Песнь о Тяньшу. Тысяча миль одной нити судьбы

Глоссарий

Главные герои:

Соня Миронова из России, 22 года, учится на дизайнера-иллюстратора.

Эрик Гордеев из России, 23 года, лидер и главный вокалист популярной группы Apollofly.

Ян Кай У (от 阳yáng - мужчина; 開悟 kāi wù – открывать новое осознание) из ордена Инхушэнь (鹰虎神- дух орла и тигра).

Юань Фэнь (缘分, yuánfèn – роковое совпадение, судьба) из ордена Юэлянь (月镰, yuè lián – Лунный Серп).

Чжун Хао (忠 (zhōng), верность, преданность с 豪 (хао), храбрый, героический) из ордена Инхушэнь.

Лу Мэн (璐蒙 lù méng) – Лучший (белый) нефрит, окутанный тьмой.

Цзиньэ (金峨, jīné) – золото возносящиеся к небу. Цилинь из царства Цинъюнь.

Противники:

Генерал Лак Лонг Куан из Царства Ситькуи, что на эвэхуанский языке переводится как «Красный демон».

Места:

Империя Фунань (福南 Fúnán) – Благословенный юг

Люуе (刘吴夜 liúwúyè) – Город ночи

Провинцией Шанци́н (上清 Shàngqīng) – Высшая Чистота

Царство Цинъюнь (庆云 qìngyún) - Благовещие облака

Школа:

Шансян (上庠 shàngxiáng) – высшая школа, находится на Пике Тайцзи (太極 tàijí) – великий (изначальный) предел.

Юэя́н (岳阳, Yuèyáng) – пик Солнца.

Тяньди (天地, tiāndì) – пик Неба и Земли

Наставники:

Мин Юнь (命運, mìng yùn) – воля неба; предназначение. Даши (大师, Dàshī) – титул означает «великий мастер».

Соученики и соученицы:

Лин Лань (陵兰 líng lán) из клана Уюэ (五岳 wǔyuè) – пять священных пиков.

Вэнь Жоу (溫柔, wen rou) из клана Юйфэн (玉凤, yùfèng) – нефритовый феникс.

Тан Ли (唐力 táng lì) – вольный, свободный, упорный.

Сянь Юэ (仙月 xiān yuè) из клана Чанхэ (长河 chánghé) - млечный путь.

Обращения:

Туди (徒弟 túdì) — ученик/ученица.

Дашисюн (大师兄 dàshīxiōng) — самый старший или первый поступивший на обучение ученик.

Дашицзе (大师姐 dàshījiě) — самая старшая или первая поступившая на обучение ученица.

Шицзе (师姐 (shījiě) — старшая соученица по обучению.

Шимэй (师妹 shīmèi) — младшая соученица по обучению.

Шисюн (师兄 shīxiōng) — брат-наставник, старший соученик.

Шиди 师弟 (shīdì) — младший соученик по обучению.

Дицзы (弟子 dìzǐ) — личный ученик-последователь/личная ученица-последовательница.

Шифу (师傅 shīfu) — мастер; отец-наставник.

Шицзунь (师尊 shīzūn) — мастер, вежливое обращение к наставнику.

Лаошифу (laoshifu) — используется в отношении совершенно любого учителя. Можно условно перевести как многоуважаемый.

Лаоши (老师 lǎoshī) — наставник/учитель.

Сяньси (仙师, xiānshī) – Бессмертный мастер, звание заклинателя высокого ранга

Лаофу (老夫, lǎofū) – "Этот старик".

Сяоцзы (小子, xiǎozi) – паренек, негодник.

Цземэй (姐妹 (jiěmèi) — сестра. (Без указания старшинства).

Мэймэй (妹妹 (mèimei) — младшая сестра.

Гэгэ (哥哥 gēge) — старший брат, так же используется девушками при кокетстве.

Сюнди (兄弟 xiōngdì) — брат; друг (Без указания старшинства).

Дагэ (大哥, dàgē) – самый старший брат в семье, а также вежливое обращение в дружеском разговоре.

-Сюн (兄, xiōng) – «старший брат», «уважаемый друг» (вежливое обращение к сверстнику).

-Гэ (哥, gē) – букв. «уважаемый старший брат».

Мэйнюй (美女 měinǚ) – красавица (обращение, обычно к незнакомым девушкам до 40+ лет)

Шуайгэ (帅哥, shuàigē) — красавец

Совершенствование (смотреть таблицу):

Совершенствование - мистические искусство или набор техник, которые практикуют заклинатели.

Духовные корни (灵根 línggēn - корень духа, корень жизни) – образно, основа души и тела человека. Связаны с врождёнными талантами и способностями человека.

Шеньши – (神识 shénshí) – духовное восприятие\чувство.

Ядро (魔核 móhé - магическое ядро, 妖核 yāohé - колдовской + ядро), которое содержит их цзин/жизненную силу и/или Основу для самосовершенствования.

