Пламя Роузей

Пролог

Говорят, огонь не лжёт.

Он помнит всё: каждую казнь, каждую клятву, каждый поцелуй на пепле. Он течёт по крови хранителей, зажигает звёзды над Альтерией и сжигает дотла то, что было построено веками. В тысяча сто тридцать восьмом году от явления Элементалей мир замер на пороге великой войны. Королевство Огня, ведомое Осфальдом Роузеем, уже пожрало Солнце, почти задушило Воздух и тянуло жадные руки к Земле и Воде. Но пламя бывает разным.

Есть красное — цвет власти, жестокости и родовой гордости Роузеев. Оно пылает в тронном зале Файрократа, лижет золото и мрамор, не смея коснуться одежд короля. Оно сжигало непокорных лордов и их города. Оно — закон.

Есть синее — цвет памяти, верности и мести. Оно принадлежало дому Фонтайн, великому дому Шио, который осмелился сказать «нет» тирании. Когда Джеральд Фонтайн, Хранитель синего пламени, сложил голову на плахе у ног Осфальда, никто не поднял меч. Сам Джеральд запретил. «Лучше одна смерть, — сказал он, — чем смерть целого города».

Его старший сын Роберт, мальчишка с карими глазами, бежал в ту ночь. Семь лет он прятался, скитался от лорда к лорду, пока судьба не свела его с последним оплотом чести в захолустном Крабзбурге. Там, среди воинов, которые знали цену слову, он ждал. Тренировался. Помнил.

Но тишина перед битвой всегда обманчива. Ибо где-то там, среди алых роз и змеиных ям, уже росла принцесса Диана Роузей. Красивая, как пламя, и смертоносная, как его ожог. Ей было плевать на чужие земли — она хотела собственный трон. И для этого ей нужен был тот, чьё синее пламя смешается с её красным, чтобы родить идеального наследника.

Она найдёт Роберта. Она всегда находила то, что хотела.

Эта история не о добре и зле. В ней нет праведников — есть живые. Те, кто сгорел за чужие амбиции, и те, кто восстал из пепла, чтобы сжечь всё дотла. Здесь плетут интриги король крыс и безумный лорд, пророчат гибель слепые вороны, а брат убивает брата не по злобе, а по долгу.

Искры уже летят.

Начинается пожар, имя которому — «Пламя Роузей».

Глава первая. Последний рассвет Крабзбурга

Сегодня мы все умрём. Дозор восточного ополчения замка Крабзбург исполнит свой долг до конца. Мы знали, что так будет, и все эти дни доблестно обороняли стены крепости. Меньше чем через час здесь появится леди Диана со своим тысячным войском.

Я скажу прямо — все мы понимаем, что не сдержим столь могучее войско. Но мы, как истинные мужчины, сделаем всё, что в наших силах. Отдадим жизнь за то, во что верим. Так возьмём же в руки оружие и примем этот бой достойно — за наших братьев, отцов и матерей!

Речь командующего силами замка Алана утонула в кличe его воинов. Под последние слова они подняли мечи и щиты, и от костра бога пламени на центральной площади тронулись к воротам — медленно, как течёт расплавленный металл.

— Лорд Алан! Лорд Алан! — донёсся из толпы голос.

Командующий обернулся. В глазах — усталость, тяжесть. Мелькнуло внимание.

— Да, мой добрый друг. Что тебя тревожит?

— Что нам делать с мальчиком из Шио? — спросил копейщик, сжимая древко пики.

— А что с ним делать? Он такой же воин, как ты, как я, как все мы здесь.

— Но вы же сами говорили, что он имеет большую ценность. Что он гость в замке, а не воин.

Алан положил руку на плечо воину. Ладонь — твёрдая, горячая, как сталь после горна.

— Когда выхода нет, мы все равны, — сказал он тихо, но так, что слышали стоявшие рядом. — Пойми, друг: жизнь делит нас на важных, ценных и богатых. Но то, что в конце уравнивает всех, уже приближается — в нескольких милях от наших стен. Это смерть. А теперь — на стену. Скоро нам придётся держать оборону.

Копейщик кивнул. На его лице, испещрённом пылью и потом, мелькнула короткая, уверенная улыбка. Он развернулся и побежал к товарищам, уже занявшим позиции на стене.

