Последние дни студенческой жизни всегда оставляют особый привкус - сладкий, но с лёгкой горчинкой. После выпускных экзаменов каждый отправится своей дорогой. Может быть, какое-то время они ещё будут встречаться, вспоминать общий смех и незабываемые дни. Но пройдут годы, кто-то обзаведётся семьёй, кто-то окунётся в карьеру, и воспоминания поблекнут. А пока, на этом этапе, они были одной большой семьёй, где каждый готов был поддержать и постоять друг за друга.
Такой и была жизнь Лавинии: лекции, шутки и смех, планы на светлое будущее. Она ценила каждый миг. По традиции их университет устраивал для выпускников маленькое путешествие - к знаменитому озеру, чьи воды будто отражали само небо. Там, среди густых лесов, был устроен кампус для отдыха: деревянные домики, тропинки, вьющиеся между деревьями, а у самого берега оборудована площадка для вечерних посиделок у костра.
Лавиния выросла по-настоящему красивой девушкой. Её рост - около 170 сантиметров, стройное тело и изящные черты лица всегда привлекали взгляды. Раньше она избегала физических нагрузок, считая их чем-то обременительным, но за годы учёбы втянулась. Утренняя пробежка стала привычкой, с которой начинался её день. Бег помогал привести в порядок и мысли, и тело, даря ощущение ясности.
Её круглое лицо с голубыми глазами и розовыми пухлыми губами всегда светилось мягким теплом, а рыжие волосы, ниспадающие чуть ниже плеч, оживали в солнечных лучах. Когда она улыбалась, всё вокруг словно становилось чуть теплее, а её голос - мелодичный и мягкий - поднимал настроение, будто напоминание о самых счастливых моментах жизни.
Но даже за этим светом скрывалась тень. Что-то, что Лавиния тщательно прятала даже от самой себя. Глубокая, почти невидимая рана, которую она предпочитала не трогать, чтобы не нарушить эту гармонию.
Неделя отдыха проходила по распорядку, известному только студентам. Утром кто-то выходил на пробежку, а кто-то начинал день с погружения в озеро. Иногда ребята катались на лодках и даже устраивали гонки. А некоторые настолько входили в кураж, что брызгались, вызывая искренний смех. Днём могли играть в волейбол и футбол. В обед ходили за ягодами и исследовали местную территорию, фотографировались на фоне бескрайних пейзажей. К вечеру, уставшие, но счастливые, собирались у костра, делились планами на будущее и обязательно обсуждали прошедший день. Под звуки гитары звучали песни, а яркие огоньки костра отражались в глазах каждого, создавая ощущение чего-то родного и незабываемого. Лавиния улыбалась вместе со всеми, но временами взгляд её, словно подчиняясь какой-то невидимой силе, устремлялся к одинокой луне, словно она искала ответы на вопросы, которые боялась задать даже себе.
Поздно ночью, когда все устали от смеха и песен, Лавиния ускользнула от компании и направилась к воде. Тихий шаг, прерываемый лишь лёгким шумом шагов по траве. По дороге её догнал сокурсник. Парнишка с русыми кудряшками, от которого всегда пахло чайным деревом. Он часто помогал ей с заданиями, иногда носил сумку. Лавиния ощущала его симпатию, но не могла ответить взаимностью. Не тот запах...
- Лавиния, может вернёмся? - его серые глаза искренне искали реакции, полные заботы и интереса.
- Я хочу поплавать немного.
- Хочешь, составлю компанию?
- Не нужно, спасибо. - Лавиния мягко улыбнулась, но её взгляд скользнул в сторону, избегая его глаз.
- Зачем ты это делаешь? Почему сбегаешь каждую ночь?
Губы Лавинии раскрылись и тут же закрылись. Она не думала, что кому-то есть до неё дело. И что кто-то мог заметить её побег. Но объяснять то, чего она сама не понимает, не могла. Выдохнув, девушка ответила, стараясь казаться спокойной.
- Просто мне нравится природа. И плавать под открытым небом. Скоро экзамены, когда мы ещё так отдохнём...
Парень задумался, глядя на неё с лёгким сомнением.
- Ты уверена, что моя компания тебе не нужна?
- Уверена, - коротко ответила она, снова улыбнувшись, но улыбка не достигала глаз.
- Хорошо. Будь осторожна, - сказал он, слегка помедлив, и повернулся, уходя.
Лавиния оставалась стоять, пока его шаги не затихли. Тишина ночи снова окутала её. В этот момент её сердце билось быстрее, как будто сама тень луны преследовала её.
Освежающий летний воздух обволакивал плечи, словно невидимые руки, дарующие облегчение. Лунный свет плавно ложился на водную гладь, превращая её в сверкающее полотно. Раздевшись до купальника, Лавиния шагнула в нежные объятия озера. Прохлада воды проникала в каждую клеточку тела, заставляя её чувства затмиться моментом. Её тело медленно легло на поверхность воды, и, закрыв глаза, она растворялась в спокойствии, которое царило вокруг.
В такие минуты, когда звёзды смотрели на неё с безмолвной высоты, память неожиданно возвращала её к образу мужчины из далёкого детства. Он не принадлежал этому миру - слишком таинственный, слишком нереальный. Но почему она не могла его забыть? И почему его лицо так и не осталось чётким в памяти?
Запах. Только запах сандала и ментола остался от него. А тянущаяся ладонь, как магнит, часто манила её во снах, тянула к себе. Но был ли он реален? Или это было лишь фантазией, которой не место в её реальной жизни?
Лавиния помнила их разговоры, его учения о Вселенной. Эти слова помогли ей найти свой путь и двигаться дальше. Но какой ценой?
Ей пришлось отказаться от наставника. Отказаться, чтобы избежать слухов и жалоб, которые могли привести к психиатрической лечебнице. Родители долго не верили в эти слова. Но когда множественные жалобы стали поступать со всех сторон, они пришли в паническое состояние. Тогда девочке пришлось отрицать - настолько сильно, что от этого остался шрам в её душе, который она по-прежнему скрывала. А выше шрама, на её теле, три маленькие точечки, родинки, которые складывались в треугольник. Она всегда находила в этом необычное сочетание - что-то, что напоминало о нём, об этом мужчине, об этих загадочных воспоминаниях. Даже мама, несмотря на свою заботу, всегда с интересом отмечала этот треугольник.