Перекрестное дыхание

Глава 1. Химия

Первая сентябрьская неделя в строительном университете всегда была похожа на большой переполох. Тысячи первокурсников, потерянных и восторженных, метались по коридорам, а старшекурсники смотрели на них со смесью снисхождения и азарта. Артем Волков стоял у окна на третьем этаже, опираясь локтем о прохладное стекло, и наблюдал за этим муравейником. Ему, четверокурснику факультета архитектуры, уже давно ничего не было интересно в этой суете. Он пришел лишь потому, что староста его группы попросила «взять шефство» над парой несчастных «зеленых» групп.

— Смотришь на новое мясо? — подошел его друг Макс, слегка толкнув его плечом. — Присмотрел кого-то уже?

Артем брезгливо поморщился:

- Не, детсадом заниматься пришел. Пусть бегают.

Но в тот момент, когда он произнес эти слова, его взгляд наткнулся на нее. Она была отделена от всей толпы, как будто кто-то вырезал ее из общего шумного видео и вставил в тихую, отдельную реальность. Девушка с темными, почти черными волосами, собранными в небрежный пучок, из которого выбивались непослушные пряди. Она стояла, вжавшись в стену, с широко раскрытыми серыми глазами, в которых читался неподдельный ужас перед этим хаосом. В тонких пальцах она сжимала распечатанное расписание, и Артем заметил, что бумага слегка дрожит.

Что-то внутри него сдвинулось с места. Не похоть. Не мимолетный интерес. Что-то более глубокое и тревожное. Он не видел ее лица полностью — только профиль, прямой нос, подбородок, вздернутый к верху с упрямым видом, даже в тот момент, когда она напугана.

— Эй, куда? — крикнул ему Макс.

Но Артем уже шел, легко рассекая толпу. Он подошел к ней, не загораживая собой свет, стараясь казаться не таким большим и опасным, каким, он знал, выглядел.

— Потерялась? — его голос прозвучал тише и мягче, чем он планировал.

Она вздрогнула и подняла на него глаза. Боже. Глаза. Серые, чистые, как дождь над Невой, с невероятно длинными ресницами. В них был испуг, но и вызов тоже.

— Нет. То есть да, — она смутилась и выпрямила спину. — Я ищу аудиторию 310.

— Это как раз моя цель, — соврал Артем без тени сомнения. — Я Артем. Старший куратор вашей группы. Фактически.

Он видел, что она не верит. Видел тень подозрения в ее взгляде. Но она лишь кивнула.

— Кира. Кира Лебедева.

Лебедева. Фамилия ударила его по сознанию, как молотком. Не может быть. Совпадение. Их много в городе.

— Лебедева? — не удержался он. — Ваш отец не Михаил Лебедев, случаем?

Его лицо стало жестче, и она это заметила. Ее собственный взгляд стал холодным, стена опустилась мгновенно.

—Да. А что?

Враги. С самого детства. Их семьи, два крупнейших предпринимателя города, вели между собой войну на протяжении двадцати лет. Подкупы, срывы сделок, попытки переманить друг у друга ключевых сотрудников. Волковы и Лебедевы ненавидели друг друга лютой, легендарной ненавистью.

Артем заставил себя улыбнуться, спрятав все, что клокотало у него внутри.

—Ничего. Просто слышал такую фамилию. Пойдемте, я провожу вас, мисс Лебедева.

Он произнес ее фамилию с легкой, едва уловимой насмешкой. Она шла рядом, напряженная, как струна. Он чувствовал исходящее от нее тепло и легкий, свежий аромат — не парфюма, а просто чистого тела и шампуня с запахом зеленых яблок. Этот контраст — ледяной взгляд и такой теплый, живой запах — сводил его с ума.

Он довел ее до аудитории, держа дверь открытой.

— Вам повезло, — сказал он, прежде чем она зашла внутрь. — У вас первый семинар по архитектурной композиции у Петровой. Она лучшая.

— Спасибо, — кивнула она, избегая его взгляда.

— Кира, — он остановил ее, уже зная, что совершает ошибку. Зная, что это запретно, опасно и безумно. — У меня тренировка сегодня вечером. В нашем спортзале. Баскетбол. Если интересно. Старшекурсники против младших. Будет... динамично.

Она обернулась и впервые посмотрела на него прямо. В ее серых глазах плескалось любопытство, погашенное семейной враждой.

—Я подумаю, — сказала она и исчезла в аудитории.

Артем остался стоять у двери, чувствуя, как бьется его сердце. Это была не просто симпатия. Это был вызов. И он всегда обожал вызовы.

Добро пожаловать в новую историю! В мою первую историю, пробу пера так сказать ❤

Очень рада всем кто тут оказался.

Будет интересно, жарко, не без стекла.