Даньтянь (丹田 dāntián) – букв. "киноварное поле". Расположена примерно на ширине 3-х пальцев ниже пупка, место, где сосредоточена ци человека.

Хоутянь (后天 hòutiān) - посленебесное / приобретенное, происходят от даосизма и Внутренней алхимии означает то, что "питает" человека после рождения: пища, вода, воздух, внешняя ци.

Сяньтянь (先天 xiāntiān) – преждененебесное / врожденное, происходят от даосизма и Внутренней алхимии означает то, что даётся при рождении (жизненная сила цзин, энергия ци и дух-шэнь).

Чунсяоцзин (冲霄境) - Пробивая небо. Когда ты ещё «смертный», но переродился с «новым телом», намного сильнее, выносливее и ближе к бессмертию.

Столп Яньли (严厉, yánlì) – столп строгости (для фехтовальщиков)

Столп Цыбэй (慈悲 cíbēi) – столп милосердия (для заклинателей)

Небесная Скорбь (天劫 tiānjié) - небесное испытание.

Цингун (轻功 qīng gōng) – мастерство легкости. Способность двигаться с большой ловкостью и быстротой. При высоком уровне мастерства практикующие этот навык могут бегать по воде, прыгать на вершины деревьев или даже парить в воздухе.

Демоническое ядро (魔核 móhé - магическое ядро, 妖核 yāohé - колдовской + ядро), содержит их жизненную силу и/или основу для самосовершенствования.

Время:

卯 mǎo (5.00 — 7.00): легендарный ЗАЯЦ готовит на Луне лекарство бессмертия

辰 chén (7.00 — 9.00): ДРАКОН нагоняет тучи

巳sì (9.00 — 11.00): время активности ЗМЕИ

午 wǔ (11.00 — 13.00): резвятся ЛОШАДИ

Пролог

Царство Ситькуи.

Алый Дворец Лаэ Тай

Лак Лонг Куан уверенно вошёл в просторный зал, богато украшенное драгоценными камнями тёмно-синее одеяние развивалось от быстрых шагов. Трёхголовые нагарай[1] вырезанные на мраморных колоннах, внимательно следили за генералом и бесшумно ступающей за ним стражницей Ли Тьенг. Инстинктивно проведя рукой по серебряной маске, прикрывающей правый глаз, Лак Лонг бросил безразличный взгляд на танцовщиц. Девушки в шёлковых сабай[2] изящно двигались в танце «Восьми фей в облаках» под резкое, но проникновенное звучание данбау[3] и сао. Браслеты на их руках мелодично звенели в такт движениям.

Остановившись в паре чжанов от лестницы, ведущей к величественному трону, Лак Лонг мазнул взглядом по грозным позолоченным статуям клыкастых якши с воткнутыми в пол мечами и поклонился, согнув левую руку и сложив пальцы в кулак, а правую приложил сверху. Стражница скрестила руки на груди и почтительно склонилась.

– Хоанг де[4], да воссияет великое пламя хунгвыонгов! – чинно поприветствовал Лак Лонг, поднимая глаза на императора.

Подперев щёку одной рукой, Хунг[5] Кхай скучающе посмотрел на генерала, и вся безмятежность с его холодного утончённого лица исчезла. Чёрно-алое одеяние раскинулось по трону, изящно уложенные тёмные волосы венчала золотая корона в форме застывших языков пламени.

– Генерал, неужели я был слишком снисходителен, что ты решил не торопиться выполнять мой приказ? – мягким, почти томным голосом произнёс император, и острый, словно лезвия взгляд пронзил Лак Лонга.

– Ваше Величество, мот луан уже был в моих руках... – внезапная силовая хватка сжала горло генерала, заставляя умолкнуть и схватиться за шею в попытках высвободиться из невидимых пальцев.

– Мне не нужны оправдания! Я дал тебе достаточно времени, а ты посмел явиться с пустыми руками! – голос императора зазвенел сталью, его глаза заволокло серебристым сиянием, а тёмная пронизывающая аура разлетелась в стороны.

Не вставая с трона, Хунг Кхай силой вздёрнул Лак Лонга над полом. Генерал захрипел, сильнее вцепляясь в шею, его лицо побагровело, вены вздулись.

Вскрикнув, танцовщицы в ужасе прижались друг к другу, музыка мгновенно стихла.

– Хоанг де! Эта ничтожная слуга просить проявить милость к генералу, – падая на колени, умоляюще воскликнула Ли Тьенг. – Если бы тогда не вмешались...

– Не смей!.. – стражница вмиг замолчала, боясь поднять глаза на господина.

Император недобро усмехнулся.

– Если генерал не может справиться с парой заклинателей, то придётся послать Вьет Тхонга, он уж никого не пощадит.

Лак Лонг мог вытерпеть любую боль, но насмешки и презрение в глазах других генералов для него хуже смерти.

