймать его взгляд. В этих серых потаённых облаках, окружающих зрачок, отразилась преданная любовь. Уже два года. Для некоторых – это маленький срок, но для тех, чья любовь невзаимная, — целая вечность. Заметив, что Аня, физически даже не присутствует в данный момент рядом, и все её мысли адресованы любимому мужчине в телефоне, она нагнулась к Паше и зашептала:

- Тебе так будет лучше, ты же сам понимаешь. Я уеду, ты отвлечёшься, найдешь чем заняться. Гляди, и все чувства пропадут, остынут. Я уже объясняла, что ты мне, как старший брат, который всегда заступится, выслушает, поймёт. Прошу тебя, не заставляй меня, постоянно возвращаться к этому монологу.

Друг внимательно слушал, периодически кивая, но по физиономии разгуливали рассеянность и ветер. Он не слышал, погружаясь в её голос, как любимую магнитофонную кассету.

Глава 2. Город роз.

Бургас, Болгария. 2013год.

Когда они приземлялись в аэропорт Бургаса, в наушниках играл The Weekend. Подходящая музыка, для полнейшего восхищения. Она смотрела в окно зеленого самолета, вниз. Там смешивались все цвета: коричневые, красные, синие. По мере приближения вырисовывались первые картины природы. Болгария. Леся, никогда не думала, что окажется в этой стране. На трапе, голые плечи, сразу же ощутили знойный ветер, и первые летние лучи жгли кожу. Она, прищурившись, вглядывалась в совсем крошечный аэропорт: стеклянные двери, сдержанные лестницы, лавочки по краям, между которыми, росли, такие же малюсенькие пальмы. Их листья, приветственно шуршали и переливались.

Такси направлялось в гостиницу района Сарафово. Леся, не переставая, разглядывала каменные улочки, заборы, отдавшиеся власти цветам. Дикие розы всех оттенков, отметили свою территорию, змеились, ластились, распускались. Их огромные лепестки изнывали от сухого климата, но боролись, будто, крича о своей красоте.

— Это страна роз, — сказал отец, наблюдая за дочерью. – В каком-то городе даже проводят фестивали по собиранию лепестков. Из них потом делают шампуни, духи, масла.

— Это прекрасно, — прошептала она в ответ, сглатывая ком.

На глазах выступили, еле заметные слёзы. Есть же такое чувство, когда, смотришь на что-то великолепное, и слова не нужны. В этом районе предстали виды низеньких домов, стоящих вплотную друг к другу. Над ними возвышались уютные гостиницы, полностью заполненные зеленью. Если бы Рай существовал, его можно назвать Болгарией. Вокруг тишина, нарушаемая лишь шумом Чёрного моря, и криками чаек.

- Только посмотри на этот вид, — попросила мама.

Она крепко обняла дочь, поглаживая её по спине. С четвертого этажа отеля они долго всматривались в даль, где бушевали волны. Окрас воды вдали сливался с красками чистого, голубого неба. Их отделяла лишь вымощенная кирпичом дорога, и высокие деревья, распахнувшие толстые ветви по сторонам.

- Пойдёмте купаться, — умоляла Леся, раскидывая вещи из чемодана на кровать.

Это переломный момент жизни. Когда пальцы, впервые коснулись горячего, рыхлого песка. Он оставался на коже, а невидимые крупинки, как стразы, поблескивали при ходьбе. Жар отпечатался на пятках, а по телу разлилась приятная прохлада ветерка. В нос ударил сильный запах соли и водорослей, впитывающийся в волосы и одежду.

Леся бросилась в воду, даже не привыкая. Та, оказалась теплой и ответила волнами, накрывающими с головой. В ладонях остались белые, почти невидимые в размерах ракушки. Она проплыла пару метров, затем легла на мокрый песок у берега, тяжело дыша. На берегу, то и дело оказывались причудливые камушки, быстро возвращающиеся в море. Люди вокруг брызгались, кричали, но её будто здесь не было. Не существовало. Она влюбилась в это спокойствие. Море полностью уносило разум, далеко за пределы сознания. Сколько же тайн на его глубинах, так же, как и в людях. Подводные камни, скрытые опасности. А соединившись с человеком, они получали взаимное удовольствие.

Вечер, они провели в ресторане. Всё в новинку. Официанты пытались говорить на русском, но сам болгарский язык, вызывал смех и удивление. Он походил на русский и украинский, и одновременно, не походил ни на один. Люди вокруг дружелюбно улыбались, пытаясь угодить гостям. Атмосфера дома, вот что бросалось в глаза, куда бы, они не пошли. Болгары показались вежливыми, приятными, простыми людьми, любившими говорить всё прямо.

- Ты довольна? – спросил папа, попивая виски.

Его кожа уже потемнела за пару часов на пляже. Выделялись лишь белые, поседевшие волосы.

- Да, — ответила дочь, медленно отпивая из бокала мартини. Его вкус показался ярче, чем обычно. Сладость оставалась на языке, а градус будоражил кровь. – Прекрасное место.

- Мы завтра едем, перевезти вещи в новую квартиру. Ты могла бы посетить свой университет, — добивала мама. В её таких же, голубых, добродушных глазах, отразилось любопытство. – Документы уже поданы, так что имеешь все основания, ознакомиться с территорией.

Леся кивнула, пытаясь унять быстро бьющееся сердце. Раньше, она не никогда по-настоящему не любила и не знала, что это. Сейчас она открыла для себя новый вид любви – любовь к чужой стране. Всё здесь, будто создано для неё. Каждая пальма вызывала бурю эмоций, кусочки вымощенного из старого камня асфальта, песок, который невозможно смыть. Бушующий, сильный ветер, как её характер, треплющий каштановые волосы. «В таком месте я обязана быть счастливой».

***

Разве не прекрасен август? С отступающей жарой, которая поднимает белый флаг, перед осенью. Как жаль, что август в Болгарии, совсем другой. Он пышет жизненной энергий горящего солнца, которое только-только разошлось, и готово греть со всей мощью. А трава не сгорает, словно от огня, а наоборот, зеленеет, под искусственными струями поливающей машины.

Она остановилась напротив Бургаского Свободного Университета, отбрасывая непослушные пряди с лица. На мгновение ослепили солнечные зайчики, отображающиеся от прозрачных окон, в виде круга. Они составляли шарообразную форму, купала. Стены, бордового цвета, так и манили, коснуться пальцами. Даже их кончики на секунду свело, когда, она представила этот момент. На высоких каблуках, и в платье бирюзового цвета, она уверенно вошла внутрь, расслабляясь от холода кондиционера. Лестницы. Лестницы. Повсюду. Четыре этажа изысканности и чувства, выдержанного стиля. И с каждого этажа можно взглянуть вниз, задыхаясь от высоты, чтобы как следует рассмотреть главный зал. Возможно, здесь проводят конференции, встречи, получают диплом.