Сейчас проды каждый день, потом замедлюсь и буду выкладывать 2/1)

Глава 2. Игра на чужом поле

Она пришла. Сама не понимая зачем, втянутая магнитом его уверенности, Кира стояла на почти пустых трибунах университетского спортзала. Шла вторая половина игры, и он доминировал на площадке. Артем был не просто хорош — он был ярок. Его тело, собранное и мощное, двигалось с грацией хищника. Он не играл, он вел игру, отдавал пасы, которые казались немыслимыми, и бросал мяч в корзину с сокрушительной силой.

Кира не могла отвести глаз. Это была та самая сила, то самое превосходство, которое так пугало и притягивало ее с первой встречи. За одну лекцию, она успела узнать много информации о нём. Он был Волков. Враг. Сын человека, который поставил ее отца на грань разорения три года назад, тем самым доведя его до инсульта. Она должна была ненавидеть его. Но сейчас она смотрела, как капли пота стекают по его виску, как напрягаются мышцы на его спине под мокрой майкой, и чувствовала странное сжатие внизу живота.

Вдруг он обернулся прямо во время игры и посмотрел прямо на нее. Не искал взглядом, а точно знал, где она сидит. И ухмыльнулся, как будто поймал ее на чем-то запретном. Кира покраснела и уткнулась в телефон, делая вид, что пишет сообщение.

Игра закончилась победой старших. Кира уже собралась уходить, чувствуя себя полной идиоткой, когда он оказался рядом. От него исходил жар и запах пота, но не противный, а мужской, спортивный, соленый.

— Я рад, что ты пришла, — он дышал тяжело, утирая лицо полотенцем. — Видела, как мы разбили малышей?

— Ты был... хорош, — с трудом выдавила она.

— Только хорош? — он засмеялся, и его смех был низким и приятным. — Я был великолепен. И ты это видела. Пойдем, прогуляемся. Ты должна отдать должное за мою великолепную игру и не отказать в такой маленькой просьбе.

Она должна была отказаться. Резко и решительно. Но ее ноги сами понесли ее за ним.

Они вышли на прохладный вечерний воздух. Он шел рядом, не сокращая дистанцию, но его присутствие ощущалось каждой клеткой ее кожи.

— Почему Лебедева поступает на архитектуру? — спросил он неожиданно. — Разве не должна ты осваивать финансовые потоки в каком-нибудь Лондоне, чтобы продолжить войну?

— А почему Волков играет в баскетбол? Разве не должен ты уже руководить отделом и подсиживать моих родственников? — парировала она.

Артем снова рассмеялся, искренне.

— Коса нашла на камень, Лебедева. Мне нравится.

Они дошли до маленького сквера около университета. Фонари уже зажглись, отбрасывая длинные тени.

—Моя семья — это одно, — сказала Кира, останавливаясь. — А я — это мое личное, моя жизнь и мои цели. Я хочу строить дома. Не покупать и продавать их, а именно строить. Создавать что-то красивое.

Он посмотрел на нее по-новому, с интересом.

— Идеалистка. Как мило. Мир сломает тебя за полгода.

— А тебя не сломал? — она посмотрела на него вызывающе.

— Меня? — он шагнул ближе. Дистанция между ними исчезла. Она почувствовала его тепло, его дыхание. — Меня мир просто закалил. И я беру то, что хочу.

Он не стал ее целовать. Он поднес руку к ее лицу и большим пальцем провел по ее нижней губе. Жест был невероятно откровенным, интимным, влажным. Все внутри нее задрожало, колени подкосились.

— Я не твоя добыча, Волков, — прошептала она, но не отстранилась.

— Еще нет, — так же тихо ответил он. — Но это всего лишь вопрос времени.

За его спиной послышался голос:

— Кира? Все в порядке?

Кира отпрянула, как ошпаренная. Из темноты на свет фонаря вышел Данила. Данила Макаров, ее друг детства, сосед, однокурсник. Парень, который смотрел на нее с обожанием всю жизнь. Он смотрел сейчас на Артема с чистой, неподдельной ненавистью.

— Все хорошо, Даня, — поспешно сказала Кира. — Мы просто... разговаривали.

Артем оценивающе окинул Данилу взглядом, с высоты своего роста и своего положения. Улыбка тронула его губы — высокомерная и понимающая.

— Марков, да? Слышал о тебе. Перспективный математик. Тебе не сюда. Твое место в библиотеке.

Данила сжал кулаки, но не дрогнул.

— Кира, пойдем. Тебя ждут родители.

Артем не стал спорить. Он лишь посмотрел на Киру, и его взгляд был обещанием. Яростным, запретным, неотвратимым.

— До завтра, Лебедева. Обсудим твои планы по строительству прекрасного.

Он развернулся и ушел, оставив их вдвоем в холодном вечернем воздухе.