– Я выполню прик...аз, – сквозь зубы процедил Лак Лонг, жёсткий взгляд, брошенный на императора, наполнился яростью.

Невидимая хватка ослабла, генерал упал на одно колено, судорожно хватая воздух и заливаясь кашлем.

Император расслаблено откинулся на спинку трона и, прикрыв глаза, властно произнёс:

– Владыка скоро пробудится, к тому времени древний меч Тяньшу должен быть в моих руках. Не разочаруй меня, брат...

– В этот раз я не подведу, – Лак Лонг сдержанно поклонился и, развернувшись, спешно зашагал к выходу.

Скучающе вздохнув, Хунг Кхай махнул рукой, слуга тут же поднёс ему чашу с вином. Вновь заиграла музыка, и танцовщицы соблазнительно задвигались, восхваляя в пении силу императора и желая ему долгой жизни.

Когда двери в тронный зал закрылись, Лак Лонг гневно ударил кулаком по колонне и медленно выдохнул.

– Генерал, каков ваш план? – хмуро поинтересовалась Ли Тьенг, обеспокоенно смотря на господина.

– Давненько мы не приносили Владыке Зием Выонгу кровавое подношение, пора это исправить.

– Что прикажете делать с молодой госпожой и дерзким юнцом, посмевшими вас оскорбить? Только скажите, и эта слуга лично проследит, чтобы они умерли в муках! – яростно заявила Ли Тьенг склоняясь в поклоне.

– Твой драконий кнут не должен их коснуться! – остудил пыл стражницы генерал. – Доставь живыми на чёрную гору Нхи Лунг, я лично ими займусь, – хищная ухмылка исказила губы Лак Лонга, в сладостном предвкушении он стёр кровь с руки.

***

[1] Трёхголовые нагарай – священные кобры, почитающиеся в царстве Ситькуи

[2] Сабай – традиционная женская одежда представлять собой длинный кусок шелка, который накидывается по диагонали на грудь, прикрывая одно плечо, а один конец спускается за спину.

[3] Данбау (đàn bầu) — однострунная цитра.

[4] Хоанг де (hoàng đế) – почтительно обращение к императору

[5] Хунг (Hùng Vương, 雄王) – титул правителя; полное имя императора – Кхай Динь-выонг

Глава 1

Город Люуе. Поместье Цзяхао

Седьмой месяц орхидеи

Остановившись возле главных ворот с каменными львами, Эрик громко забарабанил в дверь, привлекая внимание прохожих.

– А потише нельзя? – шикнула я на лидера, неловко кланяясь пожилой паре.

– Я не виноват, что у них тут звонка нет, а у Ли Хао слух плох...ой, – Эрик запнулся, когда двери резко отворились и пред нами предстал управляющий в скромной бежевой одежде старшего слуги.

– Мы вернулись! – обрадовала я Ли Хао, делая лёгкий поклон и поудобней перехватила в руке шест Белого Лотоса.

Увидев наши сияющие лица, Ли Хао вздрогнул и чуть не поддался порыву закрыть обратно двери, но Эрик вовремя подставил ногу, и управляющий отступил.

– Лучше бы юная госпожа и господин в Шансяне остались, всё проку больше. В поместье от вас только шуму прибавится, – он окинул нас хмурым взглядом, нехотя пропуская во внутренний двор.

От такого дружеского приветствия я на мгновение растерялась, а Эрик лишь усмехнулся, похлопав управляющего по плечу.

– Ли Хао, смотрю, ты нисколько не изменился, всё такой же ворчун, но я рад тебя видеть.

Лицо управляющего на миг перекосило, но он быстро справился с собой и сдержанно поинтересовался:

– Не желают ли юные госпожа и господин отдохнуть с дороги? Я прикажу служанкам подготовить покои.

– Не торопитесь, мы сначала сходим поздороваться с господином Юань Фэнем и Кай У, – натянуто улыбнулась я, потянув Эрика в сторону главного павильона.

– Да, и будь добр, прикажи приготовить еды, с дороги я жутко голодный! – выкрикнул Эрик, оборачиваясь к Ли Хао. Тот лишь тяжело вздохнул и, прихрамывая, направился в сторону кухни.

Впуская свежий летний ветерок, двери в зал Спокойствия были широко раскрыты. Господин Юань Фэнь, погружённый в чтение, сидел на кушетке внутри павильона. Изысканное белое одеяние, плавно переходящее в чёрное на подоле и рукавах, подчёркивало его широкие плечи. Тёмные волосы, аккуратно собранные в высокий хвост, украшал нефритовый гуань[1], заколотый поперечной шпилькой. Немного нервничая, я замедлилась, поправляя ученическое ханьфу и пытаясь придать себе уверенный вид. Эрик вошёл в зал первым, я тихонько ступила за ним, как вдруг шест стукнулся о порог и, выскользнув из пальцев, с грохотом рухнул на пол.

Упс...