Леся улыбнулась, крепко держась ладонями о железный барьер. Когда-нибудь она тоже выступит там. Откуда-то послышались овации и одобрительные крики. Воображение - сильная вещь. Она пробежалась по последнему этажу, слушая, как стучат каблучки по серой плитке, и тихо рассмеялась. Совсем скоро, здесь будет не протолкнуться от студентов, и преподавателей. Холлы наполнятся людьми, разговорами, флиртом. Она глубоко вздохнула, протирая руки. Обернувшись, она заметила небольшие картины, с изображением природы, моря, дождя. Красота! Сколько чувственности в обычных мазках акварелью. Едва заметные черты кораблей вдалеке, и сильные, вдавленные кистью следы, эмитирующие всплеск волн.

Глава 3. Песни дружбы.

Бургас, Болгария. 2013год.

Их студенческая группа стояла на улице, около университета. Уже несколько занятий по изучению болгарского языка, прошли успешно. Напротив главного входа выделялся небольшой скверик, где собирались студенты на перерывах, чтобы пообщаться. Множество скамеечек, пушистые ветви деревьев, скрывающие их, от посторонних глаз. Место, где они могли укрыться от посторонних глаз и насладиться минутами свободы.

- Пока ничего сложного, — подкуривая сигарету, заявил молодой человек. Ему на лоб, то и дело, падала длинная чёлка, и он смешно мотал головой, пытаясь, высвободиться из её оков. - Для меня. Я среди вас самый старый. Как ни как, второе образование получаю, — в его голосе, выделялись нескрываемые нотки хвастовства.

- Скорее ты опытный, — улыбнулась Марина, отмахиваясь от сигаретного дыма.

Сегодня она, как никогда строга. В чёрной юбке карандаш, и прозрачной блузке, с причёской по последней моде. Она осуждающе смотрела на сигареты, но продолжала умалчивать о своем недовольстве.

- И какое у тебя образование, Фил? – спросила Леся, пытаясь поддержать разговор.

Ей стало неловко, среди собравшейся толпы. Неизвестные люди всегда внушали беспокойство. И вместо того, чтобы внимательно слушать, она лишь сильно затягивалась сигаретой, с интересом рассматривая двор.

- Я юрист.

- Поистине мужская профессия, — заметила Марина, стреляя глазами.

Что-то новенькое. Она притягивала взгляды вокруг, своей сдержанностью и грациозностью. От нее буквально исходили волны власти и собранности, что совсем не присущи Лесе.

- А ты откуда? – спросил другой однокурсник.

Очень высокий, и уже совсем безволосый. Она пренебрежительно хмыкнула.

- Я из Сибири.

- У вас там, медведи по дорогам бегают? – спросил Миша, глупо хохоча.

Девушка цокнула языком, передразнивая его выражение лица.

- Конечно. А ещё на завтрак водку пьем.

Все рассмеялись. Леся улыбнулась в ответ, поправляя неудобное, тёмное синее платье. Она значительно выделялась из толпы. Молчаливая, спокойная. Хотелось вместе с ними смеяться над глупостями, но что-то мешало, полностью расслабиться и открыться. Её привлекла небольшая компания по соседству. Они что-то яростно обсуждали, спорили, приводя доказательства и аргументы. Низенькая блондинка, одетая, как мальчишка, рассказывала про инфраструктуру Болгарии. Трое остальных, молодых людей, не отрываясь, слушали, изредка кивая. Один совсем маленького роста, отмахивался, пытался перебить, чем, раздражал, более высокого. Тот, то и дело, давал ему подзатыльник, вызывая звонкий смех третьего. Совсем худой, с короткой стрижкой, пепельно-чёрных волос, он слишком претенциозно закуривал, затем медленно выдыхал клубы дыма, предпочитая, промолчать. Когда их взгляды встретились, Леся резко отвернулась, делая вид, что втянута в разговор.

- Может, прогуляемся? – предложила Николь.

- О, мне ещё ехать в соседний город, — отказался Миша.

Ребята начали прощаться.

- У меня есть дела дома, — строго ответила Марина, холодно кивнув.

Леся прикусила губу. Дружба как-то не ладилась. Девушка продолжала, держать её на расстоянии вытянутой руки.

- Мы хотели поехать в торговый центр, — сказала Юля, держа под руку лучшую подругу.

Кажется, они вместе приехали с Украины. Стало слегка грустно. Хорошо, когда, рядом с тобой, есть близкий человек, который тебя знает, поддерживает, помогает. Её родители улетели неделю назад. И в маленькой квартире стало слишком одиноко и душно.

— Значит, пойдём вдвоем? - спросила Леся у Николь.

Та только молча кивнула.

Они тронулись вниз, по главной улице Бургаса, которая протягивалась далеко, до самого вокзала. Она совсем тесная вначале, с многообразием магазинов одежды, обуви, техники. Где-то в середине, открывался совсем другой вид. В небеса уходил памятник «Алёша», в память жертвам войны. Это что-то грандиозное, возвышающееся над всей площадью. Они взяли по стаканчику кофе и сели на ступеньки, наблюдая за прохожими. Стало безмятежно и легко в компании Николь. Не приходилось говорить лишнего, строить из себя кого-то. Её устраивало молчание.

- Я здесь с родителями, — объясняла девочка. Именно девочка. Эти кудряшки ниже плеч, широкие, карие глаза, словно у куклы, вызывали приступы материнства. - Мы из Екатеринбурга.

- А я одна.

- Не страшно?

Леся отпила кофе, затягиваясь, очередной сигаретой, и поморщилась от запаха. Не страшно ли ей? Страшно до глубины души, остаться совсем одной, в чужой стране, где не знаешь правил и порядков.

- Нет. Это увлекательно, — соврала она, но понимала, что в этом есть доля правды.

С каждым днём становилось всё любопытнее, роднее, веселее. Появлялись знакомства, интересы. Она открывала для себя места Болгарии, которые, становились только её, сокровенными. Николь секунду подумала и достала телефон.

- Послушай, тебе понравится.

В динамиках заиграл Pink «Try», и по спине пробежали мурашки. Великолепная песня, полностью отражающая внутреннее состояние. Леся улыбнулась, начиная постукивать в ритм, ножкой. Николь поддержала, тихо подпевая. У неё ангельский голос, избавляющий от тревог, полностью попадающий в любую ноту. Она не смущалась, пела от души, как будто поделилась с ней, своей тайной. Им больше не нужны слова. Они поняли друг друга с полуслова. Это самое чудесное начало дружбы, когда осознаёшь, что человек – твой.