— Ты что с ним делаешь? — голос Данилы дрожал. — Ты знаешь, кто он? Что его семья сделала?

— Знаю, — тихо сказала Кира, глядя на удаляющуюся широкую спину. — Я все знаю.

Но это знание больше не имело никакого значения. Оно только подливало масла в огонь. Оно делало его еще более опасным. Она чувствовала прикосновение его пальца на своей губе и пока не понимала, что точка невозврата уже позади.

Глава 3. Правила игры.

Лекция по истории искусств должна была стать отдушиной. Местом, где можно забыть о напряжении последних дней. Но для Киры она превратилась в самую настоящую пытку.

Артем сидел через два ряда от нее, развалившись на лавочке с видом короля, снизошедшего до посещения своего народа. Он не смотрел на лектора. Он смотрел на нее. Его ледяной, тяжелый взгляд был физически ощутим на коже. Она чувствовала, как под его взглядом загораются щеки, как учащается пульс. Это бесило. Он враг. Сын человека, который чуть не разрушил все, что так любил ее отец, то есть его бизнес, и то что так сильно любила она - своего отца. Она должна ненавидеть Волкова.

Но ее тело отказывалось подчиняться голосу разума.

Он поймал ее взгляд и медленно, настолько медленно, что это можно было расценить как оскорбление, провел языком по губам, а потом ухмыльнулся. Кира резко отвернулась, уткнувшись в конспект, но буквы расплывались перед глазами.

После пары он перегородил ей дорогу в коридоре. Макс, его друг, стоял поодаль, с ухмылкой наблюдая за зрелищем.

— Ну что, Лебедева, обсудим планы по строительству прекрасного? — его голос был низким, преднамеренно томным, рассчитанным на то, чтобы вывести ее из равновесия.

— Отстань, Волков, — буркнула она, пытаясь обойти его. Он легко шагнул в сторону, снова преграждая путь.

— Не отстану. Настаиваю. Кофе. Сегодня. После пар.

— У меня планы.

— Отмени их. - вот же неугомонный, подумала Кира закатив глаза.

В этот момент подскочил Данила. Его лицо было бледным от гнева.

—Тебе сказали «нет». Иди своей дорогой.

Артем медленно, с преувеличенной небрежностью повернулся к нему. Разница между ними была разительной: Артем — мускулистый, уверенный в своей силе, Данила — худощавый, напряженный, как струна.

—Марков, твой героизм трогателен, — пренебрежительно бросил Артем. — Но я разговариваю не с тобой. Я разговариваю с Кирой. Так что отойди в сторону, пока не получил.

Напряжение повисло в воздухе густым туманом. Кира видела, как сжимаются кулаки у Данилы, и понимала, что это неравный бой во всех смыслах.

— Даня, все в порядке, — тихо сказала она, касаясь его руки. — Я сама разберусь.

— Но, Кира... - Данила заискивающе посмотрел ей в глаза, надеясь вразумить её.

—Пожалуйста. - она положила правую ладонь на его грудь, на что получила неоднозначную реакцию от обоих парней, от одного вздох удивления, от второго резкий вдох и ей показалось или это был скрип зубов.

Макс хихикнул в сторонке, за что получил ледяной взгляд Артема. И сдерживая улыбку сделал вид, что рассматривает расписание.

Данила с ненавистью посмотрел на Артема, но отступил. Артем снова перевел взгляд на Киру, и в его глазах вспыхнуло что-то темное, триумфальное.

—Ну? Кофе?

Ненависть к нему, к себе за свою слабость, к этой невыносимой ситуации переполнила ее. Она подняла на него взгляд, полный ярости.

—Хорошо. Одна чашка кофе. Чтобы ты отстал. Только не здесь.

Удовлетворенная улыбка тронула его губы.

— Конечно. Я знаю одно тихое место. В семь. Не опаздывай.

Он не стал ждать ответа, развернулся и ушел, а Макс, все ещё хихикая, последовал за ним.

Кира стояла, чувствуя, как дрожат ее руки. Она только что добровольно согласилась на свидание с врагом.

— Зачем ты это сделала? — голос Данилы звучал сдавленно. — Ты знаешь, что он от тебя хочет?

— Я не знаю! — выдохнула она, чувствуя себя в ловушке. — Может быть, если я пойду, он отстанет. Может, я смогу... я не знаю... сказать ему все в лицо.

— Он играет с тобой, Кира! Как с игрушкой! Ты для него просто трофей, способ насолить моей... нашей семье!

— Я не трофей! — вспылила она. — И я сама решаю, с кем мне пить кофе. Не опекай меня так, Даня, я не ребенок!

Она увидела, как ему больно от её слов, но было уже поздно. Он кивнул, сгорбился и молча ушел.

А она осталась одна с гнетущим чувством вины и странным, запретным предвкушением вечера.