Перед пеплом Империи

Глава 1. События 867 года.

Термины.

Асуй, Оссорту, Рсура —континеты, на которых расположены королевства.

Гласница/Гласий — Церковь и служащий.

Серпентотерапевты — лекари, ученые по здоровью драконов.

Лир - Минуты. Фес - секунды.

Зеркальная дева - магически прочный металл.

Сервы - чаще обычные люди, рабочие что получают монеты за нахождения яиц драконов.

Святые луны - месяца.

Рифу - Земля.

Асуй. Деополусы

— Марцел, Ты уверен? Равенхольмы не справляются даже со своими немощными драконами, если мы дадим знать им об этом, будет ли прок?

— Телли, леса уже давно не горели, из других королевств не было письма бедствия. Наши драконы за миллионы лет их существования не приносили столько пепла, сколько в день рождения нашей Сциллы. Доложим на север, фанатики с запада не должны знать ничего.

— У Каоне всего три дракона, писем о проклюве яиц Тэта и Иланги не было. Драконы не курицы, не вырастут за пару месяцев. – Телли была не слишком умна в делах правления, но хороша собой. Высокий рост в 5,6 дюйма украшали светло-лиловые волосы, которые спускались до бёдер, и были заплетены на манер северных леди. Узнать её из множества дам легко, усталый взгляд передался всем детям по её роду.

— Я соберу знать, и мы обсудим все на совете. Посла отправим на север, и хватит пречитать. Быть настороже – не значит гадить себе в штаны от каждого шороха.

— Марцелл, я лишь говорю о рисках, скрывать правду от тех, с кем у нас торговое обязательство разве есть мудро?

— Ступай к детям. — Хмурые глаза не проводили законную жену из тронного зала. — Марцелл не отличался особой красотой среди мужчин на Асуй. Невысокий рост и лишний вес, который догнал его с возрастом, делали его неуклюжим.

Тэлли покинула помещение с внутренним смятением и множеством сомнений после разговора. От размышлений не заметила, как очутилась около колыбельной маленькой Сциллы. Та тихо и спокойно спала, что вызывало у молодой Тэлли не сколько упоение и нежность, сколько жалость и страх за её жестокое будущее. Появление пепла наводило на мысль о перспективы прилёта кровожадных, диких драконов, которые могли бы безжалостно начать сжечь все царства. Тогда и пренебречь здоровьем и жизнью Сциллы, сконцентрировавшись на защите её братьев, возможных наследников, стало бы рациональным. Потраченные месяца на вынашивание её казались бессмысленными муками, потерей молодости и упущенной возможности достойного воспитания Скорла, Харвилда и Харуды.

Дождливый день вселял больший мрак в душу Тэлли, как и в душу Грандвистов с их знатью. Словно пепел принёс, как и рождение, так и смерть.

Оссорту. Грандвисты

Смерть короля Зухейма стало поводом для траура его семьи и для всех тех, до ушей которых дошла безрадостная новость. Тяжелее всего пришлось его сыну – Бьорнвиду. Уверенный когда то, в своей зрелости и лучшим представлением в своём правлении, внезапная весть заставила его почувствовать себя трусом и предателем. Ибо первое что пришло в голову узнав о смерти своего отца было о импульсивном побеге из замка, лишь бы вся ответственность не пала на его плечи.

Тело Зухейма лежало в Гласнице. Серый, холодный тон стен придавал сырость в угнетающем месте. Огромных три окна с характерными узорами, совершенные, не ремонтировались с начала её возведения. Резкими арками, в конце Гласницы позволяли солнцу, затуманенного облаками, осветить пространство вокруг Бьорнвида. Деревянные, старые скамьи, выстроенные в ряд, давно пустовали. Послышались шаги по полу из тёмного гранита, отдающеюся звонким эхом. Но поворачиваться Бьорнвид и встречаться с взглядом кого бы то не было он не собирался.

— Ты должен был встречать лордов, - Холодное молчание пронзительно ударялось о стены одинокой Гласницы, - Твой отец, был не самым выдающимся королём, но он любил вас. – нежная рука чуть коснулась локтя, но Бьорн не аккуратно отвёл его в сторону, не желавший чувствовать прикосновений даже собственной матери.

— Я не готов, не готов защищать вас, не готов взять под защиту тысячи наших людей и воинов. Я…готов отказаться от короны если потребуется, Рейдин станет достойным правителем. – Он поднял голову к узорам, обрамляющим иконы богов с дальнего запада. Никто в их семье не верил в богов, исключением был лишь Зухейм, ради него первенец и посетил святое место впервые за двадцать один год жизни.

— Рейдин вспыльчив и своенравен, к тому же младше, он не может наследовать престол. Наш король хотел бы видеть на своём троне тебя, он отдал годы в поисках знатоков перед твоим рождением. Посмотри на меня.

Бьорн медленно повернулся взглянуть на мать, увешанные на плечах, шее и руках украшения из драконьих костей и зубов придавали неуверенному силуэту устрашающий, воинственный вид. — Мэйзи, мать главного наследника, подошла чуть ближе и коснулась его щеки тыльной стороной руки. — Все претенденты на трон, что не хотят власти, становятся самыми заслуженными королями. Ты станешь таким, ты будешь лучше своего отца. – Нахмурив брови и отклонившись от сына, нужно было подвигнуть его действовать. — А сейчас ступай к лордам.

Бьорнвид смотрел на удаляющуюся тень, что минуту назад была нежной, а сейчас снова просит его быть тем, кем он не хочет.

— Не зря ты боишься власти. — Неожиданно мальчишеский, знакомый голос, невежественно прозвенел по всему залу. Казалось, что предел Гласницы может свалиться на головы от таких громких и резких звуков. — Она раздавила нашего короля, она раздавит любого, кому попадёт в руки. Но отдам должное, ты прав, я стал бы достойным правителем, старший брат.