Алан остался один. Перевёл взгляд за зубчатый край крепости, где над полем уже клубилась пыль от копыт. Конница леди Дианы. В глазах, обычно твёрдых и ясных, вспыхнул страх — тот, что он так тщательно скрывал от своих людей. Когда последние воины ушли к стенам, он позволил себе ту слабость, которую запрещал все эти годы.

Тишина вокруг — густая, как смола.

— Какой же я лорд-командующий, если веду своих людей на верную смерть? — прошептал он, не отрывая взгляда от приближающейся тучи всадников. — Проклятая гордыня. Будь я мудрее — может, сдал бы замок. Сдался бы в плен. И они были бы живы…

Он не услышал шагов, но почувствовал присутствие. Не скрываясь, к нему подошёл Роберт, юный лорд из соседних земель, едва достигший семнадцати зим.

— Разве можно винить себя в такой ситуации? — спросил Роберт. Голос его был спокоен, почти беззвучен.

Алан не обернулся. Руки, заложенные за спину, сжались в замок.

— Четырнадцать лет, как война началась снова. Четырнадцать лет я не пускал врага за эти стены. Ни одно яблоко не было украдено, ни одна женщина не была оскорблена. Да, воинов пало немало. Точнее — много. Их остатки ты видишь перед собой, маленький лорд. Но никто не мог войти сюда и творить, что хочет. А сегодня… сегодня у них получится.

Роберт медленно вытащил меч из ножен. Лезвие блеснуло в последних лучах заката — тонкой, острой полосой.

— Сегодня, как и последние несколько лет, я сделаю всё, что в моих силах, чтобы защитить ваш дом, лорд Алан. Клянусь — никакая беда не поколеблет мою верность вам. И пока во мне есть сила, я буду сражаться до последнего вздоха. За ваших людей.

Он не ждал ответа. Развернулся и пошёл к стене — не бегом, а твёрдым, мерным шагом, словно шёл не на смерть, а на пир.

Его клятва повисла в воздухе, как знамя. И в груди, сжатой холодом отчаяния, шевельнулось что-то тёплое и острое. Уверенность. Или просто стыд.

— Даже семнадцатилетний лорд не боится, — пробормотал он, глядя на удаляющуюся спину Роберта. — Идёт умирать за меня. Почему же я должен бояться?

Провёл ладонью по полулысой голове, будто смахивая невидимую тяжесть. Выпрямился. В осанке появилась старая, почти забытая твёрдость. И он побежал — не к отступлению, а к своим воинам, к стене, к битве, которую уже нельзя было избежать.

Глава вторая. Король крыс

В Зале Совета царила атмосфера вынужденного спокойствия и негромких бесед. Лорды в дорогих одеяниях перебрасывались словами, ожидая начала собрания. Но стоило прозвучать объявлению о прибытии короля, как все немедленно поднялись, склонив головы в едином порыве.

— Что за серьёзные лица, господа? У меня сегодня прекрасное настроение, и я надеюсь, наш совет порадует меня ещё больше! — бодро произнёс король, широко шагнув в зал.

Он занял своё место во главе массивного стола.

— Приветствую, лорд Дарио, лорд Ричард и лорд Оливер. И мой племянник, — кивнул король с неизменной улыбкой.

Десница, Генрих, занял положенное место по правую руку от монарха, а телохранитель, сир Алойзс, замер слева в безупречной выдержке.

— Генрих, всё в сборе. Начинайте.

— Да, ваше величество. Господа лорды, помимо обычных отчётов, сегодня нам предстоит обсудить несколько неотложных вопросов.

Сделав выразительную паузу, десница медленно обвёл взглядом всех присутствующих.

— Лорд Дарио, сегодня мы начнём именно с вас, хранителя казны Королевства Огня, — произнёс Генрих с холодной, едва уловимой усмешкой и опустился в кресло.

Лорд Дарио Изверский поднялся, слегка подавившись от внезапного внимания.

— Ваше величество, господа лорды! Неделя для казны выдалась непростой. В связи с последними военными тратами на строительство флота мы понесли существенные убытки.

Король пристально, не мигая, посмотрел Дарио в глаза.

— Даже не думайте, лорд Дарио, даже не думайте оправдывать убытки войной…

Каждый за столом понимал: одно неверное слово казначея — и его место займёт другой.

— Я полагаю, он и не помышляет винить в убытках мудрые решения короны, ваше величество! — попытался смягчить ситуацию верховный генерал Ричард.

Взгляд короля стал лишь суровее. Дарио был бы рад поддержке, но в этот момент в разговор вступил племянник короля.

