Письмо в один конец

Письмо в один конец

Астрова Ирина

Письмо в один конец

В мире много писем и сообщений. Некоторые уходят в один конец и остаются без ответа.

№1

3 февраля 15:11

Глеб Борисович, мои внуки помогли найти тебя в интернете, и потому я пишу это письмо.

Если помнишь, почти пятьдесят лет назад ты был знаком с шустрой Анечкой Тополевой, которая училась в техникуме, а по вечерам работала в булочном киоске. Анечка, давно не Тополева, теперь уже престарелая дама с детьми и внуками, неожиданно нашла тебя благодаря этой современной технике.

Недосказанные много лет слова – это может быть единственное, что держит меня пока еще здесь. Одно я несу все эти годы – любовь к тебе. Да, в том далеком прошлом мое чувство, так быстро вспыхнувшее, до сих пор горит и погаснет лишь одновременно с моим телом. А может и не погаснет, все зависит от того, что ждет меня там, после.

Я помню, как сейчас, те вечера, что ты приходил ко мне за батоном и половиной каравая, и говорил, говорил без конца, смеялся своим заливистым смехом. И наши немногочисленные прогулки по набережной летом после работы. Было уже совсем поздно, но светло и прохладно. Небо было голубое с таким розовыми облаками, которые я нигде и никогда больше не видела. Они растекались по горизонту длинными бесконечными полосами. Как мы любовались с тобой на них. Однажды ты мне спел. Помнишь? У тебя необычайный, проникновенный голос, пробирающий до самых глубин души! В тот день в моей душе был сплошной ураган, а в голове крутилась одна мысль – я влюбилась в тебя, в глаза твои, в голос твой. Я не решилась открыться тебе, а потом …

Не знаю, зачем ты гулял в те летние вечера со мной, если знал, что через несколько недель уедешь по распределению в другой город? Зачем гулял, если у тебя была она? До сих пор эта назойливая мысль не дает мне покоя. Знакомые, с которыми я как-то виделась уже после твоего отъезда, говорили мне, что за тобой все девушки бегали, а ты с удовольствием купался в таком внимании.

В булочном давно не работаю. Его снесли через два года после твоего отъезда. Я стояла и смотрела на этот потрепанный временем маленький домик, который всегда манил прохожих запахом корочки свежего хлеба. Работая в нем, я встретила тебя. На его стенах, помнишь, влюбленные парочки писали записки карандашом, потом отвечали друг другу, там были целые истории со встречами и расставаниями. Долго ждала, что однажды появится записочка от тебя.

Я смотрела, как большая машина рушит стены киоска, словно соломенный домик, и сваливает их на грузовик, превращая в гору хлама. Смотрела и слезы текли ручьем.

Но что было, то было. Да, попереживала, поплакала. И стала жить дальше. Я прожила вполне счастливо, у меня был чудесный муж, трое детей, которые давно выросли. И уже четверо внуков.

И все-таки та любовь до сих пор жива во мне. Я вспоминаю о ней с теплотой, она дает мне силы. Я иногда думаю, способно ли современное поколение так жить, так чувствовать, так любить?

Я помню, как мама мне в то время говорила: «Доча, у тебя глаза вспучились как тесто!». А ведь я летела к тебе, не замечая никого и ничего вокруг, с такими глазами, которыми можно было лес освещать как прожекторами. А сейчас?

Смотрю на детей: вот приходит внук с девушкой, и толком не смотрит на нее, будто она просто сосед. Как так? Как можно так сухо относиться к тому, кого любишь? Я этого не понимаю, не понимаю… Особенно когда молод, когда все ощущаешь сильнее. Уж если у меня сердце вырывается наружу, когда вспоминаю о тебе, то как у них сердце еще на месте?

В тот последний день ты случайно коснулся моей руки на мостике через реку, дрожь пробила мое тело, и я была готова сказать тебе, но не смогла ступить на эту туманную дорогу. Не скрою, испугалась. Жалею? Да. Долго не могла себе в этом признаться. На это ушла, возможно, вся моя последующая жизнь после встречи с тобой. Пусть в самом конце, но сейчас я решилась.

Не жду обратного ответа, он не так важен. Я закончила то, что надо было сделать давно.

№2

24 марта. 22:43.

Сообщение мое будет длинное. Очень много хочется тебе сказать, но вживую у меня, наверное, это не очень внятно получится.

Я хочу уехать в Австралию, работать, строить карьеру. Я уволился и скоро улетаю. У меня в Австралии есть друг, он приютит на несколько месяцев, пока не сложится с работой и жильем.

Мы больше не увидимся. И это мое последнее сообщение тебе. Хочу, чтоб ты все знала. Для меня ты больше, чем просто коллега.

Я понял это давно, больше двух лет назад. Знаешь, я всегда был так счастлив, когда нам удавалось увидеться и поговорить. Каждый раз я не находил себе места, делал вид, будто работаю. Выводил карандашом извилистые линии и рисунки в блокноте, почти каждую минуту глядел на часы, потому что знал, что в 11:00 ты должна к нам зайти.

Я специально тренировался налаживать эти дешевые принтеры, стоящие у нас в каждом кабинете. У вас один из самых старых, и часто в нем зажевывает бумагу, у него быстро кончается порошок в картридже. Я ждал каждый раз, когда вы меня позовете разобраться с этой несчастной техникой и чинил ее с удовольствием, потому что я видел тебя. Правда, потом по полчаса сидел в туалете и оттирал въевшийся в кожу рук порошок. Какой же он стойкий!