***

Месяцы стремительно бежали. Основы болгарского языка, превращались в профессиональные навыки общения. Ребята уже могли составлять простые предложения, разговаривать с другими студентами в университете. Марина отдавала предпочтение знакомству со старшими людьми, относящимися к её профессии, чем отделялась от общей группы.

Буквально через пару месяцев, они получили недельный выходной, как школьные каникулы. Вместо того чтобы заняться болгарским языком, и подтянуть его, Николь и Леся, решили поехать в ближайший город, исследовать территорию. Им оказался, Несебр. Наверное, тяжело подобрать слова, когда нужно описывать местность на море, как и любой другой в Болгарии. Вокруг чистота, некая магия, заставляющая трепетать. Их встречали величественные гостиницы, рестораны, где обедали, новоприбывшие туристы. Они пропустили «новый город», где на глаза попадались одни магазины, и направились прямиком в «старый». Несебр, делился на две части, между которыми, протягивался на километры мост. И со всех сторон, только Чёрное море. Его волны, жестоко разбивались о широкие камни, окропляя перья наглых чаек, то и дело, снующих, туда-сюда.

Глава 4. Новые знакомства.

Бургас, Болгария. 2014 год.

Новый год – это не просто особенный день, когда собираются люди за столом. Это ведь семейный праздник. Подарки, которые открываешь со слезами на глазах, потому что они от близких и родных. Целый день готовишь, чтобы увидеть одобрение родственников и друзей. Это скорее место встречи, как в твоём собственном сердце. Только те, кто воспитал тебя, вырастил, и кому можно доверять.

Леся с хандрой набрала номер телефона, слушая долгие, бесконечные гудки.

- Доченька, — послышался радостный голос матери.

Где-то вдалеке раздавались поздравления отца, и Леся глубоко вздохнула, стараясь не умереть от тоски.

- Я так рада вас слышать.

Раздался их любимый джаз, заглушающий разговор. Ноты приятно вылетали из сотового телефона, прямиков в ухо, а там оседали глубоко внутри.

- Мне жаль родная, что мы не смогли прилететь, сама знаешь, какие дорогие билеты зимой. Леся сглотнула, кивая. – Мы обязательно прилетим к твоему дню рождения. Такой праздник пропускать нельзя.

- Жди подарков, — кричал папа.

- С праздником вас! Больше здоровья, счастья, крепкой любви с папой, — с замиранием сердца, слыша, как открывается шампанское на той стороне телефона, произнесла девушка.

Она всей душой желала оказаться рядом, обнять родителей, смеяться до красноты щёк над шутками отца, попивая вино.

- И тебя, с наступающим Новым годом! Как собрались отмечать?

Леся запнулась.

- Марина улетела домой на каникулы. Так, что мы остались вместе с Николь. Может, сходим в один бар, около её дома.

- Не грусти, пожалуйста. Повеселись!

Донеслись до слуха короткие гудки, и Леся отбросила телефон, усевшись под искусственную ёлку. Мишура щекотала открытые плечи красного, абажурного платья до колен. Разноцветные фонарики отображались по всему телу в причудливых тенях. И вся эта напускная красота, уже не радовала.

- Мы отметим хорошо, обещаю, — уверила Николь, присаживаясь рядом и вручая ей тоненький, хрустальный бокал.

Леся отпила газированный напиток, отмечая его сладость, и кивнула. Николь по-детски стукнула её кулачком, отбрасывая каскад кудряшек с плеч.

- Правда, странно, что почти все в Болгарии, живут без родителей. Мы приезжаем сюда, чтобы учиться, и остаёмся совсем одни.

- Может, так быстрее получится повзрослеть? Научиться решать проблемы самостоятельно? – разглаживая складки платья, предположила подруга.

Леся улыбнулась. Речь Николь показалась чересчур серьёзной.

- Тоскливо без близких людей.

- Понимаю, но ведь рано или поздно, мы бы все равно ушли от родителей.

- Тоже, верно, — попивая шампанское, отозвалась Леся.

Стало душно, но в ближайшее окно, настойчиво врывался зимний холодок. Девушка усмехнулась своим мыслям и вскочила.

- Идём.

В одном пальто Леся выбежала на улицу, поднимая голову. На лицо, реснички, одежду, падали крупные, симметричные снежинки. Весь двор замело сугробами, скрывая лавочки и ступеньки. Одна радость, снег! Хоть на улице и не так холодно, как в России, эта снежная пелена и легкая метель, внушала чувство ностальгии. Будто, ты дома. Только что закончился 2013 год. Они узнали это по звукам из ближайшего бара, откуда, то и дело, выскакивали молодые люди, чтобы охладиться.

Николь включила Artik & Asti «Последняя надежда». Звуки музыки оглушили, проникли в лёгкие, заполнили разум. Леся игриво собрала в руку рассыпчатый снег, пытаясь слепить шар. Он получился кривым, но долетел до подруги. Та расхохоталась, щёки покраснели от холода, а чёрные бусинки глаз, блестели восторгом. Она ответила ей в считаные секунды, попав в волосы. Леся отмахнулась, замершими руками, собирая ещё больший шарик. Николь отбежала, прячась за сугроб, изображая поражение. Подруга подбежала ближе, толкая Николь прямиком в снеговика. Та, ухватила её за талию, и обе полетели на землю, утопая в мягкой перине снега.

— Это счастье? – спросила Николь, не поднимаясь.

Леся рассмеялась, зная, как под спиной тает снег, от тепла. Она представила, что он плавится от их торжественного настроения, детской забавы, нежных эмоций. Само слово «счастье», ассоциировалось с чем-то горячим, как сладкий кофе, или ромашковый чай. То, что вылечит любые раны.

- Да, это счастье, — выдохнула она, сосредоточившись на ярких точках на небе.

Пытаясь привести себя в порядок, подруги вальяжно вошли в бар. Жара и духота, тут же повалила с ног. Хотя никто не обратил внимание на их появление, продолжая танцевать. Разгорячённые девушки, в запоминающихся нарядах, покачивали бёдрами под медленный такт песни Alex Clare «Too close to love you». Есть музыка, которая будет жить вечно. Леся отбросила пальто, поддерживая такие соблазнительные ноты. Она улыбалась, закинув голову назад, пропуская через себя всю грусть.

- Смотри, кажется, тот парень, учиться на параллельном курсе болгарского языка, — крикнула Николь, подзывая подругу.

- Привет, — шлёпнулась на стул у барной стойки Леся.

Она уверенно заказала себе коктейль, положив ногу за ногу. И смело толкнула парня вбок, вызывая смех Николь.