Господин Юань Фэнь резко вскинул голову, пронзая суровым взглядом, но, увидев нас, выражение на его лице смягчилось, а губы тронула улыбка.

– Ну конечно, стоило тебе увидеть красавчика, как всё сразу из рук валиться, – фыркнул Эрик, насмешливо покачав головой.

– Ты, видно, к ним не относишься, раз при тебе у меня ничего не валиться из рук, – вернула ему подколку, метнув испепеляющий взгляд.

Эрик усмехнулся, а я наклонилась поднять шест, чувствуя, как щёки обдаёт жаром.

– Госпожа Сония, юный господин Эрик, рад вас видеть! Надеюсь, дорога не сильно утомила? – заботливо поинтересовался господин Юань Фэнь, откладывая книгу в сторону. Янтарные глаза с милой родинкой под нижним веком внимательно осмотрели нас.

Мы с Эриком вежливо поклонились, вытянув руки и сложив ладони.

– Дорога не утомила, но вашим повозкам не хватает кондиционера, – непринуждённо отозвался Эрик, вытаскивая из рукава шёлковый веер и обмахиваясь им. – Духота неимоверная! Спасибо шифу, что открыл портал в Люуе, и нам не пришлось четыре дня трястись в ней.

– Конди... эр? – озадаченно изогнул бровь господин Юань Фэнь.

– Он охлаждает в помещении воздух при сильной жаре, – коротко пояснила я, когда Эрик отвлёкся на столик, разделяющий кушетку, и буравил глазами пиалу с чаем.

– Вот как? – с улыбкой протянул господин Юань Фэнь и чуть напрягся, заметив странный взгляд Эрика.

Эрик резко шагнул вперёд, господин Юань Фэнь, не сводя с него глаз, мгновенно накрыл ладонью пиалу. Отступив назад, лидер довольно усмехнулся:

– Так и знал, что вы не забыли! Но я бы не стал повторяться, да и дворы убирать мне надоело, – он стрельнул в меня взглядом.

Цокнув, я, прижав шест, скрестила руки на груди. Эрик, похоже, мне теперь до старости об этой подработке напоминать будет.

Господин Юань Фэнь, придержав правый рукав, налил в другую пиалу чай и, аккуратно взяв её, поднялся с кушетки.

– Юный господин, ваше сгребание листьев в кусты сложно назвать уборкой, – спокойно заметил он, любезно протягивая лидеру пиалу.

– Тц! Если б не Чжун Хао, вы бы об этом даже не узнали, – хмыкнул Эрик, одним глотком выпивая чай.

Я подавила смешок, пряча улыбку за почёсыванием носа, Юань Фэнь перевёл на меня взгляд и тепло улыбнулся.

– Госпожа Сония, для вас я прикажу заварить свежий чай, наш, к сожалению, остыл.

– Благодарю, – вежливо кивнула и тихо добавила: – Но я и от холодного не отказалась бы.

– Юная госпо... – вдруг замолчав, господин Юань Фэнь бросил взгляд на улицу.

Мы с Эриком одновременно обернулись.

Господин Кай У в светло-зелёном одеянии неспешно поднимался в зал, неся целую гору скрученных свитков, они валились у него из рук, скатываясь с лестницы. Передние пряди серо-лиловых волос спадали на плечи, остальные были уложены в пучок, закреплённый серебряным гуанем и шпилькой-цзи. Исхудавшее, с морщинами и глубокими тёмными кругами лицо сменилось на лицо с тонкими решительными чертами и белоснежной кожей.

– Вау, господин Кай У, вы так помолодели! – вместо приветствия воскликнула я, стоило ему переступить порог.

– Не серьёзно? Вы на медитации были или у пластического хирурга? – ошеломлённо вторил Эрик.

Застыв в дверях, господин Кай У недоумённо перевёл взгляд с меня на Эрика и обратно.

– Помолодел? У пластич... кого?

– Юный господин, барышня Сония, вы сколько думали, Кай У лет? – смеясь над растерянным другом, поинтересовался Юань Фэнь.

– Сорок плюс...

– Около пятидесяти, – следом бросил Эрик.

– Кхм! Между прочим, я старше Юань Фэня всего на два года, а ему только двадцать шестой год пошёл! – оскорблённо заметил господин Кай У, вскинув подбородок, отчего ещё несколько свитков посыпались на пол.

Глава 2

С глухим звуком встретила удар, от силы Чжун Хао вибрация отдалась во всем теле, оттолкнув на шаг назад. Не дав опомниться, Чжун Хао решительно наступал, нанося связку быстрых ударов, я еле успевала отбиваться. Сделав резкий выпад шестом, заставила его отступить, вмиг ударяя сверху вниз и наискось, приятель с легкостью уклонился и, подлетев, атаковал сверху. Подняв руки, блокировала удар, отчего шест слегка задрожал, и атаковала быстрым вращением с выпадом... конец шеста полетел вперёд, словно молния, врезаясь Чжун Хао в грудь.

