Пламя под стеклом

Глава 1

Бат утопал в бледном ноябрьском тумане — мягком и влажном, словно город укрыли тончайшей вуалью. Он не скрывал улицы, а лишь приглушал их очертания, делая камень домов и мостовых спокойнее, тише.

По булыжнику гулко стучали копыта. Утро сопровождали крики извозчиков и протяжные голоса торговцев. В воздухе смешивались запахи горячего хлеба, угля и сырой свежести реки Эйвон.

Город просыпался неторопливо. Уверенно. Как человек, который привык, что всё будет по его правилам.

Эстер Марлоу шагала по Мильсом-стрит, подняв воротник плаща. Её шаг был быстрым и решительным — не таким, каким его ожидали видеть у молодой леди, но естественным для человека, привыкшего идти туда, куда считает нужным.

Служанка Марта поспевала с трудом.

— Мисс Эстер, прошу вас… мистер Марлоу будет недоволен, если узнает, что вы снова вышли без экипажа.

— Я не одна, Марта. Ты рядом, — спокойно ответила Эстер. — И мне нужна всего лишь книга.

В её голосе не было ни дерзости, ни оправдания. Только уверенность. Эстер не привыкла просить разрешения на собственные мысли.

Лавка мистера Элвуда пряталась на углу улицы — небольшое тёплое помещение, где пахло пылью, чернилами и старой кожей переплётов. Здесь не обсуждали выгодные браки и инвестиции. Здесь спорили о книгах.

— Мисс Марлоу, — приветствовал её хозяин. — Полагаю, сегодня снова что-то нежелательное?

— Пока лишь спорное, — ответила она.

Элвуд достал книгу почти торжественно.

«Происхождение видов».

Имя мистера Дарвина уже несколько лет шептали в гостиных вполголоса. Одни называли его гением, другие — опасным еретиком. Эстер хотелось понять самой: действительно ли мысль о происхождении человека без прямого вмешательства Творца так разрушительна, как утверждают?

Она провела пальцами по обложке.

— Отец будет недоволен, — произнесла она тихо.

Это была не жалоба. Лишь факт.

Недовольство — привычная цена за независимость.

* * *

В Бристоле туман пах иначе — солью, металлом и дымом верфей. Этот запах не оставлял места иллюзиям: здесь всё было грубее, прямее и, по-своему, честнее.

Гэвин Торн сидел у камина напротив Лоуренса Крейна. Дом выдавал хозяина с первого взгляда — просторный, с высокими окнами, тяжёлой дубовой мебелью и без единой лишней безделушки. На стенах висели карты, чертежи кораблей, схемы паровых двигателей, испещрённые карандашными пометками. Даже тишина здесь казалась рабочей.

Крейн говорил быстро, с привычной насмешкой, служившей ему скорее защитой, чем развлечением.

— Джон Марлоу будет на заседании совета уже в декабре. Его поддержка — то, что нам необходимо. А дочь…

Он сделал паузу, будто смакуя продолжение.

— …приятное дополнение к делу.

Гэвин медленно отставил стакан и посмотрел на друга так, как смотрят на человека, слишком легко играющего серьёзными вещами.

— Ты предлагаешь жениться ради сделки?

— Я предлагаю сделку, узаконенную браком. Разве есть разница?

Пламя в камине дрогнуло и отразилось в глазах Торна, но лицо его оставалось спокойным.

— Я слышал о Марлоу, — произнёс он. — Человек, к мнению которого прислушиваются даже те, кто считает себя выше его. Его голос в Комитете промышленности стоит дороже десятка лордов.

Он на мгновение замолчал, отделяя главное от второстепенного.

— А мисс Марлоу… говорят, она умна. Если это правда — хотя бы не станет помехой.

Крейн усмехнулся.

— Женщина, которая тебя не раздражает, — уже редкость. Осторожнее, Торн. Ты можешь заинтересоваться не только её фамилией.

Гэвин едва заметно усмехнулся.

— Я интересуюсь только тем, что приносит результат.