- Ну, привет, — ответил тот, самодовольно усмехнувшись. Незнакомец оказался вдвое выше, слегка полноватого телосложения, которое совсем его не портило, а наоборот, внушало некий трепет. – Александр.

- Леся, — они пожали друг другу руки, отчего Саша, подмигнул.

Девушка состроила гримасу и взмахнула ресничками.

- Николь.

— Это мой друг, Кирилл, — кивнул парень на соседний стул.

Девочки помахали.

Кирилл оказался ростом с Николь, совсем темненький, с белоснежной кожей.

- Приятно познакомиться.

Саша явно флиртовал, и Леся прикусила губу, принимая его игру.

- Мне то, как приятно. Первый Новый год, в чужой стране. Думала, проведем его в одиночестве.

— Значит, такая красивая особа, совсем одна в Болгарии?

Он вздёрнул бровь, многозначительно улыбаясь. Улыбка идеальная, ровная, сексуальная, но до крайности фальшивая. Видимо, она действовала на многих барышень, только не на неё.

Глава 5. Первый разряд сердца.

Бургас, Болгария. 2014 год.

Эти просторы зала околдовывали. Квадратные, обширные окна, полностью освещали помещение, пропуская через себя и крики птиц, и гудки машин. Нескончаемые шкафы, наполненные книгами, и запахами старых переплётов. Звуки стали безразличными, когда, она услышала своё имя, эхом парящее под потолком. Алеся.

Она прошлась по красной дорожке, вопреки страху упасть, из-за высоких каблуков. Сердце гулко отвечало на каждый удар туфель. Леся выпрямила спину, ощущая горделивые взгляды родителей. Эти серо-голубые глаза матери, наполненные любовью и слезами. Сдержанная, но шутливая улыбка отца. Леся в очередной раз поправила белое, короткое платье, коснувшись жемчужин, облепляющих подол.

- Честито, — поздравила ректор университета и выдала в руки, тёмно-синий диплом. – Пожелавам само успех напред, — подмигнула женщина, поправляя очки в чёрной оправе.

Ей, правда, приятно. В голосе слышится некая нежность. Или из-за того, что её муж - русский человек, и уже очень давно привил любовь к России. Или, она, правда, уважала, каждого своего студента. Сейчас всё казалось неважным. Только твёрдость обложки в руках, и тихий смех подруг.

- Благодаря, — шепчет девушка и возвращается на место.

Всё внутри бурлит, клокочет от избытка эмоций, и неудобной обуви.

- Мы это сделали, — раздаётся яростный шёпот Николь.

Леся обернулась и рассмеялась, когда на глаза упали непослушные кудри.

- Я очень удивлена, что получилось, если вспомнить, как часто мы отвлекались, — хихикала подруга.

Её взгляд упал на молодого человека у входа. Кажется, она уже видела его на улице. Он с любопытством перешёптывался с другом, внимательно разглядывая церемонию. Всё в той же белой куртке, с синими рукавами, джинсах и спортивной кофте. Тот казался несерьёзным, даже шаловливым на первый вид. В этот раз, встретившись с ним глазами, Леся не отвернулась, а лишь усмехнулась, одними уголками губ. В ответ, парень одарил её идеальной улыбкой. Что же, она хотя бы отличалась чистотой и шалостью.

- В любом случае ты доказала, что можешь сосредоточиться и добиться того, чего хочешь, — высказалась Марина, отвлекая Лесю. Она кивнула, сжав её ладонь в своей руке. – Это стоит похвалы.

- Не перехвали, — прыснула подруга.

Пока родители переговаривались, девушки отошли в сторонку.

- Жаль, что твой отец не смог приехать, — заметила Леся, перекладывая цветы.

- Ничего, он уже звонил, — кивнула подруга, отмечая заботу.

- Какие планы? – подмигнула Николь, повиснув на шее Леси. – У кого-то сегодня день рождения.

- 19 лет, с ума сойти, — воскликнула подруга, вдыхая аромат красных роз, заливаясь краской.

Она сама похожа на благоухающий цветок. Тот возраст, расцвет, когда хочется приключений и страсти.

- Ну, что девочки? – спросила мама Николь, добродушно кивнув, поправляя белые, короткие волосы. – Думаю, вам есть что отметить? – она нежно потрепала дочь за плечо.

Обычный жест, но наполненный беспокойством и опекой.

- Хорошо вам повеселиться, — хохотнула мама Марины, подзывая дочь, и что-то проговаривая.

Та холодно кивнула, скрывая блеск глаз. Что же, их лёд в душе – это семейное. Хорошо, что любой лёд, можно растопить чувствами. Вопреки сдержанности, мать все ровно крепко прижала её к себе, оставляя громкий поцелуй на щеке. Родители – это не просто слово, сколько смысла в нём скрывается, если задуматься. У них тоже своя история любви и жизни, но за своих детей, они всегда будут бороться до конца. Какими бы ни были разногласия, ссоры, обиды, мы все ровно, всегда прибегаем к ним, и становится легче. Их руки дарят самую настоящую ласку. А голос и слова, исцеляют любую боль.

— Это твой день, — одними губами шепчет мама Леси, посылая воздушный поцелуй.

- Пора, — улыбается Николь, и, как всегда, включает первую попавшуюся песню.

Подруги одновременно покачались в такт и рассмеялись переглядываясь. На всю улицу, как будто по-настоящему запела Кристина Агилера «Fighter». Каждое слово вызывало трепет и желание танцевать.

- Привет.

Леся резко обернулась, столкнувшись с тем самым парнем. Он, не скрывая удовольствия, разглядывал девушку с ног до головы. Время от времени его удивительно светлые, широкие глаза, замирали, то на талии, то на ключицах. Захотелось прикрыться. А он, держа руки в карманах, ожидал ответа, покусывая нижнюю губу.

- Привет, — ошарашенно ответила она, сглотнув, отмечая его смелую позу, и ехидный взгляд. Его цвет напоминал прозрачную воду, в которой отражалось вечернее небо. В них зажигались еле заметные звёзды и гасли неизведанные кометы.

Они долго молчали, и неловкость съедала любые темы для разговора.

- На самом деле, я давно хотел подойти, но моя скромность не давала, — хмыкнул он, продолжая смотреть.

Лесе захотелось спрятаться за цветами. Раньше, она не ощущала подобного: дрожь по телу пробегала волнами, то и дело, ударяя пощечинами по лицу. Не знала, что ответить, а вся её прежняя дерзость, растворилась перед его развязностью.

- Скромность? – только и смогла вымолвить Леся удивляясь.

- Павел.

Он, наконец, протянул руку. Девушка отметила его длинные пальцы, слегка взбухшие вены, и вздохнула, отдавая свою ладонь в плен.

- Алеся, — она выдохнула своё имя, и, проговорила его вновь в мыслях. Так ли её зовут?