– Весьма неплохо, барышня Сония, – одобрительно улыбнулся приятель, потирая ушиб.

Я невольно зарделась, улыбнувшись. Эрик же, вальяжно рассевшись на траве и обмахиваясь веером, насмешливо фыркнул:

– Это ты ещё не видел её коронный удар «только дотронься до моей шпильки!».

Чжун Хао закашлялся, подставляя кулак к губам и глуша смех.

Я раздраженно закатила глаза.

– Ещё слово, и продемонстрирую этот приём на тебе!

– Ладно-ладно, молчу, – усмехнулся Эрик, примирительно поднимая руки. – Деритесь уже, а то от этой жары я скоро растаю.

– Ах, точно! – я хлопнула себя по лбу, бросая на лидера ироничный взгляд. – Ты же у нас ванильная мороженка. Прости, морозильник дома оставила.

Эрик прожёг меня прищуренным от солнца взглядом и едко ухмыльнулся:

– За это вычту из твоей зарплаты. Чтоб впредь не забывала о своих обязанностях менеджера, – он непринужденно вскинул голову и отвернулся, величественно обмахиваясь веером.

Вот моська! Руки зачесались дать ему подзатыльник и сбить всю спесь, но, вспомнив о Чжун Хао, удержала себя на месте. Приятель и так непонимающе бегал между нами взглядом, растерянно потирая шею.

– Не обращай внимания, мы просто так подшучиваем друг над другом, – неловко обратилась я к Чжун Хао, стараясь игнорировать косой взгляд лидера. – Продолжим?

– Как скажешь, барышня, – весело кивнул приятель и, сделав пару шагов, вдруг замер. – А что такое ванильная мороженка?

Эрик прыснул и, качая головой, спрятал лицо за шёлковым веером.

– Потом расскажу, – отмахнулась я и, применяя технику «змея преследует тень», атаковала Чжун Хао.

Скользящий шаг, выпад, удар, чуть отклоняюсь от меча, он проносится в сантиметрах от лица, разворот, подсечка, резкий колющий тычок в живот. Парировав удары, Чжун Хао выставил перед собой меч, рванув в атаку...

Крутанулась, обходя его сбоку, наши взгляды встретились, не удержавшись, игриво подмигнула ему. Приятель, смутившись, неловко запнулся об свою ногу и пробежал дальше, чем того следовало.

– Сюнди, не поддавайся на её уловки! – недовольно выкрикнул Эрик. – Она же специально тебе глазки строит.

Проигнорировав лидера, я довольно крутанула в руках шест, смотря на слегка покрасневшего Чжун Хао. Откинув челку с лица, он с хитринкой в глазах улыбнулся и, оттолкнувшись кончиком сапог, развивая полы одеяния, полетел на меня. Шест сталкивается с мечом, и меня порывом отталкивает назад. Рассекая воздух, Чжун Хао немедля атакует точными ударами, пробивая мою и так слабую защиту. Один из ударов прилетел по рёбрам, обжигая и сбивая дыхание.

– Ауч! Как больно... – морщась, воскликнула я, одной рукой хватаясь за бок, а второй облокачиваясь на шест.

Тут же выронив меч, Чжун Хао обеспокоенно заметался вокруг.

– Барышня Сония, простите этого ничтожного, позвольте я осмотрю.

– Не стоит, – остановила его руки и поморщилась, любое движение отдавалось ноющей болью. – Думаю, отделаюсь синяком.

Чжун Хао посмотрел на меня взглядом провинившегося щенка.

– Не переживай, до свадьбы заживет, – улыбнулась я, желая показать, что всё нормально, но, кажется, только ещё больше взволновала приятеля, судя по его побледневшему лицу.

– В сражении с врагом тоже каждый раз кричать будешь, что тебе больно? – поинтересовался Эрик, расправляя длинные рукава светло-голубого ханьфу. – С нашими тренировками в Шансяне должна была уже привыкнуть.

Я хмыкнула.

– Вот сейчас и проверим, насколько ты сам привык, – с вызовом во взгляде заметила я и повернулась к приятелю. – Чжун Хао, он твой, – дала команду и, облокачиваясь на шест, поковыляла в сторонку, с облегчением усаживаясь на землю.

Эрик вытащил из-за пояса два боевых веера, с щелчком раскрывая и с усмешкой на губах встал в стойку, как учил шифу.

– Сюнди, я давно не встречал таких отличных вееров. Какое имя ты дал своему духовному оружию? – с восхищением рассматривая серебристо-золотые узоры, поинтересовался Чжун Хао.

– Мне что, заняться больше нечем, ещё имя им давать? – хмыкнул Эрик, захлопнув веера. – Да и для чего оно?

Призвав духовной силой, валяющийся на земле меч, Чжун Хао снисходительно улыбнулся.