— Дядя Освальд, вы же сегодня в таком прекрасном расположении духа! Уверяю вас, Дарио даже в мыслях не держал того, о чём вы подумали. У вас же отличные новости, давайте проведём совет и поскорее к ним перейдём!

— Да я просто пошутил, Дарио! Настроение у меня и правда слишком хорошее. Я знаю о расходах на флот, и моя новость будет как раз кстати. А сейчас продолжайте свой доклад.

— Как я уже сказал, убытки есть, и они значительны, — выдохнул Дарио. — Но есть и светлая сторона: дань от лорда Орнеэло из дома Шио за этот месяц не просто покрыла расходы на корабли — она принесла казне прибыль. — Он сделал паузу. — Кроме того, найденные позавчера моими людьми шахты угля и железа к востоку от дома Оуришь, в нескольких милях от океана, в перспективе позволят резко сократить затраты на производство доспехов и прочие нужды. Тридцать крепких работников уже начали проходку.

— Это отличные вести! — оживился король. — А где точно расположены эти шахты?

— К востоку от дома Оуришь, в нескольких милях от океана. Работы уже ведутся.

— Мой король, позвольте мне обратиться к лорду Дарио? — тихо, но внятно произнёс Генрих, наклонившись к монарху.

Тот кивнул, и десница поднялся. Его фигура отбросила длинную тень на сидящего казначея.

— Лорд казначей, до меня и лорда Оливера дошли тревожные слухи. Моя обязанность как десницы — проверить их. И вот что мне удалось выяснить.

Напряжение в зале нарастало, будто перед грозой. Даже племянник короля Джеймс, сидевший в золото-красных доспехах, не шелохнулся. Генрих медленно зашагал в сторону Дарио, не отводя от него глаз.

— Ваше величество, ответьте: может ли недельный бюджет столицы самой богатой и развитой страны мира уйти лишь на сотню с лишним кораблей? Разве такое возможно? Мои сведения, которые мы с лордом Оливером тщательно проверили, увы, подтвердили худшие опасения. Лорд Оливер, прошу вас.

Верховный мейстер, старик в багряных одеждах, с недовольным видом поднялся и, кряхтя, извлёк из рукава свиток.

— Так, где же это… А, вот оно, — пробормотал он, водя пальцем по пергаменту.

— Да поторопись ты, старик! — нетерпеливо буркнул Ричард.

— Вечно вы, вояки, торопите… — огрызнулся Оливер.

— Верховный мейстер, прошу вас, — холодно поторопил Генрих.

— Сейчас, сейчас… Так, вот, начинаю читать.

В зале прокатился коллективный тяжёлый вздох. Кто-то с раздражением стукнул по столу, кто-то сокрушённо провёл рукой по лицу.

— В свитке сказано следующее: «Дорогая мама, я знаю, как вам с сестрой сейчас тяжело в Царстве Земли, где идёт такая жестокая осада. Скорее всего, Осфальд победит и Землю, и Воздух, и Воду. Поскольку я всего лишь казначей, а не воевода, единственное, что могу сделать — это отправить вам большую сумму денег, такую, что вы сможете кормить свой город целый месяц. Я отправлю десять солдат с деньгами; они пройдут через осаду без проблем, потому что будут в доспехах пламени Огня. Всё, что тебе нужно — встретить их. Но ровно половину этих денег ты должна отнести командующему гарнизоном твоего города на финансирование армии Царства Земли. Люблю вас. Дарио».

Дарио вскочил, лицо его побелело.

— Это бред! Я никогда такого не писал!

— Сидеть! — громовой голос короля заставил всех вздрогнуть. — У вас есть доказательства? — спросил он, обращаясь к деснице.

Генрих взял свиток у Оливера и почтительно подал его королю.

— Вот, ваше величество. Здесь стоит его личная печать.

Глаза Дарио в панике забегали по залу, ища поддержки. Взгляд Джеймса был пуст, а Ричард, хмурясь, вложил наполовину вытащенный меч обратно в ножны.

— Ложь всегда бежит впереди правды, ваше величество. Дадим ему сказать последнее слово. Казнить лорда, не выслушав, — слишком сурово.

Король взял свиток, жестом велел Генриху сесть и кивнул Дарио.

— Благодарю, ваше величество! — выпалил казначей. — Я не писал этого, клянусь Богом Пламени! Более того, до начала совета ко мне подходил ваш десница и настойчиво предлагал освободить место казначея… в пользу своего племянника, Клауса!