Он несколько раз провёл пальцами по волосам, отчего чёрные пряди, встопорщились. Потом скрестил руки на груди и широко улыбнулся, не собираясь уходить. Леся улыбнулась в ответ, растаяв, но так и не нашла что сказать.

- Леся, — заорала Николь.

Подруги уже отошли далеко, но даже оттуда, продолжали назойливо хохотать.

- Мне нужно идти.

«Бежать», — кричала она себе.

- Приятно познакомиться, — невозмутимо отозвался Паша, как ни в чём не, бывало, развернулся и пошёл в сторону университета.

Она смотрела ему вслед, с чувством, что уже давно его знает, и крикнула:

Глава 6. Первое разочарование.

Бургас, Болгария. 2014 год.

Само лето, будто кричит в голос: «отдайтесь чувствам». Все дни пропитаны пылкой влагой и безмятежностью. Куда ни посмотри, везде идиллия, красота, влюблённость. Летом хочется жить! Эти несколько месяцев отображают в себе все людские сочетания: дождь, будто наши грустные слёзы, невыносимая жара, как воплощение страсти, ночной, прохладный ветерок, словно спокойствие, после урагана эмоций. Именно тогда, мы совершаем безбашенные поступки и ложимся спать, только к утру. Тогда, кажется, что время не просто бежит, оно несётся сквозь пространство.

Леся, в очередной раз перегнулась через чёрные перила балкона родителей, и глубоко вдохнула обеденный, душный ветер, который тут же опалил лёгкие. Июль, самая чудесная пора, где наполненные беспечностью дни, ещё впереди. Белая кожа уже давно потемнела и приобрела шоколадный оттенок. Девушка, изящным движением поправила жёлтое платье и помахала рукой подругам.

- А у нас сюрприз, — закричала снизу Николь, поднимая бутылку вина.

- Заходите быстрее.

Они очень часто ужинали на балконе. Летом находится в квартире, равносильно походу в баню. Мама заканчивала последние приготовления: салфетки, приборы, тарелки, хрустальные бокалы. Папа с нарочитой ему внимательностью, дорезал овощной салат. Когда Марина с Николь вошли, все, они оказались за одним столом. Послышался звук открываемой бутылки вина для них, и коньяка для родителей. Изредка шум самолётов над головами. И тишина. Никаких машин, чужих людей, лишних переживаний. Леся не могла скрыть удовольствия, оттого, насколько близко родители приняли её дружбу, и насколько уважают выбор. В голове проскользнула ясность и осознание, что за столом собрались только близкие люди. И в то же мгновение, сердце кольнула обида: уже несколько дней, не одного сообщения от Паши и Ани. Неужели, они забыли? Неужто их повседневность, и насыщенность её жизни, убивает многолетнюю дружбу? Да и вообще, возможно ли сохранить, одни и те же принципы, мысли, на протяжении такого количества времени? Некоторые, и любви сохранить не могут, что говорить о приятельстве.

- Мы так рады, что у Леси появились такие подруги, — поднял бокал отец.

В его голосе отделялись нотки одобрения. Он смешно смахнул невидимую пыль с усов и подмигнул.

- Держитесь вместе, девочки, жизнь порой, бывает очень жестокой, — добавила мама, обращаясь к дочери.

Леся уронила голову на её острое, но такое любимое плечо. Вдохнула сладкие ароматы духов и шампуня, которые подарили, то, самое умиротворение. Их близости и доверию, могли позавидовать. Не всегда родители, могут стать друзьями, своим детям.

Лёгкие удары бокалов взмыли ввысь, навсегда оставаясь историей. На прозрачном от туч небе пролетел косяк журавлей, плавно размахивая крыльями. Часы будто бы замерли, настолько медленно, они передвигались, и точно по белой полосе, оставленной самолётом. Красиво!

Леся отвлеклась от разговора, наблюдая, как отец, нежно целует ладошку матери. Что-то шепчет, ослепляя её влюблённым взглядом, а она краснеет, как маленькая девочка, и посылает воздушный поцелуй. Романтика не умерла, погибло воспитание в людях.

Через два часа, подруги сидели на нагретой солнцем плитке маленького балкончика. Они взяли ещё одну бутылку вина, разливая их по красивым бокалам. В ногах валялись громоздкие диванные подушки, а в телефоне, зазвучали первые нотки, любимых песен. Леся включила Lifehouse «Storm». Она слегка успокоила взбудораженные алкоголем, и танцами, нервы, и обратила их внимание на закат. Это был первый закат, который Леся встретила в новом месте. До этого отвлекала учёба, усталость, рассеянность. А сейчас, присутствие друзей, чувственная музыка, заставила сосредоточиться на этом моменте.

- Здесь и правда очень красиво, — тихо сказала Марина, боясь испугать что-то скрытое, спрятанное в наступающей ночи.

Они сделали пару фотографий, и молча смотрели, как солнце прощается с людьми, опускаясь за горизонт. На небо, будто кто-то пролил воду, а затем уронил акварельные краски. Неужели, возможно, чтобы в оттенках оранжевого огня, скрывались нотки сиреневого. Эти мазки сирени, отпечатывались на скрытом зелёном цвете, уходящей полоской.

- Как северное сияние, — восхитилась Николь, прикусив губу.

Леся сделала большой глоток, красного вина, смакуя горьковатый вкус, и задумалась. Пальцы автоматически коснулись золотой цепочки, перебирая её туда-сюда. Обычный жест, но наполненный очарованием. У каждого человека, есть что-то запоминающееся. То, что делает его другим.

- Знаете, человека, тоже можно сравнить с закатом. Есть люди, такие же красивые, как эти краски на небе. И я про внутренний мир, а не про внешность. Физическую красоту, можно поменять, сделать, нарисовать. А то, что внутри, неизменно.

- Очень глубоко, — согласилась Марина. Она придвинулась ближе, разливая остатки в бутылке. - Если человек гнилой, это всегда видно. Где-то глубоко внутри, мы чувствуем, что, что-то не так. Леся качнула головой.

- Как жаль, что не всегда, сразу отказываемся от них.

- Вера в добро, в людей, в их изменения, — сглотнула Марина. - Она делает нас человечнее.

Девушки печально выдохнули, когда, балкон окутала лёгкая темнота, а впереди зажглись первые, разноцветные фонари. Стало холоднее, но не от вечера.

- Я должна уехать ненадолго, повидаться с родными, — добавила Марина. - С молодым человеком.

Бровь Леси взлетела вверх.

- Так, так, так, — потёрла ладоши Николь, садясь напротив подруги. - И ты столько молчишь?

Та, пожала плечами.

- Мы довольно давно вместе, и любим друг друга. Предпочитаю, оставлять личные дела в тени.