– Наделяя духовное оружие именем, хозяин тем самым укрепляет с ним связь. Дабы в бою они стали едины и духовные силы возросли. Имя моего меча Гунмин[1], – изящным движением приятель вынул клинок из ножен, лезвие сверкнуло в лучах солнца, Чжун Хао покрутил его у лица и обернулся ко мне, продолжив: – Имя шеста «Белый лотос» был дан последним мастером, если барышня Сония желает, она может его изменить.

Я погладила лежащий рядом шест и покачала головой.

– Думаю, оставлю как есть.

Чжун Хао тепло улыбнулся, возвращая меч в ножны.

– О! – щёлкнул пальцами в воздухе Эрик, будто на него снизошло озарение. – Тогда назову их Imagine Dragons, – последние слова он произнёс на английском.

Не сговариваясь, мы с Чжун Хао удивлённо переглянулись, только моё удивление было связано с тем, что из-за заклинания, когда мы говорим на русском, слова звучат на эвэхуанском, и я думала, так будет и с другими языками. Но, получается, в случае чего мы с Эриком можем использовать английский, хоть я и знаю его на «хорошо со словарём».

– Ты серьёзно хочешь назвать боевые веера в честь рок-группы? – всё же решила уточнить, вдруг лидер шутит.

– А что такого? – непринужденно дёрнул плечом Эрик. – Это одна из мои любимых групп, на которую мы с участниками равняемся. Да и они, – лидер тыкнул в сторону Чжун Хао, – как раз поклоняются драконам.

Глава 3

Ветер свистел в ушах, каждый вздох резал легкие, нога отдавала болью, а ветки и кусты хлестали по лицу, и лишь адреналин поддерживал мой стремительный бег, заглушая чувства. Сквозь пелену слёз я практически ничего не видела, деревья сливались в одно тёмное пятно. Я спотыкалась о корни и камни, но Эрик крепко удерживал за руку, не давая упасть. Тропинка впереди неясная и виляющая, словно лабиринт. Листва под ногами скрипела и хрустела, будто смеясь над нашим отчаянным бегством.

Ломая с треском ветки, за нами неустанно неслась погоня. Мимо со свистом пролетали стрелы, эхом по лесу разносилось позвякивание цепи, вызывая ледяные мурашки по всему телу.

Дыхание рваное, в правом боку неистово колет. Ноги ватные, и кажется, я уже не контролирую свои движения. А время и пространство смешиваются в калейдоскопе страха и паники. Тяжело дыша, Эрик начинает заплетаться, всё чаще налетая на деревья, пот струится по его лицу. Над ухом стремительно проносится стрела, мы резко уходим в сторону, и лидер, запнувшись о корягу, улетает в кусты, за которыми оказывается овраг, и чертыхнувшись, кубарем скатывается вниз. Я испуганно застываю на краю, шаги наёмников приближаются.

– Той тин! Но о киа дэй![1] – голос одного из них раздаётся совсем близко, и сердце заходится в бешеном ритме.

Больше не мешкая, я осторожно скатываюсь к кряхтящему Эрику. Подхватив его под руку, помогаю подняться и быстро увожу за ближайшее дерево. Затаив дыхание, прижимаюсь к стволу, пытаясь слиться с ним, и прислушиваюсь.

Сверху раздаются голоса, наёмники шумно рыщут в кустах, одна из стрел вонзается в землю буквально в том месте, где лежал Эрик, цепь с грохотом ударяет в дерево. Я вздрагиваю и отшатываюсь, чуть не выдав нас, но лидер мгновенно прижимает к себе. От него пахнет горьким дымом, а сердце отчаянно колотится в груди в такт моему. Мы стоим так ещё некоторое время, пока шаги наёмников не отдаляются.

– Идём туда, – шепчет Эрик, указывая в противоположную сторону, и, стараясь не сильно шуметь, мы убегаем подальше от преследователей.

Казалось, мы бежали целую вечность, держась на одном упрямстве. Безликие деревья сменяли друг друга, и только светлая спина Эрика стала для меня ориентиром в этом тёмном лесу. Внезапно деревья расступились, выпуская нас на залитый белоснежным светом небольшой уступ. Оказалось, мы всё это время бежали в гору. Эрик резко затормозил, отчего я чуть не врезалась в него, и тяжело дыша, осторожно подошёл к краю.

– Вот это обрывчик, – присвистнул лидер, тут же отходя назад и стирая грязным рукавом пот с лица.

Держась за колющий бок, я глянула вниз и охнула. Высота пугала, а шумная река, мерцая в лунном свете, извивалась подобно змее, уходя далеко вдаль.

– Идём... я видел там другой путь, – стараясь отдышаться, Эрик навалился плечом на ствол и напряжённо глянул в темноту между деревьев.

Меня трясло, я жутко вымоталась и сил бежать нет. Тяжело. Невыносимо. И так хочется, чтобы это всё оказалось просто кошмарным сном.

– Нет, мы должны вернуться к Чжун Хао, – слова царапают сухое горло, слёзы обжигают глаза, стоит о нём подумать.

