Платиновая клетка. Игра мажора

Глава 1

Сквозь панорамные окна сорок седьмого этажа Москвы-Сити город внизу казался муравейником, чьих обитателей Дамир Волков привык давить не глядя. Он стоял спиной к столу, сунув руки в карманы брюк и отстранëнно в темном стекле следил за своим бледным «двойником». Он был хорош. Дорогой костюм на спортивной фигуре сидел безупречно. Часы на запястье по цене большей, чем среднестатистическая зарплата по стране, хищно отливали металлом. Всё в нём дышало дерзостью, молодостью и нахальством. «Двойник» хитро подмигнул ему, но тут же вскинулся, стремительно отводя взгляд, вновь становясь покорным отражением.

- Ты хоть слушаешь меня, Дамир?

Голос отца резанул по тишине, как скальпель. Волков-старший сидел за столом из красного дерева, заваленном бумагами. Седой. Властный. С глазами, которые не знали жалости. Таким же взглядом он учил смотреть и сына.

- Слушаю, - не оборачиваясь, бросил Дамир. - Ты хочешь, чтобы я извинился перед профессором. Снова.

- Я хочу, чтобы ты не похоронил мою репутацию своими выходками. Цюрих, Лондон, теперь Женева. Тебя вновь вышвыривают из лучших учебных заведений Европы, как нашкодившего щенка.

Дамир медленно повернулся, в его лице не было ни тени эмоций, только легкая скука в глазах.

- Щенка? Мило. Тот профессор сам напросился. Он назвал твои металлургические заводы «пережитком советского прошлого, которые держатся на крови». Я просто... немного поправил его. Руками.

Отец сжал переносицу. Жест, который Дамир знал с детства. Ну всё, сейчас начнется.

- Немного? Ты сломал ему челюсть, Дамир. В две секунды. В закрытом колледже, где учатся дети людей, с которыми я подписываю контракты на миллиарды.

- Я аккуратно сломал. Он сможет жевать через полгода.

Тишина в кабинете стала вязкой, как нефть. Отец медленно поднялся из-за стола. Он был ниже сына на полголовы, но сейчас, казалось, нависал над ним.

- Ты думаешь, это игра? - голос отца упал до шепота. - Думаешь, я буду вечно расхлебывать твое дерьмо? Ты – Волков! Моя фамилия должна вызывать уважение, а не страх, что ее носитель психопат без тормозов.

- Страх - это и есть уважение, - пожал плечами Дамир. - Ты сам меня так учил.

- Я учил тебя быть хищником, а не бешеной собакой, которая кусает всех подряд без разбора! - рявкнул отец так, что хрусталь в баре звякнул.

Дамир не шелохнулся, только скучающе посмотрел на носки своих лакированных ботинок, на которых была пыль. Откуда здесь пыль? Он мысленно сделал заметку уволить уборщицу, которая обслуживала этот кабинет.

- Значит, так, - отец прошелся по кабинету и остановился у стола, опершись на него костяшками пальцев. - Ты хочешь жить по-своему? Живи. Но без моих денег.

Дамир вскинул бровь, проявив первую эмоцию за вечер.

- В каком смысле?

- В прямом. Убираешься из Москвы. Поедешь в Питер. Обычный вуз, обычная квартира в спальнике, обычная жизнь. Никаких кредиток, никаких счетов, никаких моих связей. Будешь жить на стипендию, как все нормальные люди. Посмотрим, как долго ты продержишься без моего кошелька.

Дамир усмехнулся, но усмешка вышла невеселой.

- Петербург? Серьёзно? Этот город вечно сырой, промозглый и депрессивный. Там даже солнца не бывает. И ты хочешь, чтобы я год проторчал в этой дыре?

- Хочу, чтобы ты понял, откуда берутся деньги, которые ты швыряешь на ветер. И Петербург для этого подходит идеально. Будешь жить где-нибудь на Гражданке или в Купчино, ездить в универ на метро, считать копейки до стипендии. Как миллионы других студентов.

- И что за вуз? – спросил Дамир лениво.

- Экономический. Санкт-Петербургский государственный университет экономики. Достаточно престижный, чтобы твой диплом потом имел вес, но без всяких поблажек. Будешь учиться как все.

Дамир смотрел на отца и видел в нем себя. Такой же упертый, такой же жестокий. Только старый и уставший. Жалко? Нет. Дамир вообще не понимал значения этого слова.

- А если я откажусь? - спросил он просто, из чистого любопытства.

- Ты не откажешься, потому что кроме меня у тебя никого нет. Мать умерла, друзей у тебя нет, есть только прихлебатели, которые исчезнут, как только ты перестанешь платить. Ты выживаешь только благодаря мне. И я хочу посмотреть, выживешь ли ты без меня.

Дамир подошел к бару, налил себе скотча, не спрашивая разрешения. Сделал глоток, не сводя глаз с отца.

- Адрес? Где эта дыра?

Отец протянул ему конверт.

- Там документы, билет, ключи от квартиры. Самолет в семь утра до Петербурга. Не опаздывай.

Дамир взял конверт, даже не взглянув на содержимое. Повертел в руках, будто взвешивая. Потом подошёл к огромной китайской вазе эпохи Мин, которая стояла у входа в кабинет. Стоила она, наверное, как хорошая машина.

- Ты знаешь, отец, - задумчиво произнес Дамир, разглядывая узоры на фарфоре. - А ты прав. Наверное, мне стоит узнать, как живут эти... люди.

И он легонько толкнул вазу локтем. Она покачнулась, упала на мраморный пол и разлетелась на тысячу осколков с хрустом, который эхом прокатился по кабинету.

Визуал

Дамир Волков - редкостная сволочь. Циничный, высокомерный, жестокий мажор, который привык решать всё деньгами и кулаками. Он ломает людей ради забавы, унижает слабых и считает себя центром вселенной. Его холодное равнодушие к чужим страданиям граничит с психопатией. Избалованный до омерзения, он не способен на сочувствие, не способен на любовь, не способен даже на нормальный человеческий разговор без издёвки. Такой герой, которого хочется возненавидеть с первых страниц. Но именно поэтому его путь к переменам, если он вообще возможен, будет особенно интересен.