— Это правильно.

- Возвращайся только скорее.

***

Марина улетела через неделю. Вместе с ней, и чувство необходимости кому-то. Бывает дружба, которую нельзя заменить другим человеком, или вниманием. Вы сосуществуете вместе, как одно целое.

Ещё через две недели, Леся провожала родителей в Россию. Она то и дело дёргала плечом, раздражённая холодом кондиционера. Мама крепко обняла на прощание и надела на неё, свои дорогие, солнечные очки. Их стёкла модно сияли розовым цветом. Опять же, главное — не подарок, а жест внимания, наполненный любовью и обеспокоенностью.

Глава 7. Заветное «да».

Бургас, Болгария. 2014 год.

Напористый стук в дверь. Леся еле разинула глаза. Ресницы предательски слипаются, а звук отчаянно бьёт по перепонкам. Первые минуты, казалось, что всё ей просто снится, но шум продолжался и усиливался. Она упёрлась ладонями о край кровати, где постельное бельё скомкалось и съехало на пол. Стук. Девушка сморщилась, и с огромным усилием воли, подошла к двери. Руку больно кольнуло, и она, только сейчас вспомнила, что случилось. Мышцы заныли, напоминая самую тёмную ночь в жизни. Картины последних дней, врезались в память, и перелистнулись, как страницы книг. «Ты ненормальная», «Мама запретила общаться с тобой», «Доченька, приезжай домой». Слёзы матери, и хмурые, пушистые брови отца, ползущие вверх.

Она со скрипом открыла, пытаясь не упасть. Когда она в последний раз ела? А переставала пить? Тут же послышался шлепок, а щека сильно заныла. Марина стояла на пороге с огромной сумкой, и яростно дыша. В светлых глазах сияла буря. Ожидаемо, что не будет пощады. Леся потрогала покрасневшую кожу и разревелась. На что, подруга, откинула вещи и крепко прижала к груди.

- Глупая.

- Я не знаю, как, так получилось.

- Больше никогда, так не делай.

Леся сползла на плитку, цепляя карточки, купившие в Несебре, и уткнулась носом, в родное плечо. Марина долго молчала, даже не попросив переместиться. Она гладила ее по волосам, периодически вздыхая.

- Поверь мне, в жизни, будут ещё миллион предательств, лжи, ошибок. Нужно держать удар, иначе, как справиться. Мы все люди, со своими слабостями, пороками, недостатками. Но! Но, ты всегда, должна в первую очередь заботиться о себе, своих нервах, своих чувствах. Быть на первом месте у само́й себя. Леся, людям наплевать на чувства других. Они переступят через тебя, как через половую тряпку, вытрут ноги, а потом выкинут.

Через час, после уборки и горячего душа, Леся уронила голову на острые колени подруги. Ей не нужны были слова поддержки, лишь её присутствие. В мертвенно-бледном, серьёзном лице Марины проскакивали искорки злости, смешивающиеся с лаской, и беглым сочувствием.

- Пообещай мне, что впредь, будешь держаться. Как бы ни было больно, до скрежета зубов, — попросила она не шевелясь.

Эта тишина убаюкивала, тешила, успокаивала. Леся в очередной раз убедилась, что судьба, тогда не зря столкнула их в коридорах университета. Совсем два разных человека, но единственные на свете, преданные друг другу люди.

- Обещаю.

***

Эти несколько дней, они позволили себе ничего не делать. Марина съездила домой, и тут же вернулась. И дело было не в недоверии, а в желании бять рядом. Она помогала с уборкой, звала гулять, заваривала крепкий кофе, который был слаще, только на рассвете, на маленьком, уединённом балкончике района Меден Рудник. Дом Леси, стал её убежищем. Их убежищем от реальности и сурового мира.

Клик. На мониторе компьютера высветилось сообщение от нового знакомого. Леся наморщила лоб, пытаясь вспомнить его.

11:16 Костя

«Приглашаю в гости. Мясо на мангале и вино с меня».

- М, и кто же это? – заглядывая ей через плечо, сладко улыбнулась Марина.

Она с пучком на голове, ещё сонная, совсем не похожа на строгую, сдержанную мадам. Леся отмахнулась.

- Кажется, он учил болгарский на параллельном потоке, с Сашкой.

- И чего мы ждем? Отвечай ему.

- Мне не хочется, куда-то ехать сегодня.

Марина вскакивает с кровати, распахивая балкон. Оттуда тут же разливается пение птиц, а лучи солнца, любопытно растекаются по полу.

- Думаю, достаточно себя жалеть. Ответь.

Леся досадливо вздохнула.

11:20 Леся

«Со мной подруга. Поеду только с ней».

11:21: Костя

«Нет проблем. Я тоже позвал друга. Он заберет вас на машине, если хотите».

11:22 Леся

«Отлично. Во сколько и где?»

11:22 Костя

«Давайте в 16:00, у дороги, где Пантеон».

Они были там точно ко времени. Марина широко улыбалась. Она уже давно привыкла к Лесе и стала совсем близкой и незаменимой. Узнав её ближе, Леся осознала, что нет в ней ничего пугающего, холодного и отталкивающего. Для своих людей, она само воплощение верности и любви. Ни в ком не существовало столько подлинной заботы.

- Что?

- Ты прекрасно выглядишь. Леся зарделась, поправляя светло-синие джинсы, с высокой талией. Сверху красовалась белая, спортивная кофта, и распахнутое пальто. Чёрные волосы, которые они успели, ради эксперимента покрасить, выделяли бледность и яркость голубых глаз. - Ты походишь на современную Белоснежку.

Подруга рассмеялась.

- Где же мой принц?

- В нашем мире, скорее Серый Волк, — захихикала Марина.

Разговор их перебила неизвестная машина, марки лексус, что изящно припарковалась у тротуара. Капот призывно заблестел в мощных лучах солнца, а стекло медленно опустилось.

- Кажется, это я вас должен забрать.

Голос знакомый, наполненный ехидством и задора. На нём совсем тёмные очки, из-за стёкол которых, казалось, невозможно разглядеть дорогу. Левой рукой, он хозяйски держит руль, другой предохранитель, слегка наклонившись к окну.

Леся с замиранием сердца, и желанием убежать, посмотрела в ответ. Точно он. Опять.

- Паша?

***

Дальше всё как в тумане. Час до города Солнечный Берег. Здесь, она ещё никогда не была и увидела лишь мельком. Походило на Лас-Вегас во всех фильмах: отели, казино, рестораны, пышные улочки, пальмы, декорации. Их встречал Костя, худощавый, высокий блондин, с крайне фальшивой, широкой улыбкой. Он претенциозно и эстетично, разливал красное вино в широкие бокалы и драматично переворачивал мясо. Запах стоял невероятный, с этим тяжело поспорить. Квартира же, скорее походила на психлечебницу. Белые стены, белая мебель, белая кухня, такое же зеркало во весь рост. В какой-то момент в глазах зарябило. Место, так же, как и хозяин, отстранённое и недоброжелательное.