– И угодить в руки наёмникам или, ещё хуже, самому генералу? – негодующе фыркает Эрик и, морщась, потирает ушибленное колено. – Ну уж нет.

Я сжимаю кулаки, впиваясь ногтями в кожу, и возмущённо сведя брови, подхожу к нему. Волосы всклокочены, несколько прядей выбились из хвостика, торча в стороны, лицо бледное, как полотно, щёку рассекает длинная царапина.

– Нельзя его там оставлять! – голос звучит громче, чем надо, эхом разлетаясь по округе и грозя выдать нас.

Эрик вздрагивает и быстро оборачивается на лес, но, кроме звучания птиц и сверчков, никого нет.

– Не забывай, Чжун Хао заклинатель, и его не так просто убить, в отличие от нас с тобой, – раздражённо замечает он. – Если вернёмся, его жертва будет напрасна, – взгляд лидера вмиг мрачнеет, а лицо становится непроницаемым.

Я так и не поняла, что он чувствует на самом деле. Но внутри меня, разъедая, разрасталась злость: на себя, на Чжун Хао, на Эрика. Почти прижав его к дереву, я гневно тыкнула пальцем ему в грудь.

– Если бы ты вместо того, чтобы слушаться его, помог с наёмниками, Чжун Хао сейчас был бы с нами. Ты должен был ему помочь! Мы могли отвлечь...

– Всё, что я должен, так это печься о своей жизни! – отмахивается Эрик, на секунду обжигая меня ледяным взглядом, а затем его губ касается тень улыбки. – Но тебя я не смог бросить.

Во мне вспыхивает гнев, но следующие слова заставляют растерянно приоткрыть рот. Но тут лидер резко вскидывает голову, бросая взгляд мне за спину, и его зрачки испуганно расширяются.

– Берегись! – выкрикивает он, толкая меня на землю, и падает вместе со мной.

Над нашими головами стремительно проносится цепь, врезаясь в дерево и разбивая кору в щепки. Я хрипло вскрикиваю, ударяясь об каменистую поверхность, воздух вылетает из легких, а в глазах темнеет...

Сквозь смутное сознание слышался неприятный лязг и звон чего-то металлического. Открыв глаза, мгновение наблюдала размытый хоровод звёзд в ночном небе. Что произошло? В стороне раздался приглушённый голос Эрика, я попыталась развернуться, но тело будто ватное, спина ноет, в висках стучат «молоточки». С трудом заставив себя приподняться, бросила взгляд на Эрика. Оттесняя лидера к краю утёса, наёмник почти непрерывно крутил цепью, нанося жёсткие удары. Эрик буквально чудом успевал уклоняться и защищаться веерами. Но долго он так не продержится...

Пошатываясь от легкого головокружения, поднялась на ноги и огляделась в поисках какого-нибудь оружия. Но даже веточки на глаза не попалось. Как вдруг лидер вскрикивает.

Я обернулась...

От мощного удара Эрик падает на землю почти у самого края, а веера отлетают в кусты. Скривившись от боли, он хватается за плечо, из разбитой губы по подбородку течёт кровь. Лидер поднимает на противника взгляд, и отражение его испуганных глаз, остаётся в памяти, как снимок в момент вспышки, передающий всю боль и бессилие перед лицом смерти. Звякнув цепью, наёмник замахивается для решающего удара...

Глава 4

Вау... вот это я угодила в кроличью нору.

Только сейчас надо мной возвышался не безобидный кролик, а существа неземной красоты и величия.

Изумлённо приоткрыв рот, я приподнялась с травы, не в силах оторвать от них заворожённого взгляда. Трое мужчин, подобные небожителям, с величественными осанками, в лёгких шёлковых одеяниях с расписными узорами по краям, внимательно смотрели на нас. Прекрасные одухотворённые лица, кожа мерцает, словно лунный свет, глаза, как редкие жемчужины, переливаются таинственными цветами. Длинные чёрные волосы с затейливыми украшениями свободно струятся по плечам, слегка развиваясь на ветру. А головы венчают плавные и элегантные, похожие на горный хрусталь, витиеватые рога, которые изящно утончаются на концах и пленяют взгляд своей изысканной красотой и нежностью.

Незнакомцы вызывали оторопь и невольное восхищение.

– Кхаа лоа тсу?! Кхе ноо циуа?[1] – голос мужчины лился медовой песней, а концы витиеватых рогов имели оттенок свежей травы.

Мама мия! Можно, я тут останусь?..

Смахнув очарованное оцепенение, я с трудом вспомнила, что всё же нахожусь в беде, и с кряхтением поднявшись на ноги, отчаянно взмолила:

– Прошу вас, помогите, этот тип... – я махнула связанными руками в сторону наёмника, который молча буравил незнакомцев хмурым взглядом, напряженно сжимая в одной руке серповидный клинок, а второй держа цепь. – ...меня похитил и, скорее всего, собирается убить.

