Перед пеплом Империи

Глава 1. События 867 года.

Перед пеплом Империи.

«Чевиш»

Термины по вселенной.

Асуй, Оссорту, Рсура — континеты, на которых расположены королевства.

Фес — секунды.

Зеркальная дева — магически прочный металл.

[1] Гласница — Церковь

[2] Серпентотерапевт — лекари, учёные по здоровью драконов.

[3] Сервы — чаще обычные люди, или

рабочие, что получают монеты за нахождения яиц драконов.

[4] Святые луны — месяцы

[5] Лир — Минута

[6] Рифу — Земля в целом

[7] Гласий – служащий в Гласнице (в Церкви)

[8] Сакрофас — Башня или поместье для рыцарей при Королевстве

Перед лицом пробуждающихся драконов с юга и нарастающих политических интриг, королевства Деополусов, Каоне, Грандвистов и Хавенхольмов стоят на пороге перемен. старые династии борются за влияние, а судьбы людей и драконов переплетаются в пепле, который несёт одновременно рождение и разрушение. Это история о стратегии, мести и силе, которую невозможно контролировать, но приходится принимать.

Асуй. Деополусы

— Марцел, Ты уверен? Равенхольмы не справляются даже со своими немощными драконами, если мы дадим знать им об этом, будет ли прок?

— Телли, леса уже давно не горели, из других королевств не было письма бедствия. Наши драконы за миллионы лет их существования не приносили столько пепла, сколько в день рождения нашей Сциллы. Доложим на север, фанатики с запада не должны знать ничего.

— У Каоне всего три дракона, писем о проклюве яиц Тэта и Иланги не было. Драконы не курицы, не вырастут за пару месяцев. — Телли была не слишком умна в делах правления, но хороша собой. Высокий рост в 5,6 дюйма украшали светло-лиловые волосы, которые спускались до бёдер, и были заплетены на манер северных леди. Узнать её из множества дам легко, усталый взгляд передался всем детям по её роду.

— Я соберу знать, и мы обсудим все на совете. Посла отправим на север, и хватит пречитать. Быть настороже – не значит гадить себе в штаны от каждого шороха.

— Марцелл, я лишь говорю о рисках, скрывать правду от тех, с кем у нас торговое обязательство разве есть мудро?

— Ступай к детям. — Хмурые глаза не проводили законную жену из тронного зала. — Марцелл не отличался особой красотой среди мужчин на Асуй. Невысокий рост и лишний вес, который догнал его с возрастом, делали его неуклюжим.

Тэлли покинула помещение с внутренним смятением и множеством сомнений после разговора. От размышлений не заметила, как очутилась около колыбельной маленькой Сциллы. Та тихо и спокойно спала, что вызывало у молодой Тэлли не сколько упоение и нежность, сколько жалость и страх за её жестокое будущее. Появление пепла наводило на мысль о перспективы прилёта кровожадных, диких драконов, которые могли бы безжалостно начать сжечь все царства. Тогда и пренебречь здоровьем и жизнью Сциллы, сконцентрировавшись на защите её братьев, возможных наследников, стало бы рациональным. Потраченные месяца на вынашивание её казались бессмысленными муками, потерей молодости и упущенной возможности достойного воспитания Скорла, Харвилда и Харуды.

Дождливый день вселял больший мрак в душу Тэлли, как и в душу Грандвистов с их знатью. Словно пепел принёс, как и рождение, так и смерть.

Оссорту. Грандвисты

Смерть короля Зухейма стало поводом для траура его семьи и для всех тех, до ушей которых дошла безрадостная новость. Тяжелее всего пришлось его сыну – Бьорнвиду. Уверенный когда то, в своей зрелости и лучшим представлением в своём правлении, внезапная весть заставила его почувствовать себя трусом и предателем. Ибо первое что пришло в голову узнав о смерти своего отца было о импульсивном побеге из замка, лишь бы вся ответственность не пала на его плечи.

Тело Зухейма лежало в Гласнице[1]. Серый, холодный тон стен придавал сырость в угнетающем месте. Огромных три окна с характерными узорами, совершенные, не ремонтировались с начала её возведения. Резкими арками, в конце Гласницы позволяли солнцу, затуманенного облаками, осветить пространство вокруг Бьорнвида. Деревянные, старые скамьи, выстроенные в ряд, давно пустовали. Послышались шаги по полу из тёмного гранита, отдающеюся звонким эхом. Но поворачиваться Бьорнвид и встречаться с взглядом кого бы то не было он не собирался.