Глава 8. Сомнения.

Бургас, Болгария. 2015 год.

- Поездка будет долгой, — предупреждающе изрёк Паша, в ожидании, когда нагреется машина.

Леся кивнула, допивая кофе на улице, и уронила голову на его грудь.

- С тобой, куда угодно, — прошептала она, вдыхая холодный утренний мороз.

Стояла середина марта. После новогодних праздников в кругу друзей, и очередных семестров, они, наконец, вырвались на свободу. Он нежно погладил её по спине, а затем уверенно подтолкнул к машине. 08:00 утра. Тишина на улице. Мир просыпается, а солнце уже дарит своё тепло. Леся упала на переднее сидение, закутавшись в белую куртку и спрятав нос в фиолетовый шарф.

- Напомни, куда мы едем, раз я согласилась встать так рано? – шутливо спросила девушка, оставляя громкий поцелуй на его щеке.

- Централен Балкан, в заповедник, — сосредоточенно ответил Паша, выезжая со стоянки.

Он посмотрел в зеркало заднего вида, огляделся по сторонам и резко нажал на педаль. Леся откинулась на сидение и впилась в него взглядом. Как же он сексуально и уверенно водит машину. Эти длинные пальцы на руле, крепко сжимающие кожу. Вспомнилось, как эти пальцы, ночью сжимали шею. Мурашки. А он, уже плавно жмет на тормоз, закусывая губу.

- Я вспомнила, почему согласилась, — мечтательно ответила девушка и приоткрыла окно.

Ветер тут же растрепал волосы, выбивая пряди из пучка. Паша посигналил красному форду, что промчался, как колибри, оставляя после себя дым.

- Даша как погнала, — рассмеялся Паша.

Леся кивнула. Устроилась удобнее, поджав ноги, и растворилась за окнами с пейзажем.

Ехали быстро по плавной, ровной дороге. Их встречал чёрный асфальт, уходящий полосой вдаль. Справа в глазах отобразилось целое поле жёлтых цветов. Они сливались воедино, исчезая за горизонтом, где вздымались ввысь, туманные горы. Горы. Повсюду горы. Огромные великаны, указывающие, как ничтожен мир снизу. Поля, сменялись зелеными, коротко подстриженными лужайками. Их зелень напоминала начало лета. Если приглядеться, можно было увидеть утреннюю росу, на этих листиках, шевелящихся на ветру.

- Как же красиво, — одними губами прошептала Леся, отбрасывая шарф и прикуривая сигарету.

Невозможно сдержать слёз от романтики. Паша сжал её колено, прибавляя газу.

- Я знал, что тебе понравится.

Прибыли в парк к 10 утра. Он располагался в зоне Родопского смешанного леса. Даже воздух здесь другой, насыщенный, чистый, сразу пробрался в лёгкие, заставляя чаще дышать. Высокие, пушистые деревья, застилали само небо. Звуки птиц, их пение наполнили душу эйфорией.

- Кажется, парк был основан в 1991 году, — горделиво сказала Даша, захлопнув багажник форда и поправив лямку рюкзака на плече. Она убрала белые волосы в хвост, а глаза прикрыла чёрными очками.

- Почти 72 гектара, — согласился Эльдар, скрестив руки на груди.

Высокий, черноволосый молодой человек, с такими же чёрными, как ночное небо, глазами, кивнул Лесе без особого энтузиазма. Девушка опустила взгляд, вновь ощущая неловкость. Они будто красовались перед ней своими знаниями. Перед поездкой в национальный парк стоило изучить его историю?

- Хватит фактов, — радостно ответила Марина, повиснув на шее Лесе и чмокнув её в нос для поддержки.

Та расслабилась, обнимая подругу в ответ.

- Идёмте уже, — крикнула Нина, темнокожая, фигуристая девушка, и убежала далеко вперед.

Она сделала ловкий кувырок под выдуманную, только ей песню, и, улыбаясь во весь рот, перескочила через ручей. Леся остановилась на мгновение, желая запомнить каждое мгновение. Шум прозрачной воды, бьющейся о камни. Смех ребят вокруг и их разговоры. Холодность ручья, когда коснулась его пальцами. Как слегка промокли кроссовки, когда она пробежалась по камням. Они долго шли вверх, по холму, отчего сводило мышцы ног, и становилось жарко. Пробил холодный пот.

Оказавшись наверху, им предстала ровная поверхность поля, с пожухлой, коричневатой травой и высохшими кустарниками. Вокруг лежали причудливые валуны, и единственная тропинка, ведущая за горизонт. Туда, где едва виднелись горы. Они шептали и завораживали величаем. Дорожку можно сравнить с бесконечностью, ведь она не закончилась даже через час пути.

- Говорят, что снова изменили законы для пребывания в Болгарии, для иностранных граждан, — заметила Даша запыхавшись.

Они присели отдохнуть у самого края поля. Леся свесила ноги в пустоту, замирая от риска, и взглянула вниз. Там лишь темнота, падающие, маленькие камушки и песок.

- Они каждый год меняются, — недовольно буркнул Паша.

- Сколько тебе осталось, чтобы получить постоянное пребывание? – спросила Нина, несколько раз присев, разминая ноги.

Кажется, она профессиональная танцовщица. Это заметно в её энергии, движениях, в страсти к жизни. Девушка поправила свои пышные кудри, которые нещадно раздувал ветер.

- Ещё пару лет, — расстроился Паша, прикуривая очередную сигарету.

- Тебе-то, ничего не грозит, пока ты студентка, — усмехнулась Даша и как-то неоднозначно кивнув Лесе. – Потом, тоже начнешь искать варианты, как остаться в Болгарии. Здесь явно делают всё, чтобы нам было сложнее. Студентам, хотя бы работать разрешено.

- Да, я как раз в поисках работы, — задумчиво ответила Леся.

Поддерживать разговор становилось труднее. Темы пропитались серостью и капелькой взросления. Не удивительно, друзья Паши старше и опытнее.

- Идёмте дальше.

Преодолев долгую тропу и ещё раз поднявшись по холму, они наконец-то оказались на бескрайней, зеленоватой лужайке. Это был совсем другой вид. Здесь цвели синие, выделяющиеся на всём фоне цветы, что раскинули свои бутоны навстречу солнцу, заполняя всё вокруг. А на расстоянии руки, но так далеко, показались горы. Уже можно разглядеть их каменные острые углы и рельефы. Выделился снег на их вершинах. Он серебрился в тёплых лучах, как звёздная пыль.