Мужчины, если можно их так назвать, с невозмутимым спокойствием перевели внимательный взгляд с меня на наёмника. А затем один из них шагнул вперёд, протянув к моему лицу руку. Я попятилась, а наёмник сбоку угрожающе дёрнулся, как тут же был опутан цветочными стеблями. Он возмущенно зарычал, пытаясь высвободиться, но от его движений только ярче засияли фиолетовые цветочки на стеблях.

– Правильно, так его. Пусть на своей шкуре почувствует, каково это быть беспомощным, – одобрительно кивнула я, бросая на наёмника едкий взгляд, но вдруг почувствовала, как тело оплетают такие же стебли, сжимая и не давая двинуться с места. – Меня-то за что?

Вместо ответа к моему лбу прикоснулись два пальца, а затем вспыхнул свет, кожу обдало жаром. Взволнованно сглотнув, я замерла истуканом, не сводя глаз с незнакомца, а точнее, с его рогов, концы которых искрились оранжевым словно внутри жило пламя. Они так и манили прикоснуться к ним рукой, потрогать и ощутить то волшебство, что сокрыто в них.

Да кто они такие?

– Схемэнн раа[2],– спустя мгновение произнёс мужчина, убирая руку от моего лица и делая шаг назад.

– Мэнн раа?! Ноо кхо мхаа ции?![3] – певучим, но будто в повышенном тоне спросил третий мужчина, до этого просто наблюдавший за нами. Концы его изящных рогов имели небесно-голубой оттенок.

Так. Судя по их интонациям, они удивлены. И я понятия не имею, хорошо это или нет.

– Псс. Ты понимаешь, о чём они говорят? – шепнула я, чуть склоняясь в сторону наёмника.

Но он лишь, сдвинув брови, окатил меня ледяным взглядом и вернулся к попыткам перерезать клинком цветущие стебли. Да... хорошо, однако, я его веткой приложила, вон какой шишак на лбу выскочил, сияет, как звезда.

– Как вы, простые смертные, смогли пройти через завесу в наше царство? – вдруг мягко обратился к нам мужчина на чистом эвэхуанском языке, и его рога засветились белоснежным сиянием.

Вау...

Со смесью изумления и восхищения я зависла, не в силах отвести от них взгляда. Как красив...ой...стебли на мгновение сдавили, будто приводя в чувства.

– Царство? Завеса? Простите, я не совсем понимаю, о чём вы? – пролепетала, недоуменно приподнимая брови. – Я просто убегала по лесу от этого наёмника, как очутилась тут.

Мы с незнакомцами синхронно перевели взгляд на наёмника, но парень ответил мужчинам гневным взглядом.

– Он, кажется, не говорит на этом языке, – неуверенно заметила я, по крайней мере, со мной он говорил на другом, хоть по виду и понимал меня. – Но не могли бы вы сказать, где именно мы оказались?

– Вы в священном царстве цилиней – Цинъюнь[4], – благоговейно выступил вперёд мужчина, и его рога с небесно-голубым оттенком на концах засияли белоснежным светом.

Цилини? Что-то знакомое... Вроде, я о них где-то слышала? Точно! От озарения захотелось щёлкнуть пальцами, но со связанными руками и прижатыми к животу стеблями не вышло.

– Это же вы входили в четвёрку благородных зверей, охраняющих стороны света? Наравне с чёрной черепахой и фениксом, пока вас не заменили то ли белым тигром, то ли драконом? – изумленно выпалила я, бегая между ними горящим взглядом.

Обалдеть! Я ушам своим не верю! То, что в нашем мире считается сказками и мифом, в этом вполне себе реальное и до невозможности красивое. Хотя мне ли удивляться после знакомства с цзянши?

Сохраняя бесстрастное выражение на прекрасных лицах, цилини украдкой переглянулись друг с другом.

– Никогда прежде о таком не слышали, – с мягкой улыбкой, с которой обычно обращаются к маленьким детям, ответил один из них, и как только цилинь заговаривал, его рога начинали сиять. – Мы благородные цилини, уже более тысячи лет служим скромными посланниками Небесного Императора. Наш великий брат Цинлун испокон веков занимает должность защитника Востока, как и Байху – защитника Запада.

– Брат?.. – у меня аж ноги подкосились. – Так драконы в этом мире тоже реальные?

– Истинно так, – улыбка на лице цилиня стала ещё мягче и шире. – Но не каждому смертному выпадает честь их лицезреть. Это сулит либо большую удачу, либо смерть.

Кровь отхлынула от лица. Этот мир всё больше начинает сводить с ума.

– А что сулит встреча с вами, цилинями? – нервно сглотнула я, бросая беглый взгляд на наёмника.

Он оставил попытки высвободиться и молча прожигал мужчин взглядом. Интересно, он так же потрясён встречей с ними, как я? Или для него это обычное дело?