Вернулись все домой, когда уже стемнело. Фонари, тускло освещали улицы, а они пили вино на балконе, делясь впечатлениями о поездке.

Глава 9. Перемены.

Бургас, Болгария. 2015 год.

Университет. Одно слово вызывало восхищение. Она никогда не опаздывала на лекции, никогда не уставала слушать. Здесь энергетика знаний, новых умений. Журналистика, литература, болгарский язык, правила этикета. Что-то культурное, интригующее, интересное. Она углублялась в написание любых текстов не просто с научной точки зрения, но и с целой своей душой. Единственный минус, что в каждой статье, где должна быть выдержка и сухие факты, Леся добавляла нотки эмоций. Обычные тексты превращались в живые, художественные рассказы, что не приветствовалось в журналистике.

Сегодня они оказались в комнате, куда она мечтала попасть два года. Совсем маленький отсек, с полностью стеклянным окном. Внутри хранили свои таинства, четыре рабочих микрофона. Радио. Уже сев на стул, и проводя пальцами по множеству проводов, она не смогла сдержать дрожь по телу. Надев наушники, она совсем отдалась желанию вещать. Когда тебя никто не видит, слышит только голос, можно импровизировать, творить, разговаривать.

Пышная женщина, профессор истории радио, и их преподаватель, подключила компьютер, настраивая звук.

- Надявам се, че сте написали кратки новини, — дружелюбно говорит она, поглядывая на студентов.

Одна парочка скосилась в её сторону, что-то тихо шепча. Леся скрыла тяжёлый вздох. Как жаль, что их факультет оказался совсем не дружным. Когда другие собирались на шумных вечеринках, их группа, уходила домой по отдельности.

- Сигурно ще ни раскажи новини за Русия, че пак са намерили злато, — шутит молодой, полный парень, Дамян. Его круглое, тёмное, как у множества болгар - лицо покрыла щетина.

- Аля, дано да се споделиш с своите бескрайни богатсва, — смеется другая, совсем маленькая, рыжеволосая девочка. Её глаза тёмные, даже далекие от цвета дерева, блестели ехидством.

Аля. Леся съёжилась от упоминания её имени в таком виде. Болгары не могли запомнить Алеся, поэтому не спрашивая её, заметно его укорачивали. Грубое, холодное имя, совсем не отражающее духовный мир. Она покраснела от злости, но так и не смогла вымолвить ни слова, улыбнувшись им в ответ. Хорошая тактика, на ярость и сарказм, отвечать добротой. Стереотипы. Как часто в этом мире, они не поддаются объяснению. В Болгарии практически все считали, что богаче, чем русских в мире не найти. Даже шутка появилась, что при рождении, русскому человеку выдается нефтяная вышка в наследство.

Преподавательница досчитала до трёх, подключая колонки. Тогда Леся откинула все чувства, сосредоточившись на своём листке бумаги с новостями, и микрофоне у самого носа. Она говорила быстро, чётко, пытаясь уложиться в нужное время. Не смогла сдержать улыбку в конце, когда стук сердца стал сильнее, чем голос. Невероятные впечатления. Тишина в зале. Тишина рядом с тобой. Только ты, твой голос, твоя информация, твоё желание творить, пообщаться с аудиторией, пошутить.

Они курили у университета. Близилось к 5 часам дня. Порой лекции шли целый день, но усталость не отображалась на её лице. Она затянулась сигаретой, медленно выдыхая дым, никого не слушая, и вспоминала своё выступление. Она мечтала об этом с десяти лет. Стать журналистом, брать интервью у знаменитых людей, писать статьи о мировых проблемах. Сегодня же, она чётко поняла, что хочет сидеть у микрофона. Пусть это будет утренний гороскоп или пожелание доброго утра. Быть в эфире, это жить волнами радио, которые доносят до людей информацию, пробуждают их перед работой, провожают в машине.

- Вижте, пак нови руснаци учат български език, — с интересом сказал Дамян.

- Айди, чао, — сказала Леся, потушив сигарету.

Она отбросила прядь волос и направилась в сторону Александровской. Проходя мимо, она всё-таки повернула голову, оценить «новых русских», как их называли болгары. И тут же столкнулась взглядом с высоким, молодым человеком, в чёрном пальто. В руках он держал колонку, из которой кричал MiyaGi «Я по уши в тебя влюблён». Он искусно, как рэпер подпевал, не пропуская ни слова. Незнакомец смущённо опустил взгляд, кристально небесных, без единого облачка, глаз, улыбнувшись уголками пухлых губ. Леся улыбнулась в ответ, но прошла мимо. Сердце слегка кольнуло. Что это было?

Она достала телефон. Ни одного сообщения. Паша снова не писал. Леся набрала его номер, слушая гудки, испытывая тревогу. Почему она боится ему позвонить?

- Алло. Она выдыхает.

- Ты не писал, я волновалась.

- Ну, я целый день дома, ничего интересного не происходит. Я знаю, что ты в университете. Не стал тебя отвлекать.

Выглядело как оправдания.

- Я соскучилась.

- Я тоже, — спокойно ответил Паша и замолчал.

Что сказать? Леся остановилась посередине улицы, больно закусив губу.

- Приедешь сегодня?

Молчание.

- Давай на следующих выходных, нужно помочь родителям.

- Хорошо.

Она положила трубку, прижимая телефон к груди, и усмехнулась. Любовь, наверное, все-таки живет 3 года.

***

Она устроилась работать официанткой в маленькое, ничем не примечательное кафе, рядом с университетом. Будни проходили тяжело. Полдня в университете, оставшееся время на работе. Когда наступала усталость, она пропускала лекции, оставаясь дома, в полной тишине. Работа оказалась не сложной. Только в периоды обеда, когда люди стремились отдохнуть, и выпить кофе, помещение наполнялось множеством незнакомых лиц.

- Казвам се Нели. Управителка съм, — представилась высокая, темная девушка, объясняя, где, что находится за барной стойкой.

Леся улыбнулась. Девушке было меньше лет, чем ей, но уже состояла в отношениях с пожилым хозяином кафе. Ясно, почему она так быстро стала администратором. Работа не пыльная, но платили совсем мало. 500 лв, кажется, это тысяч 20. Родители всё ещё помогали, но склонялись к самостоятельной жизни.

- Едно дълго кафе мила, — заказала пожилая дама, с красными губами.

Леся поплелась к барной стойке, умело управляясь с кофе машиной. Запах зерен пробрался в нос и защекотал нервы. Любимый когда-то напиток, теперь внушал отвращение. Близился вечер, а апатия накрывала, как одеяло.